Жанр: Любовные романы
Сила любви
...рудь, другой теребила волосы, время от
времени поглаживая лоб большим пальцем.
— Да, — прошептала она. — А ты — на меня.
Он несколько удивленно посмотрел на нее.
— Ты в самом деле сказала, что любишь меня?
— Да. Мы оба сказали об этом друг другу... и, между прочим, не в разгар
сексуальной схватки на полу. В этом есть некий смысл, ты не находишь?
Оба задумались на время, потом он сказал:
— Спасибо за рождественский чулок.
— Ты еще не знаешь, что там лежит. Там может оказаться все, что угодно:
обыкновенная палка или даже брикетик угля.
Весь вечер он с трудом сдерживал бушевавшие в нем эмоции, и наконец они
победили, прорвавшись наружу. Он крепко обнял ее, прижал к своей груди,
уткнулся лицом в ее волосы и зажмурился, чувствуя, как жжет глаза от
схлестнувшихся в нем печали и радости, которые принесла эта ночь.
Его родители — неудачники.
Эта женщина — целитель.
— Спасибо за все, — сбивчиво произнес он. — Не знаю, за что мне такое
благо.
Она не противилась его объятиям; прижавшись к нему, вслушивалась в его
взволнованную речь, пока наконец он не ослабил рук и она смогла поднять
голову и заглянуть ему в лицо.
— Тебе уже лучше?
Он кивнул и вытер глаза рукой.
Она нежно поцеловала его в губы и прошептала:
— До встречи утром. В чулках не копаться, пока не проснутся все.
Первой, сразу же после восхода солнца, проснулась Дженис. На цыпочках она
прокралась на кухню, включила электрокофеварку, потом заглянула в гостиную.
Кристофер лежал на боку, положив руки на подушку, подтянув к животу одно
колено так, что из-под одеяла торчала одна голая ступня.
Она принялась разглядывать его ступню — средней длины, костистая, на пальцах
светлый пушок волос. Она перевела взгляд на ладонь его правой руки. Потом на
волосы, такие густые и послушные, что даже после ночного сна не выглядели
всклокоченными. Она посмотрела на его рот, чуть приоткрытый, и представила,
что когда-нибудь поцелует его.
В конце коридора открылась дверь чьей-то спальни, и веки Кристофера
дрогнули. Хлопнула дверь ванной, и он проснулся, увидел Дженис,
подглядывавшую за ним из дверного проема, и потянулся, широко разводя локти.
— О... привет... — Слова его прозвучали невнятно, поскольку в этот
момент он как раз потягивался. — Я проспал?
— Нет, все еще только просыпаются. — Она улыбнулась. — С Рождеством
тебя.
— А, да, спасибо, и тебя тоже. Это что, кофе пахнет?
— Конечно. В ванную сейчас все равно не прорваться, так что иди выпей
пока чашечку кофе.
— Спасибо, обязательно.
— Я слышала, вы с мамой вчера ночью о чем-то говорили, когда я ушла
спать.
Она замолчала, а он недоуменно подумал, какого же ответа она ждет от него.
— Да, мне нужно было кое о чем поговорить с ней.
— И как долго вы болтали?
— Недолго. Может, минут десять.
— Она — прелесть, правда? С ней можно говорить о чем угодно.
— Да, это точно. Я знал об этом еще от Грега. Он всегда говорил о ней
именно так.
— Без него жутковато в этот праздничный день, но мы все стараемся выглядеть бодрыми и веселыми.
— Я знаю. Мне его тоже очень не хватает.
Она прижалась щекой и ладонью к стене.
— Спасибо тебе, Крис, за то, что в какой-то степени заменил нам его.
Твое присутствие здесь значит так много для всех нас. И особенно для мамы.
Оставалось лишь удивляться, как им с Ли удавалось на протяжении целого дня
скрывать ото всех свои чувства. В пижамах и халатах, все устроились на полу
в гостиной и принялись потрошить рождественские чулки, веселым смехом
встречая такие находки, как съедобные, в виде леденцов, черви; жевательные
резинки
яйца москитов
; накладные ресницы — длинные, как спагетти; медвежьи
когти и красные клоунские носы, которые все тут же на себя нацепили и уже в
них продолжали поиски. Дженис купила Джои пособие по сексу для подростков,
которое вызвало у него смех и румянец, а Ллойд преподнес всем купоны
Макдональдс
. В своем чулке Кристофер, помимо всего прочего, нашел
крошечные флакончики с лосьоном после бритья, колоду игральных карт, брелок
для ключей, резиновый штемпель со своим домашним адресом (это был подарок от
Джои, что очень удивило Криса, поскольку означало, что к его присутствию на
сегодняшнем празднестве готовились заранее). А от Дженис он получил два
билета на бейсбольный матч.
— Если тебе понадобится компания, дай мне знать. Я люблю эту команду, —
сказала она.
— Спасибо, Дженис, — ответил он. — Все может случиться.
Когда чулки были пусты, все, выпив сок и кофе, расположились в гостиной,
чтобы открыть подарки, оставленные под елкой. Кристофер подошел очень
внимательно к выбору подарков для каждого. Джои достался предмет мечтаний
любого подростка: солнцезащитные очки
Оакли
с голубыми линзами
стрекоза
и в тон им шнурком. Дженис получила билет на экскурсию в Хорст, где, как
заверили Криса девушки-коллеги, находился один из лучших салонов красоты.
Ллойд отныне мог похвастаться членством в спортивном клубе, где имелся трек
для ходьбы. И, кроме того, каждому была подарена последняя фотография Грега,
увеличенная и вставленная в рамку.
Конечно, фотографии вызвали у всех слезы, но Ллойд, держа портрет в одной
руке, утерев глаза рукавом своего халата, сказал:
— Нам всем это было необходимо. Всем нам так недостает Грега в этот
праздничный день, но мы держали свое горе в себе. Не знаю, как другие, но я
всякий раз, как вспоминал о нем, тайком выходил из комнаты, чтобы утереть
глаза. Теперь же благодаря Кристоферу он вновь с нами, в этой комнате, в
наших сердцах. Спасибо, Крис... большое спасибо.
Когда волнение улеглось, все вновь потянулись к подаркам. Джои преподнес
Крису роман о полицейском-детективе, Ллойд — папку для счетов, Дженис — компакт-
диск с записью Вайнонны Джудд, а Ли — свитер и в тон ему рубашку. И только
потом уже, когда он доставал рубашку из пластикового пакета и вынимал
булавки, он обнаружил в ее кармане золотой браслет. К нему золотой ниткой
было привязано красное сердечко из фольги, на котором золотыми буквами была
выведена торговая марка изготовителя. И там же была приписка:
С
любовью, Ли
. Он примерил подарки — все оказалось впору, и так и остался в мятой новой
рубашке и форменных брюках. Потом они убирались в гостиной, ели ветчину,
опробовали новую видеоигру Джои, складывали картинку-загадку. Наконец, уже
перед самым уходом, он улучил момент, чтобы остаться с Ли наедине.
— Я нашел браслет, — сказал он ей, — но это слишком дррогой подарок.
— Это символ моих чувств к тебе. Ты надел его?
Он протянул ей запястье в доказательство того, что не собирается
отказываться от подарка, каким бы дорогим он ни был.
— Спасибо тебе, Ли. Мне он действительно очень нравится.
Она коснулась пальцем золотого плетения.
— Мне тоже.
— И сердечко.
Она поцеловала его запястье там, где пролегла золотая цепь.
— Мне бы хотелось, чтобы ты остался.
— Мне тоже. Ты сегодня пойдешь к Сильвии?
— Не знаю. Так хорошо бездельничать дома.
— Если буду проезжать мимо, посигналю. Ну что ж, пожалуй, надо
попрощаться с остальными.
В гостиной Ллойд и Джои были заняты видеоигрой. Они отвлеклись на мгновение,
чтобы попрощаться с Крисом. Дженис в своей комнате примеряла обновки. Он
постучал в дверь, и она вышла в коридор в свитере, с рукава которого свисали
бирки.
— Я должен идти, — сказал он. — Спасибо за лучшее в моей жизни
Рождество.
— И тебе спасибо. — Одной рукой она обхватила его за шею и задержала на
мгновение. — И не забудь позвать меня, если тебе захочется с кем-нибудь
сходить на бейсбол.
Он похлопал ее по спине, и они распрощались.
Ли проводила его до двери. Уже на крыльце он обернуля и сказал:
— Через три дня у меня будет дневное дежурство, и еще под Новый год
целый уик-энд выходной. Я хотел бы пригласить тебя куда-нибудь на Новый год,
так что подыщи предлог, чтобы уйти из дома. Хотя будет лучше, если ты
скажешь правду.
И ушел, оставив ее наедине с трудноразрешимой проблемой. Уже закрывая дверь,
она лихорадочно обдумывала возможные варианты объяснения с детьми.
Глава 14
Через два дня после Рождества Ли получила красивую открытку от Кристофера.
Он писал:
Дорогая Ли,
Хотя я и пытался в рождественскую ночь сказать тебе о том, что значит для
меня встретить праздник в кругу вашей семьи, по-моему, мне это не вполне
удалось. Ваша семья — полная противоположность моей, и быть с вами мне не
только приятно, но даже и просто интересно — с чисто познавательной точки
зрения. Если бы на земле было побольше таких семей, как ваша, ребята моей
профессии оказались бы просто не у дел.
Сейчас, когда мы стали так близки с тобой, я переживаю самые счастливые
мгновения. Ты — потрясающая женщина, удивительный человек и замечательный
друг. Я безмерно благодарен тебе за все, что ты для меня делаешь, и особо —
за рождественские подарки. Рубашка и свитер полностью в моем вкусе, а
браслет — это нечто! Я не ожидал ничего подобного. Ношу его каждый день и
думаю о тебе, когда надеваю его и когда вижу на запястье. Это Рождество я
запомню на всю жизнь, и у меня такое чувство, что и новогодний праздник
оставит в душе столько же счастья. Жду не дождусь встречи.
С любовью,
Кристофер.
Уже много лет не получала она столь нежных посланий от мужчин. Вчитываясь в
эти строки, она ловила себя на том, что вновь испытывает давно забытые
волнение, трепет, желание — чувства, свойственные только влюбленной женщине.
Ее вдруг поразило, что мужчина, не знавший материнской ласки и любви, смог
написать такие строки. Несомненно, и он был незаурядной личностью. Она вновь
и вновь перечитывала открытку, думая о том, как неожиданно вторгся в ее
жизнь этот молодой человек, — именно в тот момент, когда она уже оставила
мечту о том, что кто-то сможет заполнить пустоту в ее душе. И вот пришел он
и наполнил ее жизнь трепетным ожиданием счастья, и ее вдовье сердце забилось
в радостном волнении, хотя уже давно смирилось с ровным, спокойным ритмом.
Как странно и удивительно в канун Рождества оказаться вдруг на коленях возле
мужчины — особенно если учесть, что он так молод, — и услышать от него слова
любви, и объясниться в любви самой. И все же это было наяву.
Она любила его. Но совершенно не представляла, чем это может обернуться. Но
ощущение радостной перемены в ее жизни было настолько восхитительным, что ни
за что на свете не желала она отказываться от дарованного ей блаженства и
каждое мгновение близости со своим избранником почитала за величайшее
счастье.
Он позвонил в тот момент, когда она в пятый раз перечитывала его письмо. Его
голос действовал на нее магически, повергая в сладкую дрожь. Он мог просто
сказать
привет
, как сейчас, и душа ее пела, жизнь казалась исполненной
величайшего смысла, и это ощущение долго потом не покидало ее.
— Я читала твою открытку, — сказала она, — ...в очередной раз.
— В ней все — чистая правда.
— Мне дорого в ней каждое слово. Столько лет я не получала от мужчин
таких писем.
— Ты так часто повторяешь это:
столько лет
...
— Да, так оно и есть. Тебе это неприятно?
— Нет. Наоборот, каждый раз, когда слышу это, я испытываю странное
волнение. Мне приятно сознавать, что я возвращаю тебя к жизни.
— Ты действительно это делаешь.
— В таком случае, как ты смотришь на то, чтобы потанцевать? В последний
раз ты, наверное, тоже лет сто назад этим занималась?
— Да, пожалуй, ты прав.
— Хочешь размяться под Новый год?
— Да! — радостно воскликнула она. — О, да! Я так давно не покупала себе
бальных платьев.
Он рассмеялся. Она тоже.
— Наши ребята зарезервировали столики в танцзале
Бель Рэй
. Будет
играть
Хай Нун
.
— Кто такой
Хай Нун
?
— Лучший оркестр в округе.
Она на мгновение задумалась.
— Ты сказал —
наши ребята
?
— Ты готова предстать перед ними в качестве моей возлюбленной?
— Как ты думаешь, что они скажут?
— Будут подтрунивать надо мной, но не в твоем присутствии.
— Что ж, если ты справишься с этим, то и я справлюсь. А ты хороший
танцор?
— Сносный. А ты?
— У меня есть чувство ритма, но, наверное, я буду выглядеть несколько
старомодной.
— Хочешь, поужинаем перед началом?
— И ужин тоже? Кристофер, ты меня избалуешь.
— Я был бы счастлив. Что, если я заеду за тобой в семь?
— Отлично. — И после паузы добавила: — Кристофер, я так взволнована.
Последний раз я выходила на Новый год в восемьдесят третьем году.
— Мы сделаем так, что эту ночь ты не забудешь никогда.
Дженис и Джои она сказала:
— Никто из вас не будет возражать, если Кристофер пригласит меня на
празднование Нового года?
Джои ответил:
— Я не против, только с одним условием: ты дашь мне денег на пиццу.
Дженис выглядела удрученной.
— Черт возьми! Если бы я знала, не договаривалась бы тогда с Ноланом и
Джейн.
Ли уставилась на дочь, затаив легкую обиду. Неужели она настолько стара и
убога, что никому и в голову не придет, будто Кристофер может пригласить ее
куда-нибудь одну,
без детей? Как это ни казалось
странным, но Дженис явно не поняла, что речь идет о настоящем свидании. Что
ж, пусть так и будет. Ли вовсе не собиралась вдаваться в объяснения.
— Ребята из полицейского управления зарезервировали столик в танцзале
Бель Рэй
, и мы собираемся пойти туда.
—
Танцевать? — изумилась Дженис.
— Да, танцевать. А что в этом особенного?
— Да нет, ничего, но... Господи, мам, ты ведь не вчера в последний раз
была на танцах, не так ли?
— Да, верно, это было давно, и потому я очень взволнована. А вы что
собираетесь делать в новогоднюю ночь?
— Пойду на вечеринку к одной девчонке, с которой вместе работали в
магазине прошлым летом. Она сказала, что можно привести с собой кого угодно,
так что я пригласила Нолана и Джейн.
— А ты, Джои?
— Можно, ко мне придет Денни на всю ночь?
— Если его мама не против и если будет знать, что меня дома не будет. И чтобы никаких девочек.
— Нет, девчонок не будет. Сэнди со своим семейством катается на лыжах в
Колорадо. Так ты дашь денег на пиццу?
— Дам.
—
Вот здорово! — И он рассек воздух кулаком. — Мы
сможем всю ночь резаться в видеоигры!
Ли купила новое платье. Оно было довольно кокетливым, в оборках и с
двухъярусной юбкой, красного цвета. Она купила и красные туфли-лодочки, и
настоящие шелковые колготы; туалет дополняли многоцветные серьги и ожерелье.
Кристофер заехал за ней — в джинсах, спортивной куртке; на шее болтался
узенький галстук-шнурок, на ногах были ковбойские ботинки. Отпустив
комплимент по ее адресу, он проводил Ли к машине, держа в руках ее пальто,
открыл перед ней дверцу — в общем, был галантен и предупредителен, как
заправский ухажер.
Когда они уехали, а Дженис все стояла в прихожей, глотая обиду, Джои сказал:
— Мне кажется, ему нравится мама.
— Конечно, нравится. Мама нравится
всем. — Я не то имею в виду: по-моему, они встречаются, или как там это
называется...
— Встречаются?! О, Джои, ради всего святого, маме ведь сорок пять, а
Кристоферу всего лишь тридцать! Он просто внимателен к ней, потому что погиб
Грег и он знает, как она одинока.
— Протри глаза, детка! Как она была одета! Мне она вовсе не показалась
старой.
Дженис закатила глаза и направилась в ванную переодеваться.
Четырнадцатилетние братья бывают такими
непроходимыми
тупицами! Дженис отчасти оказалась права. Кристофер и в
самом
деле был очень внимателен к Ли. В четырех кварталах от их дома он
остановил свой
эксплорер
и со знанием дела принялся целовать свою
спутницу, стараясь сохранить на ее губах хотя бы немного помады, которую она
только что нанесла. Засунув руку ей под пальто, он гладил ее груди, а язык
его блуждал по ее рту. Прервав наконец поцелуй, он спросил, прижавшись к ней
лбом:
— Ты уверена, что хочешь танцевать?
— Да, — улыбнувшись, ответила она. — Сначала.
Они перекусили у
Финнегана
. Ужин получился легким — они так много
говорили, смеялись и кокетничали друг с другом, что, когда официант в третий
раз подошел к ним, чтобы забрать тарелки, они не стали возражать, хотя лишь
едва прикоснулись к заказанным блюдам.
Кристофер сказал:
— Господи, до чего же ты милая.
Ли вторила ему:
— Господи, до чего же ты красив.
— Это новое платье?
— Все новое. Даже я сама, как мне кажется.
— Ты такой и станешь в эту ночь. — Он держал ее руки в своих, пожирая
ее восхищенным взглядом. — У меня для тебя сюрприз.
Он высвободил одну руку, достал из кармана какой-то листок и протянул ей.
Листок был зеленого цвета, похожий на бланк. Она развернула его и пробежала
глазами заголовок:
Медицинская лаборатория Лафкина
. Ниже значилось:
ВИЧ-
инфекция отсутствует
. Кровь хлынула к ее щекам. Ее обдало горячей волной, заломило в эрогенных
зонах. Она изумленно уставилась на Кристофера.
— Кристофер... Бог мой, ты это сделал!
— По-моему, это самый разумный способ выжить в сегодняшнем мире. Но я
вовсе не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной последовать моему
примеру. Выбор за тобой.
Она прижала ладонь сначала к правой щеке, потом к левой.
— Боже, я что, пылаю?
— Да, и это тебе к лицу.
— Я все еще не могу поверить, что ты и в самом деле
сделал это!
— Почему? Я же тебе обещал.
— Но... но это был просто... просто абстрактный разговор.
— В самом деле?
Она выдержала его пристальный взгляд. И сказала уже мягче:
— Нет, кажется, нет. — И после паузы добавила: — Я никогда не делала
анализа на спид. Хочешь, чтобы я это сделала?
— Нет, если вы с Биллом были моногамны, а я думаю, что так оно и было.
— Да.
— И с тех пор в твоей жизни никого не было, так что вся проблема была
во мне. Теперь и она устранена.
Она взяла его за руку.
— Это истинно рыцарский поступок, мистер Лаллек.
Он посмотрел на ее пальцы, погладил их.
— Настоящие чувства невозможны без полного доверия, и я хочу, чтобы
между нами все было, предельно ясно.
Она с любовью посмотрела на него, потом тихо спросила:
— Ты не возражаешь, если я сейчас прямо здесь, на глазах у всех, встану
и поцелую тебя?
Легкая усмешка тронула его губы.
— Ты обещаешь, что не оседлаешь меня, как в прошлый раз?
Она улыбнулась в ответ, мысленно представив себя в такой позе здесь, в этом
роскошном ресторане, при свете свечей, среди хрустящих скатертей, в
эффектном красном платье, на высоких каблуках.
— Я попытаюсь сдержаться.
Он потянул ее за руку, и она, как и обещала, поднялась и без тени смущения
подошла к нему. Никто не обращал на них внимания, и даже официанта
поблизости не было. Среди сидевших за столиками не было ни одного знакомого
лица.
Она обхватила его лицо своими натруженными руками и на долю секунды
прильнула к его губам. Потом, слегка отстранившись, прошептала:
— Нам в самом деле так уж необходимо идти на танцы?
И счастливая улыбка озарила его лицо.
Он, оказывается, владел техасским тустепом!
Она смотрела, как кружат в танце пары, и заартачилась, когда он коснулся ее
руки, приглашая присоединиться к танцующим.
— Но у меня так не получится!
— Откуда ты знаешь?
— Кристофер, я не хочу тебя смущать.
— Ни в коем случае. Пойдем, попробуешь. Мы выйдем на середину, где
свободно, и я покажу тебе движения.
Она неохотно уступила, отметив, что в центре зала были и другие пары, упорно
овладевающие искусством танца.
Кристофер сказал:
— Два раза в неделю здесь проводят уроки танцев, так что новички всегда
есть.
Как она и говорила, чувство ритма у нее
действительнобыло, и все оказалось не так уж и сложно. Вскоре она уже легко
проскальзывала под его поднятой рукой, он ловко нырял под ее руку. Они
освоили основные движения — променад и рэп — и плавно двигались в танце.
— Никогда бы не подумала, что ты отличный танцор. — Сквозь шуршание по
полу его ковбойских ботинок он еле расслышал ее голос.
— Моя последняя девушка — та, что переехала в Техас, — заставила меня
научиться. Мы с ней вместе брали уроки.
— Мне бы следовало поблагодарить ее. Это чертовски забавное занятие —
танцы.
— Готова попробовать новые фигуры?
— А это сложно?
— Нет, ты справишься. Итак, приготовься, я сейчас проделаю с тобой
кругосветное путешествие
.
Он поднял руки и обвел ее вокруг себя, увлекая в быстрое вращение.
Запыхавшись, она весело рассмеялась, вернувшись в исходную позицию.
— У меня получилось!
Его улыбка была искренней — он был доволен своей ученицей, и это наполняло
ее радостью.
За столиком расположились полицейские со своими женами, которым на
сегодняшний вечер уступили место за рулем, чтобы спокойно выпить. Царило
всеобщее веселье, все громко разговаривали, шутили. К удивлению Ли, ее
появление в качестве спутницы Кристофера было встречено без каких-либо
двусмысленных комментариев, к которым она внутренне готовилась. Пит
Острински пригласил ее на танец, и она с удовольствием приняла приглашение.
Тони Мансетти поинтересовалась, как дела у сына. Жена сержанта Андерсона
рассказала скабрезный анекдот о колготках, вызвавший взрыв хохота среди
остальных женщин и заставивший их оглядеть свои коленки, что, собственно, и
составляло соль анекдота, а потому вызвало новый шквал смеха. Кристофер
попытался обучить ее уже более сложным па, но попытка не увенчалась успехом,
и они, окончательно запутавшись в сплетении своих рук, расхохотались,
отложив затею до следующего раза.
Оркестр вступил с песней Коллина Рэя
Люби меня
, и Кристофер, взяв Ли за
руку, увлек ее на танцевальную площадку.
— Пойдем, — сказал он, — сольемся в танце.
Настроение в зале сменилось. Танцующие тесно прижимались друг к другу,
утопая в чувственных объятиях. Движение по кругу прекратилось, и пары лишь
покачивались под музыку, иногда плавно разворачиваясь. В зале царил
полумрак, лишь с потолка лился тусклый голубоватый свет, лучи которого были
направлены на оркестр. Отражаясь в зеркале стен, они падали на лица и плечи
танцующих. Кристофер укрывал Ли в своих объятиях, сомкнув руки у нее на
спине. Она обвивала руками его шею, прижималась к нему бедрами, смотрела в
его счастливое лицо.
— Забавно здесь? — спросил он.
— Ммм... самое забавное в моей жизни — это, пожалуй, ты.
Он коснулся ее кончика носа и слегка наклонил голову, словно намереваясь
поцеловать.
— Твои друзья смотрят, — пробормотала она.
— Плевать.
Он поцеловал ее и еще крепче прижал к себе, так что их тела словно
растворились друг в друге. А хор голосов все повторял слова песни:
Люби
меня... люби меня... люби меня...
Он слегка отстранился и заглянул в ее рыжеватые глаза, в которых плясали
искорки света.
— Как ты отнесешься к предложению сбежать отсюда, побыть вдвоем?
— Прямо сейчас? Не дожидаясь, пока кончится танец?
— Итак, я предлагаю: давай...
— Ты серьезно?
— Да, просто выходим из зала, забираем наши пальто из гардероба и уже
не возвращаемся.
— Но наше отсутствие заметят. Все удивятся, куда это мы так рано
отправились.
— Меня это совершенно не волнует. А тебя?
— Тоже.
Они скрепили свой уговор улыбками, развернулись и начали пробираться к
выходу, ступая по испещренному бликами света полу, и каждый думал в эту
минуту о том, что в эту новогоднюю ночь их отношениям суждено стать
совершенно иными.
На улице было очень холодно. Обнявшись, они шли к машине Кристофера. Ожидая,
пока прогреется двигатель, Кристофер сказал:
— Сядь со мной рядом.
Она отбросила привязной ремень и переместилась на сиденье к Кристоферу,
поджав под себя ногу. Одной рукой о
...Закладка в соц.сетях
