Жанр: Любовные романы
Желая тебя
...собна — затаив дыхание,
смотреть на него.
— Ты самый восхитительный мужчина из всех. — Ее горло пересохло от
волнения, отчего голос звучал с сексуальной хрипотцой.
О боже, как же он прекрасен. Даже шрамы на теле, приобретенные за годы
службы в армии, придавали ему особый шарм и сексуальность, создавая вокруг
ауру опасности, притягательную для любой женщины, а он выбрал ее.
— Ты мог бы заполучить любую женщину.
— Я хочу только одну.
Как только смысл его слов проник в нее, достигнув самых потаенных уголков
души, Джози лишь каким-то неимоверным усилием смогла сдержать рвущиеся с губ
слова любви.
— Ложись на постель, — хрипловатым голосом велела она.
Даниэль повиновался, при каждом движении под гладкой кожей перекатывались
мускулы, а доказательство его мужественности гордо выступало вперед. Этот
главный признак, отличающий мужчин от женщин, очаровывал ее. Возбужденная
плоть была похожа на твердую сталь, вложенную в бархатные ножны, и ей
захотелось ощутить силу его эрекции. Джози протянула руку, чтобы коснуться
члена пальцами, приласкав по всей длине.
Дыхание Даниэля стало прерывистым, а бедра выгнулись, прильнув к ее руке.
— Сокровище мое...
— Ты так сильно отличаешься от меня, правда, ведешь себя несколько
иначе, чем я ожидала.
— А чего ты ожидала? — задыхаясь, выговорил он, испытывая дикое
напряжение, когда она легко пробежалась пальцами по его телу, будто играла
гаммы на фортепьяно.
— Грубая сила, неотесанность, мощь, не знаю... но только не такая
невероятная восприимчивость, способность тонко чувствовать.
— С чего ты решила, что большинство мужчин думают не головой, а тем,
что у них находится между ног. Слишком много нервных центров требуют к себе
постоянного внимания.
— Я где-то читала, что на теле человека есть два места с самой высокой
концентрацией нервных окончаний: у женщин это клитор, а у мужчин — головка
члена. — Легким ласкающим движением девушка коснулась верхушки пениса
кончиками пальцев, отчего по всему ее телу побежали искры удовольствия,
вызвав пульсацию в клиторе.
Даниэль даже не потрудился ответить на это провокационное заявление, а
просто застонал.
Вспомнив сон, Джози заставила себя на некоторое время прекратить касаться
самой соблазнительной части его тела. Она хотела всего... ощутить каждый
нюанс чувственного наслаждения, которое могла доставить ему. Девушка
сосредоточила внимание на мужской груди: очертила темные ореолы сосков и
затем короткими аккуратными ноготками провела дорожку вниз по торсу, ощущая,
как сотрясается его мощное тело. Проведя подрагивающими руками по его
теплому животу, Джози внутренне возликовала, убедившись в полном согласии
Даниэля потворствовать ее желаниям. Он был очень сильным мужчиной, и только
ей было дозволено видеть его уязвимость.
Это была такая заманчивая и безрассудная мысль.
Мышцы твердого пресса сжались в ответ на ее прикосновение... точно так же,
как было во сне.
И так же, как во сне, Джози хотела большего.
Опершись коленями по обе стороны от его бедер, она наклонилась вниз и
поцелуями обвела контуры скульптурно вылепленной груди. Как чудесно. Она
любила его аромат, пряный и мужской, присущий только ему одному. Лаская
губами теплую кожу, она сдвигала голову до тех пор, пока ее рот не накрыл
один из припухших сосков. Девушка лизнула его, пробуя на вкус, а потом,
припомнив, как Даниэль проделывал это с ней, начала посасывать.
Пальцы Даниэля вцепились в ее волосы, добившись лишь того, что теперь Джози
прикусила твердую горошину зубами и ускорила ритм, одновременно
волнообразными движениями бедер потираясь о его восставшую плоть. От этих
действий большое тело под ней стало содрогаться, испуская вполне ощутимые
волны сексуального напряжения.
— Джозетта, я не смогу долго сдерживаться, — прохрипел он.
Она разжала зубы, выпустив сосок, и немного отстранилась:
— Нет, еще не время.
Мужчина выгнул бровь и, подвергая сомнению это абсурдное утверждение,
наглядно продемонстрировал пульсирующий член, резко выделяющийся на
натянутом, как тетива, теле.
— Я возьму это под контроль и не позволю тебе отвертеться. — С
этими словами девушка обхватила рукой очевидное доказательство того, какое
воздействие оказывали на него ее ласки, и приоткрыла рот от изумления, когда
оказалось, что длины ее пальчиков не хватает, чтобы сомкнуться вокруг его
плоти. — О! Ты так возбужден.
— Джози, ты восседаешь на мне, одетая в мою футболку, касаешься так,
что лишаешь меня рассудка и выглядишь при этом чертовски сексуально. В
общем,
возбужден
— это не то слово, которое подходит, чтобы описать всю ту
бурю эмоций, что ты вызвала во мне.
Его слова заставили ее бедра в волнении сжаться, а потом, не сдержавшись,
девушка немного приподнялась и снова волнообразным движением потерлась о
Даниэля, с досадой осознав, что футболка помешала в полной мере ощутить
удовольствие от прикосновения.
Мужчина издал хриплое горловое рычание:
— Это тоже часть твоей фантазии?
Она сильнее сжала его плоть, не в состоянии определить, что в данный момент
было горячее: ее рука или зажатый в ней член.
— А ты как думаешь?
— Я думаю, что хочу увидеть тебя обнаженной.
Джози задрала футболку и, стянув через голову, отбросила прочь, обнажив
высокую грудь с заострившимися сосками. Даниэль тотчас же протянул руки и,
накрыв соблазнительные холмики, стал ласкать нежную плоть, сжимать и
перекатывать между пальцами удлинившиеся соски, которые из-за ежемесячных
гормональных изменений стали необыкновенно чувствительными. Джози задрожала,
стараясь сильнее вжаться в его ладони, и в свою очередь решила порадовать
Даниэля.
Взяв небольшой флакон лосьона для рук, которым их снабдили в отеле, девушка
распределила ароматную массу по всей длине его набухшей плоти. Затем она
стала двигать рукой вверх и вниз, не забывая приласкать налитую кровью
головку члена, отчего Даниэль распластался по кровати с выражением то ли
муки, то ли наслаждения на лице. В эти минуты Джози испытывала странное
ощущение, как будто он находился в ней и одновременно умелыми пальцами
ласкал ее эрогенные зоны. И это притом что сейчас Даниэль лежал перед ней на
постели, руками комкая покрывало. В ее лоне возникла пульсация, а
напрягшиеся соски были словно охвачены огнем от этих мучительно сладких
ощущений и от осознания того, что сейчас должен был чувствовать Даниэль.
— Джози, я сейчас кончу! — разнесся по комнате его хриплый крик.
Но он все-таки сдержался, хотя девушка видела, каких неимоверных усилий ему
это стоило. Одно из двух: либо Даниэль не мог решиться на этот финальный шаг
из-за боязни продемонстрировать ей полную уязвимость, либо имидж
крутого
парня
требовал от мужчины держать свою страсть в узде, если он не мог
доставить партнерше такое же удовольствие. Ответа Джози не знала. Правда,
сейчас это ее мало заботило.
Все, что сейчас происходило, они переживали вместе, и на этот раз, чтобы
достичь кульминации, ей не требовалось чувствовать внутри себя его плоть.
Единственное, в чем она нуждалась сию минуту: довести Даниэля до оргазма
руками, в которых была заключена самая сокровенная часть его тела.
— Не сдерживайся, Даниэль. Я хочу, чтобы ты перешагнул эту грань. Ради
меня.
Мужчина взглянул на нее затуманенным взором, его лицо отражало внутреннюю
борьбу разума и плоти, возбужденное тело будто звенело от напряжения, словно
натянутая до предела струна. Казалось, Даниэль в любой момент был готов
сорваться.
— Отбрось контроль. Пожалуйста.
— Это трудно...
— Ты мне доверяешь? — спросила Джози, дрожа всем телом от
переполнявших ее ощущений.
— Да! — Мужчина застонал, содрогнулся в мощных конвульсиях и,
прокричав ее имя, изверг поток семени.
Как только теплая густая жидкость, смешавшись с лосьоном, обволокла ее
пальцы, девушка почувствовала сокращение мышц лона, которые впервые за
последние два дня не доставили ей боли. Это было одно незамутненное
блаженство, на которое странным образом отзывалось сердце, а захватившие ее
при этом чувства девушка больше не пыталась отрицать. Казалось, теперь
вместо крови в венах бурлят воды неиссякаемого источника всепоглощающей
любви, пенясь и играя, как откупоренное шампанское.
Джози повалилась на Даниэля, словно ее тянула к нему неведомая сила, не
описанная ни в одном учебнике по физике. Девушка прильнула к его губам и
забилась в конвульсиях собственного оргазма, вторя содрогавшемуся в чистом
экстазе телу любимого мужчины.
Руки Даниэля прочно обхватили ее ягодицы, сжимая и массируя упругую плоть, а
алчный рот терзал нежные губы. Толчки и дрожь, сотрясшие их тела были не
слабее тех, что наступали после прошлых оргазмов, когда они занимались
любовью обычным способом. Уже через пару минут, полностью пресыщенные,
Даниэль и Джози обессилено затихли.
Джози потерлась щекой о влажную от пота мужскую грудь, и с ее губ сорвались
слова, которые она, хотя и не планировала произносить, не могла дольше
держать в себе:
— Я люблю тебя, Даниэль.
Тишина в ответ на признание не удивила девушку, равно как и не приуменьшила
силы охвативших ее чувств.
В эту минуту Джози с сожалением осознала, что любовь необязательно должна
быть взаимной, чтобы укорениться в сердце столь же основательно, как
уходящие вглубь земли корни вековых дубов.
Глава 17
Джози стояла рядом с Даниэлем перед выходом из зоны контроля послеприлетного
досмотра, и пыталась разглядеть отца среди пассажирского потока. С тех пор,
как она призналась Даниэлю в любви, он хотя и отмалчивался, но не пытался
отдалиться от нее, тем самым оставляя хоть какую-то надежду. Кроме того,
Даниэль не отталкивал ее, давая понять, что не сводит испытываемые ими
чувства всего лишь к обоюдной
навязчивой идее
.
И, тем не менее, он никак не показывал, что разделяет ее чувства.
Джози не могла винить его в этом. Даниэль не раз говорил ей о том, что его
чувства к ней основаны скорее на физическом влечении, а вовсе не на велениях
сердца. Но, независимо от того, изменится ли в будущем его отношение к ней
или нет, Джози не собиралась отказываться от Даниэля лишь из-за того, что он
не давал ей никаких клятв или обещаний.
В этот момент через узкий выход зоны контроля прошла очередная группа
прибывших пассажиров, но ни один из них не был похож на Тайлера Маккола, и
девушка не на шутку забеспокоилась.
— Как думаешь, может, он передумал и не полетел этим рейсом? —
спросила она.
Рука Даниэля в успокаивающем жесте легла на ее плечо, даря ощущение покоя и
защищенности.
— Не волнуйся. Хотвайр подтвердил информацию, что Тайлер прошел
регистрацию и поднялся на борт самолета.
— Хм... Может, опять следы заметает, — недоверчиво фыркнула Джози.
Ее папочка был достаточно хитер и изворотлив, чтобы выкинуть нечто подобное.
— Вот увидишь, он прилетит, сокровище мое. — На пару секунд
Даниэль крепко сжал ее плечо, а потом совсем убрал руку, улыбнулся и тихо
сказал: — А теперь дыши глубже, малыш.
Щеголеватый пожилой джентльмен, одетый в серый, классического покроя,
деловой костюм с элегантным кожаным портфелем в руке непринужденно двигался
в людском потоке по направлению к выходу, и то, что это был ее отец, Джози
догадалась лишь, когда расстояние между ними сократилось до десяти футов.
Его привычный
ежик
, по всей видимости, был ловко скрыт под шикарным
париком, так как у джентльмена на голове красовалась внушительная седая
шевелюра, постриженная по последней моде, довершая образ типичного
бизнесмена средней руки.
Мужчина шел пружинистым шагом с легкой улыбкой на лице и, поравнявшись с
ними, остановился. Его глаза потеплели после того, как он одобрительным
взглядом окинул фигуры изящной девушки и ее спутника сквозь стекла стильных
очков в серебристой оправе:
— Джози-детка, я был уверен, что ты сумеешь разобраться что к чему,
стоит тебе только прочесть мои дневники.
Девушка не могла поверить тому, что она видела и слышала. У отца всегда было
великолепное зрение, поэтому в очках он никогда не нуждался, но этот
аксессуар неожиданно придал завершающий штрих его нынешней ипостаси. С одной
стороны Джози не могла не восхищаться его профессионализмом и способностью
приспособиться, слиться с любой средой, а с другой стороны все эти его
шпионские приемчики ее уже здорово достали. Ведь ему могли причинить вред,
даже убить, пока она, по его милости, была вынуждена разгадывать загадки,
копаясь в дневниках в поисках
ключей
, потратив на это уйму времени и
нервов.
Поэтому, несмотря на облегчение, охватившее ее при виде живого и невредимого
отца, она спросила с явным напряжением в голосе:
— Неужели тебе так трудно было просто позвонить мне?
— Ммм... милая. Во-первых, я элементарно опасался прослушки на твоем
телефоне, а во-вторых, не считал нужным раньше времени уведомлять этих
придурков о том, что мне удалось выжить после их топорно сработанного
подрыва лагеря.
— Я места себе не находила от беспокойства за тебя.
Он посмотрел на нее, так как будто она в одночасье сошла с ума.
— Но почему?
— Папа, но ведь кто-то попытался убить тебя, — раздраженно
напомнила ему Джози. — Зачем ты сбежал из больницы?
Веселые искорки в глазах отца несколько померкли.
— Не знаю. Я тогда был немного не в себе. Не мог вспомнить, почему я
должен был уйти оттуда, просто знал, что так нужно. Я уже был на полпути
сюда, когда пришел в себя и вспомнил, почему направляюсь именно в Неваду, и
что на самом деле произошло в лагере. Так что я справедливо рассудил, что вы
наверняка сумеете разобраться с дневниками и сами найдете меня, поскольку —
как я уже говорил — не хотел лишний раз рисковать в том случае, если эти
гады установили на твои, Джози, телефоны прослушку.
Сказав это, мужчина развернулся и размеренной походкой, которая сейчас
нисколько не напоминала об армейской выправке, направился в сторону медленно
ползущей ленты транспортера, небрежно бросив им через плечо: — Ну же,
шевелитесь. Мне еще надо забрать багаж.
Через пару минут, когда они, наконец, получили объемистую дорожную сумку,
девушка спросила отца, почему же он, все-таки, так поступил, на что получила
лаконичный ответ, что пора бы ей уже знать что это значит:
находится под
прикрытием
.
Затем Тайлер легко поднял сумку и в свою очередь спросил:
— Вы на машине?
— Да, — кратко ответил Даниэль и, приобняв Джози за талию, повел
ее к выходу из здания аэропорта.
Девушка удивленно взглянула на него, но Даниэль в этот момент смотрел на ее
отца, а в его глазах явственно читалось желание узнать, успешно ли все у
него прошло. Слова, которые они услышали в ответ на этот безмолвный вопрос,
подтвердили, что Даниэль как всегда оказался прав, предположив, что
единственной целью поездки была разведка.
— В их лагере пятнадцать боевиков, девять женщин и одиннадцать детей.
Четверо из террористов в прошлом году прошли подготовку в моей школе. Эти
болваны думали, что сумеют справиться со мной, пройдя ускоренную
шестинедельную подготовку, тогда как я прослужил в спецназе дольше, чем
большинство из них ходит по этой земле.
Когда они дошли до машины, Даниэль открыл багажник, чтобы убрать туда сумку
Тайлера. Джози забралась на заднее сиденье и стала ждать, пока мужчины
займут свои места.
Как только все расселись, она спросила отца:
— Тебе удалось узнать их личные данные?
— Нет. Только то, что мне было известно и раньше. Я пока досконально не
разведал все вокруг, не рискнул лезть в охраняемый периметр, чтобы
покопаться в их картотеке. А когда, все-таки, пробрался на территорию, то
времени было в обрез, и я потратил его на составление детального плана
внутреннего устройства базы, так как из-за большой удаленности моей
наблюдательной позиции сделать это как-то иначе было невозможно.
— Так как у них с охраной? — довольно буднично поинтересовался
Даниэль.
— Порядок. Ничего из того, что тебе или твоим друзьям было бы не по
плечу. Мы без особых хлопот их всех накроем.
Джози боялась именно такого исхода:
— Накроете кого?
— Я не собираюсь уподобляться террористам и разносить к чертям собачьим
всю их базу, если это — то, что тебя волнует, Джози-детка. Я не убиваю
беззащитных женщин и детей.
— Это мне прекрасно известно, — тихим, стальным голосом произнесла
девушка. Теперь была ее очередь смотреть на отца так, словно все его мозги
до последней капли вытекли прямо через уши за время перелета из
Мизулы. — Однако я сомневаюсь, что это помешает тебе хорошенько
повеселиться, истрепав им всем нервы, или я не права?
Он закатил глаза и бросил краткий взгляд на Даниэля.
— Она все время была такой занудой?
— Не совсем, — уклончиво ответил Даниэль.
Отец скривился, спросив:
— Я так полагаю, федералы уже в игре?
— Да.
— Было бы намного легче, если бы эти ребята не вмешивались, хотя думаю,
они в любом случае не смогли бы остаться в стороне из-за Закона о
национальной безопасности и угрозы национальному парку, со всех сторон
окружающего территорию
Костэл Рейндж
.
— Сначала они думали, что ты сам установил заряды и устроил
взрыв, — буркнула Джози, все еще не в состоянии постичь извращенную
логику полицейских, когда те всерьез рассматривали эту версию.
— Идиоты.
— Джози тоже подозревали. Экстремисты где-то раздобыли информацию о
твоем полисе страхования жизни, по которому она выступает бенефициарием. А
потом оповестили об этом прессу.
Она не хотела, чтобы Даниэль упоминал об этом. Отец и без того уже выглядел достаточно раздраженным.
— Они кругом сеяли смуту. Пресса тоже добавила неприятностей, когда им
слили дезинформацию, что за взрывом стоят боевики
ЭЛЬФа
, — быстро
сказала Джози, пытаясь хоть как-то разрядить ситуацию и переключить внимание
мужчин на что-то другое. Но все было тщетно.
— Угу. Падкие до
жареного
репортеры оккупировали лужайку перед домом
Джозетты, и даже имели наглость ломиться к ней в дверь, и донимали своими
идиотскими вопросами всякий раз стоило ей появиться на улице.
— Даниэль, говоря все это, ты делаешь только хуже, — взвилась она,
гневно посверкивая на него глазами, после того как отец со всего маху хватил
кулаком по приборной панели.
— Сукины дети!
— Ты абсолютно прав, — поддакнул ему Даниэль, который на ее
взгляд, в данный момент лишь ненамного лучше ее папочки контролировал себя,
и девушке вдруг пришло в голову, что все это время мужчина довольно ловко
скрывал от нее свое истинное отношение к недавним событиям.
Все, надо их как-то остановить
, — подумала Джози, —
Нельзя
позволить им и дальше накручивать себя
. Сделав глубокий вздох и подпустив
холода в голос, девушка спокойно произнесла:
— Папа, гораздо важнее то, что ты теперь намереваешься делать со всем
этим.
— Что-что... Захватим их.
— Как?
— Проникнем на базу, изолируем склад с оружием и боеприпасами, заберем
весь их архив и передадим этих недоумков властям, а дальше пусть федералы
проводят следствие в свое удовольствие. Если результаты моего расследования
верны, а у меня нет причин в этом сомневаться, то, как только в руках ФБР
окажется информации о подготовленных этими фанатиками терактах, некоторым из
них уж точно будет обеспечен арест и долгий тюремный срок.
— И это не говоря о тех, что покушались на твою жизнь. — Хотя
Джози была не совсем уверена, что им удастся по-быстрому изолировать
оружейный арсенал, в конечном счете, план оказался значительно лучше, чем
она ожидала. — Я так полагаю, у тебя уже имеется пара гениальных идей
как нам все это провернуть.
— Есть кое-что, но мне потребуется какое-то время, чтобы все хорошенько
обмозговать, прежде чем я посвящу вас с Даниэлем в детали. А то я был
немного эээ... занят... видишь ли, дочка, весь полет твой старик безбожно
флиртовал с одной очень славной леди, сидевшей в соседнем кресле.
От потрясения, из горла Джози вырвался какой-то сдавленный писк:
— Флиртовал?
— Ну... для большей достоверности созданной мною легенды, ты ведь меня
понимаешь? — Тут отец самым нахальным образом подмигнул Джози и
продолжил: — И, кроме того, она оказалась чудо как хороша. Настоящая
красавица. Такая вся маленькая и изящная, точно фарфоровая куколка, с
голоском нежнее, чем у ангела. Милая женщина дала мне номер своего домашнего
телефона. Оказалось, она живет приблизительно в двадцати минутах езды от
моего здешнего жилища. Ты можешь в это поверить?
Джози смотрела на него во все глаза и не могла поверить ни одному из его
признаний, сыпавшихся из его рта со скоростью автоматной очереди, но прежде,
чем она смогла собраться с мыслями и проявить чудеса дипломатии, ее опередил
Даниэль, неожиданно спросив:
— Как ты узнал, что за взрывом стоят активисты экстремисткой
группировки
Общество Молодых Патриотов Америки
?
— Мой сотрудник, ответственный за проверку личных данных обо всех
потенциальных учениках, сумел выявить связь между контрактником, проходившим
подготовку в январе и стажером, который должен был приступить к обучению в
летнюю сессию. Практически сразу, после того как он это выяснил и доложил
мне, что эти двое являются активными членами одной и той же группировки
известной своими прорасистскими взглядами, мой лагерь взлетел на воздух.
— То есть ты знал, кто они такие и ничего никому не сказал? —
недоверчиво спросила Джози, встревоженная этим новым обстоятельством,
намного больше, нежели явной увлеченностью отца некоей таинственной
незнакомкой, несмотря на то, что подобное случилось впервые на ее памяти.
— Я не подозревал о том, что они вознамерились прикончить меня.
Поймите, я только-только узнал, что в моей школе обманным путем прошли
обучение боевики внутренней террористической организации. Я как раз
обдумывал, как бы мне разгрести всю эту кашу, когда они попытались убить
меня.
— Ты ни словом мне об этом не обмолвился, — недовольно произнес
Даниэль.
— Это была целиком и полностью моя проблема. Они сумели обойти систему
и проникли в лагерь до того, как ты купил акции и вошел в долю.
— Я — твой партнер. И теперь все проблемы, возникающие с
Костэл
Рейндж
касаются и меня тоже, — решительно возразил ему Даниэль, а
Джози мысленно усмехнулась, подумав, что вряд ли ее упрямый родитель сочтет
этот аргумент достаточно убедительным.
— Черт, Нитро, да у тебя и так хлопот по горло из-за ухаживания за моей
девочкой. Это же любому дураку понятно.
— Он вовсе не ухаживает за мной, папа. Клянусь, ты порой изъясняешься
так, будто родился пару столетий назад, а не за несколько десятилетий до
миллениума.
Тайлер добродушно фыркнул.
— Не имеет значения, когда я родился. Называй это как хочешь, но этот
парень ухаживает за тобой. Да, да именно ухаживает — я, слава богу, не вчера
родился и прекрасно вижу то, что творится у меня под носом.
— Ты более проницателен, чем Джози. Она-то думала, что нисколечко мне
не нравится, — удивленно произнес Даниэль, после чего Джози впилась
взглядом ему в затылок.
Таак...Это что сейчас было? Очередные подначки крутых парней, или еще одно
доказательство того, что у ее дорогого папочки с Даниэлем было слишком много
общего? Неужели все эти свирепые взгляды, леденящая душу задумчивость и
общее раздраженное поведение являлись для современных спецназовцев всего
лишь эдаким чисто мужским способом поддержать разговор?
Тут отец обернулся к ней и, посмотрев прямо в глаза, добродушно спросил: —
Но я надеюсь, сейчас вы уже разобрались с этим досадным недоразумением?
— Да, — буркнула она, будучи слишком взвинченной и злой, чтобы
притвориться, что она выше всего этого.
Бессмысленно было и дальше доказывать отцу, что Даниэль не ухаживает за ней,
потому что сам он этого не отрицал.
Джози решила, что для подобного поведения у него было, по крайней мере,
несколько причин, и первая же из них была лживой — на самом деле он никогда
не собирался жениться на
...Закладка в соц.сетях
