Жанр: Любовные романы
Платиновое побережье
...чами.
— Не имею ни малейшего представления. Какое-то наваждение...
— Она не убивала себя, — твердо заявила Кристина. Стивен обнял ее
за дрожащие плечи.
— Ты можешь назвать причину ее смерти? Давай я отвезу тебя домой. Ты
слишком потрясена.
Один из полицейских подошел к ним.
— Прежде чем вы уйдете, нам надо кое-что спросить у вас, миссис Рис-Карлтон, если вы не против.
Стивен встал между полицейским и женой:
— Неужели вы не видите, в каком состоянии находится миссис Рис-Карлтон?
Ваши вопросы можно задать и попозже.
— Нет. Со мной все в порядке. Лучше сейчас закончим с этим! —
твердо сказала Кристина.
— Тогда прошу вас ко мне в офис. — Стивен повел полицейских из
вестибюля наверх.
Офицеры расположились на диване в кабинете Стивена и молчали, пока он крепко
не прикрыл дубовую дверь.
— Как хорошо вы знали миссис Моррис? — важно спросил Кристину
полицейский, очевидно старший из них.
— Она была моей близкой подругой, — с некоторым вызовом ответила
Кристина.
— Очень хорошо. Тогда скажите, какие у нее были отношения с мужем?
— Нормальные... — соврала она и посмотрела на Стивена, ища
поддержки.
Он не заставил себя долго ждать:
— Жили, как все супружеские пары. Со своими проблемами и радостями. Вы
понимаете, о чем я говорю?
— Если вы не возражаете, мне бы хотелось, чтобы на вопросы отвечала
ваша супруга. Вам я задам вопросы несколько позже.
Стивен раздраженно кивнул и ничего не ответил.
Кристина молила Бога, чтобы полицейские не задали ей вопроса о тайной жизни
Элейн, поэтому поддержала Стивена:
— Они действительно были самой обычной парой.
— Дело в том, миссис Рис-Карлтон, что жертва была найдена с рубцами и
свежими рваными ранами на теле. Это следы от кожаного ремня или от плети. К
тому же многочисленные следы от ожогов. Ее постоянно подвергали насилию, что
следует квалифицировать, как пытки в изощренной форме, — полицейский
даже не удостоил Кристину взглядом. — А были ли у миссис Моррис какие-
либо друзья помимо мужа?
Этого вопроса Кристина страшилась больше всего и, удивляясь самой себе, она
хладнокровно, рассудительно ответила:
— Элейн здесь знали все. Она легко сходилась с людьми. У нее было
множество знакомых. И мужчин, и женщин.
— А почему вы так уверены, что она не покончила с собой? —
Полицейский оторвал глаза от своих записей, и Кристине стало дурно от
воспоминаний.
— Потому что она была оптимисткой. Что бы ни случилось, всегда
говорила:
Когда одна дверь закроется, то другая непременно откроется...
—
Рыдания перехватили ее горло, и она стала задыхаться словами.
— Спасибо, миссис Рис-Карлтон, теперь у нас несколько вопросов к вашему
мужу. Сэр, вы ведь знали миссис Моррис так же, как и ваша жена?
— Естественно. Она очень любила развлечения, была доброжелательна. Вся
ее жизнь состояла из вечеринок и ленивого отдыха. Непостижимо, что она
покончила с собой!
Полицейский офицер захлопнул записную книжку и спрятал ручку в верхний
карман мундира:
— Может быть, это и так, — сказал он и пристально посмотрел на
Кристину.
Стивен вышел их проводить. Когда он вернулся в офис, Кристина сидела и
смотрела из окна на море. Там человек стремительно скользил за катером на
водных лыжах. В какое-то мгновение он не вписался в поворот и упал, поднимая
веер брызг. Из них вдруг возникло лицо Элейн, живое и улыбающееся. Она молча
благодарила Кристину за то, что та спасла ей жизнь. Кристина от страха
закрыла глаза и крикнула:
— Ее убили, Стивен!
— Не будь наивной! Кому могло прийти в голову убить Элейн Моррис?
Кристина посмотрела на него широко раскрытыми от ужаса глазами:
— А я утверждаю, что ее убили! И даже знаю, кто это сделал.
— Раз ты так уверена, почему не сделала заявление полицейским? —
мягким, понимающим голосом спросил Стивен, по-видимому решив, что у жены
нервный стресс и следует во всем с ней соглашаться.
— Как я могла им сказать, что необходимо допросить Себастьяна Ажилера, дружка премьер-министра?
Стивен от невероятности предположения не мог вымолвить ни слова. Потом
заставил себя сказать:
— Если это шутка, то неудачная.
Кристина почувствовала слабость в ногах. Но все-таки встала и подошла
поближе к столу Стивена. Села на кушетку возле стены и почти шепотом
принялась рассказывать:
— У Элейн была связь с Себастьяном более двух лет. Она познакомилась с
ним на открытии
Хрустальных источников
. Несколько недель назад она
попросила меня дать ей в долг деньги, чтобы поехать в Англию и сделать
аборт. Ребенок был от Себастьяна. Я заехала к ней перед поездкой в Нью-Йорк.
И тогда она мне показала... — Кристина почувствовала, что подступает
тошнота, но договорила до конца: — Он чудовищно избил ее. Смотреть на ее
раны было страшно. Она сообщила, что расстается с ним. Была напугана и
хотела побыстрее улететь в Лондон.
Глубоко задумавшись, Стивен подошел к фотографии в деревянной рамке,
висевшей на стене позади его письменного стола. Она была сделана во время
открытия отеля. На ней был запечатлен он рядом с улыбающимся Джонатаном
Эллайном, перерезающим ленточку перед отелем
Хрустальные источники
.
— Хорошо, что ты промолчала. Официально об этом заявлять нельзя. Я не
хочу, чтобы ты была вовлечена во всю эту грязь. Тем более, твои сведения
основываются лишь на словах самой Элейн. А ведь она могла сказать неправду.
— Прекрати, Стивен! Она не лгала и не кончала жизнь самоубийством. Что
бы ты ни говорил, я обязана разобраться в том, что произошло.
— Поверь мне, Кристина. Ничего хорошего из этого не выйдет. Она была
англичанка, любила выпить и погулять и, возможно, баловалась наркотиками, во
всяком случае теперь трудно доказать обратное. — Он вздохнул, понимая,
что нужно как можно логичнее и спокойнее убедить Кристину не совершать
глупости. — Себастьян Ажилер — лучший друг премьер-министра и
наполовину абориген. Сама знаешь, что это значит на острове. Он здесь свой.
А мы кучка чужаков. У тебя нет доказательств. Расценят это как провокацию.
Выступить в одиночку против всего истеблишмента Барбадоса — значит объявить
войну. Будь благоразумной. Элейн мертва. Пусть спит спокойно...
— Бедняжка Элейн не заслужила такой смерти!
— Согласен. Но ее уже нет в живых. И мне следует заботиться о тебе. Не
буди спящую собаку и не впутывайся в эту историю.
— А подонок пусть преспокойно гуляет на свободе? — крикнула она с
надрывом и презрением к уговорам Стивена. И вдруг, что-то решив для себя,
успокоилась и тихо согласилась: — Пожалуй, ты прав. Это пустая трата
времени, и потом Элейн этим не поможешь.
Стивен помог ей подняться:
— Пойдем, я провожу тебя до дома. — Кристина позволила обращаться
с ней, как с неразумным ребенком. Придя домой, послушно легла в постель и
лежала молча, пока Стивен не ушел обратно в офис. Потом вынырнула из-под
одеяла и набрала телефон Денни Баскомба.
— Привет, Денни. Это Кристина Рис-Карлтон.
— Слушаю, Кристина. Как поживаете?
— У меня плохие новости. Вы помните Элейн Моррис? Так вот, ее нашли
сегодня утром мертвой.
— Боже! Как это случилось? — Денни был потрясен услышанным.
— Одни говорят, что это самоубийство. Но я не верю, есть и другие
версии. Мне нужно обязательно с вами встретиться. Я приеду к вам в офис.
— Да, да... я, правда, очень занят, — колебался Денни.
— Это очень важно, — умоляла она.
— А Стивен знает, что вы связались со мной?
— Нет. И я хотела бы, чтобы он узнал об этом последним.
На другом конце провода повисло молчание. Она ощущала, как лихорадочно
работают его мысли. И решила ему помочь:
— Ну, пожалуйста, это вас ни к чему не обязывает. Мне нужен только
совет.
— Хорошо, Кристина. Приезжайте в конце дня. Около семи. Годится?
— Прекрасно. До встречи.
Когда Кристина появилась в офисе Баскомба, его секретарша уже ушла домой.
Кристина испугалась, что адвокат не дождался ее. И вдруг в приоткрытых
дверях увидела Денни.
— Входите, Кристина, рад вас видеть, — он распахнул дверь и указал
ей на большое коричневое кресло. Сам Денни уселся за стол, заваленный
бумагами, и это создало впечатление официальной встречи.
— Как хорошо, что я вас застала. Вы, Денни, прекрасно выглядите,
впрочем, как всегда, — для начала польстила ему Кристина.
— От такой женщины, как вы, вдвойне приятно это слышать. Итак, вам
нужен мой совет?
— Да. Только сперва дайте слово, что все останется строго между
нами, — она с надеждой заглянула ему в глаза. Он их слегка прикрыл,
давая понять, что она может не волноваться и довериться ему полностью.
— Я хочу рассказать об Элейн Моррис то, чего не знает никто. А вы мне
посоветуете, как поступить дальше.
Кристина глубоко вздохнула и решительно принялась излагать подробно, без
утайки и без щепетильности трагическую тайну своей подруги. Денни с каждой
минутой все более мрачнел и, когда она закончила, задумчиво произнес:
— Вы наткнулись на банку с пауками. Неужели вы абсолютно уверены, что
хотите открыть ее?
— Я готова, если вы поможете мне.
Денни подумал о своей политической карьере, об огромных связях человека,
которому будет предъявлено обвинение, об отсутствии доказательств и
свидетелей и о той волне провокаций, которая наверняка обрушится на его
голову:
— Позвольте мне, Кристина, обдумать мою позицию. Обещаю, что сообщу о
своем решении завтра... А если я все же откажусь? Должен вас предупредить,
что это не исключено.
— В таком случае я сама буду иметь дело с этим подонком, —
вызывающе заявила она.
Денни не скрыл беспокойства, охватившего его. Он понимал, что Ажилер не по
зубам этой милой, отважной молодой леди. К тому же она создаст ряд
непредсказуемых осложнений бизнесу Стивена. Поэтому признался честно:
— Будьте предельно осторожны. Хотите самый лучший совет? Забудьте об
этом. Не будите спящую собаку.
— То же самое сказал мне и Стивен. — Она встала, подчеркивая этим,
что дальнейший их разговор потерял смысл. — Я не смогу просто так
забыть об этом.
Денни видел неестественную бледность на ее лице, ее припухшие глаза и тени
вокруг них.
— Это действительно трагедия. Так и следует относиться к смерти
несчастной миссис Моррис.
Денни проводил ее вниз по слабо освещенной дорожке, плутавшей в темноте, и
довел до машины. Она передала привет Паулине и помахала из окна своего
автомобиля, сильно сомневаясь, что адвокат ей поможет. Он не мог жертвовать
политической карьерой. Кристине придется надеяться исключительно на свои
силы и на справедливое следствие.
На следующее утро она встала, полная решимости начать неравную борьбу за
справедливость. Ее ошарашила новость — вертолет, на борту которого был премьер-
министр островного государства Джонатан Эллайн в компании со своим
неразлучным другом Себастьяном Ажилером, упал в море и затонул где-то между
Тринидадом и Барбадосом...
А следствие по делу Элейн Моррис признало акт самоубийства. Ее кремировали.
В приходской церкви Святого Джеймса состоялась панихида. Среди
присутствовавших были убитая горем мать Элейн и ее сестра с мужем,
прилетевшие из Англии. Стивен стоял поодаль, переминаясь с ноги на ногу. Он
ненавидел церковные обряды любого рода. Поль Ричардсон и его жена Мэнди были
искренне расстроены. Кристина задавала себе один и тот же вопрос: как
случилось, что так глупо оборвалась жизнь ее подруги?
Себастьяна Ажилера похоронили в семейном склепе в их родовом поместье на
Тринидаде.
А Джонатан Эллайн был похоронен с почестями, которые полагались
государственному деятелю, у католического собора Всех Святых при большом
стечении народа. На траурной церемонии присутствовали главы многих
государств. День похорон был объявлен нерабочим. Среди почетных гостей
Стивен появился без Кристины. В эти дни он уже обдумывал, как лучше
организовать предвыборную кампанию Денни Баскомба.
Через месяц Даниел Эндрю Баскомб был избран главой оппозиционной партии и
стал одним из главных претендентов на высший пост в стране. Его соперником
оказался вице-премьер Чарльз Пейн. До выборов оставалось три месяца. Стивен
выписал из Англии опытного человека, подготовившего проведение не одной
предвыборной кампании. Его задача состояла в том, чтобы создать
привлекательный образ Денни Баскомба — молодого профессионала с Барбадоса,
бедного мальчика из Сант-Льюиса, который благодаря упорному труду и усердию
закончил Оксфорд, стал адвокатом и вернулся на остров, чтобы быть полезным
на родине. Многие разделяли мнение, что пришло время влить в политику свежую
молодую кровь. И критиковали правительство старого стиля.
Денни понимал, что у него есть реальные шансы выиграть на выборах, и
испытывал возбуждение и трепет от перспективы стать в возрасте сорока двух
лет самым молодым премьер-министром за всю историю острова.
Кристина и Стивен слушали его первую программную речь перед избирателями в
прямом эфире.
Экзальтированная дикторша с безукоризненной улыбкой обратилась к слушателям:
— Добрый вечер, господа. Это Терри Гейл из передачи
Карибские
новости
. Наш гость из Бриджтауна в прямом эфире. Это мистер Денни Баскомб —
лидер оппозиции. Он нам расскажет, почему думает, что будет лучшим премьер-
министром, чем Чарльз Пейн.
Денни улыбнулся прямо в камеру своей неотразимой мальчишеской улыбкой.
— Я хотел бы поправить очаровательную Терри Гейл. Надеюсь, она не будет
возражать. Дело в том, что я никогда не заявлял, что буду лучшим премьером,
чем мистер Пейн. Но я уверен, что буду другим премьер-министром. Я убежден,
что в нашей стране необходимы серьезные реформы. До сих пор мы никак не
можем покончить с политикой, доставшейся нам в наследство от колониального
режима. Независимость была завоевана двадцать лет тому назад, а мы до сих
пор живем так, будто это произошло на прошлой неделе. Нам необходима свежая
кровь, новые идеи, молодые энергичные политики, полные оптимизма и энергии.
Конец девяностых годов должен стать расцветом нашей экономики,
ориентированной на международный туризм. Нам следует способствовать
иностранным инвестициям, строить новые отели, привлекать капиталы и валюту
туристов, предлагая им набор всевозможных первоклассных услуг на нашем
прекрасном острове. К нам уже приезжают туристы со всего мира, и мы
воспользуемся туристическим бумом. Мы должны превратить валюту наших
клиентов в новые школы и университеты, где наши дети могли бы учиться и
получить отличное образование. Эти деньги пойдут и на строительство больниц,
оборудованных по последнему слову техники, новых домов для престарелых и
молодежных центров. Я, Баскомб, сын крестьянина из Сант-Льюиса, буду каждый
час, посланный мне Богом, использовать на то, чтобы превратить Барбадос, мою
родину, в самое процветающее место на свете. В этом я обязуюсь перед вами,
моими соотечественниками, всеми и каждым в отдельности!
Денни откинулся назад, и в его глазах блестели настоящие слезы.
— Мы желаем вам всяческих успехов, мистер Баскомб, и я надеюсь, что мы
еще встретимся с вами во время вашей избирательной кампании, —
проворковала ведущая.
— Блестяще! — воскликнул Стивен и выключил телевизор. На его лице
сияла улыбка победителя. — Что скажешь? — спросил он с
энтузиазмом.
— Фантастика! — подтвердила Кристина, все еще не сводя глаз с
погасшего экрана. — И знаешь почему? Потому что Денни искренне хочет
помочь людям. Он живет их проблемами.
— Главное, что они с удовольствием слушают. Пройдет время, и они станут
есть из его рук. Вот тогда мы по-настоящему развернемся! — И Стивен
издал победный возглас, словно уже выиграл бой. — Старый Пейн не
выдержит натиска нашего молодого красивого парня.
— Да, Чарли Пейн не самый привлекательный мужчина. Наверняка
большинство женщин будет голосовать за Денни.
Но за Денни проголосовало не только большинство женщин, но и подавляющее
число мужчин. Обаятельный молодой лидер оппозиции выиграл выборы. Когда он
выступал после объявления итогов выборов по телевизору, Кристина слушала его
с комком в горле. Она не сомневалась в его честности, искренности и
бескомпромиссности.
Стивен и Кристина были приглашены на инаугурационную речь в Дом
правительства.
— Кристина, мы уже опаздываем на десять минут! — Голос Стивена
выдавал его волнение перед значительностью предстоящего события. Кристина
возилась с застежкой. Он нервничал. — Не надейся, что кто-нибудь
обратит внимание на твой бант. Все будут заняты пышной грудью миссис
Баскомб.
— Спасибо, утешил. — Она схватила бархатную сумочку и взглянула на
свое длинное платье из черной тафты.
— Тебе не кажется, что помада слишком яркая? — спросил он, когда
они спускались по лестнице.
— Нет. Если это хорошо для Паломы Пикассо, значит, хорошо и для меня.
Стивен пожал плечами:
— Будь по-твоему.
Ему нравились пастельные тона, с особой мягкостью оттенявшие ее золотистый
загар и каштановые волосы. Он одобрительно взглянул на сверкающие бриллианты
в ее ушах, которые он недавно подарил ей.
— Серьги выглядят замечательно. И вообще все мило, миссис Рис-
Карлтон... за исключением малиновых губ.
У Дома правительства выстроилась очередь машин. Стивен пристроил свой
мерседес
за темно-синим
даймлером
и медленно продвигался к массивным
железным воротам. Наконец они припарковались и сразу слились с массой
народа, заполнившего полукруглый вестибюль. Одетые в ливреи официанты
предлагали собравшимся шампанское в высоких хрустальных фужерах на больших
круглых серебряных подносах. Кристина и Стивен перешли в следующий зал и
встали в очередь, чтобы быть представленными новому премьер-министру.
Дождались, когда назовут их фамилию, и направились в большой, богато
убранный зал.
Денни выглядел безупречно в идеально сидящем на нем костюме от Савиль Роу. Он протянул руку Стивену:
— Я рад, что вы пришли.
На его лице сияла самая широкая улыбка из всех, когда-либо виденных
Кристиной. Он поцеловал Кристину в щеку, она заметила морщинки у его глаз.
Было видно, в каком напряжении он провел последние месяцы.
— Ты победил, Денни! Иначе и быть не могло. Я никогда не поддерживал
неудачников, — Стивен по-свойски похлопал его по плечу.
— Это наша общая победа, Стивен. Без вашей поддержки ничего бы не
вышло, — улыбнулся новый премьер, и Кристина заметила в его глазах какую-
то настороженность, даже испуг.
— Все нормально, Денни, — продолжал Стивен, не обращая внимания на
реакцию своего протеже. — Я не подведу вас! — и довольно
засмеялся.
Их внимание переключилось на Паулину. Она улыбалась. Но каждый мускул на ее
лице был напряжен.
— Как поживаете, Паулина? — Кристина проигнорировала протянутую
для пожатия руку и наклонилась, чтобы поцеловать подругу, умудрившись
сказать ей на ухо:
— Похоже, вы похудели.
Действительно, пышные формы жены премьера явно уменьшились. Платье
изумрудного цвета с низким декольте буквально висело на ней.
— Быть женой политического деятеля не так легко, — отшутилась она.
Паулина не только похудела, в ней уже не было привычного блеска. Под глазами
были круги, она выглядела усталой. Даже умелый макияж не мог скрыть этого.
Но Стивен небрежно заметил:
— Все равно вы остаетесь самой сексуальной женщиной на острове.
И Кристина увидела настороженно-отстраненную реакцию Денни на слова Стивена.
Чтобы как-то смягчить холодок этого момента, Кристина кокетливо спросила:
— Надеюсь, мы продолжим наши обеды с приятной болтовней? Вам не
помешает статус жены премьер-министра? Признаться, мне было бы скучно без
них.
— Конечно, конечно... — автоматически произнесла Паулина. —
Только в ближайшее время я буду в абсолютном замоте.
— Безусловно! Я понимаю и буду ждать, когда вы найдете время и
позвоните.
Ждала она напрасно. Хотя Паулина и оставалась внешне очень любезной во время
их встреч на официальных раутах, а Денни постоянно приглашал Стивена
участвовать в каких-то комиссиях по развитию туризма, но в их дружеских
отношениях что-то исчезло.
— Ничего не понимаю, — призналась Кристина Стивену после долгих
месяцев. — Мы были такими прекрасными друзьями. А с Паулиной — просто
подруги. Но как только она стала женой премьера, свела на нет наши
отношения. Как ты думаешь, почему это произошло?
Он пожал плечами.
— Скорее всего она поддерживала контакты с тобой, желая получить
поддержку для карьеры Денни. Им нужна была моя помощь. Политика — это как в
бизнесе: все работает на результат.
— Нет, Стивен. Не может быть все так расчетливо. Здесь что-то другое.
Мне надо докопаться.
— Пусть пройдет некоторое время. Такие дамы, как Паулина, знают, как
крутиться в этом мире. Чему и тебе не мешало бы научиться. А вообще, по-
моему, мы оба устали. Помнишь, как тебе понравилось в Нью-Йорке? Давай-ка я
оставлю на несколько недель дела. Поручу их Джеймсу, и мы махнем с тобой в
Европу. Мы вполне заслужили отдых. Заодно заберем Викки после летних
каникул. Что ты думаешь по этому поводу?
— Я была бы благодарна тебе за такое путешествие, — улыбнулась
она. — И готова ехать в любой момент!
16
Это был один из тех редких дней поздней осени, когда вдруг возвращается
тихий, теплый покой увядающей природы. Слабый солнечный свет сочился сквозь
замысловатый узор на красновато-коричневых листьях на деревьях. Зяблики и
дрозды пели в кустах, наслаждаясь последним теплом. Легкий ветерок касался
плюща, покрывавшего фасад дома в Перли Холл. Кристина и Виктория вышли из
машины. Кристина испытывала тот же прилив восторга и ожидания, какой у нее
возник, когда Стивен впервые привез ее сюда. Они редко наведывались в этот
старинный английский особняк после того, как обосновались на Барбадосе. В
основном только сопровождая Викторию после школьных каникул.
Миссис Барнс выбежала на каменную лестницу, а возбужденный Маффин крутился у
ее ног. Добрая улыбка осветила морщинистое лицо Дороти. Кристине показалось,
что она заметно сдала и утратила былую энергию. Ей ведь, наверное, было уже
к семидесяти. Виктория бросилась навстречу домоправительнице и обняла ее.
Дороти с нежностью гладила черные волосы девочки и одновременно
приветствовала Кристину.
— Миссис Рис-Карлтон, как же я рада вас видеть. Вы выглядите точно с
обложки журнала. Смотреть на вас одно удовольствие.
Кристина подала Дороти руку. Она никогда не целовалась с ней раньше и
сомневалась, что домоправительнице понравились бы чрезмерные нежности.
— Как хорошо возвращаться назад...
— Отдыхайте, дышите свежим воздухом, нажимайте без стеснения на
домашнюю стряпню старушки Барнс, и вы почувствуете себя дома.
— Уж если я начну отдавать должное вашим блюдам, то тогда прощай
фигура! — Кристина похлопала себя по плоскому животу.
— Даже не хочу слушать такие разговоры! В моей семье пять человек, и ни
один из них не растолстел от моей еды.
Дороти сказала шоферу, куда отнести вещи. Виктория с радостным визгом
помчалась на второй этаж особняка, за ней с лаем последовал Маффин.
— Жаль, что мистер Рис-Карлтон не смог приехать с вами. Я его так давно
не видела.
Кристина вздохнула:
— Мне тоже безумно жалко. Но ему срочно пришлось лететь на Багамские
острова. Он пытался отвертеться, но ничего не вышло. Я решила сама привезти
Викторию и кое-что купить себе перед нашей поездкой в Италию. — Она
улыбнулась при мысли о предстоящей поездке и продолжала рассказывать, следуя
на кухню за охающей домоправительницей.
Та продолжала сокрушаться:
— Ему же необходим спокойный отдых, а не всякие там путешествия. Вот бы
здесь и побыли некоторое время. Я так скучаю по
...Закладка в соц.сетях
