Жанр: Любовные романы
Скажи "да"
...кармана выпал бумажник.
Кристи ловко подобрала его. — Это Бод. А это, похоже, его отец.
Боже! — Кристи вскрикнула от удивления.
— В чем дело? — Таш оторвала взгляд от экрана. Стефан на
Счастливом Понедельнике преодолел Карьер. Увидев, что именно держит в руках
Кристи, она чуть не потеряла сознание: это оказался один из снимков,
приклеенных на ту злополучную валентинку, по ошибке отправленную Хьюго! К
счастью, на нем оставались только ее лицо и плечи, но и так было понятно,
что на ней почти ничего не надето.
— Как это могло сюда попасть? — Таш выхватила фотографию из рук
Кристи и бросила обратно в карман плаща, решив, что избавится от нее при
первой возможности. Ее лицо пылало. — Смотри, бедняга Стефан задержался
на Перекрестке.
Кристи, не отрываясь, смотрела на Таш. Ее мокрые рыжие волосы упали ей на
глаза, когда она наклонила голову и загадочно улыбнулась:
— Теперь я все понимаю.
— Что понимаешь? Кристи прищурилась:
— Не прикидывайся дурочкой, Таш!.. С тех пор как вы с Найлом объявили о
помолвке, Хьюго как с катушек снесло. Только и думал, как избавиться от
меня. Боже! Та женщина, которую, по словам Стефана, обожает Хьюго, это ты,
Таш. Ты!
Тут закончился заезд, и Кристи побежала поздравлять Стефана, который в нем
участвовал. Таш тоже поднялась и пошла к двери вагончика. На выходе она
столкнулась со Стефаном и Кристи и по тому, как те радостно обнимались,
поняла, что Кристи не расстроилась из-за своего открытия.
— Поздравляю, Стефан, — улыбнулась Таш и шагнула в дождь.
— Что это с ней? — Стефан обеспокоенно посмотрел ей вслед. —
Она такая отрешенная!
— Таш только что узнала, что Хьюго в нее влюблен.
— Давно пора. Он мечтал о ней годами.
— Таш, — раздался голос за спиной. Она обернулась: Бен указывал на
Сноба, появившегося на старте.
— Черт! — Она вспомнила, что обещала Хьюго встретиться с ним перед
заездом.
Дженни и Индия были заняты последними приготовлениями. Сноб уже прошел
ветеринарный осмотр. В отличие от Горбунка он совсем не вспотел. Злосчастная
туча теперь двигалась в сторону Оксфорда и Лондона.
За забором родственники Таш сбились в одну кучу и о чем-то оживленно
переговаривались. Александра о чем-то расспрашивала Хьюго, который,
казалось, не слышал ее.
— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила Таш, не обращая внимания на
бешеную жестикуляцию Александры.
— Пожелай мне еще раз удачи. — Хьюго натянул перчатки.
— Удачи! — Она заглянула ему в глаза.
— Не так.
Чувствуя, как застучало сердце, Таш украдкой взглянула на стайку влюбленных
девушек, пришедших посмотреть на его старт, на своих родственников, шипящих,
что они должны поговорить с ней прямо сейчас. Все это вдруг показалось ей
таким незначительным.
— Удачи! — Она поднялась на цыпочках и очень осторожно поцеловала
Хьюго в губы.
На какой-то миг Таш показалось, что он ответит на поцелуй, но Хьюго только
широко улыбнулся и натянул вожжи. Темные глаза Сноба выжидающе засияли.
— Прямо как у меня, — вслух подумала Таш и вышла за ограждение.
Александра и София что-то ей шептали, но она не слышала ни слова. Хьюго
пришпорил коня.
— Теперь мы можем поговорить? — спросила Александра, как только
всадник и конь исчезли из вида.
Но Таш уже спешила через парк, на голос комментатора.
Сейчас ей больше всего хотелось оказаться в палатке, в окружении друзей,
которые, понимая ее чувства, могли поддержать в эту минуту. Но не могла же
Таш вломиться туда с толпой родственников! Поэтому ей пришлось направиться
на зрительскую трибуну у озера.
— Вы с Хьюго снова хорошо ладите, — заметила Александра, когда они заняли свободные места.
— Да. — Таш услышала радостное сообщение комментатора о том, что
Сноб преодолел первое препятствие.
— А Найл?
— Что Найл?
Остальные члены семьи еще карабкались по ступеням.
— У него действительно роман с Зои Голдсмит? — спросила Александра
без обиняков, и Генриетта, усевшаяся рядом с Беном, ахнула. — София в
этом уверена.
Сама София, которой досталось место с краю, почти легла на колени отца и
мачехи, пытаясь услышать, каков будет ответ.
— Да. Они любят друг друга, — ответила Таш. — Помолчи
минуточку, я хочу услышать, как там Хьюго.
Комментатор задыхался от восторга, вещая, что Хьюго мастерски преодолел
целый ряд барьеров. Похоже, его слушала только Таш, остальных больше
занимали слова Александры.
— Ты не шутишь? Найл действительно влюблен в другую? — Генриетта в
изумлении уставилась на падчерицу.
— Но вы же помолвлены? — поддержал ее Джеймс. Таш проигнорировала
эти замечания.
— Похоже, ты совершенно спокойна, Таш! — Александра пыталась
перекричать толпу.
— Да, я спокойна. Пожалуйста, тише. Я хочу послушать.
— Должна сказать, Таш, — голос Генриетты задрожал, — мы
ожидали от тебя совсем другой реакции.
— Правда? — Она повернула к мачехе сияющее лицо.
— Да, мы думали, ты будешь в отчаянии.
— Я невероятно счастлива. — Таш услышала, как комментатор объявил,
что Сноб приближается к озеру.
Перед озером стояла высокая стена. Предполагалось, что лошадь и наездник
должны, перепрыгнув его, сразу оказаться в воде и взобраться на перевернутую
лодку.
Таш приподнялась на трибуне, теперь она сама видела приближающегося
всадника. Все ее мысли были о мужчине, которого она любила, и о коне,
которого она обожала.
Таш никогда бы не смогла справиться со Снобом, как это сейчас делал Хьюго. А
Сноб летел стрелой, будто боялся, что преграда исчезнет до того, как он ее
достигнет. Но чем ближе была трибуна, тем взволнованней Сноб становился:
коня пугали пестрая людская масса, шум толпы, яростный лай собак. Внезапно
он остановился, понес в сторону и встал на дыбы. Потеряв равновесие, Хьюго
еле смог удержаться в седле. Потом конь развернулся и на огромной скорости
понес наездника к озеру. Таш закричала.
Хьюго натянул поводья. Невероятными усилиями он заставил Сноба выбраться на
сушу.
Таш и Бен крепко схватились за руки и закричали от восторга.
Первым опомнился Бен.
— Молодец! Уф, ну и выступление!.. Прости, что так схватил тебя,
Таш. — Он покраснел.
София повернулась к Таш и почти закричала:
— Так ты выходишь замуж за Найла или нет?!
— Я давно его не видела, так что сама не знаю. — Таш со счастливой
улыбкой поднялась. — Извините, я спущусь вниз и встречу Хьюго на
финише.
Оставив родных в полном недоумении, Таш легко сбежала по ступенькам. Она
успела увидеть, каким красивым прыжком Сноб преодолел последнее препятствие.
Пенни, Индия и Дженни уже ждали у финишной черты. Затаив дыхание, они
слушали, как комментатор объявил, что Хьюго проходит маршрут быстрее всех
выступавших сегодня наездников.
— У него есть шансы на победу? — спросила Индия.
— Не знаю, в любом случае он был великолепен. — Таш сияла.
Ее сердце переполнялось гордостью при взгляде на коня и всадника. Копыта
Сноба с силой ударялись о землю, его грудь вздымалась, Хьюго не отрывал глаз
от секундомера.
Как всегда, Сноб едва не сшиб стартера, который еле успел унести ноги.
— Я уложился? — Хьюго успокоил коня и подъехал к друзьям.
— Думаю, да. — Пенни посмотрела на часы. — Если и опоздал, то
всего на несколько секунд.
Хьюго поискал глазами Таш — она трясущимися руками гладила голову Сноба.
— Это, — он нежно взглянул на нее, — были самые прекрасные
пятнадцать минут в моей жизни. Три минуты до старта тоже считаются.
Таш спрятала счастливую улыбку.
Глава тридцать пятая
Вечером ожидался бал по случаю окончания тяжелого дня соревнований. Тем, кто
выступил успешно, следовало отметить свою победу, а те, кто потерпел
неудачу, имели полное право утопить свое горе в бутылке. И поскольку, по
словам Александры, нет ничего более интимного, чем большая вечеринка, Таш
намеревалась признаться Хьюго в своих чувствах на этом балу.
Когда все сбились в кучу, возбужденно обсуждая результаты сегодняшнего дня и
предстоящую вечеринку, неожиданно позвонил Найл. Худшего времени для
объяснения нельзя было и придумать — вокруг Таш толпились ее родственники,
которые, казалось, ловили каждое слово их разговора.
— Слушай, мы должны встретиться завтра, — твердо заявил
Найл. — До начала вечеринки. Дома. Я хочу попросить тебя об одолжении.
Я пойму, если ты откажешься. Но от этого зависит все мое будущее
счастье. — Найл говорил взволнованно и, как показалось Таш, радостно.
— Да? — Таш оглядела собравшихся, замерших в ожидании.
Наступила долгая пауза, и она уже подумала, что связь окончательно
прервалась, но Найл снова заговорил. Его голос был мягким и ласковым:
— Солнышко, я не хочу отменять свадьбу.
— Что? — вскрикнула Таш.
— Это была идея Зои, — признался он.
— Зои?
Генриетта так сильно подтолкнула локтем Александру, что та чуть не упала на
колени Джеймсу.
Снова наступила пауза, свидетельствующая о том, что у Гаса в мобильнике
садится батарейка. Наконец бархатный голос Найла снова достиг ее слуха:
— Я люблю Зои, Таш. Прости меня, солнышко, но я должен быть честен. Она
помогла мне встать на ноги. Зои такая сильная, добрая, умная, и она считает,
что можно рискнуть. Похоже, я самый удачливый парень, хоть и не заслуживаю
этого.
Таш услышала его переливчатый смех.
— Чем рискнуть?
Связь снова стала барахлить.
— Зои счит... что мы смо... обвести
Ура!
вокруг пальца в следующую
субботу.
Таш подумала, не начала ли Зои пить вместе с ним.
— Нужно отдать д...ное Бобу Хадсону, — голос Найла дрожал от
возбуждения. — Это он предложил устроить спе...ль со сбежав...
невестой. Но мы придумали по-другому. Пока нельзя об этом ни...у
рассказывать.
— Найл? — Таш потрясла трубку. — Найл? Телефон загудел.
— Найл, заряд заканчивается. — Таш была в отчаянье.
— Поговорим обо всем завтра, солнышко, — сказал он. — Я все
объясню тебе в деталях. Обещай, что не скажешь никому ни слова.
— Хорошо. — Таш украдкой посмотрела на Хьюго. На его лице
отразились гнев и боль.
— Спасибо, солнышко! — Найл был похож на маленького восторженного
мальчика. — Если ты согласишься, мы, возможно, даже сумеем помешать
Хьюго заполучить Сноба.
— Что? — Таш бросила на Хьюго еще один взгляд. Может, ей показалось, что он так страдает?
— Я слышал, как Лисетт разговаривала с ним о Снобе. Она хочет продать
его, если свадьба сорвется.
Раздался еще один гудок. Таш испугалась, что мобильник сейчас отключится.
— Что именно Лисетт сказала?
Она удивилась, когда Найл снова рассмеялся.
— Таш, это неважно. Подожди до завтра. Зои уверена, что от тебя
требуется только одно: сказать Хьюго...
Связь оборвалась.
За столом раздалось шушуканье.
— Это был Найл, — сказала Таш дрожащим голосом.
— Мы так и поняли, — фыркнул ее отец.
— Значит, свадьба состоится? — спросила Генриетта. Таш кивнула,
она была не в состоянии выдавить ни звука.
Невольно ее взгляд обратился к Хьюго. Тот дрожащими руками зажег сигарету.
Его голубые глаза ответили на ее взгляд с такой скорбью, что девушка чуть не
разрыдалась.
Наутро Таш проснулась в состоянии жуткого похмелья.
Несмотря на то что дожди остались позади, погода по-прежнему была сырой и
промозглой. Таш пряталась в вагончике, играя в покер с Индией и Тедом. У нее
так болела голова, что она с трудом могла собрать воедино свои мысли.
Девушка пыталась вспомнить вчерашний вечер, но последнее, что вставало в
памяти, было крем-брюле, в которое она упала носом.
— Таш, ты что, заснула? — проворчал Тед. — Твой ход.
— Извини.
— С тобой сегодня бесполезно играть! — засмеялась Индия. —
Посмотри лучше телевизор. Я думала, ты повеселеешь после вчерашнего вечера.
— Почему? — Таш захотелось, чтобы ей снова стало четырнадцать. Она
и в те годы не была так хороша, как Индия, зато любить Хьюго тогда было
намного проще.
— Мама сказала, Найл собирается тебе позвонить. — Индия весело ей
подмигнула. — И рассказать новости о свадьбе. — Она посмотрела на
Теда, но тот не слушал.
Таш вытаращила глаза:
— Хочешь сказать, что ты все знаешь?
— Мама рассказала мне в прошлые выходные. Она не хотела всерьез
предлагать это Найлу. Но мы с Руфусом настояли.
— На чем?
— Мама всю неделю посылала сообщения, и я решила, что Найл согласился.
Я звонила ей в гостиницу.
— В какую гостиницу?
— О, Таш, ты витаешь в облаках! Кстати, ты должна меня поблагодарить.
— За что?
— Это я заставила тебя тогда послать валентинку! Таш с раздражением
посмотрела на Теда: если бы он куда-нибудь вышел, Индия сумела бы все
объяснить по-человечески.
Тед ответил ей не менее сердитым взглядом: если бы Таш куда-нибудь делась,
они с Индией преспокойно продолжили бы играть в карты на раздевание.
— По-моему, ты собиралась в конюшню, Таш. — Он неодобрительно
посмотрел на нее.
Таш вышла во двор. Слова, сказанные Найлом, вернули ее в состояние полной
неопределенности. Еще вчера она была убеждена, что Хьюго отвечает ей
взаимностью, но теперь появились основания считать, что он просто хотел
заполучить ее лошадь. Таш вспомнила, что он не обращал на нее никакого
внимания всю неделю, вплоть до вчерашнего дня. Если они с Лисетт
действительно заключили в пятницу договор, то все вставало на свои места.
Хьюго просто пытался соблазнить Таш и заставить отменить свадьбу. В этом
случае он получал Сноба не на одно выступление в Бадминтоне, а навсегда.
Таш отступила назад, заметив, как один из представителей
Мого
помахал ей с
VIP-трибуны. После того как Хьюго со Снобом выбились в лидеры, спонсоры
стали с ней очень любезны, но Таш чувствовала, что стоит ситуации измениться
в худшую сторону, как их доброжелательность тут же улетучится, как дым. Но
сегодня на ней хотя бы надет фирменный костюм с эмблемой
Мого
, так что
есть все основания дружески улыбнуться в ответ.
Глазами она стала искать в толпе Хьюго, который страшно опаздывал. Таш
знала, как он мечтал о выигрыше, и не могла найти оправдания такой
безответственности. Волнуясь, она пробиралась к уже выступившим Гасу и
Стефану мимо группы телевизионщиков и вдруг услышала выразительный
комментарий ведущей новостей Джулии:
— Итак, последние новости. Хьюго Бошомп до сих пор не появился, и если
через несколько минут он не выйдет на старт, звание чемпиона автоматически
перейдет к спортсмену из Новой Зеландии. Вы можете представить, что творится
на трибунах!..
Таш заткнула уши, чтобы не слышать пугающих слов телеведущей.
Подбежала Дженни, раскрасневшаяся и встревоженная.
— Нигде не нашла! — она остановилась между Гасом и
Стефаном. — Его никто не видел!
Сноб приуныл, всеобщее напряжение передалось и ему, Индия едва сдерживала
жеребца.
— Страсти разгораются! — вещала Джулия.
Пол, ворчливый продюсер, вышел из комментаторской будки и быстрым шагом
приблизился к Таш.
— Когда вернется твой ненаглядный? Прямой эфир скоро кончится, и пойдет
сюжет про регби! — завопил он.
— В таком случае мне придется поспешить, — раздался спокойный
голос. — Я собирался записать свой заезд на видео.
— Хьюго! — вытаращив глаза, Таш наблюдала, как он приближается
ленивой походкой, на ходу застегивая куртку. — Где ты был? Все только
тебя и ждут!
— Звонил кое-кому. Мне был нужен хороший совет. Затаив дыхание, Таш
смотрела, как он вскочил в седло и проверил стремена.
— Пожелай мне удачи, — прошептал он.
— Удачи! — улыбнулась Таш.
— Нет, не так.
На какой-то миг их глаза встретились, и Хьюго улыбнулся такой искренней,
такой сердечной улыбкой, что у Таш пошла кругом голова. Сноб вытянул шею и
стащил с нее капюшон, к полному восторгу зрителей.
Таш нахмурилась: Хьюго заслуживал порицания за такую беспечность. Как можно
быть таким легкомысленным? Сноб не сумеет выступить хорошо без основательной
подготовки.
Как она и предполагала, конь был вне себя: он танцевал на месте сумасшедшее
танго, крепко зажав капюшон в зубах. В таком состоянии нельзя было
рассчитывать на успешный заезд. Заставив всех развеселиться, Хьюго
поприветствовал судей очень своеобразно: он вытащил желтый капюшон Таш у
Сноба изо рта и помахал им в воздухе.
Таш казалось, что она не дышала в течение всего заезда. Она закрывала глаза,
как только Сноб приближался к новому барьеру. Хьюго демонстрировал
максимальную собранность, каждый мускул его лица был напряжен, конь летел
вперед, как птица. Через какое-то мгновение раздался шквал криков и
аплодисментов. Таш открыла глаза.
— Он победил, Таш! — Пенни широко улыбалась. — Он выиграл
чемпионат. А теперь отпусти мою руку, а то переломаешь мне все пальцы.
Как только Хьюго финишировал, Таш очутилась в чьих-то объятьях — ее
целовали, поздравляли, как будто она сама только что одержала победу. Но она
знала, что никогда не смогла бы выступить, как Хьюго.
— Это и твоя заслуга, Таш! — Гас крепко ее обнял. — Ты
трудилась, обучая коня, не покладая рук, и вот результат! — Впервые за
все время он поцеловал ее прямо в губы. — Я так тобой горжусь! —
Эти слова Таш тоже слышала от него в первый раз. Она едва сдержала слезы.
Таш пыталась прорваться к Хьюго, но это было то же самое, что пробиться к
сцене во время концерта рок-звезды.
Как только он спешился, его атаковала Джулия Диттон, отчаянно пытавшаяся
взять у него интервью до начала сюжета о регби. Но Хьюго, не обращая ни на
кого внимания, отдал поводья подоспевшей Дженни и направился прямо к Таш. Он
снял шлем, тряхнул волосами, и его лицо засияло улыбкой.
— Этот конь — само совершенство, — присвистнув, заявил он,
остановившись рядом. — И это твоя заслуга, дорогая!
Таш, улыбаясь, смотрела на него. Ей хотелось придать лицу серьезное
выражение, но прогнать улыбку с губ оказалось невозможным.
— Поздравляю, — рассмеялась она, — ты был превосходен. —
Ей хотелось добавить:
И я люблю тебя
. Но на них смотрели телекамеры, и
сказать так означало положить конец карьере бедняги Найла. Таш не могла
дождаться, когда они с Хьюго останутся наедине, ей хотелось, чтобы это
произошло немедленно.
Через двадцать минут началась церемония награждения. Таш хлопала в ладоши
так, что они заболели. Пенни плакала в три ручья. Таш прежде никогда не
видела ее слез. Подруга утверждала, что у нее просто болят пальцы, но Таш
знала: все дело в долгожданной победе Гаса, которая должна положить конец
финансовому кризису Монкрифов.
— Я так горжусь им, — всхлипывала Пенни. — Я редко говорю
мужу о любви, но сегодня клянусь, что скажу, как сильно его люблю.
— Я тоже. — Таш мечтала, как скормит Снобу целое ведро лакомств.
— Давно пора, — Пенни повернула к соседке лукавое лицо. — Ты
одна до сих пор не сказала Хьюго, что без ума от него. Остальные поклонницы
сделали это еще вчера.
Они уже почти подъехали к Малбери, когда Таш наконец набралась храбрости.
Хьюго пил шампанское прямо из бутылки и играл с кондиционером нового
мицубиси
, направляя потоки горячего и холодного воздуха прямо в лицо Таш.
Этот автомобиль был одной из наград чемпиона Бадминтона. Хьюго был в
прекрасном настроении, но почти не разговаривал, только вежливо предложил
переключить скорость, так как Таш уже долгое время выдерживала тридцать
километров в час. Ей было сложно вести такую большую машину, тем более после
автомобиля с характером, и особенно сейчас, когда ее нервы были на пределе.
Девушка выключила магнитолу, орущую на полную мощность, послушала
воцарившуюся тишину и наконец решилась:
— Хьюго, я люблю тебя, — произнесла она так быстро, что сразу же
засомневалась, расслышал ли он эту фразу.
С минуту Хьюго разглядывал бутылку из-под шампанского, а затем выбросил ее в
окно и повернулся к Таш.
Его глаза блестели, пока он изучал ее лицо, зрачки расширились, и глаза из
голубых сделались почти черными.
— Хорошо сказано, — наконец отреагировал он.
Мицубиси
проехал
большую лужу, брызги полетели на стекло и сползли вниз, как змеиные хвосты.
Таш нервно облизала губы:
— Ты хоть понял, что я тебе сейчас сказала?
— Да, спасибо.
Снова наступила тишина, Таш нажала на газ. Она никогда не испытывала
большего разочарования.
— Отлично. Я отвезу тебя прямо на вечеринку к Лисетт. Думаю, вы
прекрасно проведете время.
Хьюго не спеша перегнулся через нее, выключил зажигание и убрал ключи в
карман.
— Это все, чего я заслужил?
От его прикосновения кровь бросилась Таш в лицо. Она почувствовала, что
сердце забилось в груди, как бейсбольный мячик, пойманный рукой вратаря.
— А чего еще ты ожидал?
Мимо пронеслась машина. Хьюго зажег сигарету.
— Если ты говоришь о свидании, я хотел бы провести в твоем обществе
больше пятнадцати минут, — вздохнул он и захлопнул зажигалку. Его руки
дрожали. — Хотя, думаю, даже пятнадцать минут — это роскошь, ты ведь
будешь очень занята всю следующую неделю. Не забыла, что в следующую субботу
выходишь замуж за Найла О'Шонесси?
— Да. Это просто какое-то сумасшествие.
— Это точно. — Он втянул дым и повернулся к ней.
— Но я выхожу за него понарошку, — Таш старалась говорить весело.
— Как оригинально! — Казалось, Хьюго ничуть не удивился. Он не
отводил от Таш глаз. — Полагаю, ты дождешься полного затмения медового
месяца, прежде чем сказать об этом своим родственникам.
— Боже, я так запуталась, — простонала она, откинувшись на
сиденье.
— Знаю, — ответил Хьюго, не вынимая сигарету изо рта.
— Знаешь? — Таш совсем не нравилась его реакция на ее любовное
признание.
— Объясни, только честно, — Хьюго смотрел на лобовое стекло,
сощурившись от слепящих лучей заходящего солнца, — ты сказала, что
любишь меня потому, что это действительно так, или потому, что Найл бросил
тебя и ушел к Зои Голдсмит?
— Найл не бросал меня! — Гордость Таш была уязвлена. — Это
наше общее решение. С самого начала свадьба была ошибкой. А последние месяцы
похожи на дурной сон. Наши отношения никогда не были настолько крепки, чтобы
пожениться. Мы даже не способны просто жить вместе. Это было безнадежно,
ведь все это время я была влюблена в тебя.
Хьюго молча курил, глядя на дорогу.
— Я любила тебя долгие годы, Хьюго, — призналась Таш. — Я
росла с этой любовью, как растут с родимым пятном. И, несмотря на все мои
старания, не смогла преодолеть это чувство.
Глядя на профиль Хьюго, профиль, который так часто снился ей по ночам, Таш
чувствовала, как напрягаются все ее душевные струны. На лицо Хьюго легла
тень сомнения.
— Когда вчера ты объявила, что свадьба состоится, — резко сказал
он, — я просто не мог в это поверить. Все в один голос говорили мне,
что вы с Найлом расстались. Даже Лисетт уверена, что вы объявите о разрыве
на сегодняшней вечеринке. Но по твоему вчерашнему телефонному разговору с
ним я решил, что Найл угрожал самоубийством, если ты разорвешь
помолвку, — раздраженно бросил Хьюго. — Вообще-то так решила
Александра, и она до сих пор в этом убеждена, насколько я знаю.
—
...Закладка в соц.сетях
