Жанр: Любовные романы
Несмолкаемая песнь любви
...с постели. — Почему ты упорствуешь?
— Я тебе уже сто раз повторяла и снова повторю. — Глаза Оливии
наполнились слезами. — Когда я обнаружила, что беременна, я испугалась.
Нам было по двадцать. Ты работал на ферме, но я знала, что это временно. Мне
нужна была приличная работа, чтобы поддержать тебя. И в этих условиях мы
действительно не могли позволить себе ребенка.
— Лив... — начал он снова, но она его перебила:
— Я не хотела тебя терять. Я видела, как Мартин и Линда выбивались из
сил, быт едва не разрушил их семью. Слава богу, он нашел работу в садовом
центре, и они смогли позволить себе содержать свой собственный дом.
— Они сумели, — глухо произнес Джоэл.
— Я не хотела для нас подобной участи, не хотела жить на ферме. Я
мечтала о независимости, чтобы самостоятельно решать свои проблемы и строить
отношения без оглядки на родителей.
— И поэтому ты решила сделать аборт.
— Нет! — выкрикнула она с отчаянием. — Да, я записалась на
прием в клинику в Чевинхеме. Я этого и не отрицала, но когда туда пришла, то
поняла, что не в состоянии посягнуть на плод нашей любви.
Джоэл натянул джинсы.
— Я отвезу тебя домой, — ровным голосом сообщил он. — Твоя
одежда, должно быть, высохла.
Плечи Оливии поникли.
— Ты отказываешься выслушать меня?
— О, пожалуйста. — Он с презрением посмотрел на нее. — Я знаю
окончание твоей истории. Из клиники ты ушла...
— Именно.
— И по дороге домой у тебя случился выкидыш?
— Ты все знаешь.
— Черт, — выругался он. — Ты состряпала эту сказку, пока
ждала меня дома.
— Нет!
— Да, Оливия. Откуда, ты думаешь, я узнал об аборте? — Его лицо
превратилось в маску. — Ты, вероятно, надеялась, что защищена врачебной
тайной и все такое прочее. И не предполагала, что найдется
добрый
человек,
который шепнет мне на ушко, какой я дурак. Такого позора я никогда не
испытывал, поверь мне.
— Кто?
— Думаешь, я назову имя? — Джоэл отрицательно покачал
головой. — Я принесу твою одежду. — Мужчина направился к
двери. — Кстати, Шон возвращается домой завтра, точнее, уже сегодня. Я
собирался позвонить тебе и поблагодарить за оказанные услуги. Кажется,
теперь мы все выяснили, да?
ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
Отперев замок собственным ключом, Оливия неслышно проскользнула в темный
коридор. Из-под двери в отцовскую комнату выбивался свет, кто-то тихо позвал
ее по имени. Она робко дернула ручку.
Бен Фоли бодрствовал.
— Папа! — воскликнула она, украдкой стирая слезы со щек. —
Почему ты не спишь? — Оливия шмыгнула носом и вошла в комнату. —
Тебе пора спать.
— Я проспал большую часть дня, — сухо заявил старик. — Я
думал, ты останешься на ночь у Джоэла.
— Линда меня выдала, — посетовала Оливия. — Я уснула, а когда
проснулась, он привез меня домой.
— А почему ему пришлось подвозить тебя? Где твоя машина?
— Я оставила ее на пляже. — Оливия беспечно взмахнула
рукой. — Понимаешь, я переутомилась, и Джоэл подобрал меня.
— И привез в свой дом.
— Да.
— Поэтому ты плачешь?
Оливия судорожно вздохнула и яростно потерла глаза.
— Я не плачу.
— Не стоит отрицать очевидное, — возразил отец. — Когда у
женщины красные глаза и нос, дело плохо.
Оливия снова шмыгнула носом.
— Ладно, я плакала, но это же не грех?
— Нет. — Бен покачал головой. — Мне бы хотелось узнать, чем
молодой Армстронг расстроил тебя.
— Молодой! — Оливия попыталась улыбнуться. — Папа, Джоэлу уже
тридцать пять.
— Я в курсе. — Отец нахмурился. — Что случилось? Ты спала с
ним?
— Папа!
— Не смотри на меня так, Ливви, я, может, старый и больной, но с
головой у меня все в порядке. — Он вздохнул. — Если он тебя
обидел, я хочу знать. Ему, может, и тридцать пять, но для меня он по-
прежнему мальчишка!
— О, папа! Я не хочу об этом говорить. — Оливия почувствовала, как
слезы снова заструились по щекам, выхватила салфетку из коробки на
журнальном столике и промокнула глаза. — Уже поздно. Мне нужно ложиться
спать.
— Значит, ты все-таки спала с ним, — подытожил отец. — Я
знал, что так и будет. Рано или поздно. И очевидно, попытка наладить
отношения не удалась.
— Папа!
— Да перестань повторять
папа, папа
! Я был тебе и за отца и за мать,
когда умерла Элизабет. Много времени утекло, но для меня ты всегда
останешься моей деткой, Ливви. Маленькой девочкой, на которую я возлагал
большие надежды.
Оливия схватила руку отца.
— Линда сказала мне, ты во многом отказывал семье, лишь бы я училась в
школе. Это правда?
— Линда не имела права говорить тебе такие вещи. Я счастлив, что сделал
это. И я горжусь тобой, хотя ты мне и не веришь. Ты хорошая женщина, Ливви.
Заботливая, щедрая и слишком честная.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Оливия.
— Ты рассказала Джоэлу о своих сомнениях по поводу ребенка, а он тебя
неправильно понял. Твоя мать потеряла ребенка сразу после нашей свадьбы, и
только потом у нас появилась Линда.
— Я не знала. — Оливия смотрела на отца во все глаза.
— Об этом люди не распространяются. Твоя мама очень переживала, но постепенно жизнь наладилась.
— Спасибо, папа. — Оливия слабо улыбнулась. — Теперь я
чувствую себя гораздо лучше. Что я могу сделать для тебя?
— Можешь обрадовать Линду, я решил взять в банке заем. — Бен
сделал паузу и нахмурился. — Твое присутствие вдохнуло в меня жизнь.
Мартин прав, я больше не смогу управлять фермой. Так почему я должен стоять
у них на пути? У меня есть дела поважнее.
— Какие? — Оливия замерла.
— Перво-наперво, выбраться из кровати, — мрачно произнес
отец. — Собираюсь испробовать инвалидное кресло на аккумуляторе. Пиво,
которое я пил с тобой в заливе, напомнило мне о хороших деньках. Кто знает,
может, старые приятели не забыли меня?
Последующая неделя длилась невероятно долго. Несмотря на то, что жизнь в
доме заметно повеселела после согласия отца на обновление коттеджей, Оливия
чувствовала себя истощенной и одинокой.
Однажды ночью она спустилась на кухню выпить стакан воды и случайно услышала
разговор Мартина и Линды. Ее зять не понимал, почему она оставалась в его
доме. Он согласился на ее приезд только из-за денег, которые они
рассчитывали получить, теперь же, когда нашелся другой источник
финансирования, Мартин не желал делить с ней крышу.
Оливия очень расстроилась еще и потому, что Линда была полностью на стороне
мужа. Если бы не больной отец, Оливия бы моментально собрала вещи и
вернулась обратно в Лондон. Предательством и упреками она была сыта по
горло.
Несколько дней спустя Оливия отправилась в Ньюкасл, чтобы подыскать квартиру
и работу.
К несчастью, она слишком поздно вспомнила о резюме, но жизнь в Лондоне
научила ее сопротивляться трудностям. Уверенность в своих способностях
иногда гораздо важнее, чем увесистая пачка рекомендательных писем.
День доставил ей массу разочарований. Она посмотрела несколько квартир, и
все они оказались либо слишком маленькими, либо слишком дорогими. Один
вариант у реки ей приглянулся, но с владельцем связаться не удалось, и ей
предложили подождать несколько дней. Собеседование по поводу приема на
работу назначили на следующую неделю.
Оливия заказала билеты в Лондон, чтобы договориться о перевозке оставшихся в
столице вещей, и связалась с отелем, в котором останавливалась в первый свой
приезд в Англию.
Возвращаясь в Бриджфорд, она, поддавшись импульсу, свернула на дорогу к
Милфорду. Оливия убеждала себя, что хочет еще раз насладиться видом
живописного городка, а на самом деле ей не терпелось еще раз проехать мимо
дома Джоэла. Она не рассчитывала увидеть его: стоял полдень и он, скорее
всего, сейчас ведет занятия в университете.
Недалеко от дома Оливия сбросила скорость. В саду ни души, лишь птицы на
ветвях радостно славят весну. Окна безучастно поблескивают на солнце, дверь
заперта.
Внезапно Оливия увидела Шона. Рядом с мальчиком вышагивал долговязый
мужчина, в котором даже в обычной одежде нельзя было не узнать викария
церкви Всех Святых.
Сначала Оливия намеревалась проехать мимо: стекла в машине тонированные,
никто не узнает о ее появлении здесь. Но в последнюю минуту остановилась и
опустила окно.
— Привет, — бодро поздоровалась она.
— Оливия! — Шон моментально узнал ее и просунул обе руки в
окно. — Я скучал по вас, Оливия. А вы по мне?
Она не ответила. Конечно же, она скучала по мальчику, но сомневалась, что
стоит говорить об этом.
— О, это ты, Ливви, — спас положение Брайан Вебстер. — Что ты
делаешь в Милфорде? Джоэла нет дома.
Оливия могла бы сказать, что она приехала не к Джоэлу, но промолчала.
— Твоя мама знает, что ты здесь, Шон? — обратилась она к
ребенку. — Я думала, ты только на выходные приезжаешь к отцу.
— Ты права. — Брайан не дал возможности мальчику и рта
раскрыть. — В разгар рабочего дня ему следовало бы быть в школе. Он,
вероятно, надеялся застать Джоэла, но отец оказался на работе. Слава богу, я
видел, как он сходил с автобуса, и пошел за ним, поэтому он не успел
спрятаться где-нибудь. — Викарий вздохнул. — А то бы слонялся по
деревне.
— Точно. — Оливия бросила на Шона неодобрительный взгляд. Джоэл бы
рассердился не на шутку, узнай он, что сын снова сбежал из дома. Ребенок
испытывал терпение родителей с завидным постоянством.
— Сегодня уже четверг, — запротестовал Шон. — Выходные я
провожу с папой. По закону, между прочим. И что страшного, если я приехал на
день раньше?
Оливия с Брайаном обменялись многозначительными взглядами.
— Гляди-ка, Оливия, он и законы знает.
— Тебе полагается ждать до пятницы, пока отец сам не приедет за тобой.
— А мать! Ты о ней подумал? — воскликнул Брайан. — Она,
должно быть, с ума сходит от волнения за тебя. Я вернусь в церковь и позвоню
ей, затем отвезу тебя домой.
— Не хочу домой, — пробормотал Шон упрямо.
— Я могу отвезти его, — предложила Оливия.
— Правда? — Лицо Брайана просветлело. — Это очень мило с
твоей стороны, Ливви. На пять часов в церкви назначено венчание, и я голову
сломал, как бы мне выкрутиться.
— Не хочу домой, — снова захныкал Шон, но взрослые непреклонно
покачали головами.
— У тебя нет выбора, — строго одернул мальчика викарий. —
Садись в машину.
Ребенок надулся.
— Не сяду. Мама говорит, я не должен садиться в машину к незнакомцам. Я
поеду на автобусе.
— Садись, — строго приказала Оливия, перегибаясь через
пассажирское сиденье и открывая дверь. — Сейчас же.
Шон нехотя повиновался. Брайан захлопнул дверь и помахал рукой на прощание.
Автомобиль тронулся с места и медленно покатил по дороге в сторону деревни.
— Папе это не понравится, — пробормотал Шон. — Он сказал, что
мы с вами больше не увидимся. Я даже подумал, что он разозлился на вас. Вы
его чем-то расстроили? В последние выходные он был не в настроении.
Оливия пожала плечами.
— Уверена, он обрадуется, что я не оставила тебя ночевать в каком-
нибудь сарае.
— Я и не собирался ночевать в сарае, — упрямился Шон. — Я
думал поиграть в футбол на лужайке до приезда папы.
— А как же твоя мама?
Мальчик презрительно фыркнул.
— Папа позвонил бы ей, когда бы вернулся.
— А что, если у него вечерняя лекция? Он бы отсутствовал до восьми или
девяти часов вечера. Твоя мама бы места себе не находила от волнения.
— Ну, раньше она же не волновалась.
— Потому что знала, что ты у папы.
— Но я не был с папой.
— Да, но ее никто не предупредил об этом... — Оливия
вздохнула. — Шон, так больше продолжаться не может.
— Я бы хотел жить с папой.
— Мы все знаем это, но ты не можешь.
— Почему?
— Потому что твой отец не женат. У него нет жены, которая бы
присматривала за тобой в его отсутствие. — Оливия перевела
дыхание. — Если бы он был женат, все могло бы сложиться иначе.
— Вам же нравится мой папа, да? — задумчиво произнес ребенок.
Оливия сразу поняла, куда он клонит — сообразительный мальчик.
— Нравится, но я не хочу выходить за него замуж.
Неужели?
— Почему нет?
Некоторое время она колебалась, сказать ли мальчику правду или промолчать.
— Потому что очень давно я уже была замужем за твоим папой. Еще до
отъезда в Америку. — Оливия виновато улыбнулась. — Брак распался,
мы оба страдали.
Шон от изумления вытаращил глаза.
— Вы были замужем за папой, — едва слышно проговорил он. — Он
мне ничего такого не рассказывал.
— Возможно, и мне не стоило, — пробормотала Оливия. —
Однако... это ни для кого не секрет.
Мальчик задумался.
— Значит, он вам и тогда нравился?
— Это случилось давно, — отрезала она. — И мне бы хотелось
поговорить о твоем поведении, а не о моей личной жизни. — Оливия
сделала паузу. — Что происходит? Джоэл, то есть твой папа, говорил,
тебе жилось у мамы очень хорошо.
Мальчик заерзал на сиденье.
— Да, все было здорово до того, как...
Он замолчал, и Оливия озадаченно взглянула на него.
— Продолжай.
Ребенок искоса посмотрел на нее. Его плечи виновато поникли, он вжался в
сиденье.
— До того, как этот увалень сказал мне, что у них родится
ребенок, — промямлил он, и внезапно все его поступки стали ясны.
— Это же... — Оливия пыталась найти подходящее слово, —
удивительно. У тебя скоро появится братик или сестричка. Тебе следует
радоваться. Ты станешь старшим братом.
— Да, но почему мама сама не сказала мне? — вспыхнул Шон. —
Она даже словом не обмолвилась и я не знаю, правда ли это.
— О, я думаю, это правда, — мягко произнесла Оливия, вспоминая
бледность и болезненный вид Луизы в то утро, когда она заезжала к той
поговорить. — Наверное, она не может подобрать нужных слов или боится
тебя рассердить, особенно если взять в расчет твои постоянные побеги из
дома.
— Но... — Глаза Шона доверительно распахнулись. — Поэтому я и
убегал. Отчасти. И все-таки я бы лучше остался с папой. Моим мечтам не
суждено сбыться?
— Не сейчас. — Оливия заставила себя улыбнуться. Интересно, что бы
она почувствовала, если бы узнала, что у Джоэла появилась новая любовь. При
мысли о его втором браке у нее и так разрывалось сердце. Слава богу, ей не
пришлось стать свидетельницей свадебной церемонии.
Шон нахмурился.
— Так... вы думаете, если бы я сказал ей о том, что знаю о ребенке, она
бы успокоилась и поняла меня? — размышлял он вслух.
— Конечно. — Оливия говорила уверенно, в душе желая, чтобы
проблемы мальчика удалось решить так легко. — Думаю, тебе пора
становиться взрослым, Шон.
Мальчик кивнул.
— Покажи своей маме, что ты любишь ее и будешь любить всегда, даже если
у вас родится еще дюжина малышей!
Утром следующего дня Оливия возилась с инвалидным креслом в комнате отца —
они готовились к прогулке. В дверях возникла Линда.
— К тебе посетитель, — начала она без предисловий.
— Посетитель?
Сердце Оливии ушло в пятки. Вероятно, Джоэл решил поблагодарить ее за то,
что она подвезла сына домой.
— Луиза Вебстер, — быстро добавила Линда. — Ты знаешь, что ей
нужно?
Оливия догадывалась, что привело сюда бывшую жену Джоэла, но виду не подала
и отрицательно покачала головой. Накануне она высадила Шона перед его домом,
предоставив ему возможность самому поговорить с матерью.
— Я вернусь через минуту, папа, — сказала Оливия с виноватой
улыбкой. — Если хочешь, могу взять тебя с собой.
— Нет, не беспокойся обо мне, Ливви, я еще раз взгляну на
кроссворд, — ответил старик. — Болезнь учит нас терпению.
Оливия прошла в гостиную, где ее ждала Луиза.
— Линда сказала, ты хотела меня видеть, — начала Оливия, указывая
рукой на софу. — Присаживайся.
В этот раз Луиза выглядела лучше, на ее щеках играл легкий румянец.
— Надеюсь, ты не против моего приезда сюда, — проговорила
женщина. — Во-первых, я хотела поблагодарить тебя за то, что ты
привезла Шона.
— Не за что. — Оливия облегченно вздохнула. — Я рада, что он тебе признался во всем.
— Ему пришлось. — Луиза скорчила гримасу. — Брайан позвонил
мне, как только ты покинула Милфорд.
— Понятно.
— И еще. — Луиза положила руку на колено, теребя край юбки. —
Шон признался, что узнал о ребенке от Стюарта.
— Он говорил мне. — Оливия кивнула.
— Он отважился на откровенный разговор со мной благодаря тебе, не так
ли? Почему ему легче открыться постороннему человеку, чем родной
матери? — Луиза вздохнула. — Наверно, я слишком замкнулась в себе
с того момента, как у меня начался токсикоз. Я очень плохо себя чувствовала.
Оливия молча смотрела в окно. Они с Луизой никогда не были подругами и не
доверяли друг другу секреты.
— Шон считал, я не хочу, чтобы он знал о ребенке.
— Я рада, что вы все выяснили, — сказала Оливия, тщательно
подбирая слова. — Он на самом деле, хороший мальчик.
— Да, хороший, — вздохнула Луиза. — Джоэл знает? О ребенке?
— Если и знает, то не от меня, — спокойно ответила Оливия.
— Ты думаешь, Шон мог довериться отцу?
— С отцом он разговаривает обо всем, — осторожно заметила
Оливия. — Твое молчание его обидело.
— Я очень благодарна тебе за то, что ты сделала. — Луиза опустила
голову. — Особенно после моего не очень дружелюбного поведения.
Оливия сочла разговор оконченным.
— С твоего позволения...
— Подожди! — Луиза вытянула вперед руку и облизала губы. — Я
не закончила. Когда я говорила о недружелюбии, я имела в виду историю с
Джоэлом.
— С Джоэлом?
Оливия смутилась.
— Мне трудно говорить об этом, Ливви, — робко продолжила Луиза.
Оливия нахмурилась.
— Это я сказала Джоэлу об аборте, — выпалила Луиза. — Морин,
моя кузина, работала тогда в клинике в Чевинхеме. Она знала о моих чувствах
к Джоэлу, я очень ревновала его к тебе. Она мне и рассказала, что ты
приходила в клинику, чтобы сделать аборт, но потом передумала и ушла.
У Оливии все поплыло перед глазами.
— Когда я услышала о выкидыше, я рассказала Джоэлу о твоем посещении
клиники. — Луиза явно спешила выговориться. — Я ненавижу себя за
это, Ливви. А потом вы расстались...
Оливия покачнулась и оперлась рукой о стену.
— Ты разрушила мою жизнь из-за ревности!
— Мне очень, очень стыдно.
— И после этого ты вышла за него замуж! — горестно воскликнула
Оливия. — Господи, Луиза, как ты могла?
Женщина зашмыгала носом.
— Знаю, мне нет прощения, но я заплатила сполна. — Луиза виновато
пригнула голову, словно ожидая удара. — Джоэл всегда любил только тебя
одну, поэтому в постели с ним мне было холодно.
Джоэл опустошил стакан и потянулся за бутылкой, стоящей на маленьком
столике. Виски закончилось. Следовало по пути домой заскочить в бар.
Он откинулся на диванную подушку и бессмысленным взглядом уставился на
каминную решетку. В теплые дни обычно огонь не разводят, но ему казалось,
что холод поселился в его доме надолго. Он чувствовал его с того момента,
как позвонила Луиза. Шон к тому времени уже рассказал ему, что мать ждет
ребенка. Этим объяснялось ее непонятное безразличие к проблемам сына, а
мальчик в знак протеста сбегал из дома. Однако звонок Луизы был вовсе не
связан с Шоном.
То, что она сообщила ему, повергло Джоэла в шок.
Первым его желанием было прыгнуть в машину, примчаться к Луизе и выяснять
отношения. Но идея устроить скандал на глазах у сына была ему отвратительна,
ребенок вряд ли бы понял такое неадекватное поведение отца.
Он отправился к Луизе на следующее утро сразу после лекции. Он был в гневе,
она в слезах, и хотя ее вины никто не умалял, в душе Джоэл знал, что виноват
перед Оливией не меньше.
Идиот. Поверил в историю Луизы Вебстер вместо того, чтобы внимательно
выслушать свою жену. Не удивительно, что она сбежала в Лондон. Как она,
должно быть, страдала, бедняжка. После выкидыша не нашлось ни одной живой
души, чтобы поддержать и утешить ее. Все считали ее лгуньей, даже
собственный отец.
И когда она вернулась из Америки, он опять обидел ее своим недоверием.
Сразу же после разговора с Луизой Джоэл помчался на ферму просить прощения у
Оливии, но Линда сказала, что сестра уехала в Лондон и неизвестно, когда
вернется.
Сломалась последняя соломинка, удерживающая его на плаву. Он перестал спать
по ночам, не мог нормально есть, отказывался выходить на работу. Его
маленький мир рухнул.
Когда зазвонил телефон, он со всех ног бросился к нему. Вдруг Оливия
вернулась из Лондона и Линда сообщила ей о его визите?
— Ты можешь забрать нас из аэропорта в Ньюкасле? — раздался в
трубке властный голос матери. — Мы вернулись пораньше — хотели сделать
тебе сюрприз.
— Нет, мам, не могу, — простонал Джоэл.
— Не можешь? — Дайана Армстронг не верила своим ушам.
— Боюсь, я немного выпил, — признался он, наперед зная, как
воспримет это признание его мать. — Мне очень жаль, но вам стоило
предупредить меня заранее.
Дайана пробормотала что-то о неблагодарных сыновьях, затем трубку взял отец.
— Все в порядке, Джоэл. Мы возьмем такси. Я слышал, ты проводишь время
в приятной компании.
— Какой компании? — нахмурился Джоэл.
— Твой отец пытается сказать, что он слышал о возвращении
Оливии, — вклинилась в разговор мать. — Она сейчас с тобой, не так
ли?
— Нет, — его голос звучал совсем безжизненно. — Жаль, но она
больше не живет в Бриджфорде, вернулась в Лондон.
— Ну... — Дайана не слишком успешно пыталась скрыть свою
радость. — Возможно, это к лучшему. После того, что она сделала...
— Она ничего дурного не сделала, — взорвался Джоэл. — Пару
дней назад Луиза призналась, что из ревности оклеветала Оливию. У моей жены
действительно, случился выкидыш. Но никто, даже я, не поддержал ее.
Джоэл понимал, что такой разговор не стоит заводить по телефону, но ничего
не мог с собой поделать. Он думал, что, если выговорится, ему полегчает,
однако после общения с родителями ему стало еще хуже.
Он искал пиво в холодильнике, когда в дверь позвонили. Первая мысль была о
новом побеге Шона из дома, но он отбросил ее. Отношения Луизы с сыном с
недавних пор наладились. Коллеги по университету могли заглянуть, последнее
время они проявляли к нему повышенное внимание, но он надеялся, что сегодня
работа задержит их в аудиториях допоздна.
Джоэл нехотя поплелся открывать дверь.
На пороге стояла Оливия, нев
...Закладка в соц.сетях
