Жанр: Любовные романы
Обратный билет из ада
...о". Наконец она вытерла незарегистрированную
"беретту" покойного мужа и забросила ее в густые кусты, окружавшие автостоянку.
Конечно, полиция найдет пистолет. Это входило в ее планы.
Она не имела никакого отношения к происшедшему. Если не считать, что этот склад
когда-то принадлежал ее мужу. И не имела никакого отношения к громиле, который
зарабатывал себе на жизнь тем, что проламывал черепа. Не было ни записей в трудовой
книжке, ни свидетелей того, что у них имелись общие дела. Кроме Джаспера. Но Анита
сомневалась, что Джаспер побежит в полицию, когда узнает, что его напарника застрелили.
Нет, она была уверена, что Марвин Джаспер станет образцовым служащим. Ничто так
не возбуждает преданность и желание работать, как подобное маленькое напоминание.
Она села в машину, пригладила волосы, заново накрасила губы и включила двигатель.
Правильно говорят: если хочешь, чтобы дело было сделано хорошо, делай его сам.
Крепко спавшего Джека разбудил колокольный звон. Бардетт, лежавший поверх
покрывала, ощутил прикосновение ветра, дувшего в открытое окно. Джеку нравилось, что
запах ветра напоминал о море. Он лежал и слушал колокола, пока не утихло эхо.
Он прибыл в Коб слишком рано, чтобы заняться делом. Можно было только осмотреть
городок и полюбоваться бухтой. Порт, когда-то дававший возможность многим эмигрантам
в последний раз посмотреть на родные берега, теперь больше напоминал курортный городок.
Прелестный, как на почтовой открытке. Из окон гостиницы открывался чудесный вид на
невысокие домики, площадь и море. В следующий раз он не пожалеет времени на то, чтобы
пропитаться здешним духом, привыкнуть к неторопливому ритму, познакомиться с
местными жителями.
Сейчас его интересовал только один местный житель - Малахия Салливан.
Джек собирался узнать то, что ему требовалось, провести в городке еще одну ночь и на
третий день вернуться в Нью-Йорк.
За Анитой Гай требовался глаз да глаз, а это легче всего было делать в Нью-Йорке.
Конечно, по возвращении он снова свяжется с Тайей Марш. Эта женщина могла знать
больше, чем догадывалась или хотела показать.
Когда с делом будет покончено, он сможет побродить по Кобу. Посмотрев на часы,
Джек решил заказать в номер кофе и легкий завтрак, а потом принять душ.
Лицо официанта было испещрено веснушками.
- Сегодня такое чудесное утро, - сказал он, накрывая на стол. - Вы выбрали самое
подходящее время для осмотра местных достопримечательностей. Мистер Бардетт, если вы
хотите совершить экскурсию, гостиница будет рада устроить это. Завтра обещают дождь, так
что вам следует воспользоваться хорошей погодой. Что я могу для вас сделать?
Джек взял папку со счетом.
- Вы знаете Малахию Салливана?
- Значит, вы хотите заказать морскую прогулку? В это время года экскурсии туда
проводят три раза в день. На первую вы уже опоздали, но в полдень будет вторая, так что
времени хватит. Желаете, чтобы мы заказали вам место?
- Спасибо. - Джек добавил к счету щедрые чаевые. - Салливан сам проводит
экскурсии?
- Кто-нибудь из них, - ответил юноша. - Среднего, Гедеона, сейчас нет, так что это
будет либо Мал, либо Бекка, либо один из Керри, которые доводятся им кузенами, У них
семейное дело, причем весьма прибыльное. Мы закажем вам билет. Приходите на причал без
четверти двенадцать.
У него появилось время для прогулки. Джек взял у портье купленный для него билет на
экскурсию, вышел на улицу и по крутой улице спустился на площадь, в центре которой
стоял памятник жертвам. Ангел возвышался над фигурами рыбаков, оплакивавших гибель
"Лузитании". Замысел скульптора восхитил Бардетта. Бедная одежда, печальные лица.
Люди, жившие за счет моря и скорбевшие о незнакомцах, которых оно поглотило. Очень
по-ирландски и очень точно.
В квартале отсюда стоял памятник "Титанику" и погибшим на нем ирландцам.
Мемориал окружали магазинчики, со стен которых свисали корзины с цветами, что
придавало этому грустному месту живописный вид. Наверно, это тоже было очень
по-ирландски.
Вдоль переулков, карабкавшихся к вершинам внушительных холмов, стояли крашеные
домики, двери которых выходили либо прямо на улицу, либо в крошечные палисадники.
В водах бухты отражалось безоблачное голубое небо. У мола выстроились катера и
яхты. В брошюре для туристов указывалось, что именно от этого мола в свое время
отправлялись лайнеры знаменитых пароходных компаний "Уайт Стар" и "Кунард".
Джек спустился к причалу и начал внимательно изучать экскурсионный кораблик
Салливанов. Тот был рассчитан примерно на двадцать человек; ярко-красный тент, делавший
его похожим на прогулочную яхту, защищал пассажиров от солнечных лучей. "Или от
дождя", - подумал Джек, вспомнив слова официанта. Сиденья тоже были красными, что
создавало яркий контраст с белоснежным корпусом. На борту красными буквами было
выведено: "Морская дева".
На палубе стояла женщина. Джек следил за тем, как она проверяет спасательные
жилеты, подушки на сиденьях и что-то отмечает в тетради. На ней были потертые джинсы и
ярко-голубой свитер с засученными рукавами. Женщина выглядела хрупкой и стройной.
Из-под синей шапочки на плечи падал водопад рыжих вьющихся волос. Лицо женщины
частично скрывали темные очки и козырек, но то, что оставалось на виду - полные губы без
следов помады и решительный подбородок, - Джеку понравилось. Она двигалась быстро и
уверенно, хотя кораблик покачивало с боку на бок, и продолжала инвентаризацию на
капитанском мостике.
"Конечно, это не Малахия Салливан, но все же ниточка к нему", - подумал Джек.
- Эй, на "Деве"! - Бардетт стоял на причале и ждал, когда женщина обернется и
заметит его.
- Эй, на причале! Что вы хотели?
- Я на экскурсию! - Джек вынул из кармана путевку и поднял ее вверх. - Можно
подняться?
- Да, конечно. Но до отправления еще двадцать минут. Она сунула тетрадь под мышку,
подошла к борту, готовясь протянуть Джеку руку, но тут же поняла, что ему это не
требуется. Бардетт прекрасно владел своим телом и был хорошо сложен.
Потертая куртка из мягкой кожи сидела на нем как влитая. Это ей тоже понравилось. У
нее была слабость к дорогим вещам.
- Отдать это вам? - спросил Джек.
- Да. - Она взяла билет, раскрыла тетрадь и нашла страничку со списком пассажиров. -
Мистер Бардетт, верно?
-Да. А вы...
Она подняла взгляд, снова сунула тетрадь под мышку и пожала протянутую им руку.
- Ребекка. Сегодня я буду вашим капитаном и экскурсоводом. До отплытия мне нужно
заварить чай, так что я вас оставлю. Будьте как дома. Прекрасный день для морской
прогулки. Я постараюсь, чтобы вам понравилось.
"Не сомневаюсь, - подумал Джек. - Ребекка Салливан, или просто Бекка. Рука у нее
была маленькая, но сильная. И голос как у сирены, обольщавшей Одиссея".
Она положила тетрадь на место и прошла на корму, превращенную в маленький
камбуз. Когда Джек пошел следом, Бекка обернулась и дружески улыбнулась ему.
- Вы впервые в Кобе?
- Да. Тут замечательно.
- Верно. - Она поставила чайник на единственную горелку и вынула чайные
принадлежности. - Мы считаем Коб одной из жемчужин Ирландии. Во время экскурсии я
расскажу вам его историю. Вы из Америки, верно?
- Да. Из Нью-Йорка.
- Похоже, в последнее время на Нью-Йорке свет клином сошелся...
- Простите, не понял.
- Не обращайте внимания. - Ребекка небрежно пожала плечами. - Сегодня утром в
Нью-Йорк улетел мой брат.
"Вот черт!" - подумал Джек, но сумел сохранить бесстрастное выражение лица.
- У него отпуск?
- Нет, дело. - Она сняла очки, зацепила их за воротник свитера и начала заваривать
чай.
Теперь у Бардетта появилось время присмотреться к ней. Девушка была красивой.
Холодные светло-зеленые глаза, чудесная мраморная кожа. И пахло от нее персиками и
медом. Джек был достаточно близко, чтобы ощутить это.
- Впечатляющий город Нью-Йорк, правда? Толпы людей, небоскребы. Мне бы
хотелось посмотреть на него самой... Прошу прощения, на причале собрался народ. Нужно
начинать посадку.
Джек остался на корме, не сводя с нее глаз.
Здороваясь с пассажирами, Ребекка ощущала на себе его взгляд. Когда все оказались на
борту, она представилась и перечислила необходимые правила безопасности. И отчалила,
когда церковные колокола начали бить полдень.
Она помахала рукой пареньку, отдавшему швартовы, отвалила от причала и вывела
корабль в бухту. Потом взяла штурвал
одной рукой и объявила в микрофон:
- Дальше вас будет развлекать моя мать Эйлин. Она родилась здесь, в Кобе, как и ее
родители, а также дедушки и бабушки. Поэтому она прекрасно знает эти места и их историю.
Я и сама кое-что знаю, так что после окончания лекции отвечу на ваши вопросы. Сегодня
чудесный день, так что прогулка будет приятной. Надеюсь, она придется вам по вкусу.
Ребекка включила пленку с рассказом матери и в который раз принялась слушать его.
Эйлин описывала красивую естественную гавань Коба, которая долго служила портом, где в
эпоху наполеоновских войн собирался британский флот, а потом - покидавшие страну
эмигранты. Тем временем Ребекка вела теплоход так, чтобы пассажиры могли полюбоваться
городком со стороны моря, оценить его очарование, улицы, круто поднимавшиеся к
огромному кафедральному собору в неоготическом стиле.
"Умно и изящно, - подумал Джек. - И удивительно просто.
Дочь умела управлять кораблем, а мать умела читать лекцию как сказку". Правда, для
себя Бардетт не узнал ничего нового. Он уже тщательно изучил эту местность. Но голос из
колонки звучал так дружески, так задушевно. Это был дар свыше.
Плавание действительно выдалось спокойным, без всяких накладок. Когда Эйлин
начала рассказывать о событиях седьмого мая, Джек представил их себе во всех деталях.
Солнечный весенний день, огромный лайнер величественно скользит по морю, на палубе
собрались пассажиры и любуются побережьем Ирландии.
А потом к правому борту "Лузитании" устремляется тонкий пенный след торпеды.
Первый взрыв под капитанским мостиком. Потрясение, смятение. Ужас. И тут же второй
взрыв, ближе к носу. Катастрофа, свалившаяся на невинных пассажиров и моряков как снег
на голову; паника среди беспомощных людей. Двадцать минут трусости и героизма,
спасения и гибели.
- Из смерти и трагедии, - говорила Эйлин, - рождались жизнь и надежда. Мой прадед
тоже плыл на "Лузитании", но слава богу, спасся. Его доставили в Коб и поручили заботам
красивой девушки, которая впоследствии стала его женой. Он осел в Кобе, тогда
называвшемся Куинстауном. Именно поэтому я и рассказываю вам о том страшном дне.
Оплакивая мертвых, мы учимся радоваться жизни и уважать перст судьбы...
"Интересно", - подумал Джек. Всю оставшуюся часть экскурсии он не сводил глаз с
Ребекки. Она отвечала на вопросы, шутила с пассажирами, предлагала детям постоять за
штурвалом. Для нее это должно было быть привычным делом, даже скучным. Но у Ребекки
все получалось свежо и весело.
"Еще один дар, - подумал Джек. - Похоже, у Салливанов их было множество".
Он и сам задал пару вопросов, желая напомнить Ребекке о своем существовании. Когда
кораблик снова пришвартовался к причалу, Бардетт решил, что не напрасно потратил деньги.
Ребекка помогла пассажирам сойти на берег и сфотографировалась с ними на прощанье.
Удостоверившись, что он последний, Джек сказал:
- Великолепная была экскурсия.
- Я рада, что вам понравилось.
- У вашей матери настоящий талант рассказчика.
- Да. - Довольная Ребекка повернула кепку козырьком назад. - Ма пишет тексты для
путеводителей и рекламных объявлений.
- Вам предстоит еще одно плавание?
- Нет. Теперь завтра.
- Я собирался сходить на кладбище. Мне может понадобиться гид.
- Для этого, не нужен гид, мистер Бардетт. Там есть указатели, на которых все
изложено.
- Вы знаете больше, чем любой указатель. К тому же я люблю компанию.
Ребекка поджала губы и смерила его взглядом.
- Так вам нужен гид или компания? - уточнила она.
- Если вы пойдете со мной, у меня будет и то и другое. Ребекка засмеялась:
- Ладно, я пойду с вами. Но сначала нам нужно кое-что купить.
Она купила цветы. Их было так много, что Джеку пришлось помочь ей нести букеты.
Ребекка казалась хрупкой, но взбиралась на холмы без всяких усилий и прошла четыре
километра без [намека на усталость.
- Поскольку вы ухаживаете за мной, мистер Бардетт...
- Просто Джек.
- Поскольку вы ухаживаете за мной, Джек, я делаю вывод, что вы не женаты.
- Я не женат. Судя по вопросу, это имеет для вас значение.
- Да, конечно. Я не флиртую с женатыми мужчинами. - Ребекка вскинула голову и
всмотрелась в его лицо. - И с незнакомыми тоже, но для вас делаю исключение, потому что
вы мне понравились.
- А вы мне.
- Я почувствовала это, потому что вы всю экскурсию не сводили с меня глаз. Откуда у
вас этот шрам? - спросила она и прикоснулась пальцем к уголку собственного рта.
- Результат ссоры.
- У вас их много?
- Шрамов или ссор? Она звонко рассмеялась:
- Ссор, которые кончаются шрамами.
- Не слишком.
- Чем вы занимаетесь в Америке?
- Руковожу охранным бюро.
- Серьезно? Приставляете к людям телохранителей?
- В том числе. Но наше главное направление - электронные системы сигнализации.
- Я люблю электронику. - Когда Джек посмотрел на нее сверху вниз, Ребекка
прищурилась. - Не смотрите на меня так. Если я женщина, это еще не значит, что я не
разбираюсь в технике. Вы устанавливаете охранные системы только в частных домах или в
банках и музеях тоже?
- И в тех и в других. Причем по всему миру. - Обычно Джек не хвастался своей
компанией, но тут изменил собственному правилу. И с досадой понял, что ведет себя как
школьник. - Кстати, весьма успешно. За двенадцать лет мы создали двадцать зарубежных
филиалов. Дайте мне еще пять лет, и название "Бардетт" станет таким же синонимом
охранной системы, как "Клинекс" - бумажных салфеток.
Ребекка сочла это не хвастовством, а законной гордостью. Она уважала людей, которые
имели основания гордиться собой.
- Приятно иметь собственное дело. Конечно, наш семейный бизнес не такой крупный,
но нам он подходит.
- Семейный бизнес? - повторил Джек, наконец вспомнив, зачем он сюда прибыл.
- Да. Мы всегда зарабатывали себе на жизнь морем - сначала это была рыбная ловля, а
потом морские экскурсии. Несколько лет назад отец умер, и нам пришлось нелегко. Но, как
любит говорить моя мать, нужно искать в плохом хорошее. У нас была страховка, сильные
спины и хорошие мозги. Туризм помог поднять экономику Ирландии. Это можно было
как-то использовать.
- И вы начали устраивать экскурсии вдоль берега.
- Верно. Наше первое судно хорошо окупало себя. Но если бы мы вложили в этот
бизнес деньги и купили еще два, было бы намного лучше. Я провела соответствующие
расчеты, прикинула затраты, прибыль и все прочее. Так что теперь у "Салливан Туре" три
экскурсионных судна и одно рыболовное. Но мне кажется, что пришло время освоить новое
направление. Пешеходные экскурсии по городу и кладбищу, где похоронены погибшие на
"Лузитании".
- Вы отвечаете за финансовую сторону? - поинтересовался Джек.
- Ну, Мал занимается рекламой, привлечением клиентов, переговорами. На это он
мастер. Гедеон ведет счета, потому что мы попросили его взять на себя бухгалтерию, но сам
он предпочитает заниматься обслуживанием и ремонтом. Моя мать ведет делопроизводство
и не дает нам убивать друг друга. А что касается меня, то я в основном подаю идеи.
Она помолчала, а потом кивнула в сторону кладбища:
- Не хотите немного побродить там? На братских могилах стоят три известняковые
плиты с бронзовыми табличками. Кроме того, есть еще двадцать восемь индивидуальных
могил тех, кто умер позже.
- Это для них?
- Нет, - ответила Ребекка, забирая у него букеты, - это для моей покойной родни.
ГЛАВА 13
Кладбище было разбито на холме, окруженном зелеными аллеями. Памятники обросли
лишайником; некоторые были такими старыми, что ветер и дождь не оставили на них
надписей. Одни стояли прямо, другие покосились, как пьяные.
Джек подумал, что полное отсутствие порядка делает холм еще более живописным и
впечатляющим. Могильные холмы поросли пышной летней травой и цветами, кое-где стояли
флаконы со святой водой, принесенной из местного храма.
Это показалось ему трогательным, но странным. Что могла дать святая вода обитателям
могил?
Поскольку Ребекке явно хотелось остаться одной, Джек прошел через кладбище к
поляне под сенью тисов. Он увидел плиты с бронзовыми табличками. Прочитал написанные
на них слова. Эти слова могли бы тронуть даже каменное сердце. Джек считал себя
сдержанным человеком, но его сердце каменным не было. Почему он так долго ждал?
Почему не приехал сюда раньше? "Судьба, - подумал он. - Снова судьба. Именно она
выбирает время".
Бардетт оглянулся и увидел, что Ребекка кладет букет на одну из могил. Она сняла
шапочку и сунула ее в задний карман. Рыжевато-золотистые волосы девушки развевались на
ветру, колыхавшем траву у ее ног. Она с грустной улыбкой смотрела на могильную плиту.
Почему-то от этого зрелища у Бардетта сжалось сердце. Джек удивился, но отступать
перед трудностями он не привык, а потому шагнул к Ребекке. Девушка подняла голову и, не
переставая улыбаться, посмотрела в его сторону. Неужели она испытала то же самое
чувство? Странный толчок, тягу и что-то вроде узнавания. Впрочем, в подобные вещи он не
верил.
При его приближении Ребекка переложила два оставшихся букета в другую руку.
- Освященная земля - место особое.
Джек кивнул. Да, он понял. Ребекка испытала то же самое.
- Трудно с этим не согласиться. Особенно сейчас. Она пристально рассматривала лицо
Джека, скорее мужественное, чем красивое. И его глаза - таинственные, дымчатые,
переменчивые.
Сомневаться не приходилось: этот человек видел будущее. Что было непостижимо.
- Джек, вы верите в существование такой силы, которая дается человеку извне и в то
же время присутствует в нем самом.
- Думаю, да.
- И я тоже. Вон там могила моего отца. - Ребекка показала рукой на памятник из
черного гранита с надписью "Патрик Салливан". - А тут лежат мои прадеды и прабабки, и
их родители гоже похоронены здесь.
- Вы носите цветы им всем?
- Каждый раз, когда прихожу сюда. Я делаю это часто... - Она наклонилась и
положила цветы к подножию каждого памятника.
Джек смотрел поверх ее головы и читал имена. Судьба, думал он. Подлая сука.
- Феликс Гринфилд?
- Редкая фамилия для ирландского кладбища, верно? Именно о нем рассказывала моя
мать во время экскурсии. Он выжил после катастрофы "Лузитании" и поселился здесь. Если
бы он не пережил тот день, некому было бы приносить ему цветы. Вы уже увидели все, что
хотели?
- Кажется.
- Тогда пойдемте ко мне пить чай.
- Ребекка... - Джек тронул ее за руку и заставил обернуться. - Я приехал сюда, потому
что искал вас.
- Меня? - Ребекка откинула волосы и заставила себя говорить спокойно, хотя ее сердце
внезапно сделало сальто. - Очень романтично, Джек.
- Точнее, я искал Малахию Салливана. Веселая искорка в ее глазах погасла.
- Мала? Зачем?
- Судьба.
На мгновение на ее лице отразился страх, но потом оно стало холодным и суровым.
- Возвращайтесь в Нью-Йорке и скажите Аните Гай, что она может поцеловать меня в
задницу, а потом отправляться к чертовой матери.
- С удовольствием, но Анита не имеет к моему приезду никакого отношения. Я
коллекционер, и у меня к Судьбам личный интерес. Я заплачу то, что вам должна Анита, и
прибавлю к этому десять процентов.
- Заплатите нам? Заплатите?! - На ее щеках проступил гневный румянец. А она-то,
дура, млела, глядя на него! - Вороватая сука! О господи, вы заставили меня ругаться на
могиле предков! Больше нам с вами разговаривать не о чем. Отправляйтесь в ад вместе со
своей Анитой!
Она направилась к дороге, петляя между могилами. Джек вздохнул и двинулся следом.
- Вы деловая женщина, - преградив ей путь, напомнил Бардетт, - так давайте
попробуем поговорить по-деловому. На всякий случай напоминаю, что я гораздо сильнее. Не
заставляйте меня доказывать это.
- Ах, так? - вспыхнула Ребекка. - Вы смеете угрожать мне? Что ж, попробуйте!
Ручаюсь, что одним шрамом дело не кончится.
- Я просил не провоцировать меня, - повторил Джек. - Зачем ваш брат сегодня утром
отправился в Нью-Йорк?
- Не ваше собачье дело!
- Нет, это мое собачье дело, потому что ради встречи с ним я проделал путь в пять
тысяч километров. - Джек овладел собой и говорил спокойно и деловито. - И могу сказать:
если он хочет увидеть Тайю Марш, то напрасно рассчитывает на теплый прием.
- Много вы знаете! Она сама оплатила ему дорогу. Точнее, дала взаймы, - фыркнула
Ребекка. - Мы не вымогатели и не нищие. Мал чуть с ума не сошел, когда Гедеон рассказал
ему про убийство!
- Что?! - Рука Джека стиснула ее предплечье. - Какое убийство?
Ребекка разозлилась так, что готова была кусаться. Подумать только, при виде этого
ублюдка у нее дрогнуло сердце. Но теперь она видела в нем что-то холодное и решительное.
И этот новый человек явно ничего не знал об убийстве.
- Черт побери, я ничего не скажу вам, пока не узнаю, кто вы такой и что вам здесь
нужно.
- Я Джек Бардетт. - Он достал бумажник и вынул оттуда водительское
удостоверение. - Город Нью-Йорк. "Бардетт секьюрити энд электроникс". У вас есть
компьютер, так что можете порыться в Интернете.
Ребекка внимательно всмотрелась в удостоверение.
- Как уже было сказано, я коллекционер. Устанавливал охранную систему в
"Морнингсайд Антикуитиз" и был клиентом этой компании. Анита исподволь
выспрашивала меня о Трех Судьбах, поскольку знала, что я интересуюсь такими вещами.
Именно поэтому я решил выяснить, что за этим кроется.
Видя, что Ребекка застыла на месте, Джек забрал у нее свое удостоверение, положил на
место и сунул бумажник в карман.
- Анита по ошибке решила, что я буду искать Судьбы для нее или что она сумеет
взломать мою охранную систему и следить за каждым моим шагом. Так кого убили, черт
побери?
- Этого недостаточно, - покачала головой Ребекка. - Я действительно проведу поиск в
Интернете. Я сумею выяснить, что за этим кроется.
- Тайя Марш. - Он шел на шаг позади Ребекки, быстро спускавшейся с холма. - Вы
сказали, что она оплатила вашему брату авиабилет до Нью-Йорка. Значит, с ней самой все в
порядке?
Ребекка покосилась на него.
- Насколько я знаю, она жива и здорова. Выходит, вы знакомы?
- Виделись только один раз, но она мне понравилась. Неужели что-то случилось с ее
родителями?
- Нет. Речь идет о совсем другом человеке, но я не стану называть имен, пока не
удостоверюсь, что вы не имеете к этому никакого отношения.
- Я хочу получить Судьбы, но этого недостаточно для убийства. Если за этим стоит
Анита, то многое меняется.
- Вы говорите так, словно считаете, что она на это не способна.
- Она паучиха, - просто сказал Джек. - Как вашего брата угораздило связаться с этой
женщиной?
- Потому что она... - Ребекка осеклась и насупилась. - Не скажу. Откуда вы знаете имя
Малахии, если не от нее?
- Его упомянула Тайя. - Какое-то время Джек шел молча. - Послушайте, кажется, у вас
здесь процветающий семейный бизнес, - наконец продолжил он. - Почему бы вам не
спустить это дело на тормозах? С Анитой вам не тягаться.
- Вы не знаете ни меня, ни моих родных. Мы поклялись, что Три Судьбы будут
принадлежать нам. А если вы такой страстный коллекционер, то готовьте деньги на их
покупку.
- А я думал, что вы не корыстолюбивы.
Ребекка поняла, что он шутит, и не стала обижаться.
- Джек, как вы сами сказали, я деловая женщина. И соображаю не хуже других. Во
всяком случае, лучше большинства.
Я провела исследование и выяснила, что цена полного комплекта из Трех Судеб на
аукционе Уайли или Сотби может достичь двадцати миллионов долларов. А при
соответствующей рекламе и больше.
- Но неполный набор, даже две из трех, будет стоить намного меньше, причем даже эту
сумму даст только страстный коллекционер.
- У нас будут все три. Вот увидите.
Джек пропустил эти слова мимо ушей и старался не отставать от Ребекки, бодро
поднимавшейся на холм у окраины городка. На вершине стоял симпатичный домик с
симпатичным палисадником, в котором возилась симпатичная женщина.
Она выпрямилась и приветливо улыбнулась.
- Бекка, милая, кого это ты привела?
- Джека Бардетта, мама. Я пригласила его выпить чаю, а потом выясню, шпион он или
просто лжец.
- Да ну? - Улыбка Эйлин ничуть не потускнела. - Что ж, приглашение есть
приглашение. Я Эйлин Салливан. - Она протянула руку, не выходя из-за калитки. - Мать
этой грубиянки.
- Рад познакомиться с вами. Мне очень понравилась ваша лекция.
- Очень мило с вашей стороны. Вы из Америки? - спросила она, открывая калитку.
- Из Нью-Йорка. Я прибыл в Коб, надеясь поговорить с вашим сыном Малахией о Трех
Судьбах.
- Может быть, поговорим в доме, пока не начали судачить соседи? Так, значит, вы из
Нью-Йорка, - переспросила Эйлин, шагнув к двери. - Ваши родные тоже живут там?
- Нет. Несколько лет назад мои родители переехали в Аризону.
- Значит, жены у вас нет?
- В данный момент нет. Я в разводе.
- Ах... - Эйлин вела их в малую гостиную. - Очень жаль.
- Ничуть. Развод стал благом для нас обоих. У вас чудесный дом, миссис Салливан.
Слова Джека пришлись ей по душе.
- Спасибо. Устраивайтесь поудобнее. Я заварю чай, а потом мы поговорим. Ребекка,
развлекай гостя.
Ребекка бросила на Бардетта испепеляющий взгляд и устремилась за матерью. Из
коридора донесся шепот. "Ссорятся", - с улыбкой подумал Джек. Он разобрал только
последние слова, смысл которых был предельно ясен.
- Ребекка Энн Маргарет Салливан, ты сейчас же вернешься в гостиную и будешь
соблюдать правила приличия, иначе я дознаюсь, почему ты не хочешь это делать!
Ребекка неохотно вернулась и плюхнулась в кресло напротив Джека. Ее лицо было
сердитым, а голос - ледяным.
- Не думайте, что сумеете обвести меня вокруг пальца так же легко, как обвели мою
мать.
- И не мечтаю, Ребекка Энн Маргарет. Расскажите мне, почему ваш брат полетел в
Нью-Йорк и почему вы считаете, что Анита замешана в убийстве.
- Я ничего не скажу вам, пока не сяду за компьютер и не выясню, много л
...Закладка в соц.сетях
