Жанр: Любовные романы
Любовница жениха
...поняла меня?
Джейн торопливо кивнула, заподозрив, что это
мы
в устах Колетт обозначало
некое женское уличное содружество, занимавшееся куда более древней
профессией, чем ее собственная.
Выделив еще несколько ключевых точек мужской анатомии, где приложение каблука-
шпильки заставляет по-иному отнестись к идее физического насилия или секса,
Колетт дала Джейн адрес ближайшей клиники неотложной помощи, а на обороте
потрепанной карточки медцентра написала номера автобусов, которыми Джейн
могла доехать туда и обратно.
Джейн последний раз ездила на автобусе, когда ходила в школу, но боль
помешала ей оценить новизну впечатлений. Впервые в жизни ей пришлось ждать
своей очереди в переполненном холле клиники. Наконец, после долгого
изнурительного ожидания, ее впустили в кабинет, где энергичный молодой врач,
осмотрев руку, сразу поставил диагноз перелома кости, но все же направил ее
на рентген —
просто удостовериться, что я не ошибся
.
— А что с тем парнем? — жизнерадостно осведомился он, когда Джейн
вернулась со снимком. Закрепив снимок на подсвеченной панели, он показал ей
тонкую, бледную линию, которая неровно пересекала одну из костей ее кисти.
Перед ней на мгновение возникло смуглое, красивое лицо, черные волосы и
пронзительные синие глаза. Слава Богу, что врач в эту минуту не считал ее
пульс.
— Простите, я не поняла.
— Видите вот это? — Врач постучал пальцем по изображению. — У
вас сломана пятая пястная кость — она соединяет запястье с мизинцем, —
причем сломана точно посередине. Так вот, насколько я знаю, есть только один
способ сломать именно эту кость таким манером — при ударе. Значит, вы
ударили кого-то или что-то с большим чувством!
— Кого-то, — созналась Джейн, глядя на снимок своей руки и
поражаясь, как такая малюсенькая трещина может причинять такую адскую боль.
— Других повреждений нет?
— Нет... Кажется, я только разбила ему губу. Он ревел, словно раненый
бык, но челюсть как будто осталась цела...
— Я имел в виду у вас, — усмехнулся врач. — Это был ваш муж?
Что он натворил?
— О, вы об этом. — Джейн покраснела. — Нет, ничего такого...
Я хочу сказать, мы едва знакомы. Мы просто...
В глазах доктора вдруг вспыхнуло какое-то новое выражение.
— Просто добрые друзья? Постойте-ка. — Он повернулся, подошел к
корзине для бумаг и извлек оттуда скомканную газету. Стал листать мятые
страницы, нашел ту, которую искал, и разгладил ее.
— Когда вы вошли, мне показалось, что я вас где-то видел.
На газетной полосе помещались рядом две крупные фотографии: одна чуть
смазанная, сделанная, по-видимому, через долю секунды после удара,
запечатлевшая Джейн с полностью распрямленной левой рукой и Райана Блэра — с
запрокинутой назад головой и раскинутыми руками валящегося на стол в
ресторане; другая, до ужаса четкая, являла собой крупный план их страстного
поцелуя на улице.
Какой-то остряк редактор снабдил фотографии заголовком:
ОНА СНОГСШИБАТЕЛЬНА, КАК НОКАУТ!
Текст под фотографиями был шутливо стилизован под репортаж с матча по боксу
и пестрел такими словами, как
взвешивание
,
в первые секунды
,
первый
раунд
,
финальный гонг
...
Слава Богу, что репортер явно не дал себе труда заглянуть поглубже в досье —
материал был поверхностный, касался лишь конечной стадии наследственной
вражды между Шервудами и Блэром и был так нашпигован терминами бокса, что
его было трудно воспринимать всерьез.
Как предсказывал Райан Блэр, там было много досужих домыслов о совмещении
полезного с приятным, но о том, что Джейн и есть та самая женщина с закрытым
вуалью лицом, которая сорвала его свадьбу, не говорилось ни слова —
возможно, благодаря Брэндонам, делавшим тогда все, чтобы похоронить
разговоры о
таинственно исчезнувшей любовнице в шляпе
.
Глядя на фотографию, где она была изображена в медвежьих объятиях Райана
Блэра — шея изогнулась под его страстным поцелуем, полузакрытые глаза
говорят о неземном блаженстве, — Джейн ощутила неожиданный всплеск
возбуждения.
— Ну что же... давайте-ка займемся ремонтом... — Врач снова стал
деловитым, велел ей сесть на край стола для обследований и подкатил к себе
тележку.
— Неужели придется накладывать гипс? — спросила она с упавшим
сердцем.
— Нет. В подобном случае этого не требуется. — Он осторожно
приподнял ее руку. — Я просто перебинтую ее вам.
— Перебинтуете? — Это звучало слишком легковесно. — И
надолго?
— Недельки на три. — Он прикоснулся к мизинцу, и она
вздрогнула. — Принимали что-нибудь болеутоляющее?
— Только пару таблеток аспирина вчера вечером... больше у меня ничего
не было.
Его брови поднялись.
— Вам определенно потребуется что-нибудь посильнее к тому времени, как
я с вами закончу. У вас будет несколько неприятных дней, пока не начнется
процесс заживления. Сейчас я сделаю вам инъекцию для местного обезболивания
и выпишу рецепт на болеутоляющее средство, которое вы сможете получить в
аптеке клиники. Оно довольно сильное, так что не мешайте его больше ни с
чем.
Местная анестезия подействовала быстро, и Джейн отстраненно наблюдала, как
он закладывает вату между мизинцем и безымянным пальцем и крепко стягивает
их пластырем. Потом он забинтовал руку поверх пластыря, оставив на свободе
три пальца.
— Это будет защищать стяжку и напоминать вам и всем другим, что рука
повреждена. Если боль усилится или будет беспокоить что-то еще, снова
приходите ко мне.
Джейн нахмурилась. Ее отец был стоиком, а вот она слабачка, когда дело
коснется физических страданий. Возможно, она унаследовала это от матери,
которая бросила мужа с ребенком, когда Джейн было шесть лет, — по той
причине, как говорил Марк Шервуд, что кишка была у нее тонка. Типично по-
женски: легче распустить нюни и сбежать, чем вынести все трудности.
— А почему боль может усилиться? — с опаской спросила она.
— Скорее всего, из-за слишком тугой стяжки. Но в вашем случае
вероятность этого весьма незначительна — надеюсь, вы не собираетесь
повторить ваш коронный нокаутирующий удар!
Джейн проигнорировала эту бестактную попытку пошутить и стала рассматривать
повязку на руке.
— Три недели... — мрачно проговорила она.
— Взгляните на это с другой стороны, — хорошо, что это левая рука.
Джейн подняла на него глаза.
— Я левша.
— Да, не повезло вам. Какая у вас работа?
— В данный момент нет никакой.
В нем пробудилась его кипучая энергия.
— Это хорошо. Просто замечательно! Это значит, вы можете дать покой
вашей руке...
— Это значит, я могу умереть с голоду, — поправила его она. —
Если я не найду работу в ближайшее время, то мне нечем будет заплатить за
еду и жилье, не говоря уже о счетах за лечение.
Он вскинул руки вверх.
— Эй, не стреляйте. Эти расходы покрываются компенсацией при несчастных
случаях, вам почти ничего не надо платить. Какую работу вы ищете? Какая у
вас специальность?
Если бы Джейн не была усталой, голодной и не испытывала потрясения от
вчерашней встречи, ее, возможно, позабавило бы покровительство этого
серьезного молодого человека, который наверняка совсем недавно окончил
медфак.
— Управленческая, — лаконично ответила она. — Но интересующих
меня мест сейчас, видимо, очень мало, и предлагают их крайне редко.
Особенно если ты имела несчастье попасть в современный вариант
черного
списка
Райана Блэра.
— Так что я уменьшила запросы и прошла несколько собеседований для
устройства на секретарскую работу, но везде требуется определенное владение
руками или хотя бы способность писать...
— Но вы ведь можете работать с клавиатурой...
— Не очень хорошо. — Она пожала плечами. — На месте
нанимателя я не взяла бы себя на работу. Нет смысла брать кого-то, если
видно, что этот человек сразу станет просить отпуск по болезни!
— А служба социального обеспечения? Там могут помочь?
Она вздохнула. Похоже, гордость была еще одним предметом роскоши, от
которого придется отказаться.
— Я влипла в один запутанный финансовый спор и не могу претендовать ни
на какую правительственную помощь пока он не разрешится...
— Вы определенно можете претендовать на пособие, если из-за травмы не в
состоянии работать, — сказал врач, записывая что-то в свой
блокнот. — Они будут вам выплачивать какой-то процент от вашего
среднего заработка за прошлый год. Я распоряжусь, чтобы вам дали бланк
заявления, когда будете уходить...
Пробормотав что-то похожее на согласие, Джейн взяла выписанный им рецепт,
так как ей не хотелось вдаваться ни в какие подробности. Дело было в том,
что она ничего не заработала за прошлый год. В
Шервуд пропертиз
сложилась
такая отчаянная ситуация, что она отказалась от своего оклада и вложила эти
деньги в бизнес, а сама, в ожидании лучших времен, жила за счет своих
платиновых кредитных карточек.
В последующие несколько дней Джейн стала свидетельницей того, как несколько
найденных ею неплохих вариантов буквально уплыло у нее из рук. Она все
сделала правильно: элегантно оделась, попросила Колетт сделать ей прическу,
всюду поспевала вовремя, была обаятельной с работодателями. В одном месте
она действительно не подходила, а в остальных трех случаях, узнав, кто она
такая, от нее попросту спешили отделаться.
Владелица одного из бюро по найму — грубоватая, прямолинейная в суждениях
женщина, которую Джейн немного знала прежде, — была с ней откровенна.
— Джейн, не тратьте время впустую. Мое бюро зависит от крупных
компаний. И если я сейчас устрою на работу Джейн Шервуд, то лишусь выгодных
контрактов. Вероятно, и в других агентствах дело обстоит так же. Кто-то
употребил свое влияние. Боюсь, вам предстоит бороться в одиночку...
Джейн не удивил такой оборот дел.
Но вот теперь задача найти работу отошла на второй план. Через три дня Джейн
предстояло съехать с квартиры, а нового жилья она еще не нашла.
В дверь неожиданно постучали. Это был один из соседей.
— Вас к телефону.
— О, спасибо. — Она грустно улыбнулась ему и прямо из кухни, с
яйцом в руке, вышла в холл, где телефонная трубка свисала с видавшего виды
аппарата на стене. Торопливо пристроив яйцо в забинтованной руке, она взяла
трубку.
— Алло?
— Мисс Шервуд?
Только один человек мог шипеть так угрожающе.
Джейн смотрела, как сырое яйцо выскальзывает из расколовшейся скорлупы ей на
туфлю.
— Мистер Блэр. Какой сюрприз. — Она тоже умела быть оскорбительно
вежливой. — Как поживаете?
— Превосходно. А вы?
Джейн инстинктивно спрятала больную руку за спину.
— Да просто великолепно! Куда уж лучше!
В возникшей паузе Джейн слышала его дыхание и старалась сдержать свое, чтобы
он не узнал, что ее сердце колотится так, будто она бежит марафонскую
дистанцию.
— Я звоню, чтобы пригласить вас завтра пообедать со мной в отеле
Лейкпойнт
. У меня есть к вам выгодное деловое предложение...
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
— Мадам, мистер Блэр ждет вас, пойдемте.
Джейн направилась за метрдотелем. Ресторан отеля
Лейкпойнт
был весьма
фешенебельным.
Метрдотель обогнул ряд папоротников, и Джейн заметила знакомую темноволосую
голову за столиком в центре зала. Она внутренне напряглась, по спине
пробежал холодок. Надо быть сумасшедшей, чтобы прийти сюда, чтобы поверить,
будто Райан Блэр оставил мысль о мести. Зачем бы ему предлагать ей помощь,
если он уже практически разорил ее? Приняв его приглашение, разве она не
показала, до какого доведена отчаяния, если хватается за любую соломинку?
В голове у нее пронеслась малодушная мысль: сбежать! Но тут Блэр повернулся
и пронзил ее взглядом. Отступать было поздно, и она опять уже была готова
ринуться в бой.
Когда они приблизились к столику, Джейн, стараясь побороть страх, невольно
сжала кулаки и вздрогнула от боли, пронзившей левую руку. Еще одна слабость,
которую придется скрывать. Отправляясь на встречу, она сняла повязку и
надела черные атласные перчатки.
Он встал при ее приближении, и она с чувством разочарования отметила про
себя, что на нем ее удар не оставил никаких следов. На его четко очерченных
губах и твердом подбородке не было ни пятнышка.
Некоторую компенсацию она получила, увидев, как расширились его глаза при
взгляде на ее платье. Казалось, он был на мгновение пригвожден к месту игрой
бусин на бархатном платье, которые ярко сверкали в свете люстры у них над
головами. Сознание того, что ей удалось поразить его своим нарядом, сразу
подстегнуло ее несколько упавший боевой дух. Очко в пользу Колетт! С
достоинством кивнув в знак приветствия и опускаясь на отодвинутый
метрдотелем стул, Джейн позволила себе слегка улыбнуться.
— Оделась для роли? — пробормотал он, и его синие глаза странно
блеснули.
Она напряглась, уловив что-то оскорбительное в этом замечании.
— Простите, что вы сказали? — переспросила она.
Он сел, улыбаясь ей такой улыбкой, от которой по всему ее телу поползли
мурашки.
— Сегодня у вас восхитительно отважный и... азартный вид, — сказал
он, делая знак, чтобы подали напитки, и не отводя глаз от ее настороженного
лица.
— Спасибо, — выдавила она сквозь зубы.
— Не за что... Джейн, — ответил он, и его глаза жестко блеснули
насмешкой, так что она сразу забыла о данном себе обещании держаться
невозмутимо и примирительно при любых обстоятельствах.
— Вы сами выглядите весьма изысканно, Райан, — пропела она.
И это была правда. В белом смокинге, подчеркивающем ширину его плеч, в темно-
синей шелковой рубашке и черных брюках он выглядел эталоном мужской
элегантности, а его красивое лицо с резкими чертами, оживленное
переполнявшей его агрессивной энергией, производило сильное впечатление,
этого Джейн отрицать не могла.
— Мы с вами просто общество взаимного восхищения, не правда ли? —
протянул он. — Что вы будете пить? Я собираюсь заказать мартини с
лимонной корочкой.
Она хотела было вообще отказаться от чего бы то ни было алкогольного — ей
нужна совершенно трезвая голова, чтобы иметь дело с этим коварным
типом, — но в его невинном вопросе она услышала оттенок вызова.
— Мне то же самое, — невозмутимо сказала она официанту.
— Я уже начал думать, что вы не придете, — сказал Райан.
Она опоздала не специально. Ей просто не повезло с водителем.
Джейн насмешливо приподняла бровь.
— Не привыкли, чтобы вас обманывали?
— Ну, разве только перед алтарем, — не замедлил он с ответом.
Встретившись с его горящими синими глазами, Джейн побледнела.
— Вы... с вами было не так... — задохнулась она.
— Верно, но результат был тот же самый, разве нет? Жених, которому дали
отставку у алтаря...
Джейн сглотнула.
— Вы... могли бы попробовать еще раз... Жениться на ком-нибудь
другом... — слабо возразила она. — Такой мужчина, как вы, никогда
не остается один — только когда сам того хочет.
— И кого, по-вашему, я мог бы пригласить в качестве запасной
невесты? — с издевкой спросил он. — Может, свою тайную любовницу?
Джейн на мгновение смешалась.
— У вас был тогда роман? — в ужасе выдохнула она. Ей раньше не
приходило в голову, что у Эвы могли быть реальные основания, чтобы отменить
свадьбу.
— Ну разумеется. Я думал, вы знали, — вкрадчиво промурлыкал он.
И тут до нее вдруг дошло, что он имел в виду.
— Если вы думаете, что я... что я... — в растерянности она не
могла найти нужных слов.
— Конечно, ведь вы такая честная женщина, — промурлыкал он. —
Скажите, вы рассчитывали, что и я поступлю как честный человек и... узаконю
нашу так называемую связь?
— Нет! Разумеется, нет, — отрывисто проговорила она. — Вы...
я... мы никогда... Это отвратительно с вашей стороны!
— По-вашему, состоять в честном и освященном церковью браке
отвратительно? Ну и принципы у вас, моя дорогая Джейн.
Она ощущала себя бабочкой, наколотой на булавку.
— Я вам не дорогая, — резко сказала она, пытаясь вернуть
утраченное самообладание.
— О, еще какая дорогая, — возразил он таящим угрозу
голосом. — Вы мне очень дорого стоили, Джейн. По существу, вы самая
дорогая из всех женщин, с которыми я не спал. После нашего вымышленного
романа мне почти нечего было предложить какой-либо другой женщине...
Пришлось бороться изо всех сил, чтобы выбраться из финансовой трясины.
Бесполезно доказывать, что она совсем не хотела нанести ему финансовый
ущерб.
— Деньги — это не все. Если бы женщина любила вас...
— Как Эва, хотите сказать? В богатстве и бедности, вопреки лжи и
клевете... О да, любовь — это первейший гарант. — Он зло рассмеялся.
Чувствуя себя виноватой, Джейн отвернулась, но он не позволил ей так легко
уйти от ответа.
— В чем дело, Джейн? — сурово спросил он. — Неужели вы
думали, что я позволю вам делать вид, будто ничего этого не было? Ведь, в
конце концов, именно из-за этого вы здесь...
— Я здесь из-за того, что вы сказали, будто у вас есть ко мне деловое
предложение...
— Ах да. — Он опять откинулся на стуле и с хищной улыбкой смотрел,
как перед ними ставят напитки. — Мое предложение. И вы так жаждете его
услышать, что готовы ужинать со своим злейшим врагом. Я ведь на самом деле
ваш злейший враг, не так ли, Джейн?
— Я вижу в вас скорее препятствие, чем врага, — сказала она с
каменным выражением лица.
— Тогда давайте выпьем. — Он поднял бокал. — За
препятствия. — Его веки опустились. — За их скорейшее одоление.
— Преодоление, — поправила его Джейн, неохотно поднимая свой.
Краем своего бокала он слегка коснулся ее бокала, словно салютуя шпагой
сопернику перед дуэлью.
— Я, кажется, предпочту свой вариант, — пробормотал он и,
продолжая смотреть ей в глаза, одним махом проглотил половину своего
мартини.
Джейн последовала его примеру, забыв о намерении пить с осторожностью, по
капельке. От доброго глотка мартини ледяное ядро страха у нее внутри немного
подтаяло. Что, черт побери, он может с ней сделать, чего еще не сделал?
— Поразительно, на что только не готов пойти человек, когда он в
отчаянии, не правда ли, Джейн? — как бы размышляя, произнес он.
— На что, например? — настороженно спросила Джейн.
Его губы растянулись в обаятельной улыбке, но глаза остались серьезны.
— Ну, на то, чтобы отступить от принципов, когда-то горячо
отстаиваемых, пренебречь опасностями, дать заманить себя в ловушку из-за
отчаянного желания вновь ощутить в руках власть...
Джейн вдруг увидела тонкую линию, пересекающую его нижнюю губу и заметную
только для того, кто нанес удар.
— Думаю, я вполне осведомлена о превратностях бизнеса, спасибо, —
сказала она, отпивая еще глоток прозрачной, холодной жидкости.
— Если бы это было так, то вы вряд ли оказались бы в таком незавидном
положении, как сейчас, — сухо заметил он. — Отсутствие профессии и
неопытность, вероятно, сыграли большую роль в вашей, неудаче.
Это был удар по больному. Ее спина выпрямилась.
— Пусть я не училась в колледже, зато прошла практическое обучение,
которое стоит нескольких теоретических дипломов... Около десяти лет работы
почти во всех областях деятельности
Шервуд пропертиз
...
— О, это было так давно!
Его насмешка больно кольнула.
— Отец никогда не позволил бы мне занять его место, если бы не считал
меня способной...
— Поскольку у него не было сына, то не было и выбора, не так ли? —
перебил ее Райан. — Как это, должно быть, его раздражало. Марк никогда
не был высокого мнения о женщинах.
Несколькими короткими фразами Райан заставил ее снова ощутить себя маленькой
девочкой, отчаянно пытающейся заслужить одобрение и знающей, что ей никогда
этого не добиться, какой бы доброй, умной и достойной она ни была.
Джейн неприязненно посмотрела на него.
— Для этой работы не было лучших кандидатур! — ледяным тоном
произнесла она. — Я знала эту компанию вдоль и поперек.
И любила ее. Ей было гораздо уютнее в офисе, чем в этом огромном, полном
показного великолепия доме, который Марк Шервуд построил, чтобы увековечить
свой успех. После вынужденной отставки отца работа в еще большей степени
стала для нее убежищем от напряженной атмосферы дома. В офисе Джейн
чувствовала себя на высоте, огражденной от сомнений и неуверенности, которые
начинали мучить ее, как только она переступала порог отцовского дома и на
нее обрушивался град упреков.
— Если вы такого невысокого мнения о моих профессиональных качествах,
то я не понимаю, что я здесь делаю.
— Сейчас поймете, — пробормотал он, глядя куда-то мимо нее.
— Что вы... — Она замолчала, потому что он встал. Циничное
выражение у него на лице сменилось приветливой улыбкой, когда он протянул
руку плотному темноволосому мужчине среднего возраста, остановившемуся возле
их столика.
— Здравствуйте, Дэн, очень рад, что вы смогли прийти.
— Разве я мог отказаться от такого соблазнительного предложения? —
со смешком ответил тот, растягивая слова на австралийский манер и энергично
тряся протянутую руку; его карие глаза, похожие на глаза спаниеля,
скользнули вбок и остановились на удивленном лице Джейн.
— Привет, малышка.
Прежде чем она успела отреагировать на это, вмешался Райан.
—
Малышка
вряд ли подходящее к данному случаю слово, как, я уверен,
вы скоро сами убедитесь. Джейн, позвольте представить вам Дэна Миллера. Дэну
принадлежит строительная компания в Квинсленде. Он приехал подписать
несколько контрактов со
Спектрумом
. Дэн, это Джейн.
То, что он опустил ее фамилию, показалось ей неприличным, но Дэн Миллер,
похоже, не заметил ничего странного в такой манере представления.
— Очень приятно, детка.
Джейн стиснула зубы в застывшем подобии улыбки, когда он взял обе ее руки в
свои и крепко сжал их. Только почувствовав жгучую боль в левой руке, Джейн
высвободила руки.
Она едва слышала слова, которыми обменялись мужчины, пока Дэн размещал свою
тушу на стуле слева от нее.
— Я думала, что наша встреча будет наедине, — негромко сказала
она, когда Дэн Миллер повернулся к официанту, чтобы заказать себе выпивку.
— А я разве так говорил? — тоже негромко ответил он с насмешливым
блеском в глазах.
— Нет, но такой вывод напрашивался сам собой, — натянуто
произнесла Джейн.
Он резко наклонил голову, и она невольно подалась вперед, чтобы расслышать
его слова.
— Я стараюсь никогда не выставляться напоказ — это делает человека
предсказуемым. А когда ты предсказуем, то ты уязвим... вы согласны с этим?
Не хочет ли он сказать, что она слишком легко предсказуема? Джейн нахмурилась, закусив нижнюю губу.
— Вы слишком напряжены, — продолжал он тем же вкрадчивым, низким
голосом. — Расслабьтесь и ешьте. Я пригласил вас с Дэном именно сюда
еще и потому, что у здешнего шеф-повара великолепная репутация. Так что
давайте не будем портить себе аппетит деловыми разговорами на пустой
желудок, хорошо?
Его темно-синие глаза убеждали, гипнотизируя.
— Не напрягайтесь и будьте пообщительнее... Дэн — чрезвычайно ценное
знакомство, он пробудет в городе всего один вечер, и я просто прошу вас
помочь мне сделать этот вечер приятным для него. Обещаю, что вы получите
щедрое вознаграждение за свои усилия...
Его плавный переход к другой манере общения был поразителен. Джейн видела
Райана Блэра в разных настроениях, н
...Закладка в соц.сетях
