Жанр: Любовные романы
Призвание
...о? — внезапно безымянный страх появился у меня под
сердцем, темный, холодный комок.
— Видение действительно значило то, что мы думали. Совет не ошибался.
Мишенью был ребенок Кьярана.
— Но Киллиан никогда не был их мишенью...
— Не думай о Киллиане. Есть одна вещь, которой мы не знали, — он
прервался, его голос стал ласковым. — Не знал даже Кьяран — до того,
как провел с тобой тат-меанма. Он говорил, что Мейв держала тебя маленькую —
и он слышал, что она говорила о твоих глазах. Морган, у Ангуса были голубые
глаза. А у тебя карие... как у твоего отца.
— Нет. — Я задрожала снова, как только поняла, что он хочет
сказать. — Этого не может быть. Это невозможно. Я не верю...
Хантер положил руку мне на щеку.
— Морган, ты дочь Кьярана.
Глава 14. Испорченная
25 мая, 1985Клянусь, я пытался забыть ее. Я вернулся в Шотландию. Попытался восстановить отношения с Гранией, вернулся к малышам, но постоянно оставался несчастным. Киллиан интересный ребенок. У него больше внутренней силы, чем у Кайла и Ионы вместе взятых. Он может быть настоящей находкой. Я все еще не могу жить с ними под одной крышей, и мне все еще плохо из-за Мэйв. Она в моем сердце, отравляет мою кровь. Я просыпаюсь и засыпаю с памятью о ней. Я люблю ее так же сильно, как и ненавижу. Она каждую минуту со мной.Но правда в том, что она осталась с Ангусом, проклинаю его. Снова и снова я пытался убедить ее оставить этого ненужного дурака. И снова она отказывается.Я иногда задумываюсь, дала бы она мне шанс, если бы увидела, кем я стал с тех пор, когда она впервые отвергла меня. Сердце, которое не приняла она, я отдал тьме. Моя сила росла во тьме так быстро, как я даже не считал возможным. Я хорошо служил тьме, как и она мне. Нету ничего на этой земле, способного испугать меня, и очень мало тех, кто мог бы восстать против меня. Может ли добрая ведьма из Белвикета принять это? Мне просто нужно верить, что наша любовь откроет ей истинную натуру Вудбейнов, и она станет такой как я.Тем временем моя любовь к ней только растет. Кажется, она никогда не исчезнет, как бы я не разрушал себя. Я пробовал все способы, даже прибегал к детским шалостям. Я оставлял угрожающие сигилы вокруг их дома. Я даже подвесил мертвую кошку на перилах их веранды. Богиня, это глупо и очень по-юношески, но я уже мужчина. Что я должен делать? Что я могу сделать?Нимхид Я не знаю, сколько я просидела на ступеньках музея, пытаясь впустить в свой
разум слова Хантера. Я оцепенела и не могла переварить все это. Слишком
мрачно, слишком чудовищно. Я не могла допустить этого.
Кьяран — мой настоящий отец?
Нет. Нет, нет, нет. Этого просто не может быть.
— Послушай любимая, — сказал Хантер. — Я хочу рассказать тебе
кое-что о нем.
— Пожалуйста. Не надо, — я не могла произнести что-то еще. Его
куртка распахнулась на моих плечах. Я даже не чувствовала холода.
— Нет, ты должна услышать это. Кьяран освободил меня. Он сказал, что ты
его дочь, и я должен спасти тебя.
— Зачем? Чтобы снова осушить меня? — спросила я.
Хантер вздохнул.
— Ты не слушаешь. Кьяран дал мне заклинание, чтобы снять сигилы со
стола. И он добавил свою силу к моей. Ты думаешь, я мог бы справиться со
всеми этими ведьмами своими силами? Ни один из нас не выжил бы без его
помощи. Морган кем бы он ни был, что бы он ни делал, он не мог убить тебя.
Не свою собственную дочь.
— Это не имеет значения, — тупо повторила я. "Он все еще злой.
Убийца. И я его дочь, — Робби был прав насчет меня. Я в корне
испорчена. Я такой родилась.
— Морган...
Я приложила палец к губам Хантера.
— Остановись. Пожалуйста. Если я и узнала что-нибудь с этого, так это
то, что ты не можешь изменить предначертанное тебе.
Хантер потер виски.
— Мы должны поговорить об этом, но ночь, вероятно, не лучшее для этого
время.
— Мы должны уехать из города, — сказала я, вздрагивая. — До
того, как Эмиранте перегруппируется. Давай отправимся по отдельности. Я
сегодня же уеду обратно в Видоуз-Вэйл.
Хантер выдал глухой смешок.
— Я даже не уверен, что ты в состоянии забраться в такси. Нет, мы
проведем ночь в городе. Я думаю, мы будем в безопасности. Но мы уедем сразу
же, как наступит утро.
Он подозвал такси и помог мне влезть внутрь.
Когда мы вернулись в квартиру, было уже поздно. Мы ехали в тишине. Только
когда мы поднялись на этаж Бри, я поняла, что на мне все еще надета ужасная
коричневая мантия.
— Как я объясню это? — спросила я.
Хантер провел рукой по моим волосам, убирая их с лица.
— Уже больше одиннадцати. Может, они все спят.
Они спали. Скай и Рейвин устроились вместе на кушетке в гостиной. Рейвин
выглядела довольной, мирной, почти невинной.
На кухонной стойке я нашла записку от Бри.
Морган и Хантеру
Я рада, что вы в порядке! Так как мой отец в Коннектикуте, Робби и я
разместились в хозяйской спальне. Вы можете занять комнату для гостей.
Бри
Мелким шрифтом внизу она добавила еще одну запись: Морган, ты была права.
Так как?
Хантер остановился перед закрытой дверью комнаты для гостей.
— Морган посмотри, — сказал он ласково. На двери Бри повесила
маленький венок цветов, связанных белыми лентами. Их сладкий аромат заполнял
холл. — Жасмин, — сказал Хантер с улыбкой. — Удивительно, как
Бри нашла его в это время года? — Он взял меня за руку. — Пойдем
внутрь?
Я попыталась улыбнуться, но не смогла.
— Хантер, — начала я, мой голос срывался. — Я не знаю, как
сказать это, но... мне так плохо сейчас. Сегодня ночью я хочу остаться одна.
Я увидела в глазах Хантера вспышку боли и ощутила чувство вины и сожаления.
Сейчас у нас был шанс провести целую ночь вместе. После всего случившегося,
провести ночь вместе было бы естественно. Но я не могла принять это. Не
сейчас.
— Если тебе так нужно... — Хантер затих.
— Да, — я потянулась вверх и погладила его по щеке. —
Спасибо. За все.
— Обращайся, — ответил он.
Я зашла в гостевую комнату и уловила свое отражение в зеркале. Прождав
несколько сердцебиений, я заставила себя взглянуть на свое лицо. Мои щеки
были в слезах, нос слегка распух. Глаза были красными. И точно такого цвета
и формы как у Кьярана.
Я почувствовала иронию этого. После всех этих лет я, наконец, узнала, кто я.
Я не могла смотреть. Мне отчаянно был нужен душ, но я была слишком утомлена.
Душ подождет до утра. Я сняла коричневую мантию. Утром я выброшу ее в
корзину.
Я забралась в кровать. Закрыла глаза и попробовала заснуть, но в голове
крутилась одна мысль. Кьяран мой отец. Кьяран мой отец.
В этом я не сомневалась. Только не после той связи, которую я почувствовала
с ним. Не после того, как я увидела в зеркале его глаза на моем лице.
Мой отец — убийца, предводитель ковена Вудбейнов, который уничтожает другие
ковены. Он убил Мейв и Ангуса. Он чистое зло.
Внезапно до меня дошло, что Киллиан мой единокровный брат.
Все вещи встали на свои места. Вещи, которых раньше я не понимала. Чувство
связи с Кьяраном — и с Киллианом. Моя необычная сила. Не только от
Белвикета, но и от Кьярана. И моя склонность к злоупотреблению магией пришла
от Кьярана.
Через стену я слышала, как Хантер проклинает кушетку в кабинете. Бри
говорила мне, что она жесткая и неудобная
Из уголков моих глаз потекли слезы. Я любила Хантера так сильно, как никого
никогда больше не полюблю. Но я не могла быть с ним. Не сейчас, зная, кто я
на самом деле.
Наследница тьмы.
Июнь 1985
Я вернулся в Мешома Фолз, что бы положить этому конец раз и навсегда. Больше
не будет этой лихорадки, этой бессмысленной тяги. Не будет тоски по женщине,
которая не захотела быть со мной. Я предпочитаю душевный покой всему
остальному. Уступаю перед неизбежным.
Если она так сильно хочет быть с Ангусом, тогда пусть остается с ним вечно.
Пусть они оба умрут. Я нашел идеальное место для этого — одинокий сарай на
заброшенной ферме в пяти милях от их дома. Орудием станет, собственно,
элемент Мейв, огонь. Мне это кажется довольно уместным. Огонь, чтобы
затушить пожар, пылающий в моем сердце с того дня, когда я впервые увидел
ее.
Огонь к огню и прах к праху. Вскоре все будет закончено. Я уже закрыл свое
сердце для любви. С этого дня я полностью отдаю себя тьме.
Нимхид Мы вернулись в Видоуз Вэйл в понедельник к полудню. Высадив всех, я,
наконец, поехала домой. Обе машины моих родителей отсутствовали, и внутри я
не видела никакого света. Я выбросила сенсоры. Дома не оказалось никого,
кроме Дагды.
Я знала, что должна пойти и распаковаться, обнять моего котенка, но почему-
то я не была к этому готова. Вместо этого я снова выехала из подъездной и
поехала по дороге, идущей вдоль реки Гудзон. Я повернула к гавани, где
стояли катера. В городе был причал, где летом привязывали лодочки. Зимой он
закрывался, оставался только полумесяц каменистого пляжа и грубый деревянный
док, выступающий из воды.
Было ужасно холодно, но мне было все равно. Мне хотелось побыть одной. Река,
серебристо-серый простор под белым зимним небом, была спокойной и казалась
бесконечно мирной. Я подошла к краю дока. Не смотря на снег, уровень воды
был ниже шесть футов от причала, поэтому я села и стала болтать ногами.
Эта река течет до Нью-Йорка, подумала я. Эта река соединяет два места, одно
выше, другое ниже, в зависимости от приплывов Атлантики. Я чувствовала себя
относительно безопасно, когда вернулась в Видоуз-Вэйл, но серебристо-серые
воды напомнили мне что Нью-Йорк и Видоуз-Вэйл были связаны, они являлись
частью одного целого. То, что я оставила в этом городе, всегда будет частью
моей жизни.
Как Кьяран. Мой настоящий отец. Я все еще боролась с последствиями этого
открытия. Как я буду пользоваться своей магией, зная, что половина моей силы
досталась мне от Кьярана? От одной мысли о магии мне становилась больно, я
начинала чувствовать пустоту.
Что же касается любви... Я едва смогла выдержать поездку домой. Сидеть рядом
с Хантером, зная, что последует дальше, было пыткой.
Мне придется порвать с ним. Я просто не смогла собраться с силами этим
утром.
Все сводилось к Кьярану. Моим биологическим отцом был не хороший, добрый
Ангус. Моим отцом был человек, убивший своего муирн-беата-дан. Человек,
который высасывал силу и жизнь из кто знает скольких невинных людей. И если
он способен на такие преступления, то, что могу совершить я, его дочь, его
собственная плоть и кровь?
Я и так уже сделала столько много ошибок, которые стояли очень дорого мне и
другим людям. Мое наказание ужасно. Я доверяла Кэлу, Селене, Дэвиду и
Кьярану. Я сделала больно Бри, едва не убила Хантера уже дважды, и наблюдала
как погиб из-за меня Кэл. Я почти оттолкнула от себя Робби. Я причинила боль
своим родителям. Я подвергла жизнь Мери-Кей страшной опасности. Два с
половиной месяца занятия магией, и все это время я словно хожу по минному
полю.
И все из- за того, кем я была. Какой отец, такая и дочь. Я была ядом. Все,
чего я касалась, оказывалось отравленным.
Я почувствовала отчаянье, когда мои сенсоры затрепетали. Хантер был рядом. Я
слышала, как его потрепанная старая Хонда ехала вниз по извилистой тропинке
к воде. Я подумала, что больше не могу это откладывать.
Через несколько мгновений Хантер вышел из своей машины. Он был одет в
длинное, прямое темно-синие пальто, которое делало его более официальным и
взрослым. Его лицо светилось в ореоле золотых волос. Я забыла, что порой
казалось, будто он сделан из солнечного света.
В то время как я была наследницей тьмы.
Он осторожно подошел ко мне.
— Я не помешал?
— Отчасти, — сказала я честно. — Я пришла сюда, потому что
хочу побыть одна.
— Хочешь, чтобы я уехал?
Я покачала головой. Я не хотела, чтобы он оставлял меня. Я хотела броситься
в его объятия, держать его и не отпускать.
Мы смотрели друг на друга, в то время как я искала слова, чтобы сказать
невозможное.
— Я хотел, чтобы ты знала, — сказал он. — Я только что
получил сообщение от Киллиана. Очевидно, он подумал, что сова была послана
шпионить за ним, как и мы все. Он ушел, опасаясь, что Эмирант действительно
преследует его. Он все еще прячется, но я только что получил известие, что у
него все хорошо.
— О, — тупо ответила я. — Это хорошо.
Зеленые глаза Хантера изучали меня.
— С Киллианом, может быть, все в порядке, — сказал он
медленно. — С тобой же, с другой стороны, точно нет
— Ты заметил, — ответила я, пытаясь говорить холоднее, чем хотела.
— Конечно, я заметил, — сказал он, смотря на меня так напряженно,
как никогда не раньше. — За кого ты меня принимаешь?
Я была, как заморожена, не в силах говорить.
Он провел по моим волосам и сказал уже мягче.
— Морган, скажи, что я могу сделать? Как я могу тебе помочь?
— Я, — я затихла. Я не могла сказать этого. Было слишком
больно. — Ты не можешь. — Наконец сказала я. — Никто не
сможет.
Я думала о том, что я чувствовала, лежа в руках Хантера, смеясь вместе с
ним, соединяя свою силу с его. Как я смогу от этого отказаться? Больше
никогда не будет никого, с кем бы я чувствовала себя правильно, никого, кого
я любила бы также сильно, больше никогда. Он был моей второй половинкой.
— Хорошо, — он засунул руки в карманы пальто, словно удерживая их
от прикосновения ко мне. — Может быть, сейчас ты просто не готова к
разговору. Может нам лучше встретиться завтра вечером?
— Нет! — я сказала более решительно, чем хотела бы.
— Почему нет?
Я снова подумала о том, что делаю больно всем, кто рядом со мной. Я дочь
Кьярана, я просто не могла делать что-то другое.
— Думаю, мне нужно привыкнуть к этому, — наконец сказала я.
— Привыкнуть к чему?
— К тому, как все будет без тебя, — мой голос звучал глухо и
отчужденно, как будто шел из другого тела.
— Что? — он резко, пораженно рассмеялся. — О чем ты говоришь?
Я не могла смотреть на него.
— Я должна быть одна. Я ядовита, Хантер. Я ничего не могу с собой
поделать.
Хантер выдохнул, в ледяном воздухе образовалось облако пары.
— Не будь смешной. Наследие не определяет судьбу.
— В моем случае определяет. Я не могу больше быть с тобой. Мы должны
расстаться.
Все. Все закончилось. Я плотно закрыла глаза вопреки боли. Это было хуже,
чем то, что я испытала, будучи в руках Эмиранта. Я чувствовала себя так,
словно я сама вырезала свое сердце.
— Что мы должны сделать? — Хантер тщательно контролировал свой
голос. Как будто он пытался убедить себя, что ослышался.
— Я расстаюсь с тобой, — сказала я уже сильнее. Я открыла глаза,
но все равно не смогла смотреть на него. Я смотрела на деревянные рейки
причала под своими ногами, задаваясь вопросом, как это будет, упасть сквозь
них в холодную воду. Только не заплачь, Морган. Ты не заплачешь. Я глубоко
вздохнула, и сказала ту единственную вещь, котоая, я думала, могла заставить
его уйти. — Я больше не люблю тебя.
— Правда? — Его голос стал подобен льду. — И когда же это
случилось?
— Все... все изменилось, — я говорила это, пытаясь удержать
голос. — Мне очень жаль. Я просто больше не люблю тебя.
Хантер только посмотрел на меня. Мы оба знали, что я врала.
— Послушай, — его голос звучал неровно. — Я пришел сюда
сказать тебе кое-что другое. Я никогда не верил в этих муирн-беата-дан. Я
думал, что это просто романтическая чепуха. Но Морган, ты моя муирн-беата-
дан. Я понял это, когда думал, что потеряю тебя в Эмиранте. Я люблю тебя —
полностью, абсолютно, навсегда. Знай это.
О, Бог! Это так ранило, эти слова, которых я так долго ждала, слова, которые
должны были сделать меня счастливой. А все, о чем я могла думать, это: Не
говори мне этого сейчас. Пожалуйста. Ты не можешь меня любить.
— Посмотри на меня, черт возьми! — сейчас Хантер был в нескольких
дюймах от меня. — Посмотри на меня и скажи мне, что хочешь расстаться.
Я подняла глаза к нему и увидела боль, скорбь, растерянность и... любовь.
Никто больше снова не посмотрит на меня с такой большой любовью. Я сморгнула
слезы.
— Мы должны расстаться.
— О, Морган, — сказал он. Тогда он сделал последней шаг ко мне, и
наши руки соприкоснулись друг с другом. Он держал меня, пока я плакала, и я
чувствовала удары наших сердец.
— Я люблю тебя, — сказал он снова, что заставило меня плакать еще
сильнее.
Я не знаю, как долго мы так вместе стояли. Когда мы, наконец, отошли друг от
друга, передняя сторона его шерстяного пальто пропиталась слезами.
— Мне надо идти, — сказала я ему. — Не звони мне.
Прежде чем кто-то мог сказать еще что-либо, я отвернулась и побежала к Das
Boot. Поднялся ветер, завывая вниз по реке, как будто разделяя нашу боль. Но
голосу Хантера удалось прорваться сквозь него.
— Мы сами делаем наш выбор, — мне вслед прокричал он.
Конец седьмой книгиПереводчики: Ксю Шампусик Семенова, Наташа hija de la sol Бортник, Mari
Inthelight, Лелька Vedmo4 Лебедева, Vamp Ire, Ольга Лаптева, Юлия Кузьмичева
Перевод книги взят с сайта
Закладка в соц.сетях
