Жанр: Любовные романы
В ТВОИХ ПЫЛКИХ ОБЪЯТИЯХ
...ым
перегаром ему в лицо.
Ричард отвел от мистрис Уинтерс глаза и сосредоточил все свое внимание на
правой руке монарха, которая вновь
скользнула под стол. Он знал, что король по натуре человек неревнивый, хотя и
собственник - особенно если дело касалось
новой любовницы. Чтобы привлечь внимание его величества, Ричард громко кашлянул.
Потом, сделав вид, будто не имеет представления о том, что король на него
смотрит, Ричард медленно поднес руку
мистрис Уинтерс к губам и поцеловал. Поцелуй длился так долго, что от приторного
запаха ее духов его едва не стошнило.
Все это время глупенькая мистрис Уинтерс хихикала, хлопала глазами и не
делала ни малейшей попытки высвободить
руку.
- Быть может, нам стоит посадить новобрачных вместе? - предложил его
величество.
Ричард одарил монарха самым невинным взглядом, какой только был в силах
изобразить.
- Что желает ваше величество?
- Наше величество желает, чтобы ты пересел к своей молодой жене. Будешь
развлекать ее рассказами о своих странствиях
по Европе.
- Как скажете, ваше величество.
Ричард поднялся из-за стола. Дамы поменялись местами.
Потом, положив руку на колено Элиссы, он с усмешкой спросил:
- Заждалась меня, милая?
- Немедленно уберите руку! - потребовала Элисса. - На нас смотрят!
- Можно подумать, что вы позволяете класть руку вам на колено одному только
монарху.
- Я не хотела, чтобы он это делал, но не знала, как его остановить.
- Надо было сказать: "Ваше величество, перестаньте меня тискать".
Элисса посмотрела на него и хмыкнула:
- Спасибо за совет. Сэр Ричард, перестаньте меня тискать!
- Как-то эти слова не вяжутся с тем, что нам предстоит ночью, - сказал
Ричард, но руку тем не менее убрал. - Поскольку
мы теперь супруги, я имею полное право дотрагиваться до вас, когда захочу.
- Стало быть, отныне вы мой муж и господин? - Она смерила его холодным
взглядом. - Прикажете называть вас "милорд"?
Хотелось бы также знать, каковы будут ваши дальнейшие распоряжения? Теперь вы
стали графом и, возможно, выразите
желание, чтобы я неотлучно находилась при дворе? Чтобы король и его придворные
могли без помех меня тискать? Никак не
могу взять в толк, что все-таки явилось причиной вашего внезапного возвышения -
уж не мои ли женские прелести?
Глаза Ричарда угрожающе блеснули.
- Причиной моего "внезапного возвышения", как вы выражаетесь, явилась моя
безупречная служба королю на протяжении
многих лет.
Элисса налила себе вина и некоторое время сидела молча, потягивая рубиновую
жидкость.
- Где ваш сын? - спросил Ричард.
- У мистера Хардинга.
Ричард внимательно на нее посмотрел:
- Удобно, не правда ли? Адвокат и нянька в одном лице.
Этого вполне достаточно, чтобы у иного мужа возник вопрос: какие еще услуги
оказывает этот человек его жене?
- Вы мне отвратительны! - прошипела Элисса сквозь зубы. - Но вы правы. Этот
человек для меня больше чем адвокат.
Элисса была слишком разозлена, чтобы заметить, как потемнели от гнева глаза
Ричарда.
- Этот человек - мой друг, - продолжала она. - Он добрый и заботливый и
относится ко мне, как должно относиться к
женщине, то есть с уважением, о котором ни вы, ни прочие "украшения двора" не
имеют ни малейшего представления.
- Остается только удивляться, почему вы не вышли замуж за него, - хриплым
голосом произнес Ричард.
- Я вообще не собиралась выходить замуж.
- Какая была бы потеря для сильной половины рода человеческого!
- Но вы-то, вы - почему вы не были женаты? Дамы при дворе просто из платьев
выпрыгивают, чтобы привлечь ваше
внимание. Насколько я понимаю, многие здесь с радостью согласились бы сочетаться
с вами узами брака.
- У меня не было средств содержать жену.
- А я не могла себе позволить содержать мужа.
Ричард усмехнулся:
- Выходит, мне придется самому себя содержать?
- Неплохая мысль.
- Что ж, моя дорогая, я и раньше зарабатывал себе на жизнь, буду делать это
и впредь.
Ричард посмотрел на нее с таким вожделением, что она вспыхнула. Однако
тема, которую они затронули, не давала ей
покоя, и она решила продолжить разговор:
- И как же вы собираетесь зарабатывать деньги? Будете по-прежнему писать
пьесы?
- Ну уж нет! Когда мы переедем в Лестер, писать я брошу, - сообщил он с
деловым видом.
Тон Ричарда несколько удивил и озадачил Элиссу, тем не менее скепсиса у нее
в голосе не убавилось:
- Вот как? Выходит, слава вам больше не нужна?
- Я с удовольствием оставлю занятие, которому предавался по необходимости.
- Интересно знать, что вы будете делать в Лестере? После Лондона вам
наверняка покажется, что там царит невероятная
скука.
Она не сомневалась, что Ричарду в деревенской глуши станет скучно - с ней
или без нее. Это входило в ее планы, и она
намеревалась сделать все, что было в ее силах, чтобы Ричард в Лестере не
задержался. Если он через какое-то время вернется
в Лондон, а она останется дома, в ее жизни мало что изменится. Никаких изменений
- вот девиз, которого она
придерживалась.
- Уверен, после всех треволнений придворной жизни тихое деревенское
существование пойдет мне на пользу, - сказал
Ричард, внимательно ее рассматривая.
От его взгляда ее бросило в жар. Или, быть может, тому виной душный,
спертый воздух в пиршественном зале?
Непонятно.
- Ричард! Мистрис Уинтерс говорит, что твоя последняя пьеса ей понравилась,
хотя и поставила в тупик. Будь любезен,
объясни ей, что там к чему, - попросил Блайта король.
- С удовольствием, сир, - ответил сэр Ричард.
Откинувшись на спинку стула и приготовившись рассказывать, он не удержался
от комментария и, обратившись к Элиссе,
прошептал:
- Эта женщина ни в чем, кроме любовных утех, не разбирается.
- Как и большинство придворных, - пробормотала Элисса себе под нос.
К большому ее удивлению, сэр Ричард не стал оспаривать этот факт. Сухо
улыбнувшись, он наклонился к самому ее уху и
едва слышно сказал:
- На вашем месте, мадам, я не стал бы об этом особенно распространяться.
Если вас услышит король, вы окажетесь в
Тауэре, и мне придется вас оттуда вызволять. Признаться, такое начало семейной
жизни в мои планы не входит.
Глава 5
"Если эти пьяные глупые женщины сию же минуту не уйдут из спальни, -
подумала Элисса, - ей-богу, я закричу".
Под тем предлогом, что она плохо знает дворец и не сможет без посторонней
помощи со всеми удобствами устроиться на
ночь, придворные дамы увязались за ней и всю дорогу от пиршественного зала до
брачных покоев непрерывно трещали.
Болтовня не прекращалась и в брачных покоях. Дамы, доставая из комода
наволочки и простыни, смеялись, жевали
конфеты и обсуждали внешность и прочие достоинства придворных всех возрастов и
рангов. Разумеется, они не обошли
вниманием и достоинства сэра Ричарда.
Еще они говорили о том, кто кому что сказал и кто как и на кого посмотрел.
Сплетничали также о том, у кого из
придворных какие привычки, в том числе и в постели. Говорили и о любовных
связях: выясняли, кто с кем встречается, кто
кого бросил и кому изменил.
Во всей этой суете не принимала участия одна только мистрис Уинтерс. Она
остановилась у огромной кровати с вышитым
золотом пологом и стала разглядывать ее во всех подробностях затуманившимися от
вина и желания глазами.
Элисса не могла отделаться от ощущения, что она оказалась не во дворце, а в
огромном роскошном борделе. Не то чтобы
она бывала в борделях, но шестое чувство подсказывало ей, что атмосфера там
столь же разлагающая, хотя мебель .во
дворце, конечно же, не в пример богаче.
- Благодарю вас за заботу, леди. Однако же я устала, а потому прошу всех
удалиться.
Несмотря на ясно выраженное Элиссой желание, далеко не все дамы хотели или
были в состоянии его исполнить. К
примеру, одна из них была настолько пьяна, что, взявшись за дверной косяк, так и
замерла в дверном проеме. Элисса ее
понимала - если бы эта женщина сделала хоть шаг, то скорее всего упала бы.
Тем временем мистрис Уинтерс оторвалась от созерцания резного изголовья
величественной кровати из красного дерева и
повернулась к Элиссе.
- Давайте я помогу вам расшнуровать платье, - сказала она, делая шаг и
оказываясь у Элиссы за спиной.
- Благодарю, я и сама справлюсь...
Мистрис Уинтерс не обратила на слова Элиссы никакого внимания.
- Как туго зашнуровано! Должно быть, мадам, вам В нем очень жарко.
Мистрис Уинтерс с такой силой дернула за шнур лифа, что Элисса едва не
свалилась с ног.
- Впрочем, - добавила она, - скоро вам станет еще жарче. Вы будете просто
купаться в поту.
Женщины, которые все еще оставались в спальне, залились визгливым хохотом,
но Элисса не улыбнулась и не проронила
ни слова.
- Почему вы надели на свадьбу черное платье? - продолжала наседать на
Элиссу мистрис Уинтерс.
- Я - вдова.
- Уже нет! - с ухмылкой заявила мистрис Уинтерс, вызвав новую вспышку
веселья. - С таким мужем, как сэр Ричард, вы
скоро забудете про первого.
- Увы, я никогда не смогу забыть мистера Лонгберна, - пробормотала Элисса,
сказав на этот раз чистую правду.
Молодая женщина, которая стояла в дверях, начала тихонько соскальзывать по
дверному косяку вниз. Однако то, что
сказала мистрис Уинтерс в следующую минуту, заставило ее с быстротой молнии
распрямиться и снова принять
вертикальное положение.
- Я слышала, Минетта Соммеролл отказалась сегодня вечером выйти на сцену, а
ведь давали пьесу сэра Ричарда.
Минетта сказалась больной. Но мы-то знаем, какая у нее болезнь, верно? -
Она игриво ткнула Элиссу в бок. - Ничего,
найдет себе другого мужчину - и сразу же поправится. Уж она-то не наложит на
себя руки, как другая любовница сэра
Ричарда.
Элисса замерла.
- Что с вами, мадам? Неужели я что-то не так сказала? - с невинным видом
спросила мистрис Уинтерс.
Остальные обменялись красноречивыми взглядами.
Некая особа с пышными формами, чьи груди выступали из корсажа платья куда
больше, чем это позволял хороший вкус,
подошла на нетвердых ногах к Элиссе и с силой дернула черный креповый шарф,
обвитый вокруг ее шеи.
- Вы его порвете, - сказала Элисса, протягивая руку, чтобы снять шарф
Потом, строго посмотрев на присутствующих дам,
как она имела обыкновение смотреть на нерадивых слуг у себя в поместье, не
терпящим возражения тоном добавила. -
Оставьте меня, леди, еще раз вас прошу! Мне не нужна больше ваша помощь. Я сама
разденусь.
Мистрис Уинтерс усмехнулась и замотала головой с такой силой, что слой
белил у нее на лице треснул, как фарфор,
который передержали в печи при обжиге.
- Нет, миледи, мы не уйдем, - сказала она хриплым от возбуждения голосом. -
Дождемся, когда придет жених. Не
подобает оставлять вас в одиночестве.
- Не подобает, не подобает! - загалдели вразнобой женщины.
Элисса вздохнула. "Что ж, если они не хотят уходить, - подумала она, -
придется мне вести себя так, будто в спальне
никого нет". И она принялась снимать платье.
- Позвольте мне взять у вас это, - сказала мистрис Уинтерс, дотрагиваясь до
ее юбки.
- Я сама все уберу, - бросила Элисса.
Она выступила из платья, сложив, положила его на стул, оставшись в рубашке
и нижней юбке, присела на край постели и
сняла туфли. Несмотря на то что в комнате было жарко, натертый паркет холодил
сквозь чулки ноги, и она, снимая нижнюю
юбку, зябко поежилась.
- А рубашечка-то у вас из простого льна, - уронила мистрис Уинтерс,
брезгливо рассматривая ее белье.
Элиссу, признаться, мало теперь волновало, какая у нее рубашка - льняная,
шелковая или атласная. У нее была в свое
время дорогая рубашка из шелка, но она сожгла ее через неделю после свадьбы.
Оставшись в рубашке, Элисса стала вынимать из прически гребни и заколки.
Вскоре пышные волосы рассыпались по ее
плечам и спине.
Элисса услышала, как кое-кто из женщин с шумом втянул в себя воздух, и на
мгновение позволила себе возгордиться - она
знала, что волосы у нее хороши и достойны восхищения.
Та, что стояла в дверном проеме, неожиданно отпрыгнула от двери, едва не
сбив при этом с ног мистрис Уинтерс.
- Кто-то идет! Я слышу в коридоре шаги!
В следующее мгновение дверь распахнулась и в комнату ввалился обнаженный по
пояс сэр Ричард. Сапог на нем тоже не
было. Проехав босыми ногами по натертому воском паркету несколько футов, он
остановился в самом центре спальни.
Вслед за Блайтом в брачные покои стали один за другим входить основательно
подогретые вином придворные.
Возглавлял процессию король Карл. Последними в комнату вошли слуги с подносами,
на которых стояли графины с вином и
блюда с яствами.
Элисса одарила их беглым взглядом и сосредоточила внимание на человеке,
который помимо ее воли сделался ее мужем.
Его мускулистый торс в пламени свечей отливал золотом, черные волосы были
взлохмачены, как у дикаря из Нового Света, а
лицо раскраснелось. Но не от стыда или смущения, решила Элисса, а от того, что
он много выпил.
Элисса тоже покраснела, но она знала, по какой причине кровь бросилась ей в
лицо. Уж если сэр Ричард не испытывает
смущения, представая полуголым перед дамами, то ей ничего не остается, как
краснеть за него.
Потом она вспомнила, что на ней ничего, кроме рубашки и чулок, нет.
- Это что-то непонятное! - вскричал король Карл. - Невеста до сих пор не в
постели.
Услышав визгливый голос короля, Элисса бросилась в постель и натянула
покрывало чуть ли не до подбородка. Ричард
подошел к кровати и, встав у Элиссы в ногах, стал разглядывать ее формы,
отчетливо обрисовывавшиеся под тонким
покрывалом.
- Давай, парень, укладывайся! - продолжал надрывать горло король Карл под
общий смех находившихся в спальне
придворных. - Исполняй свой долг!
Ричард глянул через плечо на компанию основательно подвыпивших мужчин и
женщин, улыбнулся и, подмигнув дамам,
сказал:
- Поскольку я верный подданный его величества, мне ничего не остается, как
исполнить его приказание.
- Ты не только должен нам повиноваться - неплохо бы и поблагодарить нас за
то, что мы для тебя сделали! - заявил Карл.
- Точно так, ваше величество. Я несказанно благодарен вам за ваши милости.
Впрочем, сейчас вы сами увидите, до какой
степени я вам благодарен.
С этими словами сэр Ричард крадущейся походкой стал приближаться к
изголовью постели. Элисса наблюдала за его
маневрами округлившимися. - от ужаса глазами.
- Поторопись, парень, - не стоять же нам здесь до утра! - воскликнул кто-то
из особенно нетерпеливых придворных.
- До утра? - как эхо отозвалась Элисса, которая от страха не могла
пошевелить ни рукой, ни ногой.
Ричард, казалось, не обратил внимания на ее сдавленный возглас. Бросив
взгляд через плечо, он спросил:
- К чему проявлять такое повышенное внимание к моей скромной особе,
милорды? Неужели герцог Бэкингем распустил
слухи о моей мужской несостоятельности?
- Почему это тебя так интересует? - откликнулся все тот же нетерпеливый
придворный. - Занимайся лучше своим делом.
- Ваше величество, и вы, леди и джентльмены! - обратился к собравшимся сэр
Ричард, присаживаясь на край постели. -
Сразу хочу поставить вас в известность, что я, конечно же, выполню приказ
короля, но исполнять свой долг буду медленно -
повинуясь собственному внутреннему ритму.
Хотя на лице сэра Ричарда не отразилось ни малейшего смущения, голос его
дрогнул.
- Давай, Блайт, докажи нам, что у тебя все в порядке по этой части. Сам
знаешь, какой у Бэкингема язычок. - стал
подначивать Ричарда король.
Карл подал знак слуге, который начал задергивать расшитый золотом полог
кровати.
- Мы завидуем тебе, Блайт. Разумеется, всю ночь мы здесь стоять не будем,
но чулочка все-таки дождемся!
- Что это значит? - прошептала Элисса, когда ее муж вытянулся рядом с ней
на постели. - Почему король упомянул про
мой чулок?
Когда слуга задернул полог и они с Ричардом оказались наедине, Элисса
судорожно сглотнула. Ей не давали покоя
взрывы смеха и болтовня в комнате. Казалось, в спальне поселились злые демоны,
которые поставили перед собой цель
свести ее с ума.
- Таков обычай, - объяснил Ричард, поворачиваясь к ней. Его лицо в
наступившей вдруг темноте едва можно было
различить.
- Какой обычай? Почему они стоят в комнате и не уходят? Неужели они будут
находиться здесь все время, пока... - У
Элиссы не нашлось слов, чтобы закончить фразу.
- Да, будут. Никто не уйдет из брачных покоев до тех пор, пока я не выброшу
за полог ваш чулок, чтобы показать, что
брак закреплен физической близостью.
- Но они не могут, не должны оставаться в спальне!
- И могут, и останутся. Карл как-никак король, и что ему до нашего
унижения, если для него это просто развлечение?
- Но это... Это просто средневековье какое-то! - запротестовала Элисса.
- Хотя я с вами вполне согласен, мадам, выгнать Карла из спальни я не могу.
Этот брак устроил он, и если ему пришло в
голову понаблюдать за тем, как он совершается, с этим уже ничего не поделаешь.
По этой причине я намереваюсь извлечь из
сложившейся ситуации максимум удовольствия.
Ричард придвинулся к ней и зашептал ей на ухо:
- Стоит им еще немного выпить, и они станут вести себя потише.
"Неужели он будет добиваться со мной близости, зная, что в комнате полно
людей? - подумала Элисса. - Конечно, полог
дает кое-какую защиту от нескромных взглядов, но ведь этого недостаточно!"
Она на мгновение представила себе, что сейчас произойдет. Ричард войдет в
ее тело молча. И ласкать он ее тоже не будет,
а если и будет, то грубо и так, самую малость... Потом он станет с шумом
втягивать в себя воздух и с шумом же его
выдыхать. Это будет продолжаться минуты две-три. Потом он начнет стонать от
наслаждения.., а когда все кончится, слезет с
нее, отвернется к стене - и захрапит.
Стараясь выиграть немного времени и отдалить предстоящую пытку, она
сказала:
- Стало быть, вы вроде дрессированной собаки - способны по команде хозяина
делать все, что ему угодно?
Ричард отодвинулся.
- Я, должно быть, кажусь вам омерзительным?
- Нет! Да! Ладно, скажу все как есть - я не хочу с вами спать, вот что.
- Мы только пешки в игре, которую затеял король, поэтому нам ничего не
остается, как исполнять его повеления, -
пробормотал сэр Ричард и заворочался в темноте.
- Что это вы там делаете?
- Как что? Снимаю панталоны.
- Зачем?
- А затем, чтобы заняться с вами любовью. Вы были Замужем, и у вас есть
сын, так что разыгрывав передо мной
оскорбленную невинность бессмысленно.
- Вы видели вокруг себя столько актрис, что разучились различать, кто
играет, а кто ведет себя естественно и говорит
правду. Могу вас заверить, сэр Ричард, что я никого из себя не разыгрываю.
- Значит, вы готовы пойти на прямое неподчинение королю и согласны принять
все последствия его гнева?
- Выбор невелик, не так ли?
Ричард ничего не ответил. Он был занят тем, что сворачивал свои штаны в
узел, потом, отодвинув полог, швырнул их в
противоположный конец комнаты.
Сразу же вслед за тем послышался громкий смех Карла.
- Отличный бросок, Блайт! - крикнул он. - Ты угодил Вильерсу точно в
голову.
- Тысяча извинений, Бэкингем. Жена случайно толкнула меня под руку. До того
разыгралась, что прямо не знаю, как ее
остановить.
Услышав смешки придворных, Элисса залилась краской.
- Мы рады, что ты успешно продвигаешься к намеченной цели, - заметил
король, а потом, обратившись к придворным,
спросил:
- Кто-нибудь захватил карты? Пока сэр Ричард будет исполнять свой
супружеский долг, мы успеем сыграть партию в
криббедж.
Ричард задернул полог, откинулся на подушки и, заложив руки за голову,
предался размышлениям. Ситуация, в которой
он оказался, была исполнена печальной иронии.
Он сгорал от страсти к мистрис Лонгберн, она же на дух его не переносила.
Если бы Минетта об этом узнала, то наверняка
сказала бы, что судьба избрала эту женщину своим орудием, чтобы рассчитаться с
ним за его беспутную жизнь.
Когда он вошел в брачные покои и увидел Элиссу в одной рубашке и с
распущенными по плечам волосами, то подумал,
что более красивой женщины ему не доводилось встречать за всю свою жизнь.
Хотя она побывала уже замужем и имела шестилетнего сына, в ней
чувствовалась незащищенность и чистота юной
девушки. С другой стороны, временами она вела себя так" что Ричарду начинало
казаться, будто ее незащищенность всего
лишь плод его фантазии.
"Что ж, - подумал Ричард, призывая на помощь чувство юмора, которое всегда
выручало его в затруднительных
ситуациях, - женитьба на мистрис Лонгберн - не худшее из того, что король мог от
меня потребовать. Ведь я в свое время
поклялся служить ему на поле брани, и его величество мог послать меня на войну.
Так что не будем печалиться - жизнь
продолжается".
Просто ему придется начинать все с самого начала.
Он протянул руку и коснулся плеча Элиссы. И сразу ощутил сковавшее ее
напряжение, которое была не в силах ослабить
никакая ласка.
- Почему вы так напряжены, мадам? Согласитесь, это я должен ощущать
известное неудобство, но никак не вы.
- Ответьте мне, сэр Ричард, - сказала новобрачная, не желая замечать его
неуклюжую попытку пошутить, - вам всегда
требуется аудитория? Чем бы вы ни занимались?
- Готов с вами согласиться, что компания при сложившихся обстоятельствах
нам ни к чему. С другой стороны, эти дамы и
господа нас не видят, и если мы будем вести себя тихо, то ничего и не услышат, а
это, в свою очередь...
- Я буду вести себя тихо. Делайте поскорее то, что считаете нужным, - и
покончим с этим!
- Должен вам заметить, что ваши слова не слишком меня вдохновляют.
- С каких это пор мужья стали нуждаться в том, чтобы жены их вдохновляли?
Мужчинам вроде вас поощрение не
требуется.
- Мужчинам вроде меня?
- Именно. Таким, у кого накопился бесценный опыт побед по женской части.
- Когда противник сам сдает свои позиции, это нельзя назвать полноценной
победой.
- - Скажите, сэр Ричард, вы всегда так много говорите? - с раздражением
осведомилась Элисса. - Или все эти ваши слова
есть не что иное, как своеобразный пролог, за которым должно начаться основное
действие пьесы? Если так, то не тратьте
зря время, переходите от слов к действию - тем более что я, как вы совершенно
справедливо изволили заметить, давно уже не
невинная девушка.
- Девочка моя, - прошептал Ричард, придвигаясь к ней поближе, - пролог или
преамбула в пьесе вовсе не литературное
излишество, а весьма важная ее часть.
Позвольте продемонстрировать вам, насколько важным - и даже приятным -
может быть этот самый пролог.
Ричард откинул покрывало, и Элисса поняла, что еще немного - и его
обнаженное тело соприкоснется с ее телом.
В следующий момент так и случилось.
- Все будет хорошо, женушка, не волнуйся, - прошептал он.
Взяв ее руку, он не поцеловал ее, а прижал к своей теплой обнаженной груди.
Она почувствовала, как бьется у него
сердце, и ощутила крепость его мышц.
- Не надо меня бояться.
- Я тебя не боюсь.
- Рад это слышать.
Он прижал ее руку к своему подбородку, чтобы она смогла прикоснуться к его
чувственным губам. Щетина у него на лице
приятно покалывала ее ладошку.
Все получилось просто, как бы само собой, эти прикосновения возбудили
Элиссу.
Даже больше, чем она хотела.
Когда-то, давным-давно, она была влюблена, но теперь позволить себе такую
глупость она не может. Вожделение также
не должно взять над ней верх. Она будет противиться этому изо всех сил!
- Не надо, не убирай руку, - негромко сказал Ричард, стискивая ее запястье,
чтобы не позволить ей отнять пальцы от его
губ. - От нее пахнет лавандой.
- Мы у себя в деревне обычно перекладываем лавандой одежду - чтобы моль не
завелась, - спокойно объяснила она.
- Точно! - Теперь Ричард прижался к ней всем телом. - Недаром от твоей
рубашки исходит более сильный аромат.
Она отстранилась от него, чтобы всмотреться в его лицо - насколько это было
возможно в темноте.
- Что ты делаешь?
- Как что? Сочиняю пролог.
Ричард провел пальцами вдоль ворота ее ночной рубашки, легонько прикасаясь
к коже. Там, где он до нее дотрагивался,
ее тело начинало жечь как огнем.
- Удивительное дело, - прошептал он с таким видом, будто это его и впрямь
интересовало. - Рубашка-то льняная. И кружев
на ней нет - даже у ворота или вот внизу, на подоле...
Ричард положил руку ей на колено, повел ладонью вверх по ноге к бедру, и у
нее перехватило дыхание.
- У меня нет тяги ко всякой мишуре и украшательству, - едва слышно
пролепетала Элисса.
- Утилитарная какая-то философия, - заметил Ричард, но руку с ноги убрал, и
она с облегчением вздохнула.
Потом его губы оказались в каком-нибудь дюйме от ее лица. Она почувствовала
его горячее дыхание у себя на щеке и
вздрогнула.
- Должен сказать, что твоя рубашка мне мешает. С другой стороны, вполне
может статься, что заниматься этим делом в
рубашке тебе нравится больше - в таком случае, конечно, ее лучше оставить.
Прежде чем до нее дошло, что Ричард хочет увидеть ее нагой, он заключил ее
в объятия, с силой прижал к себе и
поцеловал - то есть сделал то, чего Уильям Лонгберн никогда в постели не делал.
Он целовал ее крепко и нежно - точно так, как, по ее мнению, мужчина должен
целовать женщину, которую страстно
любит. В его поцелуе не ощущалось желания утвердить свое главенство - скорее, в
нем заключалась покорная просьба
попытаться разделить с ним радость от взаимного прикосновения губ.
"Что же, интересно знать, он от меня хочет? - Задалась вопросом Элисса. -
Равенства в постели? Свободы и раскованности
в любви? Неизвестно еще, какой эта свобода окажется на поверку и во что все это
выльется".
Элиссе необходимо было основательно это обдумать, а потому она прервала
поцелуй и отвернулась. Если бы она этого не
сделала, то сил, чтобы противостоять его ласкам, у нее бы не хватило и ей
пришлось бы сдаться на милость этого человека и
похоронить мечты о будущей не замутненной никакими страстями жизни в Лестере.
- В чем дело? - спросил Ричард.
Она решила, что объясниться хоть как-то необходимо, и прошептала:
- Когда мой муж любил меня, то никогда не целовал.
- Значит, он тебя любил, а ты его - нет?
Элисса беспомощно пожала плечами.
- Я хотела сказать, когда он занимался со мной любовью...
- А ты-то с ним любовью занималась?
- Как же иначе - ведь у м
...Закладка в соц.сетях
