Игра

страница №19

...- улыбнулась она и первой
направилась к главной лестнице.
Грохот от падения чего-то тяжелого вдруг нарушил царившую в доме тишину.
Сабрина и Джек с мальчиком на руках
замерли на верхней площадке лестницы.
Дарлингтон схватил Сабрину за руку и оттащил к стене.
- Стойте и не шевелитесь! - прошептал он. - Возьмите. Кита на руки.
Сможете?
- Смогу!
Она взяла у Джека брата и крепко прижала к груди. Что могло случиться?
Раньше времени вернулись Макдоннелы?
Или кто-то вошел за ними в дом, благо дверь была не заперта? А может быть, это
просто забавлялись Эван со служанкой?
Взглянув вниз, в холл, Сабрина различила на фоне стены два мужских
силуэта. Они двигались очень неуверенно, как
воры в незнакомом доме. Она посмотрела туда, где должен был находиться Джек, но
в темноте ничего не увидела. Однако уже
в следующий момент там что-то блеснуло. Сабрина поняла, что Дарлингтон обнажил
шпагу.
Незнакомцы продолжали медленно, поминутно озираясь, продвигаться в
направлении лестницы. Сабрине сделалось
страшно. Она была готова даже закричать, но боялась до смерти напугать Кита. Тот
же неожиданно стал ворочаться у нее в
руках, дергаться и покряхтывать. Сабрина догадалась, что брат пытается подавить
рвущийся из груди кашель. Продолжая
правой рукой прижимать к себе завернутого в одеяло Кита, она осторожно сунула
левую в карман и нащупала пистолет.
Тем временем первый из проникших в дом мужчин взялся за перила лестницы,
поднялся на пару ступенек и,
остановившись, зажег ручной фонарь. Второй двинулся за ним. Как раз в этот
момент Кит, будучи не в силах сдерживаться,
закашлялся.
Мужчина с фонарем застыл на месте и, подняв руку, осветил всю лестницу.
Яркий луч ударил Сабрине прямо в лицо и
ослепил ее.
- Держи ее! - крикнул второй мужчина с нижней ступеньки.
Первый схватил Сабрину за левую руку и попытался стащить с лестницы. Она
сопротивлялась, но он вцепился в
девушку мертвой хваткой. К тому же правой рукой Сабрина продолжала прижимать к
себе Кита.
В ту же секунду раздался резкий свит рассекающей воздух стали. Шпага Джека
обрушилась на голову бандита. Тот
выронил фонарь, выпустил руку Сабрины и мешком покатился вниз по лестнице. Но
его напарник успел подскочить к
Сабрине и, приставив лезвие кинжала к ее горлу, крикнул:
- Отойди! Иначе я ее зарежу!
- Нет, не трогайте! - отчаянно закричал Кит, сбросив с себя одеяло и падая
на бандита.
От неожиданности тот на мгновение опустил руку с кинжалом. Почувствовав
свободу, Сабрина выпрямилась и
выхватила из кармана пистолет. Одновременно Джек сделал шаг вперед и
приготовился прыгнуть на спину бандита. Но
Сабрина видела, что он не успеет этого сделать, ибо бандит снова поднял кинжал,
теперь уже над головой Кита. Она нажала
на курок, целясь подонку в голову. Тот вскрикнул, зашатался и рухнул на
ступеньки...
Джек схватил Сабрину за плечи и, толкнув к лестнице, крикнул:
- Скорее!
Повторять не было необходимости. В ту минуту единственной мыслью Сабрины
было поскорее выбраться из этого
ужасного дома вместе с Китом. Вновь подняв мальчика на руки, она побежала вниз
по лестнице.
Однако время, необходимое для того, чтобы незаметно уйти, было упущено. У
нижней ступеньки с изумленными
лицами стояли Эван и служанка Макдоннелов. Но первый взгляд Сабрина бросила не
на них. При свете валявшегося под
лестницей, но продолжавшего гореть фонаря она увидела первого бандита, который
лежал на спине и невидящими глазами
смотрел в потолок. Второй со стонами катался по полу.
Сабрина побледнела и отвела взгляд.
- Что здесь происходит? - инквизиторским тоном спросил Эван.
В ответ с верхней ступеньки донесся, как всегда, равнодушный, почти
скучающий голос Дарлингтона:
- Эван, если вы сию же секунду не уберетесь с дороги, то отправитесь вслед
за этими двумя мерзавцами.

И он угрожающе поднял шпагу. Эван с подругой отошли от лестницы.
Джек спустился вниз и пытливо посмотрел на Сабрину:
- С вами все в порядке?
- Да.
- А с Китом?
- Тоже.
Дарлингтон еще некоторое время продолжал смотреть на Сабрину. Потом
улыбнулся:
- Вы были восхитительны! Вступить в схватку с двумя бандитами! Вас же
могли убить!
Джеку очень хотелось прижать девушку к себе и покрыть поцелуями ее лицо.
Но на это не было времени. Кроме того,
он отлично понимал, что не заслужил такой награды. Ведь все это произошло
исключительно по его вине. И только быстрая
реакция Сабрины предотвратила гибель по меньшей мере одного из них - Кита.
Впервые в жизни Джек Дарлингтон чувствовал себя виноватым и, не зная, как
себя вести, дал волю своему неуемному
темпераменту. В голосе его вновь появилась властность:
- Торопитесь! Кита оставьте со мной. И, ради Бога, не забудьте продукты!
Сабрина, обиженная и возмущенная таким хамством в награду за то, что
справедливо можно было назвать подвигом,
схватила собранный на кухне пакет и бросилась к двери. Но у самого порога
остановилась, повернулась к служанке и ее
дружку и приглушенным голосом сказала:
- Передайте вашей хозяйке, что я приезжала за своим братом и увезла его
отсюда. Так что ей уже не придется больше
о нем заботиться. - Помолчав, она добавила: - На вашем месте я постаралась бы
забыть, откуда мы явились и куда
направляемся. Кроме того, ей совершенно не обязательно знать, кто был со мной.
Она посмотрела на стоящего с виноватым видом Эвана.
- Семья убитого здесь человека не поверит ни одному слову из того, что вы,
несомненно, скажете в свое оправдание!
Сабрина повернулась и вышла в темноту осенней ночи. Но долго еще
удивлялась, как у нее хватило смелости все это
совершить.

Джек сразу пошел таким быстрым шагом, что Сабрина уже не могла думать ни о
чем, кроме одного: как бы не отстать!
Даже с Китом на руках он задал темп, выдержать который не было никакой
возможности. На дороге сплошь и рядом
попадались огромные валуны, глубокие ямы, широкие лужи, которые приходилось
перепрыгивать или обходить. К тому же
было очень темно.
Очень скоро Сабрина почувствовала, что сапоги ее чуть ли не до половины
наполнились водой. Идти стало вовсе
невмоготу. И если бы не маячившая впереди спина Дарлингтона, Сабрина уже давно
остановилась бы или просто в
изнеможении упала на голую холодную землю.
Но Джек не замедлял шага и ни разу не остановился. Даже для того, чтобы
поинтересоваться ее самочувствием. Она
же черпала силы в растущей злобе на виконта, бормоча себе под нос самые страшные
проклятия.
Сильный, холодный ветер постоянно срывал капюшон с ее головы, отчего
шпильки и булавки разлетелись во все
стороны, а растрепавшиеся волосы в беспорядке упали на плечи и спину девушки.
А Джек, не оборачиваясь, шел и шел вперед. Сабрине даже стало казаться,
что он толком не знает не только дороги, но
и правильного направления. Но оставалось только слепо следовать за Дарлингтоном,
хотя ее легкие, казалось, готовы были
разорваться от лихорадочного дыхания, а сапоги - от распухших ног. В мозгу
билась лишь одна мысль, болью отдававшаяся
в сердце: "Я убила человека! "
Нет, надо перестать об этом думать! Иначе можно сойти с ума, превратиться
в завывающего по ночам болотного духа,
предвещающего смерть! Надо сосредоточиться на другом. Ведь она спасла жизнь
Киту! Именно за этим она сюда и приехала.
Вот что главное! А теперь надо завершить начатое дело, то есть скрыться и начать
новую жизнь!
С того момента, как они выбежали из дома Макдоннелов, прошел час. Или
немного больше. За это время Джек
останавливался лишь дважды: чтобы отпить глоток вина из фляги и предложить воды
кашляющему Киту и чтобы все-таки
дать отдышаться Сабрине.
Небо только начинало светлеть на востоке, когда Джек неожиданно снова
остановился. - то случилось? - тревожно
спросила Сабрина.

- Видите реку? Это Туид, куда мы и идем.
Сабрина посмотрела в направлении его вытянутой руки, но ничего не увидела.
Впрочем, ей было все равно, есть там
река или нет. Она слишком устала. Так устала, что даже не находила в себе сил
признаться в этом.
Через несколько минут они остановились под деревьями, йз-за которых
действительно доносился шум все еще
невидимого, но, несомненно, бурного потока. Джек подошел к развесистому дубу и
опустил завернутого в одеяло Кита на
мягкий мох, положив его голову на полусгнивший ствол давно упавшего деревца.
Мальчик, видимо, так устал, что даже не
проснулся.
Сабрина, слегка пошатываясь, подошла к ним и опустилась рядом с братом на
кучу хвороста.
- Нас объявят вне закона, - пробормотала она, вглядываясь в лицо спящего
Кита.
- Несомненно! - откликнулся Джек, присаживаясь рядом.
- За нами начнут охотиться! - вздохнула Сабрина.
- Весьма возможно.
- Если нас поймают, то все труды пропадут даром!
- Тоже возможно.
- Тогда чему вы улыбаетесь?
- Улыбаюсь? - Да.
Сабрину возмущало его поведение и, главное, совершенно наплевательское
отношение к ней. И это после всего
произошедшего в доме Макдоннелов!
Джек со вздохом упал спиной на хворост и закрыл глаза:
- Видите ли, дорогая, я слишком устал для интеллектуальных бесед. Нельзя
ли подождать хотя бы час?
- Нельзя! - жестко ответила Сабрина.
Он, видите ли, устал! Не смейте его тревожить! Ну, нет! Она должна с ним
поговорить именно сейчас.
Сабрина ткнула Джека пальцем в грудь, заставив сесть.
- Я хотела бы знать, почему те двое на нас набросились? Ведь они, как вы
уверяли, должны были нам помогать. Разве
не так?
Джек снова вздохнул:
- Похоже, я выдал желаемое за действительное. Видимо, у них были
совершенно иные планы.
- Вы хотите сказать, что эти бандиты решили сами похитить Кита, чтобы
получить выкуп?
- Может быть.
- Надо же было оказаться таким простофилей!
Джек посмотрел на Сабрину, которая в гневе казалась ему еще
привлекательнее. Он не хотел говорить ей главного.
Того, что те двое мерзавцев набросились на них скорее всего вовсе не для того,
чтобы выкрасть мальчика. Они просто
надеялись заполучить Сабрину. Дарлингтон подумал, что при других обстоятельствах
и сам попытался бы сделать то же. Да и
сейчас лишь смертельная усталость мешала Джеку уложить ее на мягкий мох, поднять
мокрые от росы юбки и...
Но тогда Сабрина посчитала бы его грубияном и эгоистом. И вполне
оправданно. Ведь он должен был понимать ее
состояние! Всего какие-нибудь два-три часа назад она убила человека. Но и
Сабрина, наверное, должна была бы понять его!
Джек вновь откинулся на спину и закрыл глаза. Сабрина продолжала смотреть
на него и вспоминала человека,
лежащего в крови на полу у лестницы.
- Я убила человека, - тихо прошептала она. Джек открыл глаза и посмотрел
на нее.
- Если бы вы этого не сделали, он убил бы Кита. Привстав, Дарлингтон
потянулся к Сабрине и поцеловал в дрожащие
губы. Но тут же сказал себе, что не имеет права сейчас требовать от этой женщины
большего. Никакое уединение и даже
элементарный комфорт здесь были невозможны. К тому же рядом спал больной брат. И
все же Джек привлек ее к себе и
несколько мгновений держал в объятиях. Однако тут закашлялся Кит, и Сабрина
поспешно отодвинулась. В душе Джек
поблагодарил за это судьбу...
Когда Кит успокоился и снова заснул, Сабрина прижалась к Джеку, положила
голову ему на плечо и через несколько
мгновений тоже погрузилась в сон.
Джек долгое время лежал на куче хвороста и смотрел в начинавшее сереть
предрассветное небо. Он думал о том
будущем, которое могло его ожидать. Ведь те-перь его связывали с Сабриной не
только моральные обязательства. Джек
чувствовал ответственность за больного мальчика...

Но разве это не делало его жизнь содержательнее и богаче? Конечно! К тому
же он сам выбрал свою судьбу. И это был
хороший выбор.
Солнце стояло уже довольно высоко, когда Джек услышал звуки, которых с
нетерпением ждал. Звон колокольчика,
фырканье лошадей и хлопанье бича говорили о том, что приближается дилижанс.
Еще через четверть часа Дарлингтон разместил своих спутников в теплом
экипаже, дав несколько монет вознице, дабы
тот доставил всех в Гретна-Грин.

Глава 23

Лотта сидела перед пылающим камином и нежно поглаживала пристроившегося у
нее на коленях котенка Сабрины. За
окном был тусклый осенний день. Шарлотта уже две недели не выходила из дома. Не
собиралась этого делать и в ближайшие
дни.
Сегодня исполнялась первая годовщина их свадьбы с лордом Рэндольфом -
события, воспоминание о котором
отзывалось острой болью в сердце молодой женщины. Шарлотта осталась одна. И судя
по всему, навсегда. Ибо Рэн, видимо,
возвращаться к ней не собирается.
- Я должна ехать домой! - пробормотала Лотта, нежно поглаживая уютно
мурлыкающий комочек мягкой теплой
шерсти.
Это решение она приняла уже несколько недель назад - сразу после того, как
исчезли Сабрина и лорд Дарлингтон.
Шарлотта понимала, что ей теперь не остается ничего другого, кроме как трезво
оценить создавшуюся ситуацию. Ведь она
ждала ребенка от Рэна...
Но от принятого решения надо было переходить к конкретным действиям.
Откладывать не имело никакого смысла.
Ибо ничего нельзя было изменить в прошлом, да и настоящее представлялось
довольно туманным.
Как же быть дальше? Следует ли написать Рэну о своем решении вернуться?
Или просто приехать и уже тогда
выяснять отношения?
В эти горькие минуты Шарлотта вынуждена была признаться себе в том, что во
многом сама виновата в их ссоре.
Особенно глупым выглядело ее нежелание вернуться в Лондон. Бегство от мужа было
каким-то непонятным, диким
ослеплением. Хотя трещина в их отношениях с Рэном наметилась уже за несколько
месяцев до этого. И с тех пор с каждым
днем становилась все глубже и шире. Сейчас, когда у Шарлотты было достаточно
времени для того, чтобы все серьезно
обдумать, она пришла к грустному заключению: Рэндольф завел себе любовницу
только потому, что жена перестала его
удовлетворять. А скорее всего он хотел позлить ее, заставить ревновать и в
конечном счете вернуться!
Вот она и решилась на это... Но не поздно ли?
Шарлотта начинала понимать: гордость - опасная черта характера! Причем
стоит она очень дорого! Гораздо дороже,
чем Лотта еще недавно считала! Лично она пожертвовала всем, что имела... Всем!
Лотта встала, пересадила котенка в кресло и подошла к секретеру. Поверх
других бумаг лежала схема, над которой она
трудилась две последние недели. Это был план переоборудования флигеля
лондонского дома в детскую. А рядом - документ,
которого Шарлотта почти боялась: завещание, касающееся принадлежащей ей земли.
Оно было составлено вскоре после
бегства Сабрины, когда Лотта поняла, что беременна, и испугалась, как бы это не
кончилось для нее самым худшим, то есть
смертью...
А накануне, лежа в постели и просматривая местную газету, она неожиданно
почувствовала, как под сердцем что-то
зашевелилось. Сначала Лотта подумала, что ошиблась. Но через несколько минут то
же самое ощущение повторилось. Она
решила, что за обедом переела жирной баранины. Но когда это произошло в третий
раз, все сомнения Шарлотты рассеялись.
Она беременна!
Сегодня, проснувшись утром, она вновь ощутила в себе зарождающуюся жизнь,
которая с этого момента зависела от ее
собственного здоровья... А еще Шарлотта думала о том, что это новое существо
появится на свет в результате ее близости с
любимым человеком.
Она протянула руку и дернула за сонетку, вызывая служанку. Надо немедленно
ехать в Лондон! Было бы просто
безумием провести здесь еще один день! Сейчас главное - вновь завоевать
расположение Рэна. А чуть позже можно будет
найти способ отвадить от него любовницу! В конце концов, она имеет на это право
как законная жена! А скоро станет и
матерью его ребенка!

Лотта взяла завещание и разорвала его на мелкие клочки. Оно ей не
понадобится!
"Надо будет сшить новое платье, - подумала она. - И обязательно
изумрудного цвета! "
Именно этот цвет особенно любит Рэн... Боже, как давно она не лежала в его
горячих объятиях! Слишком давно!

Лондон, I декабря 1740 года

Рэн стоял у камина в библиотеке, водрузив ногу на латунную решетку, и
рассеянно смотрел на язычки пламени. Рядом
на ковре грелся его верный мастиф.
В декабре холодный мрачный Лондон пустел. Охота, лесные прогулки, домашние
застолья в уютных деревянных
домиках с украшенными оленьими рогами стенами - все это манило столичную
аристократию, решающуюся на какое-то
время отказаться от городского комфорта и размеренной столичной жизни.
Приглашения составить компанию следовали одно за другим. Только за эти дни
лорд Рэндольф получил таковых не
менее полудюжины и с трудом находил удобные предлоги для отказа.
Сегодня первая годовщина их свадьбы с Шарлоттой - события, воспоминание о
котором отдавалось острой болью в
сердце молодого лорда. Рэн остался один. И судя по всему, навсегда! Ибо Лотта,
видимо, возвращаться к нему не собирается.
- Я должен так поступить, - пробормотал Рэндольф, стукнув кулаком по
мраморной плите камина.
Это решение он принял несколько недель назад, сразу после того, как увидел
Лотту в объятиях Джека
Лоутона. Уже на обратном пути в Лондон Рэн начал понимать, что ему теперь
не остается ничего другого, кроме как
трезво оценить сложившуюся ситуацию. Он потерял Лотту, и она стала принадлежать
другому.
Но от принятого решения надо было переходить к конкретным делам.
Откладывать не имело никакого смысла. Ибо
ничего нельзя было изменить в прошлом, да и настоящее представлялось довольно
туманным.
Как же быть дальше? Следует ли написать Лотте о своем решении? Или просто
передать с посыльным бумаги о
разводе? В последнем случае он избежит непременной бурной сцены.
Как ни тяжело, но Рэн вынужден был теперь признаться себе в том, что во
многом сам виноват в их ссоре. Особенно
глупым было его поведение во время последнего разговора. То, что он дал ей
возможность уехать, было непонятным, диким
ослеплением. Возможно, если бы тогда он сразу бросился вслед за Шарлоттой, то...
Но нет! Трещина в их отношениях с Лоттой наметилась несколько месяцев
назад. Ведь он видел это! И как поступил?
Завел любовницу! Чтобы позлить Шарлотту, вызвать ее ревность и таким образом
вынудить вернуться! Но этот жалкий
замысел с позором провалился! Может быть, если бы он выслушал Лотту, извинился
перед ней, она осталась бы в Лондоне. А
там он мог бы попытаться вновь завоевать ее. Тогда Шарлотта, возможно, осталась
бы с ним навсегда!
А теперь? Теперь скорее всего уже поздно! Рэндольф начинал понимать:
гордость - опасная черта характера! Причем
стоит она очень дорого! Гораздо дороже, чем он еще недавно считал! Лично ему это
стоило всего... Всего!
Он снял ногу с каминной решетки, повернулся и подошел к рабочему столу.
Лежащая сверху бумага появилась два дня
назад. Рэн еще не подписал ее. Это был самый скандальный документ из всех
возможных - о разводе. Если Рэндольф его
подпишет, то Лотта перестанет для него существовать, а их совместная жизнь
закончится.
Он слонялся по Лондону, как раненый медведь по лесу. С политическими
противниками вел себя агрессивно. В
разговорах с приятелями раздражался. А когда оставался один, то становился
угрюмым и мрачным. И много пил, хотя и не
напивался до безобразного состояния.
Слухи о бегстве жены Рэндольфа стали непременной темой разговоров и
предметом сплетен во всех
аристократических салонах. Правда, находились мужчины, которые старались ее
избегать. Это были покинутые женами
чудаки, которые молчаливо сносили свое горе, надеясь, что их дражайшим половинам
наскучат любовники и они вернутся
домой. Но Рэн не принадлежал к их числу. Он не умел, скрипя зубами от злости,
делать вид, что его абсолютно не трогают
амурные забавы жены с кем-то другим. И был убежден, что единственным лекарством
от этой болезни может стать
скорейший развод!

В продолжение двух недель документ лежал на его рабочем столе как
своеобразный предвестник страшного несчастья.
А в один из вечеров произошло и еще одно событие...
Рэндольф сел за стол, погрузившись в проекты законов, которые его партия
намеревалась внести на рассмотрение
следующей сессии парламента. Раздался негромкий стук в дверь, и служанка
доложила о посетителе, желающем говорить с
лордом. Обычно Рэн не принимал нежданных гостей. Но названная служанкой фамилия
заставила его изменить этому
правилу.
В библиотеку вошел Миллпост. О цели этого визита Рэндольфу нетрудно было
догадаться: известный любитель слухов
и собиратель светских сплетен мог явиться только для того, чтобы поведать ему
какую-нибудь гадость о Шарлотте.
Через четверть часа Рэн уже знал, что Дарлингтон вернулся в Лондон. Более
того: вернулся не один! Что же касается
собственно Лотты, то она, по словам Миллпоста, поехала куда-то в глухую
провинцию подышать свежим воздухом.
Естественно, Миллпост не мог ограничиться этим. Для лорда Рэндольфа у него
был припасен лакомый кусочек.
- Я знаю, что слухи не вызывают у вас ни доверия, ни симпатии, милорд, -
доверительным тоном сказал он. - Но
лично мне кажется небезынтересным, что виконт, как говорят, привез с собой в
Лондон новую любовницу. Причем держит ее
взаперти и никуда не выпускает. Ибо боится, что кто-нибудь положит на нее глаз.
Рэн не без интереса посмотрел на непрошеного гостя. Быстро же Лотта
наскучила Дарлингтону! Впрочем, виконт
никогда не отличался долговременными привязанностями. Самое важное для него -
количество соблазненных женщин. Вот
и Шарлотта попала в их число!
Объективно говоря, лорд Рэндольф должен был чувствовать удовлетворение
подобным оборотом событий. Но он не
ощущал ни радости, ни облегчения. Хотя теперь решение о разводе выглядело совсем
оправданным и он без всяких
угрызений совести мог бы предать Шарлотту вселенскому позору.
Но Рэн понимал, что никогда не сделает этого...
Он наклонил голову и еле слышно прошептал:
- Бедная, глупенькая Лотта!
Рэндольф подумал, что теперь, когда замаячила вероятность развода,
Шарлотта может и вернуться. Даже приползти на
коленях. Но он... О! Нет, он ее не примет и не простит!.. Никогда!.. Никогда...
Рэн тут же поймал себя на мысли, что лжет... Лжет самому себе! Сколько раз
за последние недели во время бессонных
ночей он старался уверить себя в том, что больше не любит Шарлотту. Но и тогда
это было самообманом! Правда же
заключалась в том, что лорд Рэндольф не задумываясь отдал бы свою блестящую
карьеру, всеобщее уважение, радужные
перспективы получить самые высокие государственные посты за один нежный взгляд
женщины, которую любил больше
всего на свете...
Нет, если Лотта вернется, он не позволит ей снова уйти! Просто не сможет
этого сделать! Не сможет просто так
отмахнуться от ее переживаний! Да, сейчас она унижена, разбита, уничтожена. Но
ведь не может же она не понимать, какую
ошибку совершила! А если понимает, то...
Но разве нет вероятности того, что Шарлотте просто стыдно вернуться к
нему?
Рэн дернул за сонетку. Сейчас он прикажет слуге приготовить экипаж. Надо
ехать в Бат! Ехать немедленно! Нельзя
больше тратить ни одного дня! Это было бы чистым безумием! В первую очередь он
привезет Шарлотту домой. Затем
постарается вновь завоевать ее расположение и любовь. А уж потом найдет способ
простить ее за измену! В конце концов,
Шарлотта все-таки его жена! И он все еще хочет, чтобы она стала матерью его
ребенка!
Рэндольф взял бумаги о разводе и порвал их в мелкие клочки. Они больше ему
не понадобятся!
- Скоро я опять буду с тобой, Лотта! - прошептал он и улыбнулся, как
победитель, готовый помиловать
побежденного.
Эта мысль неожиданно вызвала в нем прилив желания... Желания, которого он
не чувствовал очень давно. С той ночи,
когда в последний раз спал с Шарлоттой. Но как же давно это было! Слишком давно!

Глава 24

- Я себя гораздо лучше чувствую, честное слово!
Лицо Кита сделалось хмурым и сердитым, когда сестра стала закутывать ему
ноги одеялом.
- Неужели я встану с постели только для того, чтобы усесться в старое
кресло? - захныкал он.
- Неправда! Это очень хорошее кресло! Ты можешь в нем сидеть у окна и
следить за тем, что происходит на улице. А
там очень интересно: много народу, проезжают экипажи и коляски, кричат торговцы
пирожками, снуют мальчишки,
продающие газеты...
- Лучше было бы наблюдать все это не из окна! Поймите, вы мне позволяете
увидеть лишь малюсенький уголок
Лондона. Это свободно можно сделать из мансарды его сиятельства!
- У лорда Лоутона прекрасный дом. Нам вообще очень повезло стать его
почетными гостями.
- Мне было бы куда приятнее чуть-чуть погулять по городу!
Сабрина выпрямилась и с улыбкой посмотрела на брата:
- Тебе действительно стало лучше! Я очень этому рада. Но не жди, что я
разрешу тебе ходить на голове. Ведь ты еще
не вполне поправился. А пока съешь овсянку.
- Я предпочел бы отбивную и хороший пудинг!
- Возможно, завтра ты их получишь. Сегодня же тебе полагается каша!
- Бри! Раньше ты никогда не была со мной такой строгой!
- Ты просто не помнишь. Я всегда напоминала кровожадное чудовище. Спроси у
лорда Лоутона.
- Она права, Кит. Твоя сестра - настоящая фурия! Оба одновременно
оглянулись и увидели Джека. Он стоял в дверях
и слышал весь разговор.
Сабрина машинально поправила растрепанную прическу. И тут же заметила, что
Дарлингтон был одет, как говорится,
на выход.
- Вы куда-то едете, милорд?
- Как всегда.
- Желаю вам хорошо провести время.
Сабрина посмотрела на Кита, который выглядел несчастным и покинутым.
- А мы здесь устроим свой вечер. Надеюсь, не менее веселый. Потом я
принесу шахматы, и мы перед сном сыграем
несколько партий.
Кит сморщился.
- Я не хочу играть в шахматы. Лучше было бы погулять и посмотреть город. -
Он бросил заговорщический взгляд на
виконта: - Его сиятельство обещал показать мне своих лошадей и даже взять на
верховую прогулку.
- Мы не должны слишком злоупотреблять гостеприимством его сиятельства, -
смутившись, сказала Сабрина.
- Не составляет никакого труда, - улыбнулся Джек. - К тому же мы с Китом
на этой неделе не раз говорили о том,
чтобы проехаться по Лондону. В столице есть на что посмотреть.
- Сэр Дарлингтон еще обещал сводить меня в зверинец. Ведь правда?
- Правда. Надеюсь, твоя сестра к нам присоединит...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 12
• 13
• 14
• 15
• 16
• 17
• 18
• 19
• 20
• 21
• 22
• 23

Закладка в соц.сетях