Жанр: Любовные романы
Черная магия
... Что-то с
Кэлом?
- Он почти поправился, — успокоила меня Селена. — Кстати,
сейчас он на пути в школу. Но я хотела поговорить. Ты не сядешь в машину?
Я открыла дверцу, чувствуя себя польщенной. Селена во многом была моим
идеалом, ведьмой, какой я мечтала однажды стать: могущественной,
многознающей, главой ковена.
Я взглянула на часы и опустилась на сиденье — мягкая коричневая кожа,
подогрев. Я чувствовала себя поразительно уютно и все же надеялась, что
Селена уложится в три-четыре минуты, остававшиеся до звонка.
- Кэл сказал, что ты нашла ритуальные предметы ковена Белвикет, —
с воодушевлением начала Селена.
- Да, — подтвердила я.
Она улыбнулась и тряхнула головой:
- Это просто замечательно. Как же тебе удалось их найти?
- Мне было видение, — пояснила я. — Мне явилась Мейв и рассказала, где спрятала их.
Брови Селены поползли вверх.
- Богиня! Тебе было видение?
- Да. Только не совсем так. Я ворожила, — призналась я, краснея.
Я не знала наверняка, но вроде бы непосвященным ведьмам не позволяется
ворожить. Вновь я нарушила запрет. — И мне явилась Мейв. Так я узнала,
где лежат предметы.
- Как ты ворожила? С помощью воды?
- Огня.
На лице Селены отразилось такое удивление, будто я совершила переворот в
магии.
- Огня! Ты гадаешь с помощью огня?
Я кивнула — уверенно и в то же время не скрывая радости от того, что
мне удалось ее удивить. — Мне нравится огонь, — сказала я.
— Он... говорит со мной.
На миг Селена умолкла, и я ощутила неловкость: я чуть ли не с самого начала
презрела все правила и шла в магии своим путем.
- Не многие ведьмы говорят с огнем, — сказала Селена.
- Почему? С ним так легко!
- Не всем, — ответила Селена. — Огонь — капризная
стихия. Только очень сильная ведьма может ворожить с помощью огня. — Я
чувствовала на себе ее тяжелый взгляд и не знала, что сказать. — Где
же теперь эти предметы? — спросила Селена.
Я ощутила облегчение от того, что в ее голосе не было ни нотки гнева или
неодобрения. В машине образовалась аура тайны, тайны для двоих, будто ничто
произнесенное нами не покинет ее пределов.
- Я их надежно спрятала, — успокоила я Селену.
- Молодец, — ответила она. — Уверена, ты знаешь, какая сила
заключена в этих предметах. Я рада, что ты их бережешь. Я только хотела
предложить тебе помощь и поделиться знаниями и опытом, чтобы научить тебя с
ними обращаться.
Я кивнула:
- Спасибо.
- И я надеялась — ведь мы близкие друзья, а у вас с Кэлом особые
отношения, — что ты позволишь мне увидеть эти предметы, опробовать их,
разделить с ними мою силу. Моя сила велика, их сила велика. Представляешь,
каким поразительным окажется такое слияние.
В этот миг на площадку завернул знакомый золотистый
Эксплорер
. Сквозь
тонированное стекло я увидела профиль Кэла, и мое сердце подпрыгнуло. Он
взглянул в нашу сторону, чуть помедлил, припарковал машину и заглушил
двигатель. Горя нетерпением, я опустила стекло, и тут же раздался школьный
звонок.
- Привет! — сказала я.
Он подошел ближе и облокотился на дверцу, заглядывая в открытое окно.
- Привет! — Израненные запястья были скрыты рукавами куртки.
— Мама? Зачем ты приехала?
- Мне не терпелось поговорить с Морган о предметах ковена Белвикет,
— смеясь сказала Селена.
- А... — Кэл произнес это с непонятным равнодушием, чуть ли не с
раздражением.
- Хм. Наверное, я должна вам сказать, — нерешительно начала я.
— Я... м-м... связала их узами. Вряд ли они теперь захотят подчиняться
другим.
Кэл и Селена уставились на меня так, будто узнали, что на самом деле я
мужчина.
- Что? — переспросила Селена, округлив глаза.
- Я связала их узами, — повторила я, думая, не слишком ли
поспешила с ритуалом. Но Элис настойчиво советовала не откладывать.
- Что ты имеешь в виду, говоря, что связала их узами? — медленно
произнес Кэл.
Я сглотнула, вдруг почувствовав себя девчонкой в кабинете директора школы:
- Я прочитала ритуал и связала предметы узами, пропустив сквозь них мою
силу. Теперь они часть меня.
- Ничего себе! А зачем? — спросил Кэл.
- Ну как же, чтобы они не подчинялись другим, — ответила я.
— И чтобы брать от них дополнительную силу.
- Святые угодники, — сказала Селена. — Кто тебя этому
научил?
Я уже было открыла рот, чтобы сказать:
Элис
, но вместо этого, к
собственному удивлению, проговорила:
- Вычитала в одной книге.
- Вот как... — задумчиво протянула Селена. — Это ничего,
есть способы разорвать узы.
- Да? — неуверенно сказала я.
Зачем она хочет, чтобы я разорвала узы?
- А потом я бы с радостью преподала тебе несколько простых уроков
обращения с ними. — Селена улыбнулась. — Всего в книгах не
прочитаешь.
- Не прочитаешь, — согласилась я. Меня не покидало чувство
неуверенности и странной тяжести. — Ну, мне пора на занятия.
- Иди, — сказала Селена. — Еще раз поздравляю с находкой. Я
тобой очень горжусь.
Ее слова отозвались во мне теплом, и машину я покидала, чувствуя себя
немного лучше. Я взглянула на Кэла:
- Ты идешь?
- Сейчас, — сказал он, нерешительно помялся, будто хотел
прибавить что-то еще, но передумал и только крикнул: — Поговорим
позже, мам.
- Хорошо, — сказала она.
Стекло поднялось.
Кэл направился к школе. Он шагал быстро и размашисто, так, что мне пришлось
чуть ли не бежать, чтобы поспеть за ним. Повернув голову, я увидела, что его
зубы сжаты.
- Что случилось? — спросила я, задыхаясь. — Ты чем-то
расстроен?
Он повернулся ко мне:
- Нет. Просто не люблю опаздывать.
Не нужно было быть ведьмой, чтобы понять, что он лжет. Может, он рассердился
на меня из-за того, что я связала предметы узами и теперь никто другой не
может их использовать?
Или на Селену? Я была почти уверена, что угадала. Но за что?
С этой минуты день пошел наперекосяк. На перемене между третьим и четвертым
уроками я вошла в пустой кабинет химии и застала там Мэтта Адлера и Рейвин
Мельцер. Они целовались. В глазах Мэтта я прочла явное желание провалиться
сквозь землю, а Рейвин светилась самодовольством еще сильнее обычного. Но
тут я вспомнила, что не мне судить других, мой грех страшен. И едва я об
этом подумала, мне захотелось сбежать в туалет и разрыдаться, что я и
сделала.
На большой перемене мы с Кэлом сели за наш обычный столик, где собирались
все члены нашего ковена. Разговор не клеился. Робби сидел с каменным лицом,
и я вспомнила, что накануне он хотел объясниться с Бри. Видно, все прошло не
так гладко, потому что Бри сидела на коленях у Чипа Ньютона в другом конце
столовой и хохотала. Бедный Робби!
Дженна казалась еще бледнее обычного. Когда Кэл спросил у нее, где Мэтт, она
пожала плечами:
- Понятия не имею. Вчера мы решили расстаться.
И все. Я была удивлена и поражена ее спокойствием. Дженна оказалась сильнее,
чем я думала.
Итан Шарп и Шарон Гудфайн сидели вместе. После нескольких месяцев флирта они
смотрели друг другу в глаза так, будто внезапно осознали, что перед каждым
из них не восковая кукла, а живой человек. Шарон разделила с Итаном булочку.
Больше ничего ободряющего за весь день не произошло.
Уроки тянулись медленно и тоскливо. Я все время представляла, как Селена
будет учить меня обращению с предметами Мейв. Я то хотела этого, то
вспоминала предостережение Элис и решала не трогать соединявшие нас узы. Так
я и не смогла определиться.
Когда прозвенел звонок с последнего урока, я с облегчением собрала книги.
Благодарение Богине, завтра короткий день, а там и праздники, целых четыре
дня отдыха. Я вышла на улицу и огляделась, высматривая Мэри-Кей.
- Я тут, — сказала сестра, подходя ко мне. — Как тебе
погодка?
Над головой неспешно плыли по небу флотилии облаков.
- Брр, — сказала я, взваливая рюкзак на плечо. — Пойдем. Я
припарковалась на той стоянке.
Едва я повернулась, чтобы идти, появился Кэл.
- Привет, Мэри-Кей, — сказал он, затем отвернулся от нее и
обратился ко мне: — Можно, я к тебе заеду? — За вопросом стояло
невысказанное: нам о многом надо поговорить.
Я без раздумий кивнула:
- Встретимся на месте.
Он мимолетно коснулся моей щеки, улыбнулся Мэри-Кей и пошел с нами к
парковке. Сестра выразительно задвигала бровями, я послала ей
предупреждающий взгляд.
Мы сели в Das Boot, я повернула ключ зажигания, и тут Мэри-Кей сказала:
- Ну, так у вас уже было?
Я надавила на газ с такой силой, что чуть не врезалась в дерево.
- Ну знаешь ли, Мэри-Кей! — воскликнула я, глядя на нее во все
глаза.
Она прыснула, затем приняла вызывающую позу:
- Так как? Вы встречаетесь целый месяц, он потрясающе хорош собой, и
сразу видно, он-то не девственник Ты моя старшая сестра. К кому мне
обращаться за советом как не к тебе.
- За каким советом? — раздраженно поинтересовалась я, пропуская
остальное мимо ушей.
- По поводу секса, — сказала она. На миг я опустила голову к
рулю:
- Мэри-Кей, ты удивишься, но тебе всего четырнадцать. Ты едва стала
старшеклассницей. Тебе не кажется, что рановато думать о сексе?
Едва слова сорвались с моих губ, я тут же о них пожалела. Речь, достойная
нашей мамы. Неудивительно, что Мэри-Кей тут же замкнулась в себе.
- Извини, — сказала я. — Просто... ты застала меня
врасплох. Дай мне секунду-другую. — Я пыталась собраться с мыслями,
одновременно следя за дорогой. — Итак, секс. — Я перевела
дыхание. — Нет, я никогда не занималась сексом.
На лице Мэри-Кей отразилось удивление. Я вздохнула.
- Да, Кэл этого хочет. И я хочу. Просто время еще не настало.
Понимаешь, я люблю Кэла. С ним я чувствую себя сказочной принцессой. И он
чертовски сексуален, и все такое. — Мои щеки запылали. — Но мы
встречаемся всего лишь месяц, в моей жизни происходят важные изменения, и...
время не настало, вот и все. — Я назидательно сдвинула брови. —
А я считаю, очень важно дождаться, когда это время настанет, когда будешь
уверена, когда почувствуешь, что не совершаешь ошибки, и будешь таять от
любви. Иначе ничего хорошего из секса не выйдет. — Совет от
многоопытной Морган Роулендс.
Мэри- Кей смотрела на меня.
- А если он, ну, твой друг, если он уверен, а ты хочешь довериться ему?
Взять на заметку: составить заклинание кастрации для Бэккера Блэкберна. Я
глубоко вздохнула, свернула на нашу улицу и увидела, что позади пристроился
Кэл. Я въехала во двор и выключила мотор. Кэл вышел и сел на нашем крыльце,
ожидая, пока мы закончим.
- Я думаю, ты достаточно разбираешься в себе, чтобы не сделать ошибки,
— тихо произнесла я. — Ты же не дурочка. Ты знаешь, что творится
у тебя внутри. Бывает, пары встречаются по нескольку лет, прежде чем
почувствуют, что готовы к сексу. — Откуда я все это взяла? Годы чтения
журналов для подростков не прошли даром? — Самое главное, —
продолжала я, — чтобы ты сама принимала решение, без давления со
стороны мужчины. Я сказала Кэлу, что еще не готова, и он сильно огорчился.
— Я понизила голос, будто мои слова могли вырваться за пределы машины
и достичь ушей Кэла, сидевшего на крыльце в шести метрах от нас. —
Огорчился не то слово. Но он сказал, что уважает мое решение и готов ждать.
Мэри- Кей смотрела себе в коленки.
- Но если по какой-то причине ты думаешь, что с тобой это может скоро
произойти, ради бога, используй все возможные средства предохранения,
заставь его сдать анализы, будь осторожна и не позволь ему причинить тебе
боль. Обещаешь?
Сестра покраснела и кивнула. Кэл стоял на крыльце, притопывая ногами от
холода.
- Хочешь, я скажу Кэлу, чтобы ехал домой, и мы продолжим разговор?
Скажи же нет"
.
- Не надо, — ответила Мэри-Кей. — Думаю, я все поняла.
- Хорошо. Если что — я всегда рядом. К кому обращаться за советом
как не к старшей сестре.
Она ухмыльнулась, и мы обнялись. И поспешили в дом. Двадцать минут спустя
Мэри-Кей поднялась к себе и села за уроки, а мы с Кэлом отогревались на
кухне чаем. Я надеялась, что сестра как следует подумает над моими словами.
Глава 7. Я сама
Июль 2000 года
Когда я вернулся с севера, совет вызвал меня в Лондон. Три дня я отвечал на всевозможные вопросы — от истоков межклановых войн до медицинских свойств полыни. Я писал эссе, где разбирал правоту решений старейшин прошлого. Я показывал владения различными заклинаниями и ритуалами. После этого они отвергли мою кандидатуру. Не потому, что нашли мою силу недостаточной, знания посредственными или возраст чересчур юным: они не доверяют причинам, которые мною движут. Они считают, что я собираюсь мстить за смерть Линдена и родителей. Но это не так — уже не так. Вчера я говорил об этом с Атар. Думаю, она единственная, кто полностью меня понимает. Нет, Джиоманах, ты ищешь не мести. Ты жаждешь искупления, — сказала она, испытующе глядя на меня черными глазами. — Но я не знаю, что из этого опаснее
. Мудрая, мудрая кузина Атар. Не могу понять, когда она успела этому научиться. Я не сдамся. Сегодня я снова напишу в совет. Я добьюсь, чтобы они меня поняли. Джиоманах Наша кухня была в шесть раз меньше кухни Кэла. В ней не было ни гранитных
столешниц, ни дорогих французских шкафчиков в деревенском стиле —
только поцарапанные пластиковые столы и мебель двадцатилетней давности. Но
она почему-то была теплее и уютнее.
Я устроила свои ступни на коленях Кэла: мы говорили, наклонившись друг к
другу через стол. Я затрепетала при мысли, что однажды у нас будет
собственный дом, только для нас двоих. Я обвела ласкающим взглядом его
гладкую загорелую кожу, тонкий прямой нос, мужественный изгиб бровей и
вздохнула. Нам надо было поговорить о Хантере.
- Я никак не могу прийти в себя, — призналась я.
- Я знаю. Я тоже. Никак не ожидал, что все так закончится. — У
него вырвался сухой смешок. — Честно говоря, я думал, что мы отмутузим
друг друга и разойдемся с миром. Но когда Хантер вытащил брейх...
- Ту серебряную цепь?
Кэл передернул плечами.
- Да, — сказал он жестким голосом. — Заговоренную. Сковав
мне руки, она поглотила мою силу.
- Кэл, я никак не могу поверить, что все это было на самом деле.
— На глаза навернулись слезы, я смахнула их ладонью. — Не могу
даже думать ни о чем другом, И почему до сих пор не найдено тело? Что мы
будем делать, когда его найдут? Клянусь, всякий раз, когда звонит телефон, я
жду, что это полиция, что меня вызовут в участок на допрос. — Слезинка
набухла и покатилась по моей щеке. — Я сама не своя.
- Как же я виноват!... — Кэл подвинул свой стул к моему и обнял
меня. — Были бы мы сейчас у меня... — прошептал он. — Хочу
обнимать тебя и не бояться, что каждую секунду могут войти твои родители.
Я кивнула, шмыгая носом:
- Что же нам делать?
- А делать нечего, Морган. — Кэл коснулся губами моего виска.
— Это было ужасно, я постоянно проклинаю себя за то, что втянул тебя.
Но сделанного не воротишь. Не забывай, мы защищались. Хантер пытался меня
убить. Ты меня спасла. Разве можно было поступить иначе?
Я покачала головой.
- Для меня такое тоже впервые, — прошептал Кэл, уткнувшись в мои
волосы. — Ничего ужаснее со мной не случалось. Но знаешь что? Я рад,
что мы проходим через это вместе. Нет, я бы ни за что не желал тебе этого. О
Богиня, как бы я хотел, чтобы тебя все это миновало. Но раз уж так
случилось, я рад, что со мной именно ты. — Теперь он покачал головой.
— Нет, путаница какая-то. Я вот что хочу сказать: каким-то страшным
образом это сблизило нас с тобой еще больше.
Я заглянула ему в глаза:
- Кажется, я тебя понимаю.
Так мы и сидели, крепко прижавшись друг к другу, пока мои плечи не заболели
от неудобной позы и мне не пришлось отстраниться. Мне захотелось сменить
тему.
- Твоя мама так обрадовалась, что я нашла предметы Мейв, —
сказала я, делая глоток чая.
Кэл взъерошил свои темные волосы:
- Это да. Она как ребенок — с восторгом тянется к каждой новой
вещице. Что уж говорить о предметах ковена Белвикет.
- А что такого в этом ковене?
Кэл пожал плечами и задумался. Затем отхлебнул чаю и сказал:
- Ну как, наверное, тайна вокруг его гибели, его сила, его обычаи.
Просто счастье, что предметы не были уничтожены вместе с ней. А... ну и ведь
ковен принадлежал к клану Вудбейн, — прибавил он, будто его только что
осенило.
- А какая разница, принадлежал ли он к клану Вудбейн или нет, если его
ведьмы отреклись от тьмы?
- Не знаю, — сказал Кэл. — Может, и никакой. Я думаю,
важнее дела, которые вершатся с помощью магии, чем штампы — свет или
тьма.
Я вдохнула горячий пар, поднимавшийся от кружки.
- Может, я связала предметы узами, не подумав как следует, —
произнесла я. — Что теперь будет, если их возьмет другая ведьма?
Кэл дернул плечом:
- Так не угадаешь. В руках другой ведьмы сила предметов может стать
непредсказуемой. Вообще-то предметы ковена редко связывают узами с одной-
единственной ведьмой. — Кэл посмотрел мне в глаза.
- Я почему-то чувствую, что они мои. — Я зачем-то стала
оправдываться. — Мои, моей матери, матери ее матери. Я хотела, чтобы
они принадлежали мне одной.
Кэл кивнул и потрепал меня по волосам.
- На твоем месте я бы, наверное, сделал то же самое, — сказал он,
и я ощутила острую благодарность за то, что он меня поддерживает. —
Мама бы меня убила, — добавил он со смехом.
Я засмеялась в ответ.
- Сегодня твоя мама сказала в машине, что я очень сильная ведьма,
— вспомнила я. — Значит, ведьмы различаются по силе? Я читала в
одной книге по истории Викки, что одни ведьмы считались могущественнее
других. Это потому, что они больше учились или все зависит от природного
дара?
- И то и другое, — сказал Кэл. Он сжал мои ступни коленями.
— Это как со школьным образованием. Твои успехи зависят отчасти от
ума, отчасти от зубрежки. Конечно, прирожденная ведьма по определению будет
сильнее обычного человека. Но и среди чистокровных ведьм есть сильные и
слабые. Если ведьма от природы слабая, сколько бы она ни училась, выйдет так
— серединка на половинку. Если ведьма от природы сильная, но не учится
магии, ей тоже не свершить великих дел. Природа и знания должны дополнять
друг друга.
- Хорошо. Тогда скажи, насколько сильна твоя мама, — предложила
я. — Скажем, по десятибалльной шкале.
Кэл засмеялся, наклонился и поцеловал меня в щеку.
- Я и забыл, что ты у нас математик.
Я ухмыльнулась.
- Та-ак, — протянул Кэл. Он потер подбородок, мелькнул бинт на
запястье. Мое сердце сжалось при мысли о боли, которую ему пришлось
испытать. — Значит, моя мама. По десятибалльной шкале. Нет, давай
лучше по стобалльной. Слабая, неопытная ведьма получит у нас примерно
двенадцать баллов.
Я кивнула, представляя себе шкалу и нашу выдуманную ведьму в самом ее
начале.
- А сильные и опытные ведьмы... скажем, Меридин Мудрая или Дэнис
Харальдсон, получат по девяносто с хвостиком.
Я снова кивнула, вспомнив Меридин и Дэниса по книгам истории Викки.
Могущественные ведьмы, примеры для подражания, учителя, просветители.
Меридин сожгли на костре в 1517 году. Дэнис погиб в 1942-м во время бомбежки
в Лондоне.
- Мама получила бы восемьдесят — восемьдесят пять баллов, —
сказал Кэл.
Мои глаза расширились.
- Ух ты! Она у тебя на высоте.
- Да, лучше не вставать у нее на пути, — сказал Кэл с кривой
усмешкой.
- А ты? А я?
- С этим сложнее, — ответил Кэл и взглянул на часы. — Вообще-
то уже темнеет, а мне еще хотелось бы наложить кое-какие заклинания на твой
дом и машину. Скай по-прежнему в городе.
- Ладно, — уступила я, вставая. — Только скажи, на сколько
баллов мы с тобой тянем по шкале силы Кэла? И кстати, Кэл — это Кэлвин
или просто Кэл?
Он засмеялся и поставил кружку в раковину. Наверху Мэри-Кей включила свои
любимые записи на полную громкость.
- Кэл — это Кэлхаун, — объяснил он на пути в гостиную.
- Кэлхаун, — произнесла я, пробуя имя на вкус. Звучало необычно.
— Отвечай на мой вопрос, Кэлхаун.
- Дай подумать, — сказал Кэл, надевая куртку. — О себе
трудно говорить непредвзято, но думаю, я потяну балла на шестьдесят два. Я
еще молод, с возрастом моя сила прибавится. Я происхожу из хорошего рода,
старательно учусь, но звезд с неба не хватаю. Мне не взять магический мир
одним наскоком. Получается примерно шестьдесят два.
Я засмеялась и прижалась к его куртке. Он обхватил меня руками и нежно
погладил мои распущенные по спине волосы.
- А вот ты... — тихо сказал он. — Ты совсем другое дело.
- Двадцать с хвостиком? — предположила я.
- Господи! Нет, конечно, — возразил он.
- Тридцать пять? Сорок? — Я притворно умоляюще округлила глаза.
Мне было так хорошо поддразнивать его и шутить с ним. Так легко было любить
его, быть с ним самой собой и не отторгать свою природу.
Он медленно улыбнулся, и от его красоты у меня перехватило дыхание.
- Нет, милая, — нежно сказал он. — Скорее девяносто —
девяносто пять.
От неожиданности я замерла, глядя в его глаза, но тут же поняла, что он
шутит.
- Очень остроумно, — сказала я смеясь, высвободилась и натянула
собственную куртку. — Не всем же быть гениями магического мира. Не
всем...
- Ты — яркая звезда, — сказал он. Его лицо было серьезным,
даже мрачным. — Ты тот редкий гений. Ты чудо. Ты можешь взять
магический мир одним наскоком.
Я стояла с открытым ртом, пытаясь осознать его слова.
- Что ты такое говоришь?
- Поэтому я и пытаюсь вести тебя медленно, не торопить события, —
продолжал он. — Внутри тебя бушует буря, и тебе надо научиться ее
укрощать. То же и с предметами Мейв. Я бы хотел, чтобы ты позволила моей
маме тебя учить. Я боюсь, что ты хватаешься за вещи, с которыми не
справишься, потому что не видишь общего за частным.
- Ничего не понимаю, — неуверенно произнесла я.
Он снова улыбнулся, его лицо просветлело, он коснулся моих губ своими.
- Да что тут понимать, — поддразнил он меня с иронией. —
Ну, подумаешь, дана тебе сила, какая встречается раз в несколько поколений,
делов-то!
И хотя я по-прежнему мало что понимала, Кэл отказался продолжать разговор.
Он вышел наружу и начал заговаривать мою машину и наш дом, читая защитные
заклинания и рисуя руны. После этого он отправился домой, а я осталась
наедине со своими вопросами.
После ужина родители отвезли Мэри-Кей на репетицию ее подруги, скрипачки
Джейси. Едва они отъехали, я заперла все двери, чувствуя, будто играю в
дурной пьесе. Затем я поднялась наверх, достала предметы из тайника и унесла
их к себе в комнату.
Сидя на полу, я вновь привлекла к себе предметы. Они стали моим
продолжением, брать их в руки было естественно и приятно. Я раздумывала над
словами Кэла о частном и общем. Для меня общая картина складывалась так: эти
предметы принадлежали моей бабке, затем моей матери, теперь мне. Все другое
общее было гораздо менее значимым.
И все же я знала: Селена может многому меня научить в обращении с ними. Эта
мысль была заманчивой. Я вновь удивилась, зачем Элис так настаивала, чтобы я
скорее связала их узами.
Я успела начертить круг почти целиком, прежде чем осознала, что творю. С
удивлением я воззрилась на кусок мела в руке и белую линию на полу. Поверх
моей одежды была накинута зеленая шелковая мантия, расшитая магическими
символами, звездами и рунами. В чаше огня горела свеча, в чаше воздуха
дымились благовония, две прочие были заполнены водой и землей. Серебряная
пентаграмма на груди потеплела. Амулет подарил мне Кэл, и с тех пор я его не
снимала.
Предметы хотели, чтобы я их использовала. Они залежались в тайнике и
стремились к жизни после долгих лет забвения. Я чувствовала, как они манят
меня своей силой. Я быстро замкнула круг. Подняла атами, воздала хвалу
Богине и Богу и призвала их помощь.
Что дальше?
Ворожба.
Я сидела, вглядываясь в пламя свечи, одновременно концентрируя силу и
расслабляя тело. Руки и ноги стали легкими, дыхание замедлилось, мысли
полились свободным потоком. Сами собой пришли на ум слов
...Закладка в соц.сетях
