Жанр: Любовные романы
Нежность
...ко шума, что заглушил ответные слова
Монтейро.
— Прошу внимания, — сказал Михель. — Коктейль готов!
Его супруга захлопала в ладоши.
— Ура! — воскликнула она. — Постой, постой... Вероника, что
ты сказала?
— Подставляйте бокалы! — воскликнул Михель.
— Я снова беременна, — повторила Вероника.
Леона встретила ее слова с энтузиазмом.
— За это следует выпить! — объявила она.
Вероника вздохнула.
— К сожалению, беременность относится к тем событиям, которые сама
виновница торжества не может отметить таким образом...
— И тем не менее, — подозвала участников пикника Леона. —
Роман, Мерседес, идите сюда!
— Охотно! — подойдя и наполняя бокал коктейлем, отозвалась
Мерседес. — Что у вас слышно?
— У нас сейчас будет тост... — торжественно провозгласила Леона.
— Тост? — спросила Мерседес. — Какой?
Фернандо поднял бокал, глядя Веронике в глаза.
— За семейную жизнь! — торжественно сказал он. — За дружбу.
За детей...
— Эй, приятель, так не полагается, — с шутливым укором проговорил
Роман. — Ты сказал сразу три тоста, так не годится. Оставь на потом...
— Не мелочись! — ответил Фернандо. — Потом мы выпьем за наших
прекрасных женщин!
В следующее воскресенье решили сходить в ресторан. Заняли столик на
шестерых.
После того, как официант принес заказ, Мерседес сказала:
— Друзья, я предлагаю провести что-то вроде психологической игры. Это
напоминает тесты... анкеты...
— Ты что, решила открыть новую фирму и проверяешь, подойдем ли мы в
качестве компаньонов? — пошутил ее муж.
— Нет, — Мерседес погладила его по руке. — Просто я подумала,
что мы мало знаем друг друга.
— И много там вопросов? — поинтересовался Фернандо и зевнул,
прикрыв рот ладонью.
Ему вовсе не хотелось проводить этот вечер в компании Гонсалесов и четы
Альтамирано, но на походе в ресторан настояла Вероника, которая не хотела
оставаться наедине с мужем.
— Вот увидите, как это интересно, — продолжала уговаривать
Мерседес, не ответив на вопрос Фернандо. — В результате получится
характеристика, которую сам себе даст каждый из нас.
— И с кого начнем? — поинтересовался Михель.
— Все могут отвечать одновременно, — объяснила Мерседес. —
Достаточно на листке бумаги написать пять-шесть слов, определяющих ваши
основные качества. Именно они будут характеризовать каждого из нас. Потом
прочитаем друг другу.
— Хорошо, — Фернандо встал. — Интересная идея! Сейчас дам вам
бумагу...
Он начал рыться в карманах. Через несколько минут каждый получил по листку и
по ручке.
— Слава богу, в силу моей профессии в этом пиджаке нашлось достаточно
письменных принадлежностей, — сказал он. — Не то, что носков у
меня дома... — последовал косой взгляд на жену.
Вероника ничего не ответила.
Посмотрим, что ты напишешь! — подумала
она. — И тогда, быть может, я дополню тебя парой эпитетов...
— Готовы? — спросила Мерседес. — Тогда начали!
Все взялись за ручки и принялись писать: кто с улыбкой, кто нахмурившись.
— С кого начнем? — осведомилась Мерседес спустя пять минут.
— Я согласен быть первым! — предложил Роман.
Жена вопросительно посмотрела на него.
— Почему ты? — спросила она.
— Потому что, как я понял, в роли основного экзаменатора выступаешь ты,
любовь моя. И кому, как не мне, быть первым? Я ведь не боюсь тебя!
Мерседес засмеялась и махнула рукой.
— Идет, начинай!
Роман вытянул руку с бумагой и стал читать:
— Мексиканец... — он сделал паузу и посмотрел на слушателей.
— Почему ты написал первым это слово? — удивилась Мерседес.
Роман пожал плечами.
— Ну, потому, что я живу здесь. Потому, что это отличная страна. Я
горжусь тем, кто я есть.
— Как патриотично! — похвалила Леона. — Я и не знала, Роман,
что ты так красиво умеешь говорить...
— Да, надо уговорить моего ненаглядного, чтобы он дал согласие
избираться на должность мэра Мехико, — пошутила Мерседес под общий
смех. — Хорошо, читай дальше, Роман....
— Продолжаю! — кивнул Роман. — Итак, слушайте: мексиканец,
женат, адвокат, отец, голодный...
Мерседес подвинула к мужу тарелку с салатом.
— Спасибо, — кивнул с улыбкой Альтамирано. — Сейчас зачеркну последнее определение...
Он с улыбкой принялся исправлять написанное.
— Так лучше? — спросил Роман, показывая жене новый вариант.
— Гораздо! — одобрила та.
— А теперь я, — нарушила наступившую тишину Вероника. —
Безработная, мать, хороший характер...
— А как насчет того, что ты замужем? — Фернандо прищурился.
— Это входит в понятие
мать
, — нашлась Вероника.
— Хорошо, — сказала Мерседес. — А теперь посмотрим, что
написал Михель. Или ты, Леона, предпочитаешь прочитать первой?
— Нет, спасибо, — ответила сеньора Гонсалес. — Уступаю
очередь мужу.
Михель принял серьезный вид, откашлялся и начал:
— Капиталист, лицо вытянутое, высокий, вес — сто шестьдесят фунтов...
— Милый, — поморщилась Леона. — Ты должен был написать о
себе...
— О себе? — удивленно Михель поднял брови. — А о ком же я
написал?
Он осмотрел присутствующих.
— Ну ладно, — сказал Гонсалес. — Замечу честно. Я бабник...
— Это, пожалуй, слишком честно! — воскликнула Леона.
— Слишком честно — не бывает! — возразил ей муж.
— Ну, хорошо, — Леона подняла руку. — Интересно послушать
тебя, Мерседес.
Сеньора Альтамирано посмотрела на колени, где лежал листок с написанными ею
словами.
— Блондинка, журналист, живу в настоящее время с сеньором Романом
Альтамирано...
— Ничего себе! — прервал супругу муж. — Разве ты не моя жена?
— Я эту мысль выразила другими словами! — с улыбкой парировала
Мерседес. — По-моему, вышло неплохо... — она снова посмотрела на
листок.
— Она же не написала, что собирается покинуть тебя, — вставил
Фернандо.
— Не понимаю! — повысил голос Роман. — Какие могут быть
другие слова? Для тебя, Мерседес, существует емкое определение — жена!
Вероника поморщилась.
— Пожалуйста, тише, Роман, — попросила она. — На нас
оглядываются...
И правда, многие посетители ресторана заинтересовались происходящим за их
столиком.
Альтамирано послушно понизил голос:
— Меня огорчило твое определение семейного положения, Мерседес, —
проговорил он.
— Как и меня — тот факт, что ты бабник, — парировала жена.
— Умоляю, не выясняйте свои отношения в таком многолюдном месте, —
попросила Вероника. — Неужели мы для этого собрались сегодня?
Мерседес кашлянула.
— У нас остались Леона и Фернандо. Кто из вас следующий?
— Я, — отозвалась Леона. — Я красивая, мать, домработница,
счастлива...
— Какая же ты домработница? — удивился Михель. — Ты
домохозяйка...
— Это одно и то же! — ответила сеньора Гонсалес.
В очередной раз скользнув взглядом по посетителям ресторана, Вероника
обратила внимание на высокую красивую девушку с огненно-рыжими волосами,
появившуюся в зале в сопровождении светловолосого мужчины.
Я ее где-то
видела
, — подумала Вероника.
Леона проследила за ее взглядом.
— Это Роса Флорес, — шепотом сказала она. — Она работает
вместе с твоим мужем, Вероника.
— О ком речь? — заинтересовался Фернандо. — Кто это работает
вместе со мной?
Он вытянул шею, стремясь разглядеть особу, о которой зашла речь.
— Действительно, это Роса, — кивнул Фернандо. — Но ее
спутника я не знаю...
— Ничего странного, Фернандо, — сказала Леона. — Ведь Роса
меняет мужчин, как перчатки.
Тем временем Роса Флорес заметила компанию и со своим спутником подошла к
столу.
— Привет! — поздоровалась Роса высоким голосом и томно улыбнулась.
Фернандо показалось, что приветствие адресовано в первую очередь ему, и
хотел подняться.
— Не надо, не вставай! — не переставая улыбаться, остановила его
Роса.
— Позволь тебе представить сеньора Антонио Велардеса.
— Очень приятно, — ответил Фернандо.
Вероника пристально разглядывала высокую, стройную девушку, которая
демонстративно поздоровалась только со своим коллегой, хотя за столом сидели
еще пять человек.
— Фернандо, может быть, ты объяснишь своей приятельнице, что следует
здороваться не только с тобой?
— Конечно, Роса, — сказал он. — Как видишь, я не один. Это
моя супруга, сеньора Вероника Монтейро, это — сеньор и сеньора
Альтамирано...
— А Михеля и Леону Гонсалесов я знаю и сама, — с очаровательной
улыбкой остановила его Роса. — Спасибо, Фернандо, ты очень любезен.
Чего не скажешь о твоей супруге. Правда, как я замечаю, она у тебя в
положении.... Что же, тогда ей многое прощается... Ну, извините, мы вас
покидаем...
Последовал взмах рукой, и Роса вместе со своим кавалером отошла от столика.
— Не очень-то она воспитанна, — заметила Вероника с горечью и
обидой. — И мне не нравится, Фернандо, что ты с ней так разговаривал.
— А по-моему, я нормально с ней разговаривал, — ответил
Монтейро. — Ведь я начал с того, что представил ей всех вас...
— Какая честь для нас! — язвительно произнесла Вероника.
— Дорогая, успокойся, — сказал Фернандо. — Роса Флора пишет
довольно беззубые репортажи. Если ее и терпят в редакции, то лишь потому,
что эта девушка обладает фантастической способностью заводить шашни с
денежными мешками.
— С теми, кто финансирует или может профинансировать газету, —
пояснила Леона. — Вероника, ты напрасно волнуешься. Я тоже не в
восторге от этой Флорес, но твой муж все сказал правильно.
Но Вероника заметила, с каким выражением Фернандо смотрел на эту нахальную
красавицу!
Ох, если бы я не была беременна!
— вздохнула про себя Вероника.
Мерседес посмотрела вслед удаляющейся паре.
— У этой Росы Флорес высокий любовник, — отметила она.
— Естественно, — кивнул сеньор Альтамирано. — Ведь она и сама
высокая, как пожарная каланча...
— Интересно, — задумчиво произнесла Вероника. — Мехико,
казалось бы, такой большой город. Между тем, здесь известно все и про всех.
— Это и хорошо, — хмыкнул супруг. — Живем, как в одной
большой семье.
— Если хочешь, Вероника, — сказала Леона. — Твой муж
поговорит с редактором газеты, и Росу Флорес пошлют корреспонденткой в какую-
нибудь далекую страну...
— На Мадагаскар! — предложил Роман.
Вероника серьезно посмотрела на Леону, перевела взгляд на мужа.
— Знаете, я ничего не имела бы против, — ответила она.
— К сожалению, это невозможно, — со вздохом сказал
Фернандо. — Просто невозможно...
— Почему? — в один голос воскликнули Леона и Вероника.
— Как почему? — удивленно переспросил Монтейро. — Неужели
сами не понимаете? Без нее наша газета если и не обанкротится, то уже, во
всяком случае, не будет давать такого дохода владельцу. Как следствие, у
меня понизится зарплата...
Вероника напомнила мужу:
— Фернандо, пришел твой черед, ты остался один, прочитай, что ты о себе
написал...
Монтейро глубоко вздохнул, нащупал рукой листок бумаги и положил рядом со
своей тарелкой.
— Откровенно говоря, я уже и забыл, чем мы тут занимались... — Вот
как много значит в его жизни Роса Флорес! — неловко пошутила Мерседес,
обожающая всякие сплетни и пикантные истории.
Монтейро выслушал ее с каменным лицом и ничего не ответил.
— Итак, слушайте, — хрипло начал он и, откашлявшись, продолжил: —
Журналист-фельетонист, влюблен, — при этом Фернандо быстро посмотрел на
жену. — Женат, отец, всегда без носков...
— Что? — воскликнула Вероника. — Неужели ты не можешь
оставить эту тему о носках в покое? Всем это уже надоело!
Фернандо пожал плечами, в то время как остальные принялись переглядываться и
хихикать.
— Но это правда, Вероника, дорогая, — сказал он. — Как правда
и то, что я женат, что я люблю тебя...
Молодая женщина не нашлась, что ответить, хотя ей в глубине души все-таки
были неприятны бесконечные насмешки мужа.
Вероника припарковала машину и поздоровалась с дежурным по стоянке.
— Привет! — улыбнувшись, отозвался тот.
Молодой человек восхищался красотой Вероники и считал ее мужа счастливчиком,
обладающим настоящим сокровищем.
Вероника чувствовала, что молодой человек испытывает к ней симпатию.
Вероника с улыбкой протянула ему ключи от машины, молодой человек дал ей
взамен номерок. Вероника вышла из автомобиля.
В это время рядом с ней затормозила другая машина, за рулем которой была
Леона Гонсалес.
— Роса Флорес побрила ноги, — сообщила Леона.
Вероника вздрогнула от неожиданности и с недоумением уставилась на нее.
— Не понимаю, почему ты об этом мне сообщаешь? — раздраженно
заметила она.
Леона Гонсалес усмехнулась.
— Я все гадаю, с кем роман у Росы на этот раз. Что-то я не заметила,
чтобы эта шлюха стелилась перед тем своим спутником, которого мы видели
вместе с ней в ресторане, — попыталась пояснить Леона.
— Извини, дорогая, — сказала Вероника. — Мне это совершенно
неинтересно...
— Жаль! — воскликнула Леона и добавила: — А вот меня занимает.
Судя по той перемене, что произошла с ее ногами, у Росы роман с очень
высокопоставленным человеком... Не высоким, а высокопоставленным! Вероника
подумала:
Меня волнует только, чтобы у моего Фернандо не было ни с кем
романа!
— Тебя подвезти? — спросила Леона.
— Нет, спасибо, — покрутила головой Вероника. — Я ведь только
что поставила машину. Пройдусь пешком, это полезно в моем положении...
Вероника направилась в парикмахерскую.
Сидя в кресле, она слушала болтовню двух парикмахерш. Одна из них
обслуживала ее, а другая пока была свободна в ожидании клиента.
— Знаешь, я убедилась, что мой Диего — подлец! — со вздохом
сообщила парикмахерша, подстригающая Веронику.
— Почему? — спросила подруга.
— Очень просто, он любит другую.
— Он сам об этом сказал?
— Да! Вчера он пришел ко мне и сказал, что любит другую, но хочет
сохранить со мной хорошие отношения.
Ее подруга стояла перед Вероникой, у зеркала, и сочувственно кивала.
— А я ему сказала, что не хочу никакой дружбы, — продолжала
рассказчица. —
Иди к той, кого ты любишь! — сказала я. —
Потому что ты — дерьмо!
Вероника прислушивалась к разговору, но не забывала следить за работой
парикмахерши.
— По-моему, вы очень много оставляете спереди, — сказала Вероника.
Молодая женщина внимательно посмотрела в зеркало на отражение клиентки и
наклонилась к ее уху:
— Если вам не понравится, я потом уберу! Сначала попробуем с одной
стороны... — сказала девушка и продолжила рассказ: — Ты знаешь, что он
мне после этого сказал?
— Что? — округлив глаза, спросила подруга.
— Он мне сказал: неужели ты меня больше не будешь стричь?
Подруга фыркнула. Слова неверного Диего были такими неожиданными, что
улыбнулась и Вероника.
— Извините, пожалуйста, сеньора Монтейро, — наклонилась
парикмахерша к Веронике. — Но я попрошу вас сидеть спокойно, иначе я
все испорчу...
— Хорошо, хорошо, — ответила Вероника. — Он, видите ли, будет
бегать к этой своей вертихвостке на свидания, — продолжала
девушка, — а я буду заботиться о том, чтобы он ей нравился...
— И что ты ответила? — спросила подруга.
Вероника увидела в зеркале, как парикмахерша пожала плечами.
— А что я могла ответить? Я просто послала его подальше, сказала, что
не дотронусь до его грязной головы и пальцем!
— Ну и зря! Надо было согласиться и испоганить его прическу настолько,
чтобы он не мог и носа на улицу высунуть!
— Как это я не додумалась? — горестно вздохнула парикмахерша.
— Еще не поздно передумать! — сказала подруга. — Или насовсем
ты его выгнала?
— Вроде как! — сказала парикмахерша, прекратив на минуту работу и
замерев с ножницами в руке. — Нет, ты только подумай! Я давно заметила
перемены в его поведении. То он мне говорит, что у него много работы. Ладно,
в будние дни это понятно. А в выходные он внезапно решил бегать по
магазинам! Я сперва обрадовалась, но потом стала думать, что дело нечисто. У
него на это уходило гораздо больше времени, чем у любого нормального
человека!
Подруга кивала. На ее лице было написано сочувствие и осуждение действий негодяя-
мужчины.
— Потом стало еще хуже, — сказала девушка, которая обслуживала
Веронику. — Он исчезал на целый день. В десять вечера он мне звонил и
говорил, что хочет мне пожелать спокойной ночи! Я спрашиваю:
Ты не
собираешься прийти домой?
—
Нет, у меня много работы! Я отключу телефон,
чтобы он мне не мешал, так что не удивляйся, если никто не будет снимать
трубку...
И так изо дня в день, представляешь?
— А ты знала, что у него роман с другой?
— Я была единственной идиоткой у нас в стране, которая не знала, что у
него роман! — повысила голос парикмахерша. — Остальные знали. Его
друзья знали и втихомолку посмеивались надо мной, его мама знала, его
сослуживцы знали... А фразу насчет клопов я сказала потому, что он
встречался со своей любовницей в различных гостиницах, мотелях и так далее.
Там только и место для таких, как он и эта его подруга. И еще для клопов!
Вероника переменилась в лице. Ей вдруг пришло в голову то, о чем она раньше
не могла подумать: ее муж, ее Фернандо, именно так или примерно так говорил
ей в последнее время! Он утверждал, что у него много работы... И хотя он
каждую ночь возвращался домой, сил и желания на близость с Вероникой у него
уже не было.
Эти неприятные мысли заставили Веронику внезапно подняться с кресла.
— Что такое? — забеспокоилась парикмахерша. — Я слишком много
сняла спереди?
— Нет, все нормально! — торопливо проговорила Вероника. —
Просто мне... Я должна покинуть вас... — девушка изобразила на лице
тревогу и непонимание, и Вероника пояснила: — Я вспомнила одну вещь, и мне
необходимо поехать домой...
Женщина сорвала с себя белое покрывало, накинула его на спинку кресла, в
котором только что сидела, и выбежала на улицу.
Волосы Вероники были в беспорядке, но она не беспокоилась об этом. Гораздо
более важная мысль занимала ее.
Я должна прямо сейчас разобраться с
Фернандо! — думала женщина. — Сейчас или никогда! Не хватало,
чтобы со мной произошло такое, как рассказывала эта девушка! Чтобы все
вокруг знали о его неверности, кроме меня самой!
Вероника торопливо вошла в гараж и протянула служащему номерок. Парень в
недоумении посмотрел на растрепанные волосы Вероники, обычно безукоризненно
уложенные, но ничего не сказал.
Он взял номерок, отдал ключи от машины.
— Прошу вас, будьте осторожны за рулем, сеньора! — напомнил
молодой человек.
Вероника кивнула и завела мотор.
Автомобиль на большой скорости покинул стоянку.
Потом Вероника не могла понять, как это ей удалось на такой скорости целой и
невредимой доехать до дому. Прохожие шарахались в стороны, другие водители
уступали дорогу, все словно понимали, что у женщины, которая сидит за рулем,
в самом деле есть причина так гнать автомобиль.
... Вероника затормозила перед входом в особняк и подбежала к двери.
Лихорадочно выхватила из сумочки ключ и отперла дверь.
На кухне сеньора Рамина кормила Валентину.
— Ложечку — за маму, — говорила пожилая няня. — Ложечку — за
папу... Сеньора Монтейро, это вы? — спросила Рамина, услышав шум в
передней.
— Я! — отозвалась Вероника.
— Что же вы так скоро? — поинтересовалась служанка. — У нас
все хорошо, правда, Валентина?
Дочь что-то сказала, Вероника не расслышала — что.
— Я кое-что вспомнила, и мне пришлось вернуться! — ответила
хозяйка дома. — Прошу вас, сеньора Рамина, не обращайте на меня
внимания.
Вероника искала ключ от кабинета мужа. Свой ключ Фернандо носил с собой, но
в доме оставался запасной, о котором муж просто забыл. Вероника положила его
в один из ящиков платяного шкафа.
Наконец, ключ был найден.
— Сеньора Рамина, Фернандо не звонил? — спросила Вероника, подходя
к двери кабинета.
— Звонил! — ответила из кухни Рамина.
— И что сказал? — Вероника вставила ключ в замочную скважину и два
раза повернула его.
— Сеньор Монтейро сказал, что приедет на обед! — донеслось из
кухни.
Вероника распахнула дверь кабинета.
— Хорошо! — ответила она служанке. — Видите, как хорошо, он
меня застанет дома! А теперь не беспокойте меня, пожалуйста! Мне надо
несколько минут тишины, чтобы сосредоточиться!
Из кухни ответа не последовало, и Вероника принялась за дело.
Она бегло осмотрела кабинет. На рукоятках тренажера висел один из пиджаков
Фернандо. Вероника после некоторого колебания стала осматривать его карманы.
Каждую бумажку, каждый предмет, что нащупывали ее пальцы, женщина доставала
и рассматривала. Ничего подозрительного в карманах не оказалось.
Тогда Вероника подошла к письменному столу. Дернула один ящик, второй.
Все они были заперты!
— Черт побери! — не сдержалась Вероника.
Ее всю трясло. Вероника чувствовала, что находится близко от разрешения
своих сомнений. Но это ощущение не успокаивало, а только вызывало тревогу.
Вероника вернулась к тренажеру и достала из внутреннего кармана пиджака
связку ключей, вернулась к письменному столу мужа и стала пробовать все
ключи поочередно.
Третий ключ подошел. Вероника рывком выдвинула верхний ящик стола.
В это время раздался телефонный звонок.
В доме было несколько телефонных аппаратов, один из них стоял на столе в
полуметре от женщины. Вероника могла бы протянуть руку и снять трубку, но
уверенность, что это звонит Фернандо, остановила ее. Рука замерла на
полпути.
Пусть лучше Рамина с ним поговорит
, — решила Вероника.
Один из аппаратов был установлен на кухне.
— Сеньора Монтейро! — донесся голос служанки. — Вы снимете
трубку?
— Не могу! — ответила Вероника в открытую дверь. — Подойди,
пожалуйста, ты!
— Алло! — услышала она через секунду. — Сеньора Монтейро, это
ваш муж!
— Скажи, я не могу подойти! — попросила Вероника, перебирая бумаги
в ящике стола.
—
...Закладка в соц.сетях
