Жанр: Любовные романы
Странная парочка
...бо, кого можно заподозрить в меньшей честности.
Прежние отношения - дружеские и интимные - оставили ощущение растерянности,
ощущение того, что ее использовали и бросили. Даже если Рису захочется развлечься с
ней - а он ни за что этого не покажет, - она не может рисковать потерей работы, когда все
закончится. А она знала, что их связь не смогла бы продолжаться долго. Он никак не
выказывал стремления к постоянной связи. А если и выкажет, то ей нечего предложить в
ответ.
Надо взять ситуацию под контроль. Надо выдерживать дистанцию с этим человеком,
который уже подошел слишком близко, даже не прикладывая усилий. Только бы не было
слишком поздно.
Когда Анджи пришла на работу в понедельник, Рис был уже в офисе. Бледный, со
слегка запавшими глазами, он временами покашливал, но явно был близок к полному
выздоровлению. Едва он появился в дверях ее кабинета, Анджи пунцово покраснела.
Единственное, что она могла придумать, чтобы скрыть свое странное поведение, это
нечаянно уронить ручку и нагнуться, поднимая ее. "Не будь дурой, - приказала она себе. -
Не может он догадаться о твоих снах, только взглянув в лицо".
- Что вы с ней сделали? - резко спросил он, когда Анджи выпрямилась, надеясь, что
румянец будет отнесен на счет неловкой позы.
- С чем, мистер Вейкфилд?
Он нахмурился, но она не поняла, относится ли это к официальному обращению или к
неудовлетворительному ответу на вопрос.
- С папкой Перкинса, черт возьми! Всю пятницу я безуспешно пытался получить ее, а
теперь не могу найти.
- С ней сделано все, что нужно, мистер Вейкфилд. Бумаги доставлены мистеру
Перкинсу на подпись. Они будут у вас сегодня после обеда.
- Когда это было сделано?
- В пятницу, - призналась она. - Это было несложно, а я знала, что вы хотите побыстрее
закончить дело. Я...
- Если бы я хотел, чтобы вы занялись этим, я бы так и сказал, мисс Сен-Клер, -
язвительно перебил Рис.
На этот раз она никак не могла скрыть краску смущения.
- Извините, сэр. Просто я...
- Пожалуйста, запомните на будущее, что я нанял вас в качестве помощника. Если бы
мне нужен был достаточно квалифицированный заместитель, чтобы самостоятельно
вести дела, я бы взял какого-нибудь умника-МБА , из тех, что подавали заявления на это
место.
Анджи прикусила губу.
- Да, сэр.
Он еще посверлил ее глазами, развернулся на каблуках и вышел.
Впервые с тех пор, как стала работать на Риса, Анджи готова была расплакаться после
его нотации. И она еще боялась вступить с ним в слишком близкие отношения. Теперь, во
всяком случае, ясно, что на этот счет бояться нечего. В том, как он сейчас обошелся с ней,
не видно было даже тени благодарности, не говоря о более серьезных чувствах. Она - одна
из его служащих, которой он в данный момент недоволен. В стремлении быть полезной
она переступила невидимую границу, которую он возвел между собой и всеми
остальными.
Второй раз она такой ошибки не допустит.
Глубоко вздохнув, Анджи занялась работой. Уж по крайней мере в этой области она
точно знала, что делать.
Рис чувствовал себя препогано. "Вовсе незачем было так на нее набрасываться", -
говорил он себе, мрачно глядя в закрытую дверь своего кабинета. Предавшись на минуту
самокопанию - чем занимался крайне редко, - он пришел к выводу, что эту вспышку
можно объяснить только стремлением взять под контроль изменившиеся отношения -
деловые отношения, твердо уточнил он. Ему не давало покоя, что она видела его в
тяжелые минуты: слабого, больного, неспособного пройти от ванной до постели без ее
помощи. Не говоря уже о сне, который приснился ему сегодня ночью и в котором она
играла яркую и очень эротическую роль.
На работу он пришел в полной уверенности, что все снова в порядке, но стоило войти в
ее кабинет, как в голове помутилось. Сидя там за столом, она была так красива, так
недоступна, так невыносимо желанна, что у него пересохло во рту. Пока она искала ручку
под столом, он лихорадочно перебирал возможные темы для разговора, и в голову пришла
только папка Перкинса. И тут он вцепляется ей в горло только потому, что она проявила
немножко излишнего рвения, стараясь помочь, пока он болен. Ее квалификации вполне
достаточно, чтобы справиться с этим делом, и он это прекрасно знает. Каким же хамом
надо быть, чтобы так наброситься на нее за попытку помощи - особенно после того, что
она делала для него в пятницу.
Так на нее наброситься... Подсознание вернуло ему эту фразу вместе с
соответствующим зрительным образом, отчего у него все натянулось внизу живота. Нет,
он действительно слишком давно не имел женщины, мрачно решил Рис.
Нужно попросить у нее прощения. Он с трудом сглотнул.
Когда он последний раз просил прощения? Подумав, решил, что это случилось лет
двадцать пять назад, когда ему было пятнадцать и тетя Айрис поймала его за извлечением
нескольких долларов из ее кошелька. Она ему выдала по первое число, чуть улыбнулся
воспоминанию Рис. Он был уже тогда на фут выше приемной матери, но она, пальцем не
тронув, измордовала его так, что Рис почувствовал себя сопливым карапузом. Когда она
закончила, он мучился раскаянием, стоял, уперев подбородок в грудь, и ковырял пальцем
потертый ковер ее гостиной. И попросил прощения.
Ну да, если быть точным, она заставила его просить прошения, но просил-то он от
души. С тех пор они стали друзьями навсегда. Она была первым человеком, действительно
желавшим ему добра.
Энергичная заместительница сильно напоминала ему приемную мать. И теперь он
намерен был просить у Анжелики прощения. Он взял телефонную трубку - и снова
положил на рычаг. Он попросит прощения, уверил себя Рис. Просто сейчас он к этому еще
не готов.
Анджи стояла у двери кабинета Риса с колотящимся в горле сердцем. Если бы только
можно было как-нибудь иначе получить подпись на этих бумагах...
Но секретарша ушла на обед, а подсунуть бумаги под дверь было бы несколько
непрофессионально. Может быть, его сейчас нет на месте. Может быть, ей удастся войти,
оставить бумаги на столе с запиской, а потом получить их обратно через секретаршу.
Мысленно скрестив пальцы на счастье, она осторожно постучала в дверь.
- Войдите.
Ее плечи опали, потом решительно выпрямились. О'кей, чем раньше, тем лучше. Она
получит подпись и ни на мгновение не покажет, что его утренняя выходка произвела на
нее какое-то впечатление. Обычные деловые отношения, напомнила она себе. Сугубо
деловые отношения.
- Мне нужна ваша подпись на этих бумагах для отдела кадров, мистер Вейкфилд, -
пояснила она, входя в кабинет и старательно избегая его взгляда.
Он молча кивнул, протягивая руку. Подавая папку, Анджи смотрела на
безукоризненный узел его галстука. Она почувствовала, что он мгновение продолжал
смотреть на нее, потом открыл папку, просмотрел аккуратно отпечатанные страницы и
поставил подпись в конце последней.
- Что-нибудь еще? - спросил он, возвращая папку.
- Нет, сэр. Сейчас я отнесу это в отдел кадров. - Она повернулась, едва справляясь с
желанием бегом броситься прочь. Хорошо, что все вышло так просто. Теперь бы только
выбраться отсюда и...
- Анжелика. - Голос был глубоким и чуть-чуть хриплым.
О небо! Пытаясь унять дрожь в коленях, она неохотно повернулась к нему.
Он глубоко вздохнул. Другой на ее месте мог бы подумать, что босс нервничает.
Смешно, конечно.
- Относительно дела Перкинса.
Ей удалось не поморщиться. Ну сколько можно!
- Да, сэр?
- Я сожалею, что наорал на вас, - произнес он так торопливо, что слова слились в одно.
- Вы сделали именно то, что должны были сделать. Будь я на месте, я бы сам поручил вам
заняться этим. Утром я вел себя безобразно и прошу у вас прощения.
Она почувствовала, как округляются у нее глаза, и, бессознательно стараясь не уронить
бумаги, сжала их вдруг помертвевшими пальцами.
- Гм... ничего страшного, сэр... гм, мистер Вейкфилд.
- Рис, черт возьми! - вдруг взорвался он. - Когда вы наконец научитесь произносить
мое имя?
Она вздрогнула.
- Извините, я просто привыкла называть вас "мистер Вейкфилд".
Он вздохнул, провел рукой по волосам и заставил себя опустить плечи.
- Я знаю. Черт возьми, Анжелика, вы заставляете меня просить прощения на одном
дыхании и орать на вас на следующем. Как вам это удается?
Ох, перестал бы он называть ее так, смутно пронеслось у нее в голове. А то она просто
растечется у его ног. Почему у него это имя звучит более соблазнительно, чем самые
цветистые обращения других мужчин?
- Обычно знакомые называют меня "Анджи", - сказала она, надеясь, что он поймет
намек.
- Мое имя, - напомнил он, будто не услышав. Он встал и теперь возвышался менее чем
в двух футах перед ней. Темные брови сошлись четким V над пристальными серыми
глазами. - Произнесите его.
Смущенная такой настойчивостью по самому тривиальному поводу, с пылающими
щеками, Анджи откашлялась.
- Хорошо, Рис. Но если вы не возражаете, я предпочла бы называть вас "мистер
Вейкфилд" при посторонних. Это звучит более профессионально.
Он коротко кивнул с довольным выражением на надменном лице.
- Конечно. Я и сам так считаю. - Добившись своего, он снова сел. - Что-нибудь еще,
Анжелика?
Она прекрасно поняла. Рис не относит себя к обычным знакомым. Он будет называть
ее так, как хочет.
- Нет, сэ... гм, нет, это все. - Она не знала, как он теперь отнесется к обращению "сэр".
Он издал нечто вроде сдавленного смешка, помотал головой, простонал: "Убирайся!" -
и взялся за телефонную трубку.
От этого смешка в ней проснулся старый живчик. Анджи четко козырнула.
- Да, сэр. Разрешите идти, сэр.
Повернувшись кругом, она строевым шагом вышла из кабинета. Звук, раздавшийся за
спиной, несомненно, был тихим смехом.
Промаршировав до своего кабинета, она неуклюже упала в кресло, машинально
обмахиваясь папкой, которую забыла отнести в отдел кадров.
Если он может довести ее до такого состояния одним только тихим смехом, что было
бы, если бы он действительно поцеловал ее? Этот вопрос никак не выходил у нее из
головы.
Когда подошло время обеда, Анджи решила, что можно выкроить несколько минут,
чтобы выпить стаканчик прохладительного с сотрудницами. Видит Бог, ей немало
досталось сегодня.
Гей и Дала сидели на своем обычном месте в окружении подружек. Анджи со своим
стаканом села на свободный стул. На этот раз остальные удивились меньше, чем в
пятницу, и даже улыбнулись, осторожно приветствуя ее.
- Как поживает мистер Вейкфилд сегодня? - полюбопытствовала Дала. - Расправился
со своим гриппом? Никто не видел, чтобы он надолго выходил из кабинета этим утром.
- Наверстывает упущенное, - пояснила Анджи и усмехнулась. - Всего один уик-энд, а
такое впечатление, будто его не было целый месяц.
- Он еще рычит из-за болезни? - спросила блондинка, выразившая такой ужас перед
Рисом в пятницу. Теперь Анджи знала, что ее зовут Присцилла.
После короткой борьбы между профессионализмом и чувством юмора Анджи
хихикнула.
- Ну, скажем так, он по-прежнему намерен во всем добиваться своего, - уклончиво
ответила она, вспомнив, как он заставлял называть себя по имени наедине.
- Стало быть, ничего нового, - пробормотала Гей в свою чашку.
- Именно, - еще шире улыбнулась Анджи.
- Вам правда нравится работать рядом с ним? - продолжала расспрашивать Присцилла,
не в силах сдержать боязливое любопытство.
Анджи задумалась на мгновение. Нравится ли ей работать с Рисом? Она не была
уверена, что может ответить на этот вопрос вполне объективно. Теперь это уже была не
просто работа, а он - не просто работодатель. Но...
- Да, нравится, - сказала она, зная, что говорит чистую правду. Ей искренне нравилось
работать с Рисом, а если быть до конца честной, то пришлось бы признать, что и Рис ей
тоже нравится. Но она решила, что не стоит простирать честность до таких пределов.
Сплетни распространяются очень быстро.
Одна из женщин на прошлой неделе была в отпуске. Она принесла снимки детей,
позирующих перед разнообразными туристскими достопримечательностями,
встретившимися в их автомобильной поездке. Анджи была включена в круг, по которому
ходили фотографии, собирая положенную дань восторгов. Издавая приличествующие
случаю ахи, она подумала, что окончательно принята сотрудницами. Хотя ее не оставляла
мысль о том, что было бы сказано о ней, откройся правда об отце, осторожно
развивающееся приятельство радовало. Ей не хватало друзей, несмотря на то что прежние
друзья принесли ей такое разочарование.
Как и следовало ожидать, Рис в этот день работал допоздна и дал понять, что
рассчитывает на помощь Анджи. Поглощенные делами, они работали плечом к плечу, как
водилось у них с самого начала. С каждым разом Анджи все легче было называть Риса по
имени, а он продолжал обращаться к ней "Анжелика", но неловких интимностей больше
не было. Если бы не несколько слишком надолго задерживающихся взглядов, Анджи
сказала бы, что все стало как раньше. Работодатель и служащая. Ничего больше.
Закончив наконец, голодная, усталая, эмоционально истощенная, Анджи добралась до
машины только для того, чтобы убедиться, что двигатель решительно отказывается
заводиться. Ругаясь шепотом, она еще несколько раз повернула ключ, лихорадочно давя на
газ. Скрежещущий звук превратился в серию щелчков, которая в конце концов сменилась
тишиной.
Анджи уронила руки на руль.
- Черт!
Надо же, чтобы это случилось именно сегодня! Так поздно, когда все, кроме Риса и
пары охранников, уже уехали. О том, чтобы просить помощи у Риса, не могло быть и речи.
Она решила обратиться к охранникам.
Но оказалось, что можно было ничего и не решать, - выбравшись из машины, она
лицом к лицу столкнулась с Рисом.
- Что случилось? - спросил он.
- Машина не заводится, - неохотно ответила она, прижимая к груди сумочку. - Она уже
несколько недель барахлит, но на этот раз, боюсь, сломалась окончательно.
- Вы знали, что машина не в порядке, и ничего не предприняли? - возмутился Рис,
уперев руки в бока под распахнутым пиджаком. - А если бы она сломалась в опасном
районе в такой час? Или на шоссе? Что тогда?
Прикусив язык, чтобы не ответить в том же тоне, Анджи только кивнула.
- Боюсь, я сваляла дурака.
Он мотнул головой по направлению к своей машине, припаркованной на обычном
месте неподалеку от ее парковки.
- Я отвезу вас домой. С вашей машиной мы завтра разберемся.
"Мы"? Она решила пока не уточнять. Что же до его не слишком вежливого
предложения подбросить - решила принять. В конце концов, это наименьшая возможная
благодарность за то, что она нянчилась с ним во время гриппа.
- Спасибо. Я буду вам очень благодарна. Закрыв за ней дверцу, Рис обошел сверкающий
лаком капот и сел за руль. Заведя мотор, он повернул голову, чтобы спросить пассажирку,
где она живет, но не произнес ни звука, потому что взгляд уперся в ее грудь. Мягкие
округлости, разделенные ремнем безопасности, четко прорисовывались под тканью
строгого синего платья.
Он откашлялся и быстро опустил глаза. Еще того хуже. Его взгляду предстали
удивительно длинные, стройные ноги, скрещенные там, где заканчивалась юбка. Черт, как
же она красива!
- Где вы живете? - спросил он резче, чем хотел, твердо упирая взгляд в лобовое стекло.
Ответ был неожиданным. Оказывается, он ездит на работу через ее район. Следуя
указаниям Анджи, он подвел машину к небольшому каркасному дому менее чем в
полумиле от его обычного маршрута.
Дом удивил его. Старый и явно требующий ремонта, он никак не соответствовал
образу очаровательной заместительницы, с ее явно аристократическими речью и
поведением.
- Давно здесь живете? - поинтересовался он, останавливаясь в короткой подъездной
аллее.
- С тех пор, как переехала в Бирмингем, - ответила она. - Здесь многие годы жили мои
дедушка с бабушкой. Бабушка умерла в прошлом году и оставила дом мне.
Рис отметил удовольствие в голосе и на лице, когда она смотрела на обветшалое
строение. Очевидно, она сильно привязана к этому дому. Забавно. Вот уж не ожидал
найти в ней такую сентиментальность. А еще забавнее то, что любовь к старому домишке
добавила ей привлекательности.
Войдя во вкус новых открытий, он предложил:
- Давайте поужинаем где-нибудь. Потом я привезу вас обратно.
Анджи удивленно повернулась к нему.
- Поужинаем? - озадаченно переспросила она.
- Ну да, поужинаем, - повторил он, невольно улыбнувшись. - Понимаете - поедим?
Взгляд фиалковых глаз Рису совершенно не понравился. Он был почти паническим. Он
понял, что получает отказ, прежде чем услышал ответ.
- Спасибо за приглашение, - сказала она с осторожной учтивостью, - но если можно -
не сегодня. День был трудный, и я слишком устала.
- Слишком устали, чтобы поесть? - с улыбкой спросил он, делая еще одну попытку.
- Слишком устала, чтобы есть в ресторане, - отозвалась она, уже берясь за ручку двери.
Рис признал поражение. Ему нужно было время, чтобы обдумать этот взгляд и
попытаться понять, что он означал. С чего бы Анжелике бояться его?
- Я провожу вас до двери.
- Спасибо, не нужно, - выпалила она. - В этом правда нет необходимости.
Он кивнул.
- Ладно. Тогда увидимся завтра в семь сорок пять?
Она вопросительно посмотрела на него. Рабочий день начинался в восемь.
- Завтра я нужна буду вам раньше? Он терпеливо покачал головой.
- Забыли, что завтра вам не на чем ехать на работу? Я заеду за вами в семь сорок пять.
- Что вы, не нужно! Я могу...
- Я заеду за вами, - твердо повторил он. - Мне по пути. Никаких проблем.
Она облизнула губы, и Рис подавил почти непреодолимое желание целовать ее до тех
пор, пока она не поймет, что чувство, растущее между ними, не вполне односторонне.
Оставалось утешаться тем, что по его лицу она прочесть ничего не могла.
Наконец она кивнула и довольно слабо улыбнулась ему.
- Хорошо. Значит, в семь сорок пять. Спасибо. Спокойной ночи, мистер...
Больше она ничего не успела произнести, потому что его пальцы закрыли ей рот.
- Не произноси этого, - предупредил он. - Не произноси, если не готова к
последствиям.
Ее губы были теплыми, мягкими и влажными. Он пальцами чувствовал их дрожь.
Заглянув ей глубоко в глаза, он увидел, что она прекрасно поняла, что означает эта угроза.
И что какая-то ее часть испытывает искушение.
Есть о чем еще подумать ночью.
Он очень медленно убрал руку.
- Простите, что вы сказали? - спросил он, превосходно изображая беззаботность.
Она откашлялась.
- Спокойной ночи, Рис. Он одобрительно улыбнулся.
- Спокойной ночи, Анжелика.
И вовсе она не бежала от машины до дома. Ну не то чтобы совсем уж бежала, говорил
он себе, выезжая из аллеи после того, как убедился, что она скрылась за дверью.
Анжелика Сен-Клер боится меня, раздумывал он, ложась в постель часом позже. Но не
в офисе - как работодатель я ее никогда не пугал. Зато в личном общении боится до
смерти.
Сие должно означать, что я привлекателен для нее так же, как она для меня. И она
точно так же знает о своем чувстве.
Этой ночью он улыбался во сне.
Глава 5
Увидев выражение лица Анджи следующим утром, когда она открыла ему дверь, Рис
развеселился. Более официально нельзя было выглядеть, даже надень она униформу, что в
некотором роде она и сделала. Серый костюм был настолько строгим, что смотрелся бы
уместно и в женском монастыре; мягкие золотые волосы так туго стянуты в узел, что
скулы выделялись еще более, чем обычно. Подбородок вздернут, плечи такие прямые, что
на них можно поставить по стакану воды.
- Доброе утро, Анжелика.
Трепет ресниц, и она вежливо отвечает:
- Доброе утро, Рис. - Потом вышла из дома и закрыла за собой дверь. - Еще раз спасибо,
что заехали.
- Всегда рад, - ответил он, пропуская ее вперед, к машине. Он тоже может быть
холодным и официальным. Если ей нравится такая игра - он поиграет. Немного.
Ее упрямое равновесие поколебалось только однажды за этот день, когда Рис сообщил,
что машина отправлена в надежный гараж для капитального ремонта.
- Вы сделали это, не посоветовавшись со мной? - спросила она, неприятно удивленная.
- Да, - ответил он, не отрываясь от доклада по сбыту.
- Рис, как вы могли? - разволновалась она. - Мне сейчас не по карману капитальный
ремонт. И вообще, неизвестно, стоит ли сама машина таких затрат.
- Не волнуйтесь на этот счет. Я все беру на себя. Молчание так затянулось, что Рис
поднял глаза от доклада, чтобы взглянуть ей в лицо. "Если бы огонь этих глаз был
настоящим, - подумал он, - я бы уже изжарился".
- Какие-то проблемы?
- Я не хочу, чтобы вы платили за ремонт моей машины, - резко ответила она.
- А я и не собираюсь. Ремонт производится за счет компании. - Его голос был ровным
и твердым. Чуть раздраженный хозяин, разговаривающий со строптивым подчиненным. -
Как мой заместитель, вы обязаны иметь надежный транспорт. Поскольку должность
учреждена впервые, я не подумал о предоставлении вам служебной машины. С этого дня
она в вашем распоряжении. Что вы будете делать со своей прежней, меня не касается.
Можете ездить на ней, когда понадобится, продать - все что угодно. Служебная машина в
вашем распоряжении для служебных и личных нужд. Это - одна из прерогатив вашей
должности. Если вы решите уволиться, тот, кто займет ваш кабинет, получит те же
привилегии. Это удовлетворяет вашу разнузданную добродетель, мисс Сен-Клер?
Щеки ее покраснели, но подбородок не опустился ни на волос.
- Как вам будет угодно, мистер Вейкфилд.
Рис коротко кивнул и снова опустил глаза.
- Свяжитесь по телефону с Гендерсоном, - приказал он. - Назначьте прием на
следующую неделю. Скажите, что я хочу, чтобы на этот раз он явился вполне
подготовленным.
- Да, сэр. - Она повернулась и открыла дверь, но остановилась.
Он поднял глаза.
- Что-нибудь еще?
Она избегала его взгляда. Рис не мог не вспомнить прошлое утро, когда заставлял себя
попросить прощения. Наверное, у него был точно такой же вид, как у нее сейчас.
- Насчет машины, - пробормотала она. - Спасибо.
- Пожалуйста, Анжелика. Позвони Гендерсону, ладно?
Больше она не медлила. Рассеянно глядя на закрывшуюся дверь, Рис хмыкнул, покачал
головой и вернулся к работе, подумав, поймет ли когда-нибудь до конца свою милую
энергичную заместительницу.
Следующие несколько недель Рис жил по заведенному порядку. Первым приходил на
работу и последним уходил. Между ним и Анджи не было больше ни конфликтов, ни
интимных сцен. Ни приглашений поужинать. Он решил выждать и посмотреть, что из
этого выйдет. Если Анджи и понимала, что Рис только временно уступает ее очевидному
желанию ограничить отношения профессиональной сферой, то никак не показывала
этого. Внешне между ними ничего не изменилось с той пятницы, когда он заболел.
Рис и сам не мог сказать, почему избрал новый маршрут между работой и домом после
того, как узнал, где живет Анджи. Теперь он обязательно проезжал мимо ее дома,
независимо от того, как рано или поздно это получалось. В результате ему удалось узнать
о ней кое-что новое. Простая, функциональная машина компании, которую он ей
предоставил, обычно стояла в подъездной аллее. Насколько он мог понять, гостей у нее не
бывало никогда. Свет в доме всегда был включен, когда он проезжал по вечерам, - разве
что приходилось задерживаться так поздно, что она уже ложилась спать. Но и тогда
оставалась лампочка в комнате, которую он определил как гостиную.
Неужели его компетентная, независимая заместительница боится темноты?
Он никак не мог избавиться от вопроса, почему она живет в такой изоляции.
Разыгравшееся любопытство временами требовало немалых усилий для подавления. Он
даже подумывал навести справки о ней, но тут же восстала совесть - это было бы грубым
посягательством на ее частную жизнь. Но здесь было не только любопытство. Он начинал
тревожиться за нее - нечто небывалое. Он никогда не тревожился за других, за
исключением тети Айрис, чье здоровье последние годы стремительно ухудшалось.
Что превратило Анжелику в такую затворницу? Он заметил, что на работе у нее начали
появляться знакомые, но вне работы она была абсолютно одинока.
А ведь он твердо уверен, что по природе своей она не одиночка, как он сам. Что-то
случилось в ее жизни, что-то настолько сокрушительное, что он и сейчас видел в ее глазах
затравленное выражение, когда она не следила за собой. Даже сейчас, шесть месяцев
спустя после их первой встречи. Что это могло быть?
Одинока ли она? Испугана? Мужчина ли ранил ее так тяжело? И самое главное: есть
ли вообще мужчина, который может предъявить на нее права? Этот вопрос не давал ему
покоя в первые утренние часы, когда он лежал без сна, преследуемый ее образом.
Долго он так не выдержит. Какую бы она ни устанавливала дистанцию, как бы он ни
старался держать под контролем желание обладать ею, напряжение между ними растет.
Рано или поздно что-то должно случиться. С одной стороны, он ждал этого момента,
желая узнать, что же произойдет. С другой - боялся, не зная, смогут ли они пережить
грядущий взрыв.
- ...Таким образом, они считают, что нужно сильнее внедряться в рынок медицинского
оборудования, чтобы компенсировать спад из-за падения продаж в нефтяную
промышленность. При очень небольших изменениях производственных линий
оборудование, которое мы производим, может быть модифицировано для использования в
больницах и...
Хотя Анджи не упускала ни слова из того, что говорил ей Рис, часть ее внимания была
занята бликами рассеянного света на его густых седых волосах. Они уже с полчаса сидели
плечом к плечу на длинном диване в углу кабинета, просматривая заметки, сделанные на
совещании с высшим руководством компании и представителями независимой
консалтинговой фирмы. У Риса стало обыкновением разбираться в проблеме, обсуждая ее
вслух, и Анджи считала умение быть хорошей слушательницей составной частью своей
работы. Интересно, кто исполнял эту роль до того, как он нанял ее?
- А вы как думаете?
Вопрос заставил ее полностью сосредоточиться. Никогда прежде он не спрашивал ее
совета.
- Вы хотите услышать мое мнение? Рис нахмурился.
- Я спросил вас именно об этом. У вас ведь есть свои мнения, не так ли?
- Конечно. Просто вы никогда прежде не и
...Закладка в соц.сетях
