Жанр: Любовные романы
Чужая жена
...зумия испугал его ответ.
— Том, я не убивала его.
— Я знаю, любимая. Знаю.
Ронни задрожала. До нее начал доходить зловещий смысл ситуации.
— Если меня арестуют, я же целый месяц оттуда не выйду. Или — целый
год. Сколько времени идет процесс? Помнишь О. Джея? Только процесс длился
больше года. И он, кажется, все это время сидел в тюрьме, да? А если они
скажут, что я убийца... — Голос ее прервался. — Спаси меня, Том.
— Ты невиновна. И мы это докажем. Мы найдем настоящего убийцу, и
тогда...
Он умолк. Ронни подняла голову и увидела, что он не может говорить.
Он плакал.
ГЛАВА 46
Марла и Лиззи провели беспокойную ночь в машине, так как у Марлы не было
денег, чтобы заплатить за номер в мотеле. К счастью, у Лиззи в шортах
нашлось два четвертака, а под водительским сиденьем Марла обнаружила
долларовую купюру очень древнего вида. Этого хватило, чтобы купить пончиков
и молока для Лиззи. Сама Марла утолила жажду водой.
Она не знала, куда теперь ехать.
Благополучно выехав из гаража миссис Диас, она свернула за угол, подхватила
возмущенную Лиззи, затолкала ее в машину и на полном ходу помчалась прочь из
города. Враг как будто не сел ей на хвост — в последний раз она видела его в
гараже. Тем не менее она знала, что он ее преследует.
По дороге к Джексону Марла остановилась только один раз — чтобы сообщить в
полицию об убийстве и продиктовать адрес Джерри.
Сейчас они с Лиззи сидели в машине на стоянке возле нового здания
законодательного собрания штата. У Марлы не было ни денег, ни бензина, ни
удачи. Вторая жена и ее высоколобый адвокат были ее последней надеждой.
Если они ей не помогут, ей придется идти в полицию.
Что ж, по крайней мере Лиззи будет в безопасности.
Марла была уверена, что убийца не служит в полиции, хотя на нем был
форменный мундир. И раньше он не казался ей полицейским — просто по манере
держаться. А на полицейских у нее выработался нюх. Нет, он каким-то образом
узнал, что Джерри раньше служил в полиции, и нацепил форму, чтобы внушить
ему доверие.
Но каким же образом он сумел найти Джерри?
Марла не знала и не желала знать ответ на этот вопрос. Этот человек как
будто всеведущ и всесилен. До сих пор она чудом ускользала от него. Но
полоса удач не может длиться вечно.
— Мам, я хочу писать.
Лиззи заерзала на переднем сиденье. Она устала, была голодна и потому
капризничала. Марла тоже устала, судя по тому, какое раздражение на нее
нахлынуло. Вечно она хочет писать.
— Так иди писай.
— Щас вернусь.
Лиззи выскочила из машины и затрусила к туалету.
Марла попыталась сосредоточиться. Офис адвоката находился в здании,
расположенном напротив станции техобслуживания. Она отыскала его адрес в
телефонной книге. А в дороге Марла услышала по радио, что вторая жена должна
посетить его в полдень — перед арестом по обвинению в убийстве мужа.
Тротуар перед зданием, где помещалась юридическая контора, был уставлен
телекамерами. Само здание было оцеплено полицией.
Какая честь второй жене!
Марла вышла из машины, зашла в телефонную будку и набрала номер адвоката.
Звонок стоил ей предпоследнего четвертака. Она услышала автоответчик — как и
утром. Правда, теперь она не могла оставить своего номера.
— Меня зовут Марла. Я должна поговорить с мистером Осборном по поводу
убийства сенатора. Я знаю, кто его убил. По крайней мере, думаю, что знаю. И
я, безусловно, знаю, что его жена ни в чем не виновата. Я говорю из автомата
напротив. Сейчас я войду в здание и прошу мистера Осборна меня принять.
Марла повесила трубку.
Она уже убедилась, что разговаривать с автоответчиком бесполезно. Скорее
всего никто и не прослушивает сообщения. В первый раз она звонила из дома
Джерри. Тогда она оставила свой номер.
И никто ей не перезвонил.
Белый автомобиль въехал на станцию техобслуживания и остановился у обочины в
тени здания напротив, позади синего Дампстера. Марла не могла не обратить
на него внимания, так как у нее уже развивалась мания преследования. Из той
машины вышел какой-то человек, но явно не тот, кого она боялась. Плотный
курчавый брюнет в синем костюме. Нерешительной походкой он вошел в
магазинчик при станции.
Марле показалось, что этого человека грызет какая-то проблема. В ней вдруг
взыграло любопытство. Непонятно почему. В конце концов, ее собственная жизнь
в последнее время превратилась в сплошной кошмар.
И тем не менее она подошла к машине и глянула на сидящую на пассажирском
сиденье женщину.
Та подняла глаза. И Марла онемела от неожиданности.
Голова той женщины была покрыта шарфом, и тем не менее — пусть не на сто, а
на девяносто девять процентов — Марла была уверена, что перед ней вторая
жена сенатора.
У Ронни так пересохло во рту, что она едва разлепила пересохшие губы.
— Кенни, вы не могли бы купить мне попить?
— Да, Ронни, конечно.
Кенни сочувствовал ей, и ему хотелось сделать все возможное, чтобы облегчить
ту невыносимую ношу, которую Ронни пришлось взвалить на себя. Он был бы
чрезвычайно рад хоть как-нибудь помочь ей. Это Том заставил его сесть за
руль и отвезти Ронни в Джексон, так как самому Тому Дэн Осборн строго-
настрого наказал держаться подальше от Ронни.
Как бы то ни было, Ронни должна оказаться в кабинете своего адвоката ровно в
полдень.
До полудня оставалось пять минут. Ронни старалась оттянуть неизбежный миг,
как только могла.
Кенни въехал на территорию станции техобслуживания. Он специально завернул
сюда, чтобы наверняка избежать встречи Ронни с падкими на тухлые запахи
репортерами.
На этой станции, как и на многих других, имелся магазинчик, где продавались
кое-какие немудрящие закуски и безалкогольные напитки.
При мысли о еде Ронни сделалось нехорошо. Она с самого утра маковой росинки
во рту не держала, и ей казалось, что она никогда уже не сможет есть.
Зато ей хотелось пить.
— Только попить? Может, еще что-нибудь?
— Нет, Кенни. Просто попить.
Она почти совершенно лишилась голоса. Что неудивительно: она плакала на
груди у Тома до тех пор, пока оставались слезы... И Том тоже плакал. Что,
между прочим, свидетельствовало о крайней серьезности положения — чтобы
разрыдался Том...
Оказавшись в тюрьме, она вновь переступит ее порог через несколько месяцев,
а то и лет. Она уверена в этом. И он это знает.
И он никак не может спасти ее. И она ничем. не может помочь себе.
Ей было плохо, жарко, страшно. Никогда раньше ей не приходилось быть под
арестом. Да и не ареста она боялась, а дней, недель, месяцев несвободы.
Потерянных для жизни месяцев, недель, дней.
Как же это случилось как раз тогда, когда ей открылось значение времени?
Кенни вышел из машины и скрылся за дверью магазина.
Ронни смотрела прямо перед собой и ничего не видела. Стоял теплый солнечный
день, но она застыла. Это невозможно. Увы, невозможно.
Ее рука потянулась к ручке дверцы. Она еще может спастись. Убежать...
Вдруг она услышала стук в окно.
Молодая женщина с длинными светлыми волосами.
Ронни была настолько отрешена от всего, что нажала на кнопку, и боковое
стекло стало опускаться.
И вдруг она вспомнила, кто она и где находится, и тут же вновь нажала на
кнопку, чтобы поднять стекло.
— Нет, подождите! Вы должны меня выслушать! Я знаю, кто все это
устроил! Я знаю, кто убил вашего мужа! — тараторила неизвестная
женщина.
Палец Ронни замер у кнопки. Стекло было уже поднято на три четверти. Ронни
уже поняла, что неизвестная женщина не принадлежит к журналистской братии.
Она не показалась Ронни красивой, но, несомненно, была в своем роде
привлекательной. Дешевое бледно-голубое платье. Ничем вроде бы не
примечательное, но четко очерченное лицо. Очень загорелая кожа.
И эта женщина утверждает, что знает, кто убил Льюиса. Не исключено, что она
— сумасшедшая. И все же, что потеряет Ронни, если выслушает ее?
Ронни решилась и опять нажала на кнопку. Стекло медленно поползло вниз.
Секунду или две обе женщины молча смотрели друг на друга.
— Вы сказали, что знаете, кто убил моего мужа? — осторожно начала
Ронни.
Она чувствовала себя очень глупо из-за того, что хваталась за соломинку — но
разве у нее оставалась более надежная опора?
— У него была яхта под названием Солнечный путь?
Ронни кивнула.
— Одна моя подруга — нет, две — пошли однажды вечером на эту яхту и не
вернулись. Потом появилось сообщение, что найден труп одной из них. Помните
дочь Чарльза Кея Мартина? Вы, наверное, видели телерепортаж.
Ронни кивнула: она в самом деле смутно припомнила сообщения о гибели дочери
какого-то телепроповедника.
Женщина наклонилась к ней ближе. Ее пальцы с обкусанными ногтями вцепились в
край стекла.
— Все, кто в ту ночь был на яхте вашего мужа, погибли. Сюзан. Клэр.
Наши знакомые, которые вызвали девочек. Ваш муж. И меня кто-то пытается
убить из-за того, что я знаю! А...
Чья-то фигура выросла за ее спиной. Резким движением тот человек ударил
неизвестную женщину в бок. Послышался приглушенный хлопок, глаза женщины
закатились, и она рухнула навзничь.
Удивление и ужас парализовали Ронни. Она даже не вскрикнула.
— Теперь твоя очередь, милашка.
Мужская рука ухватила ее за волосы. Она дернулась и почувствовала резкую
боль. Мужчина приложил к ее плечу какой-то предмет — как будто бы белый
пластиковый прямоугольник размером с ладонь.
На этот раз глухого хлопка не было.
— Что значит уехала?! — заорал Том.
Он стоял на кухне в доме своей матери, прижимая к уху мобильный телефон.
Салли стояла в трех футах от него. С момента отъезда Ронни она не отходила
от сына, словно следя, чтобы ее ребенок как-нибудь случайно не поранился.
Но он взрослый человек, ему уже поздно держаться за юбку матери. Он
усмехнулся про себя. Он любит мать и благодарен ей за стремление помочь, но
в жизни бывают ситуации, в которых матери бессильны.
— Она уехала на твоей машине?
Том не мог поверить в то, что втолковывал ему Кенни.
Или Кенни сошел с ума, или сам он забыл родной язык.
Том сделал глубокий вдох и попытался сосредоточиться.
— Так, Кенни, давай-ка еще раз. По порядку.
— Том, говорю тебе, она уехала! Да, в моей машине!
Кенни уже срывался на крик.
— Ронни?
— Естественно, Ронни. Я, между прочим, о ней с тобой говорю. Ронни!
Ронни уехала в моей машине! Надо полагать, она попросту сбежала.
— Кенни, ты уверен, что машины поблизости нет? Может, еще раз
посмотришь?
— Том, ты думаешь, я плохо смотрел? Дело было так. Она сказала, что
хочет пить, и попросила меня остановиться и купить бутылочку воды. Я заехал
на станцию техобслуживания: там есть магазинчик. Я пошел туда. Когда я
вернулся, машины не было. Ронни не было. Что ты на это скажешь?
— Господи Иисусе! — Том прислонился к стене. — Мы обсуждали с
ней вариант с побегом. Она знает, что ее легко найдут. Побег только ухудшит
ее положение в глазах присяжных. Нет, Кенни, она не могла бежать.
— Наверное, она потеряла голову в последнюю минуту. Она была совсем
белая. По-моему, она до смерти перепугана.
— Господи Иисусе, — повторил Том. — Ты где?
Кенни назвал адрес.
— Немедленно выезжаю. Позвони Дэну Осборну и обо всем ему расскажи.
Постарайся не подпустить репортеров.
— Есть, — сказал Кенни и повесил трубку.
Сначала Ронни подумала, что ей приснился кошмар. У нее кружилась голова, она
не могла понять, где находится. Мир вокруг нее почему-то раскачивался. И
лицо ее прикрыто какой-то тряпкой, потому-то так трудно дышать и ничего не
видно.
Она попыталась убрать тряпку с лица и обнаружила, что руки ее связаны.
Это было совсем уж невероятно. Ронни закрыла глаза, стараясь успокоиться и
прийти в себя.
И тогда она припомнила, что с ней произошло. Станция техобслуживания.
Незнакомая блондинка. Мужчина просовывает руку в окно машины и хватает Ронни
за волосы.
А потом — жуткая, невероятная боль, как будто по ней проехал асфальтовый
каток.
Она похищена.
Ее затрясло.
Зачем?
Та женщина говорила, что Льюиса вроде бы убили из-за яхты. Она не могла в
точности вспомнить слова. Может, и ее похищение имеет отношение к Льюису?
Ее руки заведены за спину и связаны ее собственным шарфом. А ноги связаны
чем-то чуть более эластичным. Чулками. Ее собственными чулками.
И туфель на ней не было.
Она лежала на правом боку, с головы до ног прикрытая какой-то плотной
тканью, источавшей кислый запах. Наверное, она находилась в машине, так как
ощущалась тряска.
Инстинкт самосохранения подсказывал Ронни, что следует лежать неподвижно.
— Привет, это я.
Незнакомый мужской голос раздался так неожиданно и так близко, что Ронни не
могла не вздрогнуть. Нетрудно было догадаться, что он говорит по телефону.
— У меня возникла проблемка. Мне пришлось забрать и вторую. Ну, жену
сенатора.
Из трубки доносились невнятные звуки. Ронни не могла разобрать слов, но по
интонации было ясно, что кто-то орет на ее похитителя.
— Так, а что мне оставалось? Она все успела рассказать, я сам слышал. И
про яхту, и про то, что все умерли. Так что же я должен был делать? Я был
вынужден забрать обеих.
Телефон снова разразился невнятными криками.
— Послушайте, я все устрою. Можете не волноваться. Никто их никогда не
найдет, я вам гарантирую. Я...
Он умолк. Должно быть, его собеседник говорил теперь нормальным тоном, так
как Ронни не слышала ни звука.
— Да, отличная мысль. Так я и сделаю. Нет-нет, я понимаю. Никаких
следов на ней не останется. Не беспокойтесь, уже все. Эти две бабы были
последними. Больше никого не осталось, кто бы знал. Да-да, конечно. Хорошо,
я вам перезвоню.
Он не попрощался. Ронни услышала щелчок и догадалась, что у ее похитителя
мобильный телефон.
Ронни собралась с мыслями. Что же можно извлечь из услышанного? Итак, ее
похитили потому, что незнакомая блондинка рассказала ей, что Льюиса убили
из-за того, что на яхте Льюиса однажды что-то случилось. И все, кто знал о
случившемся, умерли.
А теперь знает и она. Следовательно...
Ее пробрала дрожь.
Машина остановилась. Вместе с ней остановилось сердце Ронни. Она застыла.
Открылась дверца. Тот человек вышел из машины. Зашуршала его одежда.
Послышались удаляющиеся шаги.
И — тишина.
Остановка — это плохо. Что он сейчас предпримет? Наверняка он задумал
убийство.
Ронни отчаянно старалась найти путь к спасению, но ей не хватило времени. Он
вернулся. Дверца возле головы Ронни открылась, и с нее стянули покрывало.
Она лежала неподвижно, думая только о том, чтобы ровно дышать. Но он, по-
видимому, не смотрел на нее. Он взял ее за ворот и рывком усадил.
При подобных обстоятельствах только первоклассная актриса могла бы
изобразить бессознательное состояние, но Ронни справилась с этой задачей.
Он подхватил ее на руки и вынес из машины.
Ронни приоткрыла глаза. Увидела она край рабочей куртки цвета хаки, ковер из
прошлогодних листьев, сухие ветки, камни и толстые стволы деревьев.
Значит, она в лесу. Здесь прохладно и пахнет мхом.
Увидела она и машину. Это была машина Кенни. А ехала она на переднем
пассажирском сиденье, спинку которого откинули так, что она лежала почти
горизонтально.
Похититель положил ее в багажник, как свернутый в трубку ковер. Чтобы она
уместилась, он согнул ее колени. А затем пошел прочь.
Ронни открыла глаза. Крышка багажника осталась открытой. Враг ушел — не
представился ли шанс к бегству?
Нет, ведь она связана. Может, закричать? Скорее всего здесь ее никто не
услышит.
Никто из тех, кто пришел бы на помощь.
Опять послышались шаги. Ронни тут же закрыла глаза. Что-то навалилось на
нее, и крышка багажника захлопнулась.
Ронни открыла глаза. На ее лице лежали чьи-то волосы. Длинные, светлые,
слегка пахнущие цветочным шампунем.
Ронни попыталась стряхнуть волосы с лица. Безусловно, ее товарищем по
несчастью оказалась та незнакомая женщина, что подошла к ней на стоянке.
Сейчас эта женщина, по всей видимости, лежала без сознания. Она тоже была
связана по рукам и ногам.
Машина тронулась с места. А Ронни и неизвестной ей женщине оставалось лишь
трястись в багажнике.
Кенни поджидал Тома возле станции техобслуживания — низкого сооружения с
двумя воротами. Бензоколонок здесь было шестнадцать.
Узкая дверь вела в продуктовый магазинчик, где Кенни покупал воду для Ронни.
Рядом с магазинчиком на самом краю автостоянки пристроился синий Дампстер.
Кенни нервно переминался с ноги на ногу возле Дампстера. Увидев машину
Тома, он кинулся к ней и заговорил, даже не дожидаясь, пока Том выйдет из
машины.
— Где Дэн? — спросил Том, выслушав историю исчезновения Ронни в
очередной раз и воочию убедившись в том, что ни Ронни, ни машины в самом
деле нет.
— У себя в кабинете. Я говорил с ним по телефону. Он говорит, что не
станет выходить, иначе на него набросится пресса. Все репортеры ждут не
дождутся появления Ронни в полицейском участке в час.
Глянув на толпу с фотоаппаратами и телекамерами, Том решил, что опасения
Дэна небезосновательны.
— Звони ему.
Кенни указал на телефонную будку на тротуаре. Около нее стоял коричневый Шеви-
Нова. Том обратил внимание на эту машину только потому, что в ней сидела
маленькая девочка. Одна.
Разговаривать по мобильному телефону в данных обстоятельствах было бы
ошибкой, учитывая, что у репортеров имеется высокочувствительная
звукозаписывающая аппаратура. Поэтому Том решил последовать совету Кенни,
взял у него монету в двадцать пять центов и направился к кабине.
Кенни, семеня рядом с ним, говорил:
— Я долго не мог до него дозвониться. У него там автоответчик. Потом я
додумался. Стал повторять: Дэн, срочное сообщение. Дэн, срочное сообщение.
Он только тогда взял трубку. А твоего звонка он ждет.
Том вошел в кабину, снял трубку, опустил четвертак в щель и, дождавшись
гудка, набрал номер. Дэн ответил после первого же звонка.
— Том, нам нужно ее вернуть, — заявил он, едва услышал голос
Тома. — Если мы ее не вернем, это может обернуться катастрофой для нее.
Представляешь себе картинку: фильм Погоня с миссис Ханнигер в главной
роли?
— Дэн, я не верю, что она удрала.
Том сорок минут размышлял над этим вопросом и теперь был вполне уверен, что
события развивались иначе.
— Она удрала, Том. Других вариантов нет. Она послала твоего компаньона
за водой, сама села за руль и смылась. Она боялась, что окажется в тюрьме, и
я не могу ее за это осуждать. Но бегство здесь не поможет. Том, избежать
ареста нельзя. Она должна посмотреть в глаза реальности. Ее необходимо
вернуть.
— Дэн, ты что, не слушаешь? Я не верю, что она удрала. Ей было страшно,
но о бегстве она не помышляла.
— Ну хорошо, если она не удрала, где же она? — скептически спросил
Дэн.
Том вздохнул и оглянулся. Новые и новые машины постоянно подъезжали к
станции. Перед Дампстером, то есть на том месте, где Кенни оставил машину
и Ронни, теперь разместился черный пикап. Два легковых автомобиля и мини-
фургон стояли у бензоколонок. И еще три машины встали на газоне около Шеви-
Нова.
— Не знаю, — признался Том. — И я начинаю всерьез опасаться.
— Чего? — раздраженно рявкнул Дэн.
— Может быть, ее похитил сумасшедший. Вскочил в машину и был таков
вместе с ней.
— Ну да, конечно. И какова вероятность такого?
— Может, что-то еще случилось.
— Например?
— Например, ее узнал какой-нибудь фанатичный поклонник сенатора и решил
отомстить ей за якобы совершенное убийство.
— В этом есть смысл, — признал адвокат.
— Есть и другая версия. Вспомни, сенатор Ханнигер убит. Убила его не
Ронни. Следовательно, убийца на свободе. Что, если он добрался до Ронни?
— Чушь!
— Ты считаешь это чушью только потому, что в глубине души ты убежден в
виновности Ронни. Говорю тебе, убила сенатора не она. Черт побери, давай на
минуточку
предположим, что она непричастна к убийству.
Представил? А теперь задай себе вопрос: может ли убийца сенатора, кем бы он
ни оказался, желать смерти Ронни?
Дэн помолчал, потом уверенно произнес:
— Здесь нет логики.
— А в чем вообще ты видишь логику? Лично я — ни в чем. Но Ронни нет,
машины нет, и я готов спорить на что угодно, что исчезла она не по своей
воле. По-моему, нужно известить полицию.
Дэн страдальчески застонал.
— Дэн, я звоню.
— Постой, Том. Послушай меня. Давай выждем какое-то время. Вдруг она
появится сама? Если она все-таки удрала, мне бы очень не хотелось, чтобы об
этом стало известно. Она в чьих угодно глазах будет выглядеть виновной. Как
только прокурор узнает о ее исчезновении, Ронни сразу же будет объявлена в
федеральный розыск. Предположим, машину увидят, она откажется остановиться.
Тогда у полиции будет право стрелять. Подумай, Том.
Том помолчал. Аргументы Дэна были весьма весомы, но Том не мог избавиться от
стойкого ощущения, что что-то в рассуждениях адвоката неправильно.
— Я все-таки позвоню в полицию, — сказал он. — Пусть объявят
розыск. Я уверен, что за рулем не Ронни.
Ответ последовал далеко не сразу. Том живо представил себе, как безупречно
логический мозг адвоката перебирает варианты. Наконец он услышал:
— Думаю, ты имеешь право принимать решения. Но если ты ошибаешься,
последствия могут оказаться трагическими.
— Я не думаю, что ошибаюсь.
— Надеюсь, что не ошибаешься. — Дэн тяжело вздохнул. — Не
суетись. В полицию я позвоню сам. Думаю, скоро мы все отправимся в участок.
Том повесил трубку и повернулся к Кенни.
— Он звонит в полицию.
Кенни с досадой выругался.
— Понимаешь, я не верю, что она решилась на побег.
Кенни и Том вышли из кабины и двинулись к зданию станции. Девочка в Шеви-
Нова пристально смотрела на них. Том не мог не заметить ее, несмотря на
сильную тревогу за Ронни.
Эта девочка сидит здесь уже довольно давно. Может, это дочь кого-то из
полицейских или журналистов и ее не с кем оставить дома?
Том приблизился к Шеви, наклонился и заглянул в открытое окно со стороны
водителя.
Глаза девочки округлились. Ну да, он чужой. Все дети боятся чужих. Том
улыбнулся, давая ребенку понять, что у него нет ничего дурного на уме.
— Скажи, пожалуйста, — заговорил он, — ты не видела здесь
красивую женщину с рыжими волосами? Она приехала на белой машине. Мне очень
нужно ее найти.
Девчушка мотнула головой.
— Не-а.
— А вот этого господина ты видела? — Том указал на Кенни. —
Он выходил из белой машины.
Девочка посмотрела на Кенни и опять помотала головой:
— Не-а.
— Том, ты ее зря пугаешь, — вмешался Кенни. — Вряд ли она
здесь так долго.
— А вы не можете найти ту женщину? — поинтересовалась девочка.
— Боюсь, не можем.
— Моя мама тоже потерялась.
— Потерялась твоя мама?
Малышка кивнула, и ее рот капризно скривился.
— Я пошла в туалет. Вернулась — а мамы нет. Уже долго.
Том насторожился.
— Значит, твоя мама была здесь, на станции, а потом куда-то делась,
правильно?
— Правильно.
— Давно она потерялась?
Сообразив, что говорит чересчур резко, Том улыбнулся, чтобы не напугать
девочку.
— Может, час назад.
Том выпрямился.
— Ты слышал, Кенни? — сказал он очень тихо, чтобы его не услышал
ребенок. — Две женщины одновременно пропали из одного и того же места.
Это не совпадение.
— Что же случилось? — так же тихо отозвался Кенни. — Ее мать
похитила Ронни?
В любое другое время это предположение показалось бы Тому нелепым, но сейчас
он был готов рассмотреть все возможности.
— Откуда мне знать? Я только знаю, что Ронни не сбежала.
В эту минуту к станции подъехал полицейский автомобиль.
Оглянувшись, Том заметил, что толпа журналистов пришла в движение.
— Слетаются коршуны, — буркнул Кенни.
В багажнике было жарко и душно. Тело Ронни затекло от неудобной позы, пот
ручьем стекал со лба. Тонкий коврик, на который ее положили, вонял маслом.
— Как у тебя? — спросила ее Марла. — Что-нибудь получается?
Она пришла в себя совсем недавно, и теперь обе женщины лихорадочно старались
развязать друг друга. Из салона доносилась песня Дебби Буи Ты з
...Закладка в соц.сетях
