Жанр: Любовные романы
Изумрудный остров
...ть. Дело в том, что ни один из нас не видит картину в целом. Все мы
разбиты на группы. Я один знаю всех в своей группе, члены же группы
практически никого из своих товарищей не знают. Как не знают и членов других
групп. Я связан с руководителем групп в Дублине, но не знаю руководителей в
других городах. Все эти меры конспирации разработаны исключительно ради
нашей же безопасности. Даже если кто-то решит предать нас, передав
информацию полицейским ищейкам, он не сможет погубить много людей и уж точно
не уничтожит всю организацию. Чтобы спасти остальных, будет достаточно
просто прервать все контакты. Так что я просто выполняю то, что мне
приказывают. О многом я догадываюсь, но держу свои мысли при себе. Ты
поняла?
— Да, я поняла, — тихо, низко опустив голову, сказала Роззи.
— Вот и отлично. Теперь давай разберемся с твоей легендой. Ты приехала
в Дублин исключительно с целью вступить в права наследования. Ты еще не
имеешь ни малейшего понятия о том, что будешь делать с наследством дальше.
Мало того, ты собираешься вернуться в США, как только истечет срок твоего
отпуска. Не стоит привлекать к себе излишнее внимание властей. Ты же должна
понять: если ты будешь добиваться вида на жительство, тебя начнут проверять.
А в нашей с тобой ситуации лучше всего держаться как можно дальше от
бдительного ока властей. Так что отдыхай, решай свои вопросы и постарайся не
думать о работе хотя бы эти три недели.
— А почему это называется легендой? Ведь я действительно приехала в
Дублин для того, чтобы вступить в права наследования и отдохнуть.
— Лучшая легенда та, что самая правдивая, — нравоучительно изрек
Девлин. — Больше у тебя нет никаких вопросов или сомнений?
Роззи тяжело вздохнула.
— Я все поняла и больше не буду пытаться навязать тебе свое мнение.
— Свое мнение ты даже должна высказывать. Я не Господь Бог, как и мой
начальник. Мы тоже можем быть не правы. Мнение высказывать ты можешь, но
приказы должна выполнять неукоснительно. Так у тебя есть вопросы?
— Да. А когда мой отпуск закончится? Что я буду делать потом?
— Это мы решим через три недели. Я думаю, что ты вылетишь обратно в
Бостон, а потом из другого аэропорта, через Лондон, вернешься к нам.
Понимаешь, Роззи, три недели очень большой срок для нашей организации. Мы
живем словно на вулкане, и у нас нет сейсмологов, которые бы предсказали,
когда произойдет извержение. Если мне позволят принять тебя в организацию,
ты можешь понадобиться где-то в другом месте. Так что думать о работе тебе
пока не стоит.
— Но я же не могу оставаться безработной!
— Никто и не говорит этого. Если честно, сейчас я не знаю, как тебя с
твоими способностями можно лучше использовать для нашего дела. Как только мы
поймем, где ты принесешь большую пользу, мы сразу же сообщим тебе об этом.
Конечно, при условии, что мой руководитель сочтет целесообразным принять
тебя в наши ряды.
— Я все поняла. — Роззи покорно кивнула.
— Тогда едем знакомиться с миссис Макгваэр?
— Едем!
Миссис Макгваэр оказалась пожилой и весьма суровой особой. Роззи тут же была
ознакомлена с целым сводом правил относительно того, что ей можно, а что
нельзя делать в пансионе миссис Макгваэр.
— И запомните, милочка, никаких мужчин! — напоследок припечатала грозная миссис Макгваэр.
Роззи стремительно покраснела.
— Впрочем, мне кажется, вы не из тех, кто имеет склонность к случайным
связям. Кстати, будьте осторожнее с Девлином — студентом он был знатный
сердцеед! Не уверена, что с тех пор он хоть чуть-чуть изменился.
К удивлению Роззи, эти слова миссис Макгваэр сказала с теплой улыбкой.
Кажется, Девлин давно очаровал суровую хозяйку пансиона.
— Мне он показался очень достойным молодым человеком, — призналась
Роззи.
— Да, мистер Маллет очень достойный молодой человек, но все же будьте
осторожнее!
Миссис Макгваэр усмехнулась и вышла из комнаты, оставив свою новую постоялицу наедине с ее мыслями.
Сердцеед? — удивленно подумала Роззи. Недоверчиво покачав головой, она
принялась распаковывать чемодан и развешивать одежду в большом шкафу.
Комната — светлая и солнечная — очень понравилась Роззи. И она в который раз
за сегодняшний день порадовалась тому, что встретила Девлина. Кто знает, где
бы она сейчас оказалась, если бы принялась сама искать гостиницу? Скорее
всего, в шумном центре с окнами на дорогу.
А так из окна Роззи видела совсем немного крыш и берег реки. Огненный диск
солнца падал за крыши домов.
Это прекрасная земля, подумала Роззи, прекрасная и несчастная. Я помогу ей,
я сделаю все, что только в моих силах.
Несколько дней Роззи по совету Девлина занималась исключительно своим
наследством. Она даже успела немного познакомиться с городом, пока блуждала
в поисках конторы поверенного своего дальнего родственника.
Как оказалось, никаких проблем со вступлением в права наследования не
возникло, и уже через три дня Роззи оформила все документы в магистрате.
Своим домом она осталась очень довольна: двухэтажное строение находилось
неподалеку от центра Дублина. Внутри дом оказался очень удобным, с большими
окнами и светлыми комнатами, он словно был создан для спокойной и тихой
семейной жизни.
Настоящий камин в гостиной, беленые потолки с потемневшими от времени
балками, глубокие ниши в самых неожиданных местах привели Роззи в восторг.
Даже небольшой заросший сад за домом показался ей самым чудесным садом на
планете: каменная изгородь, увитая плющом, клумбы с какими-то неизвестными
Роззи цветами, дорожки, выложенные камнями с пробивающимися
травинками, — все было загадочным и чудесным и в то же время отчего-то
знакомым. Роззи даже казалось, что когда-то она уже была в этом доме, играла
в саду. А может быть, ей просто снился именно этот дом и этот сад?
Воспоминания детства иногда перемежаются такими яркими снами, что невозможно
отличить, где сон, а где явь.
Роззи всерьез задумалась о том, чтобы переехать в этот дом. И если бы она
догадалась попросить у Девлина какой-нибудь телефон для связи, чтобы
сообщить свой новый адрес, она бы, не задумываясь, съехала от миссис
Макгваэр, оказавшейся, впрочем, довольно приятной женщиной.
Но Роззи ждала Девлина. Уже три вечера подряд она спрашивала у своей
хозяйки, не приходила ли почта на ее имя, не просили ли что-нибудь передать
ей на словах... Но каждый раз миссис Макгваэр лишь качала головой: ничего
для мисс Роззи Трамбл никто не передавал.
Роззи уже начало казаться, будто встреча с Девлином была сном, таким же, как
и сны о старом новом доме. На четвертый вечер она по возвращении в пансион
как всегда получила отрицательный ответ на свой вопрос и, отказавшись от
ужина, поднялась к себе в комнату.
Роззи медленно закрыла за собой дверь и тяжело вздохнула. Зачем ей дом,
зачем какая-то лесопилка, которую она еще и в глаза не видела, если рядом
нет единственного нужного ей человека? Сколько же можно ждать? Но ведь она
даже не знает, где его искать...
— Тебе нужно научиться терпеливо ждать. Это будет твое первое задание.
Роззи вздрогнула, но тут же ее сердце радостно забилось.
— Девлин! — радостно вскрикнула она и бросилась на шею человеку,
который стал для нее сном наяву. А может быть, он превратил все самые
хорошие сны Роззи в явь?
— Прости, я не мог прийти раньше.
— Что вы решили? — спросила Роззи, и на этот раз ее сердце ухнуло
вниз.
— Надень что-нибудь более удобное, чем эти твои безумные каблуки. Нам
сегодня предстоит небольшая ночная прогулка.
4
Мелкая противная дрожь, похожая на холодные склизкие пальцы, пробиралась
вдоль позвоночника Роззи, медленно поднимаясь к горлу. Роззи сглотнула и
постаралась успокоиться. Но темнота и странные возгласы на незнакомом языке
лишь усиливали страх.
Просил же меня Джейсон ни во что не впутываться! — уже в который раз за
последние полчаса подумала Роззи. Словно чувствовал!
В пансионе Девлин дал ей пять минут на переодевание и усадил в машину. Роззи
не знала, куда они едут, из-за темноты, быстро опустившейся на город, она
даже не могла прочитать названия улиц. А Девлин все кружил и кружил по
Дублину, пока наконец не остановился возле какого-то совершенно заброшенного
на вид здания.
Он приказным тоном велел своей спутнице выйти из машины. Уже порядком
испуганная Роззи беспрекословно подчинилась. У нее даже не хватило смелости,
чтобы просто спросить, куда же они приехали.
— Я должен завязать тебе глаза. Пока ты не член нашей организации, ты
не имеешь права ничего видеть.
Роззи сглотнула и уже хотела открыть рот, чтобы отказаться от всей этой
затеи, но Девлин ее опередил.
— Дороги назад нет, Роззи. Ты или пройдешь посвящение, или... — Он
не окончил фразу, разумно полагая, что продолжение и не требуется.
Роззи еще раз сглотнула. Ей очень хотелось верить, что второе
или
означает
не то, о чем она подумала, а что-то другое, например, что ее посадят в
первый же самолет, направляющийся в Соединенные Штаты, и велят больше
никогда и носу не казать в Ирландию.
Девлин достал из кармана большой черный платок и завязал Роззи глаза.
— Не бойся, все будет хорошо, никто не причинит тебе вреда, —
прошептал он ей на ухо, и Роззи сразу стало легче. — И помни, я рядом с
тобой.
Но сейчас, стоя с завязанными глазами, слыша вокруг странную непонятную
речь, Роззи уже не хотела безоговорочно доверять Девлину. Она боялась и этих
голосов, гулко отдававшихся от стен, и этих странных прикосновений
сквозняка, и потрескивания сгорающих свечей.
В одном Девлин прав: отступать поздно, обреченно подумала Роззи.
Но вдруг стало тихо.
— Роззи Трамбл, ты пришла сюда по своему желанию? — неожиданно
обратился к ней кто-то.
— Д-да, — заикаясь, ответила она.
Хор голосов где-то в отдалении подхватил:
— Это было мое желание.
— Роззи Трамбл, ты хочешь стать защитницей угнетенного народа эриннах?
Ей очень хотелось спросить, кто такие эриннах, но она не решилась, понимая,
что это будет нарушение церемонии. Поэтому Роззи просто сказала:
— Да.
И вновь хор развернул ее короткое
да
в подробный ответ:
— Я хочу защищать угнетенный народ эриннах.
— Роззи Трамбл, ты готова отдать жизнь за правое дело, отдать ее за
свободу своего народа?
— Я готова, — уже окрепшим голосом сказала Роззи.
Она почти освоилась и уже не так боялась. Судя по всему, сейчас ее примут в
ряды Ирландской республиканской армии, и весь этот кошмар закончится.
Несмотря на то что ответ Роззи на этот раз нельзя было назвать односложным,
хор все же подхватил:
— Я отдам жизнь за свободу эриннах.
— Роззи Трамбл, — последовал очередной вопрос, — ты даешь
клятву хранить в тайне все, что услышишь, увидишь здесь или о чем просто
догадаешься?
Эта странная формулировка поразила Роззи, но вновь она не решилась нарушать
ход церемонии.
— Клянусь.
— Я клянусь хранить в тайне все, что я услышу, увижу или о чем
догадаюсь. — Роззи уже порядком надоело подпевание хора, но не она
придумала эту традицию, и не ей ее нарушать.
— Роззи Трамбл, клянешься ли ты держать в тайне имена, приметы и
псевдонимы своих товарищей, даже если тебе будут угрожать или пытать?
На этот Роззи вовсе не хотелось клясться, но она искренне надеялась, что ей
никогда не придется вспоминать об этой части клятвы.
— Клянусь, — просто ответила она, позволяя хору развернуть этот
ответ в полное предложение.
— Клянусь держать в тайне имена, приметы и псевдонимы моих товарищей,
чем бы мне ни угрожали и как бы меня ни пытали.
— Так стань же нашей сестрой не по крови, но по вере!
Кто-то сорвал с Роззи повязку. Она ошеломленно заморгала. Неяркий свет
свечей после долгой темноты резал глаза, но Роззи успела увидеть широкую
спину, седые волосы и странную татуировку на шее у человека, который только
что (она могла судить об этом по тому, откуда доносился голос) расспрашивал
ее.
— Ну вот и все! — довольно сказал Девлин, закрывая от Роззи этого
странного человека.
— А кто это был? — спросила она, потирая глаза и изо всех сил
стараясь рассмотреть странного человека.
— Это был глава ячеек Дублина. Можешь так не тянуть шею, он все равно в
маске. — Девлин весело усмехнулся. — Никто не должен видеть его
лицо, даже я. И бедняге приходится постоянно носить эту маску, ведь только
он может принимать в братство новых людей.
— Вот как... — удивленно протянула Роззи, но интереса к этой
колоритной фигуре не потеряла.
— Ты отлично держалась сегодня! — похвалил ее Девлин.
Роззи зарделась, ей было приятно. Она уже начала забывать о только что
пережитом страхе.
— Ты все правильно делала, — продолжал Девлин, — и наш глава
остался доволен тобой. Добро пожаловать в братство, Роззи Трамбл!
Роззи облегченно улыбнулась. Как хорошо, что все осталось позади. Ну и
натерпелась она сегодня страху!
— А что мне теперь-то делать? — спросила она Девлина.
— Для начала мы пойдем отметим в одном чудном пабе неподалеку твое
вступление в наше братство. Познакомишься с товарищами. Они все чудесные
ребята и обязательно тебе понравятся. А если ты будешь честно следовать
своей клятве, скоро они станут для тебя ближе, чем родная семья.
Нельзя сказать, чтобы Роззи обрадовалась, но тут Девлин осторожно положил
руку ей на талию, и Роззи сразу же забыла обо всем на свете. Она просто
теряла голову, когда Девлин был рядом!
— Сегодня ночью мы будем отдыхать и веселиться. Ведь каждый новый член
нашей организации — это маленькая победа над англичанами. А раз это победа,
ее нужно отметить как следует! — Девлин вдруг игриво улыбнулся и
подмигнул Роззи, но тут же вновь стал серьезным. — А завтра утром я
тебе расскажу о твоем первом задании.
Не сказать чтобы Роззи не понравились ее новые товарищи, но и желание
поменять своих родных на этих странных угрюмых мужчин у нее не возникло. Как
не возникло желания еще раз прийти в паб, где отмечали ее посвящение.
Роззи зарабатывала, возможно, и не слишком много, но вполне достаточно,
чтобы избегать мест, подобных этому пабу. Она и представить себе не могла,
что в пабе могут быть грязные столы и плохо вымытая посуда! А уж о качестве
спиртного и закусок и говорить не стоит.
Но Роззи мужественно выдержала два часа в этом отвратительном баре только
потому, что рядом с ней был Девлин, которого все вполне устраивало. И когда
какой-то нетрезвый посетитель споткнулся и, падая, попытался облапить Роззи,
Девлин грубо оттолкнул его и извиняющимся тоном сказал своей спутнице:
— Здесь нет камер наблюдения, поэтому мы и собираемся здесь вместе.
Роззи кивнула, но желание быстрее уйти отсюда у нее не пропало.
Утро оказалось таким же отвратительным, как и ночь. Роззи проснулась с
больной головой и стойким ощущением, что вчера она съела что-то осклизлое и
это что-то изо всех сил рвется на свободу.
Кажется, я отравилась, обреченно подумала Роззи и отправилась в ванную
оказывать себе первую медицинскую помощь.
Только к полудню она пришла в себя настолько, чтобы вымыть голову,
причесаться и наложить макияж.
Роззи отдавала себе отчет в том, что она совсем не красавица — в
общепринятом смысле этого слова. У нее были очаровательные голубые глаза,
вьющиеся золотисто-пепельные волосы и пухлые губы, на этом список своих
достоинств Роззи заканчивала. Средний рост она так и не смогла осознать как
достоинство, а не недостаток, хотя на ее приятные пышные формы
засматривались все без исключения мужчины. Маленький носик на широком лице и
румяные щечки делали Роззи похожей на фарфоровую куклу, и она часто шутила,
что дети именно потому к ней и тянутся.
Закончив макияж, Роззи отправилась на прогулку — так ей было легче
дожидаться Девлина, время летело быстрее, чем если сидеть в четырех стенах.
Встреч с ним она ждала с нетерпением. С каждым днем он становился ей все
нужнее, с каждым часом потребность в его присутствии рядом перерастала в какое-
то маниакальное желание.
Роззи уже начала понимать, что за Девлином она последует и на край света,
если только он попросит ее об этом. Это чувство было новым и таким острым,
что Роззи даже в долгих беседах с собой не решалась дать ему определение. То
ли боясь последствий, то ли остерегаясь неверных выводов.
Когда Роззи подошла к пансиону, машина Девлина уже стояла под окнами и сам
он радостно махал Роззи рукой.
— Привет. Ходила по делам? — спросил Девлин, целуя Роззи в румяную
щеку.
— Нет, просто гуляла. Мне очень нравится гулять по Дублину. Никогда бы
не подумала, что смогу так быстро полюбить этот город. А я еще ехать не
хотела!
Роззи усмехнулась, вспомнив, как Джейсон чуть ли не силой выпроваживал ее из
дому.
— Как ты смотришь на то, чтобы продолжить прогулку? Или ты
проголодалась?
Роззи стало плохо от одной лишь мысли о еде.
— Нет, пожалуй, я лучше осмотрю еще какую-нибудь
достопримечательность, — пробормотала она.
— Тогда садись в машину.
Девлин помог Роззи сесть в машину и, заведя мотор, принялся болтать о всяких
глупостях. Роззи удивленно смотрела на него, ведь вчера ночью Девлин обещал,
что расскажет ей о первом задании, и тут вдруг всякие байки о жизни
знаменитых горожан Дублина!
Лишь когда они выехали за черту города, Девлин остановил машину на обочине
и, внимательно осмотревшись, заговорил о деле.
— Я долго уговаривал своего начальника провести для тебя обряд
посвящения. Он не решался принять тебя в ряды нашей организации по многим
причинам.
— Потому что я женщина? — с вызовом спросила Роззи.
— Иногда я понимаю, почему именно в Америке зародился феминизм! —
Девлин тяжело вздохнул и укоризненно посмотрел на Роззи. — В нашей
организации много женщин — борцов за свободу Ирландии. Лично мне все равно,
какого пола или возраста боец Республиканской армии, главное, чтобы он был
честным и преданным товарищем, и тогда мы победим. А кто может быть
преданнее и надежнее женщины?
— Почему же я ни одной не видела? — удивилась Роззи.
— Задачи моей ячейки не соответствуют возможностям большинства женщин.
— Чем же ты занимаешься?
— Я боевик.
Роззи вздрогнула и непонимающе уставилась на Девлина.
— Не волнуйся, я не убиваю людей. Мы устраиваем террористические акты.
Но мы стремимся к тому, чтобы в них никто не пострадал. Ты, наверное,
слышала о серии взрывов на автобусных остановках в Белфасте?
Роззи отрицательно покачала головой.
— Ах ну да, ты же совсем недавно приехала! — опомнился
Девлин. — А мне кажется, что я тебя знаю всю жизнь. Так вот, от этих
взрывов, а их было восемь, не пострадал ни один человек! Мы продумываем
каждую мелочь, нам не нужно, чтобы гибли безвинные люди, мы не монстры,
какими нас стараются представить власти. Мы просто боремся за свою свободу,
как можем.
Роззи промолчала, хотя у нее на языке вертелось множество вопросов. А что,
если вы не сможете учесть всех факторов? Что, если к автобусной остановке
подбежит ребенок, у которого укатился мячик? Или старушка присядет на
скамеечку передохнуть?
— Понимаешь теперь, почему женщин в моей ячейке нет?
— Да, понимаю. — Роззи немного подумала и удивленно добавила: — Но
ведь меня вы приняли?
— Дело в том, что сейчас мы переходим на новый виток. Мы перестанем
заниматься взрывами на остановках, в парках и тому подобное. Сколько же
можно пугать голубей? — Увидев испуг на лице Роззи, Девлин даже немного
рассердился. — Да прекрати ты подозревать меня бог знает в чем! Я не
убил ни одного человека и не собираюсь брать на душу такой грех! Мы
придумали новую акцию! Клянусь тебе, что ни один человек не пострадает. Если
бы мог, я бы сейчас же рассказал тебе все, но я не могу нарушать правила
нашей организации, это ведь тоже предательство.
— Конечно, прости, что я плохо подумала о тебе, — пробормотала
Роззи.
Ей было стыдно за себя: как только она могла предположить, что Девлин
способен на убийство?! Девлин, такой мягкий, такой ранимый, такой
доверчивый, и вдруг — убийца. Нет, кто угодно, только не он.
— Ничего, я уже привык, что о нас плохо думают, — легко отмахнулся он от извинений Роззи.
— Но ведь я теперь тоже одна из вас!
— Верно. И, раз ты одна из нас, ты получишь первое задание. Кстати,
сразу поймешь, почему мне удалось получить согласие на твое посвящение
именно в моей ячейке.
Роззи устроилась удобнее, чтобы не пропустить ни слова.
— Как ты понимаешь, полиция уже давно копает под нашу организацию.
Наших товарищей часто арестовывают, пытаются выбить из них признательные
показания, по подложным обвинениям сажают в тюрьмы.
Роззи сразу же стало жалко всех, с кем она познакомилась вчера ночью. Пусть
они показались ей не слишком симпатичными, но ведь они борются и страдают
ради правого дела. И любой, даже Девлин, может попасть в лапы полиции!
— Не бойся за меня, — покровительственным тоном сказал Девлин,
правильно истолковав выражение лица Роззи. — Я достаточно осторожен,
чтобы не попасться в руки ищеек. Но в последнее время к нам в организацию
часто засылают лазутчиков. И мы решили ответить полиции тем же. Нам очень
нужно знать о каждом шаге одного копа. Его зовут Эван Адамсон, и он уже
много лет копает под нас. Я чувствую, что он загоняет нас в силки, чувствую,
что он уже взял след и идет теперь по нему, как настоящая гончая. Мы должны
знать о каждом его вздохе, о каждой его мысли, мы должны знать о нем всё. И
вот тут-то ты нам и пригодишься, Роззи.
— Но как?! — изумилась она.
— Все элементарно, моя дорогая. — Девлин усмехнулся. — Ты
должна будешь войти в доверие к детективу Адамсону. Ты станешь для него
незаменимой, заставишь его рассказывать тебе обо всем, что происходит с ним
каждый день, каждый час.
— Но как же я смогу это сделать? Я ведь никогда не работала в полиции
или в спецслужбах, я даже фильмы о них не смотрела, если не считать
Людей в
черном
. Но он мне не кажется достоверным источником информации. Я боюсь,
что подведу вас.
— Не нужно бояться, у нас есть люди, которые уже все продумали. Ты
легко сможешь добиться от детектива всего, чего только захочешь. У тебя
получится, Роззи, я знаю.
— Все равно, Девлин, я не понимаю как!
— Очень просто, Роззи. Очаруй его.
— Очаровать?.. — пробормотала пораженная Роззи.
Она ожидала чего угодно, но только не этого!
— Ты не догадываешься, насколько ты мила и привлекательна, Роззи. Не
представляешь, каким подарком судьбы ты будешь для мужчины, который сорвет
бутон твоей любви.
Девлин вдруг приблизился к ней, и Роззи замерла в ожидании поцелуя. Она уже
несколько дней жила только воспоминаниями о том напоре, о той страсти, с
которой целовал ее Девлин в первый раз. Она мечтала вновь испытать эти
удивительные чувства, вновь отдаться на волю штормового ветра и нестись
безразлично куда, лишь бы рядом с Девлином.
— Ты даже не представляешь, — повторил он, почти касаясь ее губ
губами.
Роззи задрожала и закрыла глаза.
Девлин осторожно провел пальцем по тонкой коже шеи, слегка коснулся высоких
скул, чуть задержался у уголка приоткрытых припухших губ.
— Ты сделаешь это ради меня, Роззи? — прошептал он.
Она разочарованно открыла глаза. Она-то ждала поцелуя, объятий, страстных
признаний, а Девлин вновь начал говорить о ее первом задании.
— Я сделаю все, что ты попросишь, — неожиданно для себя ответила
Роззи.
— Тогда заставь этого Адамсона влюбиться в тебя, заставь его забыть обо
всем на свете, кроме твоих удивительных сверкающих чистотой и невинностью
глаз.
Девлин вновь приблизился к ней, и на этот раз был шторм, была гроза и буря.
Роззи тонула в пучине и поднималась к свету, чтобы вновь утонуть.
Она не знала, сколько времени длился этот поцелуй, но ей казалось, что
прошла вечность, прежде чем Девлин оторвался от ее губ.
— Ты удивительная, удивительная... &m
...Закладка в соц.сетях
