Жанр: Любовные романы
Счастливая встреча
...ень рано.
Умывшись и одевшись при свете тусклой лампочки, она поднялась на палубу.
Море было неспокойно, дул ветер, но после душной каюты девушка радовалась
возможности побыть на свежем воздухе. Они уже приближались к Хуку. Крессида
выпила чашку чая с булочкой и стала собирать свой багаж.
Пассажиров оказалось немного, и она быстро прошла таможенный досмотр. Поезд
уже стоял на станции, готовый отправиться. Поездка до Гааги заняла немного
времени, но она долго искала нужную платформу, таща за собой два чемодана.
Крессида вздохнула с облегчением, оказавшись наконец в поезде на Нордвик-ан-
Зее. Чашка кофе помогла ей немного восстановить силы. Она смотрела на
мелькавшие за окном пейзажи, когда вошел контролер и на хорошем английском
языке пояснил ей, что поезд не останавливается в этом маленьком городке, он
идет до большого города Нордвика.
— Вы можете взять такси от вокзала, — любезно посоветовал
контролер, — там довольно близко, всего два километра.
К радости Крессиды, все это оказалось правдой, более того, водитель такси
понимал английский язык и знал, где живет йонкфрау ван Гермерт. Миновав
широко открытые ворота, он остановился у подъезда, вышел из машины и
выставил чемоданы Крессиды. Получив полагающуюся плату и чаевые, таксист
пожелал ей счастливого пребывания в Голландии и уехал. Крессида позвонила в
колокольчик.
Дверь открыла мрачноватого вида женщина, которая молча уставилась на нее.
Когда Крессида назвала имя ее хозяйки, женщина по-прежнему молча отступила
назад и стояла так, пока Крессида внесла чемоданы в холл, затем исчезла за
дверью в конце холла.
Унылое место, подумала Крессида, но хозяйка дома весьма состоятельная особа,
если судить по массивной мебели в холле, толстому ковру на полу и тонкой
работы люстре.
Вскоре женщина, впустившая Крессиду, вернулась и сказала:
— Kom mee.
Они прошли через холл и вошли в комнату, которая показалась Крессиде такой
же унылой, как и холл. Здесь преобладали глубокие коричневые и терракотовые
тона, стояло много темной мебели. Напротив двери подле камина в кресле
сидела женщина.
— Входите, вы ведь мисс Прис, не так ли? Как вы доехали?
Крессида подошла к креслу и протянула руку.
— Вы йонкфрау ван Гермерт?
— Да. — После секундного колебания хозяйка дома пожала руку
Крессиде. — Корри покажет вам вашу комнату. Ленч в половине первого,
тогда и поговорим. — Она нахмурилась. — Вы очень худая, надеюсь,
хоть достаточно сильная?
— О, да... — Крессида смотрела на свою собеседницу — плотную
женщину с красным лицом, одетую очень модно, и гадала, почему, собственно,
она должна быть сильной?
— Ну, хорошо, идите распаковывать свои вещи. В вашем распоряжении почти
час.
Крессида вышла в холл, и они вместе с Корри взяли по чемодану и поднялись на
лестничную площадку, а потом прошли по узкому коридору, в конце которого
Корри открыла дверь. Комната Крессиды выходила окнами в сад за домом, и это
было ее основное достоинство. Маленькая, убого обставленная, холодная
комнатка с примыкавшей к ней ванной. Оставшись одна, Крессида осмотрела все
шкафчики и ящики, присела на кровать и выглянула в окно. Ну конечно, утешала
она себя, сегодня хмурый день, в солнечную погоду комната наверняка выглядит
куда более приветливой. Вот тут она поставит вазу с цветами и, возможно,
небольшую настольную лампу у кровати. У нее с собой несколько фотографий ее
родителей и их дома — она их повесит на стену, и в комнате сразу станет
уютнее; наверное, это после дома леди Меррилл, где было так тепло, светло и
уютно, ей все здесь кажется таким унылым.
Крессида быстро распаковала вещи и привела себя в порядок, затем, посмотрев
на часы, спустилась вниз.
За ленчем йонкфрау ван Гермерт обрисовала Крессиде круг ее обязанностей,
которые значительно отличались от ее обязанностей в доме леди Меррилл. Здесь
ей надлежало следить за чистотой в комнате хозяйки и, конечно, стелить
постель; поливать комнатные растения и составлять букеты; мыть фарфор,
выставленный в застекленных шкафах в гостиной; отвечать на телефонные
звонки, если горничная отсутствует или занята; наблюдать за тем, чтобы
женщина, приходящая делать уборку в доме, добросовестно выполняла свою
работу, и, наконец, помогать в тех случаях, когда это необходимо.
— Когда у меня выходной день? — спросила Крессида.
— Выходной день? — удивилась Клотильда ван Гермерт. — Вы на
это рассчитывали? Но ведь вы будете здесь жить, пользуясь моим
гостеприимством, а у меня нет выходных дней.
Увидев расстроенное лицо Крессиды, она поспешила изменить тактику. Ни в коем
случае нельзя, чтобы эта девушка отказалась от работы теперь, когда ее
дорогая Никола так тщательно все продумала.
— Подождите, дайте я подумаю. По средам я посещаю бридж-клуб, вы можете
быть свободны с десяти утра до семи вечера. Вам это подходит?
Крессида кивнула и затем спокойно спросила:
— А моя зарплата? Вы предпочитаете мне платить понедельно или за месяц
работы?
— За месяц. И теперь, когда мы обсудили все эти скучные детали, будьте
добры подняться со мной наверх. После ленча я отдыхаю в течение часа, и вы
почитаете мне. Я хорошо знаю английский, — сказала Клотильда ван
Гермерт без ложной скромности, — но прошу вас читать медленно: если я
не пойму что-то, вы мне объясните.
Какой длинный был этот день, думала Крессида вечером, укладываясь спать с
грелкой, которую Корри нашла для нее и наполнила горячей водой. Корри была
не такой угрюмой, какой вначале показалась Крессиде, возможно, она устала,
так как у нее было очень много работы. Дом большой, полон мебели и
безделушек, требующих ухода, кроме того, надо было натирать деревянные полы.
У Клотильды ван Гермерт служила еще кухарка, ее Крессида видела, когда
ходила за кофе для хозяйки. Крессида протянула ей руку, и удивленная женщина
пожала ее, исподлобья взглянув на девушку и пробормотав что-то на своем
языке. Неприветливый дом, размышляла Крессида, свернувшись калачиком и
стараясь согреться от грелки. Может быть, здесь решили, что с ее приездом
всем прибавится работы, но, судя по кругу ее ежедневных обязанностей, она,
напротив, многое возьмет на себя.
Крессида была разочарована, но тут же сказала себе, что все это из-за того,
что леди Меррилл была так добра к ней. Конечно, у нее будут и взлеты и
падения, но сейчас у нее есть крыша над головой, неплохая зарплата и
перспектива отложить немного денег. Уже засыпая, Крессида подумала, что,
возможно, каким-то чудесным образом ей удастся встретить доктора ван дер
Линуса. С этой мыслью она заснула.
Потянулись дни за днями, и Крессида обнаружила, что у нее нет ни минуты
свободной. Она делает уйму работы по дому и в то же время является
компаньонкой йонкфрау ван Гермерт, выполняет самые разнообразные ее
поручения и прихоти. Только время от времени, когда в дом приходят гости, ей
удается урвать полчаса для себя. Крессида приехала в четверг, и ей пришлось
ждать неделю до первого выходного дня. Когда он наступил, лил холодный дождь
и дул пронизывающий до костей ветер. Нельзя сказать, чтобы это сильно
расстроило Крессиду. Она убрала свою комнату, позавтракала, зашла
поздороваться с йонкфрау ван Гермерт, которая холодно напомнила ей, чтобы
она была дома к семи часам, и затем спустилась на кухню. Она знала всего
несколько нидерландских слов и выражений, и среди них —
Boodschappen
, что
означало
делать покупки
. Произнеся это слово, Крессида указала на Корри и
кухарку.
Они обе какое-то время с недоумением смотрели на нее, потом заулыбались и
понимающе кивнули, написав на листке бумаги, что им купить.
— Geld? — спросила Корри и снова улыбнулась, когда Крессида ей
ответила:
— Straks. — Еще одно полезное слово, которое она выучила и которое
означало
позднее, не сейчас
.
Автобусное сообщение с городом Лейденом, где, как ей сказала Клотильда ван
Гермерт — в один из моментов, когда она была склонна поговорить, — есть
что посмотреть и много неплохих магазинов, было хорошее. Хотя в зимние
месяцы автобусы ходили не так уж часто, Крессида довольно быстро добралась
туда.
— А если вы хотите узнать места подешевле, — уточнила тогда ее
хозяйка, — то это
Хема
— магазин, похожий, как мне кажется, на ваш
Вулворт
.
Это замечание сильно задело Крессиду.
В Лейдене она сначала зашла в туристическое агентство, где обзавелась картой
города и получила необходимую информацию о памятных местах, затем,
вооруженная этими знаниями, отправилась осматривать город. После первых
нескольких дней жизни в доме йонкфрау ван Гермерт Крессида поняла, что не
будет там счастлива; хозяйке дома она не понравилась; хоть та открыто и не
показывала свою неприязнь, но ее безразличие к Крессиде было очевидно, как и
холодное долготерпение, натянутая вежливость при обращении к девушке,
которые тяжело было выносить. Ей не нужна никакая компаньонка, и тем более
я, решила Крессида. Скорее всего, она хочет иметь в доме еще одну служанку.
Корри перегружена работой, у той женщины, которая приходит, хватает времени
только натереть полы и убраться в кухне. Крессида должна была стелить в доме
постели, вытирать пыль и время от времени накрывать на стол. Это работа,
уговаривала себя Крессида, хотя и жаль, что она не позволяет ей
познакомиться получше со страной, где она теперь живет. Но для этого можно
использовать выходные, которых она с нетерпением будет ждать.
Следуя полученным в туристическом агентстве советам, девушка вначале
отправилась осматривать Палату суконщиков, затем поискала место, где можно
выпить кофе. Выйдя из кафе, Крессида пошла на Бреестраат — улицу, проходящую
по старой части города. Здесь она полюбовалась старой крепостью и посмотрела
другие места, настойчиво рекомендуемые в полученном ею буклете для осмотра
туристам. Желая посетить церковь св. Петра, Крессида остановилась на
тротуаре, ожидая, когда можно будет перейти улицу, и увидела на
противоположной ее стороне доктора ван дер Линуса. Она так и замерла на
месте. Со всех сторон девушку толкали нетерпеливые пешеходы, которые хотели
перейти улицу и которым она мешала. Крессида, охваченная радостью вновь
видеть доктора, ни на кого не обращала внимания. Он перешел на ту сторону,
где она стояла, и увидел ее.
— Крессида, какой приятный сюрприз! — Доктор произнес это с видом
неподдельного удивления. Он уезжал на две недели во Францию, вернулся
немного раньше, чем планировал, и собирался позвонить Клотильде ван Гермерт,
чтобы узнать, как устроилась Крессида. Однако встретить девушку в Лейдене он
никак не ожидал! Доктор взял ее за руку и улыбнулся. — Вы хорошо
выглядите...
— Я работаю компаньонкой у одной леди, которая живет в Нордвике-ан-Зее.
— Вам хорошо здесь? Вы не чувствуете себя чужой? — Он пристально
взглянул на нее. — Эта леди добра к вам?
Конечно, для нее было бы облегчением выговориться, рассказать, что вовсе она
здесь не счастлива, что все вокруг ей чуждо и что леди, у которой она
работает, не так уж и добра к ней, но ничего этого Крессида ему не сказала.
Она лишь спокойно произнесла:
— Мне здесь действительно немного неуютно, но все или почти все вокруг
говорят по-английски. Я здесь живу всего неделю... Нордвик-ан-Зее — красивое
место. Думаю, летом здесь многолюдно.
Он слегка нахмурился, глядя на ее лицо, — вероятнее всего, Крессиде
хотелось бы сказать ему больше, но вряд ли она станет это делать. Жаль, что
он сейчас спешит в больницу...
— Хорошо было бы пообедать вместе, но я опаздываю. Дайте мне ваш
адрес, — попросил он.
Крессида написала ему адрес и добавила:
— Но, пожалуйста, не приезжайте ко мне. Я не уверена, что моей хозяйке
это понравится.
— Почему же?
— Вы не опоздаете? — спросила Крессида. — Когда у вас будет
больше времени, я думаю, мы встретимся.
— Мы непременно встретимся. Я не хочу терять вас из виду.
Крессида долго смотрела вслед доктору, который удалялся в сторону
Медицинского института, затем пошла к церкви. Там было пустынно. Она села на
стоявший в стороне стул и задумалась. Встретить доктора ван дер Линуса было
одновременно приятно и удивительно. Она знала, что он живет во Фрисландии,
но, видимо, сейчас приехал в Лейден, чтобы посетить больницу, где ведет
пациентов. Скорее всего, они еще долго не увидятся с ним... Даже если она
будет приезжать в Лейден на каждый свой выходной, шанс встретить его
ничтожно мал, но все равно ей отрадно было осознавать, что он помнит ее, что
остановился поговорить с ней, хотя и очень торопился.
В церкви было холодно, Крессида вышла на Бреестраат и выпила кофе с
ватрушкой в маленьком кафе, затем отправилась по магазинам. До конца месяца
она не получит денег, так что из покупок могла себе позволить только самое
необходимое, но приближалось Рождество, и витрины магазинов ломились от
товаров. Крессида целый час с удовольствием ходила от витрины к витрине,
решая, что купит в конце месяца. Перед тем как сесть в автобус, девушка
выпила чаю с тающим во рту пирожным с кремом. Крессиде понравилось, как она
провела этот день, и, ожидая, когда Корри откроет ей дверь, она подумала,
что, быть может, ее впечатления о йонкфрау ван Гермерт несколько поспешны,
просто им нужно лучше узнать друг друга. Она прошла на кухню и отдала
покупки, которые сделала для Корри и кухарки, затем быстро поднялась в свою
комнату, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Крессида надела серое
платье, которое, как ей казалось, уже дышит на ладан, но купить себе новое
она пока не могла. Если ей удастся в какой-нибудь свой выходной день
съездить в Гаагу, она, может быть, присмотрит там что-либо, что будет ей по
карману.
Йонкфрау ван Гермерт в изящном платье и золотых украшениях — ее хозяйка
меняла туалеты каждый вечер — сидела в гостиной.
— О, вы уже вернулись, — сказала она, когда Крессида вошла. —
Я уезжаю на ужин, машина подойдет с минуты на минуту. Я предупредила
кухарку, что вы можете поужинать на кухне с ней и с Корри, это будет удобнее
всего. Утром я хочу, чтобы вы отвезли меня в Гаагу, в парикмахерскую.
— У меня с собой только английские права, — нерешительно заметила
Крессида.
Однако Клотильда ван Гермерт не потрудилась вникнуть в смысл сказанного.
— Я хочу, чтобы мы выехали в девять часов, продолжала она. — А вот
и машина!
Крессида уже изучила ее манеру поведения и ничему не удивлялась. Жаль, что
она не осведомлена более подробно об обязанностях и правах компаньонки.
Девушка не была уверена, что ей полагалось есть на кухне, но она была
голодна, да и, похоже, ничего другого ей не оставалось. Когда ее хозяйка
будет в лучшем расположении духа, может быть, стоит это обсудить, а
сейчас... Корри пригласила ее, и Крессида присоединилась к ним, а потом, уже
сидя за столом на кухне, обнаружила, что обе женщины смущены не меньше, чем
она. Впрочем, ужин был вкусный, да и женщины старались, как могли,
поддерживать беседу с ней. К концу трапезы их разговор, сопровождаемый
жестами и мимикой, носил уже весьма оживленный характер. Крессида предложила
помочь убрать со стола, но ее предложение отвергли. Корри указала на потолок
и сказала:
— Здесь не хорошо, вы наверху.
— О, Корри, вы очень добры, — тепло проговорила Крессида, хотя ее
слова остались непонятыми.
Женщины хорошо понимали общий тон беседы. Они обе широко улыбались и в конце
концов пожелали ей
Wel te rusten
, что означало
спокойной ночи
.
Двое друзей у меня уже есть, думала Крессида, ложась спать.
Доктор ван дер Линус, закончив работу в больнице, приехал в свой лейденский
дом, где его приветствовали экономка Мис и обе собаки. Он прошел в уютную
гостиную. Сегодня доктор слишком задержался в больнице, и намеченная ранее
поездка в Гаагу к Николе откладывалась. Впрочем, она ждала его не раньше чем
через пару дней. Сидя у камина с бокалом вина, он думал о Крессиде. Собаки
расположились у его ног. Не то чтобы она выглядела печальной, когда он
встретил девушку на улице, но и счастливой ее, конечно, нельзя было назвать.
Хотя... когда Крессида увидела его, ее лицо засияло. Доктор съел
превосходный ужин, который ему принесла Мис, и остаток вечера провел в
кабинете. Завтра предстоял трудный день: амбулаторные больные, обход больных
в палате, частные пациенты, которых надо осмотреть... Он уже не думал больше
о Крессиде...
Во второй половине дня выдалось несколько свободных часов — можно было
съездить навестить Крессиду. Он хотел захватить с собой Николу и поехал в
Гаагу. Она удивилась его приезду.
— Алдрик, ты же должен был приехать только завтра, — едва скрывая
досаду, произнесла Никола.
— Я вернулся еще два дня назад, — объяснил он, — но все это
время был очень занят. Сейчас у меня есть несколько часов, и я подумал, что
мы могли бы съездить к твоей тете и посмотреть, как там дела у мисс Прис.
Никола ответила слишком поспешно:
— Это что, так необходимо? Разве мы не можем просто поехать на
прогулку? Ведь она не ждет нас...
Он задумчиво посмотрел на нее. Поездка в Нордвик-ан-Зее не займет много
времени, там не обязательно долго сидеть. Он взял ее пальто, брошенное на
стул.
— Одевайся, мы выезжаем, у меня нет времени на длинные разговоры.
Никола знала, что у спокойного и уравновешенного Алдрика непреклонная воля,
поэтому не стоило его выводить из себя. Она надеялась, что тетя Клотильда
разыграет перед ними спектакль, в котором убедительно покажет, что относится
к этой жалкой англичанке как к самому дорогому члену семьи. Жаль, что у
Николы не было времени позвонить ей; если бы ее пальто не лежало прямо тут
под рукой... Но не нужно волноваться... Она решила быть с Алдриком милой и
внимательной, по дороге расспрашивала его о поездке во Францию и делала вид,
что ей интересны его ответы.
Корри открыла им дверь и сразу провела в гостиную, где Клотильда ван Гермерт
лежала на диване, листая журнал. Не предупрежденная, она бросила на Корри
взгляд, не суливший той ничего хорошего, и поднялась с дивана. На лице ее
тотчас же появилась улыбка.
— Никола, дорогая, как мило, что ты приехала меня навестить! И вы,
Алдрик... Простите меня, я прилегла немного отдохнуть. Дом большой, у моих
работниц дел более чем достаточно. Когда я в силах, я помогаю им, но, к
сожалению, быстро устаю.
Все это было явной ложью, и доктор удивленно поднял брови.
— Мисс Прис, конечно, взяла на себя многие ваши дела? — мягко
спросил он.
— О, конечно, — заворковала хозяйка дома, — такая милая
девушка и такая услужливая. Вы, наверное, хотели бы повидаться с ней? Сейчас
Корри приведет ее.
Она дернула за колокольчик и, когда вошла Корри, велела ей сходить за мисс
Прис. Корри, которая намеревалась оставаться в этом доме только до тех пор,
пока не найдет себе другую работу, обрадовалась предоставившейся возможности
отыграться. Этим утром она разбила кувшин, и хозяйка пообещала ей, что
вычтет его стоимость из ее зарплаты. Это было невеликодушно.
— Сходить-то я могу, — сказала Корри, — но вам придется
немного подождать. Мисс Прис сейчас убирает кладовую, как вы ей наказали.
Клотильда ван Гермерт залилась краской и вздохнула так, что затрещали ее
корсеты.
— Хорошо, попросите мисс Прис прийти, как только она сможет. — Она
повернулась к доктору, который стоял у окна и смотрел на застывшие от холода
деревья в саду. — Такая славная девушка, всегда находит дело, чтобы
только помочь. Ее помощь совершенно неоценима в доме.
Доктор незаметно наблюдал, как его собеседница пытается выкрутиться из
неловкого положения, в котором оказалась. Тут Никола начала о чем-то
оживленно рассказывать, и он вскоре присоединился к разговору.
Минут через десять в гостиную вошла Крессида. Клотильда ван Гермерт
встретила ее словами:
— А вот и вы, моя дорогая! Я хочу вас познакомить с моими гостями: моя
племянница, Никола ван Гермерт, а это доктор ван дер Линус.
Увидев доктора, Крессида сначала покраснела, потом побледнела, она пожала
руку Николе и что-то вежливо произнесла, прежде чем протянуть руку доктору.
Он взял ее руку в свою и сказал:
— А мы с Крессидой знакомы, встречались несколько раз в Англии и пару
дней назад случайно здесь, в Лейдене. — Он увидел, как Никола и ее
тетка быстро обменялись взглядами. — Надеюсь, Крессида, что вы неплохо
устроились и что вам здесь нравится. — Он все еще продолжал держать ее
руку в своей, чувствуя, какой грубой стала кожа, — видимо, уборка
кладовой — это только часть того огромного количества работ, которые девушке
приходится делать в этом доме. — Вам здесь хорошо? — спросил он и
выжидательно посмотрел на нее.
— Да, благодарю вас, доктор, — ответила она тихо и осторожно
высвободила свою руку, бросив на него быстрый взгляд.
— Я уверена, что ей должно быть здесь хорошо, — вступила в
разговор тетка Николы и неестественно громко продолжила: — Не каждой девушке
находят работу. Надеюсь, вы поблагодарили доктора, мисс Прис? Это он
попросил меня взять вас. Он знал, что его бабушка может вас держать только
несколько недель. Она вас приютила по доброте сердечной, так ведь, Алдрик?
Доктор сохранял видимое спокойствие.
— Все это так, — произнес он ровным голосом, — но следует
добавить, что Крессида очень понравилась бабушке, как, надеюсь, и в этом
доме.
— Я... я не знала этого, — залепетала побледневшая
Крессида. — Я думала, что миссис Сефтон... Я очень вам признательна,
доктор... — От унижения ее бросило в жар, глаза ее вспыхнули яростью. В
этот момент она ненавидела всех в этой комнате, и в особенности доктора. Она
проговорила, отчетливо произнося каждое слово: — Я должна пойти домыть
кладовую, простите меня.
Учитывая то обстоятельство, что девушка была здесь всего лишь скромной
компаньонкой, ее столь решительный уход явился в высшей степени достойным
шагом.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Крессида закрыла за собой дверь так спокойно, что это подействовало гораздо
сильнее, чем если бы она с грохотом ее захлопнула. Рот доктора дрогнул. С
подчеркнутой вежливостью он сказал:
— Вижу, что я совершил ошибку. Не желая того, я, вероятно, дал понять,
что Крессида ищет работу служанки. Ты ведь так подумала, Никола? — Он
взглянул на свою невесту.
— Право же, я и не помню. Да и вообще, к чему этот шум? Девушка в
хорошем доме, и я уверена, что тетя Клотильда прекрасно к ней относится.
Кроме того, ей нужно зарабатывать на жизнь, а в этом случае всякая работа
хороша. — Она пожала своими красивыми плечами. — Не стоит
возмущаться, что она моет кладовку, ты согласен со мной?
— Ты когда-нибудь сама мыла кладовку? — поинтересовался доктор.
Никола тут же сменила тактику:
— Нет, Алдрик, мне никогда не приходилось делать это, и я сожалею, если
не сдержалась. Я приеду завтра и поговорю с тетей — может, ей стоит
пересмотреть обязанности этой девушки. — Помолчав, она добавила
сочувственно: — Конечно, бедняжка расстроена, но я уверена, что сумею все
уладить. Оставь это мне, Алдрик: женщины в таких делах способнее
мужчин. — Никола подобострастно улыбнулась.
Доктор хотел было возразить, но поразмыслил — и не стал. Скорее всего,
Никола права, ей удастся уладить это недоразумение лучше, чем ему. Да и со
своей тетей ей будет проще договориться, чтобы та согласилась существенно
изменить обязанности Крессиды.
Вскоре они с Николой собрались уезжать. Крессиды нигде поблизости не было
видно, и доктор решил, что лучше с ней не встречаться до тех пор, пока
положение не изменится к лучшему, хотя особых надежд на это он не питал:
тетка Николы ему по-прежнему была несимпатична и полностью он ей не доверял.
Обо всем этом доктору ван дер Линусу пришлось забыть, как только он вернулся
в больницу; только поздно вечером он оказался дома и оставшееся до сна время
провел, гуляя с собаками, ужиная и уже далеко за полночь наговаривая письма
и заметки на диктофон. Наконец он пришел к заключению, что проблему
устройства Крессиды он отложит до того момента, когд
...Закладка в соц.сетях
