Жанр: Любовные романы
По велению судьбы
...ах.
— В гостиной горит огонь в камине, — ответил Питер, указывая рукой
на растворенную дверь. Самоуверенное поведение гостьи и не сходящая с ее
лица улыбка смущали его. Питер не любил играть в кошки-мышки, особенно когда
подозревал, что роль мышки отводят ему.
Войдя в гостиную, она села в кресло, а Питер остался стоять.
— Не знаю точно, что произошло вчера между моим сыном и вами, могу лишь
догадываться, что вы огорчили Элен, и Чарльз посоветовал вам держаться от
нее подальше. — Она расстегнула шубку и устроилась поудобнее. — И
тем не менее, поссорившись с моим сыном, Элен бросилась к вам. — Явно
ожидая, что он станет это отрицать, она подняла руку вверх жестом
полицейского, останавливающего поток транспорта. — Только не пытайтесь
уверить меня, что ее привело к вам беспокойство о больном дядюшке. Это
слишком явный подлог. Чарльз чем-то ее расстроил, а она сорвалась с места и
устремилась к вам.
Питер хмыкнул: эта женщина, очевидно, не верит тому, что он двоюродный брат
Элен. К тому же Лоретта Такер, похоже, ищет оружие против мисс Риз. И его
покоробила мысль, что его хотят использовать как пешку в непонятной игре,
затеянной миссис Такер.
Питер не имел пристрастия ко лжи, но немного запутать следы и сбить
преследователей с пути — почему бы нет?
— Элен не ожидала застать меня там. Хижина принадлежит старому другу
нашей семьи, он сейчас временно живет в Аризоне. Элен не знала об этом.
— Понимаю. — Лоретта обвела взглядом комнату. — Я надеялась
увидеть вашего волка. Он чудный.
— Волк на самом деле тоже не мой. Он считает своим хозяином Джека,
домом — хижину и никогда не покидает леса.
Лоретта долго оценивающе разглядывала его, а затем поинтересовалась:
— Как вы зарабатываете себе на жизнь, мистер Уитли? Можно мне называть
вас Питером? Я хорошо знаю собственного сына: если он что-то задумает, то
непременно добьется. Значит, мы скоро станем родственниками.
Такая возможность не доставила Питеру удовольствия. Если его первое
впечатление об Элен Риз все же окажется верным и Чарльз описал ее истинный
характер, она заслуживает чего-то лучшего, чем властолюбивый муж и
докучливая свекровь. Но с другой стороны, она, возможно, отлично понимает,
на что идет ради того образа жизни, который обеспечит ей Чарльз.
— Я консультант.
— И в какой же области вы консультируете?
Несмотря на дружелюбный тон гостьи, Питер прекрасно сознавал, что его
прощупывают.
— Я исследую горные и почвенные породы и ставлю в известность
землевладельцев, если у них есть шанс найти на своих участках что-нибудь
ценное, не видимое невооруженным глазом. А дальше, если они соглашаются на
мои условия, я прилагаю старания найти это.
— Что-то ценное? — переспросила она.
— Золото. Поделочные камни. Серебро, медь. И т. д.
Ее глаза понимающе блеснули.
— Так вы старатель?
— Ну, можно и так сказать.
Она задумчиво сдвинула брови и слегка оттопырила губы.
— И это занятие дает вам средства к существованию? Или же вы, окончив
очередной поиск, скитаетесь по друзьям?
Намек, что он может оказаться нахлебником, привел Питера в негодование.
— Я зарабатываю достаточно. Если вы боитесь, что после замужества Элен
я стану обивать порог ее дома, уверяю вас: этого не случится никогда.
Она нахмурилась, словно бы недовольная собой.
— Ну разумеется, нет. Простите, мистер Уитли, невежливо было с моей
стороны расспрашивать вас о ваших доходах. — Она мило улыбнулась,
встала и застегнула шубку. — Я благодарна вам за то, что вы уделили мне
время. — Она направилась к выходу. Когда Питер распахнул перед ней
дверь, она помедлила и сказала на прощанье: — Может быть, если вы с Элен
преодолеете ваши разногласия, я увижу вас на свадьбе.
— Может быть. —
Если солнце встанет на западе
, — добавил
Питер про себя, провожая глазами гостью, спускавшуюся вниз по ступеням.
Лоретта села в свой автомобиль. У первого же светофора она нашла номер в
адресной книжке и набрала его по сотовому телефону. Ей ответил женский
голос.
— У меня есть для вас весьма деликатное поручение.
— Мы всегда действуем деликатно.
— Мне нужна исчерпывающая информация о некоем Питере Уитли — о его
финансовом положении, образе жизни, родственных связях и прочем. Все это
требуется срочно. В настоящее время он живет у профессора археологии Яна
Кокрана. — Она назвала адрес профессора. — И никто не должен об
этом знать.
— Я сама займусь этим делом, — пообещала женщина.
Такеры все больше не нравились Питеру. Может быть, он все же несправедлив к
Элен? Может быть, сказалось влияние его прошлого опыта?
Питер мысленно вернулся на десять лет назад и впервые пристально и холодно
всмотрелся в их с Нэнси жизнь. Ее жадность всегда была на виду, он только
отказывался замечать это. Он был молод и влюблен...
Век живи, век
учись
, — пробормотал Питер.
Неужели хорошенькое личико и соблазнительные округлости способны опять
затуманить его мозг? Питер стиснул зубы. Нет, он не готов был поверить Элен
Риз, но и не мог оставить ее одну наедине с Такерами. Пока еще нет.
Элен сидела на скамейке, а перед ней лежали два разобранных на детали
насоса. Предстояло решить, которым из двух лучше заменить старую модель,
постоянно выходящую из строя.
— Пора обедать, — нарушил ее мысли голос Пола Сандерса. —
Чарльз просил меня передать вам, чтобы вы захватили шубу.
Элен вздрогнула от неожиданности, увидев на пороге своего непосредственного
начальника.
— Неужели уже так поздно?
— Без четверти двенадцать. — Он смущенно переступил с ноги на
ногу. — Чарльз ясно дал понять, что я рискую потерять место, если не
позабочусь о том, чтобы вы вовремя пришли к нему в кабинет.
Такое уже было когда-то. Элен внезапно вспомнила эпизод, имевший место
несколько месяцев тому назад, когда Пол нашел ее в цехе и сказал точно такую
же фразу. Она возразила, что ей необходимо завершить работу, но он велел ей
все бросить, добавив, что не подобает перечить тем, кто наверху. Тогда ей
польстило, что Чарльз так жаждет ее общества. Но сейчас девушку посетила
неприятная мысль.
— Вы же не думаете всерьез, что он рассчитает вас только за то, что я
опоздаю на обед? — обратилась она к Полу. Тот пожал плечами.
— Предпочитаю не играть с огнем. У меня жена и трое детей.
Элен приходилось слышать, что Чарльз запугивает людей, пользуясь своим
положением, но она считала это роптаньем разгильдяев, вызванных на ковер за
недобросовестное отношение к работе.
— Я не хотела бы ничем повредить ни вам, ни вашему семейству.
Бледная улыбка на лице Пола сменилась откровенным беспокойством.
— Само собой, я вовсе не имел в виду, что считаю вашего жениха
несправедливым человеком. Но он босс и привык к повиновению служащих.
И тут вдруг Элен осознала, что в последние несколько недель Пол переменился
к ней. Он уже не обсуждал с ней ее идеи, не забегал запросто поболтать, как
делал это раньше. Когда она позвонила ему в ту субботу и попросила дать ей
несколько дней отпуска, он не посмел возразить ни слова. Теперь она
прочитала в его глазах тревогу и поняла: он боится, как бы она не передала
Чарльзу из их разговора нечто такое, что будет стоить ему места.
Элен успокаивающе улыбнулась.
— Непременно расскажу Чарльзу, как вы обо мне заботитесь и стараетесь,
чтобы я не пропустила обеденное время.
— Да, спасибо, — ответил он и вышел.
Быстро ополоснув руки и сменив рабочий комбинезон на брюки и свитер, Элен
захватила шубу и прошла в контору Чарльза. Может быть, она неправильно
истолковала реакцию Пола? Может быть, Пол просто мнительный человек и
беспокоиться понапрасну в его натуре?
Гарриет Мастере, секретарь Чарльза, встретила Элен теплой улыбкой.
— Он ждет вас!
Элен улыбнулась этой по-домашнему уютной пожилой вдове. Краешком глаза она
заметила на столе Гарриет цветок. Каждую неделю Чарльз дарил своей
секретарше свежую розу. Элен хорошо знала, что она предана Чарльзу, как
комнатная собачонка. Никто не дерзнул бы сказать при ней что-либо
критическое в адрес Чарльза.
Подобная преданность не может быть порождена одним только страхом, рассудила Элен, входя в кабинет.
— Как очаровательно ты выглядишь, — воскликнул Чарльз, вставая из-
за стола и спеша к ней навстречу. Подойдя поближе, он достал из кармана
белоснежный носовой платок. — Я не знаю другой женщины, которую бы так
украшали пятна грязи.
Раньше Элен только беспечно рассмеялась бы, а пока он вытирал грязь платком,
испытывала бы теплое и радостное волнение в крови. Но сейчас перед ее
глазами всплыло лицо Дженет, и она отодвинулась от Чарльза.
— Думаю, что и Дженет... — Она замялась.
Орудиями труда Дженет были компьютер и телефон. Однако ей приходилось писать
письма. — ... были к лицу чернильные пятна.
Чарльз покорно кивнул.
— Правильно. Не сдерживай своего гнева. Я его заслужил.
— Я никогда не расспрашивала тебя о твоей личной жизни до нашей
помолвки. Что было, то сплыло, — продолжала Элен отрывисто, выплескивая
все, что накопилось у нее на сердце. — Но после помолвки я ожидала от
тебя верности.
— И ты имела на это право. Когда ты уехала из города и я не мог
разыскать тебя, мне показалось, я схожу с ума.
Он выглядел таким жалким, что Элен почувствовала угрызения совести.
— Мне необходимо было уехать.
— Я понимаю. — Он погладил ее по щеке. — Но признай, что мы
оба были не правы. Хотя, конечно, моя вина несравненно тяжелее. Но я бы тебя
простил, даже если бы ты бросилась в объятия Уитли. — Он посмотрел на
нее с шутливым сладострастием. — Ты так прелестна, когда сердишься. Он
нежно провел пальцем по ее подбородку. — Поверь мне. Я знаю, у тебя
справедливый ум и доброе сердце. Ты должна понять, что никто из людей, и я в
том числе, не может считаться совершенством.
— Может быть, я и правда идеализировала тебя.
Он мягко улыбнулся.
— Я буду стремиться стать таким, каким ты хочешь меня видеть. А теперь
— как насчет обеда?
Она утвердительно кивнула.
— Просто я, наверное, не от мира сего... — сказала она, позволяя
ему снять с нее шубу.
Он поцеловал ее в шею.
— Это я вел себя как болван.
Его губы были теплыми, но... не волновали. Элен вспомнила, как зажег ее
Питер одним только поцелуем. А ведь прежде Чарльзу удавалось точно так же
зажигать ее. Но, возможно, это был не огонь, а всего-навсего тлеющие угли.
Впрочем, такое сравнение не было честным. Ведь той ночью в хижине она была
сама не своя, нервы ее были на пределе, эмоции обострены. Так что
переживания, связанные с Питером, нельзя принимать всерьез.
— Идем, — позвал Чарльз, и Элен подчинилась. Уже у дверей она
услышала шум пропеллеров и теперь только поняла, почему на заводской
автостоянке с самого утра была отгорожена обширная площадка. Выйдя из
здания, они увидели вертолет. — Сегодня такой чудесный день. Я решил,
что обед в
Приюте лыжника
с видом на горы доставит тебе
удовольствие, — объяснил Чарльз, ведя ее под локоть к вертолету.
Забираясь в кабину, Элен твердила себе, что должна быть польщена. Но вместо
этого она вспомнила, как жаловалась Стелла Дорвуд, что ей пришлось поставить
свой автомобиль очень далеко от завода, потому что все ближайшие места
парковки были оцеплены. Этим утром дул особенно пронзительный ветер, а
Стелла была на седьмом месяце беременности. Элен представила, как Стелла
сейчас глядит на них в окно и кипит от возмущения, поняв, что такие
неудобства причинил ей каприз Чарльза. Эта мысль заставила Элен
почувствовать себя не в своей тарелке.
— А после обеда немного покатаемся по склонам, — крикнул Чарльз ей
в ухо, пока они пристегивали ремни.
— Я неподходяще одета для лыж, — напомнила Элен.
Он кивнул на два рюкзака.
— Один из них твой. Я попросил Марту сегодня утром купить для тебя кое-
что.
Раньше Элен была бы польщена и растрогана его щедростью. Сейчас же ей
вспомнилось суровое лицо Питера Уитли, который явно счел ее ловкой
авантюристкой.
— Я ведь не начальник и не могу уходить с работы в середине дня.
— Зато я начальник и сказал Полу, что сегодня ты больше не вернешься.
Элен видела по его упрямо выдвинутому вперед подбородку, что спорить
бесполезно. И она знала, что любую другую сотрудницу Пол назавтра вызвал бы
к себе и объявил ей строгий выговор за самовольную отлучку развлечения ради.
Но поскольку за ней стоял Чарльз, он ничего не скажет, оставит свои чувства
при себе, и их отношения станут еще более натянутыми.
— Сегодня я с тобой поеду, но больше нам этого повторять не следует.
Нечестно перекладывать свою работу на других.
Про себя она решила непременно поговорить с Полом, извиниться за свой
сегодняшний уход и заверить, что не собирается превращать это в привычку.
— Тебе надо научиться расслабляться и радоваться выгодам, которые дает
помолвка с боссом, — упрекнул ее Чарльз.
Элен собралась было напомнить, что пока еще не считает себя помолвленной, но
мешал шум пропеллера. Она откинулась на спинку сиденья и принялась
наблюдать, как земля уходит вниз.
— Как тебе нравится этот вид? — спросил Чарльз, когда они
поднялись в воздух.
— Чудесный, — ответила Элен, преодолевая приступ страха. Она еще
не говорила Чарльзу, что не любит летать. Хотя при необходимости и вступала
на борт самолета, но удовольствия никогда не получала. Лишь один-
единственный раз она хорошо себя чувствовала в полете. Это когда они с
Питером спасали семью летчика Пайерса. Наверное, просто некогда было
бояться. Да, но ведь и на обратном пути на место катастрофы она не
испытывала страха, даже не нервничала, призналась себе Элен. Получается, что
небывалым для себя спокойствием она была обязана присутствию Питера?
Ерунда, просто я слишком тревожилась о Пайерсах и забыла о себе
, —
решила она.
Чарльз принялся показывать ей различные достопримечательности и, к
облегчению Элен, вполне довольствовался ее молчаливой улыбкой и кивками.
Когда они приземлились, Элен, все время полета крепко державшаяся за край
сиденья, едва сумела разжать пальцы. Но все-таки справилась с этим и с
достоинством покинула вертолет.
Пока лифт возносил их к ресторану на вершине горы, она пыталась вновь
обрести чувство радостного волнения, которое раньше всегда испытывала в
обществе Чарльза. Но ей по-прежнему было не по себе.
— Беру на себя смелость предположить, — сказал Чарльз, когда они
разместились за столиком у окна и заказали напитки, — что ты готова
меня простить. Другую возможность даже не хочу принимать в расчет. — Он
наклонился к ней и подкупающе улыбнулся. — Где бы ты хотела провести
медовый месяц? Я подумываю о Париже и Венеции. Оба эти города особенно
хороши весной.
— Я не была ни в одном из них.
Элен представила, как они с Чарльзом прогуливаются по улочкам Парижа, а
потом плывут в гондоле по Венеции. Но эти картины, вместо того чтобы
привести ее в восторг, только еще больше смутили.
— Я не уверена, что готова строить планы на медовый месяц.
Чарльз насупился.
— Никогда не думал, что ты можешь быть такой ограниченной. В самом
деле, ты ведешь себя как ребенок. Или тебе мало моего унижения? Чего ты еще
хочешь от меня?
— Я не просила тебя унижаться, — возразила она сухо.
Он взглянул на нее умоляюще.
— Что мне еще сделать, чтобы загладить свою вину?
Элен пожала плечами.
— Не знаю. — Выражение раскаяния в его глазах заставляло ее
чувствовать себя безжалостной. — Может, ты и прав, я и впрямь веду себя
как ребенок. Но я ведь никогда не была
светской
.
Он снова улыбнулся и погладил ее по щеке.
— Это одна из черт, которые так восхищают меня в тебе. Я ненавижу себя
за то, что обидел такое невинное, доверчивое создание. Послушай, что, если
мы перестанем сейчас обсуждать наши отношения, а просто будем наслаждаться
едой и красотами пейзажа?
Элен сейчас больше всего хотелось остаться одной, но она уже пробовала
избегать Чарльза, и это отнюдь не помогло ей принять верное решение. Если
она проведет весь день с ним, возможно, это подскажет, как правильно
поступить? Она выдавила улыбку.
— Я согласна.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Но день, проведенный с Чарльзом, так и не разрешил проблемы. Элен признала
это несколько часов спустя, сидя одна в своей квартире. С тех пор как она
вернулась домой, Чарльз успел уже дважды позвонить ей. Первый раз он хотел
убедиться, что она благополучно добралась до дома, второй — удостовериться,
что изысканный ужин, который он заказал для нее в ресторане, уже доставлен.
Оба раза Элен благодарила за заботу и чувствовала себя негодяйкой, потому
что никак не могла простить его.
Теперь, переодевшись в старый спортивный костюм, она сидела на диване и ела
пирог с сыром, прибывший в числе прочих блюд. Перед ней на столике лежало
обручальное кольцо, подаренное Чарльзом, и бриллиант в пять карат
ослепительно сверкал при свете лампы.
Неужели она способна упустить самый выгодный шанс, который когда-либо
выпадал ей? Чарльз сможет обеспечить ей жизнь, которой позавидует
большинство женщин. Более того, если она не выйдет за него замуж, то, вполне
возможно, больше не найдет никого другого и окончит свою жизнь в
одиночестве... без детей, без мужа.
В дверь постучали, и у Элен вырвался стон. В ее теперешнем настроении ей
было не до общения.
Стук повторился. Элен открыла дверь и в изумлении уставилась на посетителя.
Если бы не запоминающиеся ярко-голубые глаза, она вряд ли узнала бы его.
Волосы были коротко подстрижены, а борода и усы исчезли.
— Подозреваю, что выгляжу несколько иначе, — произнес Питер,
потирая гладко выбритый подбородок.
— Да... — вот и все, что Элен сумела из себя выдавить. Питера,
строго говоря, нельзя было назвать писаным красавцем, но у него были
правильные черты лица, а его мужественный подбородок свидетельствовал о
твердости характера.
— Через несколько дней я уезжаю в Гватемалу, а в том климате разумнее
быть чисто выбритым. — Он кивнул головой в сторону комнаты: — Вы не
против, если я зайду?
— Вообще-то я рассчитывала провести вечер в одиночестве, — сказала
Элен, безмерно удивленная его появлением. Она была уверена, что он больше не
захочет ее видеть.
Не обратив внимания на ее не слишком гостеприимный тон, Питер прошел в
прихожую. Подождав, пока она закроет дверь и повернется к нему лицом, он
сказал:
— Я пришел, чтобы извиниться. Наверное, вчера я был слишком циничным.
Стараясь не поддаваться непонятному беспокойству, которое охватывало ее в
его присутствии, Элен досадливо вздохнула.
— Возможно, вы поспешили с вашими извинениями.
Удивившись, он вопросительно поднял брови.
Элен нервно улыбнулась и снова заняла свое место на диване. Похоже, ей не
помешает сейчас дружеское участие, решил Питер.
Он стоял так, что, не поворачивая головы, Элен могла видеть его ноги в
джинсах. И снова в ней начало разгораться пламя. Эти вспышки влечения ужасно
мешали мыслить ясно; кроме того, они были абсолютно необъяснимы. Она и Питер
Уитли совсем чужие люди, они даже не симпатизируют друг другу.
Тут Питер заметил бриллиантовое кольцо на столике.
— Красивое колечко, — отметил он сухо.
— Да, красивое.
Она так же расчетлива и корыстна, как и его бывшая жена. Что же пробуждает в
нем желание защищать эту девушку?
— Решили, что все-таки не стоит от него отказываться?
Элен мрачно подняла глаза.
— Вы хоть представляете, сколько женщин захотели бы поменяться со мной
местами? Чарльз красив, богат и обожает меня, по крайней мере утверждает
это.
— Вы забыли добавить, что и сами любите его, — напомнил ей Питер.
— В том-то и трудность. — На глаза Элен навернулись слезы
разочарования. — Неделю назад я была уверена, что влюблена в Чарльза. А
теперь только и делаю, что придираюсь к нему. Сегодня, например, я даже
посчитала его властолюбивым тираном.
Питеру отчетливо вспомнилась встреча с женихом Элен.
— А вам не приходило в голову, что, может быть, он и вправду такой?
И без того мрачные глаза Элен сердито сверкнули.
— Думаю, что впадаю в другую крайность.
Раньше я считала его совершенством, а теперь, как обиженный ребенок,
приписываю ему всевозможные пороки.
— А может быть, вы наконец разглядели его истинную сущность?
— Вы ведь даже никогда его не видели! Чарльз обаятельный, приятный в
общении, много тратит на благотворительность, ходит каждое воскресенье в
церковь...
— Снова вы делаете из него перл творенья, — предостерег ее Питер.
— Я хочу иметь мужа, семью. Надо быть идиоткой, чтобы упустить такой
шанс!
Она хочет уговорить себя выйти замуж за Чарльза, и я не стану мешать
ей, — подумал Питер. — Деньги Чарльза компенсируют необходимость
терпеть его постоянное присутствие
.
— Я не считаю вас идиоткой.
Элен со стоном провела руками по волосам.
— Невыносимо думать, но неужели я на столько ничтожна, что убедила
себя, будто влюблена в Чарльза оттого лишь, что он хорош собой, обаятелен и
богат? Наверное, если бы я любила его по-настоящему, любовь не умерла бы в
одну ночь.
Сейчас, наблюдая за Элен, Питер вынужден был признать, что ошибался в ней.
Она явно страдала.
— Есть и другая вероятность.
Девушка с надеждой взглянула на него.
— Может быть, вы никогда и не знали подлинного Чарльза Такера. Случай
позволил вам застать его с другой женщиной и открыл вам глаза, и теперь вы
видите совсем незнакомого человека, который прятался за элегантным фасадом.
Она свирепо поглядела на кольцо.
— Вот и получается, что я наивная, слепая идиотка.
— Некоторые очень удачно скрывают истинную свою суть, чтобы получить
желаемое.
Его преисполненный горечью голос заставил Элен взглянуть на него в упор.
— Вы словно судите по собственному опыту. — Питер пожал плечами.
— Так оно и есть. — Элен прищурилась.
— В вашей жизни была женщина, правда?
— Моя жена.
— Жена? Неужели суровый стоик Питер Уитли взял в жены земную
женщину? — За насмешливым тоном Элен попыталась скрыть нечто,
подозрительно напоминавшее ревность.
— Правильнее будет сказать, что это она взяла меня в мужья. — Его
глаза потемнели, словно море в штормовую погоду. — Мне казалось, что
она влюблена в меня. Но ее единственной любовью были деньги.
Элен негодующе вспыхнула.
— Так вот почему вы с таким цинизмом судили о моих чувствах к Чарльзу?
Вы теперь всех женщин считаете продажными.
— Этот мир вообще построен на корысти. Но еще я усвоил, что разумно
побольше узнать о дороге, по которой собираешься пуститься в путь.
— С другой стороны, кто медлит, тот проигрывает, — устало
возразила Элен. Продолжая глядеть ему в лицо, попыталась представить себе,
что испытываешь, когда такой человек целует по-настоящему, в губы.
Рассердившись, что эта мысль не дает ей покоя, Элен попыталась от нее
избавиться, а когда ей это не удалось, спросила напрямик: — Вы не поцелуете
меня?
Питер не стал признаваться, что жаждет сделать это.
У нее сейчас помрачен
рассудок
, — напомнил он себе уже в который раз. Сближение с ней не
сулит ему ничего хорошего.
— Я не уверен, что это удачная мысль.
— Может быть, и нет, — признала Элен. — Но я в отчаянии. Я
уже очень давно не целовала никого, кроме Чарльза. Мне не с чем сравнить его
поцелуй. — Теперь, когда Элен выразила свою мысль вслух, краска стыда
медленно залила ей лицо и шею. — Забудьте о моей просьбе...
Соблюдай дистанцию
, — приказал себе Питер. Но это не подействовало.
&mdash
...Закладка в соц.сетях
