Жанр: Любовные романы
Продается поместье с невестой
... Ричарда, входящего в чайный
домик, и перехватила его озабоченный взгляд.
Внезапно, к ужасу Труди, лица праздных зевак стали расплываться у нее перед
глазами, а стулья и столы закружились в танце. Духота, царившая в чайном
домике, и волнительные события сегодняшнего утра дали о себе знать.
Неужели
я падаю в обморок?
— пронеслось у нее в голове. Ричард уже подошел к ним,
сквозь пелену черного тумана Труди еще различала его лицо и лицо Клайва, на
которых ясно читалось беспокойство. Уже теряя сознание, девушка увидела, что
Клайв бросился вперед, крича:
Я о ней позабочусь!
— и подхватил ее на
руки. Последнее, что она помнила, — его склонившееся над ней лицо.
Когда Труди очнулась сидящей на стуле в чайном домике, Клайв прижимал ей к
губам стакан воды. Вспомнив о Ричарде, девушка беспокойно огляделась.
Клайв мягко остановил ее:
— Не волнуйтесь о вашем возлюбленном. Мы несколько разошлись в мнениях
по поводу того, кто должен возвратить вас к жизни. Я победил, а он
ретировался в дурном расположении духа.
— Вы всегда побеждаете, не так ли? — спросила девушка слабым
голосом.
Он безразлично кивнул:
— Обычно да.
Поняв, что у Ричарда не было подходящего случая высказать Клайву
недовольство, Труди расслабилась. Она откинулась на спинку стула, затем
быстро спросила:
— Что вы подразумеваете под фразой
несколько разошлись во мнениях
? Вы
с Ричардом не... — Она замолчала.
— ...Не выясняли отношения с помощью кулаков? Почему же мы должны были
это делать, воробушек? — В глазах Клайва читалась насмешка, Труди
потупилась. Так и не получив ее ответа, он спокойно продолжил: — Я давно
распознал в Ричарде признаки нарастающего недовольства, а по взгляду,
который он бросил на вас, едва появившись в чайном домике, понял, что он
собирается довести дело до развязки. Между прочим, обстановка сельского
праздника вряд ли подходит для великого противостояния.
К собственному удивлению, при этих словах Труди рассмеялась. Но, вспомнив о
своей воспитаннице, твердо спросила:
— Как насчет Люсиль?
На лицо молодого человека тут же вернулось привычное суровое выражение.
— Валери отвезла ее на
Мызу
. В самоваре нашли пастельный мелок
Люсиль. Валери сказала, что видела, как девочка возилась у самовара. Леди
Восток повела себя столь враждебно, что не было и речи о том, чтобы моя
племянница осталась на празднике, Валери вызвалась отвезти ее домой.
— Пастельный мелок? — задумчиво повторила Труди, припоминая, что
неоднократно делала девочке замечания по поводу разбрасывания мелков по
всему дому. — Так или иначе, я не верю в причастность Люсиль к
происшедшему, — твердо произнесла она. — Помните тот случай с
бассейном в школе Элмкрест? Тогда девочка признала свою вину!
— Вы забываете, — сухо ответил молодой человек, — что в то
время ее целью было как можно скорее покинуть Элмкрест. Здесь совсем другое
дело. Полагаю, Люсиль удовлетворена, к тому же она очень любит Валери.
— Да, знаю, — согласилась Труди, — Валери для нее словно
волшебная принцесса, прекрасная и чарующая.
— Бедный воробушек, так вы считаете, что, имея нарядное оперение, вы
смогли бы покорить холодное сердечко Люсиль? — В его голосе звучала
такая теплота, а взгляд лучился таким пониманием, что сердце Труди забилось
быстрее от переполнивших душу эмоций.
— Мне лучше вернуться к Люсиль, — поспешно произнесла девушка.
Клайв помог ей подняться на ноги. Когда они шли мимо палаток к машине, Труди
ловила на себе любопытные взгляды, а мисс Оскотт, покинув свой прилавок,
устремилась к ним.
— Бедняжка моя! — ворковала старушка, пристально всматриваясь в
бледное лицо Труди. — Какое ужасное происшествие, и именно тогда, когда
ты отвечала за ребенка. Но этого следовало ожидать, правда? — добавила
она.
— А вы, как я вижу, отлично обо всем осведомлены, — раздраженно
произнес Клайв.
Мисс Оскотт, не подозревая, что на нее надвигается буря, самодовольно
ухмыльнулась:
— Естественно, я не могла не заметить суматоху вокруг чайного домика, а
потом пришла леди Восток и
все мне рассказала.
Бедняжка, мне так жаль ее. Ее репутация
запятнана. Вы
же понимаете, о чем я говорю?
— Нет, не понимаю, — грубо ответил Клайв. — Вы меня очень
обяжете, если посторонитесь и разрешите нам пройти. Я считаю вас крайне
надоедливой особой, вмешивающейся не в свое дело.
Мисс Оскотт была шокирована.
— Боже мой! — Труди без сил рухнула на сиденье, слабо
посмеиваясь. — Как жаль, что у меня не хватало мужества сказать ей это
давным-давно!
Клайв ухмыльнулся и принялся заводить машину.
— Если бы вы это сделали, я не испытывал бы к вам такой симпатии.
Воинственные женщины раздражают меня.
Некоторое время оба молчали, затем девушка робко произнесла:
— Мне так жаль, что вы разочаровались в Лю-силь. Я знаю, как сильно вы
хотите, чтобы у нее все было хорошо.
Клайв долго не отвечал, Труди посмотрела на него с беспокойством. Наконец он
ответил:
— Будем надеяться, что инцидент с самоваром скоро забудется, однако,
боюсь, мисс Оскотт и ей подобные еще долго будут сплетничать об этом. Вы
должны понять, Люсиль нельзя доверять. Она по-прежнему остается маленькой
бунтаркой, за которой нужно зорко приглядывать.
— Я так не думаю, — уклончиво произнесла девушка.
Клайв внимательно следил за дорогой, Труди вдруг с ужасом поняла, что его
вывод об отношении жителей Маркет-Брэдбери к девочке после ее выходки
правилен. Их маленький городок чрезвычайно подвержен предрассудкам.
Девушка изо всех сил напрягала память, стараясь припомнить, кто еще, помимо
ее воспитанницы, имел доступ к самовару. Ей пришло в голову, что один раз,
когда с самоваром случилась неполадка, Валери открывала крышку. Несомненно,
у Валери была масса возможностей взять один из пастельных мелков, которые
девочка разбрасывала по комнатам, но зачем ей понадобилось навлекать на
Люсиль неприятности? Когда они приехали на
Мызу
и Клайв исчез по своим
делам, Труди была близка к решению этой загадки.
Девушка нашла Валери полулежащей в кресле, с сигаретой, зажатой между
длинными пальцами, просматривающей глянцевый журнал. Заметив Труди, она
бросила журнал на ковер и воззрилась на девушку:
— Должна сказать, я недооценила тебя, Труди. Ты очень убедительно лишилась чувств на празднике.
Труди не спешила с ответом, удивленно глядя на свою собеседницу.
Валери выпрямилась, глаза ее превратились в две узкие щелочки.
— Не трать время, разыгрывая передо мной невинность. У тебя было полно
зрителей, и Клайв, как истинный джентльмен, вынес тебя на руках, невзирая на
протесты твоего молодого человека. Почему бы тебе не удовольствоваться своим
доморощенным Ромео и не убрать алчные коготки подальше от Клайва?
— Зачем вы говорите подобные вещи? — вскричала Труди. — Для
чего мне понадобилось имитировать обморок?
Валери рассмеялась.
— Чтобы разыграть трагедию! Ты хотела одновременно привлечь внимание
Клайва и заставить Ричарда ревновать. Вот что я тебе скажу: несмотря на все
твои уловки и наивные попытки обратить на себя внимание Клайва Рэнкина, ты
никогда не получишь его! Ты не в его вкусе. Неужели действительно думаешь,
что такое ничтожество, как ты, имеет какой-нибудь шанс? — Внезапно
Валери мягко, по-кошачьи, поднялась с кресла. — Взгляни на меня, Труди
Прайор, и ответь, тебе ли со мной тягаться. — Черные волосы красиво
обрамляли точеные черты лица Валери, женственно округлая фигура источала
чувственность. — Ну? — нетерпеливо произнесла Валери. —
Хватит пялиться на меня огромными голубыми невинными глазищами! Пора уйти со
сцены, принимая во внимание полное фиаско на празднике! Очевидно, что ты не
можешь контролировать девчонку и не имеешь на нее никакого влияния. Почему
бы тебе не уйти по собственной воле? Клайв не терпит неудачников, а ты всем
доказала, что входишь в их число.
Итак, Валери Марчант хочет от нее избавиться! Лучшего способа, чем
доказательство неумения Труди контролировать ребенка, не придумать!
— Где Люсиль? — резко спросила девушка. Валери взглянула на нее,
несколько удивленная тем, какое действие возымели ее слова.
— А какое тебе до этого дело?
Труди развернулась и поспешила к лестнице, ведущей на второй этаж.
Девочка,
должно быть, в своей комнате, — подумала она, — прячется от мира,
не сумевшего понять ее. Я должна добиться от нее правды
.
Труди обнаружила Люсиль сидящей на подоконнике и невидящим взглядом
смотрящей на лужайку за окном. Девочка не обернулась при появлении Труди.
Девушка медленно подошла к окну и обняла неподвижную фигурку. Девочка не
отреагировала. На ее щеках виднелись следы недавних слез, губы были упрямо
сжаты.
— Ты не бросала пастельный мелок в самовар, правда, Люсиль? —
мягко спросила Труди.
Девочка высвободилась из ее объятий.
— Почему ты не оставишь меня в покое? — вспыхнула она. —
Я это сделала, конечно, это была я. Старый дурацкий
праздник!
— Ты не делала этого, — решительно ответила девушка. — Я
знаю, кто виноват, и ты тоже знаешь!
— Ничего я не знаю! — истерично закричала Люсиль. — Ты не
заставишь меня говорить, даже если миллион раз спросишь!
Глава 9
Подходя к дому, Труди в очередной раз повторяла про себя заготовленную для
Клайва Рэнкина речь, суть которой сводилась к тому, что она собирается
оставить свою должность. Предыдущую ночь она провела без сна, рассматривая
медленно плывущие по небу облака и обдумывая, какое положение она занимает
на
Мызе
. Очевидно, что Валери была движима злобой. Но девушка вспомнила, с
каким гневом смотрел на нее Клайв в чайном домике, когда был раскрыт
проступок Люсиль. Удивительно, что позднее ребенок полностью признал свою
причастность к происшедшему! Словно Люсиль снова вернулась в школу в
Элмкрест, чтобы наслаждаться дурной славой.
Труди поднималась по лестнице, когда Клайв появился в дверях маленькой
комнаты, служившей ему кабинетом.
— Мне нужно сказать вам несколько слов, — произнес он своим не
терпящим возражений голосом. — На следующей неделе день рождения
Люсиль, — начал Клайв, — мне бы хотелось, чтобы вы помогли выбрать
для нее подарок.
Труди с удивлением воззрилась на него.
— Знаю, это непростая задача. Люсиль — странная девочка, но, я надеюсь,
за это время вы уже выучили ее вкусы.
— Да, — с сомнением ответила Труди, осознавая, что практически не
знает предпочтений своей воспитанницы.
Почему он не попросил Валери?
—
быстро промелькнула у нее мысль.
Словно угадав, о чем она думает, Клайв сказал:
— Валери, конечно, отпадает. Она не очень-то любит детей. Я решил
съездить завтра в Лондон. Почему бы вам не предоставить Люсиль выходной? Мы
могли бы выбрать подарок для девочки, пообедать в городе и вернуться обратно
во второй половине дня.
Труди презирала себя за то, что с радостью ухватилась за возможность
провести с Клайвом почти целый день. Это сделает неизбежное расставание еще
более болезненным, тем не менее, сообщая Люсиль, что не придет на следующий
день, девушка чувствовала, как ее душа устремляется ввысь.
Девочка безразлично восприняла известие.
Когда Клайв заехал за ней в Мэриголд-коттедж, мисс Оскотт тут же поспешила
занять наблюдательный пост на садовой дорожке. Клайв ухмыльнулся:
— Надеюсь, что ваша репутация выживет после этой поездки. Полагаю,
теперь вас будут считать местной блудницей в пурпуре.
Труди улыбнулась. Мысль о том, что раньше сплетни мисс Оскотт задевали ее,
показалась ей странной. Труди весело болтала с Клайвом, наслаждаясь быстрой
ездой и свежим утренним воздухом. Заметив, что они уже приближаются к
пригородам Лондона, почувствовала сожаление. Клайв повел ее в один
фешенебельный ювелирный магазин.
— Что, по вашему мнению, может понравиться Люсиль?
Труди с сомнением осмотрела разложенные в витринах из толстого стекла
сияющие кольца, браслеты и броши, усыпанные сапфирами, бриллиантами и
рубинами. Ни одна вещь не подходила для девочки возраста ее воспитанницы.
— Возможно, наручные часы, — сказала Труди. — Она часто
говорила, что хотела бы иметь их.
Управляющий с готовностью кивнул и подвел их в шкафу-витрине, в которой были
выставлены крошечные часики с браслетами, инкрустированными бриллиантами.
— Она слишком мала для подобных вещей, — заметила девушка.
— Этот подарок будет увеличиваться в цене по мере взросления
ребенка, — произнес управляющий. — Я уверен, что мистер Рэнкин
желает сделать роскошный подарок.
— Это совершенно не подходит, — отрезала Труди.
Управляющий начинал сердиться, Клайва, казалось, забавляла эта перепалка.
— Думаю, мисс Прайор права, — спокойно произнес он, — девочка
слишком мала для такого щедрого подарка.
— В таком случае, — холодно предложил управляющий, — мадам,
вероятно, одобрит что-нибудь менее дорогостоящее. — Он предложил
вниманию Труди поднос, и она выбрала маленькие серебряные часики, покрытые
бледно-голубой эмалью.
— Как я и ожидал, у вас отменный вкус, — улыбнулся Клайв.
Затем Клайв и Труди пообедали в скромном ресторанчике, где подавали простую
домашнюю еду. На обратном пути, на подъезде к маленькой деревеньке,
автомобиль содрогнулся, и молодой человек тут же остановился на обочине
дороги.
— Шина лопнула! — отрывисто произнес он. — К счастью, это
случилось здесь. В этой деревне живет один мой родственник, и мы можем
навестить его, пока шину заменят.
Клайв распорядился насчет машины и повел девушку на самую окраину, где стоял
дом, обнесенный высокой стеной. Войдя в маленькую зеленую калитку, они
оказались на лужайке, окруженной цветочным бордюром. Вдалеке виднелось
здание в викторианском стиле, с замысловатыми выпуклыми сводами и
фронтонами. Хозяин дома, пожилой джентльмен, восседал в инвалидной коляске.
При нем была женщина, одетая в форму медсестры.
— Мой дядя — вышедший в отставку вояка, довольно эксцентричный человек.
Он привык жить в собственном мире, и нужно либо принимать его правила игры,
либо ретироваться. Лично я неплохо лажу с этим мальчишкой в теле старика.
Труди улыбнулась. Очевидно, Клайв не осознавал, что сам временами также
бывал непредсказуемым и сбивающим с толку.
— Что привело тебя в эти места, Клайв? Только не говори, что беспокоился за конченого старика!
— У меня машина сломалась, — улыбнулся молодой человек.
Дядя злобно ухмыльнулся собственной недальновидности.
Клайв представил старика и девушку друг другу, добавив:
— Я приобрел дом в Маркет-Брэдбери, если помнишь, отец Труди был его
предыдущим владельцем.
Повисла тишина, инвалид снова принялся рассматривать гостью.
— А как здоровье нашего пациента, няня Тоал? Пожилая женщина произнесла
с упреком, понизив голос:
— Боюсь, он не выполняет предписания врача, мистер Рэнкин, и ничто не
может образумить его.
— Поди прочь, няня, — внезапно пролаял старый генерал, — я
знаю, ты умираешь от желания выпить чашечку чая, вот и воспользуйся
возможностью, пока мой племянник здесь. Я тебя позову, как только он уедет.
— Отличная идея, — согласилась няня Тоал, — потом у меня не
будет ни секунды свободной. Как насчет того, чтобы принять таблетки, пока я
здесь?
— Поди прочь, женщина! — приказал тот. — Я хочу потолковать
со своим племянником.
Едва она вышла из комнаты и закрыла за собой дверь, генерал тут же
переключил свое внимание на Труди.
— Хм, — задумчиво сказал он, — а ты непохожа на ту, другую. Я
имею в виду эту дамочку Марчант, красивейшее создание, но слишком умное и
самоуверенное. Она все еще увивается за тобой?
— Не понимаю, что ты подразумеваешь под словом
увиваться
, —
весело парировал Клайв. — Я помогаю Валери разрешить некоторые
проблемы, связанные с ее имением.
— Это всего лишь отговорка, — ответил старик. — Она влюблена
в тебя, неужели не видишь?
Молодой человек изменил тему разговора и заставил дядю предаться
воспоминаниям о его военном прошлом. Труди принялась рассматривать сад и
миниатюрный пруд, которым генерал очень гордился.
Внезапно до Труди донесся голос старика, который спрашивал:
— Почему ты не женишься, Клайв? Прежде чем отойти в мир иной, я хочу
увидеть, как твои дети играют тут на лужайке.
Клайв весело рассмеялся и встал.
— Мне нужно сходить в мастерскую, — объяснил он, —
посмотреть, как продвигается ремонт, а ты пока угости Труди чаем.
Клайв развернулся и зашагал вниз по дорожке, генерал смотрел ему вслед. Едва
Клайв скрылся из виду, генерал принялся звонить в маленький колокольчик,
няня Тоал тут же примчалась на зов.
— Ну что еще? — потребовала она ответа. — Разве ты не
собирался дать мне немного свободного времени, чтобы я могла попить чаю?
— У тебя было достаточно времени, чтобы закончить свой чай. Толстеешь
только! — грубо произнес старик. — Пошли к нам Бидди с подносом.
Мы с мисс Прайор намереваемся попить чаю здесь, на свежем воздухе.
Пожав плечами, няня покорно отправилась в дом выполнять поручение, а генерал
обратился к Труди и неожиданно спросил:
— Ну, так ты выйдешь за него замуж?
Труди, в отличие от Клайва и няни не привыкшая к эксцентричному поведению
старика, вздрогнула и залилась румянцем.
— Замуж? За кого? — спросила она.
— За Клайва! За моего племянника Клайва Рэнкина, вот о ком я толкую. А
ты думала, кого я имею в виду?
Девушка немного оправилась от бестактности хозяина и ответила несколько
резко:
— Вы не имеете права говорить мне подобные вещи. Конечно, я не выйду за
него замуж, и это не ваше дело.
В его голубых глазах замелькал шаловливый огонек, и он произнес:
— Хорошо, что ты не теряешь присутствия духа. Я поначалу счел тебя
кисейной барышней, а Клайву нужна женщина ему под стать. Уж слишком
своевольный.
— Полагая, что мы с вашим племянником собираемся пожениться, вы сильно
заблуждаетесь, — твердо сказала девушка.
— Вовсе нет, — ответил старик. — Клайв не проделал бы весь
этот путь, чтобы провести время. Он не относится к людям, которые совершают
поступки без видимых на то причин.
— Мы ездили в Лондон за подарком Люсиль, у машины колесо лопнуло.
— Правдоподобный рассказ, — усмехнулся старик, — Клайв,
конечно, все заранее спланировал, включая подарок для девочки. Кстати, как
поживает этот чертенок? Непривлекательная обезьянка, но довольно
напористая! — сказал он. — Удивительно, что Клайв принимает в ней
такое участие. Сложно поверить, что он купил загородный домик в надежде
перевоспитать эту ужасную девочку. В ее жилах наверняка течет дурная кровь!
Труди с удивлением воззрилась на генерала:
— Но она же дочь вашего второго племянника, разве нет?
— Глупости, — ответил старик. — Нет здесь никаких родственных
уз! Филипп удочерил ее незадолго до того происшествия, и, насколько мне
известно, она и не подозревала, что приемная, пока кто-то не проболтался.
Ужасная была авария, — добавил он.
— Мне не совсем ясно, — быстро проговорила Труди. — Вы хотите
сказать, что Люсиль не дочь брата Клайва?
— Конечно нет, — хмыкнул старик. — У Филиппа с супругой
никогда не было детей. Люсиль удочерили незадолго до аварии. Затем какой-то
идиот проболтался, что она не их ребенок. Если хочешь знать мое мнение, с
этой дикаркой надо что-то делать. Для девочки было большим ударом узнать
после смерти родителей, что они таковыми вовсе не являются. От такого любой
слетит с катушек!
Вот так просто объясняется замечание Люсиль о том, что Филипп и его жена не
были ее родителями!
— Ага, а у тебя были собственные соображения по этому поводу! —
Проницательные голубые глаза победно смотрели на девушку. — А ты
подозревала, что девочка — нежелательное напоминание о его прошлых грехах,
не так ли? Можешь выбросить подобные мысли из головы. Братья были очень
близки, Клайв принял на себя заботу о ребенке, точно так же, как он стал
заботиться обо мне, старом инвалиде. Кто, по-твоему, подарил мне это
маленькое королевство? И кто мог нанять эту язву — няню Тоал? Уйдя в
отставку, я остался без средств к существованию.
Некоторое время оба молчали, лишь генерал рассеянно барабанил пальцами по
поверхности стола.
— Надеюсь, он все же не спутается с этой дамочкой Марчант!
— Вы знаете ее? — рискнула спросить Труди.
— Конечно, знаю. Вечно она вокруг Клайва увивалась, даже когда ее муж
был жив. Глупый он был малый, много старше ее. Я так думаю, она вышла за
него ради денег, а потом влюбилась в Клайва.
— Хотелось бы мне знать, любит ли ее Клайв?
— Хм, — задумчиво сказал генерал, — интересное предположение.
Мой племянник не из тех, кто не умеет скрывать своих чувств, но перед тобой
трудно устоять.
— Не понимаю, о чем вы говорите, — сдержанно ответила девушка.
— Все ты понимаешь. Истинное происхождение Люсиль заставило тебя
посмотреть на Клайва другими глазами. Я знаю, что ты за девушка — так же
мало похожа на Валери, как гвоздь на панихиду! — Старик хихикнул.
Они были настолько поглощены беседой, что не услышали скрипа шагов Клайва по
гравиевой дорожке.
— Если мы не отправимся прямо сейчас, не вернемся до наступления
темноты. Мы с Труди породим массу скандальных слухов в Маркет-Брэдбери, если
не будем вести себя осмотрительно!
Клайв странно улыбнулся, и Труди почувствовала острую боль от того, что он
не придал этим словам никакого значения.
К тому времени, когда они достигли окраины Маркет-Брэдбери, почти совсем
стемнело. Труди решила, что лучшего времени, чтобы сообщить Клайву о своей
отставке, не найти. Устремив взгляд на дорогу, она скороговоркой произнесла
заранее заготовленные слова, понимая, что он сочтет их нелепыми и
неблагодарными.
Некоторое время Клайв хранил молчание, затем сбросил скорость и остановил
машину у ворот, выходящих на поля. После чего повернулся к девушке.
— Давайте повторим все снова, — спокойно сказал он. — Должен
признаться, я не понял истинного смысла ваших слов. Вы имеете в виду, что не
придете только завтра, или намереваетесь вообще оставить работу?
— Оставить, — неуклюже произнесла Труди.
— Понятно. — Некоторое время он смотрел из окна машины на поле
созревающей кукурузы. — Могу я поинтересоваться, что сподвигло вас на
принятие такого решения? Уж не собрались ли вы замуж за этого достойного
молодого человека, Ричарда Верлинга?
Уловив пренебрежительные нотки в голосе Клайва, Труди встала на защиту
Ричарда:
— Почему вы всегда говорите о нем так, словно презираете его?
— Вы не ответили на мой вопрос, — настаивал Клайв.
Она повернула к нему свое решительное задиристое личико.
— С какой стати мне отвечать на него? — произнесла она. — Это
не ваше дело.
— Напротив, — возразил он. — Будучи вашим работодателем, я
имею право узнать мотивы, побудившие вас уйти.
— Вы надо мной смеетесь!
Клайв посмотрел на ее маленькое заостренное личико в сгущающихся сумерках,
подавшись вперед, взял ее за подбородок и повернул к себе.
— Почему бы и нет? — мягко произнес он. — Вы кажетесь такой
юной, растерянной и ранимой. Все выдуманные вами причины будут
незначительными. Но вы прекрасно помните, какой
...Закладка в соц.сетях
