Жанр: Любовные романы
Игра
...ся?
- Сейчас уже декабрь, - возразила Сабрина. - Довольно холодно, и Кит может
снова простудиться.
- Ты обязательно должна все испортить! - недовольно фыркнул Кит, скрестив
руки на груди.
Сабрина не стала спорить. В конце концов, этот спор не был чем-то
принципиальным. Она разгладила смявшиеся юбки
и примирительно сказала:
- Я должна проследить за приготовлением ужина. И скоро вернусь. Если ты не
захочешь играть в шахматы, то я могу
что-нибудь почитать вслух.
- Я смертельно устал от книг! - сморщился Кит и отвернулся к окну, чтобы
сестра не заметила его дрожащих губ.
- Хорошо. Чуть позже мы решим, чем заняться. Сабрина повернулась и вышла
из комнаты.
Всю дорогу из Шотландии в Англию Кит вздрагивал и съеживался при каждом
резком или незнакомом звуке. В раннем
детстве ничего подобного с ним не случалось. Но видимо, пребывание в доме
Макдоннелов наложило свой отпечаток на его
психику.
В Гретна-Грин Джек предложил немного задержаться, чтобы Кит успокоился,
пришел в себя и отдохнул. И даже
послал за доктором в соседний Эдинбург. Доктор быстро приехал, тщательно
осмотрел мальчика и нашел, что у него слабые
легкие. Но сказал, это вполне поправимо. Надо только предоставить ребенку
правильное питание и хороший отдых.
Доктор не ошибся. Хотя в Гретна-Грин они остановились ненадолго, Кит успел
немного отдохнуть и почувствовал себя
значительно лучше.
И вот они втроем уже три недели живут в Лондоне. Сабрина надеялась, что
эта остановка станет предпоследней.
Оставаться в столице она считала небезопасным.
Сабрина успела только выйти за дверь, как почувствовала, что кто-то тронул
ее за локоть. Она обернулась и увидела
Джека, на лице которого было беспокойное и даже тревожное выражение.
- Нам надо поговорить, - тихо сказал Дарлингтон.
- Надо. Только чуть позже. Я должна присмотреть за ужином и немного
освежиться.
- У нас нет времени.
По надменному и непреклонному выражению лица Джека и его жесткому тону
Сабрина поняла, что должна
подчиниться.
- Хорошо. Тогда перейдем в гостиную.
Она стала первой спускаться по лестнице. Джек шел следом, не спуская глаз
с ее ставшей в последние дни чуть ли не
прозрачной фигуры. Он думал о том, что вот уже месяц с лишним Сабрина
практически не спала, проводя ночи напролет у
постели больного брата. И даже сейчас, когда Киту стало значительно лучше,
продолжала отдавать ему все свое время, силы
и нервы. Посеревшее лицо, неуверенная походка, беспокойный взгляд - все говорило
о том, что она безумно устала и довела
себя до нервного истощения, последствия которого могли стать необратимыми.
Они вошли в гостиную. Джек знаком предложил Сабрине присесть. Сам же
остался стоять.
- Я вас слушаю, Джек, - бесцветным голосом сказала она.
- Как вы себя чувствуете?
- Спасибо, нормально. Почему вы об этом спрашиваете?
- Потому что вы ужасно выглядите.
- Да, вы правы, милорд.
- Будьте со мной откровенны, милая.
Сабрина промолчала. Джек обиженно вздохнул и отошел к окну. Потом
повернулся к ней и тихо сказал:
- Я чем-то не угодил вам? Может быть, чем-то обидел?
- Нет. Чем вы могли меня обидеть? Наоборот, вы сделали для меня столько
хорошего, что я даже не знаю, смогу ли
когда-нибудь за это расплатиться.
- Разве я говорил о плате?
- Я не имела в виду предложить...
- Бог с вами, Сабрина! - перебил ее Джек.
Он мысленно подбирал слова для предстоящего разговора. Дарлингтон никогда
не повышал голоса, говоря с
женщинами. Они это знали и не пытались вывести его из себя. Единственной, кому
удалось по-настоящему терзать и мучить
Джека, оказалась Сабрина Линдсей.
Он вытер ладонью выступившие на лбу капли пота.
- К сожалению, время для столь серьезного разговора не совсем удачное. Вы
совершенно измотаны, а я опаздываю
на...
- Любовное свидание? - оборвала его Сабрина.
- На деловую встречу, дорогая, - резко ответил Дарлингтон.
Ага! Вот чем заняты ее мысли! Она думает, у него есть другая женщина! Что
ж, ревность относилась как раз к той
категории чувств, в которых Джек Дарлингтон неплохо разбирался. Если Сабрина
ревнует, значит, он ей небезразличен!
Джек почувствовал, как готовое было прорваться негодование быстро
рассеивается.
- Я вернусь к ужину, - сказал он уже совершенно спокойно. - Надеюсь, вы
составите мне компанию? У нас будет
сегодня приватный вечер. Так что прошу вас не опаздывать.
Джек повернулся и не спеша пошел к выходу.
- Минутку, милорд! - остановила его Сабрина. Джек сморщился. Опять она
называет его милордом!
- Да, слушаю вас?
Почувствовав в тоне Дарлингтона отчуждение, Сабрина в смятении сцепила
пальцы.
- Видите ли, вы не должны давать Киту обещания, которые не сможете
выполнить.
Золотистые брови Джека медленно поползли вверх.
- Почему вы считаете мои обещания невыполнимыми?
- Разве вы забыли, милорд, что мы вынуждены скрываться?
- Нет, не забыл.
Сабрина и Джек еще раньше договорились, что, если они вместе приедут в
Лондон, где Кит сможет окончательно
выздороветь, никто не должен знать о местонахождении ее и брата. Сабрина даже не
решилась написать Шарлотте об
успешной поездке в Шотландию и считала, что только вдали от Лондона может
чувствовать себя в безопасности.
- Очень хорошо, что вы появляетесь в городе, - сказала она. - Таким
образом, вряд ли кому-то придет в голову
искать нас в вашем доме.
Джек ничего не ответил. Хотя знал, что в столице есть человек, который
знает все, в том числе и о его отношениях с
Сабриной. Этим человеком была Шарлотта Лавлейс. Но говорить об этом Сабрине он
не хотел. Как и о том, что во всех
столичных салонах только и говорят, что о похищении наследницы торговой фирмы
"Линдсей вулл" известным разбойником
Черным Джеком Лоу. А еще ходят слухи, будто опекун наследницы пообещал бандиту
баснословный выкуп за нее.
Между тем Сабрина, не подозревавшая, о чем думает Дарлингтон, продолжала
говорить о своем:
- Я уверена, что Макдоннелы сообщат моему опекуну, что я забрала Кита.
Поэтому нам ни в коем случае нельзя
появляться на улице. Иначе кто-нибудь может узнать меня и донести кузену, что мы
в Лондоне. Сейчас я уже почти уверена,
что наш приезд в Лондон был большой ошибкой, какими бы добрыми намерениями вы
при этом ни руководствовались.
- Вы совершенно правы, - все тем же предельно вежливым и холодным тоном
ответил Дарлингтон. -
Удовлетворены?
Щеки Сабрины сделались пунцовыми.
- Я знаю, что выгляжу не лучшим образом. Но только потому, что все время
переживаю за Кита. У него так мало
радости в жизни! И мне больно видеть, как с каждым днем он становится все более
унылым.
- Никаких других причин нет?
- Нет. - Сабрина отвела глаза и добавила: - Иной раз лучше совсем не иметь
никаких надежд, чем неожиданно
получить их и сразу потерять.
Джек не понял, говорит Сабрина о брате или о самой себе. Но пока решил об
этом не задумываться.
- Ну, хорошо, тогда я желаю вам удачно провести этот день.
- Вы сейчас едете играть? - Нет.
Джек понимал, что может легко успокоить Сабрину и удовлетворить ее
любопытство. Стоит только сказать, что ему
нужно съездить в Управление морских перевозок. Но какой-то бес ткнул его под
ребро и заставил промолчать.
Дарлингтон повернулся и быстро вышел. Сабрина не пыталась его задержать.
Она бросила взгляд на закрывшуюся за
Джеком дверь и подумала, что могла бы согласиться навсегда остаться в этом доме,
но было одно препятствие... Если бы...
Если бы в нем продолжал жить и его хозяин.
Сабрина бросилась к окну, чтобы посмотреть вслед уходящему Дарлингтону. А
он спустился по ступенькам и не
торопясь пошел в сторону центра города. При этом выглядел он как светский
щеголь, собравшийся на очередное любовное
свидание.
Сабрина вдруг почувствовала, как гулко забилось ее сердце...
Незадолго до их приезда в столицу Джек сказал, что не задержится в
Лондоне, а потому она и Кит могут спокойно
жить в его доме. Но прошла уже не одна неделя, а он вроде бы и не собирался
никуда уезжать. Это могло бы показаться
хорошим признаком, если бы отношения между ними складывались по-другому...
Когда Джек исчез за поворотом, Сабрина опустила шторы и задумалась. Те
знаки внимания, которые Джек оказывал ей
и брату во время страшной ночи в доме Макдоннелов, относились скорее всего
только к Киту. Ведь после приезда в Лондон
он даже ни разу не поцеловал ее! Это могло означать лишь одно - конец их
недолгой любовной интрижки! Правда, Джек
пока ничего ей не говорил. Но Сабрина уже знала, что виконт вообще предпочитает
не объясняться со своими любовницами.
А это означало, что его пребывание в доме станет для нее постоянным и
мучительным напоминанием о безвозвратно
утерянном счастье. Тогда как же она может оставаться здесь?
"Это его дом, - рассуждала Сабрина, - а Лондон - его жизнь. И он может
выбрать себе ту женщину, которую
захочет... "
Ту, которую захочет...
Она не знала женщины, которая сейчас занимала мысли Дарлингтона. И даже не
хотела гадать, кто она. Как-то раз он
сказал ей, что она, Сабрина, не относится к категории женщин легкого поведения.
Тогда это прозвучало как комплимент.
Теперь же она подумала, что в глазах Джека подобное качество - большой
недостаток.
Сабрина горестно вздохнула. Она была почти уверена, что навсегда потеряла
Джека Дарлингтона...
Боль, переполнявшая душу девушки, вылилась потоком горьких слез. В течение
нескольких минут в комнате
слышались только ее рыдания. Она даже не слышала тяжелых шагов Сьюбери,
остановившегося у ее двери и участливо
прислушивающегося к доносившимся из комнаты громким всхлипываниям. Черный
великан отлично понимал Сабрину,
поскольку сам страдал. Ведь хозяин приказал ему оставить горячо любимую Алви в
Бате. Разлука казалась Сьюбери
невыносимой...
Наконец Сабрина глубоко вздохнула и вытерла платочком мокрые щеки. Ее отец
частенько говаривал, что слезы
бывают сладкими, но на жизнь ими не заработаешь. Сейчас она вспомнила эти
слова...
В душе Сабрины не было никакой обиды па Джека. Он был более чем добр к
ней. Фактически спас Кита. Но она не
могла вечно находиться в тени и ждать невозможного!
Сабрина знала некое заведение, где друзья графини Лавлейс закладывали свои
драгоценности. Приближалось время
дневного сна Кита, и она решила воспользоваться этим и сходить туда, чтобы
оценить свое жемчужное ожерелье.
Деньги были нужны, чтобы уехать из Лондона, как только Кит окрепнет.
Чувство самосохранения говорило Сабрине,
что надо бежать. Бежать как можно скорее и навсегда!..
Глава 25
- Неужели вы не можете дать больше? Ведь это редчайшая вещь!
Сабрина сидела в душном пыльном помещении ломбарда и с тоской смотрела,
как маленький человечек с огромной
лупой в руках придирчиво рассматривал при свете свечи каждую жемчужину ее
ожерелья.
- Я вижу, мисс, - прошамкал человечек. - Но я ростовщик, а не ювелир. Мои
клиенты расстаются с вещами, когда
состояние начинает трещать по всем швам.
Ростовщик сухо улыбнулся Сабрине, блеснув нижним рядом искусственных
зубов.
- Вы, несомненно, легко уговорите своего очередного кавалера выкупить эти
побрякушки, подаренные предыдущим.
От возмущения лицо Сабрины покрылось красными пятнами. Этот жалкий
ростовщик посмел намекнуть, что она
ведет распутную жизнь! Да какое он имеет право .
Но нет! Спокойно! Сейчас самое главное - выручить за ожерелье как можно
больше! Пусть это единственная ее
драгоценность, но другого выхода нет! Ей надо обеспечить Киту безбедную жизнь на
обозримое будущее. Пусть этот
мерзавец подозревает ее в чем угодно, но дает приличную сумму. Но ведь он не
дает! Он предлагает полцены! А то и меньше!
Сабрина протянула руку за ожерельем:
- Хорошо, отдайте мне его. Я попытаюсь получить больше в другом месте!
И она встала со стула.
Ростовщик иронически посмотрел на нее.
- Ну, вот! Сразу же бежать!
И жестом предложил ей снова сесть. Сабрина послушно опустилась на прежнее
место. Ростовщик некоторое время
внимательно изучал каждую жемчужину. Потом нагнулся и заговорщическим шепотом
спросил:
- Оно не краденое?
- Боже, конечно же, нет! - снова вспыхнула Сабрина. - Это подарок моего
отца!
- Конечно, конечно, - пробормотал ростовщик, снова бросив на Сабрину
недоверчивый взгляд.
И вновь стал перебирать жемчужины, как четки. Это продолжалось довольно
долго. Наконец он поднял голову и
улыбнулся, показав на этот раз верхние зубы. Их оказалось три.
- Эго действительно настоящая вещь. Нет ни одной фальшивой жемчужины. И
даже подкрашенной!
Сабрина с трудом сдерживалась, чтобы не сказать грубость. Но лежащие на
коленях ладони сжались в кулаки. Черт
побери, за кого, в конце концов, этот человек ее принимает!
- Вы определенно не собираетесь его выкупать? - спросил ростовщик.
- Какое это имеет значение?
- Очень большое. Если вы не станете выкупать ожерелье, то я его тут же
продам.
- Продавайте за какую угодно цену по своему усмотрению. При условии, что
сейчас заплатите мне приличную сумму.
- Двести фунтов.
- Пятьсот.
- Триста.
- Четыреста.
- По рукам!
- Наличными! - поспешила добавить Сабрина. Ростовщик нахмурился:
- Мне понадобится некоторое время, чтобы собрать такую большую сумму в
гинеях. Вы могли бы зайти через
несколько дней?
- Деньги мне нужны сейчас. Утром я должна уехать из Лондона.
- Что за спешка? - вновь с подозрением покосился на нее он.
Сабрина снова встала и выразительно похлопала ладонью по краю стола:
- Сейчас! Повторяю, деньги мне нужны сейчас! Сию минуту!
- Все сейчас да сейчас, - проворчал ростовщик. - Я должен выяснить, что
можно сделать!
Он медленно поднялся из-за стола и со стоном выпрямился. Очевидно, у него
был радикулит или артрит.
- Посидите немного. Я сейчас.
Ростовщик только успел выйти, как зазвонил колокольчик над входной дверью
и на пороге возникла весьма странная
пара. И без того рослый мужчина был в сапогах на высоченных каблуках, в длинном,
плохо сшитом плаще и черных
перчатках. Лицо его чуть ли не до самых глаз закрывал широкий шерстяной шарф.
Рядом с ним стояла роскошно одетая дама,
по щекам которой катились крупные слезы, а грудь сотрясали рыдания.
- Я просто... просто не знаю как... Как теперь... - причитала она, не
обращая внимания на сидевшую Сабрину. - Что
же мне делать? Фамильные ценности... Боже, какой скандал!
- Прошу вас, виконтесса, не надо отчаиваться! - утешал женщину высокий
господин. - Я затем и привел вас сюда,
чтобы решить все проблемы еще до того, как о них узнает муж.
Хотя лицо высокого джентльмена было закрыто, Сабрина сразу же узнала
голос. Нет, она не могла ошибиться! Это сэр
Миллпост! Известный сплетник и собиратель мерзких слухов! Господи, как же ей не
повезло!
Сабрина беспомощно оглянулась по сторонам в поисках места, где можно было
бы спрятаться. Но комната была
слишком мала. К тому же вошедшие уже заметили ее.
- Это еще кто? - недовольно спросил Миллпост, угрожающе подняв трость,
будто хотел ударить нежелательного
свидетеля.
- Такой же клиент, как и вы, - ответила Сабрина язвительным тоном, коль
скоро ничего другого ей не оставалось.
- Нет, нет! - истерично вскрикнула дама. - Мы должны немедленно уйти
отсюда!
Она повернулась и быстро пошла к двери. Сабрина успела заметить, что дама
молода и довольно интересна.
Миллпост двинулся было за ней, но в последний момент оглянулся и
внимательно посмотрел на Сабрину.
- Ба! Да мы же с вами, кажется, знакомы! - воскликнул он.
Она выдержала взгляд немигающих змеиных глаз Миллпоста и холодно ответила:
- Вы ошибаетесь, сэр. Мы нигде не могли встречаться! Миллпост не стал
спорить и вышел.
- Кто это был? - спросил у Сабрины вернувшийся ростовщик.
Она пожала плечами:
- Понятия не имею!
Интересно, узнал ли ее Миллпост? Ответить на этот вопрос Сабрина не могла.
Но решение как можно скорее уехать из
Лондона еще более окрепло.
Несколькими минутами позже она почти бежала домой, неся в сумочке больше
золотых монет, чем когда-либо вообще
держала в руках. Снова и снова Сабрина пыталась уверить себя, что Миллпост не
узнал ее. Как и большинство друзей
Шарлотты, он не считал простолюдинку достойной внимания. Тем более что Сабрина
никогда не сидела за столом на званых
вечерах графини Лавлейс, где непременно присутствовал Миллпост. Если же сейчас
ее лицо показалось знакомым старому
интригану, то он вряд ли придал этому значение. Кроме того, никто, кроме кузена
Роберта, и слыхом не слыхивал о ее бегстве
из дома дальней родственницы. Кстати, последнюю тоже мало кто знал в столице.
И Сабрина прибавила шагу, чтобы не опоздать на свой последний, как она
думала, ужин с виконтом Дарлингтоном...
- Почему ты не ешь суп? - упрекнул сестру Кит.
- Сегодня он мне не нравится.
- Не нравится суп? - включился в разговор Джек. - Тогда надо придумать
что-нибудь другое.
Он сделал знак лакею, чтобы тот убрал супницу и сменил тарелки.
- Может, вы хотите отбивную? Салат? Запеканку? Свежих ягод, наконец?
Сабрина холодно посмотрела на виконта с противоположного конца длинного
стола и отрицательно покачала головой:
- Нет, спасибо, милорд! Мне ничего не хочется.
- Неужели ни одно блюдо на моем столе не может пробудить у вас аппетит?
Джек явно искушал Сабрину. И она это понимала. Виконт пребывал в
приподнятом настроении, и Сабрина, успевшая в
какой-то степени изучить лорда Дарлингтона, не сомневалась, что причиной тому -
удовлетворение плотского желания. В
том, что сегодняшний день Джек провел в любовных утехах, Сабрина почти не
сомневалась...
Ей вдруг показалось, что в комнате очень душно. А может быть, виной тому
было бархатное платье, в которое она
нарядилась для этого ужина?
Заметив, что Джек и Кит ждут от нее ответа, Сабрина улыбнулась обоим:
- Я, пожалуй, действительно съела бы отбивную. С кровью! Джек вытер губы
салфеткой, скрыв этим довольную
улыбку, ибо заметил, как на щеках Сабрины снова заиграл румянец.
Дарлингтон, наверное, и сам не знал почему, но этот румянец еще больше
поднял ему настроение. А может быть,
причиной были густые волнистые волосы, зачесанные вверх и собранные в эффектную
прическу. Или гладкая кожа,
отливающая при свете свечей мягкой позолотой. Очень шло ей и бархатное платье с
глубоким вырезом. Но не хватало
жемчужного ожерелья, обнимающего стройную шею и спускающегося к полушариям
грудей.
- Вы должны носить жемчуг, дорогая, - заметил Джек, отодвигая бокал с
вином. - Тем более что фасон платья
этого требует!
Сабрина посмотрела на виконта. Он был сегодня особенно элегантен в новом
камзоле с кружевными манжетами,
сорочке с белоснежным жабо и бриллиантовыми запонками на рукавах.
- Я и не знала, милорд, - через силу улыбнулась Сабрина, - что на наш
сегодняшний домашний ужин надо было
одеться как на бал.
- Ради вас, дорогая! Попробуйте вот это виноградное вино. Я его особенно
люблю.
Сабрина послушно отпила глоток. Джек одобрительно кивнул...
Благодаря стараниям Сьюбери он отлично знал, куда днем ходила Сабрина и
зачем, но надеялся сам вытянуть из нее
все подробности.
- Чем вы сегодня занимались, дорогая? - спросил Джек как ни в чем не
бывало.
- Всякой ерундой.
- А именно?
- Читала книгу.
- Понятно. А вот мой день оказался куда более разнообразным.
- Не сомневаюсь. - В тоне Сабрины прозвучало презрение, которое она даже
не старалась скрыть. - Ведь вы
предпочитаете развлекаться сами, причем зачастую оскорбляя при этом окружающих.
- С чего вы взяли?
- Просто вспоминаю один вечер у графини Лавлейс. Тогда, сидя за столом, вы
громогласно объявили, что
собравшиеся у Шарлотты гости ужасно скучны и неинтересны. А потому вы
предпочитаете развлекаться самостоятельно и
при этом не терпите ничьего вмешательства.
- Очень лестно узнать, что вы так хорошо запомнили мои слова после столь
непродолжительного знакомства.
Сабрина нахмурилась:
- Просто раньше я никогда и ни от кого не слышала подобной грубости!
- Вы тогда плохо меня знали, дорогая, - рассмеялся Джек. - В вашем
присутствии я старался показаться
неординарным и до дерзости смелым.
Он посмотрел на девушку с такой восторженной улыбкой, от которой,
казалось, померкли даже свечи в канделябрах. А
у Сабрины неожиданно возникло странное ощущение, словно Дарлингтон протянул руку
через весь стол и его изящные
длинные пальцы проникли в глубь ее декольте.
Сабрина почувствовала раздражение. Возможно, причиной тому были
разделявший их длинный стол и лакеи, без конца
снующие туда-сюда, унося посуду и принося новые блюда.
Так или иначе, но Сабрина ожидала, что ее последний ужин с Джеком
Дарлингтоном пройдет совсем в другой
обстановке.
Джек же продолжал бросать на нее откровенные взгляды, и Сабрина не без
досады чувствовала, что они достигают
цели - в ней стало просыпаться желание.
Не так давно Сабрина считала свое невежество в вопросах любви причиной
постоянной душевной боли. И только
сейчас поняла свою ошибку. Оказалось, что куда более мучительна боль от
воспоминаний о прикосновениях рук, поцелуях и
горячем от страсти теле, об испытанном наслаждении и от осознания
безвозвратности утраты всего этого!
Нет уж, большое спасибо! Она должна как можно скорее уехать отсюда. Еще до
того, как опозорит себя, умоляя
виконта о близости. А это непременно произойдет! Завтра же утром, когда Джек
отправится на прогулку, она заберет Кита,
тепло оденет его, и они первым дилижансом уедут в Гринвич. А там не составит
никакого труда сесть на корабль, который
навсегда увезет ее от этих берегов!
Сабрина опустила глаза. Она спокойно и неплохо жила до тех пор, пока не
узнала, что такое страсть и источником
каких страданий может стать это чувство. Пока не ощутила сладость поцелуев,
трепет объятий, лихорадочное биение сердца.
Она узнала любовь... Теперь же надо было научиться жить, ежеминутно подавляя в
себе мучительную боль утраты. Но она
должна выстоять... Обязана!
- Я решил уехать из Лондона.
До Сабрины не сразу дошел смысл слов Джека.
- Что вы сказали? - переспросила она.
- Я сказал, что решил уехать из Лондона. Навсегда.
- Понятно... И куда же?
- Разве вам не все равно?
Нет, этот номер у него не пройдет! Ему не удастся заставить ее умолять его
остаться! Она не допустит, чтобы этот
человек получал удовольствие от ее унижения!
Джек несколько мгновений выжидающе смотрел на Сабрину, но она молчала.
- Неужели у вас не найдется ни одного слова, чтобы по-доброму проститься
со своим верным партнером по
приключениям? - спросил он с горькой усмешкой.
Сабрина облизнула сразу пересохшие губы.
- Желаю вам счастливого плавания, милорд, - ответила она, удивляясь
бесстрастности своего тона.
- Насколько я понимаю, вы советуете мне совершить морское путешествие! Что
ж, я тоже об этом думал. А вы сами
любите плавать на кораблях?
- Не знаю. - Сабрина чувствовала себя скованно, как девочка на первом в
жизни балу. - До сих пор я плавала
только на лодке.
- Уверен, морское путешествие произведет на вас огромное впечатление, -
сказал Джек, многозначительно глядя на
нее и потягивая вино из бокала. - Вы бы не побоялись пуститься в дальнее
плавание?
Сабрина удивленно приподняла брови. Она не могла понять, какую игру затеял
с ней Дарлингтон. Неужели разгадал ее
планы? Но каким образом?
- Я хотела бы увидеть наши американские колонии. Кстати, в Бостоне живет
брат моей матери.
Джек кивнул, продолжая отдавать должное любимому вину. Так вот, значит, о
чем она все это время думала!
- Вам там может не понравиться. В Бостоне зимой так же холодно, как и в
Шотландии. Кроме того, это очень
отдаленный от центра провинциальный город.
- Возможно, - пожала плечами Сабрина. - Но это всего лишь фантазии, притом
очень смутные!
Джек шумно вздохнул и поставил бокал на стол.
- Что вы будете делать без меня?
Сабрина ничего не ответила и встала из-за стола. Она не доверяла своему
голосу. Не доверяла сердцу. Наконец,
сомневалась в своей твердой решимости исполнить задуманное. К тому же она
смертельно устала бороться в одиночку.
Сейчас ей хотелось лишь одного: поскорее уйти отсюда и закрыть за собой дверь.
Тем более что Кит уже четверть часа как
поднялся наверх.
Но для этого надо было проскользнуть мимо сидящего за столом Джека...
Как Сабрина и предполагала, в последний момент Джек схватил ее за руку:
- Не оставляйте меня!
Дрожь пробежала по всему ее телу. Ведь он сказал: "Не оставляйте меня! " А
мог бы сказать: "Подождите! " Или:
"Куда же вы? "
Сабрина отвела взор, не желая увидеть в глазах Дарлингтона крушение своей
блеснувшей на мгновение робкой
надежды.
Джек привлек ее к себе и знаком приказал лакеям удалиться.
- Ну вот, Сабрина. Мы остались одни. Теперь можете говорить откровенно.
Она пристально смотрела на него усталым и настороженным взглядом,
совершенно новым для Дарлингтона.
Привычная усмешка невольно исчезла с его лица. В этот момент Джек видел перед
собой любящую женщину, которая не
знала, как удержать ускользающее счастье...
Эта мысль поразила его, как удар шпагой или выстрел из пистолета. Неужели
Сабрина действительно любит? Любит
по-настоящему? Любит его?! Любит так, как он скорее всего не сможет любить
никогда... А потому не заслуживает такого
серьезного чувства...
- Не смотрите на меня так! - прошептал Джек и нежно провел ладонью по лицу
Сабрины. - Или вы думаете, это я
собираюсь навсегда покинуть вас?
Сабрина, еле сдерживая рвущиеся из груди рыдания, проговорила дрожащим
голосом:
- Я думаю, вы решили попытаться сделать это.
В ответ Джек рассмеялся. И вместе с этим смехом их прощальный ужин
закончился. Ибо уже в следующее мгновение
весь ее мир раскололся на мелкие черепки...
Из холла неожиданно донеслись тяжелые шаги, дверь распахнулась, и в
гостиную ворвались солдаты с мушкетами на
изготовку. Во главе их был Роберт Макдоннел. Увидев Сабрину, он сначала застыл
на месте, но тут же вытянул руку и показал
на кузину:
- Вот она! Сабрина Линдсей!
При виде нацеленных на нее мушкетов у Сабрины закружилась голова. Она
заметила, что Джек куда-то исчез. В дверях
за спиной Роберта на несколько секунд мелькнуло темное лицо Сьюбери и тут же
пропало. Вместо него перед ней возник
человек в красном мундире и сурово
...Закладка в соц.сетях
