Жанр: Любовные романы
Платиновое побережье
...ртсмены ложатся рано.
Адам послушно пошел к двери и на ходу прокричал:
— Я иду спать! А завтра стану футболистом! Спокойной ночи! — И
выбежал так, словно он на футбольном поле.
Мартин присел на тахту.
— Устаешь ты с ним? Кристина села рядом.
— А у тебя есть дети? Мартин покачал головой:
— Нет. Последние три года мы надеялись на чудо. Моя жена Мария не может
иметь детей. Выяснилось, что у нее бесплодие. Но ей по-прежнему кажется, что
причина во мне. Сейчас мы как-то отдалились друг от друга. Эту неделю она
гостит у матери в Глочестершире, а я уезжаю в Италию и Испанию по делам
бизнеса.
— Очень жаль... — ее так и подмывало сказать ему о сыне. Но она
благоразумно промолчала.
Он выпил вино и, как бы извиняясь, добавил:
— Ерунда все это. У тебя своих проблем на сегодня достаточно, —
его рука нашла ее. Кристина не придумала ничего лучше, как рассказать ему
все, что наболтал ей Джеймс Моррис, разумеется, кроме отцовства. Кристина
умолкла на минуту, но потом призналась, что с трудом верит во все это.
— Неужели я жила в сплошном обмане? Человек, которого я любила, вел
двойную жизнь.
Мартину показалось странным, что она раньше не задумывалась об этом.
— И ты совсем ничего не подозревала?
— Было несколько случаев. Но Стивен объяснял, что есть такой закон —
нельзя путать выгодный бизнес с отношением к человеку, который тебе лично не
нравится. Я не перечила ему. Хотя Антонио никогда не доверяла.
— И что ты собираешься делать? — спросил Мартин.
— У меня нет выбора. Пойду в Управление по борьбе с наркотиками и
выведу Антонио и его банду на чистую воду.
— Это опасно. Скорее тебе стоит отказаться от покупки акций и позволить
Антонио их купить, а потом уже сообщить об этом в Управление.
— Нет. Я не могу, Мартин. Оказывается, за нашей компанией давно следят.
Стивен собирался обратиться туда, и я обязана выполнить его желание, чего бы
мне это ни стоило.
Мартин подвинулся к ней поближе и отбросил со лба ее волосы.
— Я беспокоюсь о тебе. Ведь до сих пор все еще влюблен в тебя.
Она осторожно отстранила его.
— Я знаю. Но вряд ли сейчас подходящее время. Известия о Стивене для
меня страшнее его смерти. Позволь мне попрощаться с тобой и пойти спать.
Силы совершенно покинули меня. А ты останься. Для тебя комната налево в
конце коридора.
— Спокойной ночи, Кристина, — он поцеловал ее в щеку и уже
собирался выйти из комнаты, но она достала из кармана платья скомканный лист
бумаги и протянула ему.
— Не уверена, что сейчас лучшее время для такого откровения, но ты
вправе знать все Прочти. Стивен оставил мне письмо. В нем он утверждает, что
Адам — твой сын.
Прочитав письмо, Мартин поначалу растерялся, потом разозлился и вдруг
проникся жалостью не к себе и не к Кристине, а к Стивену. Этот сильный
человек мог все и не сумел главного — сделать ребенка.
— Придумать это невозможно. Несмотря на чудовищные вещи, которые ты
сегодня о нем узнала, он по-настоящему любил тебя. И ты должна жить с этой
мыслью, — заключил он.
Это была щедрая оценка человека, которого он никогда не любил. Но Мартин
понимал, что тяжелые времена у Кристины по-настоящему только начинаются. Он
не оставил ее в эту ночь. Они долго-долго говорили. Кристина пробовала
уговорить его наладить отношения с женой и не ставить их в зависимость от
того, что она опять свободна. С тяжелым сердцем он согласился. Почти на
рассвете они, обессиленные разговорами, одетые, прильнули друг к другу,
зная, что через несколько часов они должны расстаться, и может быть,
навсегда.
28 сентября 1993 года Ясное бледно-голубое небо приветствовало Кристину, когда она, потянув за
шнур, открыла тяжелые шторы. Слабый солнечный свет просачивался сквозь
начинающую желтеть листву деревьев и падал на головы любителей побегать в
столь раннее время. Она увидела маленького терьера, который, подняв лапу,
написал на сверкающее хромом колесо
бентли
, припаркованного у дома.
Было 7.30 утра, на ней был черный брючный костюм и белая шелковая блузка.
Кристина приготовила себе кофе и бесцельно прохаживалась по пустой
десятикомнатной квартире, на ходу отхлебывая ароматный напиток. Вчера
вечером она впервые расстелила сама себе постель, а чемоданы бросила
нераспакованными в холле. Как только она закончит все дела в Нью-Йорке, то
покинет этот город навсегда. Она вымыла чашку и вышла из дома. Быстро прошла
по Саттон Плейс и на Йорк-авеню поймала такси.
— Угол Мэдисон и 58-й улицы, — сказала она водителю. Как обычно,
тот пробормотал в ответ что-то неразборчивое. Грязный желтый автомобиль
несся по тихим улицам к Мэдисон-авеню, где находился офис
Платинового
побережья
. Она наблюдала из машины за бродягами, спящими на вентиляционных
люках, за маленьким черным мальчишкой, стянувшим крендель у отвернувшегося
уличного торговца. И подумала, что грязный и распутный город мировой мечты
похож на знаменитую когда-то кинозвезду, цепляющуюся за забытые дни своей
славы.
Первая, кого встретила Кристина у дверей в офис, была секретарша Стивена
Кэрол Роджерс.
— Доброе утро, миссис Рис-Карлтон. Какая прекрасная погода!
— Да, вы правы. Будет замечательный день, — она последовала за
секретаршей, обратив внимание на ее элегантные туфли от Гуччи.
— А вы рано на работе, — прокомментировала Кристина.
— Мистер Челлини оставил мне вчера много работы. А я была приглашена на
ужин, поэтому пришлось прийти пораньше, чтобы доделать ее сегодня утром. Вы
не хотите чашечку кофе?
— Нет, спасибо.
Кристина села в лифт и доехала до тридцать шестого этажа. Щелкнула
выключателем, и осветился один из самых, по ее мнению, потрясающих офисов,
которые она когда-либо видела. У Стивена был превосходный вкус, и эта
комната целиком это подтверждала. Начиная с облицовки стен из американского
кедра и кончая дубовым паркетом с инкрустацией из черного дерева, по
которому были разбросаны изысканные ковры
обюссон
. Стены украшали картины
Дега и Шагала, под ними висела фотография Кристины с Адамом. Она не очень
соответствовала интерьеру, но Стивен настоял, чтобы она осталась на стене.
Возле его письменного стола на полу стояла скульптура Генри Мура. Вещи на
столе еще хранили тот порядок, в котором их оставил хозяин. Около
увлажнителя воздуха из кленового дерева лежали три гаванские сигары. Мягко
тикали антикварные часы. Рядом стояла настольная серебряная зажигалка и
лежала новая ручка от Картье, которую она подарила ему на предыдущее
Рождество.
Из задумчивости Кристину вывел приглушенный голос секретарши, раздавшийся из
селектора:
— Здесь мистер Челлини. Он может войти?
— Конечно. И поинтересуйтесь, не хочет ли он кофе. — Кристина
встала из-за стола, готовая встретить Антонио. Она боялась, что не сможет
скрыть своего презрения, но сейчас ни в коем случае ему нельзя было
показать, что ей известно.
Он вошел в офис — красивый, энергичный и, как всегда, уверенный в себе.
— Доброе утро, Кристина. Как вы?
Какое счастье, что она уже не реагировала на лживый образ
своего парня в
доску
. Она знала, что за беззаботной улыбкой скрывается жестокий циничный
убийца.
— Хорошо, Антонио. А как ты?
— О, прекрасно! С нетерпением жду аукциона. У меня есть предложение
Эдварду Харрингтону, и он от него не откажется.
Она ничем не выдала своего раздражения. Кристина хорошо понимала, что он
прощупывает ее. Антонио подозрительно посмотрел на Кристину. Она выглядела
независимой. Они оба повернулись к двери, когда вошла Виктория. На ней была
очень пикантная блузка, прямая юбка и большой свободный жакет. Ее темные
волосы были заплетены в длинную косу.
— Доброе утро. Надеюсь, не опоздала?
— Нет, еще достаточно рано, — успокоил ее Антонио и показал на
кресло рядом с Кристиной.
Раздался звонок по селектору, и Кристина услышала:
— Пришел мистер Харрингтон с мистером Клейном и мистером Вагнером. Они
могут подняться?
— Проводите их в комнату заседаний. Мы сейчас направляемся туда, —
ответила Кристина сухим голосом. Теперь она находилась со своими
противниками лицом к лицу. — Вы готовы?
— Как никогда ранее, — ответил Антонио. Он стоял рядом с
Викторией, словно намекая, что она его потенциальная союзница.
Они втроем прошли в зал заседаний, где уже были Эдвард Харрингтон и
адвокаты. Николас Вагнер, поздоровавшись, вытащил из своего кейса пачку
документов и сертификаты акций. Надел очки и, внимательно окинув
присутствующих цепким взглядом, спросил:
— Начнем?
— Не могу дождаться этого момента! — потирая руки, улыбнулся
Эдвард. — Кто же из вас, прекрасных и добрейших людей, собирается
сделать меня богатым человеком? Ужасно интересно!
— Процедура проста, это будет аукцион акций на покупку выставленных
28 % компании
Отели Платинового побережья
, которые принадлежат
мистеру Эдварду Харрингтону. Участники аукциона — мистер Антонио Челлини,
миссис Рис-Карлтон и мисс Виктория Рис-Карлтон. Они должны положить свои
заявки в конверты, которые будут вскрыты здесь в присутствии моих коллег.
— Мистер Харрингтон, мы вас пригласим, как только процедура будет
закончена, — сказал Кингсл Клейн.
Эдвард неохотно вышел из комнаты.
— Прошу вас подавать заявки, — предложил Николас Вагнер.
— Конечно, — Антонио вытащил из кармана пиджака конверт и передал
его адвокату.
Виктория достала конверт из сумки и бросила его на стол.
Кристина не двигалась, хотя ее сердце бешено колотилось.
— Я не буду предлагать цену, — сказала она, и сама поразилась
тому, как отчетливо и уверенно прозвучал ее голос.
Все в недоумении развернулись к ней.
— Могу я вас спросить, почему? — Вагнер от волнения снял очки и
впился в нее своими совиными глазами.
— Потому что компания на сегодняшний день ничего не стоит.
Первым пришел в себя Антонио и сразу ринулся в наступление:
— О чем вы говорите? В своем ли вы, Кристина, уме? К чему глупости в
таком важном деле!
— Я не сошла с ума, Антонио. Дело в том, что в настоящий момент
проверкой компании занимается Управление по борьбе с наркотиками. И на все
счета наложен арест.
Лица обоих адвокатов выражали панику. Виктория прикрыла глаза рукой. И
только Челлини продолжал улыбаться непонятно чему.
Кристина встала и продолжила:
— Джеймс Моррис, наш бывший менеджер на Барбадосе, арестован в Лондоне.
Он уже сделал заявление и представил доказательства, что компания
Отели
Платинового побережья
использовалась для отмывания нелегальных доходов от
торговли наркотиками и контрабанды оружием. А этот человек... — она
показала рукой на Челлини, — руководил всей операцией.
— Да как вы смеете меня обвинять?! — продолжая улыбаться, с явной
угрозой возразил Антонио. — Если ваш муж занимался подобной дрянью, то
меня он в эти дела и не посвящал.
У Кристины засосало под ложечкой. Но она хотела быть достойным противником
и, не дрогнув, спокойно ответила:
— Доказательства представлены в Управление по борьбе с наркотиками. Вы
не все забрали из его сейфа на Барбадосе. Еще одни копии документов
оказались в нашем доме в Англии. — Это было явной ложью, но у Кристины
не было другого выхода.
Антонио мигом подскочил к ней. Его глаза пронзали ее насквозь:
— Я не верю. Вы блефуете! — прохрипел он. Кристина выдержала этот
наскок и с улыбкой ответила:
— Поговорите с Денни Баскомбом.
Она в душе торжествовала, когда увидела, как побледнел Антонио. И добавила:
— Денни согласился дать показания при закрытых дверях. Вы прекрасно
понимаете, чем это для вас закончится. Игра проиграна, мистер Челлини.
В комнате повисла гробовая тишина.
— Джеймс Моррис видел, как Санторини убил Стивена по вашему указанию. А
Денни рассказал мне на Барбадосе, с какими предложениями вы к нему
обращались. — Она молила Бога, чтобы не сорваться, и единственным
источником силы был для нее страх, мелькавший в глазах Челлини.
— Проклятый Баскомб! Я давно предлагал Стивену избавиться от
него, — вдруг взревел Антонио, потеряв самообладание. Потом вдруг
подошел к Кристине и выпалил: — Я не убивал Стивена, этого вы мне не
пришьете! Я всего-навсего попросил Санторини предупредить его. А Джино,
проклятый мясник, решил по-своему. И никакой ответственности за него я не
несу.
— Ну об этом вам лучше рассказать агентам ФБР. — Она благодарила
Бога, что Антонио сам выдал себя, и подошла к дверям, за которыми находились
пришедшие задолго до начала аукциона представители закона. Теперь, когда они
своими ушами услышали признания Челлини, незачем было их скрывать. Оба
агента сразу же предъявили свои значки.
Виктория с криком:
Ты убил моего папочку!
— бросилась на Антонио. Тот
ударил ее в грудь, и она, не удержавшись на ногах, повалилась на руки
подбежавшему агенту.
Антонио поправил галстук и дотронулся до царапины на щеке. К нему подошел
второй агент и официально заявил:
— Антонио Лоренцо Челлини, довожу до вашего сведения...
— Хорошо, хорошо, — презрительно оборвал его Антонио. — Мне
необходимо сейчас же связаться со своим адвокатом.
— Сделаете это из другого места, — возразил агент и щелкнул замком
наручников.
Когда Антонио вывели, Кристина подошла к рыдающей на диване Виктории.
— С тобой все в порядке?
— Какой позор! Какое несчастье... мне никогда не свыкнуться с тем, что
моего папочку убили, потому что он был связан с наркотиками...
— Если для тебя станут хоть малым утешением мои слова, то поверь,
Стивен никогда не хотел впутываться в грязные дела. Он просто переоценил
свои силы. Он вознамерился играть с дьяволом по своим правилам. Антонио дал
ему деньги на строительство отелей, и Стивен, для которого это было делом
всей жизни, решил, что неважно, откуда они, и хотел держаться в стороне,
занимаясь честным бизнесом. Но так не получилось. Последние годы он умело
скрывал, но был бесконечно несчастным. Когда он застал тебя с Антонио и
увидел, как этот подонок предлагает тебе наркотики, его терпению пришел
конец...
Об остальном Кристина предпочла не рассказывать. Виктория больше не плакала
и как-то по-новому смотрела на нее.
— Он любил вас, Крис, гораздо больше, чем меня. Я поняла это с самого
первого дня, когда вас увидела. Несколько недель назад он признался мне, что
Адам не его сын, но, не желая терять вас, он стал относиться к нему как к
собственному. И взял с меня клятву, что я никогда вам об этом не скажу. Но
теперь все равно.
Она встала, поправила волосы и сказала уже привычным голосом:
— Хотя принять это тоже никогда не смогу.
— Мне очень жаль, Виктория, — вздохнула Кристина и неожиданно
почувствовала себя безумно уставшей. — Мы могли бы стать хорошими
друзьями.
— Никогда, — ответила Викки, и злоба исказила ее лицо. — Вы
отняли у меня единственного человека, которого я любила.
Она вышла из комнаты, и Кристина поняла, что больше они не увидятся.
Повернувшись к сидящим в растерянности адвокатам, она спросила.
— Итак, кто из вас возьмет на себя удовольствие сообщить мистеру
Харрингтону, что стоимость его акций равна нулю?
Невыносимое чувство одиночества охватило Кристину, как только она осталась
одна в кабинете Стивена. Все страхи оказались позади. Она подошла к
фотографии Стивена и долго разглядывала ее со смешанным чувством любви и
угрызений совести. На карточке он торжествующе смеялся во время открытия
отеля в Южной Калифорнии, тогда он получил приз за лучшую архитектуру. Она
долго смотрела на фотографию, но понять Стивена не могла, впрочем, как и за
годы жизни с ним.
— Все закончено, Стивен. Наконец все закончено, — сказала она,
отходя от фотографии. — Теперь я могу похоронить тебя раз и навсегда и
начать новую жизнь.
ЭПИЛОГ
Декабрь 1994 года — Адам, ты маленькая чума! — вскрикнула Кристина, когда он
обрызгал ее водой и побежал по берегу, громко смеясь.
— Поймай меня! Поймай меня! — кричал он. Кристина приняла вызов и
помчалась за ним в море. Но поймать Адама оказалось непросто. Он нырял и
выныривал в разных местах, а потом заплыл далеко в море. Кристина не
волновалась. Ребенок, выросший на берегу Карибского моря, в воде чувствовал
себя так же привычно, как и на суше. Она вышла на берег и опустилась на
белый горячий песок. Она отказалась от отелей
Платинового побережья
,
уединилась на вилле
Хрустальные источники
и жила спокойно. Справляться с
одним отелем было сплошным удовольствием, и большую часть времени она
уделяла сыну.
Сейчас отель был заполнен на девяносто процентов. Люди все шли и шли на
пляж. Их привлекал великолепный декабрьский день с безоблачным голубым небом
и спокойным бирюзовым морем, которое охлаждал умеренный пассат.
Кристина взглянула в сторону красавца-отеля и увидела спускающуюся на пляж
парочку, которую вчера обвенчал прямо в отеле отец Эдвард. Они шли, держась
за руки, а позади них выделялся стройной фигурой белокурый мужчина. Что-то в
его облике показалось Кристине знакомым. Но только когда молодожены побежали
к морю, она ясно разглядела Мартина. Он подошел и сел с ней рядом. Она
испытала сумасшедший прилив радости. На нем была легкая рубашка и шорты,
обнажавшие мощные мускулистые ноги со шрамами.
— Как поживаешь, Кристина? — спросил он дрогнувшим голосом.
Она затаила дыхание и боялась поднять глаза из-за страха, что он обнаружит
воскреснувшее в ней чувство.
— Надеюсь, у тебя хороший номер в отеле? — деловым тоном спросила
она.
Он посмотрел в море, прикрыв глаза ладонью:
— Мой развод с Марией состоялся на прошлой неделе, Крис. Я теперь
свободный мужчина.
Им не хватило времени продолжить разговор, потому что из моря выбежал Адам и
плюхнулся на песок у ног матери.
— Посмотри, кто к нам приехал, — неуверенно сказала Кристина.
Яркие глаза мальчишки вдруг загорелись еще сильнее, потому что он узнал
Мартина.
— Я вас помню. Вы из Англии. Футболист! Правильно?
Мартин утвердительно кивнул.
— И вы приехали учить меня играть в футбол?
— Конечно, — подтвердил тот.
Кристина смотрела на сына и на Мартина, таких похожих друг на друга, и
понимала, что дальнейшая ее жизнь немыслима без них обоих.
Закладка в соц.сетях
