Жанр: Любовные романы
Не соблазняй меня
...йно отступил в сторону.
Задыхаясь, Джеки обернулась и увидела, что он смеется.
— Ничего смешного! Ненавижу тебя!
— Неправда. — Эйдриан улыбнулся. — Ты меня любишь. Иначе не
рассвирепела бы так.
Издав яростный вопль, Джеки снова замахнулась. И тогда Эйдриану ничего не
стоило, поймав ее за запястье, с помощью ее же кинетической энергии
опрокинуть Джеки через бедро на песок. Приземлившись на спину, Джеки, тяжело
дыша, как паровоз, уставилась в небо.
На ее ресницах висели слезинки. Она изо всех сил зажмурилась. Эйдриан упал
рядом, пригвоздив ее кисти к земле и одной рукой удерживая за ноги.
— Ну что, хватит?
Джеки помолчала, пытаясь сдержать слезы, потом открыла глаза и метнула на
Эйдриана гневный взгляд.
— Это что еще за черт?
— Таэквондо.
— А я думала, ты йогой занимаешься.
— Я многим занимаюсь. — Эйдриан отпустил одно из запястий Джеки,
чтобы смахнуть песок с ее щеки. — Ну что, достаточно успокоилась, чтобы
поговорить?
— Я только одно хочу знать. — В глазах у Джеки снова защипало, а
голос зазвучал слабо. — И если ты соврешь, я больше никогда не буду с
тобой разговаривать. Я смогу принять правду, какой бы она ни была, только не
лги.
— Не буду.
— Ты с ней спал?
Эйдриан посмотрел Джеки прямо в глаза.
— Нет. По двум причинам. Первая — я не в ее вкусе.
— Ой, да ладно тебе! Нет такой женщины, которой бы ты не понравился.
— Она лесбиянка.
— Что? — Джеки удивленно заморгала.
— Ты, кстати, об этом не распространяйся, но я появлялся с ней именно
поэтому. С Шоной можно показываться на публике, не опасаясь сплетен... как
правило. Мы познакомились с ней на моей первой вечеринке и сразу же стали
союзниками, объединились — ну, вроде как Мы против Остальных.
— Против Остальных?
— Ну, против тех, кто обращается с нами, как с куском мяса, который нужно упаковать и продать.
— Но если она лесбиянка, то почему она так к тебе прижималась?
— Это было сразу после того, как они с любовницей выясняли отношения.
Шона по телефону, заливаясь слезами, попросила меня сходить с ней
потанцевать, чтобы она смогла выпустить пар. Я и не знал, что она решила
использовать меня, чтобы отомстить своей любовнице, покрасовавшись перед па-
парацци. Вроде как заявляла:
Хочешь, чтобы меня все считали
натуралкой, — пожалуйста, как тебе это?
— А ты, как видно, и не возражал?
— Нет, не возражал, — вздохнул Эйдриан. — Потому что я понял,
почему она так поступает. Она славная женщина, Джеки, и нуждается в друге.
— Как это на тебя похоже. — Джеки то ли хотелось заплакать, то ли
еще раз попробовать ударить его. — Только непонятно, зачем тебе всегда
нужно оставаться таким славным парнем?
— Потому что я был уверен: стоит мне только позвонить тебе, все
объяснить, и ты все поймешь. Я думал, ты достаточно меня изучила и знаешь,
что я не лгу женщинам. В моих словах о том, что ты для меня особенная, не
похожая на других, не было ни капли лжи. И поэтому мне очень больно
сознавать, что ты сразу поверила самому плохому, даже не удосужившись
сначала поговорить со мной.
Джеки вспыхнула, услышав в свой адрес это обвинение, но главное, осознав,
что оно заслужено.
— А вторая причина?
— Ты. — Эйдриан взял в руки ее лицо. Этого простого прикосновения
оказалось довольно, чтобы разжечь в Джеки страсть. — Мне никто, кроме
тебя, не нужен. Доказательство тому — последние недели. Чего мне только не
предлагали, стоило мне лишь где-нибудь появиться, но я желал лишь одного —
чтобы ты все время была рядом.
— Не врешь? — Проклятые слезы снова выступили на глазах, и на этот
раз сдержать их не удалось.
— Не вру. — Эйдриан ласково улыбнулся Выкатившаяся у Джеки из
глаза слеза побежала к виску, и он легким движением смахнул ее.
— Все равно я не хочу переезжать в Лос-Анджелес.
— Я знаю. — Он склонился над ней, загораживая солнце. Его палец
заскользил по ее подбородку. — Мы с тобой поговорим об этом позже. А
сейчас мне нужно только это. — И он крепко поцеловал ее.
Ощутив вкус знакомых губ, Джеки обвила Эйдриана руками за шею и обняла, изо
всех сил желая слиться с ним. Словно исполняя ее желание, Эйдриан слегка
приподнял ее голову, чтобы углубить поцелуй, и Джеки тесно прижалась к нему
всем телом. Ее захлестнула волна жаркой страсти. Желание нарастало с
пугающей скоростью.
Эйдриан осыпал поцелуями ее лицо.
— Господи, как же я хочу тебя, — хрипло проговорил он, повторяя
рукой изгибы ее тела. — Два месяца — слишком долгий срок без тебя.
— Согласна. — Высвободив из-под него ногу, Джеки закинула ее ему
на бедро и, крепче прижавшись к нему, почувствовала его эрекцию. По телу
Джеки побежала дрожь.
Эйдриан со стоном приподнял голову и бросил взгляд в сторону заполненного
народом пирса.
— По-моему, нам пора переместиться куда-нибудь в более укромное место.
Джеки, кивнув, позволила ему поднять себя на ноги. Она начала было
отряхиваться от песка, но Эйдриан схватил ее за руку и потащил за собой. Они
энергично зашагали по беговой дорожке, потом, ускорив шаг, свернули на
тропинку поуже, ведущую вверх к дому на холме, а на подходе к веранде уже
бежали.
Эйдриан притянул Джеки к себе и, не прекращая целовать ее, принялся отпирать
дом. Одной рукой удерживая Джеки за талию, он вошел в дом, а затем поднял ее
и, развернувшись, притиснул к двери, пристально и неподвижно уставившись ей
в глаза.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, но сначала... — Он расстегнул молнию
на ее гидрокостюме. — Я тебя раздену.
— Эйдриан! — Джеки рассмеялась его нетерпению.
— Здесь и сейчас. — Расстегнув костюм, он принялся стягивать его.
— Постой. — Джеки откинула назад голову, чтобы видеть его
лицо. — А как же терпение и приятное предвкушение того, что будет
потом?
Пылкий взгляд Эйдриана упал на ее грудь, показавшуюся из-под гидрокостюма.
— Быстро иногда тоже бывает хорошо.
Костюм сковывал движения рук Джеки, одновременно давая полную свободу
Эйдриану, и он не мешкая положил ладони ей на грудь. Ее соски моментально
затвердели, Джеки выгнула спину, и из ее груди вырвался стон.
— Да, давай быстро... я согласна.
Губы Эйдриана коснулись ее соска. Не переставая ласкать грудь, он продолжал
раздевать Джеки, а она, извиваясь, помогала ему стягивать с себя через
голову гидрокостюм. Затем Эйдриан сбросил ботинки и снял джинсы.
— В спальню, — выдохнула Джеки.
— Нет, слишком далеко. — Эйдриан плотно притиснул ее к двери, шаря
руками по ее телу. К счастью, прерываться, чтобы надеть презерватив, ему не
пришлось: этот вопрос был уже раньше обговорен по телефону. Мысль о том, что
между его плотью и ее телом больше нет никакой преграды, распалила его еще
больше.
Джеки положила Эйдриану ладони на спину и, когда он приподнял ее, сомкнула
ноги вокруг его бедер, легко двигаясь. Он стал касаться своим членом ее
жаркого лона.
— О да! Пожалуйста, — задыхаясь, попросила Джеки.
— М-м, как мне нравится это слово! — Эйдриан поцеловал ее в шею и
стал слегка тереться о нее всем телом, дразня ее и тем самым доводя до
исступления. — Сперва скажи, что хочешь меня.
— Хочу. А теперь, пожалуйста, Эйдриан, давай. — Джеки закрыла
глаза и подалась к нему навстречу бедрами, желая поскорее вобрать в себя его
фаллос.
— Скажи, что любишь меня.
— Я люблю тебя, — не задумываясь над смыслом произносимых слов,
повторила Джеки, готовая в этот момент сказать все, что угодно. И Эйдриан
вторгся в нее, вошел глубоко, задев некую магическую точку, отчего Джеки
показалось, взорвались звезды. Джеки вскрикнула и резко распахнула
глаза. — О Боже, да! Так!
Эйдриан отклонился назад и стал снова и снова ритмично и точно погружаться в
нее, разбивая на части ее тело, которое удерживали только его руки. Он
сделал еще один толчок, и по его большому и сильному телу пробежала дрожь
освобождения.
Его хватка ослабла, и Джеки, испугавшись, что сейчас рухнет на пол, крепче
вцепилась в него руками и ногами. Но вот Эйдриан снова подхватил ее и,
прижимая к себе, понес в спальню. Еще не успели в ее глазах погаснуть
звезды, как он, откинув одеяло, опустился с ней рядом на постель и заключил
ее в свои объятия.
О да, — подумала Джеки, когда он уткнулся ей в шею носом, —
теперь пришел черед объятий
. Ее губы растянулись в улыбке. Она не могла
понять, что ей нравится больше — потрясающие оргазмы или следующие за ними
уютные объятия.
Рука Эйдриана нежно скользила по ее телу.
Связь, — заключила наконец она. — Сама связь
.
Эйдриан приподнял голову, лаская взглядом ее лицо, словно старался запомнить
каждую его черточку. Джеки залилась румянцем, представив, как, должно быть,
она сейчас выглядит — точно кошка, которая слопала целую миску сметаны.
Эйдриан улыбнулся ей — тоже с довольным видом — и лениво пробормотал что-то.
— Что ты сказал? — переспросила Джеки, засыпая.
— Выходи за меня замуж.
Глава 24
Эйдриан с замиранием сердца ждал реакции Джеки. И это ожидание показалось
ему более тягостным, чем все другие одолевавшие его сомнения, вместе взятые.
Несколько бесконечных секунд Джеки, словно в сладком сне, продолжала
блаженно улыбаться, а затем широко распахнула глаза.
— Что?
— Выходи за меня замуж.
Джеки мгновенно высвободилась из его объятий и прижалась к спинке кровати.
— О, Боже мой! Просто не верится, что ты это сказал. Что ты на самом
деле имеешь в виду?
Наверное, надо было бы выбрать более подходящий момент, подумал Эйдриан, но
теперь уж ничего не поделаешь.
— Ну, обмен кольцами, клятвы верности и любовь до гробовой доски. Брак,
иными словами. Ничего нового.
— Я в курсе, что это такое, но нельзя же вот так, без подготовки, взять
да и огорошить человека.
— Джеки, — медленно проговорил Эйдриан, поскольку та, казалось,
была готова буквально полезть на стену, лишь бы оказаться от него
подальше. — Мое предложение не может быть для тебя такой уж большой
неожиданностью: я уже восемь месяцев добиваюсь тебя.
— Я думала, тебе был нужен секс.
— Конечно, он был мне нужен. Но это далеко не все, чего я хочу. Неужели
мои бесконечные звонки тебе — десять раз на дню — ни о чем не говорят? Ты
хоть представляешь себе, какие у меня счета за телефон с тех пор, как я тебя
встретил?
— Хочешь жениться на мне, чтобы сэкономить на телефоне?
Эйдриан укоризненно посмотрел на нее.
— Да, поэтому и еще потому, что я люблю тебя. — Джеки стало нечем
дышать.
— Ой! — Она огляделась по сторонам и с трудом сглотнула. —
По-моему... меня сейчас стошнит.
Она соскочила с постели и бросилась в ванную.
Встревоженный, Эйдриан последовал за ней, но она захлопнула дверь прямо
перед его носом. Пораженный, онуперся глазами в закрытую дверь. Можно было
представить себе все, что угодно, но только не то, что ее стошнит. Первым
побуждением Эйдриана было проигнорировать закрытую дверь и войти в ванную
помочь Джеки, но он понимал, что ей не понравится, если он увидит ее
склонившейся над унитазом.
Минуту спустя из-за двери послышался шум спускаемой воды, и Эйдриан, слегка
приоткрыв дверь, заглянул в щелочку. Джеки, закрыв глаза, сидела на полу,
прислонившись головой к стене. Взяв полотенце, он намочил его под краном и
подал Джеки.
— Ну, знаешь, — сказал он, присаживаясь на край ванны, — ты
просто что-то невообразимое творишь с моим самолюбием.
— С твоим самолюбием все в полном порядке. — Джеки, икнув, прижала
полотенце ко рту. Ее глаза наполнились слезами. — Мне такого еще никто
не говорил.
— Что?
Выходи за меня замуж
?
— Нет.
Я люблю тебя
.
Эйдриан в недоумении уставился на нее.
— Никто?
— Я, по крайней мере, такого не помню. Может, только когда я была
маленькой. Мне всегда хотелось... этого. Но не просто услышать эти слова,
хотя эти... — Она снова сглотнула. — Это... да.
— Тебя больше не тошнит? Слезы заструились по ее щекам.
— Я не знала, каково это, когда тебе говорят такое.
— Значит, сейчас у тебя было что-то вроде шока.
— Но ты-то, верно, слышал эти слова постоянно.
— От своих близких — да, — ответил Эйдриан, наблюдая за Джеки,
которая вытирала глаза. — А так никогда. Со мной никогда ничего
подобного не случалось. И должен признаться, что и меня начинает
подташнивать на нервной почве, поскольку ответа от тебя я так и не получил.
Так что скажешь? — Превозмогая панику, он выдавил из себя
улыбку. — Выйдешь за меня?
— Я не могу тебе сейчас ответить! У меня не было времени
подумать. — Джеки поднялась и, подойдя к умывальнику, поплескала водой
в лицо и сполоснула рот. Выдавив немного зубной пасты на кончик пальца, она
потерла им зубы. — Где моя одежда? Мне нужно одеться.
— У тебя только гидрокостюм.
Джеки вернулась в спальню и прошла оттуда в холл, к входной двери.
— Подожди.
— Что? — Она обернулась. Ее лицо было неподвижно. Такое дело
определенно никуда не годилось.
— Я подберу тебе кое-что из одежды, а потом мы сможем сесть и
поговорить. — Расстроенный и напуганный как никогда, Эйдриан достал для
Джеки футболку и спортивные трикотажные шорты. Пока она одевалась, он сам
натянул на себя поварские штаны, а выпрямившись, увидел, что у Джеки по-
прежнему какой-то потерянный вид, и его сердце сжалось от тревоги. —
Пойдем.
Он взял ее за руку, и она послушно пошла за ним в гостиную, где Эйдриан
указал ей на диван.
— Сядь. Я принесу тебе попить. — Когда Джеки кивнула, он
направился в кухню, откуда вернулся со стаканом ледяной воды. Передав ей
стакан, Эйдриан устроился рядом и стал ждать, пока она сделает несколько
глотков. Вскоре ее щеки немного порозовели.
— Господи! Как много всего сразу свалилось. — прижала руку ко
лбу. — Все обеспечить. Все согласовать. Боже мой, да тут нужно учесть
массу вещей.
— Верно. — Эйдриан проклял себя последними словами. —
Наверное, я все испортил.
— Что ты испортил? — Джеки отставила стакан в сторону, точно
боялась уронить его.
— Помнишь, я упомянул, что должен кое-что сказать тебе?
— Когда это было? — нахмурилась Джеки.
— Как раз перед тем, как раздел тебя и мы оба забылись. Прости. Правда.
Мне следовало все спланировать заранее. Я собирался приготовить ужин,
поговорить с тобой при свечах и за десертом сделать тебе предложение.
— То есть ты хочешь сказать, что собирался сделать мне
предложение? — Это озадачило Джеки. — И оно не было спонтанным, не
вырвалось у тебя под влиянием момента?
— Представь себе... — Эйдриан взял ее за руку, все еще ледяную после
стакана с холодной водой, — я уже давно думал об этом, а последнюю
неделю — почти непрерывно.
Джеки сидела неподвижно, безмолвно глядя на него во все глаза.
— Дело вот в чем. — Он потер ее пальцы, отогревая их. — Я
тоже не хочу жить в Лос-Анджелесе. Трех недель там мне за глаза хватило, уж
поверь. Сначала все было замечательно. Но потом я понял, что семья все же
мне дороже. Все, тщательно обдумав, я пришел к выводу, что ничего особенного
не теряю. По крайней мере, из того, что для меня имеет значение. Я поговорил
с Брайаном, моим агентом, и попросил его довести до сведения продюсеров, что
согласен вести шоу только отсюда.
— А как же работа моделью, съемки в телерекламе и поваренная книга?
— От работы моделью я решил отказаться: это меня не интересует.
Возможно, я соглашусь сняться в рекламе, поскольку мне нравится играть и для
этого не нужно переезжать в Лос-Анджелес, и уже согласился на издание
поваренной книги, но это не сейчас, когда-нибудь потом.
— А вдруг телекомпания откажется снимать передачу здесь?
— Значит, я не буду в ней участвовать, только и всего. — Глядя
Джеки в глаза, Эйдриан провел кончиками пальцев от ее виска к щеке. — Я
окончательно решил остаться здесь, хочу жить и работать в окружении людей,
которых люблю. А покоя я все себе до последнего времени не находил
единственно потому, что тебя у меня не было. — Его пальцы двигались к
ее подбородку. — Теперь мне надоели встречи от случая к случаю, я хочу,
чтобы ты перевела свой бизнес сюда. И я, когда возможно, буду ходить с тобой
в море. Ну, что ты на это скажешь?
— Я... — В ответ на его прикосновение Джеки подалась всем телом к нему
навстречу, но тут же отшатнулась. — Я не знаю.
— Как это не знаешь? — Эйдриан уронил руку.
— Эйдриан, это слишком серьезное решение! —
Это мечта всей моей
жизни, и я смертельно боюсь, что только протяну к ней руку, а она вдруг раз
— и взорвется. Я чувствую себя как на минном поле: неизвестно, откуда ждать
угрозу
. — Мне нужно время подумать как следует.
— Понятно.
Джеки заметила в его глазах боль и поспешила утешить его:
— Ты только не пойми меня превратно, прошу тебя. Мне просто нужно
время.
— Хорошо, — согласился Эйдриан, явно стараясь ее понять. — Я
подожду: мне все равно ничего другого не остается. Но я хочу одно знать — ты
серьезно сказала это? Или выпалила впопыхах, не подумав, потому что в таком
возбужденном состоянии не могла мыслить здраво?
— Что выпалила? — не поняла Джеки.
— Ты сказала, что любишь меня.
— Правда? — Джеки стало нечем дышать. — Когда это? —
Эйдриан пристально посмотрел на нее.
Вспомнив, Джеки вспыхнула.
— Ах! Тогда.
— Ну, так как?
— Я... — Слова застряли у нее в горле. — Ох, Боже мой, как же это
тяжело.
— Скажи мне. — Эйдриан стиснул ей руку, подбадривая. — Если
тебя это успокоит, то знай: меня после этого не стошнит, обещаю.
Джеки сделала глубокий вдох.
— Я люблю тебя. — Воплотившись в слова, реальность стала еще
очевиднее. — Я, правда, тебя люблю. Больше, чем могут выразить слова. Я
так тебя люблю, что мне становится страшно.
— Мне тоже страшно. — Эйдриан обнял ее и крепко прижал к себе.
Джеки высвободилась и посмотрела ему в лицо. Его глаза излучали любовь.
Никогда в жизни она не думала, что может влюбиться в такого мужчину, как
Эйдриан, и уж совсем невероятно то, что он полюбил ее.
— Здорово!
— Именно. — Эйдриан нежно поцеловал ее в губы, задержавшись на
них. Джеки, успокоившись, прильнула к Эйдриану и поцеловала его в ответ.
Эйдриан поднял голову и, глядя на нее сверху вниз, улыбнулся: — Итак, пока я
дожидаюсь твоего решения, мы могли бы чем-нибудь заняться. Что ты
предлагаешь на оставшуюся часть дня?
— То есть? — Джеки насупилась.
— Ну... — Эйдриан пробежал пальцем по ее шее. — Ты, мы, никого
вокруг и впереди свободный вечер. Что будем делать?
Джеки вздохнула, проникаясь его светлым настроением.
— Ну, хоть раз можно обойтись без жизненно значимых решений!
— Точно, — улыбнулся Эйдриан. — Как помнится, я перед
отъездом обещал тебе урок кулинарного мастерства.
Джеки кивнула:
— Верно, обещал.
— Не знаю, как ты, но лично я умираю с голоду. Ты сейчас сможешь чего-
нибудь съесть?
— Не знаю. — Джеки прижала руку к животу, но боль, казалось,
утихла. — Это зависит оттого, что ты собираешься приготовить.
— Давай-ка посмотрим, что имеется в нашем распоряжении. — Взяв
Джеки за руку, Эйдриан потянул ее за собой на кухню. — На время моего
отсутствия я просил Рори забрать все скоропортящиеся продукты, поэтому выбор
у нас ограничен.
Прислонившись к стойке, Джеки наблюдала, как он копошится в кладовой. В
поварских штанах, с распущенными по обнаженным плечам волосами, Эйдриан
представлял собой поистине захватывающее зрелище.
— Итак, есть рис, белое вино, немного сушеных грибов и пармезан. —
Эйдриан повернулся с бутылкой вина в руке и озорным блеском в глазах. —
Я научу тебя готовить ризотто.
— Ризотто? — Джеки недовольно сдвинула брови, услышав незнакомое
слово.
— Блюдо итальянской кухни из риса. Тебе понравится. — Он открыл
вино и наполнил два бокала. — Секрет великолепного ризотто в том, чтобы
во время приготовления все ингредиенты оставались покрытыми жидкостью,
словом, не высыхали, были мокрыми.
— Мокрыми, говоришь? — переспросила Джеки, с подозрением глядя на
его улыбку. — Не значит ли это, что повар во время приготовления тоже
должен не просыхать, быть мокрым?
— О да. — Эйдриан повел бровями, протягивая Джеки бокал. —
Повар во время этого урока должен быть мокрым.
От его многозначительного тона в животе у Джеки сладко заныло.
— Отчего это у меня такое предчувствие, будто для того, чтобы не
просыхать и оставаться мокрой, мне во время урока много вина не потребуется?
— Какая проницательная женщина. — Он с улыбкой притянул Джеки к
себе для поцелуя, который закончился слишком быстро. Распрямившись, Эйдриан
похлопал ее по попке. — Ну что, приступим?
Когда на следующее утро они с Эйдрианом отправились в гостиницу на семейный
обед, Джеки все еще не могла избавиться от смущения. Как она и предполагала,
Эйдриан осуществил свой замысел держать ее мокрой. Стоя за ее спиной, он
просунул ей руки под футболку, пока она пыталась приготовить очень сложное
блюдо из риса. Когда она пожаловалась, что он, лаская ей грудь, мешает ей
сосредоточиться, Эйдриан спустил руки вниз, проникнув под пояс ее шортов.
Смеясь и извиваясь всем телом, Джеки попыталась помешать ему, но Эйдриан
твердо решил повеселиться.
Ничего удивительного, что ризотто Джеки испортила. Зато все остальное в этот
вечер было... сплошное удовольствие. Никогда в жизни Джеки еще так не
хохотала, не чувствовала такой легкости и не была такой откровенно
чувственной.
Рис сгорел, но Джеки с Эйдрианом, пошарив по сусекам, отыскали ведерко с
мороженым, которым они, устроившись лицом к лицу — Джеки села на Эйдриана
верхом — кормили друг друга по очереди. Оба к тому времени уже сбросили с
себя всю одежду. При этом они касались губами не одного лишь мороженого. В
конце концов, на столе оказался не только липкий, сопровождавшийся веселыми
смешками ужин, но и сама Джеки. Даже сейчас, лишь вспомнив холодное
мороженое и жаркие прикосновения языка Эйдриана к своему телу, Джеки ощущала
трепетное волнение.
— Ты улыбаешься, — заметил Эйдриан, когда они спускались по
лестнице в семейные апартаменты.
— Правда? — Джеки поняла, что ее выдали глаза. — С чего бы
это? Ты, впрочем, тоже улыбаешься.
— Хм-м. — Эйдриан сжал ее руку. — Я пытаюсь угадать, что Рори
с Элли решили подать на десерт.
Джеки расхохоталась:
— Господи! Если это будет мороженое, высидеть обед с невозмутимым лицом
я не смогу.
— Ох, но ведь есть масса других сластей, которые можно
попробовать. — Перед тем как ступить на последнюю ступеньку, Эйдриан
быстро поцеловал Джеки в щеку, и вот они опять оказались в окружении
привычного гвалта и хаоса.
Сестры хлопотали на кухне, а Чане по пятам ходил за Лорен по гостиной, пол
которой был усеян игрушками. Сейди носилась, требуя к себе внимания, и все
одновременно говорили. В первый раз за все время Джеки, попав в этот бедлам,
не чувствов
...Закладка в соц.сетях
