Жанр: Любовные романы
Волны святого волшебства
...икто не спросит — где была и что делала. Томас не
станет беспокоиться, потому что ничего не будет знать.
Анжела уныло кивнула. Звучало чертовски знакомо! Точно такие же доводы
приводил Стив.
- Вы отвергли ее?-почти умоляюще спросила она.
- Я пытался уговорить ее не выходить замуж.
Достаточно было взглянуть на его лицо, чтобы ясно представить, какую форму
принимали эти уговоры. Анжела почувствовала тошноту. Как же он должен был
любить ее!
- Мои уговоры не подействовали. Тогда я рассказал о наших встречах
Томасу. Любящие слепы — он не поверил мне.- Фил нехорошо улыбнулся.-
Тут уж в дело вмешался дедушка. Он был стреляный воробей и знал о Бьянке
больше, чем любой из нас. И в один прекрасный вечер он просто привел Томаса
в мою квартиру, где в это время находилась Бьянка.
Анжела с ужасающей ясностью представила себе эту сцену. О подробностях ей
слышать не хотелось.
- К несчастью, Томас не поверил даже своим глазам. И, в конце концов,
вышло так, что это я злодей. Гнусный соблазнитель, протянувший свои грязные
лапы к неопытной бедняжке.
- И что было дальше?-спросила Анжела, снова чувствуя тошноту.
- Меня выкинули,- безразличным голосом отозвался Фил.- Отругали за
неблагодарность. Отлучили от семьи. Но это еще не все. Отец перестал
оплачивать мое обучение. Вот это мне первое время здорово досаждало. Но так
или иначе я нашел свой путь в жизни. А когда умер дедушка, мне досталось
поместье. В виде компенсации, как говорилось в завещании.- Лицо его было
суровым.
- Вы ее любили,- медленно сказала Анжела.- Разве не так? Если вы сумели
переступить через свои принципы, значит, это не был просто секс. Вы любили
ее.
Он посмотрел на нее с некоторым любопытством.
- Принципы? — сказал он странным голосом.- А откуда вы знаете,
что у меня вообще есть принципы? Я полагаю, что благочестие принимает меня
за дьявола во плоти?
Анжела выпрямилась:
- Я не заимствую суждения у других людей. Мы знакомы меньше недели, но
я наблюдала вас уже не в одной критической ситуации. И видела, как другие
люди полагаются на вас. Ваше поведение не вяжется с образом дьявола во
плоти.
Волны святого волшебства
Он прищурился.
- И это ваш окончательный приговор? Она вздернула подбородок.
- Да. И я в это верю.
- Так это вера? — мягко произнес Фил.- Или инстинкт?
Анжела в замешательстве сдвинула брови. Он сел и откинулся на бархатную
обивку. Волосы его были взлохмачены, загорелый подбородок решительно
вздернут. Несмотря на запыленную и порванную рубашку, он выглядел вызывающе
красивым.
- Поверьте мне,- лениво промолвил он, и что-то в выражении его лица
заставило ее сердце внезапно заколотиться,- с вашей стороны будет крайне
неблагоразумно доверять своим инстинктам там, где дело касается вас и меня.
У Анжелы по коже побежали мурашки. Ведь он не коснулся ее, даже не двинулся,
почему же ей показалось, что он положил руку ей на плечо и она обратилась в
камень, и останется каменной, пока он не вернет ее к жизни новым
прикосновением?
Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди. Между ними повисло молчание.
Анжелу бросало в холод и жар одновременно. Она чувствовала страх и
возбуждение. Разум говорил ей, что она стоит перед каким-то решающим
выбором, способным изменить всю ее дальнейшую жизнь.
Она затаила дыхание, глядя на него. И увидела, как он ушел в себя. Как будто
только что он сидел рядом, поддразнивал ее ленивыми, насмешливыми словами, и
вдруг вспомнил нечто ужасное. Глаза его потемнели, а лицо приняло
отсутствующее выражение.
Похоже, он позабыл о ее присутствии, подумала Анжела. Пока он углубился в
свои мысли, она изучала его. Итак, первопричину того страшного одиночества,
которое всегда в нем чувствовалось, звали Бьянка. Она стоила ему семьи и
чуть не стоила образования. Да и сейчас все еще преследует его. Сердце
Анжелы сжалось.
Ее мысли прервал страшный треск. Он исторг легкий вскрик у Анжелы и вывел
Фила из забытья. Затем послышался грохот, что-то рушилось совсем рядом.
Фил был уже на ногах.
- Видимо, в соседней комнате. Оставайтесь здесь,- кратко сказал он.
Он выбежал из гостиной. Анжела, секунду поколебавшись, бросилась за ним.
Это уже были не ставни. Бешеный порыв ветра выбил большое французское окно
вместе с рамой. Один ставень вообще исчез. Другой валялся на полу. Но пока
Анжела с ужасом и восхищением созерцала эту сцену, ветер и этот ставень
выдул в пролом стены. Словно дракон языком слизнул, подумала Анжела.
Ей пришлось всем весом навалиться на дверь в коридор, чтобы закрыть ее.
Чувствуя, как ветер потащил ее, она слабо вскрикнула. Казалось, Фил никак не
мог услышать ее среди этого грохота. Но он повернул голову и что-то ей
прокричал.
Анжела не разобрала слов. Она помотала головой и подошла к нему поближе.
- Уходите,- крикнул он ей в ухо.- Идите в другое крыло дома.
Но Анжела смотрела куда-то через его плечо. Она протянула руку и схватилась
за него. Он инстинктивно обнял и поддержал ее.
- Там кто-то есть! — крикнула она в ответ. Она показала туда, где
остов веерообразной пальмы-ломоноса гнулся до земли под порывами ветра. Под
ней, скрюченная, но безошибочно распознаваемая, находилась человеческая
фигура. Похоже, на ней был красный головной платок. Несоразмерно слабая
защита от проливного дождя, подумала Анжела.
Филипп тоже ее увидел. Он выругался. Свирепый порыв ветра снова обрушился на
них, Он пошатнулся и крепче обнял Анжелу. Опрокинутая мебель со зловещей
неотвратимостью двигалась к разбитому окну.
Ломонос в саду принял почти горизонтальное положение. Казалось невозможным,
чтобы припавшая к земле фигура сумела выжить под натиском стихии.
- Кто бы это ни был, мы не можем его там оставить,- сердито сказал Фил.
Анжела вцепилась в него.
- Не выходите. Вы погибнете.
- Я буду осторожен.
- Нет!
- Я должен,- просто сказал он, как говорил ей раньше.- Больше некому.-
Он на глаз прикинул расстояние.-Здесь всего около двухсот метров. В конюшне
найдется подходящая веревка. Я привяжусь.
Анжела яростно цеплялась за него.
- К чему вы привяжетесь?-крикнула она, видя, как мебель продолжает свое
движение, а дверь в коридор угрожающе хлопает.- Не ходите. Что толку, если
пострадают двое?
Филипп не ответил. Вместо того он потащил ее обратно через комнату, кое-как
открыл дверь в коридор и втолкнул ее туда. Он тяжело дышал.
- Идите в мой кабинет,- скомандовал он.- Это в подветренном крыле. Там
вы будете в безопасности.
Анжела упрямо поджала губы.
- Я пойду с вами.
Он издал дребезжащий смешок.
- Дорогая, это невозможно. Ветер мгновенно унесет вас.- Он ласково
убрал каштановые пряди с ее лица, словно не мог удержаться,- Да и веревка
только одна.
- Тогда я буду держать другой конец, -упорствовала она.
Фил покачал головой.
- У вас не хватит сил. Ее надо привязать за надежную опору.
- Я
вас одного не оставлю,- твердо заявила
Анжела.
Он с любопытством посмотрел на нее.
- Что ж, хорошо. Вы можете стоять на страховке веревки, Но не на ветру,-
добавил он также твердо.- А пока что стойте здесь и не двигайтесь.
Минут через пять он вернулся с тяжелым мотком. Обвязав конец вокруг талии,
он закрепил ею морским узлом. Анжела с недоумением посмотрела на него.
- Но куда же вы привяжете другой конец? В этой комнате все скользит,
как на катке,- едко заметила она.
Фил хохотнул.
- Да, это вызов.
Анжела строго глянула на него.
- Вы любуетесь собою,- упрекнула она. Его глаза блеснули.
- Я
люблю вызовы. Как и вы.- И он слегка дернуя
ее за нос.- Или вы — нет?
Его тон настолько разозлил Анжелу, что она отвернулась. Когда же она снова
посмотрела на него, он уже обвязал веревку вокруг центральной колонны у
подножия лестницы и теперь проверял узел.
- Получается не очень удачно, потому что нельзя как следует закрыть
дверь. Так что вам придется всем весом навалиться на нее, чтобы держать
прикрытой, пока я не вернусь.
Анжела забыла о своей злости. Кровь отхлынула от ее лица. В полутьме Фил не
мог этого заметить, но все же ласково потрепал ее по плечу.
- Через десять минут все будет кончено. Пойдемте. Навалитесь на дверь в
тот момент, когда я выйду.
Прежде чем она успела возразить, он вышел и закрыл дверь за собой. У нее не
было выбора. Она сделала так, как он велел.
Это были самые долгие минуты в ее жизни. Ни не было видно часов. Прихожая
тонула во мраке. Ветер снаружи ревел как дикий зверь. Все, что она могла,-
изо всех сил давить на дверь и молиться во спасение Филиппа.
В голове у нее крутилось как молитва:
- Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! — И затем: — Господи,
Ты не дашь ему погибнуть сейчас, когда я только что нашла его! И еще не
успела сказать ему, что люблю.
Анжелу внезапно озарило. О, она и раньше думала, что любит его, говорила
себе, что любит его, но до конца не понимала цельности, абсолютной
надежности, силы духа этой любви. Она все еще осторожничала, вспоминая
мелкоту притворной любви Стива, любовь Уинстона, исчезнувшую, как только она
вернулась с ним в Бразилию.
Но Фил не такой. Он не говорит того, в чем не уверен. Она усмехнулась,
вспомнив, как он сказал, что не дает обещаний ни в постели, ни вне ее. Да, с
таким цельным человеком, как Фил Боргес, никакие обещания не нужны, подумала
она.
Анжела глубоко вздохнула. Невзирая на то что творилось по ту сторону двери,
она чувствовала, как душу ее осеняет великое спокойствие.
Она покрепче уперлась в тяжелую деревянную дверь и улыбнулась.
- Все, что мне осталось,- сказала она, обращаясь к резной лестнице,-это
сказать ему.
Глава десятая
Времени на размышления больше не оставалось. За дверью сквозь шторм
послышались звуки, свидетельствующие о возвращении Фила. Анжела вцепилась в
дверь и постаралась приоткрыть ее ровно настолько, чтобы впустить его.
Сгибаясь под ветром в три погибели, Фил тащил на плече что-то похожее на
охапку мокрого белья для стирки.
Войдя, он туи же привалился спиной к двери, и они вдвоем с Анжелой сумели
плотно закрыть ее. Затем повернулся и медленно опустил свою ношу.
Это была женщина... нет, девушка, немногим старше ее самой, решила Анжела.
Она выглядела так, будто ее вытащили из моря, а не из-под дождя. Глаза ее
были закрыты, а красный платок вымок до черноты.
- Елена, девушка Рубена,- устало пояснил Фил.- Она пришла к нему, в то
время как он счел своим долгом отправиться к ней. Храни меня Господь от
безумств влюбленных.
Анжелу слегка покоробило его высказывание, но и оно не смогло серьезно
нарушить обретенную ею прекрасную безмятежность.
- Я присмотрю за ней,- сказала она, поддерживая едва стоявшую на ногах
девушку.- Пойдемте, надо переодеться в сухое, иначе схватите воспаление
легких.
Он ухмыльнулся. Несмотря на то, что он был мокрый и грязный и только что,
можно сказать, совершил подвиг Геракла, он не выглядел усталым. Скорее
чертовски оживленным. Встретившись с ним глазами поверх головы Елены, Анжела
опять ощутила сердцебиение.
- Да, мадам,- кратко сказал Фил и ушел в темноту коридора таким легким
шагом, словно он только что вернулся с послеобеденной прогулки.
Переодев Елену, Анжела поила ее горячим сладким чаем, пока та не пришла в
себя. Сначала девушка смутилась, потом испугалась за Рубена. Но бразильянка
сразу успокоилась, когда узнала, что он добрался на грузовике до ее родной
деревни, где сейчас, несомненно, в безопасности пережидает шторм.
Не желая пользоваться верхним этажом из опасения, что ветер может сорвать
крышу, Анжела постелила девушке на раскладушке в комнате рядом с кухней. Та
заснула прежде, чем Анжела закрыла за собой дверь.
А Фил?
Анжела колебалась. Он хотел ее. В этом не было сомнений. Он сам ей сказал. И
он никогда не пытался замаскировать свои чувства, хотя изо всех сил
стремился обуздать их.
О, да, он здорово хотел ее. Но считал, что она слишком неопытна, чтобы
разобраться в собственных чувствах, и что всякий, кто попытается заняться с
ней любовью, злоупотребит ее невинностью. А у Филиппа Боргеса были принципы.
Он ни за что не придет к ней, как бы ему ни хотелось.
Значит, придется идти самой, решила Анжела, слегка вздрогнув. Смелость этого
решения тревожила ее.
А ты, оказывается, трусиха? — свирепо спросила она себя. Да, есть
немножко. И потом, я же еще никогда ни с кем не занималась любовью. И Фил
это знает. Так ты любишь его или нет?
Ответ был очевиден, так что по поводу дальнейших действий вопросов уже не
возникало.
Анжела вернулась в гостиную и зажгла одну из керосиновых ламп. После этого
она взыскательно оглядела себя. Дождь не промочил ее так основательно, как
Елену или Фила, но платье все еще неприятно липло к телу.
Она рискнула ненадолго вернуться в спальню, где под ветром содрогались
стропила, и скинула одежду. Затем надела на голое тело шелковый халат, туго
подпоясалась, взяла лампу и отправилась испытывать судьбу.
Она знала, где комната Фила, хотя никогда туда не заходила. Спустившись
вниз, она прошла по коридору, подошла к угловой комнате и отворила тяжелую
дверь. Внутри было тихо и темно. Видимо, Филиппа там не было.
Анжела закрыла за собой дверь и подняла лампу. Постояла молча, блуждая
взором по плохо освещенной комнате. Ничего. Она прислонилась к двери,
стараясь унять возбужденно бившееся сердце.
Что, если она ошибается? Что, если он вообще не хочет ее? Или недостаточно
хочет? Что, если он выгонит ее? Откажется принимать ее всерьез?
Анжела напомнила себе, что любит его и должна сказать ему об этом. Может
быть, ей удастся спасти Фила от демонов, терзающих его душу. Но что бы ни
случилось, как бы ей ни было страшно, она знала, что это неизбежно.
Она оторвалась от двери и направилась к кровати под пологом. Босые ноги
неслышно ступали по паркету. Голое тело озябло под халатом.
Ты любишь его, твердо сказала она себе и отдернула занавеску.
Фил, очень тихо лежавший посреди кровати, уставился на нее без всякого
выражения. Ясноглазый герой, каким он был всего час назад, куда-то исчез.
Анжела встретила его пристальный, недобрый взгляд. Затем очень осторожно
поставила керосиновую лампу на прикроватную тумбочку.
Заикаясь, она вымолвила;
- Я... я н-не слышала вас. Я д-думала, вас нет.
- Вот как? — Фил даже не улыбнулся.
Он уже избавился от сапог, промокших бриджей и темной полотняной рубашки,
надев вместо этого безобразные, потертые и грязные джинсы. Рубашки на нем не
было. Анжелу бросило в дрожь.
- Да, я...
Он лежал, закинув руки за голову. Сильные мышцы бугрились под загорелой
кожей. Волосы казались особенно черными на фоне белоснежной наволочки. Он и
не подумал встать.
- Вы что здесь делаете, Анжела?-тихо спросил он.
Она облизнула губы. Он наблюдал за ней, в темных глазах нельзя было ничего
прочесть.
- Я... э...
- Ну?
Она перевела дыхание. Держись!-свирепо скомандовала она самой себе. Надо придумать достойный ответ.
- Я думала, может быть, вам нужна помощь,-быстро нашлась она.
- Помощь?-мягко откликнулся он. Так мя. ко его голос раньше, кажется,
не звучал.
- Например, снять сапоги...- Она знала, что этот жалкий лепет смешон.
Ужасно смутившись она все же упрямо продолжала:- Я думала, может быть, вам
захочется, чтобы я вам помогла Вы ведь так устали. И, может быть, принести
вам выпивку. Вы же любите выпить, когда...
- Когда силы на исходе,- согласился Фил.- Но, как видите, сапоги мне
удалось снять без посторонней помощи. А что до выпивки,- он кивнул на столик
красного дерева рядом с кроватью,- у меня ее достаточно, и со всеми
удобствами.
Голос его был ровным, присутствие Анжелы, видимо, было ему безразлично. Она
почувствовала, что проклятый румянец снова заливает ей щеки, и отвела глаза.
- А мы можем поговорить?-спросила она наконец.
- На какую тему?-сухо отозвался он. Изобретательность Анжелы иссякла. Она еще гуще покраснела.
Неожиданно он шевельнулся. Анжела сразу напряглась, и сердце у нее забилось
сильнее. Он посмотрел на нее с глубокой иронией. Нарочито медленно он
спустил ноги по другую сторону кровати и встал на пол.
Они стояли лицом друг к другу, и их разделяла огромная кровать. Как будто
они-враги, изумленно подумала она. Его глаза были темны, как леспой омут, и
так же притягательны.
- Дело не в том, почему вы здесь,-сказал Фил.- Дело в том, что это на
нас обоих плохо отражается.
Изучая его лицо, Анжела сделала открытие. Он далеко не так безразличен к ее
приходу, как хочет показать. Его ноздри слегка раздувались, как будто
поддерживать самообладание стоило ему больших усилий.
Смущение начало покидать ее. Вернулась смелость, а с ней и любопытство. Она
медленно направилась к нему. В уголках ее губ появился намек на улыбку.
- Если вы знаете, почему я здесь, мне нет нужды вам рассказывать,-
мягко заметила она.
Его глаза сверкнули, но он не отвел взгляда.
- Не играйте в незнакомые игры, Анжела.- Голос прозвучал неожиданно
жестко.
Она остановилась у резного столбика, поддерживающего полог, и задумчиво
посмотрела на Фила. Он мог бы коснуться ее, протянув руку. Но вместо этого
он проворно сунул руки в карманы. Однако она успела заметить, что перед этим
они были сжаты в кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели.
Он тихо, злобно выругался.
- Идите спать, Анжела.- Она при этом отрицательно помотала головой.- Я
не хочу, чтобы вы были здесь.
Его глаза обжигали. Без сомнения, он в сильном гневе, подумала она. Но в
напряженном теле таилось что-то большее, чем гнев. Ей требовалось знать, что
именно.
Эта потребность вдруг показалась непреодолимой, как натиск шторма, как само
земное тяготение. Она схватилась рукой за горло. Все ее тело затряслось под
воздействием этого планетарного магнетизма. Он был сильнее, чем страх перед
его гневом, сильнее природной стыдливости, сильнее всех заботливых
предупреждений Уинстона.
Она сделала быстрое инстинктивное движение к нему. Он отпрянул назад, словно
она его ударила.
- Это еще что такое?- рявкнул Фил, сверкнув глазами. Он резко шагнул
вперед.- Уходите. Вы не ведаете, что творите. Уходите немедленно! — Он
выбросил руку в направлении двери.
Анжела видела, что он говорил искренне. Его глаза полыхали гневом.
К счастью, у нее так сильно тряслись ноги, что она все равно не могла
двигаться, даже если бы захотела, с иронией подумала Анжела. Она схватилась
за столбик полога, чтобы устоять на ногах. И вдруг с абсолютной ясностью она
поняла, он разжигает в себе гнев, чтобы заглушить другие чувства.
Ее присутствие настолько явно выводило его из душевного равновесия, что ей
захотелось сейчас же обнять его и утешить. Но она пока что не осмеливалась.
- Нет,- прошептала она,
- Да, Анжела. Уходите. Сейчас же.
Она покачала головой, цепляясь за опорный столбик, как обезьянка. Легкая
ткань халата вздымалась и опадала на ее груди от учащенного дыхания. Она
заметила, что глаза Фила скользнули по едва прикрытым выпуклостям ее грудей.
На мгновение ей показалось, что она сейчас совсем лишится дыхания.
- Анжела...- Это прозвучало, как стон. Она быстро замотала головой.
- Не прогоняйте меня!
Если бы только она не выглядела такой юной и испуганной, в отчаянии подумала
Анжела. Она-то себя такой не чувствовала, даже под свирепым взглядом Фила.
Она чувствовала себя вполне взрослой,
- Пожалуйста!
Она подвинулась к нему поближе и положила руки на его обнаженные плечи. Даже
сквозь слезы, застилавшие ей глаза, она разглядела выражение его красивого
лица. Это было вожделение. Оно почти потрясло своей горечью и остротой.
Я угадала, ликовала Анжела. Неважно, что он говорит, теперь пусть следует
своим инстинктам!
Она приподнялась на цыпочки и обвила руками его шею. Медленно, медленно она
начала склонять к себе его гордую голову. Фил стоял как скала. Его губы были
сжаты, а глаза неумолимы. Но он ничего не мог сделать, чтобы скрыть бешеный
стук своего сердца. Анжела прильнула к нему всем телом.
Ее губы раскрылись, и она коснулась его рта, на мгновение почувствовав
страстный отклик. Она глубоко вздохнула и еще теснее прижалась к нему.
- Нет!
Он почти оттолкнул ее.
Потрясенная, Анжела зашаталась и рухнула на огромную кровать, вытянув руки
для опоры. Склонив голову, она судорожно глотала воздух. Она чувствовала
себя как человек, который успешно карабкался в гору и вдруг совершенно
неожиданно оступился и полетел в глубокую пропасть.
- За кого вы меня принимаете, черт возьми? — с вызовом бросил он.
Анжела в смущении покачала головой.
- Не понимаю.
- В вас проснулась женщина, и вы решились на эксперимент.- Фил глубоко
вздохнул.- Отлично. Возвращайтесь к цивилизации. Но подождите, пока вам
попадется сверстник!
Она уставилась на него.
- Это не эксперимент,- возмущенно заявила она.- У меня нет вашего
опыта, но я пока могу управлять своими инстинктами. Я не дура, я...
- Чепуха,- грубо перебил он.- Разум здесь ни при чем. Никто не может
управлять своими инстинктами, Анжела. Никто. Поверьте мне,...
- Но...
Он игнорировал попытку возражения.
- ...все, что могут сделать цивилизованные люди — это обуздать
свое поведение. И то лишь если успеешь до того, как инстинкты возьмут верх.
Нельзя управлять чувствами, Анжела,-сурово продолжал он.- Поддаются контролю
лишь действия. Иногда. Если вовремя спохватиться. Если повезет.
Она пристально глядела на него. Неожиданно резко Фил сказал:
- Ничего не помогает, когда красивые и безмозглые девушки приходят и
бросаются на тебя, если только ты...- Фил осекся. Но он сказал достаточно,
чтобы выдать себя. Анжела вытаращила глаза и выпрямилась.
- Да ведь вы очень хотите меня! — произнесла она так, словно
сделала великое открытие.
Фил выругался себе под нос. Анжела встала, не обратив на это внимания.
- Вы хотите, не правда ли?
- Не смейте пробовать на мне свои чары,- угрожающе проворчал он.
Она игнорировала и эту угрозу.
- Так нельзя — читать мне лекции о честности, а самому
отказываться говорить правду,- мягко упрекнула она.- Вы хотите меня? —
Она в упор глядела ему в глаза.
Лицо Фила окаменело. Нескончаемую минуту они стояли в полутемной комнате, не
касаясь друг друга, словно боксеры перед решающей схваткой. Снаружи бушевал
шторм. Тени от керосиновой лампы дико метались по стенам, когда дом
содрогался от порывов ветра. Казалось, они были вдвоем во всей Вселенной.
Наконец он еле слышно сказал:
- Да, я хочу вас.
Анжела вдруг с пугающей ясностью осознала, что это вовсе не звучит как
признание поражения. Да она и не чувствовала себя победительницей, хотя
вырвала у него признание против его воли. Вместо этого ей пришлось собрать
все самообладание, чтобы выдержать его
взгляд. Ее
сердце начало колотиться, словно от страха.
Я люблю его, напомнила она себе.
Он молча подошел к ней, бесшумно ступая по паркету. Она с ужасом наблюдала
за ним, чувствуя себя загипнотизированным зверьком, покорно глядящим в глаза
хищника. В глаза своей судьбы, неуверенно подумала она.
- О да, я хочу вас, — снова сказал он.- Я — мужчина. Я
давно завершил свои эксперименты. Я знаю, чего хочу.
Анжела судорожно вздохнула.
Он подходил все ближе, словно подкрадывающаяся пантера. В его лице не было
доброты.
- Я понял, что хочу вас, с той ночевки в палатке. Вы чувствовали
— что-то случилось, но не понимали, что именно, не так ли? Это было
еще до того, как вы осознали свои возможности. До того как вы выбрали меня
своим... наставником.
Голос его звучал глухо.
Анжела энергично замотала головой, но Фил этого не заметил. Он неожиданно
протянул руки и привлек ее к себе настолько резко, что она с тревогой
подумала о хрупкости своего тела. В его руках тоже не было доброты.
Он посмотрел на нее сверху вниз.
- Я не даю уроков, дорогая,- цинично сказал Фил.- Если приходите ко
мне, то как равный к равному. И представляете себе все последствия.
Анжела крепко зажмурилась, когда он бешено впился губами в ее дрожащий рот.
Никакой доброты и никакой скидки на неопытность, о которой он так много
говорил. Он поднял ее, как перышко, и прижал к себе нарочито ласково, словно
демонстрируя пропасть между их относительными познаниями.
Анжела вздохнула. Ей опять пришлось напомнить себе, что она любит его. Но
она отлично знала, сколько силы и гнева в руках, обнимающих ее.
Неожиданно она оказалась на свободе и в изумлении открыла глаза.
- Игра начинает идти всерьез? — съязвил Фил, наблюдая за ее лицом.-
Это риск, Анжела. Проблема с этой игрой заключается в том, что можно выбрать
только момент старта, но вам чертовски повезет, если после этого у вас будет
еще какой-то выбор. Те инстинкты, о которых вас предупреждал Уинстон,- это
ваши инстинкты, Анжела. И мои тоже. Так что хватит экспериментов, прошу вас.
Иначе как бы нам обоим не свихнуться.
Она повторила с болью в голосе:
- Это не эксперимент. Я люблю вас.
- Ради Бога! — Его голос ударил ей в уши.- Неужели вы не можете
оставить меня в покое? — Она невольно отступила
...Закладка в соц.сетях
