Жанр: Любовные романы
Черная магия
...всю жизнь любил тебя и мечтал
быть с тобой до самой смерти. — Он положил руку мне на плечо, нежно
пожимая и поглаживая. Я попыталась высвободиться. — Ты моя
муирн-беата-дан, — ласково произнес он. — Я люблю
тебя. Я хочу быть с тобой. Я хочу, чтобы мы были вместе всю жизнь.
- А Селена? — хрипло прошептала я.
- У Селены свои дела, у нас свои, — сказал он, подступая ко мне
вплотную. — Пойми, непросто быть ее сыном, единственным наследником.
Она возлагает на меня большие надежды. Но мы начнем собственную жизнь, мы
вдвоем, в ней не будет места Селене. Только... сначала я должен помочь ей
завершить одно дело. Если ты будешь с нами, мы закончим гораздо быстрее. И
освободимся от нее — навсегда.
Страх и опустошение в моей душе сменились мертвенно-холодным спокойствием. Я
поняла, что значили мои видения. Кэл либо лгал, либо сам не знал всего о
намерениях Селены. Она не позволит нам уйти. Ни ему, ни мне. Никогда.
- Я и так свободна от нее, — сказала я. — Я знаю, что зачем-
то нужна Селене. Она рассчитывает, что ты сможешь меня уговорить. Ничего не
выйдет, Кэл, я не стану частью ее игры.
Он смотрел на меня, не веря, с ужасом и болью, будто я лежала на асфальте
под колесами машины.
- Морган... — выдавил он. — Ты не понимаешь. Вспомни, как
мы видели наше будущее, нашу жизнь, нашу маленькую квартирку. Помнишь?...
Прошу тебя, помоги нам, и все будет так, как мы мечтали. Доверься мне.
Пожалуйста.
Мое сердце истекало кровью.
- Нет, — сказала я. — Селена меня не получит. Я не стану ее
послушной куклой. Я не пойду с тобой. Все кончено, Кэл. Я выхожу из Сиррэса.
И ухожу от тебя.
Его голова дернулась будто от удара. Он не отрывал от меня взгляда.
- Ты сама не знаешь, что говоришь.
- Знаю, — сказала я, пытаясь придать голосу сил. Мне хотелось
упасть на землю и завыть от тоски. — Все кончено. Я не хочу быть с
тобой. — Слова бритвой резали горло, жгли, как едкая кислота.
- Ты же любишь меня!
Я только смотрела на него, не в силах отрицать мою любовь к нему даже после
всего того, что произошло.
- И я люблю тебя, — сказал он. — Прошу тебя, Морган. Не
вынуждай... не вынуждай меня вести тебя к ней силой. Идем, Селена сама все
тебе объяснит. Гораздо лучше, чем я. Она поможет тебе все понять.
- Нет.
- Морган! Умоляю, если любишь меня, идем со мной. Тебе не придется
поступать наперекор своей воле. Только скажи Селене, что не будешь помогать
ей. Вот и все, только скажи ей это сама. Я тебя поддержу.
- Сам скажи.
Его глаза сузились от гнева, затем вновь расширились.
- Прислушайся к голосу разума. Не вынуждай меня делать то, о чем я
потом пожалею.
Меня пронизал страх.
- Что ты такое говоришь?
Его лицо исказилось пугающим отчаянием. Меня охватил ужас. Я резко
развернулась и бросилась бежать к машине, нащупывая в кармане ключи. Я
рванула на себя дверцу, слыша за спиной топот Кэла, и в следующий миг он сам
распахнул ее и втолкнул меня внутрь.
- Ох! — вскрикнула я, больно стукнувшись головой.
- Сидеть! — взревел он.
О Богиня, защити меня
. С этой молитвой я
перекувырнулась на сиденье и попыталась выбраться наружу с другой стороны.
Но едва я схватилась за ручку, как мое горло сдавила тяжелая рука, и Кэл
забормотал незнакомые мне слова — древние, зловещие и ужасные.
Я попыталась бороться с ними своей кельтской песней, но язык окостенел во
рту, руки перестали слушаться. Я уже не ощущала своего тела, я не могла
двинуться, отвернуться, закричать. Он наложил на меня чары оков. Как тогда.
Как глупо я попалась
, — промелькнуло у меня в
голове, когда Кэл, взяв ключи, завел Das Boot.
Глава 17. Сеомар
Февраль 2001 года Я впервые применил цепь. Я сковал ведьму. Корнуэллец оказался безумцем. Когда я пришел допросить его, он отказался отвечать, а когда понял, что я не уйду просто так, впал в транс. Он кричал, что убьет меня и всю мою семью, что он Эннвин, адская гончая. Он начал выкрикивать слова заклинания, и мне пришлось повалить его на землю и сковать цепью. Тогда он начал рыдать и молить о пощаде. Он кричал, что цепь жжет его огнем, и умолял отпустить его. В конце концов его глаза закатились и он потерял сознание. Я отнес его в машину, и Атар отвезла нас в Лондон. Я оставил его с Кеннетом Муром. Кеннет сказал, что я сделал все так, как надо; он был безумным, но могущественным и потому опасным. На этом моя работа окончена. Будущее ведьмы решит совет старейшин. Я пошел в бар, напился и разрыдался на плече у Атар. Джиоманах - Ты никак не хочешь понять, а? — разъяренно сказал Кэл, резко
выкручивая руль на повороте.
Я беспомощно повалилась на дверцу машины. В моей голове крутился и бушевал
ураган мыслей, но чары намертво, будто цементом, сковали тело.
- Не гони так, — удалось мне прошептать.
- Молчать! — завопил он. — Поверить не могу, что ты меня на
такое вынудила! Я люблю тебя! Почему ты не можешь меня послушать? Я всего-то
просил, чтобы ты сама поговорила с Селеной. Но нет. Даже этого ты не можешь
для меня сделать. Неужели это так сложно? А теперь мне приходится тащить
тебя силой. Думаешь, мне это приятно?
Я скосила глаза, глядя на горделивый профиль Кэла, на его руки, вцепившиеся
в руль. Это просто кошмар, мне часто снились страшные сны, скоро я проснусь
в холодном поту, и все будет хорошо. Надо только проснуться.
Просыпайся,
— приказала я себе.
— Просыпайся. Опоздаешь в школу. - Морган, — сказал Кэл уже гораздо спокойнее. — Подумай вот
о чем. Мы занимаемся колдовством уже долгие годы. Ты открыла для себя магию
пару месяцев назад. Доверься нашему опыту. Ты сопротивляешься только потому,
что многого не понимаешь. Успокойся, выслушай меня, и все встанет на свои
места.
Его слова звучали слегка издевательски: я и так сидела спокойнее некуда,
правда, не по своей воле. Кэл что-то говорил, но я его не слушала.
Сосредоточься,
— настраивала я себя.
— Соберись. Нужно что-то придумать. - Я верил, что ты никогда меня не предашь, — сказал Кэл.
Моя голова находилась как раз на уровне окна, и я увидела, что мы подъезжаем
к Видоуз-Вэйлу. Неужели мы едем к Кэлу? Его дом стоит в самой глуши, мне
оттуда не выбраться. Я подумала о том, как, должно быть, волнуются родители,
и мне захотелось плакать.
Соберись, черт побери! Думай, что делать. Они сами сказали, что
ты самая сильная ведьма, какую они встречали; ты сможешь найти выход. Шевели
мозгами!
Кэл промчался на красный свет. Я инстинктивно вжалась в сиденье, слыша визг
тормозов и гневные гудки позади. Кэл даже не подумал о том, чтобы
пристегнуть меня. Сама я сделать этого не смогу. По позвоночнику пробежала
липкая струйка холодного пота. Если мы попадем в аварию, мне конец.
Думай. Соберись. Сосредоточься
. - Зря ты мне не веришь, — повторял Кэл. — Я знаю намного
больше твоего. Моя мать гораздо более могущественная ведьма, чем ты. Ты лишь
ученица. Почему бы тебе просто не поверить мне?
Дверца с моей стороны была защелкнута. Если бы мне удалось открыть ее, я бы
сумела перекатиться и вывалиться наружу. И умереть под колесами, не успев
отпрыгнуть в сторону. Что если открыть окно и позвать на помощь?
Я попыталась сжать кулак и разочарованно поняла, что мне едва удается
согнуть пальцы.
Той ночью, накануне моего дня рождения, Кэл тоже связал меня заклинанием, но
мне удалось его преодолеть. Я помнила, как мысленно рванулась, чары лопнули
с хлопком, как целлофан, и я обрела способность двигаться. Быть может, у
меня получится освободиться и сейчас?
Мы мчались через наш городок мимо трех светофоров, мимо освещенных витрин и
людей, неторопливо ехавших по домам. Я выглядывала в окно, надеясь, что хоть
одна живая душа обратит на меня внимание. Где же полиция? Они остановили бы
Кэла за превышение скорости. Вот мы выехали в пригород и свернули на шоссе,
ведущее к дому Кэла. Этой дорогой редко кто пользовался, и я едва не
завопила от безнадежности. Меня охватил ужас, и я едва сумела его подавить.
Внезапно перед глазами возникло лицо Бри. Я не дала ускользнуть этому
видению, сосредоточилась на нем.
Бри,
— звала я, закрыв глаза.
— Бри, мне нужна помощь. Меня похитил Кэл. Он везет меня к Селене.
Выручай меня. Позови Хантера. Позови Скай. Я в своей машине. Кэл сошел с
ума. Он везет меня к Селене. Бри! Робби! Хантер! Хантер, помоги! Скай! Ну
хоть кто-нибудь, вы слышите меня? Я так старалась мысленно докричаться до них, что быстро выбилась из сил.
Дыхание вырывалось из моей груди редкими всхлипами.
- Ты ничего не понимаешь, — твердил Кэл. — Ты
представляешь, что они сделают со мной, если я вернусь без тебя? — Он
коротко, лающе рассмеялся. — По сравнению с их наказанием цепь Хантера
покажется любовным объятием. — Он бросил взгляд на меня, его глаза
зловеще сверкали. Он казался мне бесконечно родным и любимым и в то же время
чужим и пугающим. — Ты ведь не хочешь, чтобы они причинили мне боль,
правда? Ты даже не представляешь, на что они способны...
Я вновь сомкнула веки, пытаясь не слушать его. Кэл всегда был сдержанным и
сильным. Его бессвязная, дикая речь вызывала во мне тошноту, на лбу выступил
холодный пот. Я попыталась погрузиться в себя, коснуться источника силы.
Бри, прости меня, прошу. Помоги. Выручай. Спаси меня. Селена
меня убьет
. - Прекрати! — рявкнул Кэл, хватая меня рукой за плечо и резко
встряхивая.
Я ахнула и открыла глаза. Он глядел на меня с бешенством.
- Прекрати! Не смей никого звать! Никого! Ясно? — Его гневный
голос заполнил все крошечное пространство салона, оглушил меня, отдался
тупой головной болью. Рука трясла мои плечи так, что мне пришлось сжать
зубы, чтобы они не стучали. Машина неслась по дороге зигзагами, и я вновь
взмолилась Богине о помощи.
- Только посмей разбить мою машину, — пробормотала я, едва
разжимая губы.
Внезапно он отпустил меня. Прямо перед нами вынырнули фары встречной машины,
раздался низкий, громкий гудок грузовика. Он промчался буквально в
сантиметре от нас, и я подавила испуганный вздох.
- Черт! — буркнул Кэл, выкручивая руль вправо. Снова отчаянный
гудок. Черная машина успела затормозить, едва не протаранив нам правый бок.
Дрожа, я вжалась в сиденье. Я так боялась, что не могла думать.
Ты — и вдруг боишься?
— отругала я себя.
— Тоже мне наследница Белвикета. Да ты способна одолеть
Кэла мановением пальца. В тебе течет кровь риорданских ведьм, ведьм
Белвикета. Защищайся. Ты можешь за себя постоять! Я могу
, — ответила я сама себе. Во мне
таилась невероятная мощь. Я вновь сомкнула веки, пытаясь не думать о хаосе,
бушующем вокруг, и призвала на помощь древнюю колдовскую песнь.
Ан ди аллай ан ди ай, - отозвалась мелодия, принеслась на крыльях ветра, дующего с холмов,
поросших клевером.
Ан ди аллай ан ди не улла. Чей это голос выпевал величественные слова древней песни? Мой? По пальцам
пробежали мурашки. Мое тело просыпалось от сна.
Ан ди улла бе нит ра. Я чуть не задохнулась, почувствовав, как начинают слушаться мышцы, как
подрагивают кончики пальцев ног. Я прорывалась сквозь сети заклятия. Я
освобождалась от его пут. Я рвала его ткань, как папиросную бумагу.
Каир ди на улла нит ра, Каир фил ти тео нит ра, Ан ди аллай ан ди ай. Я вновь стала собой. У меня все получилось. Я не двигалась, лишь открыла
глаза и огляделась по сторонам. Резкий звоночек тревоги: впереди показалась
высокая живая изгородь, обрамлявшая владения Кэла. Субмарина, слегка вихляя,
свернула на подъездную дорогу, под колесами хрустел заиндевевший гравий.
Бри, Скай, Хантер, Робби! Кто-нибудь, откликнитесь,
— думала я, чувствуя, как растет моя сила.
— Элис!
Дэвид! Ведьмы! Вы слышите меня? Подъездная дорога была длинной, обрамленной высокими деревьями с длинными
вытянутыми сучьями. Здесь стояла кромешная тьма, лишь кое-где блестел в
лунном свете снег. Часы на приборной доске показывали половину седьмого.
Родители, должно быть, садятся ужинать. Я почувствовала такой сильный прилив
гнева, что едва смогла его скрыть. Что же, я никогда их больше не увижу?
Маму, папу, Мэри-Кей. Не дождетесь! Я сумею выбраться. Я спасусь. Я
могущественная ведьма.
- Кэл, ты прав, — проговорила я слабым голосом. От оков не
осталось и следа. В моей душе вспыхнул огонь надежды. — Прости меня. Я
только сейчас поняла, как это для тебя важно. Конечно, я поговорю с твоей
мамой.
Он повернул руль и притормозил, вытянул вперед левую руку. Раздался
металлический скрежет, тяжелые ворота скрипнули и со стуком распахнулись.
Затем, будто мои слова наконец достигли его ушей, Кэл обернулся ко мне:
- Что? — Он вдавил педаль газа. Машина въехала в ворота. Впереди
темнела низкая крыша, и я сообразила, что мы оказались на заднем дворе, а
небольшое здание, преградившее нам путь, — домик у бассейна. Сеомар
Кэла.
- Я говорю, прости меня, — повторила я. — Ты прав. Ты мой
муирн-беата-дан, я должна верить тебе. И я тебе верю. Просто... я не успела
во всем разобраться. Со всех сторон я слышу разное, попробуй пойми, где
правда, а где ложь. Прости.
Машина покатилась медленнее и остановилась в трех метрах от домика. Двор
окутывал мрак. Единственная фара печально выхватывала из темноты сухую
коричневую иву, нависшую над крышей.
Кэл выключил мотор, оставив ключи в замке. Он не сводил с меня глаз. Я
неловко прислонилась к дверце машины. Я едва сдерживалась, чтобы не
схватиться за ручку, распахнуть дверь и бежать со всех ног. Я вспоминала
заклинание, которое хоть ненадолго задержит Кэла. На ум ничего не шло.
Внезапно я вспомнила жжение и боль, которую мне причиняла его пентаграмма,
когда я пыталась ворожить. Без нее мне сразу стало легче. Неужели Кэл
наложил заклятье на подарок и все это время на моей шее висел проклятый
талисман? После всего произошедшего я бы этому не удивилась.
Медленно, очень медленно я погрузила руку в карман и вынула пентаграмму. Он
еще не заметил, что я ее сняла. Я разжала пальцы, и талисман скользнул на
пол. В голове тут же просветлело, чувства обострились, моя сила возросла. О
Богиня, я оказалась права. Талисман был проклят.
- Что ты сказала? — переспросил Кэл, и я моргнула от
неожиданности.
- Прости меня, — вновь повторила я чуть громче. — Столько
событий. Я совсем запуталась. Но теперь, поразмыслив над твоими словами, я
поняла, что ты прав. Я могу и должна доверять тебе.
Его глаза сощурились, он взял меня за руку.
- Идем, — сказал он, открывая дверцу со своей стороны.
Его пальцы с силой сжимали мое запястье, и я поняла, что мне не удастся
вырваться и сбежать. Кэл выволок меня за собой и помог подняться на ноги. Я
притворилась, что едва стою, и прислонилась к нему.
- Кэл, милый, — прошептала я. — Зачем мы ссоримся? Я не
хочу ругаться с тобой.
Я говорила вкрадчиво и маняще, подражая Бри. Я прижалась к груди Кэла. Мне
было больно видеть, как на его лице отразились надежда и подозрение
одновременно. Тогда я собрала все силы, какие у меня оставались, и толкнула
его так, что он покачнулся и отступил. Я воздела правую руку и метнула в
него шаровую молнию, сгусток голубого искрящегося огня. Я вложила в этот шар
всю магию, которая во мне была. Молния ударила Кэла в грудь, он вскрикнул и
упал на колени. Я уже бежала прочь, к металлическим воротам, начинавшим
закрываться...
В следующий миг мои ноги подкосились, и я, как в замедленном кино, увидела,
что мир переворачивается и мерзлый гравий приближается к моему лицу. Я упала
ничком, из груди вырвался болезненный вздох. Кэл навис надо мной, прижимая
ладонь к груди, его лицо было искажено яростью.
Я хотела перекатиться на спину и вновь поразить его молнией —
единственным боевым заклинанием, которое я успела выучить, но сверху
обрушился тяжелый ботинок, пригвождая меня к холодной земле. Затем Кэл
схватил меня за руку, рывком поднял на ноги и сжал пальцами шею, бормоча
заклинание.
Я пыталась кричать:
- Помогите! На помощь! Кто-нибудь! — Но никто не откликнулся.
И я вновь осела на землю, парализованная и почти немая.
- Ан ди аллай, — начала было я задыхающимся голосом, пока Кэл
волочил меня к домику у бассейна.
Я знала, куда он меня тащит, и очень боялась там оказаться.
- Молчать! — Кэл встряхнул меня и распахнул дверь раздевалки. И
ни с того ни с сего добавил: — Я знаю, что ты расстроена, но скоро все
изменится. Скоро все будет хорошо.
Я попыталась вытянуть руки и ухватиться за дверную раму, но безвольные
пальцы не слушались. Тогда я просто осела, как куль, чтобы Кэлу было тяжелее
тащить меня, но страх и гнев придавали ему сил. Мы оказались внутри, и Кэл
швырнул меня на пол, открывая дверь в сеомар. Навстречу мне выплыла тьма,
распахнув объятия, жаждущие меня заполучить.
О, Богиня!
— в отчаянии молила я.
— Помоги мне, прошу тебя. Кэл схватил меня за ноги и поволок в темноту. Своим ведьмовским глазом я
видела, что он убрал из комнаты все, что я могла бы использовать как оружие,
все, с помощью чего я могла бы творить магию. Алтарь, свечи — все
исчезло, лишь тысячи и тысячи рун, сложенных в заклинания тьмы, покрывали,
как прежде, стены, пол и потолок. Кэл позаботился о том, чтобы подготовить
для меня тюрьму. Он заранее знал, как все будет. К горлу подступила тошнота.
Задыхаясь, Кэл отпустил мои ноги. Он наклонился, оглядывая меня, затем
сощурил глаза и схватил меня за ворот. Я попыталась вывернуться, но было уже
поздно.
- Ты сняла талисман, — пораженно произнес он. — Ты меня в
самом деле не любишь.
- Ты не знаешь, что такое любовь, — хрипло проговорила я,
чувствуя головокружение, и прикрыла глаза ладонями, неуклюже отбросила
волосы назад.
Я ждала удара, но он только смотрел на меня безумными пустыми глазами,
которые я когда-то так любила.
- Зря ты мне не поверила, — сказал он.
Его дыхание было тяжелым и прерывистым, по лицу катился пот.
- Зря ты мне лгал, — гневно ответила я, пытаясь приподняться.
- Говори, где предметы, — потребовал он. — Где предметы
ковена Белвикет?
- Иди к черту!
- Дура! Зачем ты связала их узами? Тебе же хуже! Нам придется разорвать
вашу связь, а это очень и очень больно. Но сначала ты скажешь мне, куда их
спрятала. В машине их не было, я бы почувствовал.
Я остекленело смотрела на него, пытаясь выпрямиться в полный рост.
- Отвечай! — завопил он, нависая надо мной.
- Да пошел ты!
Его золотистые глаза блеснули обидой и яростью, он выбросил руку вперед. С
его пальцев сорвался клубящийся шар тьмы, ударил мне прямо в голову,
наотмашь, и я рухнула на пол, погружаясь в кошмарное небытие, из глубины
которого на меня смотрели
его глаза. Июнь 2001 года И вновь я вернулся в Литу. Прошло десять лет с тех пор, как исчезли родители. В ту пору я был мальчишкой, строил модели катапульт и играл в разведчики с Линденом и соседской ребятней. В то время мы жили в Озерном районе. От острова Мэн нас отделял залив Солвей. Перед тем как исчезнуть, родители были в сумрачном настроении, то и дело срывались на нас и извинялись. У них не было времени помогать нам с уроками. Даже Элвин просила застегнуть платье или заплести косы не маму, а нас с Линденом. Я помню, как мама жаловалась, что не может справиться со слабостью и усталостью, против которых бессильны все зелья. А папа сказал, что камень, который он использовал в ворожбе, перестал ему отвечать. На них надвигалась неизвестная беда. Но я уверен, что они не догадывались о ее природе. Если бы они знали, все сложилось бы иначе. А быть может, и нет. Быть может, есть зло, которое нельзя побороть. Джиоманах Я очнулась, не представляя, сколько времени провела в забытьи. Моя голова
ныла, лицо горело, саднили царапины, болели колени от удара об пол. Но я, по
крайней мере, могла шевелиться. Чем бы ни было заклинание, наложенное на
меня Кэлом, оно не лишало жертву способности двигаться.
Осторожно, неслышно я перекатилась на спину, оглядывая пространство внутри
сеамара. Мои колдовские чувства не ощущали никого поблизости. Интересно,
который час? В крошечное окно под самым потолком не было видно ни луны, ни
звезд. Я подтянула колени, потом медленно выпрямилась и встала. По телу
прокатились тошнота и боль.
Проклятье! Злые чары потолка и стен давили на меня, пригибая к земле. Каждый
сантиметр комнаты был покрыт рунами и письменами. Мне не нужно было знать
их, чтобы чувствовать, что Кэл призывал здесь силы тьмы, работал с черной
магией и лгал, лгал мне со дня нашей встречи. Как же я раньше этого не
понимала!
Мне надо было выбираться. Ушел ли Кэл только что или он уже ведет ко мне
Селену и ее помощников?
Защити меня, о Богиня
. Комнату переполняла
зловещая энергия, сила тьмы. На полу, где прежде стояла кушетка, виднелись
бурые пятна. Я нагнулась и дотронулась до пятна, гадая, не кровь ли это.
Какие мессы служил здесь Кэл? Меня едва не вырвало.
Кэл ушел за Селеной. Они будут пытать меня, чтобы я рассказала, куда
спрятала предметы Мейв. Быть может, они меня даже убьют или заставят
примкнуть к ним, стать частью темного клана Вудбейн.
Никто не знал, где меня искать. Маме я сказала, что немного прокачусь. С тех
пор прошло шесть часов. Никто не видел, как я ехала на встречу с Кэлом на
кладбище. На встречу со смертью.
Мысль о смерти подстегнула меня. Я вновь встала на ноги, прикидывая
расстояние до окна. Но как я ни старалась подпрыгнуть, пальцы не доставали
до подоконника сантиметров тридцать. Я стянула куртку, скатала ее в ком и
швырнула в стекло. Куртка отскочила и упала на пол.
- О Богиня, о Богиня... — бормотала я, осматривая потайную дверь.
Ее контуры едва выступали из стены. Она была так плотно подогнана, что я
едва могла просунуть в щель ноготь. Еще недавно у меня в кармане был
швейцарский складной нож. Я быстро ощупала куртку. Нож исчез. Я с усилием
вогнала ногти в щель и потянула, обдирая пальцы до крови.
Где Кэл? Почему он медлит? Сколько времени я тут провела?
Задыхаясь, я разбежалась, насколько позволяла комната, и бросилась на дверь,
пытаясь выбить ее плечом. От резкой боли у меня вырвался крик, и я
опустилась на корточки, потирая плечо. Дверь не поддавалась.
Я вспомнила, каким ударом для родителей была новость о том, что я стала
изучать Викку. Они боялись за мою жизнь, зная, что случилось с моей матерью.
Теперь я понимала, что их волнения были ненапрасны.
К горлу подступил ком, и я упала на колени. Затылок ныл тупой болью. Как я
могла быть так глупа и слепа? Из глаз потекли слезы, омывая грязные
исцарапанные щеки. Из груди рвался всхлип.
Я села на деревянный пол, скрестив ноги. Медленно, понимая всю
бессмысленность борьбы, я кровью и слезами очертила вокруг себя небольшой
круг. Дрожащим пальцем вывела руны оберега: пентаграммы, соединяющиеся
круги. Квадраты в квадратах — для строгости мышления. Угловатую
р
— для душевного спокойствия. Я начертила двурогий круг, символ Богини,
и круг с полумесяцем — символ Бога. Я рисовала их, едва следя за тем,
что делаю, вновь и вновь, на полу и в воздухе.
Мгновения спустя мое дыхание замедлилось, слезы высохли, боль отступила. Ко
мне вернулась ясность мыслей и зрения, я сумела взять себя в руки.
Со всех сторон наступала тьма. Но внутри меня был свет. Я должна была
обрести спасение.
Ведьма из клана Вудбейн, наследница Белвикета, я таила в себе небывалую
мощь.
Я закрыла глаза, едва дыша; сердцебиение почти прекратилось. Сами собой
пришли слова:
О магия, я твоя дочь. Я иду путем правды, я иду в свете. Защити меня от зла, придай мне сил. Мейв, мать моя, придай мне сил. Макенна, мать моей матери, придай мне сил. Морвин, мать матери моей матери, придай мне сил. Дайте мне сил открыть эту дверь. Отворите ее. Отворите. Я открыла глаза и перевела взгляд на заговоренную запертую дверь. Я
отрешенно смотрела на нее, представляя, как она распахивается, как я прохожу
сквозь нее и иду навстречу спасению и свободе.
Скрип. Я моргнула, но не утратила сосредоточенности. Возможно, мне только
показалось, что дверь скрипнула, но я не теряла надежды. Отворись! Отворись!
Отворись! И дверь поддалась, сдвинулась на волосок.
Отчаяние
Закладка в соц.сетях
