Жанр: Любовные романы
Ты не чужая
...ере
выспался.
— Хочешь прилечь?
Кэл так и не расслышал, что ответила Диана, потому что, как только она
положила извивающегося ребенка на кровать, он стал надрываться от крика.
Не спрашивая разрешения, Кэл взял его на руки и понес в свою спальню.
— Ну-ну, парень, давай дадим маме отдохнуть.
После нескольких безуспешных попыток успокоить Тайлера Кэл лег и положил его
лицом вниз поперек своего живота, так, что головка и ножки свесились с обеих
сторон, и стал поглаживать ребенка по спинке. Неожиданно воцарилась тишина.
Кэл почувствовал, что жена стоит в дверях. Он повернул голову и уловил
нежность в ее взгляде.
— Разве ты не знаешь, что у меня магическое прикосновение?
Ее глаза затуманились.
— Слава богу, что ты пришел. Я... Может, я пойду приму душ и оденусь?
— Ступай.
— Когда Уитни позвонит...
— Я знаю, что ей сказать, — тихим голосом прервал он.
Бедная моя дорогая женушка. Ты не знаешь, что она и не собирается звонить.
В девять часов она появится у нас и с извинениями сообщит, что Джон Уоррен
перепутал время и сказал тем людям, что они могут приезжать за Тайлером в
девять часов
.
Прошло минут пятнадцать. Малыш спал. Кэл осторожно переложил его на кровать,
накрыл простыней, потом тоже пошел принять душ.
Когда он, обвязав бедра полотенцем, вышел из ванной, Диана лежала на кровати
рядом с Тайлером. На ней были легкие белые брючки и топ с бежево-белым
рисунком — наряд, который он очень любил. Она расчесала волосы, и они сияли
золотом. Она была так хороша, что дух захватывало.
Услышав, как он выдвигает ящики, она повернула голову.
— Уитни звонила?
Он помотал головой.
По ее лицу скользнуло мучительное выражение, и она снова перевела взгляд на
Тайлера. Кэл воспользовался моментом и надел слаксы и спортивную рубашку.
После этого взял ее за руку.
— Пошли, — шепнул он.
Они вместе вышли из спальни и направились в гостиную.
— Лучше подождем здесь, в спальне я отключил телефон, чтобы он не мешал
малышу.
— Хорошо, что ты это сделал. Бедная крошка, он всю ночь не спал.
— Все будет отлично. Не беспокойся.
Она кивнула, потом подняла на него вопрошающие зеленые глаза, которые были
ему дороже всего на свете.
— Почему ты так много знаешь о детях?
— Я не знаю.
— Ты меня обманываешь. Этой ночью, что бы я ни делала, он не успокаивался.
— Наверное, у него болел животик. А когда я его взял, боль уже уменьшилась и
он ее всю выплакал.
— Ты думаешь, ничего серьезного?
— Конечно. Врач тоже так считал, иначе отправил бы его в больницу.
— Он так и сказал. — Она беспокойно ходила по комнате. — Не понимаю, почему
Уитни не звонит. Пока Тайлеру не станет лучше, его никуда нельзя увозить.
— Диана, с Тайлером все будет в порядке. Люди, которые за ним приедут,
знают, как за ним ухаживать. Документы уже подготовлены, не забывай...
Он так и не закончил, потому что раздался звонок.
Уитни пришла вовремя, как и договорились. Начинается. Если на этот раз инстинкт его не подведет...
Диана вцепилась ему в руку.
— Кто это может быть в такую рань?
— Понятия не имею, пойдем посмотрим.
Она пошла за ним в прихожую. Он открыл дверь, и Диана воскликнула:
— Уитни! Мы думали, что ты сначала позвонишь...
Уитни стрельнула глазами в Кэла, они мгновенно поняли друг друга.
— Надо бы, но дело в том, что Джон меня неправильно понял и сказал клиентам,
что будет ждать их у вас в девять часов. Я решила приехать и предупредить,
ведь вам нужно морально подготовиться. Как я вижу, их еще нет.
— Заходи, — буркнул Кэл. Обнимая Уитни, он шепнул: — Молись, чтобы
сработало.
Уитни предупреждала его, что Джон договорился с двумя коллегами, чтобы они
изображали приемных родителей. Если эта уловка не подействует, ребенка
отвезут к семейной паре, имеющей сертификат, и развод пойдет своим чередом.
Уитни крепко пожала ему руку и прошла в гостиную. Она несла портфель, на ней
был костюм, который она называла
адвокатский
, — строгий темно—синий
блейзер с юбкой. Было сделано все, чтобы придать достоверность тому
спектаклю, который мог обернуться для Кэла кошмаром.
Ролинз лелеял надежду, что к этому времени Диана передумает разводиться, но
все оставалось по- прежнему. Наступал его черный час.
У него выступил пот на лбу, когда Уитни выложила на стол бумаги, которые им
предстояло подписать.
Если Диана не откажется разводиться, бумаги будут иметь законную силу.
Он почему-то рассчитывал, что этой ночью случится чудо и дело не зайдет так
далеко.
Его жизнь, его любовь ускользали от него. Он чувствовал себя совершенно
беспомощным, как тогда, в больнице, когда она велела ему уходить. Он был в
ужасе.
— Тайлер уже привязался к нам, — осторожно сказала Диана.
— Конечно, но он так же привяжется и к другим приемным родителям.
— Кэл, можно с тобой поговорить наедине?
— Конечно.
Следом за Дианой он вышел на кухню. Она обернулась так стремительно, что
золотые волосы взлетели и рассыпались по плечам. Агрессивная осанка
напомнила Кэлу прежнюю Диану.
— Ты не можешь позволить им забрать Тайлера!
О Господи! Неужели его молитвы услышаны?
— Диана... Эта пара ждет возле дома.
— Знаю. Но им нельзя его увозить! — Ее великолепные зеленые глаза
наполнились слезами. — Это наш ребенок. Я его нашла. — Ее голос задрожал. —
Предполагалось, что он будет жить с нами всю жизнь.
Кэл глубоко вздохнул.
— Но это означает, что тебе тоже придется жить со мной всю жизнь.
Она с трудом проглотила комок в горле. Он видел, что она подыскивает слова.
— Я знаю. Вообще-то я хотела об этом поговорить.
— О чем?
— О разводе.
— Ведь ты именно этого хочешь?
— Я думала, что хочу, но... но я передумала.
У него все внутри оборвалось. Но пока еще рано прыгать от радости, нужно еще
немного продержаться.
— Почему?
— Сейчас я не могу на это пойти. Там ждут люди, которые хотят увезти нашего
мальчика. Пожалуйста, скажи Уитни, что мы официально усыновляем Тайлера. А
что касается мистера Уоррена, ему придется подыскать для них другою ребенка.
Скажи им, что мы приносим извинения за причиненное неудобство, но наш
мальчик будет жить здесь. Господь Бог направил мать Тайлера к нам. Мы семья.
Мы хотим жить вместе.
— Аминь, — прошептал он. — Пойду скажу им, а потом у нас с тобой будет
долгий разговор.
— Ладно. — Она фыркнула. — Сейчас я не могу на них смотреть. Пойду проверю
Тайлера.
— Поцелуй его за меня.
Она, смеясь и плача, пулей вылетела из кухни.
Не чуя под собой ног, Кэл зашагал через холл в гостиную.
С одного взгляда Уитни поняла, что дело сделано. Она взвизгнула и повисла у
него на шее.
— Сработало! У нас получилось! Пойду скажу Джерарду, а он скажет Юрию, тот —
Роману, Роман — Аннабелл, а она скажет Рэнду, и целый мир ошалеет от
радости!
Кэл сам был вне себя от радости.
— Уитни, я обязан тебе жизнью!
— Ничем ты мне не обязан. Считаю за честь выступить в роли Купидона.
Джон Уоррен стоял, улыбаясь от уха до уха.
— Ну и ну! Ваша жена — это нечто!
— О которой из двух вы говорите?
Джон смутился, а Уитни расхохоталась.
— Не бери в голову, приятель, — она взяла его под руку. — Я объясню тебе по
дороге к машине.
Диана не сводила глаз с Тайлера, а он не пикнул с тех пор, как Кэл его
убаюкал. Она думала, что пора бы мужу уже прийти к ним, но, видимо, там идет
трудный разговор.
Ей было стыдно, что она так поступила, но стоило ей взглянуть на малыша,
лежащего рядом с ней на кровати, как она в который раз убеждалась, что
поступила правильно.
Хорошо, что жар прошел. Теперь Тайлер проспит несколько часов.
Она вдруг почувствовала голод и осторожно соскользнула с кровати. Вряд ли
Кэл завтракал у Романа. Он, наверное, тоже голоден.
Диана доставала из холодильника бекон и яйца, когда ей на плечи легли две
сильных руки.
— Ты читаешь мои мысли. Помочь?
Руки жгли, возбуждая ее. Совершенно невозможно сосредоточиться.
— Если хочешь, сделай кофе. Ты же знаешь, как я его люблю.
— Знаю. Только сначала скажи мне одну вещь.
Она знала, о чем он спросит. На этот раз он прочел ее мысли.
— Если боишься сказать, я помогу.
— Кэл... — Ее голос оборвался.
— Ты меня полюбила.
Прошла целая вечность, прежде чем она невнятно пробормотала:
— Ты и сам знаешь.
— Скажи.
— По-моему, я давно хотела это сказать.
— Диана...
Он повернул ее лицом к себе. У нее не было защиты от той любви, что
светилась в его бархатных карих глазах.
— Я люблю тебя! — беспомощно всхлипнула она. — Безумно люблю! — Она обняла
его за шею. — Не знаю, как это сказать.
— Я знаю, любимая.
Он наклонился, и их губы сомкнулись. Ее тело пронзило острое, ни с чем не
сравнимое ощущение. Не верилось, что это происходит с ней в
действительности.
Она громко застонала от неистового желания. Они обнимали друг друга в
отчаянном стремлении слиться воедино.
Его поцелуй прошлой ночью был только прелюдией к этому единению души и тела.
Диана и вообразить себе не могла, что двое людей могут достичь такой степени
восторга, который сжигал ее заживо. Подумать только — она могла отказаться
от этой страсти!
— Дорогая моя, — прерывисто дыша, не переставая осыпать ее поцелуями,
проговорил Кэл. — Ты должна мне сказать, что доктор Браун говорил о занятии
любовью. Ты спрашивала?
Она бессвязно отвечала:
— Да, любимый. Он сказал, что следует воздерживаться в конце беременности
два месяца. А в остальное время...
Храни его Господь!
Кэл подхватил ее на руки и отнес в спальню. Положив Диану на кровать, лег
рядом.
— Пока наш сын спит, ты — только моя!
— А ты не боишься переутомиться? Ведь ты будешь заниматься любовью сразу с
двумя женами? — засмеялась она и уткнулась ему в шею.
— Очень боюсь. — Он улыбнулся. — Я чувствую себя как в первую брачную ночь:
ноги трясутся, сердце стучит. Я так возбужден, что могу умереть в твоих
объятиях.
— Значит, понимаешь, как я себя чувствую.
— Боюсь, что нет, дорогая. Боюсь, ты не имеешь представления о том, как это
у нас происходило, но сейчас узнаешь. Только не выпускай меня из рук.
— Как будто я могла бы! Я люблю тебя, Кэл. Я буду любить тебя вечно.
— Знаешь, ты сказала эти слова в нашу первую ночь. Как вижу, мне предстоит
узнать, что обе мои жены более чем сексуальны. Вот бы всем так везло!
— О-о... Хорошо бы Вероника сейчас меня видела!
— Вероника... Кто это?
— Ты ее знаешь. Сексуально озабоченная брюнетка с наших вечерних курсов для
родителей, которая только что на голову не становилась, чтобы привлечь твое
внимание.
Он усмехнулся.
— Честно говоря, не знаю.
— Вот и хорошо.
Кэл расхохотался во все горло.
— Кажется, моя вторая жена ревнива! Ей не о чем беспокоиться. Я кое-что
припас для блондинки с зелеными глазами и длинными стройными ногами.
Вечно он заставляет меня краснеть
.
— Что-то говорит мне, что твоя жена номер один имела тот же порок. Это
неизбежно, если ей довелось быть замужем за таким мужчиной, как ты.
— И что же это за мужчина?
— Ты такой замечательный, — дрожащим голосом серьезно сказала она, — что мне
не хватит жизни об этом рассказать.
У него загорелись глаза.
— Мне нравится, как ты это говоришь. Еще больше мне нравятся твои духи. Ты
не представляешь, как я жажду свою обожаемую жену. Иди ко мне, любовь моя.
ЭПИЛОГ
— Господа! — Джерард серьезно отнесся к своей роли хозяина. — До того как мы
начнем смотреть баскетбол, хочу спросить: рассказывал ли я вам, как в
Гренобле Уитни ходила в парикмахерскую?
— Если кто не знает, это во Франции, — вставил Юрий.
— Ей нужно было помыть голову и постричься. Она захотела потрясти французов
своим знанием языка. И вот моя бесценная девочка-невеста открыла карманный
словарь и произнесла:
Вonjour, messieurs. Je voudrais un lavage, sil vous
plait
.
Юрий разразился смехом, Джерард тоже улыбался.
— Переведи, — скривился Роман. — Не все такие полиглоты, как вы.
— Поэтому тебе не так весело живется, как твоему брату, — поддел его
Джерард. — Ладно. Не буду держать вас в неведении. Если хотите знать,
1аvаgе
— это
клизма
.
Раздался гомерический хохот, такой, что, казалось, стены квартиры Джерарда и
Уитни содрогнулись.
Это была первая пирушка с друзьями, на которую Кэл выбрался после рождения
их прелестной дочки Хайди месяц назад. Он веселился вместе со всеми, но его
не оставляло беспокойство: женщины пошли за едой и до сих пор не вернулись.
За прошедший год они с Дианой были неразлучны. Они стали ближе друг другу,
чем это было до ее амнезии, потому что оба сознавали, что им дан еще один
шанс.
Но было кое-что и не совсем приятное. Например, когда Кэл не видел Диану, он
терзался от страха, что с ней что-то случится и он ее потеряет. Вдобавок
последние три месяца им нельзя было заниматься сексом, и нервы его были
взвинчены.
— Кстати о невестах. — В разговор вступил Рэнд. — Моя, по заданию страховой
компании, наблюдала за предполагаемыми инвалидами. Страховщики не верили,
что те недееспособны, а доказать не могли. Но вы же знаете мою кошку-мышку.
— Так Рэнд называл Аннабелл, и это рассмешило Кэла, несмотря на беспокойство
за свою жену. — Один из сыщиков, Фил, караулил с видеокамерой; Аннабелл
подкралась к женщине в инвалидной коляске и сделала вид, что наткнулась на
нее во время пробежки. Так, ничего серьезного, легкий толчок. Эта женщина с
воплем выскочила из кресла, как молодая козочка.
Фил все заснял на видео. Страховая компания выплатила Анни трехмесячное
жалованье.
На этот раз Кэл смеялся так, что закололо в боку. Пока все переводили
дыхание, Юрий подтолкнул Романа.
— Расскажи, как ты надул Британи.
— Да ты что, она меня убьет!
— Рассказывай, рассказывай, приятель, — усмехнулся Джерард, и Роман
засмеялся.
— Это было вскоре после того, как мы поженились. Брит узнала, что Юрий имел
обыкновение ставить в машину Дженни
жучки
, чтобы знать, что она о нем
думает. У нее возникла идея прицепить
жучок
и мне. Случайно Фил увидел,
как она устанавливала подслушивающее устройство в моей машине, и сказал мне.
Я, естественно, не мог упустить случай ее разыграть. Тут как раз приехала
Дженни и согласилась помочь мне. Она изменила голос, и мы делали вид, что
бешено флиртуем. Потом я вставил ленту в магнитофон машины.
— И сколько потом жена с тобой не разговаривала? — поинтересовался Рэнд.
— Погоди, сейчас все узнаешь. Она включила сигнализацию в доме, и я, гений
шпионажа, не смог попасть в собственный дом!
Все так и покатились со смеху.
Юрий снова ткнул брата в бок.
— Расскажи, как ты вернул себе ее благорасположение.
— Я уговорил ее открыть окно спальни и дал прослушать ту же самую запись с
магнитофона, который привез из офиса. Представляете, каким я себя чувствовал
дураком, когда в два часа ночи стоял во дворе собственного дома, будто
распевая жене серенады таким нелепым образом!
Кэл кивнул.
— Все-таки ты выглядел не таким дураком, как я, когда стоял перед своим
домом в час ночи примерно девять месяцев назад. Хуже всего, что я сам велел
Диане включить эту чертову сигнализацию, не подозревая, как она работает!
Все опять посмеялись.
— Рэнд, твоя жена отлично сделала свою работу!
— Она все делает отлично.
— Да, наша Анни такая!
— JA VOL, — прогромыхал Джерард.
— Это кто там поминает мое имя всуе?
Все головы повернулись к Аннабелл. Мужчины не знали, что их жены уже
вернулись. В воздухе разлились запахи греческой кухни. Кэла окатила волна
облегчения. Он вскочил с дивана — ему срочно нужно было увидеть Диану.
Диана стояла на кухне и чего-то ждала.
Казалось, она целую вечность ждала этого вечера. У нее были на него особые
планы, и она дрожала от возбуждения.
Уитни устроила эту вечеринку, чтобы растормошить Кэла. Ближайшая подруга
Британи Дениза согласилась побыть до утра с Хайди и Тайлером. Все было
устроено. Диане был нужен только муж.
К счастью, искать его не пришлось. Он вошел в кухню с таким видом, как будто
что-то искал, и увидел Диану.
Его руки пробрались под блузку и обняли ее. Он сдвинул волосы и поцеловал ее
в шею.
— Хочешь, сбежим отсюда?
— Да, пожалуй.
— А где наша еда? — спросил он.
— Я решила, что сегодня у нас с тобой будет кое- что получше греческой
кухни.
— Как это?
— Скоро узнаешь. Пошли. — Она схватила его за руку и потянула к задней
двери.
— Сердечко мое, что ты делаешь?
— Мы кое-куда поедем... Давай скорее.
— А Уитни знает?
— Все знают.
Ему стало интересно, и он бодро зашагал по снегу к стоянке.
— Я поведу машину. Не волнуйся, нам недалеко.
И в самом деле, они проехали не больше двух миль, и он увидел ворота
французского ресторана, расположенного по дороге к каньону и окруженного
лесом.
К его удивлению, Диана обогнула дом и, свернув направо, подъехала к
засыпанному снегом коттеджу, стоящему среди деревьев. Кэл никогда здесь не
был, но знал, что это излюбленное место новобрачных для медового месяца.
Боже мой!
У него забилось сердце.
— Пойдем со мной, — загадочно позвала она.
Кэл вылез из машины и на ватных ногах последовал за ней. Диана открыла
дверь, и его приветствовал знакомый вид французского охотничьего домика со
скрытыми от глаз благами цивилизации.
Горел камин. Тени от огня взмывали вверх по деревянным балкам, плясали на
стенах. На столе, освещенном свечами, ждал изысканный ужин с шампанским.
Он захлопнул дверь и сгреб Диану в объятия.
— Я думал, доктор Браун велел ждать шесть недель.
— Он сократил наш пост. Поздравляю тебя с Днем святого Валентина, любимый.
Диана вся светилась внутренним светом. Глаза сияли изумрудами, волосы,
рассыпавшиеся по плечам, отливали золотом. От морозного ночного воздуха на
щеках горел пурпур румянца. А рот...
Кэл со стоном прильнул к нему. Поцелуй длился бесконечно. Ее руки, бедра,
все ее тело обещало ему то, чего он вожделел. Пусть этот экстаз продлится
вечно...
— Любовь моя, ты — моя жизнь! Ты так много сделал для меня! — воскликнула
она с болью в голосе. — Уитни призналась, как ты сумел уберечь нас от
развода. Слава богу, что ты понимал меня лучше, чем я сама. Теперь моя
очередь отплатить тебе. Этой ночью я жду своего возлюбленного мужа. Сегодня
наша ночь — я твоя! — Она поцеловала его в подбородок. — Стой здесь и не
двигайся.
Кэл не мог бы сдвинуться с места, даже если б захотел. Диана подготовила для
него ночь любви?! Это дорогого стоит!
Пока он, замирая и трепеща, оглядывался вокруг, она вышла из другой комнаты,
переодевшись в белый пушистый халат, доходивший ей до колен, и принесла
такой же ему.
Босая, с золотыми волосами, облаком лежащими на плечах, она была похожа на
ангела.
С ее губ не слетело ни слова, только глаза говорили о любви, когда она
медленно раздевала его и помогала облачиться в халат. Завязав ему пояс,
Диана подвела Кэла к подушкам, разбросанным перед камином. Усадив его, она
встала перед ним на коле ни и подала бокал шампанского.
Она приподняла свой бокал. Посмотрела на не го блестящими глазами.
— За рай. Это — то место, где ты обитаешь.
Сплетя руки, они пили вино и целовались, предвкушая грядущую ночь. Поцелуи
становились все глубже и дольше. Кэл смаковал интимность момента, словно
величайший дар, уготованный ему женой.
Ее нежность, красота души и тела действовали на него как наркотик. Восторг
его был так велик, что он едва ли осознал, что она поставила бокал и взяла
его за правую руку.
— Этим кольцом я обручаюсь с тобой отныне и навеки. — Диана надела ему на
палец старинное золотое кольцо. — Как видишь, оно не похоже на то, что я когда-
то надела тебе на левую руку. Оно сверкает золотом, но без бриллиантов. Оно
знаменует собой надежду и любовь. Оно... — Жена сжала его руку, — знаменует
страсть, постоянство, преданность, верность. Вечную любовь. Это бесценное
сокровище, за которое я никогда не устану тебя благодарить. Я люблю тебя,
Кэл. Я люблю тебя!
Дальше не было слов. Кэл наклонился и прижал к сердцу свою жену.
Закладка в соц.сетях
