Жанр: Любовные романы
И нет преград
...гда мне было двенадцать лет, я каталась на своем любимом коне. Его напугала гремучая змея, и он меня
сбросил.
- Ты сильно ушиблась? Она судорожно вздохнула.
- Я отделалась сильным ушибом, но змея никого из нас не покусала. А вот мой конь споткнулся, сломал переднюю ногу,
и нам пришлось...
Сэм не нуждался в продолжении: он прекрасно знал, что делают в таких случаях с лошадьми.
- Мне очень жаль, милая.
- Я так любила этого коня! - продолжала Энни, смаргивая жгучие слезы. - Он был быстрым как ветер. На солнце его
бока отливали медью, а грива серебрилась.
Сэм крепче обнял Энни и поцеловал ее в волосы.
- Да, в свое время я тоже повидал красивых лошадей.
Тронутая нежным участием Сэма, Энни затихла в его уютных объятиях. Рядом с ним ей было спокойно.
Попав в эту странную переделку, она стремилась оставаться сильной, и ей почти все время это удавалось. Однако в такие
моменты, как сейчас, ее охватывал страх и она чувствовала себя совершенно потерянной, навсегда оторванной от дома. Энни
подняла глаза к бескрайним небесам. Интересно, что происходит в ее мире... с ее братом, друзьями и вообще с той жизнью?
Знают ли там, что она пропала? Волнуются ли о ней? Сможет ли она когда-нибудь вернуться в свое время или навсегда
застрянет в другом веке?
Энни почувствовала себя такой беззащитной! Ей так хотелось, чтобы рядом был друг. Однако Сэм - единственный
человек, который в данный момент был рядом. Правда, она испытывала к нему симпатию, но могла ли она считать его своим
другом?
Сэм коснулся губами лба Энни, и сердце ее обдало теплой волной. Может быть, сегодня ночью он станет ее другом...
Далекий горизонт озарился молнией.
- Как ты думаешь, будет дождь? - испуганно спросила она. - Если опять пойдет град, я этого не выдержу!
Сэм внимательно оглядел небо.
- Нет, милая, я думаю, это всего лишь призрак молнии.
- Призрак молнии?
- Небеса похожи на женщину: иногда они спокойны и безмятежны, а иногда вдруг проявляют свой характер.
Услышав такое объяснение, Энни сморщила носик.
- Ты во всем винишь женщин! Сэм усмехнулся.
- Знаешь, больше всего на свете я люблю спать под открытым небом и любоваться мерцающими звездами.
Энни вздохнула.
- Да, это действительно впечатляет.
- Для мужчины нет удовольствия больше, - его голос сделался хриплым, - разве что удовольствие обнимать красивую
женщину.
О, эти сладкие речи сводили ее с ума! Услышав очередной раскат грома, Энни прижалась к Сэму и тихо спросила:
- А что сделает мужчина, если женщина, которую он обнимает, будет напугана?
Он обернулся и заглянул ей в глаза.
- Напугана громом?
Горло Энни обожгло невыплаканными слезами. Она понимала, что гром - далеко не самое пугающее в ее ситуации, но
не хотела сейчас погружаться в пучину собственных страхов.
- Да, громом.
Сэм приподнялся на локте и провел пальцем по ее подбородку.
- Он успокоит ее, попытается как-то отвлечь.
- Как? - Этот вопрос сам собой слетел с уст Энни.
- Ну, может быть, поцелует. - Он нагнулся и тронул губами ее губы.
Это легкое прикосновение опалило ее огнем.
- А как еще? - спросила она, чуть дыша. Взгляд Сэма потемнел.
- А еще он нежно ее приласкает. - Он потерся щетинистой щекой о ее щеку.
- А еще? - прошептала она. Сэм застонал.
- Черт возьми, Энни, если ты будешь продолжать, я...
- Как еще, Сэм?
- Вот так.
В них обоих словно что-то прорвалось. Сэм припал к губам Энни в страстном поцелуе, крепко прижав ее к своей сильной,
горячей груди.
Затем он уткнулся в ее шею.
- О Боже, Энни, ты не должна говорить мужчине такие вещи, - хрипло прошептал он. - Ты просто сводишь меня с
ума!
- Обнимай меня, Сэм. Я так устала бороться!
- Ах, милая!
По всему телу Энни разлилось блаженное желание. Сэм глухо застонал.
Снова раздался раскат грома. Сэм отпрянул и серьезно посмотрел ей в глаза.
- В чем дело?
- Энни... нам надо поговорить.
- Поговорить? - Подозрение и боль ножом вонзились в сердце Энни.
- Да. Я должен тебе кое-что сказать - до того как мы...
- Я слушаю, Сэм. - Она осуждающе смотрела на него. - Я уже говорил тебе, как я растерян. Я постоянно думаю о
твоих словах и том, что происходит... Одним словом...
- Да?
- Я не могу этого сделать.
Энни охватили гнев и горькое разочарование. Чувствуя, что вот-вот расплачется, она оттолкнула его от себя и резко села
на постели.
- Пошел ты к черту, Сэм Ноубл!
- Что? С чего это ты вдруг? - воскликнул он.
- Зачем ты снова это повторяешь? Чтобы еще раз посыпать солью мои раны?
- Что повторяю? Я не понимаю.
- То, что сказал мне вчера ночью. То, что ты не можешь со мной переспать, а потом отправить меня на казнь.
Ошеломленный, Сэм мгновение молчал, потом расхохотался. Энни набросилась на него с кулаками. Он схватил ее за
руки.
- Прекрати сейчас же! Выслушай же меня до конца!
- Спасибо, я тебя уже выслушала, охотник за головами! Преодолевая сопротивление Энни, Сэм уложил ее на постель и
навалился сверху своим сильным телом.
- Дай же мне сказать, женщина!
- Ну?
Сэм судорожно вздохнул, и вдруг произошло чудо: его взгляд неожиданно смягчился, а лицо осветилось трогательной
улыбкой.
- Энни, я не могу отправить тебя на казнь.
Глава 17
"Я не могу отправить тебя на казнь". Вот! Наконец-то прозвучали те слова, которых Энни ждала целую вечность,
мучительно размышляя о собственной участи. Она услышала от этого человека то, что хотела. Она победила.
Но вместо того чтобы смеяться от радости и торжествовать, Энни вдруг расплакалась. И не просто расплакалась - ее
буквально сотрясали рыдания. И это она - женщина, которой была невыносима даже сама мысль о том, чтобы плакать
перед мужчиной! Но улыбка Сэма и его ласковые слова тронули в ней какие-то тайные струны, прорвали плотину чувств и
затопили ее пронзительной нежностью.
Такая реакция испугала Сэма.
- Боже мой, что случилось? Что я, такого сделал?
- Ничего, - всхлипнула она, - просто я очень...
- Что "очень"?
- Очень рада.
- Рада? - удивленно воскликнул он. - И поэтому утопаешь в слезах? - У Сэма разрывалось сердце. Он видел эту
женщину в гневе, но ему еще не приходилось видеть, как она рыдает. Это зрелище ошеломляло. Он беспомощно прижал ее к
своей груди.
- Мне приходилось быть сильной, - пожаловалась она.
- Конечно, милая.
- Наверное, я израсходовала весь свой запас сил.
- Что-что? - Кажется, он довел ее до помешательства.
- Я сама не сознавала, как я напугана...
Сэм замер. Он понял причину ее страдания, и ему захотелось застрелиться. Да, она была сильной - а что еще ей
оставалось делать, когда ее жизнь висела на волоске? И вот наконец все ее страхи вылились наружу.
Страхи, причиной которых был он!
- Какой же я негодяй! - прошептал Сэм. - Прости меня, ради Бога!
Энни погладила его по голове.
- Обнимай меня, ладно?
Сэма захлестнула нежность. Она такая хрупкая, такая доверчивая! А заслужил ли он ее доверие? Сам чуть не плача, он
провел губами по лицу Энни, пробуя на вкус ее слезы.
- Пожалуйста, успокойся, милая! И не надо бояться. Все уже позади. Мы что-нибудь придумаем и выберемся из этой
переделки. Вместе...
Она сдавленно всхлипнула, и внутри у Сэма все перевернулось. Он накрыл ее губы своими.
Руками, дрожащими от желания, Сэм расплел косу Энни и поцеловал мягкие локоны, потом провел губами по ее гладкой
шее и расстегнул пуговицы рубашки. Она не сопротивлялась, напротив - подстегивала его нежными поцелуями. У Сэма
перехватило дыхание, когда ее мягкие ладони прошлись по крепким мускулам его груди и плеч. Он нетерпеливо сдернул с
нее рубашку и с потемневшими от страсти глазами впился в обнажившуюся грудь. Он жадно обхватил губами затвердевший
сосок, и Энни блаженно застонала.
Изнывая от яростного желания, она запустила пальцы в густые волосы Сэма и подняла его голову, требуя поцелуя.
Когда его пальцы скользнули к застежке на ее брюках, Энни задрожала от предвкушения. Во рту у нее пересохло.
Его ласки становились все более интимными, а поцелуи - все более опьяняющими.
- Я чувствую, как ты меня хочешь, - хрипло прошептал он.
- Да, да, - кивнула она, задыхаясь.
Медленно, чтобы не причинить ей боль, Сэм погрузился в теплую и бархатистую женскую плоть. Какое блаженство!
Энни судорожно вздохнула. Он заглянул ей в лицо. Оно сияло от счастья!
Сердце Сэма затопила волна радости.
Их соитие было бурным и неистовым. Энни млела от наслаждения, сливаясь в единое целое с сильным и мужественным
охотником за головами. Сэм же с трудом дышал от волнения. У него и раньше были женщины, но ни одна из них не
отдавалась ему с таким самоотречением.
Он благодарно стиснул Энни в объятиях...
Позже, когда Энни уснула, Сэм оделся, сел рядом с ней на одеяло и закурил сигару. Улыбнувшись, он откинул спутанные
волосы с ее красивого умиротворенного лица, озаренного лунным светом. Сегодня ночью эта хрупкая женщина доставила
ему бесконечное наслаждение. Его сердце переполняли нежность и... - смеет ли он даже думать об этом? - любовь.
Дрожащими пальцами Сэм поднес сигару к губам. Энни перевернула всю его жизнь. Ее страсть была настолько
искренней, что ему хотелось ей верить. Но она оказалась не девственницей, и этот факт противоречил его понятиям о
женской невинности. Конечно, преступница вполне могла быть распутной, но, насколько он знал, порядочные женщины
отличались добродетелью и целомудрием.
Впрочем, Энни Диллон одно за другим опровергала его представления о порядочных женщинах. Однако он по-прежнему
сомневался в правдивости той странной истории, которую она ему рассказала. Даже если ему удастся вызволить ее из беды,
смогут ли они жить вместе или, как две падающие звезды, столкнутся и сгорят дотла?
Сэм не знал ответа, но ему была невыносима сама мысль о том, что он ее потеряет.
Энни разбудил запах крепкого кофе. Она открыла глаза и сонно потянулась. Было холодно, но солнце уже взошло, и гдето
неподалеку токовали тетерева.
Оглядевшись, она увидела Сэма. Он сидел на бревне и пил кофе из оловянной кружки. Сердце Энни запрыгало от радости
и волнующих воспоминаний.
- Доброе утро! - крикнула она. Он улыбнулся.
- Доброе утро. Как дела, милая?
- Отлично. - Она села, подтянув одеяло к груди. Сэм поставил свою кружку на землю, подошел к Энни и присел на
корточки, внимательно глядя на нее.
- Ты уже не боишься? - участливо спросил он. Она взъерошила его волосы.
- Как я могу бояться, когда меня защищает живая легенда Дикого Запада?
Взгляд Сэма выразил удовлетворение. Он нагнулся и поцеловал Энни, потом сел рядом, обняв ее рукой за плечи.
- Ты рано встал, - сказала она, нарушив молчание.
- Мне надо было о многом подумать.
Вот как? И о чем же ты думал, Сэм Ноубл?
- О тебе, конечно, - честно признался он. - Обо всем, что ты мне рассказала, о нас.
- Продолжай.
Он неуверенно взглянул на нее.
- Вчера вечером, до того как мы занялись любовью, я... заглянул в твою сумку.
- Да?
- Ты разрешила мне это сделать, - поспешно напомнил он ей.
Она кивнула.
- И что же, просмотрев содержимое моей сумки, ты изменил свое мнение обо мне?
Он провел рукой по волосам.
- Да, пожалуй. Но мне не дают покоя некоторые вопросы. Никогда в жизни я не был так растерян. - Он резко встал и
принялся расхаживать взад-вперед. - Эти странные вещи... деньги и карточки, на которых стоят даты будущего века... Я
ничего не понимаю!
Этот разговор неприятно задел Энни.
- Не понимаешь?
- Нет.
- Погоди, я что-то совсем запуталась! Вчера вечером ты сказал, что не можешь отправить меня на казнь, так?
- Да, и я отвечаю за каждое свое слово.
- Но... разве это не означает, что ты наконец-то мне поверил?
Он обратил к ней страдальческий взгляд.
- Я хочу тебе верить, Энни, хоть это не так просто. Ты говоришь, что явилась из будущего, однако я знаю, что это
невозможно. Ты говоришь, что ты невинна, однако... - Он судорожно вздохнул. - Ты не так уж и невинна в постели.
В голосе Энни зазвенели стальные нотки:
- Ты недоволен?
- Доволен! - быстро заверил он.
- Тогда в чем же дело, Сэм? Он посмотрел на нее в упор.
- Если ты не Рози, то почему ты не девственница?
- О! - негодующе вскричала Энни. - Ты совсем меня не слушал, Сэм Ноубл! Иначе ты не стал бы задавать такие
оскорбительные, унизительные вопросы!
- Успокойся, Энни, я ни в чем тебя не обвиняю. Я просто пытаюсь понять.
- Ну что ж, понимай как хочешь!
- К тому же мужчине приятно сознавать, что его женщина принадлежит только ему.
- Ага! Так вот что тебя тревожит! - вскричала она с обидой и гневом. - Тебе невыносимо думать, что ты был не
первым моим мужчиной. Тебе легче назвать меня испорченной женщиной и убийцей, чем признать, что я явилась из другой
эпохи, где женщины сексуально более раскрепощены.
Сэм всплеснул руками.
- Какие странные вещи ты говоришь! Энни сморгнула слезы.
- Зачем ты переспал со мной, Сэм, если я для тебя по-прежнему преступница и лгунья?
Сэм подошел и сел рядом с ней.
- Потому что я очень хотел тебя, милая.
- Вот как? - хрипло спросила она.
Застонав, он усадил Энни к себе на колени и расправил одеяло у нее на плечах.
- Вчера я сказал тебе, что теперь мы вместе.
Его объятия опьяняли, но Энни хотела получить ответы на все интересующие ее вопросы.
- Скажи мне, почему ты так меня хотел?.. Сэм пригладил ее растрепанные волосы.
- Я хочу тебя, потому что ты красивая, гордая и сильная. Потому что у тебя была возможность сбежать, но ты ею не
воспользовалась.
Энни невольно улыбнулась. Он прижался губами к ее щеке.
- Ты рисковала жизнью, - продолжал он с гордостью. - И ты переспала со мной, потому что тоже меня хотела.
Он взял ее за подбородок, заглянул ей в глаза и поцеловал. Охваченная нежностью, Энни на мгновение забыла обо всем и
положила голову ему на плечо.
Сэм вздохнул.
- Неужели ты не понимаешь, что эта ночь все изменила? Энни посмотрела ему в глаза.
- Сэм, разве может что-то измениться, если ты относишься ко мне так же, как раньше?
Он серьезно встретил взгляд Энни и провел кончиком пальца по ее нижней губе.
- Неужели ты думаешь, что я отношусь к тебе так же, как раньше, после того как ты рыдала в моих объятиях? После
того как ты мне отдалась?
Энни схватила его за руку.
- Для меня это тоже много значит. Он обнял ее крепче.
- Ты думаешь, мне не приходило в голову, что, возможно, ты теперь носишь под сердцем моего ребенка?
Мысль об этом заставила Энни счастливо улыбнуться. И все же она медленно покачала головой.
- Таблетки, которые я принимаю, препятствуют зачатию.
- Таблетки? - удивился Сэм.
- Да. - Она взглянула на него с сочувствием. - Сэм, я понимаю, как трудно тебе осмыслить все, что я говорю. Я
пришла из будущего - из того мира, которого сейчас еще не существует, которого ты даже не можешь себе представить. Да,
я хочу убедить тебя поверить в невозможное, но ведь иначе ты никогда не постигнешь моей сути.
Он ошеломленно помолчал.
- Я пытаюсь в это поверить, Энни.
- Но у тебя не получается?
- Я чувствую, что здесь что-то не так. Истории, которые ты рассказываешь... - Он беспомощно махнул рукой. -
Прости, Энни, но они кажутся мне очень странными.
- Значит, мы зашли в тупик? - грустно спросила она. - Но ты же сказал, что не хочешь отправлять меня на казнь...
- Да, не хочу, черт возьми!
- Тогда что ты для меня придумал, Сэм?
- Для нас, Энни.
- Ну хорошо, для нас. Сэм сдвинул брови.
- Я думаю, нам надо повидаться с моей бабушкой.
- С твоей бабушкой? Шайеннкой? Он кивнул:
- Да. Моя бабушка - знахарка и очень мудрая женщина. Она поможет нам выпутаться из этой передряги и, возможно,
сумеет помочь тебе исправиться.
Энни сразу же ощетинилась:
- Что значит "исправиться"? Сэм посмотрел на нее с укором.
- Милая, ты мне очень нравишься, и все-таки ты неслыханная лгунья.
- О! - Она возмущенно вскочила с его колен.
- Но я все равно хочу тебя, милая, - продолжал он, - и не виню тебя за то, что ты обманом пытаешься спасти себе
жизнь. Но теперь тебе больше незачем это делать.
- Черт возьми, Сэм, ведь то, что я тебе говорила, - сущая правда! - в досаде выпалила она.
Стараясь подавить некоторое сомнение, он спокойно сказал:
- Мы с тобой переспали, и теперь я за тебя отвечаю.
- Отвечаешь за меня? - вскричала она. - Да пошел ты к черту, Сэм Ноубл! Я не хочу, чтобы ты за меня отвечал! А тем
более спасал меня от грехов!
- В этом я не могу с тобой согласиться, - честно ответил он. - Я все-таки наставлю тебя на праведный путь.
Энни застонала.
- Если, по-твоему, я такая хитрая и лживая, почему бы тебе меня просто не отпустить? Давай пожмем руки друг другу и
разойдемся в разные стороны!
- Ни за что!
- Но ведь ты по-прежнему думаешь, что я тебя обманываю! Сэм вздохнул, пытаясь успокоиться.
- Послушай, Энни, моя бабушка и юродивый из ее племени подсказали мне, где тебя искать. Зачем бы они стали мне
лгать? Насколько я помню, моя бабушка никогда не ошибалась в своих предсказаниях.
Энни смотрела на него во все глаза. Пожалуй, он прав. Она и сама не могла объяснить себе ту мистическую связь, которая
существовала между их встречей и ее путешествием во времени.
- Потом я нашел тебя - точную копию той преступницы, которую искал, - продолжал он сурово. - И что, по-твоему,
я должен был подумать?
Она тяжело вздохнула.
- У нас возникла неразрешимая проблема, Сэм. Он положил руки ей на плечи.
- Милая, поедем к моей бабушке - послушаем, что она скажет. Может быть, она сумеет нам помочь.
- Хорошо, - согласилась Энни.
- Я рад, что мы договорились. - Он улыбнулся ей. - А теперь ты меня поцелуешь?
Энни очень хотелось это сделать, но она вдруг спросила:
- Ты действительно хотел бы поскорее разобраться во всем, охотник за головами?
Сэм нагнулся и нежно коснулся губами ее губ.
- Энни... - страстно прошептал он.
Она испугалась того горячего желания, которое он всколыхнул в ней, и оттолкнула его.
- Не сейчас, Сэм.
Его рука уверенно скользнула по ее обнаженной ноге.
- Но ты же хочешь этого, Энни! Между нами такое мощное притяжение, что никто из нас не в силах его побороть.
О да, она чувствовала это мощное притяжение, даже когда слезы обиды и гордости застилали ей глаза.
- Наверное, ты прав, но сейчас не время.
- Почему? - застонал он.
- Потому что ничего не изменилось.
- Ты что, не слышала, что я сказал? Все изменилось!
- Обычно, когда люди занимаются любовью, это их сближает.
- Ты хочешь сказать, что мы не сблизились?
- Я говорю не о физическом сближении, а о подлинной близости, о взаимопонимании и доверии. Этой ночью
соединились наши тела, но наши души до сих пор живут порознь. Я не могу спать с человеком, который думает, будто я его
обманываю. Поэтому... - Она помолчала. - Поэтому нам надо сначала решить некоторые важные вопросы.
Сэм понурился.
- Хорошо, Энни, если ты этого хочешь.
Но хотела-то она его. Однако на их пути было слишком много препятствий.
Они оседлали лошадей и поехали дальше, погруженные в свои сомнения и обиды.
Местность становилась все более неровной. К югу и к северу от них возвышались столовые горы, перемежающиеся
равнинами и крутыми холмами. Когда они поднялись на вершину, поросшую полынью и кедром, Энни впервые увидела
далекие Скалистые горы во всей их красе. Высокие зубчатые голубые пики в блестящих белых шапках были окутаны
спиральными лентами тумана, таявшими в ослепительно голубых небесах. Но великолепный пейзаж не радовал Энни. Она
размышляла над тем тупиком, в который зашли ее отношения с Сэмом. Наконец он нарушил молчание:
- Ты еще сердишься на меня, милая? Она с укором взглянула на него.
- А как ты думаешь? Ты хочешь отвезти меня к своей бабушке, чтобы она наставила меня, грешницу, на путь истинный,
и еще спрашиваешь, сержусь ли я!
- Моя бабушка - очень мудрая женщина, - сказал он с нажимом. - Она сумеет во всем разобраться.
- А ты нет?
Сэм снял шляпу и провел ладонью по волосам.
- Послушай, Энни, я простой человек. Мне трудно понять твои затейливые рассказы.
- Вздор! Ты гораздо умней, чем тебе кажется, Сэм. Ты многое можешь понять, если постараешься. Но гордость и
упрямство мешают тебе признать свою ошибку.
Он вздохнул.
- Посмотрим, что скажет Знахарка.
Энни промолчала, чтобы не расстраивать Сэма. Он тревожился не меньше ее. Возможно, ее слова просто не укладывались
у него в голове, и он искренне стремился ей помочь.
Однако между ними стояла стена недоверия и боли. Вспоминая вчерашнюю ночь, Энни всей душой рвалась в его
объятия, но трезвая реальность доказывала, что в их отношениях еще очень много сложностей.
Сэм видел ее переживания, и внутри у него все переворачивалось. Она отдалялась от него с каждой секундой, и он ничего
не мог с этим поделать. Когда он думал о блаженствах прошлой ночи, его тело пылало огнем. Он жаждал прижать Энни к
своей груди, стерев с ее красивого лица несчастное выражение, остановиться в сумрачной лощине, раздеться, целовать и
ласкать ее, пока она не взмолится о пощаде.
Но как преодолеть ту пропасть непонимания, которая пролегла между ними? Он не станет лгать - даже ради того, чтобы
снова сблизиться с ней. Он не может сказать, что поверил в ее историю, если на самом деле это не так.
- Ну и сколько же ехать до твоей бабушки? - нарочито бодро спросила Энни.
Сэм улыбнулся.
- Несколько дней. Ее отряд скрывается в долине за Сентрал-Сити.
Энни нахмурилась.
- Неужели к концу века в Колорадо еще оставались бродячие индейцы? Я думала, к этому времени почти всех согнали в
резервации... а остальные бежали дальше на запад.
- Ты права, - согласился Сэм. - Немногочисленные вольные индейские отряды сохранились в основном на
территориях Небраски, Вайоминга и Дакоты. - Он вздохнул. - Всех бизонов истребили, и индейцам, чтобы не умереть с
голода, пришлось уйти в резервации.
- А отряд твоей бабушки? Как ему удалось остаться свободным здесь, в Колорадо?
- Это интересная история. Но пусть лучше она сама тебе ее расскажет.
- Объясни хотя бы, каким образом они спаслись от конницы?
- Дело в том, что они никогда не задерживаются на одном месте слишком долго. Вот уже шесть лет они ведут кочевую
жизнь - с моей помощью и с помощью еще одного белого человека.
- Ты имеешь в виду Лунного Теленка? - удивилась Энни.
Сэм засмеялся.
- Нет, я говорю про бывшего погонщика мулов по прозвищу Свистящий Кнут. Последние шесть лет Кнут живет в отряде
моей бабушки. Когда мы приедем в лагерь, ты все узнаешь.
- Предвкушаю захватывающий рассказ!
Все в том же тревожном состоянии они продолжали двигаться к шайеннскому поселению. Проехав небольшой городок
Тринидад, путники оказались среди Скалистых гор и начали пробираться сквозь сгущающиеся сумерки и холодный туман -
все выше и выше по утоптанной горной тропе, минуя каменные глыбы и отвесные утесы. Любопытный взгляд Энни заметил
пуму, сидевшую за очередным зубчатым выступом и внимательно следившую за ними сверху. К тропе подступали огромные
сосны. Энни обратила внимание на тонкую, по-солдатски прямую осину, весьма поэтичную в своей симметричности. В
ветвях порхали мелкие певчие пташки, где-то стучал дятел и хрипло каркали вороны. Дорогу им иногда перебегали стройные
лани.
Они больше не занимались любовью, но Энни с трудом выносила вынужденную интимность совместного путешествия:
Сэм умывался и одевался у нее на глазах, а по ночам лежал рядом, мучая ее своей близостью. Судя по смущенным, но
жарким взглядам, которые он бросал в ее сторону, ему тоже было несладко.
Особенно трудной выдалась их вторая ночь на тропе. Вымыв голову в горном ручье, Энни вернулась к месту привала и
принялась расчесывать спутанные мокрые локоны. Сэм сидел на ближайшем гранитном валуне и внимательно следил за ее
действиями, потом вдруг усадил Энни к себе на колени, выхватил у нее расческу и принялся аккуратно и терпеливо
распутывать ей волосы. Энни избегала его взгляда, чуть ли не до слез растроганная столь неожиданной заботой.
Закончив, он приподнял ее лицо и коснулся губ нежнейшим поцелуем. Энни отпрянула, точно испуганная лань.
Ласка Сэма всколыхнула в ее душе целую бурю чувств. Она вспомнила своих покойных родителей и своего непутевого
братца. Ей не хватало опоры в жизни - дома, семьи... надежного, любящего мужчины.
Такого, как Сэм. Быть может, этот человек предначертан ей судьбой? Быть может, она для того и перенеслась сквозь
время, чтобы найти именно его? Ее неумолимо влекло к нему, но они были очень разными и по-разному смотрели на многие
вещи.
Погода по-прежнему была холодной, с частыми туманами и моросящими дождями. Но красота пейзажа с лихвой окупала
все эти неудобства. Они ехали по крутым горным тропам и утоптанным фургонным дорогам, змеившимся по
головокружительным кромкам отвесных утесов. Вокруг дыбились гранитные скалы, в глубоких ущельях блестели
скатившиеся со склонов огромные розовые валуны, отсюда казавшиеся галькой, беспорядочно насыпанной
в корзины. Они проезжали маленькие суетливые поселения и мрачные города-призраки; пробирались по бесконечным
лабиринтам заброшенных приисков с разбитыми золотопромывательными желобами, обветшалыми перилами и кучами
пустой породы, громоздившимися вдоль каменных склонов; пересекали мелкие речушки и ледяные горные ручьи, объезжали
тихие фермы и шумные скотоводческие ранчо. Повсюду кипела жизнь: на речках строили плотины бобры, в рощах бродили в
поисках пищи горные олени, по ветвям лазали бурундуки, среди деревьев порхали птицы.
У Энни захватывало дух от красоты и величия Скалистых гор. Повсюду, куда бы она ни взглянула, ее встречало
неистовое буйство красок: дымчатый пурпур скал, яркая зелень лугов, пламенеющая желтизна осин, сапфировая синева озер,
огненная ржавчина колибри, порхающих в нежно-сиреневых зарослях водосбора.
Наконец в одно прекрасное утро туман рассеялся, и ослепительное солнце возвестило о начале холодного ясного дня.
Когда они проехали высокогорный Луг, усыпанный желтым подсолнечником и сиреневой горечавкой, Сэм неожиданно
объявил:
- Лагерь моей бабушки в долине за следующим перевалом. Энни удивленно взглянула на него.
- Значит, мы почти у ц
...Закладка в соц.сетях
