Жанр: Любовные романы
Тепло твоих рук
... В обе
стороны тянулась горная стена, а через дорогу был коттедж, окруженный лесом
с двух сторон и океаном с третьей. Оливия чувствовала, что ей не добраться
до машины, даже несмотря на то что у Джоанны не самая удобная обувь для
бега.
— Я сейчас уйду, — сказала Джоанна. — Мне просто хотелось в
последний раз взглянуть на дом. Разумеется, тебе обязательно было оказаться
здесь и все испортить. Теперь каждый раз, как я буду вспоминать коттедж, я
буду думать о тебе. И ненавидеть тебя. — Она моргнула несколько раз,
словно пытаясь избавиться от образа Оливии, потом наклонила голову
набок. — А ты знала, что у тебя его глаза? Глаза твоего отца. Такого же
цвета, — сказала она и ушла, так же спокойно, как появилась.
Оливия стояла, не шевелясь, готовая в любой момент увидеть блеск ножа или
дуло пистолета, но Джоанна подошла к машине, села в нее, завела мотор и
опустила стекло:
— Прощай, Оливия. Надеюсь, ты сгоришь в аду. — Затем она нажала на
газ и развернула машину в сторону Оливии.
— О Боже, нет! — закричала Оливия, бросившись бежать. Однако
бежать она могла только к горе, спрятаться было негде.
Снова раздался сигнал автомобиля. Джоанна остановилась и оглянулась. У
дороги притормозил автомобиль Марни.
Марни и Брианна выскочили из машины, и Марни подбежала к Джоанне.
— Что, черт возьми, ты делаешь?! — заорала она.
— То, что и должна была сделать, пока ты не вынудила меня
уехать, — сказала Джоанна. — Мне следовало придушить ее, когда у
меня был шанс...
— Джо, поехали с нами, — медленно сказала Марни. — Давай
вернемся домой и поговорим. Она этого не стоит.
— Уильям должен был оставить дом мне! — закричала Джоанна и тут же
расплакалась. — Почему он оставил его ей? И взгляни — он ей даже не
нужен. Она его продает. Я никогда не смогу его купить. Нужно было убить эту
суку, когда у меня была возможность.
— Только не перед Бри, — прошипела Марни.
— Заткнись, — ответила Джоанна. — Ты трусиха. Ты не могла ни
один наш план довести до конца. Для тебя это все просто болтовня. Что ж, я
не такая.
Джоанна подала машину назад, и в тот же момент Оливия метнулась в сторону,
пытаясь уйти с дороги. Однако она оступилась и упала. Джоанна вжала педаль
газа в пол и понеслась на Оливию.
Нет!
— закричала Марни, пытаясь убраться
с пути. Оливия едва успела увернуться. Левое колесо автомобиля чуть-чуть не
задело ее ногу. Машина на полной скорости понеслась вперед и врезалась в
горный уступ.
— Мама! — закричала Брианна, подбегая к ним.
— С нами все в порядке, — сказала Марни. — Все кончено.
Больше она никому не причинит вреда.
— Как Сесили, — сказала Брианна. Марни кивнула.
— Вызови полицию, — велела она дочке. — И позвони Заку
Арчеру.
— Спасибо, — проговорила Оливия. А в следующее мгновение мир
погрузился в темноту.
Мальчик и девочка из ее сна все еще ждали. Они стояли на лугу, окруженные
полевыми цветами. В руках у мальчика был кокос. Девочка ела шоколадку.
— Что? — спросила их Оливия. — Что вам нужно?
Мальчик и девочка ничего не говорили. Просто стояли и ждали. Но чего?
Девочка протянула Оливии шоколадку.
Она потянулась за ней, но, хотя девочка не тронулась с места, достать
шоколадку Оливия не смогла.
— Шоколад, — сказала она. — Шоколад.
— Оливия, — позвал незнакомый голос, — Оливия, тебе снится
шоколад?
— Шоколад, — сказала она, с трудом открывая глаза. — Мне
снился сон. — Ей опять приснились дети. И вдруг захотелось шоколада.
Оливия попыталась сесть, но не смогла.
— Оливия, ты в больнице. У тебя сломана нога, но в остальном с тобой
все в порядке. Ты меня слышишь? Ты слышала, что я сказал?
— Сломана нога? — повторила она. — Да, я слышала, что вы
сказали... А кто вы?
— Меня зовут доктор Филдинг. И еще ты беременна.
Оливия широко распахнула глаза и уставилась на врача. Перед ней была молодая
женщина в белом халате. Она была совершенно не похожа на тех людей, что
работали в Пикфорде. Оливия расслабилась. Беременна? Она беременна? Она
положила руку на живот, и ее охватило состояние покоя, которое Оливия не
испытывала уже много лет.
— Я беременна, — повторяла она, словно заклинание. —
Беременна.
— Хорошая новость? — спросила врач.
— Очень хорошая, — с улыбкой сказала Оливия. — Это, случайно,
не близнецы?
Доктор улыбнулась:
— Пока еще рано об этом говорить.
Оливия улыбнулась.
— Доктор, — спросила Оливия, — а что случилось с Джоанной
Коул и Марни Суитсер? С ними все в порядке? А дочка Марни, Брианна?
— С Марни Суитсер и ее дочерью все в порядке. А Джоанне не повезло. Она
умерла до приезда
скорой
.
Оливия кивнула.
— Там в коридоре ждут двое людей, которые очень хотят тебя увидеть. Зак
и Кайла Арчер. Можно их впустить?
— Да, — быстро сказала Оливия. Ей не терпелось их повидать. —
Конечно, впустите.
Доктор улыбнулась, открыла дверь, и в палату вошли Зак и их дочь.
Они поцеловали и обняли Оливию, а затем она ответила на все их вопросы.
На следующий день Оливию выписали из больницы, она покинула ее на костылях.
Зак отвез ее на кресле-каталке к пикапу. Кайла молча шла рядом.
— Дорогая? С тобой все в порядке? — спросила ее Оливия.
Кайла поморщилась и расплакалась.
Оливия понимала, почему ее дочь плачет. Ей пришлось пройти через очень
многое.
О смерти Джоанны Кайле рассказала Брианна. Девочка извинилась за то, что не
верила Кайле, что вела себя так грубо, а затем расплакалась и сказала, что
ее тетя пыталась убить Оливию. Кайла и Брианна обнялись и проговорили
несколько часов. Психолог, который работал с Кайлой, сказал Оливии и Заку,
что дружба, зародившаяся между Брианной и Кайлой, окажет обеим девочкам
неоценимую помощь.
После долгого разговора с полицией Марни призналась, что начала встречаться
с Заком после того, как узнала от своей двоюродной сестры, что дочь Зака
является также внучкой Уильяма Седжуика, который сейчас находится на
смертном одре. Марни заявила полиции, что ее кузина и прежде не была
вполне
нормальной
и провела немало времени в клиниках для душевнобольных.
Очевидно, Марни знала, что Джоанна вломилась в дом в ту первую ночь, и
потребовала, чтобы та больше никогда ничего подобного не делала. Особенно
потому, что их двоюродный брат работал в полиции. Джоанна призналась Марни,
что это она разгромила дом Оливии и оставила удавку у нее на груди.
Все остальные угрозы и несчастные случаи были делом рук Сесили, которая в
данный момент находилась под наблюдением в клинике для душевнобольных.
Сама Марни сделала только одно: положила на кровать в комнате для гостей
фотографию кастрированного мужчины. Она созналась, что подозревала Зака в
измене и хотела посмотреть, как он отреагирует. Он отреагировал именно так,
как она и ожидала: признался, что спал с Оливией.
Оливия на мгновение закрыла глаза, пытаясь избавиться от навязчивых видений
того утра. Марни накануне пришла навестить ее в больнице и извинилась за
все, что произошло. Оливия поблагодарила ее за то, что та спасла ей жизнь, и
они заключили перемирие. Марни также сказала, что они с Брианной хотели
уехать подальше, чтобы начать в новом месте новую жизнь. Оливия считала это
хорошей идеей.
— С тобой все в порядке? — спросил Зак. — У тебя такой вид, словно ты где-то далеко.
— Просто вспоминала все, что произошло за это время, — сказала
Оливия со вздохом. — Кайла, мне нужно тебе кое-что сказать...
Девочка посмотрела на Оливию. Лицо ее было мокрым от слез.
— Мне кажется, я знаю, почему ты расстроилась.
Кайла шмыгнула носом.
— Это не из-за конкурса. Мне на него наплевать.
— Понимаю, но конкурс... — начала было Оливия.
— Все это не важно! — крикнула Кайла и вновь разрыдалась. —
Какой конкурс? При чем тут он? Ты могла умереть, мама!
Глаза Оливии наполнились слезами.
— Иди ко мне, милая. — Оливия протянула руки к дочери.
Кайла прижалась к ней, обхватив шею Оливии руками.
— Я тебя так люблю, мама, — сказала она.
Оливия приподняла подбородок девочки.
— Я тоже тебя люблю, Кайла. Всегда любила и всегда буду любить.
— Несмотря ни на что?
— Несмотря ни на что, — заверила она Кайлу.
— Так почему же папа сказал, что не знает, поедешь ты с нами в Марбери
или нет? — спросила Кайла, ее глаза снова наполнились слезами. —
Если ты меня любишь и хочешь быть моей матерью, почему ты не хочешь поехать
с нами?
Сердце Оливии сжалось. Должно быть, Кайла спросила, поедет Оливия с ними или
нет, а Зак честно ответил:
Я не знаю
. Потому что он еще сам не решил,
хочет он, чтобы она жила с ними, или нет.
— Дорогая, я хочу тебе кое-что сказать. Даже если я не буду жить с
тобой в одном доме, я буду жить поблизости. Обещаю.
Лицо Кайлы просияло.
— Хорошо. Но мне хотелось бы, чтобы ты жила с нами. И знаешь почему?
Оливия кивнула.
Кайла открыла рюкзак, висевший у нее на плече, и достала розовую папку
конкурса
Истинная красота
. Она вытащила два листочка и отдала их Оливии.
Оливия улыбнулась. Это была устная презентация Кайлы, озаглавленная:
Самый
влиятельный человек в моей жизни
.
Давным-давно моя мама, Оливия Седжуик, выиграла этот конкурс. Я отправилась
в ратушу и спросила миссис Путнам, можно ли мне взглянуть на копии сочинения
и устной презентации моей матери. Не для того, чтобы их переписать, а чтобы
получше ее узнать. Видите ли, мы с мамой были разлучены со дня моего
рождения до недавнего времени. Я не хочу вдаваться в детали, поскольку одна
из вещей, которым я недавно научилась, — это то, что некоторые вещи
должны оставаться тайной. Но я хотела познакомиться с мамой и решила, что
если прочитаю ее сочинения, это мне поможет. Оказалось, что устная
презентация моей мамы про самого влиятельного человека в ее жизни была сразу
про двух людей: ее сводных сестер. Про тетю Аманду и тетю Айви, с которыми я
впервые увиделась на прошлой неделе. Моя мама написала тогда, что не может
выбрать между ними, потому что, несмотря на то что они ее сводные сестры,
они для нее одно целое и обе оказывают на ее жизнь огромное влияние. Судьи
сказали, что полностью с этим согласны.
Так что я тоже хочу использовать эту фразу. Самые влиятельные люди в моей
жизни — это мои папа и мама. Потому что для меня они две половинки одного
целого, и теперь наша семья стала полной
.
— Кайла, — сказала Оливия, закончив читать, — это ты хорошо
написала. Я тронута. И это такая честь для меня. И я знаю, что для твоего
отца тоже. Ты показывала ему?
Она кивнула.
Оливия улыбнулась. Как только они выехали на дорогу, Оливия положила руку на
живот.
Все будет в порядке, — мысленно сказала она ребенку, растущему
внутри ее. — Мы с Заком две половинки одного целого. Ни один из нас не
совершенен без другого. Надеюсь, что твой папа чувствует то же самое
.
Оливия посмотрела из окна на снег. Он легкими хлопьями падал на землю...
Большую часть дороги она проспала, а когда открыла глаза, увидела, что лежит
на кровати в комнате для гостей. Ее лекарства и стакан воды стояли на
тумбочке. А рядом с лампой стояли букет цветов и открытка от Кайлы с
пожеланиями скорейшего выздоровления.
— Привет, как ты себя чувствуешь?
Оливия попыталась приподняться, но у нее кружилась голова. Голос принадлежал
ее матери, в этом она была уверена. Она несколько раз моргнула и убедилась в
том, что мать и вправду сидит на краю кровати и смотрит на нее с озабоченным
выражением лица.
— Кайла такая красавица, — сказала она. — У нее твои волосы.
Оливия кивнула.
— Здравствуй, мама. Я рада, что ты приехала.
— А Зак просто замечательный, — продолжала Кандас. — Такой
красивый.
Было настоящим облегчением обнаружить, что некоторые вещи остаются
неизменными, например, ее мама. Оливия, Зак и Кайла уже никогда не будут
прежними.
— А вот и он, — сказала Кандас, улыбаясь Заку, который и впрямь
выглядел великолепно, как всегда.
— Мы поговорили с Кандас, — сказал Зак. — Я подумал, что раз
дом в Марбери такой большой, твоя мама могла бы поселиться в отдельном
крыле. Там большая спальня и отдельная ванная.
Кандас просияла.
— Разумеется, я также сказал, что поскольку в Марбери у меня будет своя
фирма, мне понадобится новый секретарь на полставки. А твоя мама сказала,
что когда-то работала секретарем, правда, всего несколько недель, до того
как встретила Уильяма. И догадайся, что дальше?
Оливия не могла сдержать улыбку.
— Кандас предложила занять это место, — сказал Зак. — Разве
это не замечательно? Кайла будет жить в одном доме со своей бабушкой.
— Мне бы этого так хотелось, — сказала мать Оливии, глаза ее
наполнились слезами. — Пожалуйста, скажи
да
.
— Разумеется, мама, — ответила Оливия, сжимая руку матери.
— Итак, куда же делась моя замечательная внучка? — спросила
Кандас, выходя из комнаты.
— Я думал, это тебе понравится, — сказал Зак, присаживаясь на край
кровати.
— Ты все отлично придумал.
— Я взял на себя смелость позвонить твоей матери и пригласить ее
сюда, — сказал Зак. — Когда я позвонил ей, она расплакалась и
сказала, что понятия не имела о том, что произошло, что Уильям разлучил тебя
с дочерью. Мы разговаривали целый час.
— Ты и представить не можешь, сколько ты для меня сделал, Зак, —
призналась Оливия. — У меня всегда были проблемы с матерью, но я ее
люблю. И я так о ней беспокоилась. Теперь я буду знать, что с ней все в
порядке, что она работает. Думаю, ей понравится. И я уверена, что она
полюбит Кайлу.
Зак рассмеялся:
— Пока не подойдет время переезжать в новый дом, я думал, что мы можем
на время поселить твою маму в гостевой комнате. Ей здесь будет хорошо,
правда?
Оливия кивнула:
— Разумеется. А я устроюсь в гостиной на диване. Он у вас большой и
удобный.
Зак рассмеялся.
— Глупышка, я-то надеялся, что ты переедешь в мою спальню. Нашу
спальню. — Он лег рядом с ней и нежно погладил по щеке.
Оливия посмотрела на Зака, медленно постигая значение его слов.
— Зак, — проговорила она, стирая со щек слезы счастья, — я уж
думала, ты никогда не попросишь меня. Я была уверена, что ты не хочешь.
Он заглянул ей в глаза:
— Я люблю тебя, Оливия Седжуик. Я полюбил тебя в тот самый момент,
когда впервые увидел.
Оливия обняла его за шею.
— Я тоже люблю тебя.
— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил Зак.
— Да, — прошептала она ему на ухо. — Да, да, да. Я мечтала о
том, чтобы выйти за тебя замуж, с шестнадцати лет. Оливия Арчер, —
произнесла она свое новое имя. — У тебя ведь найдется к этому красивое
кольцо, не правда ли?
Зак кивнул.
— Это подойдет? — спросил он, вытаскивая из кармана маленькую
черную коробочку. Внутри было кольцо с большим круглым бриллиантом. Зак
надел его Оливии на палец, и некоторое время они просто лежали и любовались
переливающимся блеском.
— Спасибо, Зак, — сказала Оливия. — Оно чудесное. И ты просто
чудесный. — Оливии хотелось еще столько всего сказать...
Зак наклонился к ней и нежно поцеловал.
— Чуть не забыл. — Он протянул руку и вытащил конверт из ящика
тумбочки. — Прибыло письмо от поверенного твоего отца. Оно адресовано
Кайле, на конверте так и написано:
Кайле Арчер. Прочитать по согласию отца
или матери
. Давай откроем его. Может, оно нам кое-что объяснит.
Оливия открыла конверт и прочитала вслух:
—
Дорогая Кайла, я желал для тебя самой лучшей судьбы. Да, я совершил
много ошибок, но я не сомневаюсь, что поступил правильно, хотя, возможно,
шел к этому неверным путем. Надеюсь, что в один прекрасный день ты сможешь
меня простить. Твой дедушка
.
Зак взял письмо, положил его обратно в конверт и убрал его в тумбочку.
— Думаю, для Кайлы это будет очень много значить. Она к этому уже
готова. Это поможет ей его простить.
— Прощение, — повторила Оливия. — Знаешь, это забавно, но я
даже больше об этом не думаю. Мое сердце переполнено, в нем больше нет места
ни для чего, кроме любви. — Она улыбнулась ему. — И еще кое-что.
— Что? — спросил Зак, беря ее за руку. Оливия положила их
переплетенные руки себе на живот.
— У нас будет ребенок, — прошептала она. — Мне об этом
сказали в больнице. У Кайлы будет маленький братик или сестренка.
Произнеся эти слова, она вдруг поняла, что ее ожидание окончилось — семья
стала полной.
Зак улыбнулся и поцеловал Оливию, глаза его светились радостью.
В одном
отец был абсолютно прав, — подумала Оливия, — все мои мечты стали
реальностью
.
Закладка в соц.сетях
