Жанр: Любовные романы
Счастливая встреча
... очень об
этом сожалеет. За невзрачной внешностью девушки скрывалась романтическая
натура, но она была благоразумной и понимала, что бессмысленно желать того,
что получить невозможно. Она умылась с помощью Могги, причесала свои
длинные, неопределенного цвета волосы и попросила Могги принести ей столовое
серебро.
— И старую газету, — добавила она, — а еще порошок и тряпки.
Я могу чистить приборы и в постели, к тому же это займет меня.
— Ладно, — неохотно согласилась Могги, — но только после
того, как позавтракаете.
— Я не хочу есть...
— Вы съедите все, что я принесу, — отрезала Могги.
Доктор ван дер Линус поднялся рано. Он вышел с собаками в сад, любуясь
светлым солнечным утром. В эту ночь он спал хорошо, но испытывал какое-то
странное беспокойство. Теперь доктор понимал, что оно было вызвано мыслями о
девушке, которой доктор помог добраться до дома накануне вечером. Хотя он
едва помнил ее лицо, его не оставляло чувство, что он должен что-то еще для
нее сделать. Ему не понравились волнение и растерянность девушки и той
пожилой женщины, что открыла им дверь; его поразила маленькая бедная
комнатка, в которой жила девушка. Было странно, что экономка просила его
поспешить покинуть дом до прихода хозяйки.
Он вернулся с прогулки и пошел завтракать. Неплохо бы узнать имя местного
доктора и позвонить ему... С другой стороны, не будет ли это выглядеть
слишком назойливо и неприлично? Он вздохнул и налил себе вторую чашку кофе.
Лучше всего самому поехать к этой девушке и справиться о ее здоровье. Он
сегодня обедает с друзьями и по пути сможет заехать к Крессиде.
После завтрака он поднялся в комнату бабушки. Она сидела в кровати, перед ней на подносе стояла еда.
— Заходи и помоги мне разделаться с завтраком, — пригласила она
внука. — У миссис Уиффик прямо-таки страсть меня перекармливать! Ты
собираешься сегодня в Касл-Кэри к Коллиерсам? Дженни дома?
Он улыбнулся.
— Занимаешься сватовством, бабушка? Я понятия не имею, дома ли она. В
любом случае... — он помолчал. — Ты права: настало время жениться;
я женюсь, но не на Дженни...
— У тебя есть девушка? — нетерпеливо спросила леди Меррилл.
— Не знаю, что и сказать... Она мне очень подходит, ее зовут Никола ван
Гермерт, вы встречались как-то с ней. Это дочь профессора Лейденского
университета. У нас с ней один круг общения, схожий образ жизни.
Леди Меррилл откусила кусок тоста.
— Ну, это еще недостаточные причины для брака. Впрочем, ты уже
взрослый, умный, сам знаешь, что тебе нужно. Большинство мужчин хотят
жениться по любви, — добавила она сухо.
Он поднялся.
— Но, к сожалению, не всем удается встретить свою любовь... Вы будете
дома к чаю, бабушка? Мы можем, если будет тепло, посидеть в саду и
посплетничать. — Он наклонился и поцеловал старую леди в щеку. — Я
очень люблю жить здесь и с удовольствием всегда ожидаю встречи с вами.
— И я тоже, дорогой мой. Но ты погибнешь без твоей работы, без пациентов и больницы, ведь так?
— О да! Моя работа — это главное в моей жизни. Без нее я очень тоскую.
— Понимаю: она — часть твоей жизни, Алдрик. Ну ладно, тебе пора, иди к
друзьям.
В дверях он улыбнулся.
— По пути я загляну к той девушке, посмотрю, как она. Мне еще нужно
справиться о собаке и рассказать ей.
— Это очень благородно.
Леди Меррилл с улыбкой проводила его взглядом до двери. Старая женщина
подумала, что если та девушка внешне настолько непривлекательна, что Алдрик
даже не запомнил, как она выглядит, то он очень добрый человек, очень
добрый...
Доктор ехал на своем
бентли
. Минтон-Крэкнелл находился довольно близко, но
туда не было прямой дороги. Ему предстояло сделать изрядный крюк, а
поскольку до Касл-Кэри оттуда было менее десяти миль, и по хорошей дороге,
он все-таки решил навестить Крессиду перед посещением друзей.
Подъехав к дому, Алдрик вновь обратил внимание на то, что особняк выглядит
весьма богато. На лице экономки, которая вышла его встретить, казалось,
навсегда застыло выражение мрачного раздражения. Однако доктора это не
смутило: он привык иметь дело с самыми разными людьми, и его
Доброе утро!
прозвучало дружески-покровительственно.
— Я приехал справиться о здоровье мисс Прис. Направляюсь к друзьям, и
это оказалось по пути.
— Она в постели, нога у нее внизу распухла. Не нравится мне все это...
— Доктора вызвали?
Мисс Могфорд покачала головой.
— Миссис Прис сказала, что в этом нет надобности.
— Может быть, мне стоит поговорить с ней? Я понимаю, что вмешиваюсь не
в свое дело, но вдруг мне удастся убедить ее?
Суровое лицо мисс Могфорд смягчилось.
— О, сэр, если бы вам удалось, а то просто не знаю, что и
делать... — Она проводила его в гостиную и пошла за миссис Прис. Вскоре
Могги вернулась. — Пожалуйте за мной, сэр.
Миссис Прис сидела у пылающего камина, перед ней на столике стоял поднос с
кофе. Она не поднялась с кресла, когда доктор вошел.
— Простите, что встречаю вас подобным образом, — произнесла она
слабым голосом. — Я неважно себя чувствую. Это так мило с вашей
стороны, что вчера вы помогли Крессиде добраться домой. Присядьте,
пожалуйста... И так мило, что вы навестили ее сегодня. — Миссис Прис
резко повернулась к мисс Могфорд, стоявшей в дверях. — Принесите еще
кофе. Как холодно...
Доктор сел и, когда Могги принесла кофе, стал его пить, внимательно и с
видимой симпатией слушая приятный голос хозяйки дома, которая во всех
подробностях рассказывала о своем слабом здоровье. Затем он поставил чашку и
мягко прервал ее:
— Мне бы хотелось осмотреть ногу вашей падчерицы. Возможно, понадобится
поправить повязку. Сегодня она поедет делать рентген?
Миссис Прис звонко рассмеялась.
— Господи, ну к чему это, доктор? У нее простое растяжение, и все скоро
пройдет. Так досадно, что она должна лежать в постели!.. Глупая девчонка, у
нее никогда прежде не было и обмороков... А у меня вечером гости...
— Но вы же не будете возражать, если я осмотрю ее? — спросил
доктор, и что-то в его голосе заставило ее, пожав плечами, неохотно
согласиться.
— Убедите ее встать! Право же, на ногах ей будет лучше, — миссис
Прис, немного наклонив голову, подарила доктору очаровательную улыбку. И в
самом деле, подумала она, он так красив и обаятелен, что любой согласится
сделать то, что он скажет.
— Нет, если больная поднимется, ей станет хуже, — возразил доктор
ван дер Линус настолько мягким тоном, что это не было воспринято как
категорический запрет.
— Мисс Могфорд отведет вас в комнату Крессиды, — проговорила
миссис Прис. — Мне трудно подниматься по лестнице, я должна беречь
силы.
Она произнесла это печально, как человек много страдавший, но если она
рассчитывала, что доктор начнет расспрашивать о причинах этих ее страданий,
то она ошиблась.
Мисс Могфорд молча вела его по лестнице. Только перед дверью в комнату
Крессиды она остановилась и взглянула на него. По-прежнему ничего не сказав,
экономка открыла дверь и впустила доктора в комнату.
Крессида сидела на кровати. Вокруг нее были разбросаны обрывки газет и
лежали столовые приборы, которые она чистила. Девушка выглядела неважно,
через плечо у нее была переброшена длинная коса, на лице, не тронутом
косметикой, застыло какое-то напряжение, а ее руки и одна из щек были в
грязи. Доктор, будучи от природы человеком добросердечным, смотрел на нее,
как смотрел бы на котенка или щенка, попавших в беду и нуждающихся в его
помощи.
Его
Доброе утро, мисс Крессида!
прозвучало безлико-вежливо. Раскрыв рот от
удивления, Крессида уставилась на него.
— Я проезжал мимо и решил заехать узнать, как поживает ваша
нога, — объяснил доктор.
Крессида попыталась улыбнуться.
— Вы так добры. Я хорошо себя чувствую. Спасибо вам... Сегодня чудесное
утро...
— Да, чудесное... Можно посмотреть вашу ногу? Конечно, я не могу
настаивать, но мне кажется, вам необходимо сделать рентген.
— Ну, я не думаю, — начала было Крессида, но Могги не дала ей
продолжить.
— Доктор лучше знает! — строго оборвала она девушку. —
Полежите спокойно, мисс Крессида, и дайте доктору осмотреть вас.
Внимательно изучив больное место, доктор ван дер Линус выпрямился.
— Я не ваш лечащий врач, поэтому мало чем могу помочь вам, но я
посоветую вашей мачехе вызвать к вам врача. Это очень неприятное растяжение,
и необходимо его правильно лечить.
— А если этого не сделать? — спросила Крессида бесцветным, упавшим
голосом.
— Тогда нога будет долго болеть, и вы будете долго хромать.
— Доктор, очень благородно с вашей стороны было зайти ко мне. Я вам
весьма признательна. А что же с бедным щенком?
— Ему требуется хорошее питание и уход. — Ван дер Линус улыбнулся
Крессиде. — Я возьму его с собой в Голландию, когда поеду туда.
Ее лицо просияло.
— О, как замечательно! Уверена, он вырастет и станет очень красивым.
Доктор постарался скрыть свои сомнения.
— Конечно, так оно и будет. — Он протянул ей руку и дружески
попрощался.
— Вам теперь нужно помыть руки, — участливо сказала
Крессида, — смотрите, как я вымазала вас. Надеюсь, ваш путь домой будет
приятным, — добавила она.
Когда он ушел, Крессида долго сидела в задумчивости, позабыв о своей работе,
чувствуя себя одинокой и покинутой.
Сообщив миссис Прис свое мнение о том, что Крессиде необходимо сделать
рентген лодыжки, доктор, сославшись на неотложные дела, быстро уехал.
В деревне он узнал, где живет врач, и зашел к нему. Доктор Бреддок уже
собирался уходить.
— Ван дер Линус?.. — переспросил он. — Это имя мне знакомо. В
журнале
Ланцет
за прошлый месяц была ваша статья, надо сказать, очень
интересная. Входите, входите, очень рад познакомиться с вами.
— Видите ли, я вторгся в ваши владения, начал ван дер Линус. —
Сейчас все объясню...
Доктор Бреддок выслушал его и сказал:
— Навещу Крессиду сегодня же. Я знаю, да тут все знают, что в
Олд-
ректори
не все благополучно. Она славная девушка, но никто не может
вмешиваться... Я постараюсь поместить ее на несколько дней в больницу, чтобы
она отдохнула. Дома ей не дадут этого сделать...
— Эта девушка напоминает мне Золушку со своей мачехой, — заметил
ван дер Линус.
Доктор Бреддок кивнул.
— Не правда ли, странно в наши дни?.. Наверное, что-то удерживает
Крессиду дома, но она никому ничего не рассказывает.
Вскоре доктор ван дер Линус уже продолжал свой путь. Он опаздывал к
Коллиерсам, но, когда Алдрик, действительно с опозданием, наконец-то
появился, друзья его великодушно простили. Обед прошел великолепно, Дженни
оказалась замечательным собеседником. Время от времени ван дер Линус
возвращался мыслями к Крессиде Прис и пришел к выводу, что он сделал для нее
все, что мог, она уже достаточно взрослая, чтобы самостоятельно устроить
свою жизнь.
Вернувшись в дом бабушки, он, однако, нет-нет да и вспоминал о Крессиде. Его
удивляло, что девушка будто бы довольна своим положением, будто надеется,
что все наладится. Он нахмурился, отгоняя прочь мысли о мисс Прис.
— Какая глупость, — пробормотал он. — И это при том, что я не
могу толком вспомнить, как она хотя бы выглядит.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Крессида заканчивала чистить столовое серебро, когда дверь отворилась и, к
удивлению девушки, в сопровождении Могги в комнату вошел доктор Бреддок.
Приветливо поздоровавшись, он ласково похлопал Крессиду по плечу и сказал,
что хочет осмотреть ее ногу.
— А как вы узнали, что я больна? — спросила Крессида, стараясь не
морщиться от боли, когда он осторожно прощупывал ее лодыжку.
— Мне все подробно описал доктор ван дер Линус. Как удачно, что он
проезжал мимо вас, дорогая моя. Я бы не наложил повязку лучше его... Но вам
необходимо сделать рентген. Моя машина ждет вас. Сейчас мы поедем в Йовил и
там сделаем рентген...
— Это действительно так уж нужно? Понимаете, у мачехи вечером гости...
— Ей совершенно не обязательно ехать с нами, — проворчал доктор
Бреддок. Он повернулся к мисс Могфорд: — Как вы думаете, мы сможем перенести
мисс Крессиду вниз? Пусть она оденется.
— А как я вернусь? — забеспокоилась Крессида.
— Со мной же. Я ведь приеду обратно, домой. — Он пошел к
двери. — Пойду поговорю с вашей мачехой, пока мисс Могфорд поможет вам
одеться. И, пожалуйста, постарайтесь побыстрее.
— А приборы? — спохватилась Крессида, глядя, как Могги собирает с
кровати столовое серебро. — Я еще не закончила их чистить.
— Ух, — выдохнула мисс Могфорд, — какое это имеет значение?
Вот ваше платье.
Вскоре вернулся доктор Бреддок, и вместе с мисс Могфорд они снесли Крессиду
вниз и посадили в машину. Миссис Прис вышла вслед за ними. Она готова была
заплакать.
— Что же мне делать? — трагически вопрошала она. — Нужно
накрыть на стол, сделать букеты, подготовить напитки. Мне кажется, Крессида,
ты просто эгоистка...
Никто ей не ответил. Доктор и Могги старались действовать как можно
осторожнее, чтобы не причинить девушке боль, сама же она, крепко сжав зубы,
не подавала виду, что нога сильно болит.
Доктор Бреддок наконец отъехал, и, когда боль в ноге слегка поутихла,
Крессида спросила его:
— Меня не продержат там долго? Мне действительно нужно вернуться домой
как можно скорее. Может быть, я успею к ленчу? Вы так добры, доктор Бреддок,
что везете меня, но я думаю, нам нужно будет вернуться домой к ленчу.
Однако к ленчу она домой не вернулась. Вместо этого Крессида оказалась в
больничной палате на кровати с удобно устроенной опорой для поврежденной
ноги и предписанием оставаться в постели в течение нескольких дней.
— Но я не могу, — объяснила Крессида врачу, который пришел
осмотреть больную после того, как ее поместили в палату. — У меня нет
ничего с собой, и дома столько дел...
— Видите ли, ваша нога сейчас нуждается в полном покое; если этим
пренебречь, то вы рискуете тем, что уже не сможете ничего делать ни дома, ни
где-нибудь еще. Доктор Бреддок заедет к вашей мачехе по пути домой и
предупредит. Надеюсь, она навестит вас и привезет все необходимое.
Вряд ли стоило говорить доктору, что ничего такого ее мачеха, конечно же, не
сделает, и Крессида пробормотала в ответ что-то невнятное. У нее было
трудное утро, и сейчас, оказавшись в удобной постели, она закрыла глаза и
задремала.
Мисс Могфорд пришла к ней в больницу вечером и принесла небольшую сумку со
всем, что считала необходимым для Крессиды. Крессида обрадовалась, увидев
ее, но тут же и забеспокоилась:
— Могги, как ты доберешься обратно? И еще этот ужин... Мачеха очень
сердится?
— Да, она злится, — ухмыльнулась мисс Могфорд, — но доктор
Бреддок очень строго поговорил с ней. Он сказал, что она отвечает за вас, и
еще много другого чего — я слышала, когда проходила мимо комнаты, где они
разговаривали: дверь там была приоткрыта. После того как доктор ушел, она
позвонила в какую-то фирму, обслуживающую званые обеды, и теперь они
приехали и все там устраивают. Она мне велела привезти вам все, что может
понадобиться здесь, в больнице; я приехала сюда в фургоне булочника.
— А как ты поедешь обратно?
— Этот фургон возвращается через час обратно, завтра у водителя
выходной день.
— Я не знаю, сколько здесь пробуду...
— Доктор Бреддок сказал, что пару дней, так что вы здесь хорошо
отдохнете, мисс Крессида, и, когда вернетесь домой, не будете принимать все
так близко к сердцу.
— А мачеха очень недовольна?
— Скажем, она выбита из колеи, — ответила мисс Могфорд, явно
скрывая истинное положение дел.
Удивительно, что сделали с Крессидой эти два дня, проведенные в больнице!
Конечно, были болезненные физиотерапевтические процедуры, но большую часть
времени она отдыхала, удобно устроившись, или читала газеты и журналы,
которые ей давали другие пациенты, и роман — его девушке принесла почитать
сотрудница больничной библиотеки. Она съедала все, что ей приносили, и к
концу второго дня цвет ее щек стал намного здоровее и она даже прибавила в
весе.
Утром на третий день к ней в палату пришел врач и объявил, что Крессида
может выписываться домой.
— В течение двух недель вам нужно будет носить эластичный чулок и
стараться как можно меньше давать нагрузку на больную ногу. Медсестра уже
позвонила вашей мачехе, и та заверила ее, что вам будет обеспечен хороший
уход. Мы отправим вас домой на медицинском транспорте сегодня после обеда.
Крессида поблагодарила его и подумала, что в эластичном чулке и с палкой она
сможет все делать по дому. Впрочем, так или иначе, а иного выхода нет...
Она сидела, уже одетая и готовая к отъезду, положив ногу на стул, стоящий
перед ней, когда открылась дверь и в палату вошел доктор ван дер Линус. Он
сердечно поздоровался с ней.
— Мне нужно было тут поговорить кое с кем, и я решил зайти узнать, как
у вас дела. Я слышал, вы сегодня выписываетесь?
— Да, вот жду машину. Чувствую я себя уже хорошо. — Она
улыбнулась. — Я так благодарна вам за все, что вы для меня сделали.
— Не думайте об этом. Я как раз поеду мимо вашего дома, так что могу
вас подвезти. Только подождите, мне нужно поговорить с медсестрой... —
Не дожидаясь ее ответа, доктор ван дер Линус ушел.
По пути он рассказал Крессиде, что на следующий день едет в Лондон, а затем
— в Голландию.
— Какое-то время меня здесь не будет, — заметил он и как бы
невзначай спросил: — У вас есть какие-то планы на будущее?
— Никаких, — уныло ответила Крессида с потухшим взглядом. —
Во всяком случае, на ближайшее время.
— Ну что ж, — сказал ван дер Линус, — вероятно, у вас есть
свои причины оставаться дома.
— Да, есть... А как же собака, что будет с ней?
Он понял, что тема дома и проживания ее там почему-то неприятна Крессиде, и
не стал ее продолжать, заговорил о собаке:
— Она останется у моего знакомого ветеринара. Перед отъездом из Англии
я заберу ее. Щенок подрос и обещает быть красавцем.
— А у вас дома найдется для него место?
— О, конечно.
Ван дер Линус остановил машину перед домом Крессиды и вышел, чтобы помочь
ей.
— Спасибо большое, — поблагодарила девушка. — Вы не зайдете
повидаться с моей мачехой?
Доктор усмехнулся.
— Почему нет? — с готовностью сказал он и взял ее за руку. —
Пока ходите с палкой, — посоветовал он, — и старайтесь больше
опираться на здоровую ногу. И еще: ради Бога, не стойте долго, по
возможности давайте больной ноге отдых.
Их встречала мисс Могфорд. Она широко раскрыла перед ними двери, и ее
суровое лицо на миг осветилось ласковой улыбкой.
— Вот так-то лучше. Силы небесные! — воскликнула экономка,
всплеснув руками. — Эти два дня в больнице пошли вам на пользу, мисс
Кресси, клянусь, вы поправились на фунт-другой.
— Мачеха дома? — спросила девушка. — Уверена, что доктор ван
дер Линус...
— Это ты, Крессида? — послышался из глубины дома голос миссис
Прис. — Как раз вовремя. Вся эта чепуха о твоей лодыжке, которую мне
пришлось за это время выслушать... — Она вошла, увидела доктора и уже
мягче продолжила: — Бедное мое дитя, тебе было больно? Я не пришла тебя
навестить только потому, что ты ведь знаешь, как я переживаю, когда вижу
больных. — Она улыбнулась доктору. — Мои нервы, понимаете... Я так
мучаюсь... — Она повернулась к Крессиде. — Ступай наверх, дорогая,
тебе нужно отдохнуть, мисс Могфорд принесет тебе чай. — Она снова
взглянула на доктора. — Выпейте со мной чашечку. Я так рада вам, ибо
редко вижусь с людьми, мне так одиноко... И, пожалуйста, расскажите мне, как
дела с ногой Крессиды.
Ван дер Линус отказался от чая почти с такой же чарующей улыбкой, с какой
она его приглашала:
— На вечер у меня назначена встреча, а ехать довольно далеко. Мисс Прис
скоро совсем поправится, но недели две она должна быть на щадящем режиме и
давать полный покой ноге. Конечно, вы все это знаете сами. — Он
попрощался за руку с миссис Прис и повернулся к Крессиде, молча стоявшей
рядом. — Уверен, что доктор Бреддок вас вскоре навестит. Очень рад, что
травма оказалась не столь серьезной. О собаке не беспокойтесь, я о ней
позабочусь.
Крессида улыбнулась.
— Я знаю, что вы ее не оставите, и очень вам за это благодарна.
Надеюсь, ваша поездка домой будет приятной.
Он пристально посмотрел на нее: лицо ничем не примечательное, но какие
красивые глаза!.. Она улыбалась, однако он чувствовал, что она несчастна. И
это неудивительно, подумал доктор, взглянув на раздосадованную миссис Прис.
Вечером, сидя с леди Меррилл в гостиной, он поделился своим беспокойством.
— Эта девушка кажется вполне благоразумной, — заметил он, —
да и вообще трудно предположить, чтобы в наши дни молодая девушка вела себя
как Золушка. Ее мачеха, миссис Прис, такова, что любой человек, обладающий
хоть каплей здравого смысла, захочет убежать от нее как можно скорее.
— Значит, у нее, этой Золушки, есть достаточно веская причина, чтобы
оставаться дома. Ты не догадываешься, что бы это могло быть?
— Ни малейших соображений на этот счет, — удрученно развел Алдрик
руками и добавил: — И даже не представляю, возможно ли узнать хоть что-
нибудь.
— Да проще всего спросить ее самое об этом.
— Пожалуй, так я и сделаю. До отъезда в Голландию обязательно выкрою
минутку и заскочу попрощаться с ней. — Он нахмурился. — Вам не
кажется, бабушка, что я раздуваю из мухи слона? Скоро все это будет так
далеко от меня...
— Конечно, ты не должен думать об этом, но, с другой стороны, может, ей
необходимо с кем-то поговорить, довериться кому-то...
Неделю спустя, когда доктор ван дер Линус возвращался к леди Меррилл, вдруг
какая-то необъяснимая сила заставила его свернуть на дорогу, ведущую к Минтон-
Крэкнеллу. Он уже был в полумиле от деревни, когда увидел Крессиду, которая
брела в том же направлении, неловко опираясь на палку. Он остановился рядом
с ней и открыл дверцу машины. Его
Добрый день, вас подвезти?
прозвучало
более чем небрежно, и, когда она повернулась и посмотрела на него, он всем
своим видом старался показать, что эта встреча случайная. Лицо у Крессиды
было заплаканным, но она улыбнулась сквозь слезы и вежливо поблагодарила
его.
— Вы очень добры, но я каждый день хожу понемногу, вы знаете, ведь это
мне полезно.
— Садитесь, Крессида, — мягко повторил доктор, и девушке ничего не
оставалось, как послушаться его. Она села в машину. — Ваша мачеха
сейчас дома?
Она отрицательно покачала головой.
— Поехала в Бат, в парикмахерскую. А вы хотели повидаться с ней?
— Нет-нет... Почему вы плачете, Крессида? — Он наклонился и закрыл
дверцу. — Может быть, расскажете, в чем дело? Только прошу вас, не
говорите мне, что все в порядке, так как тогда мы просто потратим время
впустую. Возможно, вам неловко обсуждать свои дела с подругой, но в силу
того, что мы вряд ли увидимся с вами вновь, вы можете без всякого опасения
довериться мне.
— Право же... — задумчиво начала она, — вам это будет просто
неинтересно.
— То есть вы тем самым хотите мне вежливо дать понять, что это не мое
дело? Ну что ж, вы правы, и это еще одна причина, чтобы откровенно
поговорить со мной. Раз это не мое дело, я не буду ничего рекомендовать вам,
или читать нотации, или где-нибудь распространяться на эту тему. — Он
положил св
...Закладка в соц.сетях
