Жанр: Любовные романы
Лестница лет
...i>
,
что такого трудного в том,
чтобы прийти на свадьбу? Кругом будет полно других
людей. Я могу просто вдыхать и выдыхать. И ничего
больше. Какое-то время Делии казалось, что Сьюзи может попросить ее приехать раньше,
может быть даже на несколько дней, чтобы помочь с приготовлениями. По
крайней мере так она не чувствовала бы себя всего лишь гостьей. Каждый день
Делия с надеждой просматривала почту, прокашливалась перед тем, как ответить
на телефонный звонок, и откладывала момент, когда нужно будет сообщить
Джоэлу о своих планах, до того времени, когда она будет точно знать, на
сколько уезжает. Но Сьюзи не попросила.
А иногда Делия думала, что ей не стоит приходить. Для чего она там нужна?
Родные даже не заметят ее отсутствия. Через день или два после свадьбы кто-
нибудь из них скажет:
Эй! А вы знаете, кто не приехал? Делия! Я только что
вспомнил
.
В другое время она фантазировала, что дети и муж не могут дождаться, когда
же она появится.
Делия! Мама!
— закричат они, выбегая на крыльцо,
захлопывая за собой дверь, бросаясь ей на шею.
Нет, оставь это. Скорее всего они скажут:
Что ты здесь делаешь? Ты что,
считаешь, что можешь просто вернуться назад в ритме вальса, как будто ничего
не произошло?
Надо не забыть взять с собой приглашение на случай, если возникнут какие-
нибудь вопросы.
Делия поставила Джоэла перед фактом отъезда в воскресенье за завтраком,
прождав до последнего какой-нибудь весточки от Сьюзи. Во всяком случае, в
воскресенье для этого нашелся подходящий момент, потому что рядом был Ной,
который поглощал оладьи из гречишной муки, а значит, обсуждение этого вряд
ли стало бы слишком неловким. Она сказала:
— Джоэл, я не знаю, говорила я или нет, — прекрасно зная, что не
говорила, — что мне завтра нужен выходной.
— О? — Он отложил газету.
— Мне нужно поехать в Балтимор.
— В Балтимор, — повторил он.
— Фу, Делия! — возмутился Ной. — Я обещал моему тренеру по
борьбе, что ты нас завтра отвезешь на соревнования.
— Ну, я не могу, — сказала она.
— Ну, черт! Что нам теперь делать?
— Твой тренер что-нибудь придумает, — отрезал Джоэл. — Если
ты хотел, чтобы Делия что-то для тебя сделала, нужно было сперва ее спросить
— Но пока он это говорил, следил взглядом за Делией. — Это... э-э...
что-то срочное?
— Нет-нет, просто свадьба.
— А-а.
— Но мне очень хотелось бы туда пойти, это свадьба в семейном кругу,
понимаете, поэтому я подумала, что если вы не возражаете...
— Разумеется, нет, — сказал Джоэл. — Подвезти вас до
автобусной остановки?
— О, спасибо, но меня подвезут, — отказалась Делия. —
Оказывается, мистеру Лэму в Балтимор по дороге.
Джоэл наверняка понятия не имел, кто такой мистер Лэм, но медленно кивнул,
не сводя с нее взгляда.
— Так! — продолжала она. — Ладно, я думаю, что вернусь
вечером. Может быть, к ужину, но не могу этого обещать, я возвращаюсь
автобусом, так что в холодильнике куриный салат. Рядом стоит миска с
бульоном из
Рик Рака
, печенье в хлебнице. Но готова поклясться, что в
любом случае я вернусь к этому времени.
— Встретить вас?
— Нет, меня встретит Белль. Я позвоню ей, когда доберусь до Сэлисбери.
— Можете позвонить мне вместо нее.
— Нет, правда, я совершенно не представляю, когда... может быть, будет
уже поздно, уже будет ночь. Может быть, даже на следующий день, кто знает?
— На следующий день! — проговорил он следом.
— Если регистрация продлится долго.
— Но вы ведь вернетесь, — сказал Джоэл.
— Ну конечно.
Теперь Ной тоже на нее смотрел, подняв глаза от своих оладьев и открыв рот,
но говорить ничего не стал.
В полдень Делия отправилась прогуляться, собираясь пообедать в
Бэй Армз
,
как только нога устанет. Утром шел дождь, но сейчас вышло солнце, воздух был
теплым, и Делия пожалела, что надела свитер. Она стянула его и понесла в
руках. Казалось, куда бы она ни посмотрела, повсюду встречала знакомых.
Миссис Линкольн помахала ей со ступенек церкви
А. М. Е.
, мимо пронесся на
своем
Харлее
Ти Джей Ренфро, крича:
Что скажете, учительница!
— а на Кэролл-
стрит она столкнулась с Ванессой и Грегги, на которых были одинаковые ярко-
желтые джемпера.
— Делия! Я как раз собиралась тебе позвонить, — воскликнула
Ванесса. — Хочешь поехать со мной завтра в Сэлисбери?
— О, мне жаль, но я не могу, — извинилась Делия. — Мне нужно
в Балтимор.
— А что там, в Балтиморе?
— Ну, — сказала Делия, — моя дочь выходит замуж.
Белль она это тоже говорила, но больше ничего объяснять не стала, и теперь
ей захотелось все это выплеснуть.
— Она выходит замуж за своего друга детства, и я так волнуюсь, как мне
вести себя на свадьбе, но мне правда очень хочется там быть, ее отец
считает, что она слишком торопится, потому что ей только двадцать два, а я
говорю, что...
— Двадцать два! А тебе-то сколько было, когда ты ее родила: двенадцать?
— Девятнадцать, — призналась Делия. — Я вышла замуж почти
сразу же после школы.
Ванесса кивнула, ее это не удивило. Большинство девушек в Бэй-Бороу выходят
замуж почти сразу после окончания школы, подумала Делия. И детей заводят
тоже лет в девятнадцать или около того. А потом бросают мужей и уезжают куда-
нибудь. Ванесса только спросила:
— А что ты купила в подарок?
— Я думала, я подожду, пока не узнаю, что им нужно.
— Это умно, — кивнула Ванесса. — Грегги! Пусть жук ползет,
куда захочет. Я так и сделала, когда пошла на свадьбу к своей подруге.
Собиралась купить ей ручную сбивалку, но потом подумала, что стоит
подождать, и рада, что так и поступила. Потому что когда я первый раз к ней
пришла, то увидела, что у нее на кухне нет ни одной миски.
Лицо Ванессы блестело от пота, ее глаза казались очень чистыми и ясными,
белки были почти иссиня-белыми. Делии вдруг захотелось ее обнять. Вместо
этого она проговорила:
— Ой, мне бы очень хотелось поехать с тобой в Сэлисбери!
— Ну, в другой раз, — сказала Ванесса. — Там есть место, где
мы закупаем ячмень ящиками, чтобы делать ячменную воду по бабушкиному
рецепту.
— Ячменную воду?
— Это для малышей. Помогает от колик, вечерних капризов и ночного
хныканья.
Делии было жаль, что не бывает ячменной воды для взрослых.
Ей снилось, что она в Бетани идет по пляжу. Впереди виднелось шоссе, похожее
на сужающуюся и темнеющую полосу песка, которая постепенно переходила в
асфальт, и там стоял, нагретый солнцем, ее
Плимут
. Сэм положил ее руку
себе на плечо, чтобы довести ее до него. Затем усадил ее внутрь, осторожно
закрыл за ней дверцу и заглянул в окно сказать, чтобы она вела аккуратно.
Делия проснулась и смотрела на черные точки, которые кружились у нее перед
глазами.
Из комнаты Ноя доносился повторяющийся сухой кашель, который каждый раз
прорывался, словно его сдерживали, — раздражающий ночной кашель,
который не прекращался. С полчаса или около того она лежала и гадала, стоит
ли встать и принести мальчику микстуры из кухонного шкафчика. Или, может
быть, он сам перестанет кашлять. Или он спит, а будить его страшно не
хотелось. Но кашель продолжался, затихал на минуту, а потом, как только она
начинала думать, что он прекратился, начинался снова. Потом Делия услышала
скрип половицы и поняла, что подросток не спит. Она встала и открыла дверь
своей комнаты:
— Ной?
Почти мгновенно она увидела, что перед ней стоит Джоэл. Даже не столько
видела, сколько ощущала его присутствие — как слепые, которые, ничего не
видя, все равно знают, когда в комнате кто-то есть, — его высокую,
напряженную, твердую фигуру, излучавшую тепло; лишь постепенно из темноты
лишенного окон коридора проступило очертание лунно-белой пижамы.
— Да, Делия? — прошептал он.
Он неправильно расслышал.
Ной
и
Джоэл
могли прозвучать похоже. Такое
часто случалось, когда Делия звала одного из них к телефону. Она сказала:
— Я думала, это Ной проснулся.
Я как раз собирался на него взглянуть.
А.
— Я принесу ему капель от кашля.
— Хорошо.
Но ни один из них не двинулся с места.
Потом Джоэл шагнул вперед и взял ее голову в свои руки. Делия подняла лицо,
закрыла глаза и почувствовала, как он притянул ее к себе и заключил в
объятия. Его губы прижимались к ее губам, и его ладони закрывали ее уши, так
что она слышала только, как стучит в висках кровь.
Это и еще кашель Ноя.
Они отстранились друг от друга. Делия отступила назад в свою комнату,
дрожащими руками дотянулась до дверной ручки и закрыла дверь изнутри.
19
У мистера Лэма был бледно-зеленый
Мэверик
с антенной и оранжевой решеткой
радиатора. На заднем сиденье лежало несколько моделей окон — в деревянных
рамах, двойных, не больше двенадцати дюймов высотой. Соседские девчонки
всегда упрашивали его дать им поиграть с ними. Дно багажника было застелено
пластиком, поэтому, когда Делия склонилась над ним, чтобы поставить чемодан,
показалось, что она смотрит на свое отражение в водной глади. Мистер Лэм
сообщил, что этот пластик был почти неразрушим.
Ставьте ваш чемодан прямо
туда, — сказал он. — На нем и царапины не останется. Наши товары —
первые на рынке. Когда я прихожу в дом, где есть домашние животные, я кладу
на пол такой рурэевский квадрат и разрешаю собаке или кошке прыгать на нем и
царапать его когтями
.
Делия знала, что этот материал получил название от имен создателей, семейной
пары Рут-Анны и Рэймонда Суонн. Они жили над своей мастерской на Юнион-
стрит, а мистер Лэм был их первым и единственным торговым агентом. Все это
она узнала от Белль, но все равно при звуках двух этих невнятных, скользких
р
хотелось рассмеяться.
Ей также показалось смешным, что мистер Лэм оказался таким разговорчивым.
Еще до того, как они добрались до автострады № 50, Делия узнала про
противоштормовые
окна (точнее, про их звукоизоляционные свойства), про
свадебный подарок, который он собирался преподнести Белль (полный набор окон
Ру-Рэй
с установкой), и о его философии торговли.
— Важно помнить, — говорил он, объезжая трактор, — что людям
нравится проходить через все стадии процесса. Для каждого рода деятельности
нужна определенная последовательность шагов. Например, официантка хочет
выписать вам счет еще до того, как вы протягиваете ей свою кредитку. Механик
хочет рассказать все о вашем топливном насосе прежде, чем вы предлагаете ему
начать его чинить. Поэтому я своих покупателей спрашиваю:
Вы замечаете какие-
нибудь недостатки? В комнатах в севернон части дома холоднее, чем в южных?
Я-то знаю, что они замечали эти недостатки, я слышу, как скрипят их старые
окна. Но если дать людям самим описать симптомы, что в детской по ночам
холодно, и ребенку приходится надевать шерстяные пинетки и укутывать ручки,
тогда они готовы принять предложение, понимаете? Тогда у меня больше шансов
получить заказ.
К несчастью, мистер Лэм был из тех водителей, которым необходимо видеть лицо
собеседника. Он буравил Делию своими мутноватыми, глубоко посаженными
глазами, морщинистая шея была повернута так, что над воротником
образовывалась складка. Делия тем временем неотрывно глядела на дорогу,
чтобы ничего не упустить: ряд кипарисов, мимо которых они проезжали, давно
заброшенный мотель, почти ушедший в землю, как опустевший курятник, затем
полосу окутанного туманом леса, где облака казались запутавшимися в ветвях.
Только несколько листьев были тронуты оранжевым, и можно было представить,
что все еще лето, все еще прошлое лето, и не было этого годового отсутствия.
— Многие люди не понимают, что продавцы думают о таких вещах, —
говорил мистер Лэм. — Но вы поймете, что продавцы очень много об этом
думают. Я бы сказал, что это из-за того, что приходится много путешествовать
на машине. Белль хотела, чтобы мы поехали куда-нибудь на медовый месяц на
машине, но я сказал, что вряд ли смогу уделять ей должное внимание, если
буду как обычно вести машину, как если бы я был один наедине со своими
мыслями о работе.
Делия, чувствуя, что не слишком-то поддерживает беседу, буркнула:
— Я ездила на медовый месяц на машине.
— Правда?
Она сама себе поразилась и почти была готова обернуться, чтобы посмотреть,
кто это сказал.
— Не помню, чтобы это мешало нам общаться, — сказала она.
Мужчина взглянул на нее, и она деланно кашлянула. Он, наверное, подумал, что
Делия имела в виду что-то рискованное.
— Разумеется, мой муж не так часто водил машину, как вы.
— А, — пробормотал мистер Лэм. — Таких людей вообще мало.
У Сэма в то время была машина с неразделенными передними сиденьями, и Делия
сидела, прижавшись к его боку. Он держал руль левой рукой, а правая
покоилась у нее на колене, пальцы рассеянно касались ее обтянутого нейлоном
колена, от их ровного тепла сердце начинало биться учащенно. Она снова
кашлянула и принялась смотреть в окно.
Дома, которые они проезжали, выглядели плоскими, как домики в игре
Монополия
. Казалось, что, чем меньше дом, тем больше вокруг него кормушек
для птиц и гипсовых оленей во дворе, тем чище клумбы и тем больше
спутниковая антенна на крыше. Они проехали заросший коричневый пруд с
гниющими в нем деревьями. Еще леса. В детстве Делии у слова
леса
был
несколько неприличный оттенок. Самым скандальным было сказать:
Такая-то
сбежала в леса с таким-то
, и даже сейчас при виде продуваемых ветром,
усыпанных листьями тропинок ей представлялось... Хватит.
Господи, что с ней не так!
Делия заставила себя вернуться мыслями к мистеру Лэму. Тот, похоже, говорил
о собаках, что после того, как они с Белль поженятся, они, может быть,
заведут собаку. А потом он начал рассказывать о различных породах.
Золотистые ретриверы были добрыми, но туповатыми, вещал он, а лабрадоры
имели привычку время от времени стучать хвостом людям по ногам, а что до
колли...
Постепенно пейзаж начал меняться. Возле Истона начали появляться книжные
магазины и сервисные центры европейских автомобильных дилеров, каких не было
в Бэй-Бороу, а когда они добрались до Грэйсонвилля, дорога стала
шестиполосной, и они неслись мимо гигантских кондоминиумов, модных магазинов
подарков, виднеющихся вдали яхтовых мачт.
Мистер Лэм наконец сказал, что он бы выбрал колли и назвал бы его Пиноккио
за то, что у них такие длинные, узкие морды. Они проехали над заросшим
травой болотом по мосту Кент-Нэрроуз. Делия помнила время, когда поездка по
мосту Кент-Нэрроуз занимала почти час, — можно было выйти из машины,
вытянуть ноги, купить арбуз, если захочется, но в то время на этом месте был
еще старый разводной мост. Теперь вместо него стоял прямой и плоский мост, и
проезжали они его совсем быстро, мимо различных магазинов — больших
супермаркетов, новых магазинов товаров для дома с надписями:
НОВЫЕ МОДЕЛИ!
ДИЗАЙНЕРСКИЕ НАХОДКИ!
Впереди уже показались милые, хрупкие башенки-
близнецы моста Бэй-Бридж, мерцающие вдали, как видение из сна, а мистер Лэм
тем временем решил, что можно будет позволить Пиноккио один раз родить
щенков, прежде чем ее стерилизуют.
Все вокруг по сравнению с пыльными пейзажами Восточного побережья казалось
зеленым и свежим. Делия удивилась, когда машина повернула на автостраду №
97, — она никогда не слышала о такой дороге, — но потом
расслабилась, глядя на совершенно новые тротуары, на которых еще не было
следов коммерческой застройки.
Она, должно быть, отсутствовала несколько десятилетий.
Мистер Лэм сообщил, что Белль боится собак, но он считает, что это все — у
нее в голове. А где же еще этому быть? — подумала Делия. Но мужчина не
оставил ей шанса спросить, провозгласив, что у женщин просто иногда
возникают предубеждения. Делия улыбнулась самой себе. Ее позабавило то, как
скоро он начал воспринимать свое счастье как должное.
На шоссе Балтимор — Вашингтон было так много машин, что она сжалась, как
будто это позволило бы им проскользнуть быстрее. Делия посмотрела вперед и
увидела небо над Балтимором — скопления дыма, длинные, как спагетти, линии
путепроводов, огромные цистерны водохранилищ. Стали появляться заводы с
серыми окнами и ангары из гофрированного железа. Все казалось таким
урбанистическим, даже парк с его геометрической планировкой и скелетами
фонарей.
— Мистер Лэм... э-э... Гораций, — сказала Делия, — если вы
высадите меня у железнодорожной станции, я смогу взять такси.
— О, Белль велела мне доставить вас прямо до двери.
— Но сейчас еще... — она посмотрела на часы, — нет десяти, а
мне там нужно быть не раньше одиннадцати.
— Нет-нет, уж сидите. Белль мне никогда такого не простит, —
сказал он.
Делия могла бы поспорить, но побоялась, что у нее задрожит голос. Она сразу
занервничала. Ей захотелось, чтобы на ней было другое платье. Несмотря на
пасмурную погоду, было теплее, чем она ожидала, и темно-зеленое платье было
слишком плотным. К тому же оно слишком напоминало мисс Гринстед, осознала
она. К счастью, у нее были с собой другие вещи (она гадала, что хуже: надеть
неподходящее платье или тащить с собой на свадьбу чемодан, — и, как
неуверенная школьница, выбрала чемодан). Может быть, когда она доберется до
дома, ей удастся проскользнуть в свободную комнату и переодеться.
Мистер Лэм спрашивал ее, на какую улицу им нужно. Она сказала, стараясь быть
лаконичной:
На Чарльз
. Казалось, что ей не хватает воздуха.
Каким родным казался этот город! Каким причудливым и оригинальным! После
всех этих огромных шоссе Чарльз-стрит вилась между высоких домов, как
маленькая речка по равнине.
Делия раскрыла сумку и стала искать приглашение Сьюзи. Да, вот оно, в
целости и сохранности.
Теперь мистер Лэм восхищался общежитием института Джона Хопкинса и с
гордостью говорил, что у него была кузина, которая училась там один семестр.
О, правда?
— пробормотала Делия. Затем пожаловался, что у него самого не
было возможности получить высшее образование, хотя он и чувствовал, что ему
бы это сослужило хорошую службу. Делии хотелось, чтобы мужчина перестал
болтать. Он был таким непоследовательным и таким чужим. Она пыталась
сглотнуть, но у нее все равно ком стоял в горле.
Когда Делия попросила повернуть налево, мистер Лэм переспросил:
А?
— как противный глухой старик.
Машина остановилась на красный свет, дорогу перебежала бегунья — молодая
женщина с узлом темных волос и сцепленными на груди руками. Прошел мужчина в
твидовой спортивной куртке, с ним была крошечная собачка, чихуахуа (
Вот —
собака, которую я не возьму, даже если мне заплатят, — сказал мистер
Лэм. — С тем же успехом можно завести домашнего комара
). Воздух
казался зеленоватым и светящимся, как будто приближался шторм.
Делия показала, куда дальше сворачивать и где остановиться (неужели таким
видели их дом чужие люди: коричневый, сгорбленный, отталкивающий?). Затем
проговорила:
— Я сама выну свои вещи, только откройте мне багажник.
Но нет, ему надо было вылезти из машины, подойти к багажнику и целую
вечность вытаскивать ее чемодан.
— Спасибо! Пока! — попрощалась она, но даже после этого не смогла
уйти.
Мужчина продолжал стоять там, слегка покачиваясь на подошвах своих длинных
поношенных туфель и рассматривая дом.
— Мы легко могли бы поставить розочку, — сказал он.
— Что, простите?
— Розочку, круглое маленькое окошко вон там наверху; что там внутри,
лестница?
Ру-Рэй
выпускает круглые окна.
— О, хорошо.
Делия решила пожать ему руку, лишь бы он уехал. Но тут случилась странная
вещь. Когда она прикоснулась к его вялым пальцам, увидела его робкую,
задумчивую улыбку, она неосознанно начала скучать по нему. Ей захотелось
вернуться обратно в машину и сопровождать мистера Лэма до конца его
путешествия.
В проезде стояли четыре машины:
Бьюик
Сэма, побитый пурпурный фургон,
Вольво
Элизы и маленькая красная спортивная машина. Ежевичный куст уже
начал сбрасывать жухлые листья, которые похрустывали под ногами, когда Делия
шла по дорожке к дому. Подметать, очевидно, никто не собирался.
Ставни заменили на новые, другого цвета — более бледного, тусклого оттенка
коричневого, словно загрунтовали, а потом забыли о них. На ступеньках
крыльца было новое покрытие, а рядом с дверью стоял заляпанный грязью горшок
с хризантемами.
Постучать или войти?
Делия постучала (позвонить было бы как-то чересчур). Никто не открыл. Она
постучала сильнее. Наконец повернула ручку и просунула внутрь голову:
— Эй?
Если учитывать, что в этом доме через сорок минут должна была состояться
свадьба, он казался не слишком-то гостеприимным. В прихожей было пусто, в
столовой тоже, хотя, как заметила Делия, пройдя туда, стол застелен белой
скатертью. Она поставила чемодан, собираясь направиться на кухню, но как раз
в этот момент оттуда вышла Элиза с чашкой чего-то горячего в руках. Сестра
была настолько сосредоточена на кружке, что не сразу заметила Делию. Потом
вскрикнула:
Ой!
— и резко остановилась.
— Я знаю, что я рано, — начала Делия.
— О, Делия! Слава богу, ты здесь!
— А в чем дело? — Делия, конечно, встревожилась, но все же была
благодарна, что кому-то она нужна.
— Сьюзи передумала, — бросила Элиза через плечо, направляясь к
лестнице.
Делия схватила чемодан и пошла следом.
— Передумала насчет свадьбы?
— По крайней мере она так говорит.
— Когда это случилось?
— Сегодня утром. — Элиза попятилась назад, глядя наверх. На ней
было новое платье пронзительного красно-малинового цвета, Делия не могла
представить, что та могла себе такое купить, и туфли на каблуках, которые
впивались в обивку ковра на лестнице. — Прошлой ночью она спала в своей
прежней комнате, — говорила сестра, — а сегодня утром, когда мы
сюда добрались, я спросила Сэма:
А где Сьюзи? Она, что, еще не встала?
— а
он сказал...
Делия растерялась. У Сьюзи была прежняя комната? А где же тогда новая? И кто
такие
мы
, и откуда добирались?
Сэма нигде не было видно. Совсем.
Теперь сестры добрались до второго этажа, и Элиза, держа кружку обеими
руками, протискивалась в приоткрытую дверь спальни Сьюзи.
— Смотри, кого я с собой привела! — воскликнула она.
Делия поставила чемодан и вошла следом.
Первое, что бросилось в глаза, была сама комната. Еще с тех пор, как здесь
жила Линда, она была украшена ситцевыми занавесками, заставлена цветами и
фарфором, а теперь казалась пустым кубом; не было ни ковра, ни покрывал, на
которых можно отдохнуть взглядом. В ней стояла только раздвижная койка и
уродливое бюро, которое принесли сюда из мансарды. Сьюзи в полосатой пижаме
сидела, скрестив ноги, на скомканных одеялах. На койке вокруг нее
расположились Линда, Линдины близняшки и полная молодая девушка, которую
Делия знала, но не могла вспомнить ее имени. Разница была в том, что они
были уже одеты, даже наряжены. Все повернули взволнованные лица в сторону
Делии, но та смотрела только на Сьюзи. Сьюзи сказала:
— Мам?
— Здравствуй, родная.
Она склонилась над Сьюзи и обняла ее, чувствуя особенный, личный запах
Сьюзи, который напоминал запах семечек укропа. По-прежнему не разжимая
объятий, она присела на койку.
— Мам, я не хочу выходить замуж, — сказала Сьюзи.
— Тогда не выходи, — кивнула Делия.
— Делия Гринстед! — зашипела Линда. — Мы тут пытаемся
уговорить ее поступать разумно, ты не против?
У Линды были бифокальные очки — что-то новенькое. Близняшки выросли на
несколько дюймов, а по их платьям с жесткими кружевами, которые едва
очерчивали их костлявые фигурки, Делия догадалась, что они должны быть
подружками невесты. Во всех присутствую
...Закладка в соц.сетях
