Жанр: Любовные романы
Пир страстей
...ко ассоциируются у Айлин с интимной
близостью, что, в свою очередь, тут же вызывает приступ паники. И он
улыбнулся, широко и насмешливо, взглядом подзадоривая ее уступить, поддаться
этой панике и, вопя от ужаса, помчаться к сомнительной безопасности
оставшегося позади лифта.
Айлин снова оказалась перед выбором меньшего из двух зол: наличные или
натура, Роберто Сконти или Брайан Мейсон, лифт или личные апартаменты...
Но эта проблема разрешилась сама собой. Раздалось мягкое жужжание, и она,
развернувшись так стремительно, что едва не свалилась, утонув каблуками в
толстом ворсистом ковре, увидела, как двери лифта сомкнулись, отрезая
единственный путь к отступлению.
— Спокойнее, спокойнее, милая, — сказал Роберто таким сладким
голосом, что у нее мороз пошел по коже. — Ты ведешь себя, как маленькая
испуганная мышка в мышеловке. Бедная, бедная Айлин. Ладно, —
посерьезнел он, заметив вспыхнувший в ее глазах воинственный огонь. —
Успокойся, пожалуйста, и постарайся чувствовать себя как дома, если сможешь,
конечно. А мне нужно заняться рукой.
И он скрылся, оставив ее изучать апартаменты.
Первой мыслью Айлин, пробившейся сквозь сумбур страхов и сомнений, было
признание того, что здесь довольно мило. Лифт открывался прямо в большую
просторную гостиную, строгий интерьер которой, выдержанный в классическом
стиле, соответствовал вкусам Роберто гораздо больше, чем ультрасовременное
убранство его кабинета.
Спокойные, приглушенные тона стен подчеркивали солидность бесценной
старинной мебели, в тщательно продуманном порядке расставленной на мягком
бежевом ковре. Здесь не могло быть никаких столиков со стеклянными крышками,
сразу отметила Айлин, впервые увидевшая мужа потерявшим власть над собой.
С кем поведешься... — ехидно подсказал ей внутренний голос, и она, вздохнув,
согласилась с этой сентенцией.
А еще через мгновение появился Роберто, и чувство собственной вины, вновь
охватившее Айлин, мгновенно исчезло, вытесненное все тем же стремительно
разрастающимся в груди цветком — жутким и прекрасным порождением неотразимой
сексуальности этого мужчины.
Пиджака на нем уже не было, галстука тоже, из-под расстегнутого ворота
рубашки выбивалась густая поросль, а закатанные по локоть рукава обнажали
сильные загорелые руки.
— Иди сюда. — Его голос показался ей приглушенным, будто доносился
откуда-то издалека. — Помоги мне, пожалуйста.
Усилием воли заставив себя выйти из транса, Айлин открыла глаза и только
сейчас заметила белоснежное полотенце, которое Роберто прижимал к раненой
руке.
— Нужно заклеить порезы, чтобы остановить кровотечение, — объяснил
он, протягивая ей пакетик с бактерицидным пластырем.
Для этого ему пришлось подойти к ней почти вплотную, и близость эта была
слишком реальна — настолько, что Айлин явственно ощутила тепло его тела и
терпкий, приятно щекочущий ноздри запах. Она дрожащими пальцами вцепилась в
теплую ткань юбки. Грудь ее тяжело вздымалась и опадала, а в голове безумным
хороводом кружились воспоминания, в которых его горячее мускулистое тело
было так неправдоподобно осязаемо, так ощутимо близко. О Небо! В эту минуту
ей так сильно захотелось ощутить это тело глубоко внутри себя, что она
закрыла глаза и отчаянно заскрипела зубами, удерживая рвущийся из горла
стон.
— Айлин! — Раздражение в голосе Роберто показывало, как он
истолковал побелевшее лицо и трясущиеся руки своей супруги. — Успокойся
ради всего святого! Я ведь прошу тебя не раздеться, а просто наклеить мне на
ладонь несколько кусочков пластыря! — Видя, что она, не реагируя,
продолжает смотреть на него затуманившимися, далекими от реальности глазами,
он разъярился окончательно: — Ладно, страдай себе на здоровье! Сам
справлюсь!
— Нет! — запротестовала Айлин, с трудом приходя в себя — Сейчас...
Сейчас я тебе помогу.
Она вырвала из его пальцев пластырь, сняла с руки полотенце и начала
внимательно изучать порезы в поисках застрявших кусочков стекла, ощущая
впившиеся ей в затылок крохотные буравчики недовольного взгляда Роберто.
— Больно? — спрашивала девушка, осторожно надавливая на края
пореза.
— Не очень.
— Не так плохо, как могло быть, — заметила она с преувеличенной
бодростью. — Это было очень глупо с твоей стороны, Роберто.
— Глупо было верить, что я способен остаться равнодушным, узнав о
гибели твоей сестры!
Айлин поморщилась, признавая его правоту. От горя и потрясения она тогда
действительно полностью утратила способность соображать.
— Расскажи, как это случилось, — уже мягче попросил он.
Пальцы ее, приглаживающие пластырь к порезам, при этих словах застыли. Затем
почти бессознательным движением Айлин положила свою ладонь поверх ладони
Роберто и, медля с ответом, подумала, какая она большая, теплая и сильная.
— Это случилось по дороге в колледж, — начала она ровным
бесцветным голосом. — Черри стояла на автобусной остановке, когда туда
врезался грузовик. У него отказали тормоза, и шофер ничего не мог сделать...
Погибло еще три человека, а двое других попали в больницу. Об этом тогда
писали все газеты, называя имена и адреса пострадавших...
Именно поэтому она была уверена, что Роберто знал об этой трагедии.
И тут Айлин опять затрясло, так же как два часа назад, когда она, потерянная
и одинокая, сидела в своей гулкой пустой квартире.
Но теперь она была не одна, доказательством чего явилась негромко и чуть
растерянно произнесенная по-итальянски фраза. А в следующий момент большие
крепкие руки обняли ее бережно и нежно.
— Поплачь, если хочешь, — глухо сказал Роберто. — Кто знает,
может быть, и я поплачу вместе с тобой.
Что это, шутка? — промелькнуло в голове у Айлин. Но нет, он не шутил.
Слишком серьезен и печален был его голос, да и ситуация была не из тех,
когда все можно обратить в шутку.
Она боялась плакать уже давно, потому что шала — стоит ей уронить одну лишь
слезинку, чтобы шлюзы открылись, и тогда придется выплакивать все до конца.
Поэтому Айлин стояла молча и неподвижно, прижавшись к Роберто всем телом, и
покорно позволяла себя обнимать, ощущая те тепло и уют, которых ей так не
хватало.
— Мне очень жаль, что я не был тогда с тобой, — тихо проговорил
он.
— Теперь это не имеет значения, — прошептала она, спрятав лицо у
него на груди.
Это не те слова, едва произнеся их, спохватилась Айлин, но было уже поздно.
— Нет, черт возьми! Очень даже имеет! — гневно воскликнул Роберто,
отстраняясь, и она осталась стоять одна, покинутая и беззащитная, с трудом
преодолевая желание опять броситься ему на грудь. — Единственный раз в
жизни ты попросила меня о помощи, а я... — Он горестно махнул рукой и
отвернулся.
И вот она опять просит его о помощи. Год спустя. Только на этот раз ищет не
утешения, а денег. Денег, которые у ее мужа всегда были в изобилии и к
которым она никогда не проявляла ни малейшего интереса.
Их брак до сих пор оставался для Айлин загадкой, ведь она была бедной
девушкой из предместья, официанткой во второразрядных ресторанах, а Роберто
— одним из самых многообещающих молодых финансистов, отпрыском древнего
аристократического рода, который вырос в роскоши и всю жизнь носил на себе
ее печать как знак некоей исключительности.
Однако в один прекрасный день этот почти принц с первого взгляда влюбился в
маленькую официантку, да так сильно, что чуть ли не сразу же готов был
бухнуться на колени, смиренно предлагая ей свою уникальную руку и не менее
исключительное сердце.
Айлин так и не поняла, как такое могло произойти, да и не очень-то
задавалась этим вопросом. В то время она была слишком юной и наивной, чтобы
бездумно и безоглядно не ответить на любовь мужчины, показавшегося ей
сошедшим на землю Богом.
А каким нежным и внимательным был ее возлюбленный, как красиво и старомодно
за ней ухаживал, со всеми этими цветами и маленькими, но такими милыми,
полными скрытого значения подарками! С некоторых пор он даже целовать ее
стал только чисто символически, при встрече и прощании, и это несмотря на
то, что оба они прекрасно знали, какое неистовое пламя сжигает их, превращая
ночи в жестокий и бессмысленный кошмар одиночества!
Я хочу, чтобы в мою жизнь ты вошла чистой и целомудренной
, говорил Роберто
своей невесте.
Боже милосердный! — с тоской и болью думала Айлин. Как это было
красиво, как романтично...
Однако эти красивые и романтичные слова все и погубили.
Вдруг Роберто повернулся к ней лицом, и взгляды их встретились. Глаза его
были серьезны и печальны, и Айлин показалось, что и он блуждает сейчас по
извилистым тропинкам их общей памяти, таким прекрасным и таким безрадостным.
— Она что-нибудь почувствовала? — спросил он. — Ей было
больно? — Он имеет в виду Черри, догадалась Айлин. Он думает сейчас о
моей веселой и жизнерадостной младшей сестре, а не обо мне.
Она покачала головой:
— Врачи сказали, что смерть наступила мгновенно. Скорее всего, она даже
ничего не успела понять.
— Это хорошо, — кивнул Роберто и опять надолго замолчал.
Наполненную воспоминаниями и грустью тишину, которую никто из них не решался
нарушить, взорвал резкий телефонный звонок. Вполголоса пробормотав что-то
под нос, Роберто снял трубку.
— Да? — недовольно сказал он по-итальянски, и это было верным
признаком того, что он еще не успел вернуться в реальный мир. Постепенно
раздражение на его лице росло. — Нет, нет. Я же сказал, нет! —
Теперь раздражение появилось и в голосе. — Придется отменить. Я сейчас
слишком занят!
Отменить? Что отменить? — удивилась Айлин, а поняв, смущенно
запротестовала:
— О нет, Роберто! Пожалуйста, не отменяй из-за меня свои встречи!
Но он уже вернул трубку на место и повернулся к ней с выражением лица, при
виде которого тотчас пробудились все ее привычные страхи и комплексы.
Это было лицо человека, принявшего решение. И решение это, в чем бы оно ни
состояло, несомненно, касалось ее, Айлин.
— Сядь. — Он указал на одно из кресел. — А я пока налью нам
чего-нибудь выпить.
— Когда я з-звонила, ты говорил, что очень занят, — напомнила
Айлин, заикаясь. — Да и мне уже пора идти, — солгала она,
оглядываясь на закрытые двери лифта, как будто там ее ждал путь к спасению,
а не один из самых ужасных кошмаров.
— Так и не получив пяти тысяч фунтов? — усмехнулся он и ехидно
процитировал: —
Роберто, неужели ты не понимаешь, чего мне стоило тебе
позвонить
. Так что же, все эти мучения были напрасны?
Никак не реагируя на сарказм, прозвучавший в этих словах, она с каким-то
отстраненным удивлением подумала, что Роберто прошел сегодня едва ли не весь
диапазон доступных человеку эмоций и теперь, замыкая круг, снова превратился
в насмешливо-рассудительного, уверенного в себе бизнесмена.
Перед ней же в который раз угрожающе замаячил зловещий образ Брайана
Мейсона. Итак, наличные или натура — выбор без выбора. Она оказалась в
ловушке, которую изготовила собственными руками, в качестве приманки
поместив туда все свои ошибки, страхи и комплексы.
Угадав, видимо, се состояние, Роберто молча отошел к серванту, а Айлин без
сил опустилась в кресло и прикрыла холодной ладонью покрасневшие веки.
Из состояния полузабытья ее вывело прикосновение чего-то холодного к руке.
Открыв глаза, она увидела Роберто, протягивающего ей высокий стакан с
прозрачным напитком.
— Джин с тоником, — пояснил он, отвечая на ее подозрительный
взгляд. — Выпей, это должно тебя взбодрить.
В глазах Айлин отразилось сомнение, однако, поднеся стакан к губам, она
вдруг вызывающе улыбнулась и одним глотком отпила добрую половину его
содержимого.
Занявший противоположное кресло Роберто не обратил на этот вызов никакого
внимания. Вид у него был подчеркнуто расслабленный, и свой джин он пил
неторопливо, с удовольствием, глядя на Айлин совершенно непроницаемым
взглядом.
— И давно у тебя эти апартаменты? — спросила она, трусливо избегая
денежной темы, к которой сейчас было самое время вернуться.
— С самого начала, — пожал он плечами.
— Ты мне никогда о них не говорил, — нахмурилась она.
На лице его появилась насмешливая улыбка.
— Потому что у меня имеется чудесный особнячок, где я и предпочитал
жить со своей женой. А это... — Он пренебрежительно махнул рукой. —
Комнаты отдыха, когда случается засидеться на работе допоздна. К тому же
здесь можно отоспаться, если пришлось сменить с десяток часовых поясов.
Слушая его объяснения, Айлин мысленно унеслась в прошлое. Она спрашивала
себя, не здесь ли Роберто проводил те ночи, когда в период их совместной
жизни не возвращался после работы домой. Чем не убежище от семейных проблем?
— Где именно ты сейчас живешь? — в свою очередь поинтересовался
он, прерывая ее размышления.
Отвечая, Айлин упорно смотрела в сторону, чтобы не видеть недовольного
выражения его лица.
— Судя по всему, деньги эти у тебя, видимо, вымогают, — холодно
произнес Роберто. — Может, лучше защитить тебя другим способом? Я сумею
это сделать.
— Я сама в состоянии за себя постоять, — с достоинством ответила
она.
Некоторое время он молчал, и это само по себе было достаточно красноречивым
ответом. Айлин сделала еще один хороший глоток джина и почувствовала, как
все вокруг поплыло. Она даже не помнила, когда ела последний раз, и сейчас
алкоголь действовал на нее весьма стремительно.
Когда Роберто заговорил снова, голос его звучал неожиданно мягко.
— Все что тебе нужно, Айлин, это честно мне обо всем рассказать.
— Что рассказать? — В ее взгляде было откровенное недоверие.
— Скажи, зачем тебе деньги, и я тебе тут же их дам.
Вот так вот просто? Безо всяких условий? Можно было считать, что все
складывается на редкость удачно, если бы не одна маленькая деталь:
необходимость рассказать, почему ей понадобились эти деньги, как раз и
пугала Айлин больше всего, причем теперь еще больше, чем в начале разговора.
— Последние двенадцать месяцев я работала за стойкой бара в одном
ночном клубе. — Она старалась говорить как можно небрежнее, но
чувствовала, что это у нее плохо получается. — С тех пор, как погибла
Черри, — уточнила она, и это действительно было очень важной деталью в
цепочке событий, определивших в конечном итоге ее появление здесь, —
я... — Запнувшись, девушка с тоской и обидой посмотрела на свой так некстати
опустевший стакан.
— Еще? — спохватился Роберто, с готовностью вскакивая.
— Пожалуйста, — попросила она, однако мелькнувшая у нее надежда на
маленькую передышку не оправдалась.
— Итак, — заговорил он, смешивая напитки. — Черри погибла, и
ты стала работать в казино. Что же случилось потом? Что могло заставить
влезть в долги такую бережливую и рассудительную девушку, как ты?
Неужели он знает? Откуда? — гадала Айлин. Конечно же, Роберто умен и
проницателен. Он не раз доказывал, что на три хода вперед способен
просчитать все ее маленькие уловки и хитрости. Но тем не менее... Нет,
решила она. Даже ему не могло прийти в голову, что деньги эти она просто-
напросто проиграла.
Проиграла! Воспоминания об этом оказалось достаточно, чтобы Айлин
почувствовала приступ тошноты. Или же виной тому был джин? А может,
постоянное недоедание? Или нечеловеческое напряжение последних дней?
Роберто вручил ей наполненный стакан и, устроившись в кресле, вежливо
подождал, пока она сделает глоток, после чего мягко, но решительно
потребовал:
— Продолжай.
— Когда... Когда Черри погибла, я... — Айлин хотела сказать:
решила,
что жить дальше нет смысла
, но передумала. — Работу мне предложил тот
же человек, у которого я заняла деньги на похороны. — Она посмотрела на
Роберто, который выглядел как-то нечетко, расплывчато, что, в общем-то, было
неплохо — не видя выражения его лица, ей было проще рассказывать. — Он
сказал, что так мне будет легче выплатить долг. Я стала получать даже
больше, чем до этого в ресторане, и нашла квартиру всего в нескольких
минутах ходьбы от клуба, так что можно было экономить на автобусе...
— А потом оказалось, что все далеко не так просто, — заметно
помрачнев, продолжил за нее Роберто.
Айлин кивнула.
— Мы договорились, что долг я буду выплачивать частями, каждую неделю,
но оказалось, что с процентами каждая новая выплата получалась больше, чем
предыдущая. Я сначала не поняла, в чем дело, а потом испугалась, особенно
когда сотрудницы рассказали мне, как для того, чтобы расплатиться за неделю,
им приходилось опять занимать у него же.
— Ну и что ты тогда сделала? — поинтересовался Роберто.
Она приникла к стакану с такой жадностью, будто от очередной порции джина
зависела ее жизнь, и, чувствуя, что сейчас умрет от стыда, призналась:
— Тогда я стала играть. В этом же казино. Только чтобы расплатиться...
— Несколько секунд девушка молчала. — Теперь я должна ему столько, что
если ты мне не поможешь... — Тут она сообразила, что сказала уже и так
слишком много и пора, пожалуй, остановиться.
Роберто, однако, был другого мнения.
— Что тогда? — рявкнул он. — Что будет, если я тебе не
помогу?
Айлин пожала плечами и, не отвечая на вопрос, подняла на него свои
затуманенные алкоголем глаза.
— Но ведь ты же мне п-поможешь?
— Нет, ты мне ответь! — не унимался Роберто, и по его виду стало
ясно, что он не уступит. — Я хочу знать, что будет, если ты от него не
откупишься?
Она почувствовала, что трезвеет от злости и негодования.
— Уж кому-кому, а тебе, Роберто, этого объяснять, я думаю, не
надо, — с горечью сказала она. — В свое время ты сам применял
подобную тактику, вынуждая меня делать то, чего тебе так хотелось!
— Что, черт возьми, ты имеешь в виду?! — оторопел он.
— Шан-таж! — по слогам отчеканила Айлин, улыбнувшись надменно и
презрительно. — И это еще очень слабое определение! Сам ты, правда,
называл это иначе... Как ты это, кстати, называл? — Она сделала вид,
будто пытается вспомнить, демонстративно игнорируя угрожающие огоньки,
которые зажглись в его глазах. — Ах, вспомнила:
борьбой с моим нелепым
и противоестественным отвращением к сексу
! Только если ты в качестве
стимула использовал самого себя, такого мужественного и неотразимого, то он
пытается действовать при помощи моего невозвращенного долга!
4
— Я никогда ни к чему тебя не принуждал! — процедил Роберто сквозь
зубы.
Если не считать принуждением ультиматум:
либо мы спим вместе, либо убирайся
из моей жизни
, мысленно возразила Айлин. Конечно же, он ни к чему не
принуждал ее силой. Но, в конце концов, так и не сумев заставить себя
уступить, она была вынуждена уйти, чтобы избавить его от необходимости
выгонять ее.
— Итак, если я правильно тебя понял, — прорычал Роберто, — в
качестве компенсации долга в пять тысяч фунтов он принуждает тебя лечь с ним
в постель?!
— Вот именно. — Она произнесла это спокойно, почти равнодушно, но
уже в следующую секунду, выпустив из руки стакан, вскочила на ноги и
отвернулась к окну, прижав ладони к трясущимся губам.
Роберто вставать не торопился. Ему уже приходилось видеть ее в таком
состоянии — в аналогичных обстоятельствах. Поэтому он только угрюмо наблюдал
за ней несколько минут, после чего тяжело вздохнул.
— Ладно, Айлин, — сказал он примирительно. — Успокойся. Здесь
тебя никто насиловать не собирается.
Она кивнула, показывая, что принимает это несколько грубоватое выражение
сочувствия.
— Мне очень жаль, — пробормотала она, не отнимая ладоней от губ, и
на этот раз Роберто не стал ворчать по поводу набившей оскомину фразы.
Он поднялся с кресла и, подойдя к окну, уставился в него, давая ей
возможность прийти в себя. Однако этот знак внимания оказал противоположное
действие, и по щекам Айлин вдруг покатились слезы. Она и сама не смогла бы
объяснить, почему плачет, глядя на Роберто — высокого, стройного, красивого,
который стоял, широко расправив могучие плечи и гордо вскинув благородную
голову.
В том-то все и дело! — вдруг догадалась девушка. Каждый из нас сам по
себе. Нас разделяет пропасть — глубокая и непреодолимая, моста через которую
не было, нет и не будет.
Роберто пытался его построить, но справиться с ее ожесточенным
сопротивлением так и не сумел.
Уронив руки, Айлин до боли сжала кулаки. До чего же это несправедливо! Жизнь
так много им обещала — и в результате они оба, каждый — сам по себе,
обречены вести жалкое и безрадостное существование.
Роберто слегка повернул к ней голову, и она увидела его чеканный профиль.
— Что будет, если я дам тебе деньги?
— Я заплачу долг.
Обещать вернуть со временем деньги Айлин не могла: с ее скромным жалованьем
официантки на это ушли бы годы и годы. Потому-то она и предложила ему развод
в качестве компенсации.
— И ты перестанешь у него работать?
— Разумеется! — Она даже вздрогнула от такого нелепого
вопроса. — Не имею ни малейшего желания видеть ни своего хозяина, ни
его заведение. За километр обходить буду.
— А играть? — настаивал Роберто, твердо решив выяснить все до
конца. — Играть ты перестанешь?
— Разумеется, — повторила Айлин, на этот раз — почти враждебно.
Неужели он считает ее полной идиоткой, способной второй раз угодить в ту же
ловушку?
— В данном вопросе никаких
разумеется
, к сожалению, не
существует, — вздохнул он. — Страсть к азартным играм — это
болезнь, и ты это знаешь. И если однажды ты решилась сыграть, пусть даже с
целью выбраться из долговой ямы, то и в будущем в аналогичных
обстоятельствах способна поступить так же. И что тогда? — Теперь
Роберто смотрел прямо на нее, и выражение лица его было настолько серьезным,
что Айлин похолодела. — Опять заставишь себя звонить мне, чтобы я
платил снова и снова, покуда ты не сделаешь то, что, сама того не сознавая,
уже пытаешься сделать, — бросишься вниз головой в ту страшную бездонную
пропасть, от падения в которую ты так старательно пытаешься удержаться все
эти годы?
Неужели ему известно и об этом? — Айлин вздрогнула, как от удара.
Неужели Роберто знает о той огромной черной дыре, на краю которой она
провела большую часть всего этого времени, с замиранием сердца наблюдая, как
с каждым прожитым днем она увеличивается все больше и больше?..
— Значит, ты отказываешься мне помочь? — спросила она жалобно.
— Черт возьми, Айлин! — заорал он, делая к ней шаг — Я вовсе не
отказываюсь тебе помочь! Но я был бы полным идиотом, не потребовав гарантий
того, что это никогда больше не повторится!
— Это никогда больше не повторится, — покорно пообещала она, видя,
что его это не удовлетворило.
Плотно сжатые губы, нервное движение, которым он поправил волосы, — все
это свидетельствовало о том, что устного заверения недостаточно.
От страха по спине у Айлин побежали мурашки. Тяжелая тишина, повисшая между
ними, почти физически душила ее, не давая сказать ни слова и все, на что она
была сейчас способна — это смотреть на мужа с немой мольбой в то время как
он хмуро разглядывал носки своих роскошных туфель.
Потом Роберто вздохнул с видом человека, вынужденного смириться с
обстоятельствами.
— Как называется этот клуб и как зовут твоего благодетеля? —
быстро спросил он.
— Зачем это тебе? — удивилась она. — Что ты собираешься
делать?
Поймав его взгляд, девушка содрогнулась. Роберто не верит, что она сумеет
сама все уладить и с
...Закладка в соц.сетях
