Жанр: Любовные романы
Ночные грезы
... восточном побережье
площадки для игры в гольф.
Откусив еще кусок сандвича, Бо пришел к выводу, что стоило все-таки взять
сандвич с ветчиной, а не с индейкой. Тот, который ему попался, был каким-то
уж совершенно безвкусным.
Вообще говоря, все, что он ел сегодня, казалось ему пресным и безвкусным —
по сравнению с тем восхитительным ужином, которым прошлым вечером угостила
его Джордан.
Что ж, надо честно признать, что по крайней мере в одном Андреа Макдафф не
покривила душой — эта дамочка и в самом деле умеет готовить.
Андреа!
— спохватился он. Бо вдруг вспомнил, что должен был позвонить ей
сегодня. Он обещал сообщить, как идут дела с проектом по ее дому и успеет ли
он закончить его перед тем, как отправится в Северную Каролину загорать и
играть в гольф.
Весь сегодняшний день Бо как раз и посвятил исключительно этому проекту и
теперь мог почти с полной уверенностью сказать, что к вечеру вторника
закончит работу.
Слава тебе Господи
, — благочестиво подумал он.
Андреа Макдафф не из тех людей, которые спокойно мирятся с задержками, когда
речь идет об их собственных планах.
Бо набрал номер телефона Андреа, гадая, застанет ли ее дома. Как ни странно,
она сняла трубку после первого же звонка.
— Бо! Как я рада вас слышать! — нараспев протянула она. — А как мой маленький проект?
— Как обычно, с маленькими проектами больше всего хлопот, —
небрежным тоном бросил Бо. — Но ваш маленький проект, Андреа, почти
готов. Я хочу сказать, что до отпуска обязательно все закончу, так что вы
сможете отвезти документы и получить разрешение.
— Благослови вас Господь, Бо!
Они поболтали еще пару минут, обсудили те изменения, которые Андреа хотелось
сделать, и Бо пообещал внести их в план. Договорившись, что завтра во второй
половине дня Бо пришлет ей все документы на подпись, они закончили деловой
разговор.
Уже собираясь положить трубку, он вдруг услышал, как Андреа застенчиво
прощебетала в трубку:
— Так где же вы с Джордан собираетесь провести отпуск? Наверное, нашли
себе уютное гнездышко, чтобы поворковать вдвоем?
Бо показалось, что он ослышался.
— Мы с Джордан?! — просипел он, заикаясь на каждом слове. —
Господи помилуй, Андреа! С чего вы взяли, что мы едем в отпуск вместе?
— Как? А разве нет? Странно! А я вчера позвонила к ней в офис. Хотела
заказать один из ее фирменных холодных супов из шпината с лимоном и
тарталетки с помидорами — это для того легкого обеда, который я устраиваю на
этой неделе. А ее партнер сообщил мне, что она уехала отдыхать. Он еще
намекнул, что у Джордан, вероятно, кто-то наконец появился. И очень
радовался этому — сказал, дескать, давно пора.
— Ну... может быть, она и нашла себе кого-нибудь, но я тут ни при
чем, — отрезал он. — И кстати, она никуда не уезжала, —
брякнул Бо. И тут же прикусил язык, сообразив, что попался.
Не успели эти последние слова слететь с его губ, как Бо тут же пожалел, что
не может взять их обратно.
Конечно, Андреа не могла не обратить на них внимания.
— А откуда вам известно, что она никуда не поехала? — Андреа,
моментально почуявшая запах жареного, вцепилась в Бо мертвой хваткой.
— Я видел ее прошлым вечером, — ответил Бо. Не желая вдаваться в
пространные объяснения по поводу того, как он оказался у Джордан дома, он
коротко добавил: — Дело в том, что мы с ней ужинали вместе.
— Как замечательно! И что вы о ней думаете?
— Э-э-э... она очень славная, Андреа. Спасибо, что вы познакомили меня
с ней, но...
— Но — что? Только не говорите мне, что она вам не понравилась, Бо! Она
красивая, умная, очаровательная...
— Готов подписаться под каждым вашим словом, — согласился Бо.
Все то же самое о Джордан он мог бы сказать и сам. А может быть, и не только
это. С прошлого вечера Бо не раз уже ловил себя на том, что мысленно
перебирает в памяти все ее достоинства — а заодно и причины, из-за которых,
как он считал, ему невозможно было поддерживать с ней какие-то отношения.
— Так в чем проблема? — нетерпеливо осведомилась Андреа.
— Похоже, у нее сейчас хлопот полон рот с племянником, и...
— С каким еще племянником?!
— Со Спенсером. На вид ему года четыре. Во всяком случае, мне
показалось, что он ее племянник. А может, и нет. — Он нахмурился,
пытаясь вспомнить, что Джордан говорила о Спенсере, когда Бо уже знал, что
они вовсе не мать и сын. Кажется, малыш называл ее тетя Джордан...
Нет, погодите-ка! Так она сама назвала себя, когда разговаривала с
мальчишкой. А Спенсер называл ее всегда только по имени...
— А ее племянник тоже едет с вами в отпуск? — Андреа никак не
могла успокоиться.
— Господи помилуй! Конечно, нет! С чего вы взяли, что я возьму его с
собой отдыхать?!
— Да так... просто подумала, что ребенок — это всегда обуза. А уж когда
собираешься отдохнуть вдвоем с девушкой, то и подавно. В конце концов...
— Андреа, послушайте! Я не еду в отпуск ни с Джордан Карри, ни с ее
племянником. Я еду один! Собираюсь пожить немного в Оутер-Бэнксе.
— Вот и отлично, Бо! — прошипела разъяренная Андреа. Судя по ее
тону, она ни на грош ему не поверила, но, видимо, сообразила, что
расспрашивать больше не стоит.
Бо вдруг вспомнил замечание Андреа о партнере Джордан. По ее словам, тот
пребывал в полной уверенности, что она уехала из города с каким-то мужчиной.
Спенсер на роль любовника явно не подходил, и они никуда не уезжали — сидели
дома и, по-видимому, вовсе не собирались ехать куда-то отдыхать. Может, она
взяла отпуск для того, чтобы побыть с ребенком? Тогда она солгала своему
партнеру! Но если так, то зачем ей это понадобилось?
Бо не сразу удалось отделаться от Андреа.
Положив трубку, он долго сидел, вспоминая Джордан Карри и этого ее
племянника — если Спенсер и вправду был ее племянником.
Странно — они держались как чужие. И, насколько Бо мог судить, у Джордан не
было ни малейшего опыта общения с детьми.
Все это было непонятно. В этой женщине чувствовалось какое-то напряжение. Не
всегда — иначе Бо решил бы, что она просто нервная от природы. Но он ведь
совсем не знал ее...
Перебирая в памяти вчерашний вечер, Бо готов был поклясться, что в Джордан
как будто уживались две совершенно разные женщины. Одна — спокойная,
доброжелательная, мягкая; другая — настороженная, подозрительная, похожая на
забившегося в угол испуганного зверька. Изредка забывая о своих страхах,
Джордан разрешала себе расслабиться. И в то же время у Бо не выходили из
головы ее уклончивые ответы на некоторые его вопросы и то, как Джордан,
словно ежик, выставляла наружу иголки, чуть только ей начинало казаться, что
он подбирается к каким-то ее тайнам.
— Что за дьявольщина? — с досадой подумал Бо. — Что там
происходит? Однако, что бы это ни было, он почти не сомневался, что страхи
Джордан так или иначе связаны с ребенком. Сейчас для него это было ясно как
день.
Может быть, Спенсер был ее приемным ребенком?
Или она родила его без мужа и теперь прячет от всех, тщательно скрывая, что
у нее есть незаконный ребенок?
Нет, вряд ли, — остановил себя Бо. — Ребенка вряд ли скроешь. К
тому же Джордан сама сказала, что она ему не мать. И потом Спенсер ведь
говорил, что у него есть родители и сам он откуда-то из Филадельфии
.
Рассуждая подобным образом, Бо начал подозревать, что со Спенсером связана
какая-то большая проблема и что дело тут гораздо серьезнее, чем дала ему
понять Джордан. И уж куда серьезнее, чем считал ее партнер.
Все это никоим образом не касалось его, Бо. Он поклялся держаться подальше
от Джордан Карри... и намерен был сдержать его, пусть даже он и дал обещание
Спенсеру.
Спенсер...
Нет!
Можно сказать женщине, что позвонишь ей, точно зная, что не собираешься
этого делать. Но обмануть ребенка — это уже совсем другое дело, —
укорил себя Бо. — А я ведь пообещал сводить его в зоопарк. Будет просто
подлостью, если я не выполню обещания
.
Теперь он уже и сам не мог понять, как у него вырвались эти слова. Но замок
щелкнул, и Бо оказался в западне. Точнее, он сам туда себя загнал.
Возможно, будет достаточно, если он просто позвонит им перед отъездом в
Северную Каролину. Извинится, придумает какой-нибудь благовидный предлог,
почему не сможет сводить Спенсера в зоопарк.
Бо почувствовал острый укол совести, но безжалостно подавил его в зародыше.
К тому времени как он вернется из отпуска, Спенсер наверняка уже уедет к
себе домой, в Филадельфию. А сам Бо благополучно забудет о самом
существовании Джордан Карри.
Аминь
, — заключил он.
Во всяком случае, Бо очень надеялся, что так оно и будет.
Неожиданно для Джордан фильм оказался очень неплохим. Естественно, если бы
она отправилась в кино одна, вряд ли бы ее выбор пал на мультфильм, в
котором говорящее пианино отправляется в космос, собираясь посетить другую
галактику. Но к своему удивлению, Джордан очень скоро поймала себя на том,
что от души хохочет, глядя на экран, а возле нее заливается восторженным
смехом Спенсер.
Устроившись в самом последнем ряду огромного зала кинотеатра, они поставили
между собой внушительный пакет с поп-корном и по очереди запускали в него
руки. Джордан умышленно подгадала так, чтобы войти в зал после титров —
когда там уже успеют потушить свет и их никто не разглядит. К тому же ей
пришло в голову, что в таком случае у них со Спенсером появится возможность
выйти из зала одними из первых. Особенно этому обрадовался Спенсер — бедняге
так приспичило в туалет, что он едва не описался во время фильма.
Господи, еще одна проблема
, — в отчаянии схватилась за голову
Джордан.
Что ей делать? Отпустить его одного в мужской туалет? Или взять с собой в
женский? Все это судорожно крутилось у нее в голове, пока они со Спенсером,
спотыкаясь, бежали к маленьким кабинкам возле выхода. Джордан понятия не
имела о том, что положено делать молодым мамам в подобной ситуации, но очень
скоро сообразила, что выбор у нее невелик. И лучше всего не выпускать
Спенсера из виду.
Приняв решение, она втащила Спенсера в дамский туалет и осталась ждать в
коридоре, втолкнув малыша в кабинку, чтобы без промедления вытащить его
обратно, как только она услышит шум воды. Ее бросало в дрожь при мысли, что
вот-вот прозвенит звонок и из зала валом повалят зрители. Джордан
предусмотрительно выбрала кинотеатр, расположенный на окраине Джорджтауна,
примерно в двадцати минутах езды от ее дома. Вряд ли ей грозила опасность
столкнуться нос к носу с кем-то из знакомых, но лучше все же было не
рисковать.
Господи, если б только знать, как там Фиби!
— Спенсер, у тебя все в порядке? — нетерпеливо спросила она,
забарабанив костяшками пальцев по двери. Перед остальными тремя кабинками
уже начала скапливаться небольшая очередь.
— Угу. Уже выхожу.
Джордан услышала, как щелкнул замок.
— Фью-ю! — донеслось до нее. Замок снова заскрежетал.
— Спенсер, что случилось? Не можешь открыть дверь?
— Я пытаюсь.
— Сколько лет вашему сыну? — спросила ее какая-то женщина из
очереди.
Джордан уже открыла было рот, чтобы поправить ее, но прикусила язык, решив,
что не стоит привлекать к себе внимания.
— Четыре, — коротко ответила она. Потом приложила губы к
щели. — Спенсер, попробуй сдвинуть задвижку в сторону, ладно?
— Я и стараюсь. Но ее, похоже, заело.
Джордан бросила взгляд вниз, прикинув, сможет ли она подлезть под дверь
кабинки. Она уже встала на колени, когда раздался новый щелчок и дверь
распахнулась.
— Слава тебе Господи! А я уж собиралась звонить по 911! — Джордан
порывисто протянула руки, чтобы обнять Спенсера, но он увернулся.
Та же самая женщина, которая только что интересовалась, сколько Спенсеру
лет, заметив это, участливо покачала головой.
— Моему сыну тоже четыре, — шепнула она, улучив момент, когда
Джордан проходила мимо. — И он тоже в последнее время страшно злится,
если я пытаюсь обнять его. Особенно на людях.
Джордан вежливо улыбнулась.
— А я вовсе и не ее сын, — объявил во всеуслышание Спенсер,
обращаясь к толпе незнакомых женщин.
Внутри у Джордан все перевернулось. Схватив Спенсера за руку, она потащила
его к дверям, распихивая людей и не обращая ни малейшего внимания на вопли
Спенсера, твердившего, что его мама всегда требует, чтобы он после туалета
мыл руки.
Затолкав Спенсера в машину, Джордан одернула себя — еще немного, и она
превратится в законченного параноика. В конце концов, она ведь не
преступника укрывает!
Ради всего святого, — убеждала она себя, —
меня всего лишь попросили посидеть пару дней с моим крестником!
Но как Джордан ни старалась, ей никак не удавалось избавиться от гнетущего
страха.
Почему все-таки Фиби до сих пор не позвонила?
Что будет, если она вообще не объявится?
Что, если она решила бросить Спенсера, оставив его на Джордан, а сама
сбежала?
Господи, что же ей тогда делать?!
Глава 5
Дождавшись, когда Энди Руни, ведущий выпуска новостей под названием
Шестьдесят минут
, попрощается, и услышав мелодию, означавшую, что передача
подошла к концу, Бо щелкнул пультом, выключил телевизор и потянулся. Все
утро он как проклятый не разгибаясь просидел за работой и только сейчас
почувствовал, какое это блаженство — немного передохнуть.
Однако хватит
отдыхать, — прикрикнул он на себя. — Так, пожалуй, недолго и к
дивану прирасти!
Вскочив, Бо прошлепал на кухню, открыл дверцу узкого, как пенал, черного
холодильника и принялся придирчиво изучать его содержимое. Кетчуп, горчица,
майонез, масло, пара бутылок пива, белая картонная коробка с какими-то
деликатесами из китайского ресторана. Она стояла в холодильнике так давно,
что Бо теперь уже и не помнил, что же там было.
Вытащив картонку, Бо, не снимая крышки и не потрудившись заглянуть внутрь,
отправил ее прямиком в мусорное ведро. Чего бы он сейчас не дал, чтобы
поужинать чем-нибудь вроде того великолепного соте, которым потчевала его
Джордан Карри!
А при одном только воспоминании о восхитительном, тающем во рту кордон-блю
из цыпленка, у Бо громко заурчало в животе и во рту стала скапливаться
слюна.
Почти сразу же он почувствовал и совсем другой голод — голод, который, как с
неудовольствием признал Бо, могла бы утолить только она одна. Весь день
Джордан не выходила у него из головы. Как он ни старался, ему так и не
удалось убедить себя, что не стоит ей звонить.
Не ей, а Спенсеру
, — уточнил Бо.
Правда, к телефону подойдет сама Джордан. Они вежливо поздороваются,
перекинутся парой-другой ничего не значащих слов.
Может, сегодня в голосе у
нее будет больше теплоты, чем вчера, когда под конец она так явно хотела
избавиться от меня
, — с надеждой подумал Бо. Возможно, случится чудо и
что-то вспыхнет между ними...
Черт побери, о чем ты думаешь, Бо?!
Ему вовсе не хотелось, чтобы у них что-то было. Он вовсе не мечтал о каких-
то там романтических отношениях.
Достаточно только вспомнить, чем
закончилась идиллия с Лайзой
, — фыркнул Бо. Под конец ему ничего не
оставалось, как только признаться себе, что он просто использует ее. Она
этого не заслуживала. Именно это он и пытался ей втолковать перед тем, как
они окончательно расстались. Что она заслуживает куда большего, чем он может
ей дать, что ей нужен мужчина, который даст ей счастье и на которого она
может рассчитывать. С которым ее ожидает будущее. Зачем ей он, Бо, человек,
который до сих пор не в состоянии покончить с прошлым?
Губы его горестно скривились. С трудом заставив себя отвести взгляд от
телефона, Бо вернулся в гостиную. Прихватив валявшиеся на столике газеты, он
снова уселся на диван.
Бо решил, что не станет звонить Джордан Карри. Во всяком случае, сейчас,
когда он чувствует себя таким разочарованным, уставшим и уязвимым.
— Вместо этого он будет просто сидеть тут и читать газеты до тех пор,
пока не выкинет из головы и Джордан, и Спенсера.
Неожиданно это сработало.
И все было чудесно — до тех пор, пока Бо не перевернул последнюю страницу.
Там, где обычно печаталась сводка новостей по стране, глаза его наткнулись
на фотографию под статьей.
— А мне обязательно нужно мыться? — сонным голосом пробормотал
Спенсер, когда Джордан вела его в ванную для гостей, где она уже заранее
наполнила ванну.
Нужно ли ему мыться?
Честно говоря, Джордан понятия не имела. Фиби ничего
об этом не говорила. К тому же Спенсер вовсе не выглядел чумазым. Только в
уголках рта у него виднелись бледно-оранжевые потеки, оставшиеся после
ужина, состоявшего из макаронных рожков с сыром. Да еще волосы на макушке
слиплись и стояли торчком после того, как он облил голову крем-содой или чем-
то еще, и теперь шевелюра его здорово смахивала на новую метелку.
— Да, помыться нужно непременно, — твердо заявила Джордан.
— Но я устал, — заныл Спенсер.
Он и в самом деле выглядел уставшим. А еще раньше, за ужином она пару раз
заметила, как он едва не боднул тарелку с макаронами.
Себе Джордан подогрела оставшегося со вчерашнего вечера цыпленка и овощи,
однако каждый кусок, который она отправляла в рот, заставлял ее вспоминать о
мужчине, сама мысль о котором пугала. Хуже всего было то, что Спенсер
постоянно заговаривал о Бо, при каждом удобном случае вспоминая, что тот
пообещал сходить с ним в зоопарк.
— Не обязательно же купаться долго, — уговаривала она
Спенсера. — Помоешься быстренько — и в постель.
— Но я не хочу спать, — запротестовал он.
— Но ведь ты же устал!
— И вовсе нет! — возмутился Спенсер, душераздирающе зевая, пока
Джордан стягивала с него футболку, тоже заляпанную оранжевым соусом. Надо
позже ее постирать. Впрочем, похоже, что придется затолкнуть в стиральную
машину вообще все, что сейчас надето на Спенсере. Кажется, Фиби привезла с
собой достаточно его вещей, чтобы мальчику хватило их по меньшей мере на
пару дней. И Джордан впервые пришло в голову, что это, возможно, лишнее
подтверждение тому, что Фиби скоро вернется.
Дело в том, что вся эта история уже изрядно начинала действовать ей на
нервы. И не потому, что она так уж устала от того, что Спенсер постоянно
вертелся рядом, — это-то как раз оказалось на удивление приятным, тем
более в последнее время, когда он избавился от привычки корчить рожу всякий
раз, как они встречались глазами. Спенсер по-прежнему больше молчал в ее
присутствии, и в глазах у него все так же стояла тревога, однако по дороге
из кинотеатра домой они уже вполне непринужденно поболтали.
И все было чудесно до тех пор, пока Спенсер снова не принялся терзать ее
вопросами о Фиби. Выяснив, что Джордан не может сказать ему ничего, кроме
того, что ему и так уже известно, он тут же замкнулся в себе и умолк.
Джордан впала в уныние. Сколько еще ей придется заботиться о малыше?
Проклятие, — снова подумала она, — когда же Фиби наконец даст о
себе знать?
Она наклонилась, чтобы стянуть со Спенсера шорты.
Тот с досадой отодвинулся.
— Я и сам могу снять штаны, — проворчал он.
— Ты уверен?
Спенсер молча кивнул. На лице его отразилось некоторое замешательство.
— А ты не можешь выйти?
— Но...
— Я вымоюсь сам.
Джордан заколебалась.
— А ты сумеешь помыть голову, а потом как следует сполоснуть?
— Угу.
— Ладно. Но только пообещай, что позовешь меня, если не справишься сам,
идет? — попросила Джордан, увидев, что ванна уже наполнилась почти до
краев.
Пока она заворачивала кран, вдруг зазвонил телефон.
Джордан пулей вылетела из ванной и бросилась к ближайшему аппарату,
стоявшему в ее спальне. Она знала, что автоответчик включится после
четвертого сигнала. Но если это Фиби, она скорее всего не решится оставить
сообщение.
Она еще не успела добежать до дверей, когда услышала, что автоответчик уже
включился. Странно — был всего один звонок.
Должно быть, звук льющейся в
ванну воды заглушил телефонную трель
, — догадалась Джордан.
Схватив трубку, она отчаянно крикнула:
— Алло! — как раз вовремя, чтобы услышать свой собственный голос,
записанный на пленку, вежливо просивший звонившего оставить сообщение.
Легкий щелчок, а затем — длинные гудки. Кто бы ей ни звонил, он бросил
трубку.
— Проклятие! — Разозлившись, Джордан яростно пнула ни в чем не
повинный телефон.
Она была уже на полпути к ванной, когда в памяти ее вдруг всплыли две вещи.
Во-первых, Спенсер попросил ее не входить, пока он моется.
И во-вторых, она совсем недавно поставила на кухне телефон с автоматическим
определителем номера.
С досадой отбросив в сторону телефон-трубку, Бо принялся мерить шагами
гостиную, потом подошел к окну, из которого открывался вид на памятник
Вашингтону, и рассеянно уставился на белоснежный обелиск, резко выделявшийся
на фоне розовато-лилового вечернего неба. В действительности Бо даже не
замечал, куда он смотрит. Сердце его бешено колотилось в груди, едва не
разрывая грудную клетку.
Только что, за мгновение до того, как он бросил трубку, Бо услышал голос
Джордан. И тут его палец, словно повинуясь своей собственной воле, нажал на
кнопку, и в трубке послышались короткие гудки.
Впрочем, если честно, Бо понятия не имел, что бы он сказал, если бы Джордан
ответила.
Да и какие сообщения в подобных случаях полагается оставлять на
автоответчике?
— с досадой подумал он.
Но теперь ему по крайней мере было известно, что она дома.
Это хорошо. Но что же дальше?
И Бо принялся мысленно перебирать в голове все то, до чего додумался раньше.
Он может прямо спросить ее о мальчике, оказавшемся на ее попечении...
Или пойти в полицию.
Здравый смысл и осторожность твердили ему, что не стоит впутываться в это
дело, лучше всего сообщить властям, а там уж пусть они принимают нужные
меры.
Однако когда Бо уже поднял трубку, чтобы позвонить в полицию, что-то его
остановило.
Это было то же самое чувство, которое заставило его набрать номер Джордан.
И оно же до сих пор удерживало его от того, чтобы довериться властям — хотя
все, чему он был свидетелем накануне, ясно говорило о том, что дело тут
нечисто. Малыш явно попал к Джордан не по своей воле — это просто бросалось
в глаза. Ему было неуютно и страшно — Бо заметил это сразу же. А то, о чем
он только что прочел в газете, указывало, что жизнь мальчика, возможно,
висит на волоске.
И тем не менее в глубине души Бо не сомневался, что если Спенсеру и угрожает
опасность, то только не со стороны Джордан. Пока что он не имел ни малейшего
понятия, как малыш попал к ней. Бо совсем не знал Джордан. Впрочем,
насколько он мог судить, и Спенсер знал ее не намного лучше.
И все-таки Бо чувствовал, что может ей доверять. Это чувство пугало его, оно
противоречило всему — логике, здравому смыслу... и все же интуиция
подсказывала Бо, что он прав.
Итак...
Если он все-таки не станет звонить в полицию, стало быть, ему необходимо
переговорить с Джордан с глазу на глаз. И лучше всего не по телефону. Но
если он ошибается, если его интуиция его подвела, то одному Богу известно,
что может выкинуть эта женщина. Сбежит, прихватив с собой мальчика, или...
Или еще хуже...
Нет. Бо покачал головой.
Джордан никогда не причинит вреда Спенсеру — в этом он был уверен. Он
совершенно не знал ее, не имел ни малейшего представления, на что может
решиться эта женщина в минуту опасности, но готов был голову дать на
отсечение, что на такое она просто не способна.
Его бабушка часто говорила, что у Бо особый талант разбираться в людях. И
каждый раз при этом вспоминала давнишнюю историю о том, как Бо, едва начав
ходить вдруг ни с того ни с сего укусил мистера Минера, нового банковского
клерка, за палец, да так сильно, что пошла кровь. А вскоре этого проходимца
арестовали за растрату. Весь город был потрясен, но только не бабуля. Она
рассказывала всем и каждому, что, мол, всегда подозревала — этот Чивер
темная лошадка.
Недаром же наш Бо, — глубокомысленно добавляла
бабушка, — такой милый, славный ребенок, невзлюбил ...
Закладка в соц.сетях
