Жанр: Любовные романы
Великолепный любовник
...ала необходимость снять шапку — Кэтрин слишком хорошо
представляла себе, во что превратились ее волосы после того, как она целый
день проходила и ней. Передавая шапку Колину, она случайно коснулась его
руки и мгновенно ощутила жгучее покалывание в кончиках пальцев. Этот человек
был словно наэлектризован!
Пока Кэтрин раздевалась и усаживалась, Колин не сводил с нее глаз, и от
этого ее смущение только возросло. Она не привыкла к столь тщательному
изучению! С трудом подняв голову и встретившись с ним глазами, она даже
замерла от напряжения, почувствовав, как между ними, того и гляди, начнут
проскакивать электрические разряды. Ощутив учащенный пульс, Кэтрин удивилась
себе — последний раз она реагировала на мужчину столь бурно в возрасте
двадцати лет.
Наконец Колин отвернулся, чтобы снять собственную куртку. После этого сердце
Кэтрин забилось еще сильнее — теперь перед ней стоял статный и широкоплечий,
узкобедрый и длинноногий красавец в красной шерстяной рубашке и бледно-
голубых джинсах.
Порывистым жестом отбросив с лица черные космы, он пересек кухню, чтобы
помочь отцу. Когда они оказались рядом, для Кэтрин стало очевидно их
несомненное сходство — суровые, мужественные лица, надменные, орлиные носы и
сильные челюсти.
Чтобы отвлечься от волнующего созерцания своего спутника, Кэтрин осмотрелась
вокруг. Комната была беспорядочно уставлена кухонными приборами и напоена
ароматом горячего шоколада. Этот запах напомнил Кэтрин детство, когда жизнь
была такой простой и предсказуемой. Веселенькие желто-белые занавески были
подвязаны, открывая заиндевелые окна, на подоконниках которых стоят
комнатные растения. Теперь она чувствовала себя в полной безопасности и даже
захотела поблагодарить Колина за то, что он привез ее сюда. Более того — она
была готова остаться здесь до тех пор, пока не растает снег!
— Одну чашку, мать, только одну чашку. Затем я помогу отцу, и мы уедем, —
добродушно заявил Колин, пока его мать разливала дымящийся шоколад.
— Вам не следует никуда ехать в такую погоду, — отвечала Надин, улыбаясь
Кэтрин.
Она еще не успела поднести чашку к губам, как Колин одним залпом выпил свою.
Толстостенная глиняная чашка приятно согревала ей пальцы, а вкус шоколада
показался восхитительным — так давно она не ела горячей пищи.
— Отец, нам надо уехать как можно раньше, поэтому давай начнем, — заявил
Колин, вставая на ноги.
— Ну что ж, пошли, — ответил Уилл, натягивая тяжелую куртку и нахлобучивая
широкополую шляпу.
Когда мужчины ушли, Надин вымыла их чашки и подлила шоколада Кэтрин. Через
десять минут разговора о том, каким Колин был в детстве, Кэтрин вдруг
поняла, что Надин не собирается ни о чем ее расспрашивать. То ли Колин ей
что-то сказал, то ли все мысли Надин занимает ее семья?
Несмотря ни на что, Кэтрин по-прежнему ощущала внутреннее напряжение и
боялась вновь остаться с Колином наедине. Поэтому она с тоской поглядывала
на часы до тех пор, пока на крыльце не послышались мужские шаги и голоса.
Открылась входная дверь, Колин просунул голову и обратился к Кэтрин:
— Если вы сможете самостоятельно надеть свою парку, то я не буду входить,
чтобы не нанести грязи.
Она кивнула и направилась к вешалке. Пока Кэтрин одевалась, к ней подошла
Надин.
— Я рада, что вы заехали вместе с Колином. Иногда меня беспокоит его
одиночество.
— Ну, на сегодняшний вечер оно ему не грозит, — пошутила Кэтрин,
прислушиваясь к звукам за окном — похоже, снова начался дождь со снегом.
— Захватите с собой вот это, — и Надин сунула ей в руки плотно закрытый и
теплый пластиковый контейнер. — Это
чили
вам на ужин. Колин и сам умеет
готовить, хотя его меню весьма ограниченно.
— Спасибо, миссис Уайтфитер. Мне было очень приятно с вами познакомиться.
— Мне тоже. Надеюсь, что у вас все будет хорошо. Еще раз спасибо, — только
теперь она поняла, что Колин успел предупредить свою мать.
Открыв дверь, Кэтрин вышла на крыльцо и увидела, что он ее ждет.
Они стали спускаться по ступеням, и тут она поскользнулась. Колин мгновенно
обхватил ее за талию и помог устоять на ногах. Это был всего лишь дружеский
жест, но, внезапно оказавшись в его сильных объятиях, Кэтрин не могла
остаться равнодушной.
— Спасибо, — сухо поблагодарила она, надеясь, что он не заметил ее
непроизвольной реакции. — Со мной все в порядке.
Однако он твердо взял ее под руку, и ей пришлось подавить желание немедленно
вырваться. Через несколько минут они уже сидели в пикапе, теплый контейнер
стоял на сиденье между ними.
— Ваши родители — очень милые люди, — негромко сказала Кэтрин, стараясь
подавить волнение при мысли о том, что сейчас ей предстоит дорога в
неизвестность, да еще в обществе этого странного человека.
— Я вернулся в Оклахому, чтобы помогать отцу, хотя он не слишком-то
нуждается в моей помощи.
Какое-то время они ехали молча, затем пересекли разделительную полосу и
съехали с основной автострады на проселочную дорогу. За час они сделали
меньше десяти миль, а дождь все не утихал.
— Скоро приедем, — заявил Колин, протирая ветровое стекло тыльной стороной
ладони. Действительно, вскоре за пеленой дождя показалась ограда для скота.
Заехав внутрь, Колин остановил машину и вылез наружу.
— Я сейчас вернусь — только закрою ворота, — прокричал он, стараясь
перекрыть шум ветра.
Кэтрин принялась наблюдать за тем, как Колин, раскачав и освободив ворота от
снега, запирает их. Вернувшись, он молча сел за руль, включил передачу и
медленно тронул с места.
Наконец впереди показалась темная громада дома. Когда они приблизились,
Кэтрин разглядела, что к боковой стене дома вплотную примыкает гараж. Колин
нажал кнопку электронного выключателя и подождал, пока двери гаража
разъедутся в разные стороны. Кэтрин отчего-то вздрогнула.
Они въехали в трехместный гараж, где уже стоял джип, и привычный стук
дождевых капель по крыше пикапа сменился гораздо более гулким стуком по
крыше гаража.
Заглушив мотор, Колин вылез из машины. Кэтрин крайне неохотно открыла
дверцу, но вылезти не успела — из темного угла к ним тут же метнулись две
огромные тени. Это были собаки — одна серая, другая черная. У Кэтрин упало
сердце, и она с трудом удержалась от крика. Колин весело приласкал обоих
животных:
— Познакомьтесь, это Бастер. А это волк по кличке Лобо.
— Действительно волк? — с опаской спросила Кэтрин, оттягивая время, чтобы
прийти в себя. Вопрос был излишним: такое мощное желтоглазое существо с
густой серой шерстью и стальными клыками не могло быть никем иным. — А вы
уверены, что я могу выйти? На вид они такие свирепые.
— Да это просто ягнята, — успокоил ее Колин. — И прекрасно понимают, что,
если вы приехали в моей машине, значит, вы моя гостья. — Он коротко
свистнул, и оба животных вернулись к нему. — Сидеть.
Собака и волк тут же сели рядом.
— Не бойтесь — они не кусаются.
— Хорошие собачки, — отважно заявила Кэтрин и, выскользнув из пикапа,
похлопала себя по коленям. — Ну, идите ко мне.
Животные послушно откликнулись на ее зов, и она смогла их погладить и
почесать за ушами.
— Бастер, по-моему, шотландская овчарка, но откуда у вас Лобо?
— Я нашел его еще щенком. Лобо был ранен, и пришлось взять его с собой.
— Значит, вы постоянно подбираете заблудших и нуждающихся в помощи? — слегка
улыбнулась Кэтрин.
— Нет, — покачал он головой, доставая из машины пакеты. — Если считать первым Лобо, то вы — вторая.
Кэтрин не поверила, но не стала высказывать свое сомнение вслух. Взяв
контейнер с
чили
и пару пакетов, она последовала за Колином на кухню,
которая выглядела значительно более современной, чем у его родителей. Бастер
вбежал следом и остановился у пустой миски. Затем появился и Лобо, который
сел и посмотрел на Колина. Кухня показалась Кэтрин очень уютной, причем это
впечатление создавал главным образом огромный очаг, сложенный из больших
плит песчаника. Вдоль стен стояли шкафы для утвари, сделанные из сучковатой
сосны. Кухня незаметно переходила в гостиную, образуя с ней единую комнату
Г-образной формы. В гостиной находилось несколько книжных полок, два кресла-
качалки, софа темно-бордового цвета и еще один огромный камин. Стены обшиты
сосновыми панелями, на окнах — жалюзи. Все вместе производило впечатление
незамысловатого уюта.
— Устраивайтесь как дома, — предложил Колин, выкладывая пакеты на длинный
дубовый стол. — У меня, правда, только одна спальня, но зато есть софа.
Сняв куртку, он повесил ее на дверь, подошел к Кэтрин и помог освободиться
от тяжелой парки.
— Как только разожгу огонь и разложу продукты, покажу вам дом, — пообещал
он.
Оставшись в одном свитере, Кэтрин почувствовала себя неуютно и снова
насторожилась. Наблюдая за тем, как Колин, словно забыв о ее существовании,
сосредоточенно возится на кухне, она несколько приободрилась, однако не
утратила бдительности и по-прежнему ни на секунду не расставалась со своей
сумкой. Тем временем Колин снял телефонную трубку и несколько минут с кем-то
разговаривал — судя по всему, это был старший работник его ранчо. А она и не
подумала, что здесь поблизости есть еще кто-то!
— Бад, — говорил Колин, — передай остальным, что я запер ворота, а на ночь
включу охранную сигнализацию. У меня тут гостья, за которой по городу
гонялось несколько подозрительных ребят... Если кто-то из вас заметит
поблизости незнакомцев, то пусть сразу же сообщит мне. Они вооружены, так
что будьте начеку. Если же начнется стрельба — немедленно звоните в 911...
Удивленная Кэтрин сжала руки. Сколько мужчин подвергаются опасности из-за ее
присутствия в этом доме!
— ...Да, я это сделаю... И никто сюда не влезет... Да, и выпущу собак...
Хорошо... Спасибо... Увидимся утром.
— Из-за меня вы и ваши люди в опасности, — тихо произнесла Кэтрин, как
только он повесил трубку.
— Да, и я предупредил их об этом. Но мои ковбои прекрасно смогут
позаботиться о себе сами, а те болваны им и в подметки не годятся, так что
не беспокойтесь.
Колин вернулся на кухню и, присев на корточки возле очага, принялся
подбрасывать поленья в огонь. Наблюдая за ним, Кэтрин понимала, что ей
нечего опасаться, однако расслабиться по-настоящему ей никак не удавалось.
— Ну что, пойдемте? — предложил он, когда очаг заполыхал. — Я обещал вам
экскурсию по дому.
Они вышли из кухни, причем Кэтрин следовала за ним, держа сумку на плече и
прижимая ее к левому боку. Да, по виду он — обычный фермер, однако не стоит
терять бдительность!
Колин провел ее в просторный холл и указал на открытую дверь:
— Там — ванная. Полотенца — в шкафу.
Осторожно приблизившись к двери, Кэтрин заглянула внутрь и увидела, что
комната выложена плиткой цвета морской волны. Сама ванна была старомодной —
на ножках. Слева находилась еще одна открытая дверь — наверное, в спальню.
Сейчас Кэтрин стояла рядом с хозяином. Колин был настолько выше ее, что,
несмотря на собственный рост, она вынуждена была сильно задрать голову. А
ведь даже Слоун был выше ее всего на несколько дюймов.
Находясь рядом с этим огромным мужчиной, Кэтрин поневоле испытывала
некоторую тревогу, чувствуя себя маленькой и беззащитной. Окинув ванную
быстрым взглядом, она поспешила отойти подальше.
Потом Колин подвел ее к другой двери.
— Там находится моя комната, и сразу предупреждаю — я не ждал гостей.
Как только она вошла внутрь, ее внимание привлекли большие, панорамные окна
и стеклянные двери, которые автоматически открывались при приближении к ним.
За окнами по-прежнему бушевала непогода. Дождь кончился, но снег продолжал
валить большими, крутящимися на ветру хлопьями. Именно такими рисуют их на
новогодних открытках. Оторвавшись от окон и оглядев комнату, Кэтрин увидела
огромных размеров постель, покрытую измятыми покрывалами. На стуле небрежно
лежали джинсы, с телевизора свешивалась рубашка. Довершали картину удочки.
Эта комната тоже была обшита сосновыми панелями и выдержана в тех же темно-
бордовых и бирюзовых тонах, что и вся обстановка.
— В излишней аккуратности меня не упрекнешь, — усмехнулся Колин.
От этой усмешки у Кэтрин замерло сердце. В ней было что-то невыразимо
обаятельное и притягательное, она на редкость хорошо смягчала мужественные
черты его смуглого лица. Странно, но до сего момента Кэтрин была готова
спорить на все деньги в ее сумке, что она на долгое время гарантирована от
того, чтобы увлечься каким-нибудь мужчиной, и вот на тебе...
— Мне нравится ваш дом, — заявила она. — И даже весь этот беспорядок.
— Да, мне и самому нравится мой маленький замок. Пойдемте подогреем
чили
,
который нам приготовила мать. Я надеюсь, вы едите индейские блюда?
— Конечно, особенно те, которые так замечательно пахнут.
Наблюдая за тем, как она продолжает судорожно цепляться за свою сумку, Колин
вдруг вспомнил пугливого жеребенка, которого он когда-то купил. Жеребенок
шарахался от каждого, кто приближался к нему на несколько ярдов, и это
навело Колина на мысль, что прежний хозяин, по-видимому, его избивал. Прошло
немало времени, прежде чем жеребенок успокоился. В конце концов, из него
получилась прекрасная верховая лошадь.
Вымыв руки, они вернулись на кухню. Кэтрин принялась резать зелень для
салата, в то время как Колин подогревал
чили
. Она работала молча, положив
сумку на стул рядом с собой. В тот момент, когда она повернулась к нему
спиной, Колин осторожно приподнял сумку, желая подтвердить свою догадку
насчет пистолета. Да, она была достаточно тяжелой.
Затем он снова вернулся к созерцанию Кэтрин, уделив особое внимание ее
волосам. Сейчас они были сколоты заколками. Однако некоторые пряди, сумевшие
избежать плена, игриво щекотали маленькие ушки и тонкую нежную шею. Кроме
маленьких бриллиантовых серег, на ней не было никаких других украшений. С
момента их приезда у Колина создалось впечатление, что она постоянно
напряжена, и он искренне опасался ее напугать, сделав резкое движение или
уронив что-нибудь.
Наконец все было готово, и они сели за стол, на котором дымились тарелки с
чили
, стояло блюдо с зеленым салатом и горячими маисовыми лепешками.
Первые минуты ужин проходил в молчании. При этом Колин думал: если она все
же является танцовщицей или звездой стриптиза, то какой же долгий путь ей
пришлось проделать из Лас-Вегаса или Рено. Тех троих, что ее преследовали,
наверняка нанял какой-то человек с толстым кошельком.
Он глянул в окно, за которым быстро сгущались сумерки. Как все-таки приятно
в такую дьявольскую непогоду находиться у себя дома! А где, интересно,
сейчас те типы, которые за ней гонялись? Остановились в мотеле Стилуотера? В
такую метель они не отважатся выехать за город, поэтому наверняка уже нашли
себе теплую нору.
Колин потянулся за пультом дистанционного управления.
— Ничего, если я включу телевизор?
— Я бы просила вас этого не делать, — поспешно отозвалась Кэтрин, пряча
глаза, в которых мелькнул страх.
Но стоило ей поднять голову, как она увидела, что он напряженно смотрит на
нее. В очаге треснуло полено, но Колин не обратил на это внимания — сидевшая
перед ним женщина вдруг заморгала ресницами и поспешно отвернулась.
Продолжая следить за выражением ее лица, он намеренно положил пульт на стол
между ними.
— Вы не хотели обращаться в полицию. Вы не хотите смотреть телевизор. Вам не
кажется, что пришло время хоть немного рассказать мне о своих проблемах?
Глава третья
У Кэтрин замерло сердце. Она ждала этого момента с той самой минуты, когда
впервые села в его пикап. Но проходило время — он молчал, и она постепенно
начала успокаиваться. И вот теперь он сидит напротив нее — внимательный и
спокойный — и ждет ответа. А ведь он полицейский! От этой мысли она снова
похолодела. Насколько ей было известно, Слоун не обращался в полицию, чтобы
вернуть ее, однако это могло случиться в любую минуту.
Размышляя над тем, что ответить Колину, она сделала несколько глотков из
стакана с ледяной водой и опустила глаза в тарелку.
— Я в разводе, но у меня ужасный муж.
— Если вы развелись, то почему его боитесь?
Кэтрин лихорадочно пыталась придумать историю, которая бы смогла
удовлетворить его любопытство, но затем, подняв голову и посмотрев в его
настороженные карие глаза, решилась сказать правду.
— Я беременна, и мой бывший муж хочет, чтобы я вернулась.
— Он хочет получить своего ребенка?
— Это мой ребенок! — яростно огрызнулась Кэтрин. — Я завтра уеду, так что
давайте лучше оставим этот разговор.
После этого она затаила дыхание, ожидая, что он скажет, и моля Бога, чтобы
он согласился прекратить этот мучительный допрос.
— Послушайте, я сам видел, как за вами гнались три головореза, — нетерпеливо
начал Колин. — Нетрудно предположить, что их послал какой-то богатый и
влиятельный человек. Мне надо знать наверняка степень риска, которому я
подвергаюсь. Я вовсе не собираюсь звонить вашему бывшему мужу, но я хочу
знать: кому я перешел дорогу тем, что приютил вас под своей крышей?
— Это совсем не обязательно, поскольку я уеду, как только стихнет метель, а
до того времени они не смогут нас найти.
— Кэтрин, у меня воображение богатое, и я могу себе представить любой
сценарий. Если вам что-либо известно о краже миллиона долларов, то даже
после того, как вы уедете, эти ребята могут нагрянуть по мою душу, решив,
что вы мне обо всем рассказали.
— О нет, ничего похожего! Дело обстоит именно так, как я уже говорила. У
меня ужасный муж, который хочет, чтобы я вернулась, — только и всего.
Заметив, что он по-прежнему сомневается, она снова призадумалась — как же
его убедить? Наблюдая за красными языками пламени, весело плясавшими на
поленьях, Кэтрин задумчиво прикусила нижнюю губу.
— Ведь мое имя вам ни о чем не говорит, не так ли?
— Нет. А что?
— Моего бывшего мужа зовут Слоун Манчестер.
Это уже было что-то более знакомое, и Колин напрягся, пытаясь вспомнить.
Так, так...
Манчестер ойл
... Ага!
— Луизиана, — вслух произнес он. — Он — кандидат от какой-то партии. Нефть и
большой бизнес...
— Верно. Его отец — Тайсон Манчестер из
Манчестер ойл
. Существует немало
политиков, которые хотели бы видеть Слоуна губернатором Луизианы.
— Мне кажется, что человек, собирающийся баллотироваться на такой пост, не
станет рисковать, гоняясь за своей бывшей женой, да еще пытаясь силой
заставить ее вернуться. На этот случай существуют законы.
— Он надеется, что его людям удастся вернуть меня незаметно, так что никто
ни о чем не узнает.
— Тогда обратитесь к прессе. Или давайте я отвезу вас в полицию.
— Нет! — Побледнев, Кэтрин отодвинула стул и резко встала.
Теперь, даже несмотря на продолжавшуюся бурю, она чувствовала в себе силы
немедленно двинуться в путь. Колин тоже поднялся, приблизился и мягко обнял
ее за плечи. Она вздрогнула и отпрыгнула в сторону, вскинув руки, словно
защищаясь.
— Ну-ну, — мягко заговорил он, — успокойтесь, Кэтрин. Клянусь, я не причиню
вам вреда.
Кусая губы, она продолжала смотреть на него потемневшими от гнева и страха
глазами, а он мысленно поражался тому, каким же подонком должен быть этот
самый Слоун Манчестер.
— Садитесь, и давайте поговорим. Но для начала постарайтесь расслабиться.
Если вы не хотите, я не буду звонить в полицию. — Колин старался говорить
как можно спокойнее, чтобы не вспугнуть ее снова.
Бывший муж этой беременной женщины, что сейчас находилась в его доме,
собирался баллотироваться в губернаторы. Получалось, что он, Колин, взялся
защищать ее от одного из самых могущественных людей в стране. Как же он
ухитрился впутаться в эту историю и какую глупость намеревается сделать
дальше? Не проще ли предоставить женщину ее собственной участи?
— Как только буря утихнет, я исчезну из вашей жизни, — словно бы угадав его
мысли, быстро проговорила Кэтрин.
— Сначала сядьте. Если вам нравится, можете повернуться к огню.
Она кивнула, однако не сделала ни шага к стульям, которые стояли напротив
очага. Неужели она боится пройти мимо него? Колин обошел вокруг стола и
подложил в огонь еще одно полено.
Кэтрин уселась в кресло-качалку и поджала под себя ноги.
— А вы действительно развелись?
— Да. В тот момент, когда я подала на развод, в жизни Слоуна уже была другая
женщина. — Рассказывая, она смотрела на свои руки, лежавшие на коленях. —
Тогда его частной жизнью еще никто не интересовался, поэтому Слоун легко
согласился на развод, и мы тут же развелись. Однако он почти сразу же
пожалел об этом. Кажется, что он жаждет лишь того, что недоступно, — с
горечью добавила Кэтрин. — Я отказалась брать у него деньги, хотя
собственных сбережений у меня было маловато. В момент развода родители
Слоуна находились в Европе, иначе отец непременно отговорил бы его от этого
шага. Он уже давно мечтал о политической карьере для своего сына.
Почувствовав жар, Колин пересел подальше от камина в кресло-качалку. Если
все, что она ему рассказывала, правда, то ей нечего опасаться полиции.
— Кэтрин, — мягко заговорил он, чувствуя неодолимое желание коснуться ее
руки и пряча свои руки в карманы от греха подальше, — если Слоун дал развод,
он никак не сможет заставить вас вернуться к нему.
Она с горечью взглянула на него и покачала головой:
— Они с отцом слишком могущественные люди, привыкшие с помощью взяток и
давления добиваться всего, чего хотят. У Слоуна есть влиятельные друзья в
высших эшелонах власти, в том числе и среди судей. Он и раньше прибегал к
взяткам, когда хотел чего-то добиться в своем бизнесе.
— Тогда ему никогда не стать губернатором!
— Но я не могу с ним бороться! Он обернет все против меня.
— Однако в глазах его будущих избирателей все это будет выглядеть не слишком-
то привлекательно. Если его головорезы заставят вас вернуться, то это будет
называться похищением.
— Моего отца посадили в тюрьму за растрату. У меня не слишком
законопослушная семья, и Слоун неоднократно напоминал мне об этом. Мы южане,
и в Гражданской войне наши предки сражались на стороне Конфедерации. Выйдя
замуж, я была принята как в его семье, так и в высших кругах Нового Орлеана,
однако Слоун заявил, что всегда сможет изобразить меня самой последней
стервой, имеющей коррумпированных родственников. А ведь теперь я жду
ребенка.
Закусив губу, она вновь опустила глаза на свои руки. Колин потянулся было к
ее подбородку — ему хотелось поднять ей голову и заглянуть в глаза, однако
стоило Кэтрин почувствовать его легкое прикосновение, как она вздрогнула и
моментально отпрянула. Ему пришлось снова спрятать руки в карманы.
— Вы напрасно боитесь, — мягко заметил он, мысленно обругав Слоуна
Манчестера, — я вас не обижу. Еще никогда в жизни я не обижал женщин, даже
когда исполнял обязанности полицейского.
— Извините, — она виновато посмотрела на него. — Это непроизвольная реакция.
И вновь ему захотелось привлечь ее к себе, заключить в объятия и нежно
уверить в том, что она в полной безопасности. Впрочем, некоторая доля
цинизма, присущая его мужской натуре, заставила Колина слегка усмехнуться.
Ну да, в такой же безопасности, как мышь, находящаяся в одном помещении с
котом. Да еще те три головореза продолжают свою охоту. Метель затруднит их
поиски, но рано или поздно они выяснят, кто является владельцем голубого
пикапа, и где он живет. Кстати, они могут узнать это даже несмотря на бурю.
Так что же ему делать с этой женщиной, которую он инстинктивно начал
защищать с той самой минуты, как впервые увидел? Колин задумчиво потер шею.
— Я знаю нескольких адвокатов, которые согласятся выслушать вашу историю.
— Это бесполезно! — с досадой отмахнулась Кэтрин. — Я же говорила: у Слоуна
могущественные друзья. Вы и представить себе не можете, на что он способен.
Я сама думала, что сумею найти защиту от его жестокости, пока не убедилась в
обратном.
— Но его влияние вряд ли распространяется на этот штат, — усомнился Колин.
— Если бы меня похитили и увезли обратно в Луизиану, то первое, что сделал
бы Слоун, — объявил бы во всеуслышание, что я больна, или что у меня
психическое расстройство. Он на это способен. Вот почему я не хочу
обращаться в полицию.
— Хорошо, обойдемся без полиции, хотя мне кажется, что вы совершаете ошибку.
— У меня уже есть печальный опыт, — упрямо зая
...Закладка в соц.сетях
