Жанр: Любовные романы
Платиновое побережье
...читаю его своим сыном. Люблю его и горжусь им. Я
собираюсь положить это письмо в сейф и молю Бога, чтобы у тебя никогда не
появилась необходимость прочесть его. Но в случае, если со мной что-либо
случится, будет лучше, если ты будешь знать правду.
И всегда помни, моя дорогая, как много ты значишь для меня. Люблю тебя с
каждым днем все больше. Стивен.
Кристина поначалу просто не поверила тому, что прочла. Слезы потоком лились
из глаз, не давая возможности перечитать еще раз.
— Почему он мне не сказал? — спросила она не столько у Морриса,
сколько у клочка бумаги, дрожащего в руке.
— Стивен в очень многое тебя не посвящал, — со злорадством
констатировал Джеймс.
Она скомкала письмо и сунула его в карман платья. Прикрыв рукой перекошенный
от страдания рот, старалась поглубже дышать, чтобы сдержать потоки слез,
готовых вырваться из ее глаз.
— Я не верю этому, — шептала она.
— А ты поверь. Я все выяснил. Его заставила стерилизоваться жена,
потому что у нее были слишком тяжелые роды. А ты сама-то уверена, что этот
ребенок от ублюдка Мартина? Или еще с кем-нибудь путалась?
— Да как вы смеете! — закричала Кристина, трясясь от неистовой
ярости, она готова была убить этого мерзавца. Он невольно сделал несколько
шагов от нее. — Где вы взяли это письмо?! Он же написал, что кладет его
в сейф? Говорите!
— Не имеет значения. Ты узнала какую-то часть правды, и с тебя
достаточно, — пробормотал он, ошарашенный остротой ее реакции.
Кристина вдруг подбежала к нему и, заглядывая в его напряженное лицо, тихо,
без злости и упреков, попросила:
— Расскажите мне все, Джеймс. Я умоляю вас.
Он снова больно схватил ее за руку и, глядя с ненавистью, жестоко произнес,
стараясь имитировать голос Стивена.
— Ты хочешь знать все, моя дорогая Кристина? Ты уверена, что хочешь
знать, каким в действительности был твой замечательный муженек?
Пожалуйста... У него была мания величия. Он сам сотворил из себя легенду и
поверил в нее. Поэтому им легко было впутать его в свои игры...
Джеймс уставился перед собой. Потом подошел к столику, не спрашивая
разрешения, налил себе виски и развалился на диване. Кристина не мешала ему,
затаив дыхание и ловя каждое слово, чувствуя, что Моррис в данную минуту не
врет.
— Поверь мне, никто не в силах устоять перед мафией. Санторини,
подручный Антонио Челлини, прикончил его. И этим поставил точку.
— Санторини? — слабо повторила она.
Значит, ее подозрения были не напрасны. Санторини, с каменным, ничего не
выражавшим, бледным, как у мертвеца, лицом и мертвыми глазами? Кристина
вздрогнула. Она всегда его боялась. И, к ужасу, оказалась права.
— Но почему, Джеймс? — взмолилась она.
— Почему... — бесстрастно повторил он. — А что тут такого?
Для Джино сломать шею и инспирировать несчастный случай проще любой детской
забавы. Стивен был с ними заодно. Он занимался исключительно законной
стороной их бизнеса. А деньги получал от Челлини. С самого начала мафия
финансировала строительство этих самых отелей, которыми вы так гордились.
Иначе он фиг бы где нашел такие гигантские средства. А для Антонио
гостиничный бизнес служил прикрытием для его мафиозных дел. Через отели
проходили сотни миллионов долларов, полученных от торговли наркотиками и
оружием.
— Что? — Кристина не верила своим ушам и с каждой новой фразой,
произнесенной Джеймсом, теряла силы. Ей пришлось схватиться за спинку
кресла.
Возбужденный видом страдающей женщины, Моррис с воодушевлением продолжил:
— Затем Антонио стал подталкивать Стивена использовать
Хрустальные
источники
как базу для транспортировки наркотиков из Колумбии. Стивен
отказался. У него была небольшая сделка с Денни Баскомбом, и он не хотел
подвергать ее опасности. Небольшие партии наркотиков шли через Барбадос. Это
позволило поддержать местную экономику. Но Денни и слышать не хотел о
крупной операции. Стивен с ним очень считался и к тому же оберегал
Хрустальные источники
. Наверное, это было связано с тобой.
У Кристины все перемешалось в голове. Благороднейший Денни Баскомб связан с
наркобизнесом? Так вот почему в их отношениях наметился холодок. А Кристина
так долго недоумевала, почему Паулина отвернулась от нее. Она, наверное,
была уверена, что Кристина в курсе происходящего.
— Я отказываюсь верить вам, Джеймс, — из последних сил выдохнула
Кристина.
Он схватил ее за подбородок так, что ей трудно стало дышать.
— Я не лгу. Последней искрой, взорвавшей Стивена, стала связь Виктории
с Антонио. Ему было наплевать, сколько наркотиков и наркоденег проходило
через его отели, но когда дело коснулось его дочери, да к тому же он узнал,
что она сама стала пробовать героин, он сорвался. Управление по борьбе с
наркотиками подозревало Стивена, но без доказательств у них ничего не
получалось. После инцидента с дочерью Стивен решил сам заявить туда.
Вдруг Джеймс рассмеялся тонким высоким смехом, заставив ее вздрогнуть.
— Нет, Кристина, посуди сама, какова ирония судьбы! Я подстроил так,
что Майкла Штейна обвинили в хранении наркотиков, а он в отместку заложил
Стивена в Управлении по борьбе с наркотиками. Сначала у него не было
конкретных фактов. Стивен познакомился с Антонио после того, как мы лишили
Штейна его кормушки. Но этот говнюк всегда любил рыться в чужом белье. Он
понимал, что прибыли, о которых мы заявляли, не соответствуют
действительности. Если бы Санторини не поспешил Штейн мог бы их всех вывести
на чистую воду. Он умудрился перепроверить и сравнить тысячи документов
отчетности, направляемых в налоговые инспекции. Думаю, поторопились мы его
выгнать. С ним от Стивена можно было бы избавиться куда проще... —
Глаза Джеймса затуманились. Он казался отрешенным.
Кристина, впившись пальцами в спинку кресла, стояла как вкопанная. Она не
хотела верить услышанному, но рассудок соглашался с тем, что многое из
сказанного Моррисом имело под собой реальную почву. Джеймс шумно отхлебнул
виски из стакана, громко чмокнул и продолжал:
— У Стивена были дубликаты всех финансовых документов по
Платиновому
побережью
, по ним можно было проследить прохождение денег мафии. Папки
хранились в сейфе на Барбадосе. Он собирался передать их в официальные
органы. Но Санторини добрался до них раньше... Дорогая Крис, он не мог
допустить предательства Стивена и заставил его замолчать навсегда.
Кристина обошла кресло и почти упала в чего.
— Откуда вам известны такие подробности?
— В тот вечер я был у Стивена в
Хрустальных источниках
. Мы закончили
дела, я вышел и случайно увидел промелькнувшую фигуру Санторини. Никаких дел
у него на Барбадосе не было. Поэтому его появление меня насторожило. Я решил
спрятаться в вашем саду, надеясь узнать что-нибудь интересное. И, как
видите, не ошибся. После ухода Санторини я нашел бездыханное тело Стивена. А
письмо, адресованное тебе, валялось возле сейфа. Санторини не обратил на
него внимания.
Кристина покачала головой и произнесла вслух, говоря сама себе:
— Я всегда подозревала Антонио. Чувствовала что-то не то... Не раз
уговаривала Стивена откупиться от него. Но он всегда находил предлог не
делать этого. Бедный Стивен, он не смог выбраться из сетей этих подонков.
Теперь я понимаю, что его так мучило перед смертью.
Ее размышления вслух позабавили Морриса. Он вскочил и подошел к ней. Дыша
алкоголем в лицо, закричал:
— Стивен Рис-Карлтон — невинная жертва? Да он отъявленный подлец! Как
ты можешь быть такой наивной. Не обольщайся. Антонио и твой муж были из
одной шайки.
Она отчаянно затрясла головой.
— Вы лжете, Джеймс. Вы всегда ненавидели его. Потому что он был
талантлив и обладал даром предвидения. Он был не без недостатков, но уж
никак не преступник.
— Спокойно. Есть еще кое-что для тебя. Не двигайся, — он погрозил
пальцем и вышел из комнаты.
Она воспользовалась этим, подбежала к телефону, схватила трубку и
лихорадочно набрала 999. Джеймс вернулся назад, и ей пришлось быстро
положить трубку на место. Он пьяно улыбнулся.
— Телефонный шнур я перерезал, пока ты открывала мне дверь. Для нашей
встречи свидетели ни к чему. — Он поставил на столик рядом с бутылками
портативный диктофон. И объяснил:
— Стивен поручил мне следить, чтобы в его офисе телефоны не
прослушивались. Не правда ли, забавно? Нашел, кому поручить. Слушай,
детка, — и включил диктофон.
Комната наполнилась голосом Стивена. Он разгоряченно спорил с каким-то
человеком. От неожиданности и волнения Кристина сразу не могла вникнуть в
смысл записанного разговора. Но когда раздался высокий, капризный голос, она
поняла, что Стивен говорит со своим сводным братом. Тот, повизгивая, почти
кричал:
— Я тебя, Стивен, предупреждаю в последний раз, если ты не дашь того,
что я требую, я завтра же все расскажу, и все газеты выйдут с заголовками —
Стивен Рис-Карлтон обвиняется в убийстве Алана Рэнделла, совершенном на
строительной площадке
.
— Ты же знаешь, я его не убивал, — голос Стивена казался уставшим.
Эдвард не сдавался.
— Сам ты его не убивал, но организовал это убийство. У меня имеются
свидетельства, которые неопровержимо доказывают, что вы с ним расправились,
потому что он решил разоблачить тебя! Ты за взятку в городской мэрии получил
разрешение на застройку района. Поверь, этого достаточно для полиции...
Потом пленка тянулась без звука. Должно быть, оба молчали. Наконец она снова услышала голос Эдварда:
— Я подумал и решил отказаться от денег. Это слишком простое для тебя
решение. А мне следует подумать и о старости. Придется выложить тебе долю
акций компании.
Задыхающимся от ярости голосом Стивен ответил:
— Нет, Эдвард, никогда! Либо ты берешь сто тысяч и оставляешь меня в
покое, либо проваливай отсюда к чертовой матери!
Послышался высокий смех Эдварда:
— Неужели ты хочешь лишиться всего? Дворца, полного удовольствий,
дорогой женушки, положения в мире бизнеса? Никогда не поверю. Ты хорошо
считаешь и понимаешь, лучше потерять часть бизнеса, чем весь. К тому же
управлять моей долей я поручу тебе. И об этом вообще никто не узнает...
Джеймс выключил диктофон. И снова налил себе виски.
— Надеюсь, тебе достаточно? Более убедительных доказательств не
потребуется?
Кристина молчала. Ни говорить, ни двинуть рукой она была не в состоянии. До
ее сознания медленно доходило, что она жила столько лет с совершенно
неизвестным ей человеком. Он обманывал ее, притворялся честным и порядочным
человеком. Гордился своими добродетелями, а на самом деле... Может быть, и в
своей любви к ней он всего лишь играл фальшивую роль?
— Почему вы мне рассказали? — безучастно спросила она тяжело
дышавшего где-то рядом с ней Морриса.
— По той же причине, что и Эдвард. Мне приятно будет тебя
шантажировать.
— Зачем мне покупать твою информацию? Достаточно того, что я ее
услышала.
— В таком случае ты рискуешь потерять все. Я не задумываясь разоблачу
компанию в Управлении по борьбе с наркотиками. А мне известно, что ты хочешь
приобрести контрольный пакет акций
Платинового побережья
. Но если ты
откажешься, я пойду к Антонио. Он скупиться не будет.
— А что, если я сама пойду в Управление?
— Я бы тебе не советовал. Посмотри, что случилось с твоим дорогим
покойным мужем.
— Какое право вы имеете мне угрожать! — Кристина собралась с
силами и решительно встала с кресла. Но Джеймс грубо толкнул ее обратно.
— Не беспокойся, я не жадный. Я не педрило Эдвард, — он сел рядом
с ней и принялся гладить ее ногу. — Прежде чем мы начнем торговаться,
ты доставишь мне небольшое удовольствие.
Дрожа всем телом, она оттолкнула его руку. Часы на камине показывали 8.15. А
Мартин обещал приехать раньше Морриса.
— Да ты замерзла, моя дорогая? — спросил Джеймс и встал, чтобы
подбросить полено в камин. Кристина воспользовалась этим и схватила тяжелую
хрустальную вазу, но не успела запустить ее в голову мерзавца. Джеймс резко
обернулся и одним ударом выбил вазу из ее рук. Она отлетела к книжному
шкафу, ударилась о дверцу и разбилась на множество мелких кусочков,
разлетевшихся по полированному дубовому полу.
— Ты ведешь себя, как глупая девчонка. Лишилась такой красивой
вазы, — он схватил ее за запястья и, выкрутив руки, заставил опуститься
на пол. Потом навалился всем телом.
— Отпустите меня, Джеймс... — стонала она, не находя сил с ним
бороться. Его красное лицо с бешеными глазами нависало над ней.
— Тебе не нравится? — хрипел он. — Хочешь узнать, как любила
это делать моя сука-жена?
Он ударил ее наотмашь по лицу. От боли Кристину начало тошнить.
— Что ж ты не воешь? Не нравится со мной? Элейн тоже предпочитала
садистские игры с Себастьяном Ажилером. Тащилась от его кнута. Но ты же
знаешь, я все уладил. Сделал так, чтобы она больше ни с кем не трахалась.
Кристина вдруг поняла, что он сумасшедший. Ужас сковал ее. Этот человек убил
ее подругу, свою жену, теперь он не пощадит и ее. Он вплотную приблизил свой
рот к ее лицу и с силой потянул ее руки к своим брюкам.
— Я хочу, чтобы ты делала мне так, как этим ничтожествам Стивену и
Мартину. Ты будешь заниматься этим, пока я не заполню спермой весь твой рот.
Он сделал паузу. Кристина застонала, как попавший в капкан зверек.
— Если ты это сделаешь, я не причиню тебе вреда. Ты же знаешь, как
сильно я тебя люблю... — Он отпустил ее руки и принялся расстегивать
брюки. Кристина напрягла все силы и попыталась вырваться. Он, схватив ее за
подбородок, прижал к полу. Дыхание перехватило. Кристина, задыхаясь, вертела
головой, стремясь освободиться.
— Сделай, Кристина, сделай. Это же совсем не трудно. Ты ведь всем так
делала, — уже почти молил Моррис. У него не получалось держать ее и
стаскивать с себя брюки. Он отпустил ее голову и приподнялся. Кристина, лежа
на спине, пыталась как-то освободиться. Она, упираясь руками в пол, ползла в
сторону камина. Он, наконец содрав с себя брюки и сжимая рукой член,
передвигался за ней на коленях. Кристина, чтобы не видеть эту мерзость,
отвернулась и увидела торчащее полено в тлеющем камине. Она расслабилась и
опустилась на спину, чтобы притупить его внимание. Джеймс, ничего не
замечая, надвигался на нее, сжимая ногами ее переставшее дергаться тело. Еще
немного, и он навис бы над ее лицом. Но Кристина нащупала рукой полено,
торчавшее из камина, схватила его и ткнула тлеющим концом в пах Джеймсу.
Раздался душераздирающий крик, он сначала откинулся назад, а потом,
перевалившись через нее, стал кататься по полу.
Кристина вскочила и бросилась бежать. Нечеловеческий вопль преследовал ее,
пока она не выбежала из дома. Как в тумане, она брела по дорожке и вдруг
совсем рядом увидела фары машины. Навстречу ей выскочил Мартин и за ним почему-
то два полицейских. Кристина упала на капот и, истерически рыдая, кричала:
— Он там, там... я убила его.
Один полицейский бросился в дом. Другой остался возле нее.
— Ну, где же ты был? — рыдала она. — Он перерезал телефонные
провода. Я так боялась... Он хотел убить меня, как убил свою жену
Элейн... — Рыдания не дали ей продолжать.
Мартин прижал ее к себе:
— Тише, Крис. Все хорошо. Я с тобой. Раньше приехать не получилось,
попал в аварию. На улице жуткий туман. Пытался дозвониться тебе из
полицейского отделения. Когда понял, что линия мертва, заставил их приехать
со мной.
Она посмотрела в сторону дома. Полицейский вышел на улицу, разговаривая по
радиотелефону. Второй полицейский подошел к нему, и они о чем-то долго
говорили. Затем разошлись. Один вернулся в дом, другой подошел к ним и
объяснил, что произошло.
— Нет повода волноваться, миссис Рис-Карлтон. То состояние, в котором
он находится, надеюсь, надолго обезопасит женщин от его посягательств. Мы
вызвали
скорую помощь
.
— Надеюсь, ему хоть больно? — холодно спросила Кристина.
Полицейский пришел от ее слов в недоумение. Но что она могла сейчас
рассказать об этом мерзавце? Она только сейчас начала осознавать, что Джеймс
хладнокровно убил свою жену и лицемерно принимал соболезнования. Сколько
времени она работала бок о бок с убийцей? Ей в голову не могло прийти, что
он убийца. Потом ее мысли перескочили на Майкла Штейна, вечно вынюхивавшего
все, рыскавшего по отелю в поисках своей мелкой выгоды... Но воспоминания о
Стивене лишили ее покоя. Она почувствовала холод ночи, трагизм своего
положения Огни, горевшие в доме, вдруг увеличились до размеров солнца и
ослепили ее.
— Поддержите ее, сэр! — воскликнул полицейский, видя, что Кристина
теряет сознание. Она упала на руки Мартину.
— Тебе следовало быть доктором, а не футболистом, — поблагодарила
Кристина. — Так хорошо все сделал.
Они сидели за обеденным столом, и Мартин возился с повязкой на ее руке.
— Ну, вот и все. Есть небольшие ожоги. Завтра в любом случае необходимо
вызвать доктора. Надеюсь, Джеймсу придется приходить в себя намного дольше.
— Бедная Элейн. Я всегда сомневалась в ее самоубийстве.
Она положила голову на здоровую руку. Мартин очень переживал за нее и от
растерянности не знал, как себя вести.
— Завтра приедут полицейские, и ты сделаешь заявление, а до тех пор я
побуду с тобой.
— Спасибо, Мартин. Я ценю это Пат и Адам скоро придут домой. Нам не
следует говорить им, что случилось. Скажем, что я обожгла руку у плиты.
Сколько сейчас времени?
— Полдесятого. Кристина встревожилась:
— Уже должны вернуться. Фильм заканчивается в девять, езды от
кинотеатра минут пятнадцать.
Мартин встал. Прошелся по глубокому эркеру и прижался лбом к стеклу.
— Туман очень густой. Ваш водитель будет ехать крайне осторожно.
— Я тоже на это надеюсь. На сегодня с меня достаточно стрессов. Хватит на всю оставшуюся жизнь.
В это время Мартин заметил слабый, размытый свет фар. Они медленно, но
неуклонно прорезали завесу тумана.
— Едут! — объявил он.
— Помни, ни слова! — Кристина подняла вверх перебинтованную руку.
Мартин кивнул и остался стоять возле окна.
Адам вбежал в дом и сразу со всей прытью бросился к матери.
— Обалденный фильм, — кричал он. — Бен был прав! Пат тоже
понравился.
Пат появилась вслед за ним и принялась снимать с него шарф и варежки.
Кристина стала ей помогать, но не могла избавиться от мысли, что смотрит на
сына по-другому. Раньше она искала в нем черты Стивена, а теперь узнавала в
нем Мартина. Перед ней стоял ее мальчик, но он больше не был сыном человека,
увязшего в махинациях с наркотиками и политиками, которого убили только за
то, что он был ослеплен собственной манией величия.
Адам увидел повязку на ее руке:
— Мамочка! Что случилось?
— Ну, ты же знаешь, мама не привыкла возиться у плиты. Я была
неосторожна и обожгла руку.
— А это больно? — спросил он и дотронулся до повязки.
— Нет, не очень. Но ужасно стыдно, что я сожгла
булонез
.
Адам расстроился:
— А мы с Пат так хотели его попробовать!
— Ничего, я попрошу Дороти приготовить
булонез
к завтрашнему ужину.
Она делает его намного лучше меня. А если ты голоден, в холодильнике есть
пицца. Можешь съесть и мигом в постель. Тебе пора спать.
— Я совсем не хочу спать! — закричал он и побежал по комнате, но
замер на месте, увидев Мартина. Уставился на незнакомого человека, не в
силах от неожиданности произнести ни слова. Они внимательно пригляделись
друг к другу. Мартин нарушил молчание первым.
— Судя по всему, тебя зовут Адам Твоя мама много рассказывала о тебе.
Адам продолжал рассматривать незнакомца с серьезным выражением лица.
— А вы пробовали спагетти
булонез
, прежде чем мамочка их
сожгла? — наконец спросил он.
Мартин расплылся в обезоруживающей улыбке.
— Нет. Как и ты, я приехал слишком поздно. Адам побежал и вскарабкался
на кресло, чтобы быть на уровне глаз с гостем.
— А как тебя зовут? — спросил он.
— Мартин Ворд. Я друг твоей мамы. Я ее знал еще до того, как ты
родился.
— А ты любишь играть в конструктор? Мы могли бы сыграть, —
поинтересовался Адам.
Мартин еле сдержал возглас, настолько улыбка мальчика напоминала ту, с
которой к нему в первый раз обратилась Кристина.
— Молодой человек немедленно отправляется спать, и ни о каком
конструкторе не может быть и речи.
— Я не устал и хочу есть! — воскликнул Адам и бросился на кухню,
где Пат ставила в микроволновую печь холодную пиццу.
— Не обращай внимания на Адама. Он типичный избалованный шестилетний
ребенок. У него слишком много энергии, и иногда он ужасно утомляет. Но я не
представляю жизни без него.
— Красивый мальчик, — сказал Мартин. — И похож на тебя.
— Ты прав, похож, — согласилась она и взглянула на сильный
подбородок Мартина и его глубоко посаженные глаза орехового цвета. Сомнений
не было, Адам становился все больше похожим на него.
Адам не заставил себя долго ждать. Он прибежал из кухни, неся в руках пиццу
пепперони
. За ним шла Пат с томатным соусом и двумя стаканами
апельсинового сока.
— Прости, Мартин. Я не спросила тебя, голоден ли ты? — ей стало
неудобно, ведь она приглашала его на ужин.
Он покачал головой.
— Нет, но я хотел бы выпить. Если ты дашь мне стакан сухого вина, будет
прекрасно.
— Конечно. Мы оставим проголодавшихся киноманов наслаждаться пиццей, а сами пройдемся по дому.
Мартин с готовностью встал.
— Ты останешься на ночь? — по-деловому поинтересовался Адам.
— Да.
— Тогда мы завтра утром сыграем в конструктор. Мартин потрепал мальчика
по голове и подумал, что точно такие же волосы были у него в этом возрасте.
Кристина достала бутылку
Шабли
и два бокала Она повела Мартина в комнату,
где они обычно смотрели телевизор. На одной из стен были развешаны
многочисленные рисунки Адама. На трех других висело несколько картин
известных художников. Основное место в комнате занимала огромная тахта, на
которой горой лежали мягкие игрушки. По всему полу были разбросаны солдатики
и машинки. Кристина наклонилась, чтобы подобрать их и положить в большую
красную коробку, стоящую в углу комнаты.
Мартин подошел к картине, изображавшей мальчика в шляпе Пьерро. Картина
принадлежала кисти Пикассо. Почтительно дотронувшись до рамы,
поинтересовался:
— Это настоящая вещь?
— Здесь все подлинники. Стивен был большим ценителем живописи. Особенно начала двадцатого века.
Мартин взглянул на рисунок Матисса:
— Это, должно быть, стоит целое состояние?
— Коллекция Стивена оценивается в пятьдесят миллионов долларов. —
Она легко назвала эту цифру, давно привыкнув к большим суммам. И вдруг
поймала себя на мысли, что все деньги, связанные с ним и окружающие
ее, — грязные. Вся эта роскошь оплачена деньгами от продажи наркотиков
и торговли оружием. Как страшно жить с подобными мыслями. Ей казалось, что
теперь каждый понимает, откуда такое богатство.
Она подала Мартину бокал вина. Тот не успел пригубить, как в комнату вбежал
Адам.
— Пат заставляет меня идти спать! А кто мне почитает? — Он обнял
ее ноги и прижался к ней, чуть не выбив бокал из рук.
— Адам, слишком поздно. К тому же я не могу оставить Мартина сидеть
здесь одного, — строго возразила Кристина.
Адам оторвался от нее и оценивающе поглядел на Мартина:
— А может, этот дядя прочтет мне сказку? Мартин расхохотался.
— Нет, это не по моей части, но скажу по секрету, я футболист. Ты
умеешь играть в футбол?
Адам открыл рот от восхищения и кивнул головой.
— Тогда какие проблемы? Я буду приезжать и давать тебе уроки футбольной
игры, — подмигнул ему Мартин.
— А можно я приглашу своего друга Бена? Он отличный футболист.
— Конечно, а сейчас иди спать. Спо
...Закладка в соц.сетях
