Жанр: Любовные романы
Счастье приходит летом
...шись, взглянул на нее из-под козырька.
Какие же у него синие глаза, особенно здесь, у воды, под открытым небом!
Какую глубокую личность выдают мелкие морщинки, расходящиеся от их уголков.
У Джоанны предательски быстро забилось сердце, а страх только усилился.
— В чем дело? — спокойно спросил он. Кэйси тоже обернулся. Поля
его шапочки были заколоты булавкой, чтобы не мешали смотреть.
— Мама, я поймал рыбу! — торжествующе воскликнул он, вскочив на
ноги.
— Да что ты? — Из-за Кэйси ей сразу же пришлось сдержать свои
эмоции.
— Ага. — Сын так энергично кивнул, что у него даже съехала шапка.
— Давай я подержу твою удочку, Кэйси, — предложил Майкл.
Кэйси отдал ему удочку и поднял тяжелое ведерко.
— Вот, видишь?
Она увидела маленькую серебристую рыбку, холодно смотревшую на нее одним
глазом.
— Отлично! — рассмеялась Джоанна. Но тут она встретилась взглядом
с Майклом, и ее улыбка потухла. Он отдал Кэйси удочку, и они с Джоанной
отошли, чтобы ребенок их не услышал.
— Извини, если заставил тебя беспокоиться. Но я подумал, что Кэйси не
будет возражать. Там полно незнакомых ему людей, ужасно шумно и...
— Не надо извиняться, — прошептала она с горячностью, которой даже
сама от себя не ожидала. — Просто мне пришлось проехать несколько
лишних миль. Ты не сделал ничего плохого, только вот...
— А что я должен был сделать?
— Ты должен был сказать мне!
— Каким образом? Что я, телепат? Ведь мне это пришло в голову, когда вы
уже уехали.
Он так близко наклонился к Джоанне, что она ощущала тепло его тела и свежий,
пряный аромат лосьона после бритья. Сердце у нее сладко заныло.
— В любом случае ничего плохого ведь не случилось. Подумаешь, большое
дело.
— Случиться могло все что угодно. — Она смотрела вокруг, чтобы
найти подтверждение своим словам. — Нельзя куда-то вести пятилетнего
ребенка вот так, ни с того ни с сего. Вот ты вспомнил о том, что его надо
намазать кремом от загара?
— Джоанна, он уже успел загореть сильнее, чем я! — ответил Майкл.
В его синих глазах забегали искорки.
— А он ходил в туалет?
— Мальчишкам незачем беспокоиться о таких вещах. Кроме того, коттедж
совсем близко.
— Ну... а ты понимаешь, что скоро уже два часа? Ты взял ему что-нибудь
поесть? А что, если я сама собиралась с ним куда-то сходить пообедать? Как я
теперь уведу его отсюда, когда ты... ты...
— В чем дело, Джо? Что тебя так раздражает? До сих пор я не услышал от
тебя ни одного разумного довода.
Она молчала, не зная, что ответить, и понимала только, что какой-то
внутренний страх заставляет ее придираться.
— Я-то думал, что окажу тебе услугу, если возьму его на рыбалку.
Знаешь, у меня ведь есть дела и поважнее.
— Вот и занялся бы ими и оставил нас в покое. — Джоанна сама не
ожидала, что это прозвучит так грубо. Настроение Майкла тоже изменилось к
худшему — у него напряглись желваки на скулах.
— В чем дело, Джо?
— Ни в чем, — угрюмо ответила она.
— Неправда. Тебе не нравится, когда он проводит время со мной. Так?
— Да. Нет. То есть... — Джоанна запнулась и вдруг поняла — все
верно.
Майкл кивнул с сознанием своей правоты.
— Конечно. Я это по твоим глазам вижу. Хоть ты и отрицаешь, но на самом
деле ты твердо намерена делать все, чтобы мальчик не забыл об отце. И
поэтому не допускаешь даже мысли о его общении с другим мужчиной.
Джоанну ошеломило такое объяснение ее действий.
— Нет! Все совсем не так!
Но он ее не слушал и продолжал:
— Неужели ты не видишь, что это бесполезно? К тому же это ужасно глупо
и принесет больше вреда, чем ты думаешь. Малышу нужно общаться с мужчинами.
— Да что ты?! Откуда такие познания в области воспитания детей?
— Просто здравый смысл.
— Майкл, сделай одолжение, перестань придумывать проблемы, которых не
существует.
— Если ты и дальше будешь изолировать ребенка, они появятся.
— Я его не изолирую! — резко возразила Джоанна. — Мы раньше
очень хорошо обходились без твоих мудрых советов и дальше будем без них
обходиться.
— Сам не понимаю, почему меня все это так заботит, — медленно
произнес Майкл.
— Заботит? Тебя? Майкл, ведь до вчерашнего дня ты ему и двух слов не
сказал, как будто он заразный.
— Это не так.
— Именно так! В чем дело, Майкл? Чем тебе так не угодил Кэйси? Все
потому, что твой сын умер, а Кэйси живет? Ты презираешь его потому, что твой
сын был бы сейчас в том же возрасте? Он напоминает тебе о том, что ты
потерял?
На этот раз ошеломлен был Майкл. Его лицо залилось густой краской.
— Что за глупости ты несешь? — озадаченно прошептал он.
Увидев его реакцию, Джоанна сразу почувствовала всю свою нетактичность. Как
она могла?
— Если я держал Кэйси на расстоянии — признаюсь, вначале так и было, то
только потому, что он был живым напоминанием о том, что ты бросила меня и
вышла за другого. Этот ребенок появился у тебя от другого, ты жила своей
жизнью, в которой для меня места не было. — Голос Майкла звучал хрипло
от переполнявших его чувств. — Джоанна, я не презираю Кэйси, зачем так
говорить? По-моему, он отличный парень. Я презираю только себя — за то, что
в молодости был таким идиотом. А теперь, с твоего позволения... — Майкл
хотел отстраниться, но Джоанна удержала его. Ее пальцы задрожали, коснувшись
его теплой руки, покрытой жесткими волосками.
— Значит, выкидыш Банни здесь ни при чем? Майкл провел рукой по своим
густым, непослушным волосам и сощурился, глядя на воду.
— Никакого выкидыша не было, — с горечью ответил он.
Джоанна изумленно посмотрела на него.
— К-как?
— Джоанна, я думал, ты хочешь все оставить в прошлом. Мне казалось, мы
больше не будем говорить на эту тему.
— Но как же... Что ты сказал?
Он обернулся к ней. В глазах у него стояла печаль.
— Выкидыша не было. Банни притворялась. Она вышла из ванной, плакала и
казалась такой обессиленной, но, когда я отвез ее в больницу — она очень
этого не хотела, — врач сказал, что у нее все в порядке. На самом деле
она и беременной-то никогда не была.
Джоанна подумала, что сейчас упадет в обморок.
— Но... твоя мать сказала, что она ходила на обследование...
— Это Банни ей сказала. Родители ей поверили, проверять никто не стал,
и все признали это как факт.
— Беременности действительно не было?
— Чем еще тебе это доказать? — холодно спросил он. — Забавно
слышать, как со мной расправились, правда? А я-то думал, что здорово умею
управляться с женщинами! Меня прижали к стенке и заставили заплатить за
чужую ложь. Ну что, ты этому рада?
Несколько долгих мгновений Джоанна безмолвно смотрела на него. Потом, оправившись от шока, сказала:
— Нет, забавным мне это не кажется, и я не рада, это точно.
Как он мог такое подумать? Она ощущала только грусть и невыразимую муку. Все
их несчастья, все эти потерянные годы! Только из-за лжи! Джоанну переполняла
печаль, и она даже не в состоянии была злиться на Банни.
— Наверное, она тебя очень любила, если сочинила такую историю, даже не
боясь позора, только чтобы ты на ней женился.
— По-твоему, заманить в ловушку невинного человека — это любовь?
— Невинного?
— Вот именно. — Майкл резко отстранился и стал смотреть на воду.
— Майкл, что ты хочешь этим сказать?
— Забудь, Джо. — Было видно, как у него под рубашкой напряглись
плечи.
Она протянула руку, чтобы коснуться его, но тут же передумала.
— Мне очень жаль, что ты такое пережил. Это, наверное, ужасно. —
Майкл на нее даже не взглянул, и Джоанна его в этом не винила. Она не могла
выразить и десятой доли тех чувств, что были у нее на душе.
Продолжать разговор явно не имело смысла, и она сказала только:
— Ну давайте, рыбачьте дальше. Когда закончите, приведи Кэйси домой.
Майкл кивнул. Уходя, Джоанна обернулась и увидела, что он, гордо
выпрямившись, стоит на причале. Но все же выглядел он далеко не так
самоуверенно, как прежде.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Джоанна жалела, что резко обошлась с Майклом. Очевидно, ему пришлось
выстрадать гораздо больше, чем она себе представляла. Кроме того, она сама
осложнила ситуацию, хотя ее сыну ничего не грозило. А лето такое короткое!
Она вела себя просто безрассудно — разрушила дружескую атмосферу, возникшую
было между ними, и теперь глубоко об этом сожалела. Джоанна вернулась в
коттедж с твердым намерением все исправить.
Когда Майкл и Кэйси вернулись с рыбалки, она уже сделала картофельный салат,
испекла шоколадный пирог и приготовила гриль для гамбургеров. Джоанна начала
приходить к выводу, что готовить еду раздельно так же нелепо, как делить
воздух. Зачем тратить силы понапрасну? И потом, она заметила, что Майкл
слишком занят, чтобы готовить, и поэтому плохо питается. Это беспокоило ее,
хоть она и старалась об этом не думать.
Майкл взглянул на тарелки веселой желтой расцветки на раскладном столике
возле дома и перевел взгляд на Джоанну, ворошившую угли рогатиной. Она
переоделась в ярко-розовую майку и в сатиновые шорты того же цвета. Джоанна
знала, что выглядит неплохо отдохнувшей, а кожа ее приобрела здоровый
золотистый оттенок. Но когда Майкл одобрительно оглядел ее, тоже это
заметив, ее вдруг охватило радостное волнение, чего она никак не ожидала.
— А что же нам делать с рыбой? — спросил он, поставив ведро на
землю. Он стоял расставив ноги, одна рука на бедре, а в другой — удочка.
Кэйси украдкой взглянул на него и встал точно так же. Джоанна перевела
взгляд с одного на другого и рассмеялась. Она боялась, что если этого не
сделает, то расплачется.
— Вот это да, ну и улов! Мы съедим рыбу завтра, — сказала
она. — А пока положим ее в морозилку. Идите мыть руки.
В пятницу утром из своего магазина в Эдгартауне снова позвонил Нейтан. Так и
не придумав подходящего повода для отказа, Джоанна согласилась сходить с ним
на концерт в субботу вечером, браня себя за то, что так нехотя разговаривала
с ним в прошлый раз.
После этого она повезла Кэйси в Гей-Хед, чтобы не мешать Майклу работать.
Через несколько часов они вернулись и увидели его за печатной машинкой.
— Ты все работаешь? — спросила Джоанна, заглянув к нему в комнату.
— Дядя Майкл! — врываясь в комнату, закричал Кэйси. — Я
разговаривал с индейцем!
Усталые глаза Майкла сощурились. Мальчик подбежал к нему.
— С индейцем?
Кэйси вскарабкался к нему на колени.
— В Гей-Хеде. Они там живут.
— Это оттуда? — Майкл приподнял висящее на шее у мальчика замысловатое бисерное ожерелье.
— Ага. Их индейцы продавали. И еще у меня вот что есть. — Тут он
выложил на рукопись Майкла стопку открыток: маяк, скалистые обрывы,
семейство индейцев племени вампаноаг и рыбацкий поселок Менемша, снятый на
закате. — А когда мы ехали домой, мы видели маму-индюшку.
Майкл бросил на Джоанну вопросительный взгляд.
— Это была дикая индейка — я даже глазам не поверила. Думала, такие
птицы уже давно вымерли. Она шла по обочине с парой птенцов, и мы остановили
машину, чтобы лучше их разглядеть.
— Но потом она погналась за мамой, — закончил Кэйси и весело
засмеялся.
— Эта чертова индейка напугала меня до смерти! — Джоанна была
рада, что Майкл тоже засмеялся.
— Похоже, вы хорошо провели утро.
— Да. А ты?
— Я много написал, но сейчас не мешало бы сделать перерыв. Кто-нибудь
хочет пойти искупаться?
Кэйси соскользнул с его колен и изобразил победный танец индейца. Таким
счастливым Джоанна не видела его вот уже несколько месяцев.
У нее был простой черный купальник с глубоким вырезом и открытыми бедрами. В
нем ноги казались раза в два длиннее, а грудь — пышнее. Джоанна стеснялась
надевать этот купальник, она жалела, что вообще его купила, польстившись на
низкую цену и кажущуюся скромность модели.
Когда они пришли на пляж, Джоанна с большой неохотой расстегнула свой
махровый халат. В этот момент Майкл, который, стоя на коленях, надевал на
Кэйси оранжевый спасательный жилет, поднял на нее взгляд. Джоанне вдруг
захотелось снова надеть халат — слишком хорошо она знала эти искорки у него
в глазах.
— Ну и ну! Посмотри, какая красивая у тебя мама в купальнике! — Он
с заговорщицким видом наклонился к ребенку, и Кэйси захихикал. — Мамы
не должны так выглядеть, а вот твоя...
Джоанна почувствовала, что краснеет. Она подозревала, что Майкл хочет
подшутить над ней, и постаралась выглядеть безмятежно. Она порылась в
пляжной сумке, нашла щетку и собрала волосы в хвост. А потом пошла по
мосткам, ощущая взгляд Майкла. Ей захотелось сию же минуту прыгнуть и
скрыться под водой, но вдруг робость отступила перед неожиданным озорством.
Она посмотрела назад через плечо и уверенно улыбнулась.
— Зачем же скрывать свои достоинства? — покачав бедрами, Джоанна
прыгнула в воду — надо сказать, не слишком грациозно. В уши хлынула холодная
вода, заглушая хрипловатый, глубокий смех Майкла.
День выдался жаркий, и вода была великолепная. Они больше двух часов
плавали, ныряли, играли в салки в воде. Джоанна ловила себя на том, что
опять плывет рядом с Майклом, болтает с ним о разных пустяках. Слишком часто
он поддерживает ее за талию, чтобы помочь держаться на воде, слишком часто,
их ноги касаются друг друга.
Как все это напоминало ей о том давнем лете, когда Майкл тоже прикасался к
ней, и эти прикосновения были такими волнующими. Он притягивал ее в свои
объятия, их губы встречались, и они приходили в себя, когда уже казалось,
что вот-вот утонут из-за своей безрассудной страсти. Во взгляде Майкла и
сейчас была такая нежность, что Джоанне казалось, будто он тоже вспоминает о
том времени.
Когда они, наконец, вдоволь накупались, Майкл посадил Кэйси на мостки и
протянул Джоанне руку, чтобы помочь подняться. Она покачнулась, и он
обхватил ее рукой за талию, притянул к себе и вытащил. Однако Джоанна
слишком долго ощущала прикосновение его тела, крепкого и влажного.
Мгновенно ослабев, она прижалась к нему еще теснее. И вдруг осознала, что ее
рука лежит у него на груди. По ее телу прошла горячая волна. То, с каким
серьезным выражением Майкл сжал губы, сказало ей, что он тоже это ощутил.
Они резко отстранились друг от друга. Джоанна схватила полотенце и стала
торопливо вытирать свою пылающую кожу.
Когда они по тропинке возвращались домой, то разговаривали, как будто ничего
не случилось. А может, и вправду ничего не случилось, думала Джоанна. Просто
у нее воображение разыгралось. Как может между ними существовать какое-то
влечение после всей боли и презрения, которые они так долго носили в себе!
Разве может такое быть?
Чтобы избавиться от этих мыслей, она переключила внимание на приятный аромат
росших вдоль тропинки кустиков восковницы и жимолости. Жужжали насекомые, на
фоне безоблачного синего неба шумела стая чаек, воздух был наполнен
благоуханием трав. На руках и ногах Джоанны подсыхали капельки соленой воды.
Джоанна глубоко вздохнула и улыбнулась. Уже несколько лет она не чувствовала
в себе такой энергии, такого живого восприятия окружающего.
Они решили приготовить ужин из вчерашнего улова, но для начала рыбу нужно
было почистить. Под пристальным взглядом Кэйси, сидевшего на другом конце
раскладного столика, они с Майклом соскабливали с рыбок чешую и потрошили
их. Во время работы Джоанна вдруг заметила, как много они смеются —
легкомысленно, непринужденно.
Когда они уже заканчивали, перед домом внезапно хлопнула дверца автомобиля.
— Только не гости! Я так ужасно выгляжу! — воскликнула Джоанна,
нервно засмеявшись. Ее волосы еще не высохли и спутались после купания, руки
и ноги были усыпаны бесчисленным количеством серебристых чешуек, а махровый
халат испачкался в тех местах, где она касалась его руками.
Майкл подошел к дому, заглянул за угол, широко улыбнулся и приветливо
помахал кому-то рукой. И безоблачное настроение Джоанны внезапно сменилась
страхом.
Через несколько мгновений появилась гостья — высокая брюнетка в босоножках
на высоких каблуках и в модном платье синего цвета. Каждая прядь ее длинных
ухоженных волос лежала на должном месте, и каждый ноготь был безупречной
формы.
Опасение усилилось, когда Джоанна увидела, как они с Майклом обнялись, каким
привычным жестом она обвила руками его шею, как небрежно поцеловала в щеку,
будто была уверена, что для более обильных проявлений чувств время еще
найдется...
— Джо, познакомься, это Джойс Стерлинг, — сказал Майкл. Как
показалось Джоанне, в его голосе прозвучала излишняя гордость. — Джойс,
это Джоанна.
Джоанна быстро провела рукой по халату, но протянуть ее не решилась. Значит,
это и есть Джойс Стерлинг, литературный агент Майкла. Как она сразу не
догадалась? На вид Джойс можно было дать лет тридцать пять — сорок, но это
ее не портило. Возраст только прибавлял ей изрядную долю зрелой
интеллигентности и утонченности.
— Рада познакомиться, Джоанна, — сказала Джойс.
Ее живые темные глаза быстро оглядели Джоанну с ног до головы. Она
улыбнулась, и Джоанна улыбнулась в ответ, надеясь, что улыбка получилась
теплой. Подобного же типа была и Банни — высокая, невозмутимая, с таким
чувством стиля, что Джоанна невольно ощущала себя по сравнению с ней
замарашкой. Не следовало реагировать так на присутствие Джойс, однако
Джоанна не могла избавиться от нарастающей в ней враждебности — она-то
думала, что избавилась от этого чувства еще подростком.
— Я и не знала, что у Майкла есть сестра, пока он не рассказал мне о
вас в прошлую субботу.
— Но... я ему не сестра.
— Извините. Сводная сестра. Может, и так. Разницы, в общем, нет.
— Надеюсь, я не побеспокоила вас, — продолжала Джойс мелодичным,
глубоким голосом с переливами. — Я должна была позвонить.
— Не говори глупостей. — Майкл пододвинул складной стул и
пригласил ее сесть. — Ты нам совсем не помешала.
Если не считать, что за эти шесть лет нам еще никогда не было так хорошо
вместе, раздраженно подумала Джоанна.
Майкл посмотрел на часы.
— Я рано уехала из Нью-Йорка, — объяснила Джойс, поняв его жест.
Конец недели, и я не хотела попасть в пробку. — Теперь взгляд ее темных
глаз был прикован к чешуйкам, накрепко прилипшим к ногам Джоанны и к ее
грязным рукам.
— Извините, я отнесу рыбу на кухню. — Джоанна собрала все со стола
и пошла к дому. Неочищенную рыбу она засунула в морозильник, а очищенную
положила в раковину, потом побежала наверх, на ходу снимая свой жуткий
халат. Она быстро сполоснула руки, протерла полотенцем ноги, расчесала
волосы и накинула поверх купальника длинную рубашку.
Когда Джоанна подошла к стеклянной двери на веранде, то увидела, что Майкл
сидит рядом с Джойс, касаясь рукой спинки ее стула. Кэйси стоял напротив и
потчевал Джойс описаниями своих вчерашних приключений на рыбалке. Джоанна
задержалась у двери, чтобы немного послушать.
Джойс повернула голову к Майклу, ее глаза зажглись острым блеском.
— Значит, на рыбалку ходил? — поддразнила она, хотя Джоанне
показалось, что это больше похоже на выговор.
— А сегодня мы купались, — похвастался Кэйси. — Весь день!
Джоанна могла поклясться, что у женщины расширились ноздри от возмущения.
— Не злись, Джойс, — негромко сказал Майкл. — Я успею.
Джоанна открыла дверь. Майкл обернулся с выражением лица, напоминавшим
облегчение.
— Где ты была?
— Приводила себя в порядок.
— Джойс, хочешь чего-нибудь выпить? — спросил он.
— Джин-тоник — было бы чудесно. Майкл встал.
— А ты, Джоанна?
— Все равно что.
Он исчез, а Джоанна с чувством неловкости опустилась на стул.
Джойс не стала долго ждать.
— Пока Майкла нет, я бы хотела вам кое-что сказать, Джоанна.
— Насчет чего?
— Как я понимаю, вы со своим сыном намерены провести здесь все лето.
— Да, это было нелепейшее совпадение. Мой отец написал, что...
— Да-да, я все знаю, — нетерпеливо перебила Джойс. — В
субботу Майкл рассказал мне про эту путаницу. Я только хочу сказать: вы,
наверное, не понимаете, как важно для Майкла пожить здесь. — Она
говорила спокойно и хладнокровно, полностью контролируя себя.
— Конечно же, понимаю. Он мне рассказал, что пишет повесть.
— И, между прочим, очень хорошую повесть! Это может стать прекрасным
литературным произведением. Майкл очень талантлив.
— Я всегда это знала, — сухо ответила Джоанна — ее разозлил
снисходительный тон.
— Послушайте, я не прошу вас уехать, но не могли бы вы постараться не
мешать ему? Не путаться у него под ногами. Вот и все, чего я прошу. —
Она перевела взгляд на Кэйси.
— Я делаю все, что могу.
— Но этого недостаточно. За неделю Майкл практически ничего не написал.
Ничего! — От гнева у Джойс зарумянились щеки. — Вчера он весь день
провел на рыбалке. А сегодня я прихожу и узнаю, что он резвился на пляже!
Джоанна, прошу вас! Я больше ничего не могу для него сделать, он сам должен
написать эту книгу, и чем быстрее, тем лучше. Поймите, книга должна быть
готова через три недели. Это крайний срок.
— Надеюсь, вы не вините меня за то, что он вчера ходил на рыбалку? Это
он сам придумал.
Джойс ничего не ответила. Тяжело вздохнув, она переводила осуждающий взгляд
с Кэйси на Джоанну, будто только из-за их присутствия Майкл не напишет свою
повесть.
— Тогда, ради Бога, когда в следующий раз ему взбредет в голову пойти
на рыбалку, отговорите его. Он не имеет права терять ни минуты. Может, раз
уж вы здесь, то будете делать для него что-нибудь полезное — готовить еду,
относить одежду в прачечную и все такое. Те из нас, кто находится рядом с
талантливым человеком, должны сделать все, чтобы помочь ему добиться успеха.
У Джоанны заныли виски. Неужели она производит на незнакомых людей такое
впечатление? Неужели она годна только для того, чтобы готовить, стирать
и
все такое
?
— Джойс, если вы так беспокоитесь о Майкле, то почему бы вам не
предложить ему собственный коттедж? Ведь вы там почти не бываете.
— Я предлагала. В ту субботу, когда вы вдруг нагрянули, он был так
расстроен, что я готова была все что угодно для него сделать. Но он
отказался. Я даже предложила ему свою квартиру в Нью-Йорке. Раньше он себя
там чувствовал достаточно удобно...
У Джоанны сжалось сердце. Конечно, все это очень глупо. Какая ей разница, с
кем встречается Майкл? Она разлюбила его шесть лет назад, в тот день, когда
уехала с острова. Их жизненные пути разошлись.
Туг открылась дверь, и в предзакатном солнце появилась фигура Майкла.
Джоанна поморщилась, словно от боли, пока взгляд скользил по его темным
вьющимся волосам, по стройному мускулистому торсу. Глаза ее опустились на
мощные длинные ноги, потом вернулись вверх и встретились с его глазами. Она
убеждала себя, что все это не имеет значения, но сердце трепетало, как
пойманная птица, и она поняла, что обманывает себя. Это имеет значение
больше, чем когда бы то ни было.
— Останешься поужинать, Джойс? — спросил Майкл, принеся напитки.
— Было бы здорово. Я умираю от голода, — ответила Джойс и
закурила.
Интересно, а кто будет готовить ужин? — вдруг пришло в голову Джоанне.
Ее глаза зажглись мятежным блеском. Джоанна быстро поставила бокал и
вскочила, не заботясь о впечатлении, которое она произведет.
— Кэйси, дорогой, пойдем. Пора мыться.
— Джоанна, ты что? — спросил Майкл через полчаса, когда они с
Кэйси выходили из ванной.
Джоанна подняла на него взгляд, исполненный ледяного презрения. Одеваясь,
она слышала, как Майкл поднялся к себе в комнату со своим
агентом
.
— Пока, Майкл. Жела
...Закладка в соц.сетях
