Жанр: Любовные романы
Несмолкаемая песнь любви
...ероятно красивая в изумительном красном платье и
на высоченных каблуках. Легкая шаль покрывала ее плечи.
— Привет, — поздоровалась она. — Пустишь меня внутрь?
Джоэл сделал шаг назад и едва не потерял равновесие.
— Я думал, ты вернулась в Лондон, — сказал он, глупо тараща на нее
глаза.
Она проигнорировала его слова, молча прошла в холл и скинула ему на руки
шаль.
— Ты пьян?
— Я? — Джоэл сделал еще один шаг назад. — Пьян?
— Держишься на ногах неуверенно. — Она наморщила свой маленький
носик. — И от тебя пахнет алкоголем.
— Ты преувеличиваешь. — Джоэл бросился в гостиную и успел убрать
пустую бутылку из-под виски до того, как следом вошла Оливия. — Я выпил
сухого вина немного, и все.
— Сухого вина? — Женщина присела на спинку софы. — Один?
— Нет, мой гарем спрятался наверху, когда ты позвонила, — пошутил
он и быстро добавил: — Конечно, один. С кем я могу быть?
Оливия облизала губы.
— Как звали ту девушку? Шерил, кажется. Ты мог быть с ней.
Джоэл сделал глубокий вдох.
— Зачем ты здесь, Лив? Пришла попрощаться?
— Попрощаться?
— Линда сказала, ты уехала в Лондон на неопределенное время.
— Я договаривалась насчет перевозки своих вещей. — Она
замолчала. — Извини, что не предупредила тебя.
Джоэл выругался.
— И что я должен сказать?
— Не знаю. — Оливия пошевелилась, платье мягко зашуршало. —
Например, что рад меня видеть и что тебе нравится мое платье.
— Ты выглядишь... фантастически, — пробормотал он. — Зачем ты
пришла, Лив? Хочешь насладиться моими страданиями?
— Нет. — Оливия обошла вокруг софы, слегка дотрагиваясь длинными,
в тон платью, красными ногтями до мягкой кожаной обивки. — Зачем мне
глумиться над тобой? Разве мы недостаточно обидели друг друга?
Джоэл взглянул на нее.
— Ты знаешь...
— Луиза мне рассказала. — Оливия бросила на него быстрый
взгляд. — И тебе тоже?
Мужчина кивнул.
Она снова облизала губы.
— Ну и что ты чувствуешь?
— Я чертовски зол на самого себя! — Джоэл дрожащей рукой провел по
волосам. — Лив, я же знал, что Морин Вебстер работала в клинике, но
считал, что Луизе незачем мне врать.
— А мне, значит, было зачем! — воскликнула она. — Тебе
никогда не приходило в голову, что я могу говорить правду?
— Приходило. — Джоэл снова выругался. — Я звонил в клинику,
пытался поговорить с медсестрой или доктором. Мне были нужны доказательства.
Оливия смотрела на него во все глаза.
— И?
— Пустоголовые секретарши. Они заявили мне, что это конфиденциальная
информация и разглашению не подлежит. — Он застонал. — Мне
сообщили только, что ты была записана на прием.
— О, Джоэл! — Оливия задрожала. — Тебе следовало мне
доверять.
Он покачал головой.
— Думаешь, я не казнил себя? Я помню каждую минуту тех ужасных дней,
когда мы все ополчились на тебя. Не могу простить себе... Я должен был
понимать, что, если женщина делает аборт осознанно, она потом не убивается
так, как убивалась ты. А я вместо этого звонил в клинику, где в одно ухо мне
шептали, что у тебя был назначен прием. А в другое ухо пела Луиза, что ты не
хочешь иметь от меня детей.
— О боже...
— Не жалей меня, Лив, в двадцать лет уже нужно думать головой.
— Мы оба были почти детьми. — Оливия не сводила с него
глаз. — Интересно, если бы я не сбежала тогда, мы бы выяснили правду?
Джоэл беспомощно взмахнул рукой.
— Я думал об этом. — Он вздохнул. — Я воспринял твой побег
как доказательство моих самых худших подозрений. Я был настоящим глупцом.
Мне некого винить, кроме себя. Уехал с фермы, позволил тебе думать, что наш
брак закончен.
— Наш брак, — прошептала Оливия.
Он покачал головой и сделал шаг по направлению к ней.
— Считаешь, если бы ты осталась в Бриджфорде, я бы мог держаться от
тебя на расстоянии? — охрипшим голосом спросил он. — Ради бога,
Лив, я люблю тебя. Я никогда не переставал тебя любить, черт возьми. Луиза
это знала. Но лишь по прошествии стольких лет она смилостивилась и
рассказала правду.
Губы Оливии приоткрылись. Ей очень хотелось поделиться с ним своими
соображениями по поводу причин неожиданной откровенности Луизы, но она
решила, что это может подождать.
— Так... Что ты хочешь сказать? — выдохнула она, проводя пальцем
по его щеке.
Джоэл накрыл ее ладонь своей.
— Посмотри на меня. — Он грустно улыбнулся. — Ты уехала, и
что? Месяца не прошло, а я уже на пределе. Не могу есть, не могу спать, моя
жизнь превратилась в ад. Это ответ на твой вопрос?
— Ты имеешь в виду... — робко начала она.
— Именно, — резко выкрикнул Джоэл, положил руки ей на плечи и
притянул к себе. — Я тебя люблю и хочу быть с тобой. — Его глаза
потемнели. — Твой приход сюда означает, что ты меня простила?
— Возможно, — женщина озорно хихикнула. — Я подумаю над этим.
— Только не тяни, — попросил Джоэл, зарываясь лицом в ее волосы.
Оливия задрожала, ощупывая руками его плечи, руки, шею, словно не веря в то,
что перед ней не мираж, не призрак.
Она была очень подавлена, когда ехала в Лондон. Не знала, что делать, как в
дальнейшем строить свою судьбу. И вот теперь мужчина, которого она любила и
который любил ее, просил у нее прощения. Ревность и ложь чужой женщины
разлучила их на долгие пятнадцать лет, но все это время он продолжал любить
ее.
Так зачем терять время и обрекать его на еще большие страдания?
— Я подумала, — голос ее охрип от волнения и звучал очень тихо.
Оливия крепко прижалась к Джоэлу. — Ответ положительный.
Через секунду вся лестница, ведущая на второй этаж, была устлана одеждой.
Женские туфли на шпильках валялись на первой ступеньке, а красное платье —
на последней.
Они воспламенились страстью мгновенно — как сухая солома вспыхивает на ветру
от малейшей искорки. Пятнадцатилетняя разлука вылилась в пожар любви
неистовой и дикой.
— Господи, как я тебя люблю, — пробормотал Джоэл.
Оливия слабой рукой гладила его влажные волосы.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала она. — Как только увидела
тебя там, в аэропорту, поняла, что не могу жить без тебя. Я сглупила, что
так долго не возвращалась домой.
В следующий раз они занимались любовью медленно, растягивая удовольствие и
наслаждаясь каждой секундой, нежась в объятиях друг друга, шепча ласковые
слова.
Затем Джоэл приподнялся на локте.
— Расскажи мне о Гарви, — попросил он. Момент был неподходящим, но
уж очень ему хотелось узнать что-нибудь о человеке, который был рядом с его
любовью эти долгие годы. — Ты его любила?
Оливия виновато улыбнулась.
— Да, я любила его, — начала она, — но не так, как тебя. Я
долго не могла понять, почему. Он был молод, очень хорош собой. Мне
польстило предложение выйти за него замуж и переехать в Нью-Йорк, но между
нами не возникло... настоящего родства душ, если ты понимаешь, о чем я.
— Понимаю, — проворчал Джоэл, и Оливия хихикнула.
— Не нужно ревновать, — мягко попросила она. — В наших
отношениях не было чувственности. — Она запнулась. — Я вела себя
очень наивно. И ничего не заподозрила, когда он предложил до свадьбы не
вступать в интимные отношения. Я подумала, что он делает это ради меня. Он
знал, как я страдала после первого брака, и считал, что мне нужна передышка.
Джоэл насупился.
— Хочешь сказать, его не привлекают женщины?
— Да, — уныло подтвердила Оливия. — Прошли месяцы, прежде чем
я поняла. Он убеждал меня, что мы друг другу подходим и совершенно не
обязательно разрушать брак. С тех пор, кажется, миновала целая вечность.
Джоэл повернул к ней лицо.
— Господи, Лив, если он тебя обидел...
— В данном случае неуместно говорить об обиде. — Она
вздохнула. — Думаю, это я его обидела, ведь у меня ушла уйма времени на
то, чтобы осознать истинное положение вещей. Я была его прикрытием, женой
выходного дня, за спиной которой можно спрятать свои истинные пристрастия.
— Проклятье!
Джоэл смотрел на нее таким страстным взором, что она не удержалась и
прижалась губами к его жадному рту.
— Не смотри на меня так, милый. Брюс был щедрым человеком. Иногда
эгоистичным, но добрым. У меня имелся свой счет, куча кредитных карточек.
Ему нравилось, когда я тратила его деньги. Он радовался, когда я набивала
гардероб кучей дорогущей одежды и аксессуарами. В финансовом плане мне не на
что было жаловаться.
— И?
— А затем я обнаружила, что он ведет двойную жизнь. Он говорил мне, что
в банке часто бывают внештатные ситуации, требующие его присутствия по
ночам. Но на поверку все оказалось куда проще — так он оправдывал визиты к
любовнику, вернее, к любовникам. — Она запнулась, ее щеки порозовели.
Он приложил палец к ее губам.
— Тебе не обязательно продолжать. — Джоэл помолчал. — Ты
попросила у него развода?
— Да. — Оливия прикрыла глаза. — И ему не понравилась моя
просьба.
— Еще бы, — фыркнул Джоэл. — Ведь тогда он лишился бы своего
прикрытия.
— Все его друзья и коллеги считали нас идеальной парой.
Джоэл погладил Оливию по щеке.
— И что случилось потом?
— Я переехала в маленькую квартирку в Бруклине и начала бракоразводный
процесс.
— Много времени ушло на это?
— Да. Брюс на каждом шагу чинил мне препятствия. — Она закусила
губу. — Он даже говорил нашим общим знакомым, что хотел детей, а я нет.
Я сглупила, поведав ему о выкидыше, и он использовал мою тайну против меня.
— Ты могла ему отомстить, например, разорить или...
— Мне не нужны были его деньги. Я ничего не желала от него, кроме
свободы.
— О, Лив! — В глазах Джоэла застыла нежность. — Как бы я
хотел исправить прошлое.
Оливия улыбнулась уголками губ.
— Мы оба проделали долгий путь. — Ее голос сорвался. — Мы все
совершаем ошибки, Джоэл.
— И что теперь?
Она облизала губы.
— Полагаю, будущее зависит от нас.
Джоэл без колебаний опустился перед ней на колени.
— Выходи за меня замуж, Лив. Снова. Клянусь, в этот раз ты не
пожалеешь.
— Ты хочешь, чтобы я во второй раз вышла за тебя замуж?
— Как ты можешь сомневаться? — Джоэл схватил ее руку и прижался
губами к ладони. — Я с ума схожу по тебе, Лив, умоляю, дай мне второй
шанс.
Оливия обхватила его голову руками.
— О, я дам нам обоим второй шанс, — прошептала она. — И я
выйду за тебя замуж. В любое удобное для тебя время. — Она
запнулась. — И я хочу от тебя ребенка. Мы можем постараться и подарить
Шону еще одного братика или сестричку.
В дверь настойчиво позвонили.
Оливия проснулась первая. Пронзительная трель ворвалась в ее сон, но она
только плотнее прижалась к Джоэлу.
— Ты ненасытная, — хрипло пробормотал он, целуя ее в губы.
Звонок раздался еще раз.
— Слышал? — улыбнулась она, дотрагиваясь губами до его
щеки. — К тебе пришли.
— Как не вовремя!
Он выругался, но звонок затренькал снова, и Джоэлу пришлось встать и
натянуть халат.
Когда он завязал пояс, Оливия села, нисколько не стесняясь своей наготы.
— Кто бы это мог быть?
— Отец с матерью, — со стоном предположил он, наблюдая, как она
меняется в лице. — Они звонили из аэропорта, хотели, чтобы я заехал за
ними, но к тому времени я уже успел выпить. Мне пришлось отказаться.
— Я рада, что так случилось, — пробормотала она.
— И я. — Джоэл наклонился и поцеловал ее. — Я скоро вернусь.
Звонок прозвенел снова, и он, подбирая предметы одежды со ступенек,
спустился по лестнице. Он бросил вещи на комод и открыл дверь.
— Ты что, не видишь, какой на улице дождь? — взорвалась его мать,
фурией влетая в коридор. — Ты не мог быстрее?
— Видишь ли, я был в постели, — ответил Джоэл, бросая на отца
виноватый взгляд.
— В постели? — Дайана Армстронг сняла пиджак и стряхнула с него
капли дождя. — Сейчас только десять, Джоэл. Сколько ты выпил, ради
бога?
— Это тебя не ка...
Он не закончил. Мать с удивлением рассматривала брошенные на комод вещи.
Затем с брезгливым выражением лица взяла одну из них.
— У тебя женщина? Отец оказался прав.
Джоэл вырвал чулок из рук матери и бросил обратно на комод.
— Не просто женщина, — сказал он. — Моя Лив приехала сразу
после вашего звонка. Вот и все объяснения.
У Дайаны от возмущения не нашлось слов.
— Столько лет прошло, прежде чем вы вновь соединились, — нашелся
Патрик Армстронг. — Надеюсь, в этот раз навсегда, сын.
— Спасибо, папа.
Джоэл пожал руку отцу.
— Ты снова встречаешься с Оливией Фоли? — недоверчиво переспросила
мать. — О, мой мальчик, разве это разумно? Что, если она снова причинит
тебе боль?
— Я не причиню ему боль.
Голос прозвучал с лестницы, и Армстронги, как по команде, обернулись. Оливия
в его рубашке, едва прикрывавшей ей бедра, спускалась по ступенькам.
Сердце Джоэла забилось чаще, и он в одно мгновение оказался рядом с любимой.
Она была невозможно красивой и принадлежала только ему. Это настоящий
подарок судьбы.
— Оливия! — быстро нашлась Дайана, улыбка разлилась по ее
лицу. — Ты должна простить мне мое недоверие. Я мать, и у меня есть
право защищать сына.
— А у жены есть право защищать себя, — мягко ответила Оливия и,
решив, что официальное приветствие закончено, обратилась к отцу Джоэла: —
Здравствуй, Патрик. — Она радушно обняла старика. — Как прошел
полет?
— Наш рейс... — начал мужчина.
— Что ты сказала? — прервала его Дайана. — Право жены? —
Она с удивлением повернулась к сыну. — В наше отсутствие вы снова
расписались?
— Еще нет, мам. — Джоэл крепко прижал к себе невесту. — Но я
попросил Оливию выйти за меня замуж, и она ответила согласием.
— Мои поздравления! — воодушевленно воскликнул Патрик
Армстронг. — Что-то вы затянули с восстановлением отношений. По моему
мнению, вам вообще не стоило разводиться.
— Согласен. — Джоэл крепко прижался губами к теплой макушке
Оливии, и у родителей не осталось сомнений в искренности его слов. —
Мама, — он посмотрел на Дайану, — ты нас благословишь?
Губы старой женщины на мгновение сжались, — ох уж эта молодежь, с ними
как на пороховой бочке! — но не бороться же ей против всей семьи. Она
обняла Джоэла и Оливию и поцеловала.
— Что я могу сказать? — Слезы радости заблестели в ее
глазах. — Надеюсь, вы наконец обретете счастье, которого заслуживаете.
ЭПИЛОГ
— Можно мне снова в бассейн? — заканючил Шон, и его отец с мачехой
обменялись многозначительными взглядами.
— Ты полдня не вылезаешь из воды, — заметила Оливия. — Отец
считает, что тебе необходим перерыв. Если хочешь пойти с нами сегодня
вечером в город, марш в кровать.
— Еще пять минут, — умолял Шон. — А потом, обещаю, я посплю
пару часиков. — Он улыбнулся Оливии. — Я же знаю, что ты не
возражаешь. В конце концов, через год или два вы сами захотите, чтобы я
научил Натали плавать.
Оливия погладила по головке девочку, которую держала на коленях.
— Он прав, — она обратилась к Джоэлу.
Его глаза вспыхнули, и она сразу угадала желание, охватившее его в
одночасье.
— Ладно, — согласился Джоэл. — Пять минут, а затем бегом в
свою комнату, и чтобы я не слышал, что ты играешь в электронные игры, когда
полагается спать. Иначе останешься вечером дома.
— Отлично, пап.
Шон обнажил белые зубы в довольной улыбке и нырнул под воду. С тех пор как
они переехали в Штаты, его способности в плавании улучшались день ото дня.
Просторный сад с бассейном располагал к занятиям спортом.
Прошло немногим больше года с момента свадьбы Оливии и Джоэла, но их жизнь
сильно изменилась за эти короткие двенадцать месяцев.
На свадебной церемонии присутствовали лишь члены семей невесты и жениха и
близкие друзья.
Шон играл роль главного шафера и был в восторге от возложенных на него
обязанностей. Луиза была очень благодарна Оливии за то, что та приняла Шона
в свой дом, с маленьким ребенком было трудно уследить за сыном-подростком.
Оливия нашла работу на полдня в Чевинхеме и могла в любое время забирать его
из школы. Теперь она чувствовала себя настоящей матерью.
Хорошие отношения с Шоном стали дополнительным источником радости всей
семьи. Джоэл оставил свою холостяцкую привычку допоздна засиживаться на
работе и сразу после лекций рвался домой, к жене и сыну.
В конце лета Джоэл принял приглашение одного из престижных американских
университетов прочитать курс лекций.
Оливия не колебалась ни секунды, оставлять ей работу или нет. И вскоре они
переехали в маленький городок недалеко от Бостона.
Естественно, Шон изъявил желание поехать с ними, но Джоэл объяснил мальчику,
что это будет несправедливо по отношению к его матери, поэтому они достигли
договоренности: Шон будет самостоятельно прилетать к ним каждые каникулы.
Вскоре после приезда в Америку Оливия поняла, что беременна. Она легко
выходила срок и родила здоровую и красивую девочку, которую назвали Натали.
Контракт Джоэла с университетом заканчивался в октябре, и хотя Оливии было
жаль покидать насиженное место, она хотела домой. Им нужно было показать
Натали бабушке и обоим дедам, а также ее тете и дяде. Несмотря на грусть по
поводу расставания с новыми американскими друзьями, Джоэл тоже рвался в
Англию. Его уже давно заждались студенты, и он предвкушал, как поделится с
ними своими новыми открытиями.
Шон вылез из бассейна и направился в душ. Джоэл взял дочку у жены. Ребенок с
несвойственной ее возрасту силой вцепился в отцовский палец.
— Ты, верно, устала. — Он дотронулся до розовой пухлой
щечки. — Мама накормила тебя, поменяла подгузник, и теперь ты должна
дать нам несколько минут отдыха, — терпеливо объяснял он трехмесячной
девчушке.
— Дети непредсказуемы, — уверенно проговорила Оливия. Она посещала
занятия в клинике для будущих матерей, из которых вынесла много
интересного. — Возможно, тебе следует честно признаться, что ты хочешь
заполучить ее маму к себе в постель.
— Это так очевидно? — Он блеснул невероятно белыми на фоне
загорелого лица зубами. В Массачусетсе климат был гораздо жарче, чем на северо-
востоке Англии. Джоэл выглядел отдохнувшим и привлекательным, и Оливия не
могла дождаться, когда останется с мужем наедине.
Полчаса спустя Джоэл перекатил жену на спину.
— Мне не хотелось бы никуда выходить сегодня вечером, — протянул
он томно. — Я бы предпочел остаться с тобой.
Оливия забросила одну руку ему на плечо, другой откинула со лба влажные
волосы.
— Твои коллеги дают ужин в твою честь. Это знак уважения и дружбы, они
очень сожалеют о твоем отъезде.
Джоэл провел пальцем по полной и отяжелевшей от молока груди жены.
— Знаю, — кивнул он. — Я наслаждаюсь чувством абсолютного
обладания. Когда мы приедем домой, мне придется делить твое внимание с
семьей.
Она улыбнулась.
— Я хочу видеть отца. Линда писала, что он лихо ездит на инвалидном
кресле и подумывает купить машину. Он чувствует себя гораздо лучше.
— Благодаря тебе, — заметил Джоэл, и через мгновение она
почувствовала его губы у себя на животе. — Твое возвращение домой —
самое лучшее, что произошло со всеми нами. Не могу представить, как бы я жил
без тебя.
— Линде тоже надо отдать должное, — слабо пробормотала
Оливия. — И, кстати, нужно не забыть оставить бутылку молока Марше,
когда мы уйдем на праздник.
Марша была пожилой чернокожей женщиной, которая откликнулась на их
объявление о найме экономки. Она оказалась настоящим сокровищем для молодой
семьи. Именно она отвезла Оливию в больницу, когда у той начались схватки, и
успокаивала Джоэла.
— У Марши дюжина собственных детей. Думаю, ты можешь на нее
положиться, — сказал Джоэл и потянулся к ее губам. — Как сильно ты
любишь поговорить, — посетовал он.
Оливия улыбнулась и забросила одну ногу ему на бедро.
— Я перестану болтать, но и ты не трать время понапрасну, —
поддразнила она мужа. — Через двадцать минут Шон начнет искать нас...
Закладка в соц.сетях
