Жанр: Любовные романы
Успех
...я отправилась отсюда сегодня
утром, собираясь показать всему миру, на что она способна.
— Она и показала, но на мир это не произвело особого впечатления.
— Ты имеешь в виду, что тебе отказали?
— Ну... не совсем. — Керри устало облокотилась на перила и
почувствовала, что сейчас расплачется. — Ох, Филип, у меня нет никакой
надежды. Он этого не сказал, потому что не хотел огорчать меня, но он так
считает.
— Кто считает?
— Райан. Райан Максвелл. Он мне купил мясной пудинг.
Несколько секунд Филип смотрел на нее в недоумении, потом покачал головой и
взглянул на сковородку, которую держал в руке.
— Слушай, — сказал он, — я только что сварил кофе. Зайди
выпей и расскажи мне все. Я что-то ничего не пойму.
В маленькой комнатке, точной копии ее собственной этажом выше, Керри
опустилась на стул, а Филип вернулся к плитке у окна. Из задернутой
занавеской ниши у мойки он достал чашку с блюдцем в добавление к той, что
уже стояла на столе, и кивнул на глиняный кофейник.
— Пей, пока я закончу. Я мигом.
Он помешал содержимое сковородки, взял тарелку, поставленную греться и,
поколебавшись, оглянулся на Керри.
— Если ты голодна, этого вполне хватит на двоих.
Она покачала головой:
— Нет, спасибо, я уже поела. К тому же у меня есть еще котлета про
запас.
— Ну, что же, — сказал он, ставя перед собой тарелку и садясь
напротив. — А теперь расскажи все сначала. Ты сказала, что какой-то
Максвелл купил тебе пудинг. Слушай! Этот Максвелл что — тот самый Максвелл?
За пять минут Керри рассказала ему обо всех событиях дня. За это время она
выпила кофе и почувствовала себя гораздо лучше.
— Ну вот, он так и не ответил мне, есть ли у меня какая-нибудь надежда
получить роль. Мне кажется, он просто хотел пощадить мои чувства.
— М-м-м, — задумчиво протянул Филип. — Судя по твоим словам и
тому, что я сам о нем читал, он не тот человек, который станет щадить чьи-то
чувства. А его последние слова перед тем, как ты вышла из машины? Ведь он
просил тебя не подвести его, так?
— Это же просто шутка. Это ничего не значит.
— Может быть, и так. С другой стороны, он мог иметь в виду, что
действительно замолвит за тебя словечко, и если ты получишь роль, то должна
оправдать его доверие.
Керри хотела бы этому верить. У нее была бы тогда хоть какая-то иллюзия
надежды. Но всерьез на такое рассчитывать не приходилось.
В дверь постучали, и вошел сосед Филипа — молодой человек его возраста. Но
на этом все сходство между ними кончалось. Он был немного выше среднего
роста, с волнистыми прядями белокурых волос над замечательно красивым лицом.
Его серый костюм, белая рубашка и аккуратно переброшенный через руку плащ
составляли разительный контраст с обликом Филипа.
— Если ты увидишь Керри... — начал он и тут только заметил, что Филип
был не один. — Так вот где ты была, пока я тут болтался, ожидая
тебя, — воскликнул он обиженно. — Ты, верно, забыла, что мы
договаривались встретиться в два часа!
— О Господи, конечно! — Керри виновато посмотрела на него. —
Извини, пожалуйста, Ральф, меня задержали.
— Это я вижу.
— Да не я, дурень, — добродушно вмешался Филип. — Наша Керри
общалась со знаменитостями, по крайней мере, с одной.
— О чем он говорит? — Ральфа эта информация нисколько не
удовлетворила. — Где же ты все-таки была все это время?
Ни за что не стану повторять все сначала
, — решила про себя Керри. По
правде говоря, весь этот эпизод все больше утрачивал для нее реальность.
Произошло ли это на самом деле или только в ее воображении?
— Не обращай на него внимания, — сказала она небрежно. —
Просто на прослушивании я задержалась дольше, чем рассчитывала, вот и
все. — Она взглянула на будильник, весело тикавший на маленьком столике
в углу возле дивана. — Может быть, нам пойти? Еще не так поздно.
— Галерея для посетителей закрывается в три пятнадцать, — холодно
сказал Ральф. — Я говорил тебе вчера.
— А куда вы вообще собирались? — спросил Филип. — В
парламент?
— Я хотел показать Керри биржу.
— Вот как? — В глазах за роговыми очками блеснула искра
смеха. — Как жаль, что она пропустила такое удовольствие. Ну, ничего,
ты можешь вместо этого сводить ее в кино.
— К сожалению, это невозможно, — важно произнес Ральф. —
Вечер у меня занят. Мой босс дал мне особое задание.
— А что он у тебя, ночной вор? — Филип потешался над серьезным
видом Ральфа. — Ничего, не волнуйся, старина. Мы вот что сделаем: я
пойду с Керри в кино, а завтра мы тебе все расскажем. Устраивает?
— У нас с тобой разные вкусы, Проктор. Керри, у меня есть немного
времени, прежде чем я должен буду вернуться на работу. Мы могли бы где-
нибудь выпить чаю.
Немного поколебавшись, Керри медленно покачала головой:
— Спасибо, Ральф, но я, пожалуй, останусь дома. У меня что-то голова
начинает разбаливаться, так что я была бы тебе плохой компанией.
Какое-то время он стоял, глядя на нее, потом перевел взгляд на Филипа, и его
лицо приняло еще более холодное выражение.
— Ну что же. Тогда я прощаюсь. Надеюсь, твоя головная боль скоро
пройдет.
— Ну конечно, старина, — пробормотал Филип, когда тот повернулся к
ним спиной, — как только за тобой закроется дверь.
— Зачем ты с ним так? — укоризненно сказала Керри, когда они снова
остались одни. — Он очень интересный человек, когда его узнаешь
поближе.
— Да спасет меня небо от этого! — Филип щедрой рукой сыпал сахар в
кофе, который она ему налила. — Ральф Мейсон, как то лекарство, что мне
прописали, когда я болел гриппом, переносим в небольших дозах. — Филип
с удовольствием отпил глоток кофе. — А ведь это неплохая мысль — пойти
сегодня в кино. Мы целую вечность не были. Ты как?
— Мы не можем себе этого позволить, — сказала Керри рассудительно.
Он усмехнулся:
— Это ты не можешь. А я сегодня получил по почте чек. Невелико
богатство, но достаточно, что бы его отпраздновать, если найдется подходящий
фильм.
— Лучше прибереги денежки. Во всяком случае, мне что-то в кино не
хочется.
— А что ты собираешься делать? Сидеть у себя наверху и мечтать о
будущем триумфе? — В этих сказанных с улыбкой словах не было никакой
язвительности. — Давай лучше поживем немного в свое удовольствие. Будем
беспокоиться, когда выскребем все до донышка.
— При твоем отношении к деньгам этого недолго ждать. — Но ее
нарочитая суровость не могла устоять перед его благодушием. — А новый
микроскоп, который тебе нужен?
— Останется и на это. А теперь не спорь и собирайся поживее. Нам обоим
полезно немного проветриться.
Керри не могла с этим не согласиться. Проветриться было бы неплохо, особенно
в его обществе. С тех пор как она, поселившись у миссис О'Киф, столкнулась с
Филипом на лестнице, тот взял ее под свое покровительство как любящий брат,
хотя был лишь девятью месяцами старше. С ним Керри было всегда свободно и
легко, как в старых разношенных туфлях. Совсем не так, невольно подумалось
ей, как в обществе Райана Максвелла. Может быть, некоторые женщины и могут
чувствовать себя непринужденно с таким человеком, но она не из их числа.
Девушка ощущала его присутствие как ничье другое, и это волновало ее. Под
влиянием какого-то безотчетного чувства она приходила к убеждению, что уж
лучше бы сегодняшний эпизод и в самом деле ей приснился.
— Ну ладно, — согласилась Керри, старательно пряча эти
воспоминания в тайники своей памяти, — пошли. — Она отставила
пустую чашку и встала. — Мне нужно привести себя в порядок. Когда
выходим?
— Как только ты будешь готова. — Филипп тоже встал. — Я
посмотрю в газете, где что идет.
— А как насчет переодеться? — предложила она. — Он недоуменно
оглядел себя:
— А в чем, собственно, дело? По-моему, и так неплохо.
— Вообще-то ничего, кроме того, что эти брюки выглядят так, словно ты в
них спал.
— Разве? — Филипа это нимало не смутило. — Ну тогда я надену
другие. — Он огляделся по сторонам, — они где-то здесь.
— Висят в шкафу, — терпеливо объяснила девушка. — Я их тебе
вчера гладила, забыл?
— Правильно. Умница. Ну, ты иди, а то мы так никогда не выберемся.
— Через четверть часа, — пообещала она, направляясь к двери.
У себя наверху, постояв немного в нерешительности, Керри медленно подошла к
столику у дивана и стала перебирать кипу лежавших там журналов. Найдя тот,
который искала, она перелистала его, пока не дошла до фотографии на
пятьдесят шестой странице. Эту страницу она осторожно вырвала. Райан смотрел
на нее с фотографии с видом человека, примирившегося с неизбежностью. Она
легко представила себе, как он сидит, пока фотограф возится с камерой, думая
обо всем том, чем он мог бы заняться вместо того, чтобы вот так понапрасну
тратить время.
Неожиданно для себя девушка скомкала листок. Чего это она размечталась над
фотографией? Чем скорее она забудет Райана Максвелла, тем лучше.
Фильм, который они, наконец, выбрали, был французский и оказался очень
хороший. А после Филип настоял на том, чтобы пойти в маленький итальянский
ресторанчик, где подавали изумительные спагетти по-болонски. Когда они
вернулись домой, у Керри глаза слипались от усталости, и она с удовольствием
последовала совету Филипа немедленно отправиться спать.
Девушка открыла глаза серым холодным утром под шум дождя, хлеставшего в
окна. Чтобы зажечь в камине газ, нужно было пробежать по тощему коврику и
повозиться с краном, который почему-то за ночь заедало. Куда приятнее было
остаться в постели. Во всяком случае, вставать не было особой необходимости.
Резкий телефонный звонок внизу в холле не вызвал у нее поначалу никакой
реакции. Только когда женский голос прокричал ее имя, Керри стремительно
поднялась с томительно забившимся сердцем. Кто мог ей звонить в половине
девятого утра? Разве только...
Она не помнила, как вскочила с постели, накинула халат и сбежала вниз.
Миссис О'Киф стояла с трубкой в руке и мученическим выражением на лице.
— Пожалуйста, скажите... — начала было она, но Керри ее не слушала.
Вырвав у нее трубку, она с трудом проговорила:
— Керри Уэст у телефона.
Через две минуты она положила трубку, окинула невидящим взглядом
заинтригованную квартирную хозяйку и медленно повернулась к Филипу,
стоявшему в халате внизу лестницы.
— Я получила роль, — выговорила она, как во сне, — я буду
играть Хармиану.
Его лицо осветилось улыбкой. С восторженным возгласом он бросился к ней и,
подхватив, закружил в воздухе, не обращая никакого внимания на миссис О'Киф,
неодобрительно пощелкавшую языком.
— Ты добилась своего, добилась! Я знал, что так и будет! — Опустив
ее, он отступил на шаг и отвесил ей шутливый поклон. — Новая Эллен
Терри!
Открывались двери, появлялись люди, слышались голоса, требовавшие объяснить
причину шума. Ликующий Филип сообщил подробности, и с обеих площадок в адрес
Керри раздались поздравления.
— Только подумайте, — говорил Филип хозяйке, — когда-нибудь
вы сможете установить на третьем этаже мемориальную доску с надписью, что
здесь некогда жила знаменитая Керри Уэст.
— Это мы еще посмотрим, — фыркнула та. — А что это за пьеса
такая?
— Что за пьеса? — Филип согнал с лица улыбку и попытался придать
себе серьезный вид. — Это... видите ли... расскажи ты ей, Керри, у тебя
лучше получится. О Господи, да она отключилась! Керри, очнись! Миссис О'Киф
хочет знать, про что пьеса.
Керри смотрела на него с безучастным лицом.
Пьеса? О пьесе она не подумала. Она могла думать только о том, что теперь
она уж точно увидит вновь Райана Максвелла.
2
Первая читка
Антония и Клеопатры
состоялась в репетиционном зале
неподалеку от театра. Появившейся в числе первых Керри указали место в конце
длинного прямоугольного стола, занявшего почти все помещение, откуда она с
интересом, смешанным с некоторой настороженностью, наблюдала за
собиравшимися актерами. Все они казались уверенными, спокойными, несравненно
более привыкшими к подобной обстановке, чем она, за исключением разве что
одной темноволосой девушки. Еще один новичок на столичной сцене?
Многие были ей уже знакомы, одних она видела, а о других слышала. Сидевший
во главе стола плотный мужчина с сединой был Эдмундом Питерсом, игравшим
Октавия. Вместе с Говардом Уинстоном — будущим Энобарбом — они увлеченно
обсуждали что-то с режиссером-постановщиком, человеком с исключительным
дарованием и огромным опытом, уже неоднократно работавшим с большинством из
присутствовавших. Уоррен Трент был известен как лучший интерпретатор
Шекспира в Англии. Работать с ним уже само по себе было большой честью.
— Хармиана или Ира? — спросил лениво кто-то с ней рядом.
Быстро повернув голову, она оказалась под пристальным взглядом небрежно
облокотившегося на спинку стула соседа. Грива густых цвета темного золота
волос опускалась прямо на воротник стильного черного пиджака, а на загорелом
лице ярко сверкали голубые глаза.
— Адриан Воэн, — представился он с улыбкой, рассчитанной на то,
чтобы пленять женские сердца. — Агриппа.
— Керри Уэст, — отвечала она, и обращенная к ней улыбка стала еще
более ослепительной.
— Значит, вы Хармиана. — Отодвинув стул, он сел. — Ну просто
обидно прятать такие роскошные волосы под темным париком! Подлинный
тициановский оттенок — такая редкость. После Мойры Ширер вы первой
возвращаете его на подмостки.
— Значит, мне придется быть достойной ее репутации, — ответила она
серьезно. — Я вас видела в
Ричарде III
в Стрэтфорде в прошлом году,
мистер Воэн. Это была превосходная постановка!
— О да, — сказал он суховато. — Удивительно, как это вы меня
заметили, ведь у меня там не было и дюжины реплик. — Наклонившись к ней
чуть ближе, он продолжал. — И как это я вас до сих пор не видел? Что вы
играли?
— Очень мало, — Керри не желала упоминать о катастрофе с
сериалом. — Вы были это время за границей, мистер Воэн?
— Ну, зачем
мистер
? Вы, вероятно, только что вылупились, цыпленочек.
Держитесь поближе к дядюшке Адриану. Я за вами присмотрю.
— Мне кажется, — прошептала она, — было бы разумнее мне самой
блюсти свои интересы.
— Разумнее, но куда скучнее, милочка. Я... — Он не договорил, взгляд
его устремился мимо нее к двери и выражение лица изменилось. — А вот и
король с королевой. Надо думать, им не забыли постелить красный ковер.
Керри повернулась, чтобы проследить за его взглядом, и сердце у нее
дрогнуло, когда в дверях появилась высокая фигура в сером. Видя только его,
она. почти не заметила его спутницу, пока та, положив нежную белую руку на
рукав Райана, не сказала что-то, вызвавшее у него легкую улыбку и взрыв
смеха у окружавших их к тому моменту людей.
— Леди изволит шутить, — сказал вполголоса Адриан.
Пораженная цинизмом в его голосе, Керри взглянула на соседа, но его глаза,
как и взгляды всех, кто находился в комнате, были устремлены на женщину
рядом с Райаном. Керри не могла осудить их за это, на нее безусловно стоило
посмотреть. Чуть выше среднего роста, с потрясающей фигурой, в плотно
облегающем ее красном платье, с длинными темными волосами и лицом
замечательной красоты, Паула Винсент — ветеран пяти стрэтфордских сезонов,
если такое слово можно применить к женщине тридцати с небольшим лет, —
была одной из самых популярных актрис Вест-Энда.
Стоит ли удивляться, подумала Керри, что имя этой женщины последние
несколько месяцев газетные сплетни постоянно связывают с именем Райана? У
нее есть все, что может привлечь в женщине мужчину: красота, талант и
богатство, хотя последнее вряд ли могло представлять для Райана Максвелла
особый интерес.
— Любопытно, как скоро он займет место Винсента? — прошептал
Адриан. — Еще года нет, как бедняга умер.
— Вы думаете, они собираются скоро пожениться?
— Они? — хохотнул он. — Голубушка, когда наша маленькая Паула
в чем-то заинтересована, решение принимается единолично. То, что она хочет,
она получает. А хочет она Райана Максвелла.
— Откуда вы можете это знать?
— Она сама мне сказала, — ответил он лаконично. — Что
называется, из первых рук, а руки у нашей примадонны действительно недурны.
— Вы хорошо ее знаете? — спросила Керри медленно.
Он пожал плечами:
— Достаточно будет сказать, что я ее знаю.
Группа в дверях начала рассредоточиваться.
Все стали занимать места по обе стороны стола. Райан и Паула оказались,
естественно, рядом с режиссером, который, как и два его ассистента,
приветствовали их со сдержанным энтузиазмом. Постепенно все уселись и
раскрыли тексты. Разговоры затихли.
И тут, на всю комнату, громко и отчетливо, раздался голос ассистента Уоррена
Трента:
— Адриан, ты что там делаешь? Твое место рядом с Эросом.
— Мне здешнее общество больше по вкусу, — прозвучал нарочито
небрежный ответ, и щеки Керри запылали, когда глаза всех присутствующих
обратились на нее. Кто-то засмеялся и сказал вполголоса что-то, заставив
свою соседку смущенно захихикать. Керри не решалась взглянуть в сторону
сидевших во главе стола.
— Извини, что я нарушил твой распорядок, Дженис, милочка, —
продолжал Адриан, — но я так удобно устроился. Ведь меня слышно отсюда,
правда, Уоррен?
— Надеюсь, что услышу всех откуда бы то ни было, — подчеркнуто
холодно прозвучало в ответ. — Оставь, Дженис, это неважно. — Он
взглянул на актера, исполняющего роль Филона. — Начнем?
В следующие мгновения Керри забыла свое смущение от того, что Адриан привлек
к ней внимание присутствующих. Сейчас было не время отвлекаться. Она сидела
как на иголках всю первую сцену, начала нервно и споткнулась на
самый-рас-
самый
, прежде чем снова собралась и обрела уверенность. После этого особых
трудностей не возникало и во время тех сцен, где она не участвовала, могла
целиком уделить свое внимание великолепно звучавшему голосу Антония.
Райан читал невероятно быстро, но тем не менее ему удавалось придавать
особый смысл каждому слову. Сцена его смерти —
моя египтянка, я умираю
—
вызвала у собравшихся трепет, словно ветерок зашуршал в листьях. Если он мог
породить такое чувство во время читки, подумала Керри с комком в горле,
какое же впечатление должны произвести те же слова во время спектакля?
Паула произвела на нее куда меньшее впечатление. Несомненно, она владела
текстом и безусловно соответствовала своей роли внешне, но уже сейчас в ее
интерпретации было что-то, что Керри не понравилось. Очаровательная и
темпераментная актриса явно видела себя главной героиней наряду с Антонием.
Такое прочтение роли, хотя и очень заманчивое, было абсолютно ложным,
поскольку сам Шекспир видел только одного героя — Антония. Поэтому весьма
вероятным казалось, что в будущем на репетициях могут разыграться настоящие
сражения.
Читка заняла свыше трех с половиной часов. В заключение Уоррен произнес
небольшую речь, поблагодарил всех за участие и потребовал модели декораций.
Они были прекрасно выполнены, с передвижными частями, соответствующими
каждой сцене. После того, как все было подробно обсуждено, Уоррен начал
говорить о пьесе и отдельных ролях, делая кое-какие замечания по поводу
некоторых персонажей, проявляя при этом свое знаменитое творческое
воображение.
Когда он закончил, Керри уже не терпелось приступить к настоящим репетициям
и увидеть, как его идеи станут воплощаться в жизнь. Она почувствовала, во
что это могло вылиться, и все казалось ей замечательным.
— Как насчет того, чтобы выпить и поужинать где-нибудь? — спросил
Адриан, когда стулья задвигались.
Керри заколебалась:
— Я не одета для выхода.
Его глаза задержались на мгновение на ее стройной фигуре в синем костюме:
— Это зависит от того, куда мы пойдем. На мой взгляд, вы выглядите
восхитительно.
— Все еще пользуешься старыми приемами, как я вижу, мой милый, —
раздался позади них знакомый голос, и оба они, обернувшись, встретили взгляд
фиалковых глаз Паулы. Она стояла, жестом собственницы держа под руку Райана,
и это не ускользнуло от тех, к кому она обращалась. Примадонна бесцеремонно
осмотрела Керри с головы до ног и с ног до головы. Уголок алого рта чуть
опустился.
— Взялся за младенцев, Адриан? — протянула она, а затем обратилась
непосредственно к Керри. — Остерегайтесь этого волка в овечьей шкуре,
милочка. От него добра не жди.
— Напротив, — сказал Адриан так же холодно и сдержанно, как и она,
но губы его презрительно скривились. — С кем поведешься... — Он кивнул
Райану. — Давно мы не встречались.
— Да, давно, — Райан едва взглянул в его сторону. — Итак, вы
своего добились, юная Керри. Поздравляю.
По лицу Паулы пробежала тень:
— Ты не сказал мне, что уже знаком с маленькой подружкой Адриана.
— Не было случая, — он слегка приподнял бровь, — и притом,
знакомство было слишком кратким. Как вам здесь показалось сегодня?
— Похоже, все идет неплохо, — ответила она осторожно.
— Вот поистине взвешенная оценка! Вы с Говардом заодно. Он никогда не
высказывает своего мнения, пока не появятся рецензии. — Если Райан и
чувствовал нервозность опиравшейся на его руку женщины, то не показывал
вида. — Пойдемте, я вас познакомлю, пока вы не ушли.
— Ты забываешь, нас ждут у Рэйбернов меньше, чем через полчаса. —
В голосе Паулы было заметно легкое раздражение. — А мне еще нужно
переодеться.
— Да, в самом деле. У вас еще будет время познакомиться с ним. —
Губы его слегка усмехались.
— Когда вы познакомились? — спросил Адриан, как только Райан с
Паулой отошли. — Вы не говорили, что знаете его.
— Я и не знаю. — Керри уж не удивлялась тому, как билось у нее
сердце. — Он же сказал, знакомство было мимолетным. Мы... мы просто
столкнулись на пороге театра после моего прослушивания.
— В самом деле? — Адриан задумчиво посмотрел вслед удалявшейся
паре. — Ну, на вашем месте я бы постарался, чтобы такие встречи не
повторялись слишком часто, если хотите избежать неприятностей. — Тон
его утратил серьезность. — А теперь как насчет нашего ужина?..
— Если вы не возражаете, — перебила она его быстро, — то,
пожалуйста, не сегодня. Я на самом деле...
— Возражаю? Конечно, возражаю! Ведь мы практически договорились. —
Он внимательно посмотрел ей в лицо. — Вы поверили тому, что сказала
сейчас эта зловредная болтунья?
— Да нет, — слегка улыбнулась Керри. — Причина не в этом. Я
предпочла бы провести вечер дома, готовясь к завтрашней репетиции.
— А, работа для вас превыше всего! Душечка, лучший способ подготовиться
к завтрашнему дню — это забыть о нем сегодня. Уж поверьте, я-то знаю.
— То, что лучше для вас, не обязательно хорошо для меня, —
возразила девушка твердо. — Мне нужно время подумать о Хармиане, прежде
чем я стану ею на сцене. Я не могу так легко войти в роль, как вы.
— Может быть, вы правы. Каждому свое. &
...Закладка в соц.сетях
