Жанр: Любовные романы
Ночные грезы
... она потрясающая женщина.
Во-вторых, она умеет готовить овощное рагу ничуть не хуже, чем его покойная
бабушка, светлая ей память.
В-третьих, его влекло к ней — влекло, как ни к одной женщине. Такого не
случалось с ним с того времени, как не стало Жанетт.
В-четвертых, когда они были с ним — она и Спенсер, — он снова был
счастлив. Время словно повернуло вспять. Это было почти то же, как если бы у
него снова была семья.
Вот и все!
Наверное, ему не следовало желать ее. Ведь даже тогда, накануне урагана, Бо
прекрасно отдавал себе отчет, почему его тянет к этой женщине с такой
неудержимой силой.
Дело тут было не только в ней.
Причина была и в нем самом.
Причина — в чувстве вины, которое все эти годы не оставляло его, и в попытке
снова взять на себя ответственность за других людей.
В его страстном желании заполнить в душе пустоту, образовавшуюся после
гибели Жанетт и Тайлера.
В жадном стремлении найти кого-то, кто бы смог их заменить.
В том, что он просто изголодался по любви...
— Что-то не так? — озабоченно спросила Джордан, вглядываясь в его
потемневшее лицо.
— Что?.. О чем это ты? — встрепенулся Бо.
— Ты казался таким счастливым... и вдруг сразу помрачнел. Знаешь, так
бывает, когда облако набегает на солнце, — вокруг все сразу становится
таким угрюмым, безрадостным.
— Да нет... просто... вспомнил кое-что, — запинаясь, пробормотал
Бо.
— Да? И что же именно? — Джордан посмотрела ему в глаза, ожидая
ответа.
Да, вспомнил, — хотелось ему сказать. — Вспомнил, почему не имею
права и дальше морочить тебе голову. Почему обязан положить как можно скорее
этому конец
.
— Так... ничего особенного, — пробормотал он, отводя глаза.
Глава 14
Часом позже Джордан входила в вестибюль гостиницы. От обеда в компании Бо у
нее во рту до сих пор оставался привкус какой-то кислятины.
Видит Бог, еда тут была ни при чем. Выбор Бо оказался превосходным. Жареные
цыплята просто таяли во рту. Все было выше всяких похвал — и густая
подливка, и пирог с орехами.
И тем не менее кусок не лез Джордан в горло. Ей казалось, что она вдруг
очутилась за одним столом с совершенно незнакомым ей человеком.
Ели они в молчании, жевали торопливо, словно спешили куда-то. Потом поспешно
распрощались. Бо вернулся в участок поговорить с детективом Роджерсом, а
Джордан отшагала пешком несколько кварталов до гостиницы.
Уже прощаясь, Бо вдруг смущенно кашлянул.
— Скажи на всякий случай, какой у тебя номер. Может, я еще успею
забежать в гостиницу до того, как ты уедешь в аэропорт.
Естественно, она сказала. Но при этом честно предупредила:
— Учти, я заеду в гостиницу, только чтобы собрать вещи и выписаться.
— А я думал, что твой самолет поздно вечером, — удивился Бо.
— Так оно и есть. Но уж лучше я посижу в аэропорту, чем в этом
проклятом отеле. — Было что-то удивительно унылое в ее неряшливом,
дешевеньком номере, окна которого выходили на плавательный бассейн. Давно не
чищенные стены и дно бассейна позеленели и заросли водорослями, а из-под
толстого слоя всякого мусора и обломков веток, которые накидал сюда ураган,
не было видно воды.
На прощание Бо не сделал даже попытки поцеловать ее. Он просто помахал ей
рукой, а потом отвернулся и, не оглядываясь, ушел.
Джордан сама не знала, почему это так задело ее. А чего она, собственно,
ожидала? Страстных объятий, поцелуев? Клятвенных обещаний скорой встречи?
В сущности, Бо так и остался для нее чужим. Их случайная близость ничего не
изменила. Он по-прежнему был для нее загадкой.
Смертельная опасность, нависшая над их головой, и ответственность за жизнь
ребенка — вот что сблизило их. Ну и... ах да, конечно, тот порыв, что бросил
их в объятия друг другу, — все это вместе и создало иллюзию близости,
которой на самом деле не существовало.
Так почему бы ей не смириться с этим? Почему у нее такая тяжесть на душе,
словно у нее украли что-то дорогое и бесконечно важное? В конце концов, раз
это приключение осталось в прошлом, их отношениям с Бо тоже пришел конец,
это естественно.
Но он — воплощение всего, что я надеялась встретить в мужчине
, —
напомнила себе Джордан.
На самом-то деле Бо не так уж сильно напоминал тот образ идеального супруга,
который она не раз, мечтая о счастье, рисовала в своем воображении. Да, он
был чертовски привлекателен внешне, к тому же миллионер, плейбой и
талантливый, состоявшийся архитектор — Бо был тем мужчиной, который вряд ли
смирился бы с тем, что его жена сама варит варенье, подрубает занавески и
сажает цветочки в своем собственном саду. Джордан же с радостью делала бы
все это, будь у нее такая возможность. Иначе говоря, такому человеку, как
Бо, нужна совсем другая жена. А вот для нее подобная жизнь была бы раем.
Однако Бо не чурался и совсем другого образа жизни.
А как насчет тебя?
— ехидно спросил внутренний голос. Все последние годы
Джордан была полностью поглощена делами! Сказать по правде, у нее не было ни
времени, ни желания, ни сил заниматься занавесками или прочими пустяками. В
том мире, который она создала для себя, для мужа просто не оставалось места.
И для ребенка тоже.
Мужа?
Ребенка?!
Но ведь у Бо уже была жена. И ребенок тоже был.
И если она воображает, что способна заполнить собой ту пустоту, что
образовалась в его душе с их гибелью, — вернее, что он вообще хочет ее
заполнить, — то она еще глупее, чем считала раньше.
Итак, Бо ушел. Еще одна страничка ее жизни перевернута. Стало быть, надо
просто принять это как факт
и смириться с этим.
Вздохнув, Джордан вошла в прохладный вестибюль отеля и направилась к лифту.
Она так погрузилась в свои мысли, что почти не смотрела по сторонам. Да и
что могло быть интересного в обычном гостиничном холле? Холл как холл —
тесный, как и сама гостиница, и такой же убогий. В углу — парочка обтянутых
обшарпанным винилом кресел, при одном только взгляде на которые желание
присесть моментально пропадало, длинный, захватанный грязными пальцами
журнальный столик, поверх стеклянной столешницы грудами свалены старые
журналы. Во время урагана на пол натекла вода, которую никто не удосужился
подтереть, и сейчас от бледно-зеленого ветхого ковра исходил неприятный
запах мокрой шерсти.
Хорошо, что сейчас она уедет из этого кошмарного отеля, уедет навсегда,
вернется к своей прежней жизни и все снова будет, как всегда.
И слава
Богу
, — подумала Джордан.
Она дала себе слово, что не пройдет и нескольких дней...
Ну... может быть, не дней, а недель...
И она вообще перестанет вспоминать о Бо.
И о Спенсере тоже.
И тосковать о них не станет.
Внутренний голос убеждал Джордан, что для нее же самой будет лучше, если она
выбросит из головы все эти глупости.
Но сердце ее говорило другое.
Похоже, сердце лучше знало, что ей нужно.
— Джордан!
Мужской голос окликнул ее по имени. Вздрогнув от неожиданности, Джордан
вскинула голову и посмотрела вверх. Первой ее мыслью было, что это Бо.
Вероятно, он передумал... бросился в гостиницу, надеясь перехватить ее,
чтобы...
Чтобы что?
Не важно. Какое это имеет значение?!
Тем более что это вообще был не Бо. Из кабины лифта вышел Курт, брат Фиби. В
одной руке у него был саквояж. Другой он сжимал крепко стиснутую в кулачок
ручонку Спенсера.
Джордан вдруг бросилось в глаза, что малыш сегодня выглядит особенно бледным
и худеньким рядом со своим высоченным, широкоплечим дядюшкой.
— Привет! — сказала она, помахав им обоим рукой. И даже попыталась
изобразить на липе нечто вроде радостной улыбки.
Спенсер поднял на нее глаза, и Джордан похолодела — такую тоску и
одиночество прочла она в этом недетском взгляде, что у нее мурашки поползли
по спине.
Она потянулась, чтобы обнять малыша. Но его тело показалось ей странно
одеревеневшим и безжизненным, как у куклы.
— Мама и папа умерли... — бесцветным голосом прошелестел он.
Судорога стиснула ей горло.
— Знаю, милый, — прошептана Джордан. — Мне так жаль... Она
беспомощно оглянулась на Курта.
Джордан с детства знала старшего брата Фиби и давно уже поняла, что по
натуре он добряк. Однако при виде его осанистой, внушительной фигуры, очков
в роговой оправе и благородной седины на висках вряд ли кому-то могло прийти
в голову, что за этой импозантной внешностью патриарха скрывается мягкая и
сентиментальная душа. По возрасту он вполне годился Спенсеру в дедушки, и
было совсем нетрудно представить себе, как он, добродушно посмеиваясь,
играет с малышом в солдатики.
Или мастерит для него сандвич в виде кораблика...
Или стряпает
хеппи мил
из того, что есть под рукой, потому что ни одного
Макдоналдса
поблизости нет и в помине.
— Мы со Спенсером едем в аэропорт, — объявил Курт. — Летим
домой. Возвращаемся...
— Нет. Не возвращаемся, — перебил его Спенсер, вырываясь из рук
Джордан. — И домой мы тоже не летим! Он отвезет меня к себе, —
захлебываясь рыданиями, пожаловался он Джордан. По замурзанным щекам малыша,
оставляя светлые дорожки, градом катились слезы. — Я больше никогда не
вернусь домой!
— Ох, Спенсер! — вздохнула Джордан. Ласково взъерошив ему волосы,
она незаметно смахнула набежавшую слезинку рукавом футболки. Что тут можно
было сказать? Что ей очень жаль? Так это она уже говорила...
Джордан повернулась к Курту.
— Ты собираешься оформить опеку?
Курт кивнул.
— Рено и Фиби в своем завещании сами просили меня стать его опекуном.
Правда, их семейный поверенный еще не связался со мной, но Фиби как-то
говорила мне об этом — вскоре после того, как родился Спенсер. Да и потом
тоже... она говорила, что если с ней или с Рено что-нибудь случится, то она
хотела бы, чтобы у Спенсера был родной дом... семья... чтобы он никогда не
почувствовал, что такое одиночество...
Голос у него сорвался, и Курт замолчал. Но Джордан успела почувствовать, что
он как будто чего-то недоговаривает.
— Если не ошибаюсь, у вас со Сью своих двое, не так ли? —
поспешила спросить Джордан, стараясь спасти положение. Может быть, мысль о
том, что у него есть двоюродные брат и сестра, хоть немного утешит Спенсера?
— Да, — кивнул Курт. — Стивен учится в Карнеги-Меллон. А
Джессика в августе отправится в Индиану. Ты же знаешь, она на прошлой неделе
окончила школу.
— Стало быть, оба выросли и готовы вот-вот покинуть семейное
гнездышко, — грустно пошутила Джордан, по-прежнему прижимая к себе
голову Спенсера. Она чувствовала, что он весь дрожит, и ломала голову, что
бы такое придумать, чтобы хоть немного успокоить его.
— Похоже на то... — промычал Курт, смущенно переминаясь с ноги на
ногу. А потом, старательно отводя глаза и понизив голос, словно собирался
сказать нечто такое, что не предназначалось для ушей Спенсера, добавил: —
Вообще говоря, не слишком-то удачное время, понимаешь... Мы со Сью только и
ждали, когда Джессика окончит школу, чтобы...
— Да? — подбодрила его Джордан, когда Курт смущенно умолк.
Интересно, что он имеет в виду? Может быть, они с женой собирались
попутешествовать? — размышляла она. Что ж, ничего удивительного —
особенно теперь, когда дети выросли и дом опустел. А может, им стало там
неуютно, и они решили продать его, а себе присмотреть другой, поменьше?
Но в том, что в любом случае они оба с радостью примут Спенсера, она не
сомневалась. Как же иначе? Малыш сейчас, как никогда, нуждается в любви и
заботе. А кто может дать ему это, как не родные? К тому же их дети,
наверное, будут приезжать на каникулы...
Впрочем, гадать Джордан пришлось недолго.
— Мы со Сью решили расстаться! — набрав полную грудь воздуха,
выпалил Курт. — Развестись. Мы уже и документы все подготовили. В
общем, понимаешь...
Джордан показалось, что ее ударили под дых.
И вовсе не потому, что ей было так уж жаль Курта или его жену, которую она и
видела-то всего лишь один раз — на их свадьбе в Питсбурге. В то время они с
Фиби были совсем девочками. Фиби выпросила у родителей разрешения поехать на
свадьбу и взять с собой Джордан, и они обе были счастливы. А потом они всю
свадьбу прохихикали, потому что обе, не сговариваясь, чуть ли не по уши
влюбились в дьявольски красивого солиста, которого пригласили на свадебный
ужин, и из-за этого едва не пропустили все самое интересное.
Джордан мысленно перенеслась в прошлое. В тот день она была просто захвачена
красотой свадебной церемонии, всей этой романтикой любви и соединения сердец
и, конечно, подумать не могла, что Курт и Сью через много лет решат
расстаться.
— Наверное, вам дадут испытательный срок? — с надеждой спросила
она, хватаясь за соломинку. Всякое бывает — не исключено, что осиротевший
малыш и необходимость заботиться о нем заставят их забыть о своих неурядицах
и они все трое снова станут семьей.
— Нет. Теперь это просто вопрос времени — таков порядок. А потом последует официальный развод.
— Мне очень жаль, — выдавила Джордан.
— Не надо. Жалеть не о чем, — пожав плечами, успокаивающе
пробормотал Курт. — Все было ясно уже года два назад. Но мы не хотели
заниматься этим до того, как дети разъедутся. Понимаешь, для них это было бы
шоком. Вот мы со Сью
и решили подождать, пока Джессика окончит школу и
тоже выпорхнет из семейного гнездышка. А о наших планах сказали ребятам на
прошлой неделе. Не похоже, чтобы им это пришлось по душе, но со временем все
утрясется. Это было как раз перед тем, как мне позвонили, чтобы сказать, что
Фиби... С того самого дня я жил как в аду: занимался похоронами и то и дело
звонил в полицию — все спрашивал их о Спенсере. Понимаешь, я ведь все время
надеялся, что он все-таки жив...
— Могу себе представить, — сочувственно пробормотала Джордан.
Он бросила взгляд на Спенсера. Известие о предстоящем разводе Курта
волновало ее только по одной причине — теперь о нормальной, любящей семье
для этого несчастного малыша нечего было и мечтать.
Естественно, Фиби, составляя свое завещание, думала о другом. Вряд ли бы ей
пришло в голову доверить единственного сына немолодому холостяку. И уж
конечно, она была бы против того, чтобы мальчика увезли из родного города.
А кто же, по-твоему, был бы более подходящим кандидатом в опекуны? Ты,
конечно? — спросила она себя, чувствуя, как сердце сжимает знакомая
боль. — Но ведь и ты тоже одинока. И живешь не в Филадельфии. Да еще
вдобавок не имеешь ни малейшего понятия о том, что значит иметь ребенка.
— Но... но ты, надеюсь, сможешь позаботиться о нем? — проглотив
комок в горле, спросила Джордан. И тут же обругала себя. Какое она имеет
право сомневаться в этом? И вообще, кто она такая, чтобы судить о подобных
вещах? Да она-то и о себе не может толком позаботиться, куда уж ей учить
других!
— Конечно, конечно, — храбро закипал Курт, но по глазам его было
видно, что особой уверенности в этом у него нет. — Можешь не
беспокоиться, все будет в порядке. Верно, Спенсер? Из нас выйдет отличная
парочка, да, парень? И для начала подыщем себе подходящее бунгало для жилья.
Правда, я уже заплатит аренду за квартиру, в которую собирался в июле
переехать, но теперь придется от нее отказаться. Там непременное условие —
никаких детей. Ну да это все ерунда. Как только вернемся, найдем что-нибудь
еще.
— А как же... с кем же будет Спенсер, когда ты по работе? Может быть,
Сью...
Но Курт, догадавшись, что она хочет сказать, покачал головой.
— Сью решила вернуться в школу — приступит к работе уже в августе.
Будет преподавать девочкам моделирование женской одежды, — с легким
оттенком презрения в голосе добавил он. — Говорит, что домом и детьми
она уже сыта по горло — дескать, она выполнила свой долг и теперь мечтает
только об одном — пожить для себя. Хочет, мол, быть свободной.
Джордан чуть не расплакалась. Несчастный малыш, как же ему не везет! А она-
то надеялась, что тетка с радостью возьмет его под свое крылышко, чтобы по
возможности заменить ему мать!
— Ничего, как-нибудь устроимся, — улыбнулся Курт. — В конце
концов, у нас там полным-полно детских садиков, и все их очень хватят. К
тому же он уже взрослый парень — мы с тобой и глазом не успеем моргнуть, как
он отправится в школу. Верно, Спенсер? Так что сначала я подыщу ему садик, а
потом стану где-нибудь по соседству приглядывать и квартирку для нас обоих.
Все будет хорошо, Джордан, не волнуйся. Мы с ним не пропадем.
Говорилось это явно не для нее, а в первую очередь для того, чтобы успокоить
Спенсера. Но чуткое ухо Джордан уловило нотку неуверенности в голосе Курта.
Он явно храбрился, не желая показать, до какой степени ему не по себе.
Однако в этом не было ни малейшего сомнения. Курт трусил — и его нарочито
бодрый тон, и чуть заметное подергивание щеки — все говорило об этом.
— Ну что ж, вот и хорошо. А может, когда-нибудь Спенсер выберет время и
заглянет ко мне? Я была бы очень рада! — с показной веселостью
воскликнула Джордан. И погладила малыша по круглой головенке. — Ну, что
скажешь, Спенсер? Как тебе такая идея? Может, и вправду как-нибудь прилетишь
ко мне в Джорджтаун?
Его заплаканное личико просияло, и сердце Джордан радостно подпрыгнуло.
Впрочем, радость ее длилась недолго.
— А Бо тоже там будет? — тут же поинтересовался Спенсер.
— Может быть, мы с тобой заглянем и к Бо, — слегка уязвленная,
пообещала Джордан.
— Парень все уши мне уже прожужжал этим Бо, — пожаловался
Курт. — Вы с ним помолвлены или просто... э-э-э...
— Ты хочешь сказать — Бо и я? О нет, ничего подобного, — поспешила
пояснить Джордан, заливаясь краской. — Мы с ним просто... — Она
замялась, не в силах подобрать подходящее слово.
— Друзья, — подсказал за ее спиной хорошо знакомый ей
голос. — Близкие друзья.
Джордан подскочила как ужаленная. И обернулась.
Позади нее стоял Бо. Губы его улыбались, а глаза, ни на минуту не
отрывавшиеся от ее лица, как-то загадочно поблескивали.
— Бо! — Раскинув руки, как крылья, Спенсер полетел к нему и с
такой радостью кинулся ему на шею, что едва не сбил Бо с ног. — Где ты
пропадал? Я уж думал, что так и уеду не попрощавшись!
— Ну да, как же! Так я тебе и позволю уехать не попрощавшись! —
фыркнул Бо. На лету подхватив Спенсера, он крепко прижал его к себе и
расцеловал в обе щеки.
— А как же детектив Роджерс? — ахнула Джордан.
— А его не было на месте, — бросил Бо. — Ушел перекусить. В
участке мне посоветовали зайти попозже. Кстати, если кто еще не понял — я Бо
Сомервилл.
Опустив Спенсера на пол, Бо протянул Курту руку. Тот в свою очередь тоже
представился.
— Курт теперь станет опекуном Спенсера, — сообщила Джордан Бо с
таким видом, словно ничего более замечательного она отродясь не слышала.
Само собой, восторг в ее голосе был предназначен для ушей Спенсера.
— Э-э-э... боюсь, нам надо поторопиться, иначе мы опоздаем на
самолет, — всполошился Курт, бросив озабоченный взгляд на часы и
подхватив с пола саквояж. — Пошли, Спенсер.
— Нет! Никуда я с тобой не пойду! — завопил вдруг Спенсер,
шарахнувшись от него в сторону. Потом поспешно спрятался за спину Бо и даже
для верности вцепился ему в ногу. — Не отдавайте ему меня! Не надо! Я
хочу жить с вами! Пожалуйста!
— Спенсер, перестань. Все будет хорошо, вот увидишь! — забормотала
Джордан, чувствуя, как сердце у нее разрывается от боли.
Это было несправедливо, ужасно несправедливо. Во что теперь превратится
жизнь Спенсера? Конечно, Джордан не сомневалась, что Курт постарается
сделать все возможное, чтобы малышу было хорошо, но разве тут дело только в
его желании? К тому же его собственная жизнь тоже пошла прахом...
Трудно поверить, что осиротевшему малышу, только что пережившему смерть
обоих родителей, без труда удастся вписаться в чуждую ему обстановку. В
чужой квартире, которую еще нужно снять, запертый на целый день в детском
саду, а вечера вынужденный проводить с дядей, которого он увидел впервые в
жизни...
— Я хочу к тебе, Бо! Забери меня, ну пожалуйста! — завопил пуще
прежнего Спенсер. — Или к тебе! — И ткнул дрожащим пальчиком чуть
ли не в нос Джордан.
Сердце ее подпрыгнуло от радости так, что едва не застряло в горле.
— Ох, Спенсер! — заикаясь, пробормотала Джордан, чувствуя, что вот-
вот расплачется.
— Спенсер, а ну-ка, посмотри на меня, — строгим голосом сказал Бо.
Повернувшись, он ухватил мальчишку за плечи, поставил перед собой, а сам
присел на корточки, так что теперь глаза их были на одном уровне. —
Смотри мне в глаза и слушай, что я скажу. Слушай внимательно.
Спенсер заревел.
Глядя на него, Джордан тоже заплакала, но беззвучно. Целая буря чувств
бушевала в ее душе в эту минуту. Сдерживаться и дальше у нее просто не было
сил.
Потрясенный, Курт, не зная, что делать, беспомощно топтался возле них. К
счастью, ему, по-видимому, не приходило в голову положить этому конец,
попросту вытащив раскапризничавшегося мальчишку из гостиницы, не обращая
внимания на его слезы и вопли. Оставалось только надеяться, что до этого не
дойдет. Однако пока Джордан понятия не имела, как выйти из создавшегося
положения.
— Предупреждаю — это будет нелегко, — понизив голос, заявил
Бо. — Может быть, это будет самым тяжелым испытанием за всю твою жизнь.
Ты меня слушаешь, Спенсер?
Малыш с несчастным видом кивнул. Плечи его сотрясались от беззвучных
рыданий.
— Тебе придется собрать все свое мужество, Спенсер. Потому что оно
понадобится тебе даже больше, чем тогда, на утесе. Больше, чем любому
супергерою. Но я знаю, ты справишься. Я уверен в этом. Ты сделаешь все,
чтобы я смог гордиться тобой, Спенсер. И Джордан тоже. И твои мама и папа на
небесах — они тоже станут гордиться тобой. Это ведь они хотели, чтобы дядя
Курт взял тебя к себе. Они были уверены, что он станет любить тебя,
заботиться о тебе... что вы с ним чудесно уживетесь вместе. И так оно и
будет, поверь мне, Спенсер.
— Но я не хочу к нему, — всхлипнул Спенсер. — Не отдавай
меня, Бо, ну пожалуйста!
— Все будет хорошо, честное слово, — пообещал Бо. — Вот
увидишь.
Спенсер поднял голову и выжидающе взглянул на Джордан. Она с трудом
улыбнулась ему сквозь слезы.
— Если Бо дает слово — значит, так оно и будет. Ты ведь знаешь,
Спенсер, — дрожащим голосом проговорила она, — Бо никогда не
обманывает.
— А я правда смогу как-нибудь приехать к тебе? — вдруг спросил
Спенсер.
— В любое время, — кивнула Джордан.
— К вам обоим? — Спенсер обернулся к Бо.
— К нам обоим, — пообещал Бо.
Что-то вдруг шевельнулось в самой глубине ее существа — бешено заколотилось
сердце, сразу стало трудно дышать. Джордан попыталась взять себя в руки, но
все было напрасно.
Она уже привыкла к мысли, что больше никогда не увидит Бо. И вдруг
оказалось, что это не так. И разве так уж важно, если они будут видеться
редко... и только ради Спенсера?
— Терпеть не могу... — начал было Курт, но тут же осекся, бросил
растерянный взгляд на часы, потом на Спенсера и пожал плечами. — Не
хотелось бы опоздать на самолет, — с извиняющимся видом продолжил
он. — Нам и в самом деле пора.
— Эй, приятель, погоди-ка, — пробормотал Бо. Сунув руку в карман
пиджака, он вытащил оттуда платок и поднес его к носу Спенсера. — А
теперь дуй, парень. И покрепче!
Спенсер громко высморкался. Несколько раз подряд. Промокнув ему слезы, Бо
сунул скомканный платок малышу в карман.
— Это тебе с собой — на всякий случай. Пользуйся! И не
стесняйся, — добавил Бо,
...Закладка в соц.сетях
