Жанр: Любовные романы
Даже не мечтай
...dash; Видите ли, писатели не только любопытны — штука в том, что почти все
они ко всему прочему еще суеверны, как дети.
— Знаете, если честно, мне всегда казалось, что для того, чтобы ощутить
на себе благотворную силу всяких там заговоров и заклятий, нужно в первую
очередь самому в них верить. А вся эта вера в сверхъестественное...
— Зато если уж такая штука сработает, то на совесть! — ухмыльнулся
Скотт.
— Это верно. — Позвенев ключами, Эллисон отперла дверь и, подойдя
к тумбочке возле кровати, включила стоявшую на ней настольную лампу.
Скотт окинул комнату взглядом. Ему понравились и бумажные обои с причудливым
рисунком, и тяжелая, на массивных ножках, кровать, и другая мебель,
выдержанная в том же стиле.
Да, — подумал он, — кто бы ни был
дизайнер, занимавшийся отделкой внутреннего интерьера гостиницы, дело свое
он знал, тут уж не поспоришь
.
Эллисон отдернула портьеры из тяжелой материи и открыла окно во всю стену,
из которого открывался потрясающий вид на залив. Солнечные лучи, потоком
хлынув в комнату, золотистыми лужицами растеклись по ковру.
Скотт заметил дверь на балкон второго этажа и вспомнил, что на третьем этаже
был еще один балкон, гораздо больше этого, и выйти туда можно было через
дверь бального зала — если ему не изменяет память, она была как раз над его
нынешним номером. Именно с этого балкона когда-то Генри и палил из пушки по
кораблю Джека Кингсли, мучаясь от ревности и желая во что бы то ни стало
прикончить любовника жены. Ходили слухи, что остатки разбитого в щепки
корабля с его призрачным капитаном до сих пор еще можно видеть в самом
дальнем уголке бухты, а два влюбленных призрака и сейчас еще нетерпеливо
ищут возможность соединиться вновь, теперь уже навсегда.
— Вероятно, вы предпочтете запирать эту дверь, поскольку вам придется
делить этот балкон с
Перл
.
— Еще один призрак? — поднял он брови.
— Нет, ну что вы! — Эллисон весело рассмеялась. —
Перл
—
это... короче, так мы называем старую комнату в башне, где некогда обитала
Маргарита. Ведь если вы помните, саму Маргариту когда-то прозвали
Жемчужиной Нового Орлеана
— это случилось, когда она еще пела в опере.
Удивлены? Ну назвали ведь вашу нынешнюю комнату
Барон
. Просто
Морской
барон
— это самое приличное из всего, что мы смогли придумать, чтобы как-то
назвать Генри.
— Что ж, логично, — кивнул Скотт.
Эллисон сложила руки на груди. Если бы не предательский румянец, до сих пор
пробивающийся на ее щеках, можно было бы подумать, что она вновь обрела
прежнюю невозмутимость.
— Может, у вас есть какие-то вопросы?
— Только один. — Отступив немного, Скотт заглянул под стол. —
Скажите, а модем тут где-нибудь есть? Что-то я не вижу розетки...
— О, простите, в номерах у нас нет телефонов. Видите ли, в наше время
почти у всех есть мобильные телефоны, вот мы и решили, что это не
обязательно. Правда, внизу, в музыкальном салоне, стоит компьютер, и все
наши постояльцы пользуются им, когда им нужно получить письмо по электронной
почте.
Некоторое время Скотт задумчиво разглядывал Эллисон.
— Стало быть, в номерах телефонов нет?
— Боюсь, что так. — В глазах ее вспыхнуло беспокойство. — Для
вас это неудобно?
— Вообще-то, если честно... — Он погладил бороду, стараясь скрыть
довольную улыбку. — Это самая лучшая новость за последние несколько
недель.
— О-о-о... — От этого замечания Эллисон, казалось, смутилась еще
больше. — Э-э-э... что ж, если так, не буду вам мешать. Устраивайтесь,
а я пойду. — Скотт молча кивнул, и она, потоптавшись, повернулась к
двери. — Если вам вдруг что-нибудь понадобится, прошу вас, дайте мне
знать.
— Непременно так и сделаю.
С трудом дождавшись, когда за Эллисон захлопнется дверь, Скотт обвел глазами
комнату.
— Слышала, Маргарита? — подмигнул он. —
Если вам вдруг что-
нибудь понадобится...
Ну не знаю, как там дальше, а сейчас, похоже, у меня
появилась чертовски хорошая идея насчет моей новой книги.
Усевшись за стол, Скотт включил компьютер и задумчиво уставился на мерцающий
пустой экран. Точно такая же пустота царила у него в голове. Выждав
несколько минут, он убедился в тщетности своих усилий, и взгляд его
незаметно для него самого устремился к двери.
— Черт! Ладно, раз уж вы были так добры, что сами велели без стеснения
обращаться к вам, если мне что-нибудь понадобится, тогда как насчет того,
чтобы попросить свою прапрапраправнучку не валять дурака и не корчить из
себя
настоящую леди
?
Глава 2
Эллисон, перепрыгивая через две ступеньки, спустилась вниз, торопясь
поделиться сногсшибательной новостью с братом и сестрой. Когда она влетела в
кухню, ее собака Сейди, маленькая, но весьма бойкая шелти, с аппетитом
лакавшая из стоявшей в углу миски, увидев хозяйку, радостно залаяла.
Бросившись к Эллисон, она закружилась и запрыгала вокруг нее, в то время как
Эйдриан и Аврора, увлекшись перепалкой, казалось, даже не заметили
радостного возбуждения сестры. Они самозабвенно переругивались, и так
погрузились в это занятие, что появление Эллисон прошло незамеченным.
— Да будет тебе, Эйдриан! — взмолилась беременная Рори, положив
руку на живот. — Я же точно знаю, что у тебя где-то тут припрятаны
орехи!
— Сто раз же тебе уже объяснял — нет, нет и нет! — вздохнул
Эйдриан. — Кстати, позволь еще раз напомнить — в миллионный раз, между
прочим! — что твой доктор строго-настрого запретил тебе есть соленые
орешки! Ты что — уже забыла, как вопишь, когда у тебя начинает сводить
нога?!
— Да Бог с ней, с солью! Мне не соль нужна, понимаешь, а орехи! Любые орехи, не только соленые!
— Все еще цапаются из-за орехов? — шепотом спросила Элли,
обращаясь к Сейди, и, наклонившись к собачке, ласково погладила ее пушистую
рыжую с белым шерсть. Сейди весело завиляла хвостом.
Из-за гренадерского роста беременность Рори до последнего времени оставалась
практически незаметной, но теперь, когда она дохаживала последние недели,
живот у нее вдруг вырос и становился больше день ото дня.
Элли в который уже раз подумала, до чего же они с сестрой не похожи друг на
друга — ни внешне, ни характером. Она сама — сдержанная, немного чопорная,
очень миниатюрная — по-видимому, унаследовала внешность их французских
предков. Зато Рори с ее жизнерадостностью и кипучей энергией, тем более
устрашающими при ее почти шестифутовом росте, и длинными кудрями цвета
красного золота здорово смахивала на валькирию из средневекового эпоса. Она
ничего не умела делать тихо. Вот и сейчас, забравшись в холодильник, она
крушила полку за полкой, а Эйдриан, глядя на нее, только с отчаянием качал
головой.
На нем была красная футболка и белые, как положено повару, льняные брюки.
Однако длинные черные волосы, схваченные на затылке резинкой, и крошечная
золотая серьга в ухе делали его похожим скорее на пирата, чем на человека,
проводящего почти все время возле плиты.
— Фисташковое мороженое с миндалем, — вспомнила вдруг Рори и
полезла в морозилку.
— Держу пари, что ночью ты успела слопать и то немногое, что от него
еще оставалось, — буркнул Эйдриан. — В морозилке пусто — я уже
смотрел.
— Тогда орехи пекан, — кивнула Рори и закрыла холодильник. —
Потру немного шоколада, добавлю растопленное масло, сахар, немного сливок...
Эйдриан, в полном отчаянии всплеснув руками, ринулся вперед, чтобы
собственным телом закрыть шкафчик, в котором хранились его припасы.
— Даже не думай об этом, слышишь? — прошипел он. — У меня три
заказа на шоколадное пирожное с орешками, так что выкинь это из головы!
— А орешки к пиву? — жалобно заканючила Рори. В голубых глазах ее
вспыхнула слабая надежда.
На какую-то долю секунды в лице Эйдриана мелькнуло сомнение.
— Все вышли, — решительно объявил он. — Ей-богу, клянусь!
— Ну пожааааааааалуйста, Эйдриан! Ну я тебя умоляю! Неужели в твоем
жестоком сердце не найдется хоть капельки жалости к доведенной до отчаяния
женщине?! — заканючила Рори.
— Я сказал — нет!
— Ладно, ладно, это не для меня, жадина! Считай, что это для твоей
будущей племянницы! Надеюсь, у тебя не хватит жестокости отказать невинному,
даже еще не рожденному малышу в такой малости, как какие-то там соленые
орешки?!
На мгновение в кухне воцарилась тишина.
— Ладно, Бог с тобой. — Эйдриан махнул рукой. — Но ты меня
достала — даю тебе слово, что скоро повешу на дверь кладовки замок!
— Спасибо!
Рори достала с полки пакет. Увидев его, Эллисон засмеялась — почерком
Эйдриана на пакете было написано
Яд
и даже пририсован череп со скрещенными
костями, что, вероятно, по мнению брата, просто обязано было отпугнуть
любого, кто рискнул бы покуситься на его сокровище.
Эйдриан возмущенно покачал головой:
— Слушай, с этим нужно что-то делать, ты согласна, Элли? Ты заметила,
что с ней творится? Давай позвоним в Общество анонимных алкоголиков или как
это там называется... Ситуация явно выходит из-под контроля.
Элли ласково погладила Сейди по голове и почесала свою любимицу за ушами.
— Успокойся. Вот увидишь — родится малыш, и все снова войдет в норму.
Знаете, какая у меня новость? — Эллисон, глядя на брата и сестру,
улыбнулась, заранее предвкушая, как они удивятся. — К нам приехал...
Эйдриан заметил выражение ее лица, и в глазах у него вспыхнуло любопытство.
— Насколько я помню, мы ожидали какого-то мистера Скотта... или ты
имеешь в виду кого-то еще?
— Именно его! Только Скотт — это имя, а вовсе не фамилия.
— Ну так он все-таки приехал или как? Да? Ну и слава Богу. — Рори
со вздохом грузно опустилась в стоявшее возле кухонного стола кресло. У нее
за спиной, в окне, выходившем на задний двор гостиницы, виднелись
позолоченные солнцем деревья. — Терпеть не могу сидеть на телефоне и
резервировать номера. На редкость тупая работа! Помню, когда этот тип
позвонил, я как раз собиралась спуститься вниз, немного подремать после
обеда.
— Говорила бы уж честно — впасть в кому, — насмешливо фыркнул
Эйдриан.
Рори показала брату язык.
— Ну а теперь попытайтесь угадать, кто он такой, — не унималась
Эллисон, которой не терпелось рассказать брату и сестре о знаменитом
постояльце.
— Хотя бы намекни, — попросил Эйдриан, переставив миску с
налипшими остатками теста в мойку и с грохотом свалив туда же и формочки из-
под рогаликов.
— Ладно. Только одна подсказка, — с готовностью согласилась
Эллисон. — Это не Скотт Фитцджеральд, поскольку он уже умер, а кое-кто
другой. Но тоже писатель.
Эйдриан ненадолго задумался.
— Орсон Скотт, знаменитый писатель-фантаст? Звездная тематика и все
такое?
— ~ Не угадал.
— Скотт Пек?
— Мимо.
— Скотт Лоренс?
— Да! В самую точку.
— Шутишь! — Глаза у Эйдриана полезли на лоб.
— Неужели ты думаешь, что я бы стала шутить такими вещами? — ~
возмутилась Эллисон. — Кстати, заметьте — он сам признался, что приехал
сюда работать. Что означает, что он пробудет у нас довольно долго.
— Так он что же — и впрямь собирается прожить тут целый месяц? —
вытаращила глаза Рори.
— Угу, — кивнула Элли.
— Да ну?! Ну, спасибо тебе, Маргарита, за этот щедрый подарок! —
благочестиво пробормотала Рори, намекая на удачу, которую призрак Маргариты
приносил хозяевам ее прежнего дома. Дела в гостинице шли, мягко говоря,
неважно. Но в конце концов, успокаивала себя Рори, ведь еще не прошло и
года, как они взялись за это дело. А пока что им приходилось считать каждое
пенни. И сдать
Барон
, да еще на целый месяц — о такой удаче можно было
только мечтать.
Значит, у них снова появятся наличные, взбодрилась Эллисон.
С губ Эйдриана сорвался смешок.
— Скотт Лоренс, пишущий в нашей гостинице очередной бестселлер?! Это
круто! Бесплатная реклама! Держу пари, наши акции тут же пойдут вверх!
— Это еще что! — улыбнулась Эллисон, вытирая миску из-под
салата. — Сейчас я вам такое скажу, что вы со стульев попадаете!
Помните его
Остров привидений
? Так вот, он мне сам сказал, что имел в виду
именно наш дом, когда писал свой роман! Представляете?! Мол, они с сестрой
еще детьми пробирались сюда и сидели тут до рассвета. Что впоследствии и
подало ему идею написать об этом книгу.
— О Господи! — Эйдриан уставился на Рори. — Нужно непременно
упомянуть об этом в нашей рекламной брошюре!
— Непременно! А то как же! — закивала Рори, которая как раз и
занималась рекламой.
У каждого из них был свой круг обязанностей. Рори взяла на себя рекламу
гостиницы, а также поиск и привлечение новых постояльцев. Ее муж Чанс был
бухгалтером и одновременно выполнял обязанности менеджера. Эйдриан, само
собой, заведовал кухней, а Элли, кроме всего прочего, торговала сувенирами.
Но когда речь шла о том, чтобы привлечь в гостиницу новых постояльцев или
ублажить тех, кто уже был, все четверо лезли из кожи вон — забыв о
собственных обязанностях, по первому требованию подменяли друг друга и
трудились до седьмого пота.
Как раз в этот момент к задней двери гостиницы, тихо шурша шинами, подкатила
темно-синяя
БМВ
, и глаза у Рори стали как чайные блюдца. Сейчас она всем
своим видом напоминала ребенка, которого застукали за воровством шоколадного
печенья. Растерявшись, она лихорадочно шарила глазами в поисках места, куда
можно было бы спрятать пакетик с орешками. Слабо хлопнула задняя дверь, Рори
вздрогнула, смяла пакетик в руке и зашвырнула в угол, а потом смахнула
крошки с губ и выпрямилась. К тому времени как ее муж, Оливер Чанселлор,
вошел в кухню, она чинно сидела на стуле с невинной улыбкой благонравной
девочки.
— Привет, дорогой. Как съездил на почту?
— О... это было настоящее путешествие. — Чанс покрутил головой. По
выражению лица его было заметно, что он еще до конца не пришел в себя.
Высоченный как жердь, в очках, с аккуратно уложенными светлыми волосами, он
даже в шортах и рубашке с короткими рукавами сильно смахивал на банкирского
сынка.
Рори запрокинула голову, и Чанс, наклонившись, поцеловал ее в губы, но тут
же отстранился и брови его сурово сдвинулись.
— А почему у тебя губы соленые? — подозрительно осведомился он.
— Соленые? — Рори с невинным видом округлила глаза. — Понятия
не имею.
Эллисон, тщетно пытаясь сдержать рвущийся из груди смех, украдкой глянула на
брата и прыснула, убедившись, что он выглядит таким же невинным барашком,
как Рори. А Чанс, немного поворчав, скорее для порядка, чем сердито, снова
поцеловал жену. На этот раз поцелуй длился дольше.
Наконец Чанс со вздохом распрямился, и улыбка на лице Рори мигом поблекла,
когда она заметила выражение его лица.
— Что-то не так? — всполошилась она.
— Боюсь, что да. — Он с виноватым видом окинул взглядом обеих
сестер и Эйдриана. — Сдается, Джон Лерош не в восторге от нашего отказа
продать ему назад
Жемчужину
. Потому что в настоящий момент, — Чанс
потряс в воздухе плотным конвертом, — он подал на нас в суд.
— Что?! — в один голос воскликнули Эйдриан и Рори, а Элли
почувствовала, как внутри у нее все разом похолодело.
— Если вам так будет легче, то он подал в суд не только на нас, но
заодно и на
Либерти юнион нэшнл банк
, — продолжал Чанс, имея в виду
банк, основанный его семьей в середине восьмидесятых годов и благополучно
проданный затем банковскому синдикату Восточного побережья. — Он
утверждает, что в результате каких-то грязных махинаций, в которых было
замешано и руководство банка, ему было отказано в просьбе о продлении
закладной, а Жемчужный остров был продан с аукциона.
— Чушь какая! — возмутилась Рори. — Он ведь сам предложил
свой остров в качестве дополнительного обеспечения и гарантии закладной, да
и срок выплаты по последней из них был просрочен им по крайней мере на
полгода! — Лицо ее пылало негодованием.
— А еще он обвиняет лично меня в том, что я, мол, использовал
находившуюся в моем ведении конфиденциальную информацию, чтобы помочь вам
троим наложить лапу на его кровную собственность прежде, чем он успел
исправить ситуацию.
— Но это же просто курам на смех! — Эйдриан, насухо вытерев руки,
раздраженно швырнул полотенце в угол. — Я же прекрасно помню, как ты
нам говорил, что твой отец в свое время предлагал оставить за ним право
первым выкупить назад свою собственность, но он ясно дал понять, что его это
не слишком интересует. С чего это он вдруг передумал, а?
— Откуда мне знать? — Чанс со вздохом пожал плечами.
— Мне кажется, я знаю. — Эллисон крепко сжала руки, чтобы никто не
заметил, как они дрожат. — Чанс, вспомни хорошенько, разве не ты
говорил, что Джона Лероша, с тех пор как он продал этот дом, непрерывно
преследуют финансовые неудачи?
— Ну... просто я слышал немало сплетен на этот счет, — слегка
смутившись, сознался Чанс. — Вообще-то все началось с той самой ссуды,
которую он в первый раз взял в банке. Ему были нужны деньги для какой-то
рискованной аферы... словом, он вложил все свои средства в весьма
сомнительное предприятие и прогорел. С тех пор несчастья просто-таки
преследуют его — все, к чему бы он ни приложил руку, почему-то вдет прахом.
И все же... думаю, понадобится еще немало времени, чтобы пустить по ветру
такого финансового монстра, как
Лерош энтерпрайзиз
.
— Пусть так, — согласилась Эллисон. — Но я почти уверена, что
ему нужен только Жемчужный остров и ничего больше.
— Но это же какое-то безумие! — возмутился Эйдриан, переводя
взгляд с Эллисон на Чанса. — Если он до такой степени верит в удачу,
которую приносит своим владельцам Жемчужный остров, почему не спохватился
год назад, когда банк в первый раз пригрозил выставить остров на торги, если
он не погасит ссуду?
— Может быть, тогда он еще сам не верил в легенду, — предположила
Эллисон. — Но как только счастье отвернулось от него, а деньги стали
таять точно снег на солнце, он скорее всего вспомнил о ней и принялся грызть
ногти от досады, что продал этот дом. И вот теперь готов на все, лишь бы
вернуть его себе.
Чанс потер лоб.
— Да... похоже, у нас неприятности...
— Еще чего! — Рори, кряхтя, попыталась выбраться из кресла. —
Что с вами такое, а? Можно подумать, вы в чем-то виноваты! Все было
абсолютно честно, и любая проверка банковских записей это подтвердит.
— Конечно, подтвердит, — кивнул Чанс. — Меня бесит другое —
что мне придется снова платить адвокату, чтобы он доказал, что я ни в чем не
виноват!
— Нет, не тебе, а нам. Это ведь касается нас всех, верно? — Рори
бросила взгляд на брата с сестрой. Те кивнули.
— Не спешите, — сказал Чанс. — Сантименты тут ни к чему.
Гостиница не может позволить себе ввязаться в эту драку, зато я могу — и
сделаю это. Это классическая судебная тяжба, и Джону Лерошу хорошо это
известно. Его целью является вовсе не выигрыш дела в суде. Он хочет ослабить
нас в финансовом отношении, иными словами — разорить, довести до банкротства
и выдавить из гостиничного бизнеса. Если ему это удастся, мы будем вынуждены
объявить себя банкротами и продать дом, после чего он без труда приберет его
к рукам.
— А такое возможно? — Лицо Рори стало пепельно-бледным.
— Может попробовать, — кивнул Чанс. — В конце концов, не
стоит обманывать себя — возможно, этот мерзавец терпел неудачу много раз, но
денег у него до сих пор пруд пруди. — Чанс обвел взглядом притихших
Рори, Эллисон и Эйдриана. — И если он твердо настроился заполучить
назад Жемчужный остров, то не остановится ни перед чем...
— Так что ты предлагаешь — чтобы мы отошли в сторонку и не мешали тебе
тратить твои собственные деньги только потому, что ты родился с серебряной
ложкой во рту и за твоей спиной — трастовый фонд?! — фыркнул
Эйдриан. — Если так, то забудь об этом. Женившись на Рори, ты стал
членом нашей семьи. И сейчас это наше дело — наше общее, понял?
Чанс сделал примирительный жест.
— Послушайте, давайте будем реалистами, хорошо? Вы, все трое, вложили в
эту гостиницу все, что у вас было, — до последнего гроша! И на долгую
драку вас просто не хватит!
— Пусть так, — не унимался Эйдриан. — Но это наша гостиница,
и, стало быть, драка тоже наша.
— Между прочим, и моя тоже, — напомнил ему Чанс. — Если ты
помнишь, я купил пай в размере одной четверти, и сделал это еще до того, как
мы с Авророй поженились.
— Ладно, ладно, — кивнул Эйдриан. — Заплатишь четвертую часть
от всех расходов по этому делу — я имею в виду судебные издержки, счета
адвоката и все такое...
Чанс выразительно округлил глаза.
— Эллисон, Рори, что вы молчите?! Может быть, наконец вразумите этого
упрямого осла, вашего братца?
Эллисон взглянула на Рори и прочла в ее глазах, что та на стороне Эйдриана.
Впрочем, как и она сама. Молчаливый диалог сестер занял всего лишь пару
секунд. Кивнув, Рори повернулась к мужу.
— Нет, милый. Мы с Элли тоже считаем, что это семейное дело.
— Боже, не дай мне сойти с ума! — Чанс сокрушенно покачал
головой. — Послушайте, не лезьте вы в это дело! Предоставьте все мне!
— Слишком поздно. — Рори чмокнула мужа в губы. — Приговор
окончательный и обжалованию не подлежит. Трое против одного, милый. Ты
проиграл.
— Но...
— Все, хватит об этом. — Рори сжала руку мужа в своих. — Ну а
теперь, если ты хочешь, чтобы от тебя действительно была какая-то польза,
помоги мне прибраться в комнатах.
Когда они ушли, Элли, стараясь изо всех сил скрыть терзавший ее панический
страх, повернулась к брату.
— Плохие новости.
— Да уж, иначе не скажешь. И Чанс прав — грязная история. К тому же она
может зайти далеко. Но даже если мы позволим ему взять все расходы на себя,
его трастовый фонд — капля в море по сравнению с тем богатством, которым
обладает Лерош.
— И что же нам делать?
Эйдриан, подняв глаза к потолку, надул щеки, после чего шумно выпустил
воздух.
— Остается только надеяться, что Маргарита не оставит нас своим
попечением! Слушай, а ты серьезно веришь во всю эту магию?
Эллисон внезапно вспомнила то, что она сама незадолго до этого говорила
Скотту Лоренсу: магия действует, только если вы сами в нее верите. К
несчастью, жизнь уже научила ее, что слепая вера очень часто ведет к
большому разочарованию.
Утро обрушилось на них как-то слишком уж быстро и внезапно — учитывая, что
перед ним была бессонная ночь, полная тревоги, беспокойных метаний в постели
и тщетных размышлений о том, где взять деньги. Однако это вовсе не означало,
что Элли решила еще немного поваляться в постели — было еще шесть часов, а
все трое уже собрались на кухне и занимались подготовкой к тому, что Эйдриан
называл
Время шоу
.
По мере того как популярность системы отелей
Би энд Би-эс
росла с каждым
днем, теми же темпами росла уверенность в том, что поток постояльцев станет
прибывать день ото дня. А теперь, когда у плиты священнодействовал бывший
шеф-повар
Ше-Лафит
, гостиница
Жемчужина
могла смело конкурировать с кем
угодно. Пир
...Закладка в соц.сетях
