Жанр: Любовные романы
Непримиримые влюбленные
...за.
— Твой молодой человек, дорогая?
— Нет. Это Вики. — Мэдлин нахмурилась и требовательно посмотрела
на Луизу. — Это правда? Наши семьи действительно враждуют все четыре
года?
— О, дорогая. — Луиза вздохнула и опустилась на тахту рядом с
Мэдлин. — Как быстро ты все узнала.
Мэдлин, возмущенная, вскочила на ноги.
— Не могу поверить! — воскликнула она.
— Да, сначала никто не мог поверить, — согласилась Луиза. —
Мужчины иногда ведут себя как дети, знаешь ли. — Она вздохнула. —
Я говорила отцу, чтобы к твоему приезду он прекратил ссору. Он меня и
слушать не стал. Отец обвиняет Джеймса Стентона, считает, что он все затеял
— из-за Доминика, конечно. Я могу только предположить, что Джеймс Стентон
тоже обвиняет отца — из-за тебя. Я слишком откровенна с тобой, да,
Мэдлин? — озабоченно спросила Луиза, видя грусть на лице
девушки. — Я не хотела говорить тебе, но ты сама это почувствуешь, если
мы соберемся вместе в одной комнате.
— О, так ты принимаешь в этом участие, — мрачно установила
Мэдлин. — И как же это выглядит?
— Да ничего особенного, — сказала Луиза. — Мы можем
встречаться где-то, но никогда не здороваемся.
— Вот несчастье! — воскликнула Мэдлин раздраженно. — Но это
же такой анахронизм!
— Совершенно согласна с тобой, дорогая, — кивнула Луиза. — Но
это так, и с этим надо считаться. И мне не хотелось бы, чтобы в субботу
вечером у Лэсситеров ты заговаривала со Стентонами. Может получиться
неприятность.
— Т-ты считаешь, что они могут оскорбить меня? — Голубые глаза
Мэдлин недоверчиво расширились. — Ничего удивительного, что Вики так
темнила, когда мы заговорили о семейных делах. Господи, — вздохнула
Мэдлин.
— Отец был уверен, что ты поймешь. — Луиза с грустью посмотрела на
побледневшую падчерицу. — Но если у тебя нет сил, мы готовы... Если ты
предпочтешь не появляться на...
— Нет, я обязательно появлюсь. — В голосе Мэдлин прозвучала
угроза. — И не надейтесь, что я буду участвовать в ваших мелких
склоках.
— Я так и думала, — усмехнулась Луиза. Мэдлин неожиданно пришла в
голову одна мысль, и она повернулась к мачехе.
— Значит, на свадьбу Нины вы Стентонов не пригласили?
Она прочла ответ на лице Луизы и разозлилась.
— Вики — моя лучшая подруга, — закричала Мэдлин. — Мы втроем
— Нина, Вики и я — давно договорились быть подружками невесты на наших
свадьбах. А теперь ты сообщаешь мне, что даже бедную Вики не принимают в
нашей семье!
— Мне очень жаль, дорогая.
— Надеюсь, вы хорошо повеселитесь! — Глаза Мэдлин сверкнули. В
первый раз после возвращения домой она пришла в ярость. — Я так рада
была, что наконец-то вернулась домой! Теперь радость кончилась, —
жестко ответила она. — Скажи отцу, что я намерена во всем разобраться.
— Можешь сама это сделать, — отказалась Луиза. — Мы с отцом
целый месяц ссорились из-за тебя и теперь избегаем говорить на эту тему. Ни
малейшего желания не имею снова пережить весь этот кошмар. — Луиза
содрогнулась при одном воспоминании. — Нет, — она осторожно
коснулась плеча Мэдлин, — ты должна все решать сама, потому что в тебе
вся причина.
И в Доминике, сказала себе Мэдлин, когда Луиза ушла. Как он мог допустить,
чтобы так испортились отношения? И какая ничтожная причина!
Нужно поговорить с Вики, решила Мэдлин. И обязательно что-то предпринять еще
до свадьбы Нины. Нахмурившись, она начала набирать домашний номер Стентонов,
моля Бога, чтобы удалось застать Вики. Она застала Вики. — Я передумала
насчет нашей сегодняшней встречи, — сказала Мэдлин. — В какое
время у тебя ленч?
Не хотелось Мэдлин появляться в банке Стентона, но она пересилила себя и
поднялась на лифте на тот этаж, где располагались офисы руководства. Она
сочла логичным встретиться с Вики в ее учреждении: она ведь свободна, а
время Вики ограничено, она могла кому-то понадобиться.
Даже будучи уверена, что отец Вики и Доминик будут весь день отсутствовать,
Мэдлин чувствовала себя неуютно во вражеском стане.
Однако она хотя бы знала, что хорошо выглядит. Элегантный жаккардовый
костюм, дополненный темно-красной сумкой и такими же перчатками. Волосы
заплетены в косу. Чувство собственного достоинства, которое воспитала в ней
мать, помогало сохранять самообладание.
Четыре года назад ей и в голову не приходило думать о том, как она выглядит.
Одевалась, как ей было удобно, заразительно смеялась над тем, что казалось
ей смешным, и могла горько заплакать, потеряв шляпку. Прежняя Мэдлин порхала
по жизни беспечным мотыльком. Теперь, чтобы не уронить себя в глазах других,
она должна обдумывать каждый жест.
С непроницаемым выражением лица Мэдлин ходила, разговаривала, вела себя как
дочь человека, занимающего важное положение в финансовых кругах. Она держала
себя в руках, не позволяла себе никаких выходок. А прежняя Мэдлин могла
позволить, подумала она с горечью. Новая Мэдлин умела одеваться, сохранять
спокойствие и достоинство. И если близких удивляла и пугала эта перемена,
они тем не менее вынуждены были признать, что новая Мэдлин гораздо уместнее.
Строптивая девчонка, сбежавшая четыре года назад, вернулась и решила навести
порядок. Начнет с семьи, потом перейдет к тем, кто обидел ее. В основном это
Стентоны, исключая Вики. На самом деле — только один Стентон, и он должен
взять назад обидные слова, которые наговорил ей четыре года назад. Хотя он
все-таки вывел ее из равновесия своим неожиданным появлением вчера вечером.
Мэдлин не знала пока, как она будет действовать, знала только, что
непременно должна уладить отношения между двумя семьями и доказать всем, что
Мэдлин Гилберн больше не девчонка, а взрослая рассудительная молодая
женщина.
Двери лифта открылись. Мэдлин вышла в роскошный холл административного
отдела банка Стентона и на мгновение остановилась, собираясь с мыслями.
Она бывала здесь и раньше, приходила как к себе домой, врывалась без стука в
офис Доминика. Могла внезапно поцеловать его и снова исчезнуть.
Сейчас она сжалась при одной мысли об этом. Что за детские шалости!
Прежние стены под орех, серый ковер с длинным ворсом. Все сохранилось в
памяти — кроме улыбающейся дежурной, которая встала, чтобы приветствовать
ее.
Мэдлин кинула быстрый взгляд на ряд закрытых дверей — за ними скрывались
кабинеты директоров банка. Дверь в центре вела в кабинет Джеймса Стентона,
справа от нее — дверь в кабинет Доминика. В остальных кабинетах работали
младшие служащие. Мэдлин не знала, за какой дверью прячется Вики. Четыре
года назад Стентоны очень испугались, когда Вики выразила желание работать в
банке. Теперь все изменилось. Вики тоже, наверное, изменилась, напомнила
себе Мэдлин. Она стала старше, самостоятельнее, занимает ответственное
положение в банке.
— Мисс Стентон ожидает меня, — обратилась Мэдлин к
дежурной. — Я Мэдлин Гилберн.
Женщина добродушно улыбнулась.
— Она без конца выбегала посмотреть, не пришли ли вы. Присядьте, я
доложу, что вы здесь.
Ей не пришлось ничего говорить. Одна из дверей распахнулась, и выскочила
Виктория Стентон. Она увидела Мэдлин и замерла. Серые глаза, так похожие на
глаза брата, широко распахнулись.
У Мэдлин перехватило горло. Она смотрела в милое лицо своей лучшей подруги,
и ей хотелось плакать. Она ошибалась — Вики ничуть не изменилась.
— Мэдди, — закричала Вики. Она вновь ожила, глаза
заблестели. — Господи, это действительно ты? — И, прежде чем
Мэдлин смогла произнести хоть слово, Вики пересекла холл и бросилась
обнимать ее. — Какая же ты красивая! Мне так не хватало тебя! —
Вики поцеловала Мэдлин в щеку, отодвинулась и снова стала ее
разглядывать. — Господи, как ты изменилась! Ты выглядишь как... как...
— Взрослая женщина? — спросила Мэдлин с важностью. Вики
смутилась. — Ты тоже повзрослела. В этом костюме выглядишь опытным
администратором.
— Это рабочий костюм, — объяснила Вики. — Очень удобно, когда
сидишь на вращающемся стуле.
— Джудит, вы слышали о...
В холле повисла тяжелая тишина. Вики повернулась и в ужасе уставилась на
брата, а он, усмехаясь, не спускал глаз с лучшей подруги своей сестры.
Воздух, казалось, звенел. Мэдлин замерла, боясь даже вздохнуть.
Встреча с Домиником в ярком свете дня ничем не напоминала их встречу лунной
ночью. В холле не было ничего, за что можно было бы спрятаться от него,
укрыться от этого ужасного на нее воздействия.
Четыре года, с отчаянием думала Мэдлин. Четыре года она страдала, залечивала
раны, старалась забыть о публичном унижении. И все зря. Она поняла это
прошлой ночью. Но только теперь, столкнувшись с ним лицом к лицу при ярком
дневном свете, она окончательно убедилась, что никакое самообладание не
поможет ей справиться с его магнетическим воздействием. Единственное, о чем
она подумала сейчас, — слава Богу, она недаром провела четыре года в
Бостоне. И хотя внутри все дрожало, внешне Мэдлин оставалась спокойной и
невозмутимой.
— Привет, Доминик, — сказала она, чтобы нарушить затянувшееся
молчание. — Ты прекрасно выглядишь.
— Мэдлин, — произнес Доминик хрипло, словно не веря своим
глазам. — Ты тоже прекрасно выглядишь, — добавил он. —
Правда, стала совсем другая.
— Мэдди пригласила меня на ленч. — Голос Вики прозвучал на самых
высоких нотах. Потом она быстро заговорила о чем-то, но никто не слушал ее,
даже Джудит, с любопытством переводившая взгляд с Доминика на Мэдлин.
— Значит, ты не вернулась в Бостон, — вставил Доминик реплику в
нервную болтовню сестры.
Мэдлин почувствовала насмешку и инстинктивно вскинула голову.
— Я только вчера вернулась домой. Было бы странно сразу уезжать
обратно, не так ли? Однако, — добавила Мэдлин специально для
него, — если Англия надоест мне, я, конечно, вернусь — домой.
Доминик понял смысл последних слов и сжал губы.
— Я думала, тебя сегодня не будет, — быстро сказала Вики. —
Ты собирался на какое— то совещание.
— Я передумал, — ответил Доминик, не спуская глаз с Мэдлин. —
И рад этому, — добавил он бархатным голосом. — Один из членов
семейства Гилберн снова в нашем банке, какой сюрприз. Вики, как тебе это
удалось?
Пора прекратить это, сердито подумала Мэдлин. Она видела, как Вики
лихорадочно стиснула руки. Доминик хотел поиздеваться над ней, и бедная Вики
попала ему под руку.
Слегка вздернув подбородок, Мэдлин выдержала пристальный взгляд Доминика и
на мгновение опустила ресницы. Потом посмотрела на Вики.
— Если мы не поспешим, наш столик займут, — напомнила она подруге.
Округлившиеся от испуга глаза Вики, ее восхищенное
О!
показали, что она
вполне оценила маневр Мэдлин, сумевшей поставить Доминика на место. Она
понеслась в кабинет и быстро вернулась с сумочкой. Никто не шевельнулся.
Сохраняя внешнее самообладание, Мэдлин приветливо улыбнулась дежурной,
холодно кивнула Доминику и направилась к лифту. Ярость душила ее, только
болтовня Вики помогала сдерживаться.
— Слава Богу! — воскликнула Вики уже в кабине лифта. — Это
было ужасно!
— Неприятно, — согласилась Мэдлин.
— Вот самонадеянная свинья! — выпалила Вики. — Иногда я...
— Он был застигнут врасплох, только и всего, — сказала Мэдлин,
удивляясь, что сама же защищает Доминика.
— Застигнут врасплох, тоже мне! — возмутилась Вики. — Он
прекрасно знал, что ты придешь, я сказала ему! Взяла с него обещание, что он
уйдет! Господи, — Вики задыхалась от волнения, — я готова была
убить его!
Ленч не удался. Встреча с Домиником испортила настроение, а ссора между
семьями довершила дело.
— Это какое-то безумие, — говорила Вики. — Они не возражают
против того, что мы с тобой остались подругами. Но наши отцы не хотят иметь
никаких дел друг с другом. — Она скривилась. — Знаешь, мне было
очень трудно все эти годы. Я не смела разговаривать ни с кем из твоих
родных, иначе мои родители были бы очень недовольны. Но я не могу
отвернуться от тех, кто был всегда так добр ко мне. Поэтому я в основном
сидела дома. Никто не смог перетянуть меня на свою сторону.
— Как ты думаешь, можно их помирить? — озабоченно спросила Мэдлин.
Вики подняла голову и язвительно усмехнулась.
— Нет, пока вы с Домиником не помиритесь. Нет, нет, — быстро
заговорила Вики, заметив, что Мэдлин нахмурилась. — Я шучу.
Только... — Она вздохнула и добавила нерешительно: — Знаешь, он
раскаивался, он пытался встретиться с тобой, но...
— Не хочу ничего знать.
Пытался встретиться! Не слишком активно пытался. Мэдлин упорно не хотела
верить тому, что сказала Вики.
— Он был потрясен. Он...
— Вики, — грозно оборвала Мэдлин.
— Хорошо, ну хорошо. — Вики подняла руку. — Я только хотела
понять, вот и все. Я ничего не понимала, и никто не понимал.
— А это никого и не касалось, — решительно возразила
Мэдлин. — И не коснулось бы, если бы не затеяли эту вендетту, —
добавила она нетерпеливо.
— Все обиделись за своих отпрысков, неужели ты не понимаешь, Мэдлин? Ты
уехала в Бостон и оставила здесь разворошенное осиное гнездо. Даже Доминик
вынужден был уехать на полгода в Австралию. Ко времени его возвращения ссора
была в самом разгаре. Никто не мог помирить наших отцов.
— А Доминик пытался? — Мэдлин усмехнулась.
— Конечно, пытался. — Вики изо всех сил старалась защитить
брата. — Мы все пытались. Даже робкая Нина, дай Бог ей счастья!
— И каким же образом? — Мэдлин удивилась, что у Нины хватило
смелости вмешаться в ссору. Она всегда выбегала из комнаты, когда Мэдлин
начинала спорить с отцом.
— Нина настаивала, чтобы нас пригласили на свадьбу. Твой отец сказал,
что будет счастлив видеть меня подружкой невесты, когда Нина пойдет под
венец, а остальные Стентоны пусть убираются к черту. — Вики очень
удачно скопировала отца, но не смогла скрыть возмущения.
— Нина сама передала тебе слова отца? — Мэдлин была удивлена.
Неужели Нина так изменилась, что могла повторить что-то, неприятное для
Вики?
— Конечно же, нет! — воскликнула Вики, к облегчению Мэдлин. —
Энни, ваша экономка, передала нашей экономке. Клара просто оскорбилась за
нас.
— И ссора разгорелась еще пуще, — подытожила Мэдлин. —
Господи, как это неприятно.
— Да, действительно, много шума из ничего, — согласилась
Вики. — Конечно, я не смогу быть у Нины на свадьбе, если моих родителей
не хотят видеть.
Все было очень неприятно, и Мэдлин не видела выхода. Она рассталась с Вики,
не удовлетворенная их встречей. Несправедливо, что Вики, которая ни в чем не
виновата, лишалась возможности присутствовать на свадьбе. Мэдлин нельзя
лично пригласить ее: из-за этого могли испортиться отношения в семье Вики. А
если Вики не будет подружкой невесты на свадьбе, это будет предательством
дружбы с Мэдлин.
Проблема была неразрешимой. Вернувшись домой, Мэдлин всерьез подумала, что
нужно встретиться с Домиником. Может быть, он что-нибудь придумает.
Поэтому она не очень удивилась, когда Доминик позвонил сам.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Нам надо поговорить. Давай пообедаем вместе.
— Что-что? — Звук этого голоса соблазнял и завораживал. Мэдлин
даже не сразу поняла, о чем речь.
— Давай пообедаем вместе, — приглушенно повторил Доминик. У Мэдлин
перехватило дыхание. О, эти слова, вернувшиеся к ней через годы!.. Когда-то
он уже предлагал ей то же, тем же доверительным тоном. Может быть, он делает
это нарочно? Она не знала. — Нам надо поговорить.
— Как ты рискнул позвонить мне? — прошептала Мэдлин, озираясь в
пустом холле. Слава Богу, она одна. По счастливой случайности она сама
подошла к телефону: она ждала звонка от Перри.
— А что, отец отшлепает тебя, если узнает, что ты говорила со
мной? — спросил Доминик.
— Может быть.
Мэдлин вспомнила, как взвился отец, когда она предложила помириться со
Стентонами. Ни к чему этот разговор не привел, и только теперь она начинала
понимать, что выхода из этой ситуации нет.
— Он не даст волосу упасть с головы своей любимицы, ты это прекрасно
знаешь, — издевательски заметил Доминик. — Так как насчет обеда?
— Не могу, — прямо ответила Мэдлин. Хотела было придумать
оправдание, потом поняла, что, когда причина ясна, никаких оправданий не
требуется. — Говоря откровенно, и не хочу.
— Говоря откровенно, — передразнил ее Доминик. — Не думаю,
чтобы у нас был слишком большой выбор. Или ты хочешь еще больше обидеть
Вики? Она и так расстроилась из-за свадьбы Нины.
— Хорошо, допускаю, надо что-то делать и только мы и можем тут
помочь, — согласилась Мэдлин и спокойно добавила: — Но я не готова
сыграть с тобой еще одну партию, Доминик.
— Нет? — вкрадчиво промурлыкал он. — Ай-яй, какие мы стали.
Раньше-то мы находили удовольствие в том, чтобы мучить друг друга.
— Теперь мне это не нравится, — холодно ответила Мэдлин, задетая
намеком на их ссору четыре года назад.
— Когда мы встретимся? — прямо спросил Доминик, очевидно решив,
что не стоит больше дразнить ее.
Никогда, если бы это от меня зависело, подумала Мэдлин, а вслух сказала:
— Не раньше следующей недели. Сегодня пятница, а уикенд у меня занят.
— Вечер у Лэсситеров?
— Да.
— Мы можем встретиться там, — предложил Доминик. — Знаешь,
найдем укромное местечко и обсудим наши...
Мэдлин закрыла глаза. Сердце у нее забилось, кровь запульсировала в жилах.
Она вспомнила, как любила подобные приключения. Может быть, он сделал такое
дикое предложение, лихорадочно соображала она, потому что догадывается: в
глубине души она осталась такой же сумасбродкой.
Однако теперь она стала осторожной.
— Мне очень жаль, — сказала она, — но моему спутнику вряд ли
понравится, если я куда-нибудь улизну.
— Спутнику? — Мэдлин с удовлетворением отметила, что в голосе
Доминика появились резкие нотки. — Какому спутнику?
— Я привезла его из Бостона, — спокойно ответила она. — Это
Перри Линберг.
— А-а, — равнодушно протянул Доминик, делая вид, что не знает, кто
такой Перри. Однако Мэдлин была уверена: если Вики знает о Перри, то Доминик
наверняка слышал о нем.
— Сын и наследник Байрона Линберга, — пояснила Мэдлин. Похоже, на
Доминика это произвело впечатление.
— Так мы вращаемся теперь в таких кругах? Поздравляю.
— Благодарю. — Она не попалась на крючок. И Доминик явно признал
это. Он коротко вздохнул и пробормотал что-то невнятное. Мэдлин затрепетала.
— Тогда обед на следующей неделе, — сказал Доминик уже серьезным
тоном.
— Нет-нет, только не обед, — отказалась Мэдлин. — Не думаю,
что...
— Хорошо, значит, ленч в Лондоне, — категорически заявил Доминик.
— Нет. — Мэдлин прикусила нижнюю губу. — Доминик, я...
— Ну, так просто выпьем чего-нибудь, — настаивал он. — Давай
встретимся вечером в Ньюбери и выпьем...
— Доминик, — мягко прервала его Мэдлин. Именно сегодня ей не
хотелось обижать его. — Ты должен понять, я не могу встречаться с тобой
наедине. Цена слишком высока.
— Какая цена? — Его гнев как бичом хлестнул ее, и она съежилась,
понимая, что у него были все основания выйти из себя. — Что плохого в
том, что ты встретишься со мной? По-моему, я не заразный.
— Я вовсе не говорю, что ты...
— Ну смотри. — Доминик глубоко вздохнул, стараясь сдержать
раздражение. — Мы встретимся, Мэдлин, и пообедаем вместе. Или сегодня
вечером я заявлюсь к вам домой. Что лучше — цивилизованный обед вдвоем или
грубая ссора у тебя дома в присутствии родственников? — спросил он.
— Конечно, обед, — нехотя согласилась Мэдлин. Ей даже не пришло в
голову, что Доминик просто запугивает ее. Он был способен осуществить все
свои угрозы.
— Где? — Вопрос прозвучал как выстрел.
— В Ньюбери. Хотя нет, это слишком близко к дому. В среду на следующей
неделе я буду в Лондоне, на примерке платья. Потом можно найти благовидный
предлог и остаться вечером в Лондоне. Нина вернется одна. Она должна
встретиться с Чарлзом, поэтому в городе не останется. По крайней мере нас не
узнают, — добавила Мэдлин.
— Я готов встретиться с тобой где угодно и в присутствии кого
угодно, — мрачно заявил Доминик. — С каких это пор ты стала беречь
свою репутацию?
Перри приехал в субботу на красной спортивной машине
лотус
. Мэдлин
встретила его на подъездной дорожке и крепко обняла.
— Как это мило с твоей стороны, — сказал Перри, улыбаясь. —
Но почему у тебя такой безнадежный вид?
— О... — Мэдлин покачала головой. — Тут немножко напряженная
обстановка, только и всего! — Она взяла его под руку, чтобы проводить в
дом. — После долгого отсутствия я чувствую себя здесь гостьей.
— Отлично! — воскликнул Перри. — Вот и чувствуй себя гостьей.
Тогда тебе не захочется остаться здесь надолго и ты вернешься домой, в
Бостон.
— А зачем? — лукаво спросила Мэдлин. — Тебе будет не хватать
меня, когда ты вернешься?
— Ты ведь знаешь. — Перри крепче прижал ее руку. — Если я
вообще решу вернуться без тебя, — добавил он многозначительно.
— А как же твоя любимая Кристина? — напомнила Мэдлин. —
Думаю, ей не понравится, если ты вернешься в Бостон под руку со мной.
— Кристина все знает, — холодно сказал Перри, но его ответ не мог
обмануть Мэдлин.
Она прекрасно знала, что Перри использует ее как защиту от красивой,
избалованной Кристины ван Нейлсон. И Мэдлин, и Перри пережили душевную
травму. Это и притягивало их друг к другу. Мэдлин Кристина не нравилась, но
она могла понять Перри. Кристина принадлежала к одному из самых знатных
семейств Америки и была очень красива — высокая, стройная, с отливающими
золотом роскошными волосами. Миллиарды отца позволяли ей иметь все, что она
захочет. Она была избалована сверх меры.
Кристина захотела иметь Перри рядом с собой.
Но она хотела иметь его на свой собственный манер — он не должен был
работать и зарабатывать на жизнь. Она не учла, что Перри обладает врожденным
чувством ответственности. Кристина поставила категорическое условие: забыть
о долге перед семьей. Кроме того, она требовала вести рассеянный светский
образ жизни, к которому привыкла. Только так! Кристина проиграла, но сердце
Перри было разбито.
Трудно сказать, как было с сердцем красавицы Кристины, но ей определенно не
нравилась тесная дружба между Перри и Мэдлин. Вероятно, в ней говорило
оскорбленное чувство собственника.
— А Форман не принял приглашения отца и не приехал, — заметила
Мэдлин, благоразумно меняя тему разговора.
— Он в Брюсселе, — ответил Перри.&nbs
...Закладка в соц.сетях
