Жанр: Любовные романы
Озеро Фиар
...нн, я думаю, сотрудничество наших фирм будет
продуктивным и успешным, — торжественно произнесла Джемма. Глаза ее
сияли.
Айвену было достаточно сложно работать сегодня — память постоянно
подкидывала воспоминания о прошлой ночи, о солнечном утре, а деловой костюм
мисс Стамп был таким скучным... зато давал простор воображению. Вернее,
знанию. И это отвлекало еще больше. Но Ирвин, которого Айвен вкратце
просветил об изменении своих отношений с Джеммой, оказался на высоте и
постарался взять на себя большую часть обсуждения условия контракта. Из
Айвена сейчас можно было веревки вить, так что довольны остались все — и
представители DR, и представители
Аласдайра
.
Джемма, имевшая все полномочия, поставила свою подпись под контрактом. Айвен
расписался тоже. С большим удовольствием он поставил бы подпись только под
другим контрактом — брачным, но с этим возникали определенные сложности,
мысль о которых отравляла Айвену все утро. Он специально не стал говорить об
этом с Джеммой перед совещанием, чтобы не портить ей настроение, но теперь
разговора не миновать. И чем скорее они выяснят этот вопрос, тем лучше.
Айвен был отлично знаком с Книгой Пэров, и фамилия Стамп там не значилась. А
это означало только одно — что его брак с Джеммой не может получить
высочайшего одобрения. Морганатический брак. Черт бы побрал эти титулы и все
сложности, с ними связанные. Дикое Средневековье!
Джемма сияла, работа была проделана отлично. Руководство компании могло быть
ею довольно: теперь, после подписания контракта, DR будет работать еще
лучше. Ирвин уже предложил вниманию мисс Стамп несколько проектов, связанных
с процессом документооборота, и прочитал длинную лекцию о важности выбора
корпоративной информационной системы, будто бы IT-директор DR сама этого не
знала. Фолли вообще сегодня на высоте, надо ему премию выписать... Айвен мог
лишь влюбленно улыбаться, глядя на Джемму. И надеяться, что его улыбка
сходит для всех, кто не в курсе, за обычную любезно-деловую. Хотя, судя по
любопытным взглядам, которые бросали на них с Джеммой присутствующие, не очень-
то ему это удавалось. Впрочем, актером Айвен всегда был неважным. Роль
фермера — вот вершина его амплуа. Да и с той он справился из рук вон плохо.
После того, как сотрудники обеих компаний, обмениваясь любезностями,
покинули переговорную, Айвен предложил:
— Поедем куда-нибудь пообедаем?
— С удовольствием. — Джемма, казалось, готова была ехать с ним
хоть на край света.
На сей раз Айвен выбрал небольшой ресторан на Хай-стрит. Машины по этой
улице — историческому центру города — не ездили, пришлось оставить
мерседес
в паре кварталов, но пешая прогулка пошла только на пользу. Стоял
чудесный день, откуда-то доносились звуки волынки, торговцы сувенирами
весело зазывали туристов. По улице расхаживал зазывала в килте, приглашая
посетить
лучший магазин подарков в городе
.
— Я читала, что Инвернесс считается родиной овсянки, виски и
волынки, — сообщила Джемма, усаживаясь за столик.
— Вполне возможно. Традиции здесь очень сильны.
— То есть если вдруг ночью под окнами дома кто-то заиграет на волынке,
соседи не станут ругаться, а наоборот, будут наслаждаться чудесной музыкой и
благодарить исполнителя? — хитро прищурилась Джемма.
— Э-э... вряд ли, — улыбнулся Айвен. — Сила традиций не
настолько велика.
Они сделали заказ. Джемма с интересом оглядывалась — горели маленькие свечи
на столах, пахло чем-то пряным и очень вкусным.
— Здесь так мило. Да?
— Джемма, — сказал Айвен, — я хочу поговорить с тобой об
одной важной вещи.
Она засмеялась.
— Я вся внимание.
— Пожалуйста, Джемма, это и вправду важно.
Что-то в его голосе заставило Джемму посерьезнеть. Она сложила ладони
домиком.
— Я слушаю тебя.
— Мы с тобой договорились выяснить все факты друг о друге, чтобы в
дальнейшем у нас не возникало неловких ситуаций. Так вот, я хотел бы
рассказать тебе кое-что о себе. Достаточно важное.
— Ты женат? — спросила Джемма первое, что пришло ей в голову.
— Конечно нет, я не женат. Неужели ты думаешь, что в этом я бы не
сознался? Правда, я очень хотел бы жениться... на одной женщине. Но позволь,
я начну оттуда, откуда следует начинать, — с начала.
— Ладно, — улыбнулась она.
Айвен попытался собраться с мыслями. Как же ей все объяснить так, чтобы
ненароком не обидеть? В плане словесных конструкций он точно недалеко ушел
от тех фермеров, за одного их которых Джемма его раньше принимала...
— Я хотел бы рассказать о своей семье. Наш род — род Лавдаун — очень
древний. Я — один из прямых потомков Георга Третьего.
— Ты — аристократ? — Джемма, казалось, была впечатлена. — Да,
я могла бы догадаться раньше, твоя внешность, да и фамильные картины... Ты —
титулованная особа! Надо же!
— Мое полное имя — Айвен Эдвард Маунтир МакРуанн, граф Лавдаун.
— О боже! — Джемма была шокирована. — Ты — граф? Владелица
нашей корпорации, Миранда Деверил, недавно вышла замуж за Эварда Морвеллана,
графа Мередит. Вот уж кто аристократ до мозга костей, мне в его присутствии
хочется встать навытяжку и отвечать:
Да, сэр, нет, сэр, слушаюсь, сэр!
.
Наверное, это инстинкт, переданный поколениями предков. В моем
генеалогическом древе аристократов не случилось. А вот горничные наверняка
были. Или дворецкие. Или кто-нибудь еще... — Джемма помолчала. —
Но Миранда с графом Мередит — идеальная пара. Видел бы ты их свадьбу...
— Да, я читал об этом в газетах, — натянуто улыбнулся
Айвен. — На этот брак высочайшее позволение не требовалось. Просто
аристократам в этом смысле легче жить.
— Что ты хочешь этим сказать? — подозрительно спросила
Джемма. — Что значит —
просто аристократам
? Бывают еще сложные
аристократы?
— То, что я, будучи потомком Георга Третьего, нахожусь во втором
десятке особ, имеющих право наследования английского престола, делает меня
сложным аристократом
. Я старший в роду. Королева может не дать разрешения
на морганатический брак. У Виндзоров полно проблем, и они не хотят терять ни
одного из претендентов на престол. Граф Мередит в этом плане свободен, он
Виндзорам не родственник. Не суть. Вряд ли ситуация когда-нибудь сложится
настолько печально, что мне придется задумываться об опасности вдруг стать
Его Величеством, Королем Англии, Шотландии и прочее. И, тем не менее, титул
налагает на меня определенные права... и определенные обязанности тоже, к
сожалению.
Айвен сделал паузу. Джемма все еще недоумевающе смотрела на него — не могла
сообразить, к чему он ведет. Пришлось идти напролом.
— Джемма, я бы очень хотел, чтобы ты стала моей женой. Погоди, не
говори ничего, я еще не закончил. Я боюсь, что перспектива этого брака не
слишком обрадует моих дорогих родственников Виндзоров, и самое главное —
королеву Елизавету, которая имеет право решать. Я должен заботиться о том,
чтобы наш род был чист, и жениться на девушке из аристократической семьи.
Это иллюзия, что сословные предрассудки отошли в прошлое. Среди аристократии
они очень сильны. К сожалению.
Айвен видел, что Джемму глубоко ранят его слова: она съежилась, словно
проткнутый иголкой воздушный шарик. Он понимал, настолько оскорбительна для
нее такая точка зрения. В эту минуту он почти ненавидел свое общественное
положение — но от него никуда не денешься.
— Иными словами, я недостаточно хороша для напыщенных пэров, — горько подвела итог Джемма.
Айвен поморщился.
— Можно сказать и так. Но ты достаточно хороша для меня. Мне наплевать
на сословные предрассудки, но мне просто не дадут жениться на тебе. Ты не
представляешь, какое это общественное давление. Хотя нет, должна
представлять, пусть отчасти. Вспомни хотя бы Чарльза и Камиллу. За примерами
далеко ходить не надо...
— Лучше я вспомню другой брак — Миранды Деверил и графа Мередит! —
с вызовом произнесла Джемма. — Он не спрашивал, кто ее предки.
— Это совершенно другое дело. Мисс Деверил — удачливый предприниматель,
владелица огромной корпорации. — Ну вот, сейчас он обидит Джемму еще
больше... — Да, мисс Деверил выкупила титул графа Мередит для Эварда
Морвеллана, история там темная, но это было одной из причин, говорившей в их
пользу. Титул выкуплен, а не приобретен с рождения. Это тоже имеет значение.
И Морвеллан не имеет ни малейшего отношения к Виндзорам, ему просто повезло
в этом отношении. Не все аристократы, оставшиеся в Соединенном Королевстве,
состоят в родстве с королевской семьей. Это сомнительное удовольствие
принадлежит избранным. Которые, возможно, и даже точно, если говорить обо
мне, не всегда рады подобной участи. — Айвен покачал головой. — Я
в качестве претендента на престол — это маловероятно. И все же крохотная
вероятность существует, она задокументирована, о ней всем известно, и мне
никуда от этого не деться.
— Все это ведет к тому, что ты не можешь на мне жениться, —
прервала его излияния мисс Стамп. — А ведь ты даже не спросил, сказала
бы я
да
.
— А ты сказала бы? — Айвен замер в ожидании ответа.
— Какое это теперь имеет значение? — Джемма пожала плечами. —
Ты очень ясно дал мне понять, что меня не примут. Конечно, я из буржуа,
первая из семьи добилась хоть чего-то, но этого не хватит, чтобы стать
достойной графа Лавдауна. Титул я себе не куплю, так что все остаются при
своем.
— Даже если купишь... Подожди, Джемма. Ответь на мой вопрос, прошу
тебя. Это очень важно для меня.
— Если ты действительно хочешь знать, я сказала бы
да
, — грустно
улыбнулась Джемма. — Несмотря на то, что ты гнусный обманщик, а теперь,
как выяснилось, еще и очень голубых кровей. Несмотря на то, что мы знакомы
так мало, хотя мне и кажется, что я знаю тебя всю жизнь. Несмотря на кучу
других препятствий, о которых ты, возможно, даже не подозреваешь. Я вышла бы
за тебя замуж, несмотря ни на что, если б ты попросил. Но ведь ты не
попросишь.
Айвен молчал.
— Я совсем не обижаюсь на тебя, — продолжала Джемма. — Я все
понимаю и достаточно начитана, чтобы суметь посмотреть на ситуацию с твоей
точки зрения. Но мне очень-очень грустно, потому что, честно говоря, я уже
размечталась... — Она вдруг шмыгнула носом. — Глупо, да? Еще
немножко, и я начну скучать по нашей озерной эпопее. Там я хотя бы могла
называть тебя мужем...
— Пожалуйста, не плачь... — Айвен погладил ее по щеке.
— Я и не плачу, — решительно заявила Джемма. — Во мне для
этого слишком мало аристократизма, это вы, титулованные особы, льете слезы
по любому поводу.
— Я бы очень хотел жениться на тебе, — искренне сказал он. —
И поверь, я сделаю все возможное, чтобы выяснить, могу ли я это сделать.
— Это самое странное предложение руки и сердца, которое я когда-либо
получала, — созналась Джемма.
— А ты уже получала предложения? — В Айвене неожиданно проснулась
ревность. — И от кого?
— Так удивительно, что я кому-то понравилась? Ну... первое было еще в
колледже. Мы сидели за одной партой и думали, что поженимся, когда закончим
образование. Потом его перевели в другой колледж, и он забыл меня через
неделю. А я его через две.
— А второе?
— Второе было серьезнее. В меня влюбился представитель одной фирмы, мы
впервые встретились на переговорах. Водил меня в рестораны, дарил цветы,
потом позвал замуж.
— Почему же ты не согласилась?
— Мне кажется, я просто ждала тебя.
Этот обескураживающе простой ответ поразил Айвена. А чему он все еще
удивляется, скажите на милость? Он ведь любит эту женщину, а она любит его.
Как грустно сознавать, что между ними лежит кучка бумаг, в которых кто-то
прописал громкие имена и правила для этих имен. Айвен — всего лишь носитель
имени, это не ему, а титулу не дадут жениться. И как хорошо, что Джемма это
понимает, но плохо, что выхода Айвен пока не видел.
— Я уеду в Лондон завтра, — сказала Джемма.
— Ты вернешься?
— Я не знаю, — покачала она головой. — Если у нас нет
будущего в качестве супругов, нужно подумать о том, какое будущее у нас
есть. Я хотела бы побыть несколько дней одна, чтобы как следует разобраться
в себе.
— Хорошо.
Айвен готов был сделать для нее все, что она захочет, даже отпустить ее на
край света, если Джемме это нужно.
Они просидели в ресторане достаточно долго, однако темы замужества больше не
касались, болтали о других вещах. Айвен был прекрасным собеседником, и когда
он что-либо рассказывал или смеялся над ее, Джеммы, шутками, она начинала
глупо надеяться, что все рассказанное им — просто дурной сон. Так не
бывает... Хотя нет, именно так и бывает. Стоит встретить человека, с которым
ты хочешь провести вместе всю жизнь, и непременно окажется, что он —
аристократ черт знает в каком поколении, да еще и наследник престола, и
жениться на тебе ему не удастся. И все это очень больно и обидно, однако
неизбежно. Законы Мэрфи...
В том, что это не сон, Джемме, увы, пришлось убедиться очень скоро.
Они с Айвеном выпили по коктейлю, ее несостоявшийся фермер расплатился и
предложил Джемме руку. Так, под ручку, они и вышли из ресторана.
У входа скучал человек. Он был одет в джинсы, раздолбанные кроссовки и
пеструю рубаху навыпуск; на шее у него болтался диктофон. Увидев Айвена и
Джемму, человек неприлично оживился и двинулся к ним.
— Мистер МакРуанн, добрый день! — приветствовал он Айвена.
Тот остановился и прищурился, глядя на незнакомца.
Джемма решила было, что это какой-то знакомый Айвена, однако следующие слова
ее спутника развеяли это обманчивое впечатление:
— С кем имею честь?
— Джонатан Вайнсберг из
Вечерного Инвернесса
, — представился
мужчина, протягивая руку.
Айвен, однако, руки не протянул, наоборот, сделал шаг мимо журналиста,
пытаясь обойти его. Однако Вайнсберг загородил дорогу.
— Не имею желания общаться с представителями прессы, — процедил
Айвен.
— Отчего же? — ухмыльнулся журналист, включая диктофон.
— Без комментариев. — Выражение лица Айвена не предвещало ничего
хорошего, однако журналист явно оказался тертым типом: он не сдвинулся с
места.
— Сэр, — обратился он к Айвену подчеркнуто почтительным
тоном, — позвольте один снимок для нашей газеты.
Откуда ни возьмись, появился второй тип с фотоаппаратом и ослепил Джемму
вспышкой. Молодая женщина ошарашенно заморгала, пытаясь понять, что
происходит. Папарацци?
— Уйдите немедленно. — Айвен, казалось, сейчас убьет и журналиста,
и фотографа.
— Кто эта леди, граф Лавдаун? — Вайнсберг, казалось, не слышал
фразы Айвена. — Это ваша новая подруга?
— Это мой деловой партнер, — процедил Айвен. — И если вы
немедленно не перестанете докучать нам, я позову полицию и вас посадят за
вмешательство в частную жизнь.
— Так-так-так! — Журналист поцокал языком, обозревая парочку, а
фотограф между тем сделал еще пару снимков, уже без вспышки, и скрылся в
толпе. — Деловой партнер! Что-то не похоже. Мисс, — обратился он к
Джемме, подсовывая ей под нос диктофон, — расскажите, пожалуйста, какие
отношения связывают вас с графом Лавдауном?
— Без комментариев. — Айвен оттолкнул руку журналиста.
— Мистер МакРуанн, вы же понимаете, что если эти снимки появятся в
газете, без комментариев такое оставить сложно, — льстиво улыбнулся
Вайнсберг. — В ваших интересах сделать официальное заявление.
Айвен развернулся и пошел прочь, увлекая за собой Джемму. Она рискнула
оглянуться: журналист стоял на прежнем месте и говорил по мобильному
телефону.
— Вот черт! — выругался Айвен, когда они свернули на соседнюю
улицу. — Прости, я не хотел втягивать тебя в подобное.
— И часто с тобой такое случается? — Джемма до сих пор была в
некотором шоке.
— За всеми титулованными особами время от времени охотятся с
фотоаппаратами, — поморщился Айвен. — А так как Инвернесс — не
слишком большой город, я что-то вроде местной достопримечательности. К
счастью, на улицах меня узнают редко, поэтому я могу спокойно прогуливаться
и ходить в рестораны. Однако журналисты спят и видят, как бы меня
подстеречь. Сплетни в колонке светской хроники — это так
увлекательно! — Он скривился, будто надкусил лимон. — Не обращай
внимания, пожалуйста.
— Я постараюсь, — пробормотала Джемма.
Глава 8
Ночной экспресс до Лондона шел восемь часов, было время выспаться — или
подумать. Джемма избрала второй вариант. После сегодняшнего разговора с
Айвеном сон бежал от нее, хотелось то ли плакать, то ли ругаться. При нем
она этого сделать не могла — Айвен и так расстроен, что его происхождение
оказалось помехой на пути к их общему счастью. И он выглядел таким
виноватым, словно извинялся за это происхождение. Бедняжка. Его было почти
жаль. Еще и этот журналист, словно подтверждение, словно печать, скрепившая
неизбежность. Джемма зябко передернула плечами.
В конце концов, можно жить с мужчиной и без заключения брачного контракта и
звона свадебных колоколов. Их любви это не помешает... Только вот, если она
окажется на всю жизнь — а сейчас Джемма не могла в этом сомневаться — и у
них с Айвеном появятся дети, то они не будут официально признаны
наследниками престола. Или будут? Все усложнилось.
Джемма и предположить не могла, что между ними может возникнуть препятствие
такого рода. Престолонаследников она представляла себе по-другому. Кажется,
они живут на королевскую пенсию, занимаются благотворительностью и ведут
активную светскую жизнь. Предприниматель Айвен с его
Маунтиром
как-то не
вписывался в этот образ, не говоря уже о фермере Айвене с озера Лох Фиар.
Даже страшновато немного думать о нем как о графе и наследнике престола.
Пусть он не в первом десятке, но от близости к трону веет каким-то диким
Средневековьем. Хорошо хоть, не потомок Генриха VIII... Или у этого мрачного
персонажа не осталось прямых наследников?
Но все эти печальные шутки не меняли сути, брак им с Айвеном пока не светит.
И что делать — неясно, и никто не сможет подсказать. К тому же Джемму слегка
беспокоили расспросы и приставания того писаки. Откуда он вообще взялся? Что
ему нужно? Слово
папарацци
приобрело какую-то пугающую реальность, тем
более в свете происшествия у ресторана.
Джемма на полчаса заехала домой, переоделась и отправилась в центральный
офис DR — размахивать контрактом и пожинать заслуженные лавры.
В офисе царила та милая семейная атмосфера, за которую Джемма особенно
любила свою работу. Ее поздравляли с удачным спасением и возвращением в
общество — документы ей выправили еще вчера, DR не жалела денег, чтобы
способствовать удобству своих ценных работников. Оставались еще банковские
карты, но и это дело двух-трех дней.
Напевая, Джемма поднялась в свой кабинет, оставила там сумку и с папкой в
руках направилась в кабинет Миранды, чтобы доложить самому высокому
начальству об успешном выполнении задания.
Секретаря Миранды не оказалось на месте, и Джемма постучалась в дверь
начальственного кабинета.
— Войдите.
Миранды в комнате не было. В президентском кресле сидел ее муж — Эвард
Морвеллан, граф Мередит, и читал
Таймс
. Джемма улыбнулась ему, лорд
Морвеллан ей нравился. Вот уж кого ни за что не спутаешь с фермером, даже не
верится, что титул он купил.
— Доброе утро. А где Миранда?
— Доброе утро, мисс Стамп. Рад видеть вас в добром здравии. —
Эвард встал, вышел из-за стола и поцеловал руку Джемме. От этой его привычки
млели все женщины в корпорации, включая уборщиц. Такие люди, как граф
Мередит, и чихают так, словно надевают корону. — Присаживайтесь.
Миранда и мисс Холмс уехали на срочную встречу, вернутся к полудню.
— Какая жалость. Тогда я зайду попозже.
— Вы только что вернулись из Инвернесса, верно? — Хотя Эвард не
работал в корпорации, он умудрялся каким-то образом быть в курсе всех
дел. — Я очень рад, что вам удалось выжить в автокатастрофе. Если бы вы
погибли, это была бы невосполнимая потеря для всех нас.
— Благодарю за сочувствие, мистер Морвеллан. Или лорд Морвеллан? Что-то
все эти аристократические протокольные штучки меня последнее время как-то
странно интересуют. — Кажется, ее речи смахивают на бред. Джемма все-
таки воспользовалась приглашением и села, Эвард вернулся в кресло
Миранды. — Если бы, по счастливой случайности, у озера не отдыхал Айвен
МакРуанн, я не имела бы счастья сейчас беседовать с вами. — Она опять
скатилась на высокий штиль, но с графом Мередит такое казалось вполне
естественным.
— Айвен МакРуанн? — Эвард наморщил лоб, будто что-то
припоминая. — Из тех самых МакРуаннов из Шотландии? Граф Лавдаун? Как
же, помню... Тогда, после смерти Георга Четвертого едва не началась война за
трон... Кажется, я был знаком с... неважно, — оборвал он сам
себя. — Я не путаю?
— Нет, вы не путаете. — Джемма была впечатлена. Надо же, как
хорошо человек разбирается во всех этих хитросплетениях! — Это
действительно он, и по счастливой случайности он же является президентом
компании
Маунтир
. Вы его знаете?
— Не имел чести, — улыбнулся Эвард. — Но теперь, так как
договор между DR и
Маунтиром
заключен, думаю, мы познакомимся на каком-
нибудь совместном мероприятии.
Нужно было откланяться и уйти — все равно Миранда и Джинни вернутся не
раньше, чем через час, — но что-то заставляло Джемму оставаться на
месте. Наконец она поняла, что именно: перед нею сидел человек, который
точно мог ответить на несколько ее вопросов.
— Скажите, мистер Морвеллан, не могли бы вы меня просветить по одному
щекотливому вопросу, касающемуся аристократических браков?
— Я вас внимательно слушаю. Кстати, по аристократическим штучкам, как
вы изволили выразиться, правильное обращение — лорд Морвеллан, но это
неважно. — Он улыбнулся так обаятельно, что никаких сил сердиться на
него за педантичное уточнение не было.
— Правда ли, что для престолонаследников морганатический брак
невозможен? — задала самый волнующий вопрос недели Джемма.
— Хм... — Эвард потер подбородок. — В настоящее время грани
стираются. Удивительно это наблюдать... Тем не менее некоторые традиции
очень сильны. — Джемма не к месту вспомнила разговор с Айвеном о
волынке и едва удержалась от улыбки. — Слово
невозможен
слишком...
безнадежное, мисс Стамп. Невозможного нет, сейчас не девятнадцатый век...
Хотя иногда, очень редко, я об этом жалею, признаться. — Он
улыбнулся. — Если престолонаследник желает вступить в морганатический
брак, он будет лишен права наследования и многих привилегий, которые у него
имеются. В прежние времена это было почти невозможно, но сейчас нужно просто
пожертвовать очень многим, и если оно того стоит — разрешение на брак будет
дано. Точнее, стоит официально отказаться от престолонаследия, и получишь
возможность жениться по своему выбору. Но примеров единицы. Даже отдаленные
наследники престола стараются сохранить за собой право наследования,
раритеты сейчас в цене, а королевская власть понемногу становится раритетом.
Этого не видно на первый взгляд, но процесс необратим.
Джемма подавленно молчала. Нет, Айвен ради нее не сможет отказаться от того,
...Закладка в соц.сетях
