Жанр: Любовные романы
Наследство
... и апельсиновое
деревья. Мне они очень нравятся, ведь в следующем апреле все кустарники и
деревья покроются белыми, розовыми и лиловыми цветами. Весна будет везде.
— Жаль, что они не будут цвести во время твоего новоселья.
— Может быть, следовало бы отменить его? Джинни усмехнулась:
— Тебе не удастся от этого отделаться. Известно, что тебе совсем не
хочется устраивать вечеринку. Я вполне тебя понимаю, но прошу, поверь мне —
это очень неплохая идея устроить такую вечеринку. Новый дом станет твоим
только тогда, когда ты встретишь гостей у порога, пригласишь посидеть на
твоей мебели и угостишь. В любом случае все уже спланировано, и остается
только провести ее. А твой дом уже готов.
— И прекрасен. Благодаря тебе это самый прекрасный дом в Нью-Йорке.
— Ты выбирала все, я просто добилась подходящей цены. Осмелюсь сказать,
что мы хорошо сработали.
Лора положила руку Джинни на плечо, и некоторое время они просто молча
сидели, наблюдая за тем, как один из садовников держал дерево, а другой
раскидывал вокруг него темную, свежую землю. Крыша теперь имела совсем
другой вид. Она уже не походила на то голое пыльное пространство, первый раз
увиденное Лорой, а представляло собой настил из кедра, на котором стояли
белые стулья с металлическими ножками, подходящий им круглый стол с зонтиком
и старомодные деревянные кресла-качалки. Напротив кирпичной стены росли
деревья с зелеными и красными листьями и расположились клумбы, засаженные
георгинами, астрами и хризантемами с пустыми местами, оставленными для
розовых кустов и весенних однолеток.
Это был крошечный оазис, зеленый и благоухающий. Создавая его, Лора влилась
в число нескольких сотен жителей Нью-Йорка, вполне счастливых оттого, что
они имеют достаточно денег и места создать себе кусочек живой природы. В
городе бетонных оврагов, с неистовым движением, грохотом отбойных молотков,
среди горных хребтов и вершин упакованного в полиэтилен мусора, тянувшихся
вдоль элегантных зданий, приятно вдруг увидеть ростки цветущих деревьев, и
каждый сад напоминал приют, находящийся где-то высоко над миром.
Или это станет приютом, — подумалось Лоре, — когда я буду
проводить у себя больше часа в неделю
.
Даже сейчас весь ее дом был убежищем, хотя она и использовала его только для
того, чтобы выспаться и сменить одежду.
Когда-нибудь, — подумалось
ей, — когда у меня появятся опять тихие, спокойные часы, я буду
использовать этот дом именно для того, для чего он предназначен
. Комнаты
были скромно меблированы, но их цвета были довольно яркие, теплые от налета
старины, и это все как бы принимало в объятия. Не было ничего нового и
блестящего, все было так, как будто стояло здесь долгие годы, на самом
подходящем месте. Мебель была французская. Но в субботу вечером кухня была
переполнена. Ее оккупировали работники ресторана, готовившие блюда для
новоселья Лоры. Она была еще на работе, когда они приехали в дом и сразу
присвоили его себе. Они оборудовали бар в большой комнате, другой
расположили в саду на крыше, обеденные столы на четыре-шесть человек были
расставлены по всему дому. Они нашли, сервировочные столики и расположили на
них закуски.
— Ты превосходно выглядишь, — сказала Лоре Флавия Гварнери,
критически оглядывая ее в маленьком фойе. — И ты, Уэс, тоже, —
быстро добавила она стоящему с ее стороны Карриеру и потом снова повернулась
к Лоре. — С каждым разом ты одеваешься все лучше и лучше. Уж не знаю,
то ли ты быстро учишься, то ли твои отели удачны.
— И то и другое, — с легкостью ответила Лора, улыбаясь отсутствию
такта у Флавии, которая была одета в шелк голубого цвета — такого же, как и
ее глаза. Ткань не стягивали никакие пояса, только на плечи была наброшена
крошечная накидка такого же голубого цвета. Платье подчеркивало ее изящную
фигуру и оттеняло ее белую кожу и каштановые волосы. Она стояла,
выпрямившись, с высоко поднятой, гордо посаженной головой.
Что при этом она чувствовала — догадаться было нельзя, так как она скрывала
эмоции под маской спокойствия и холодной улыбкой.
Карриер остановился перекинуться с кем-то парой слов, а она поднялась наверх
в гостиную пообщаться с гостями. Лора уже решила, что ему не следует быть с
ней. Джинни оказалась права: эта вечеринка сделала дом ее собственностью, и
ее очень беспокоило, что Карриер был гостем только в ту минуту, когда входил
в ее дом, хотя перед этим они не виделись почти месяц.
Он продолжает менять
направленность нашей дружбы, — подумала Лора, удивляясь его
настойчивости. — Мне нужно поговорить с ним об этом
.
— Могу ли я услужить тебе, Роза? — спросила она, обходя кресло
подруги. — Что-нибудь поесть или выпить? С кем-нибудь поговорить?
— Я так счастлива, — произнесла Роза, легонько прикасаясь губами к
щеке Лоры. — Я рада, что оказалась здесь. Я чувствую себя намного
лучше, когда знаю, что те, о которых я заботилась, не забыли меня, несмотря
на мою старость и на мою слабость для серьезной работы.
Лора широко улыбнулась Розе:
— Ну конечно, правда, я не чувствую себя настолько уж старой, но эти
дни я больше думаю о прошлом, нежели о будущем. Это и есть знак более зрелых
лет, если, конечно, они вообще есть. А вот сейчас я вспоминаю о твоей
вечеринке в другом доме, доме мистера Оуэна — отмечали помолвку Эллисон с
тем мускулистым красавчиком. Ну конечно, большую часть времени я провела на
кухне, но помню, какую странную толпу ты собрала вместе в этот вечер: друзья
Эллисон из колледжа, и эти работники-плотники, и эти, ну, конечно, мистер
Оуэн заглянул туда. И Ленни тоже, и Поль.
Лора кивнула.
— И в эту ночь уже другая, не менее странная толпа, не так ли? —
проницательно спросила Роза. — Вот эта молодая пара владеет
ресторанчиком в начале улицы, и садовники, обустраивавшие тебе сад на крыше,
и графиня, и Флавия Гварнери, обмотавшая добрую половину всех бриллиантов
мира вокруг своей шеи, и этот красавчик Карлос. Если он говорит с дамой, то
выглядит так, будто совершает с ней вращательные движения в постели...
— Роза!
— Знаю, знаю, я не совсем нормальна, когда начинаю вести такие
разговоры, но это еще один признак возраста: чем старше я становлюсь, тем
больше говорю. А почему бы нет? Я говорила с твоей Джинни. Она настолько
добра, что помнит, какой обед мы с Келли приготовили в Чикаго. Ты после
этого говорила с Келли?
— Нет. К сожалению, я очень занята, а она в последние несколько месяцев
не звонила мне. Но она должна быть где-то здесь, я приглашала ее.
— Вон она, — произнесла Роза и сделала выразительный жест. —
Она спускается к нам через всю эту толпу.
К ним приближалась Келли, а через минуту она и Лора заключили друг друга в
объятия.
— Дом как в сказке, никогда не думала, что нью-йоркский дом может быть
подобным
— А где же Джон? — поинтересовалась Лора, оглядываясь по сторонам.
— Его здесь нет. Я расскажу тебе об этом в другой раз, когда ты не
будешь обременена обязанностями хозяйки.
В ее голосе Лора услышала совсем другие нотки. Она приподняла левую руку
Келли и увидела пальцы без колец.
— Когда это произошло?
— Сегодня исполнился месяц. Я расскажу тебе обо всем, может быть,
завтра мы пообедаем вместе или куда-нибудь сходим?
— Конечно. Но кто управляет
Дарнтоном
?
— Мы его продали. Ты правда хочешь услышать об этом?
— Конечно.
— Тогда вкратце. Нам сделали предложение, от которого мы не смогли
отказаться — ты знаешь, сколько времени Джон хотел продать отель — итак, мы
получили кучу денег, объехали вокруг света и потом расстались. Просто все
это не сработало. Всю оставшуюся жизнь Джон хочет играть, а мне необходимо
делать что-нибудь. Я подумала, что в понедельник зайду в твой офис и спрошу,
может быть, у тебя найдется какая-нибудь работа для меня.
Они обменялись взглядами, каждая вспоминая тот день, шесть лет назад, когда
Лора в поисках работы пришла в
Дарнтон
.
— Ну конечно. Я даже уверена, что найду для тебя что-нибудь подходящее.
Но, почувствовав, что кто-то взял ее за локоть, она повернула голову и
встретилась с внимательными, успокаивающими черными глазами Карлоса Серрано.
— Красавица, ты пообедаешь со мной, когда я буду в городе? Я позвоню и
организую это, но у меня только две недели. Должен тебе сказать, что этим
утром я приехал из твоего чикагского отеля. Это замечательно. Салют!
Лора улыбнулась. Противостоять обаянию Карлоса было просто невозможно. Он
делал это автоматически, словно дышал.
— Мне приятно, что тебе понравилось. Нам посчастливилось найти
замечательного менеджера, — она запнулась и вздрогнула, услышав свои
собственные слова. — Прости меня... — она повернулась, пытаясь найти
Келли, разговаривавшую с Розой.
— Как бы тебе понравилось жить в Вашингтоне? — поинтересовалась
она у Келли.
— Я не думала. Но почему ты об этом спрашиваешь?
— У меня там есть отель, и ему требуется все: менеджер, помощник
менеджера, даже шеф для ресторана.
— Менеджер и шеф, — повторила Келли. Ее лицо просветлело. — У
меня есть шеф. Или он будет. Это тот, что был у нас в
Дарнтоне
, ему не
нравятся новые владельцы. Он сказал, что, если я снова вернусь в отель, он с
удовольствием будет работать со мной. А Вашингтон звучит заманчиво.
Они улыбнулись друг другу и ощутили то волнение, которое бывает при начале
чего-то нового, когда все вдруг находит свое место.
— Завтра за ленчем, — сказала Лора, — мы все обсудим, ты мне
нужна сразу.
— Прямо сразу я и готова. Лора поцеловала ее в щеку:
— Мы будем видеть друг друга чаще. Ведь мы почти соседи.
— И снова будем работать вместе. Как мне нравится это!
К ним подошел Клэй и крепко обнял Келли.
— Здорово, что я тебя увидел, а где Джон?
— Он не смог. Ты выглядишь преуспевающим: высокий, светловолосый и
красивый. Красотка держит тебя за локоть. У тебя выдающиеся усы.
Классический костюм. Неужели это тот мальчишка с широко раскрытыми глазами,
желающий провести свою жизнь, гоняя машины по нашему острову? Клэй
подмигнул:
— Такой же ребенок. Просто подрос и научился использовать свою
собственную машину вместо чужих. Келли, ты не будешь возражать, если я на
минуту украду Лору?
— Будь добр. Но ты не будешь обсуждать рабочие дела на вечеринке,
обещаешь?
— Никогда, — он поцеловал ее и взял Лору за локоть. — Прости,
но мне показалось, что тебе следует сказать... — Они поднялись на несколько
ступенек вверх, пытаясь найти свободное место в уголке.
— Этим вечером я обнаружил, что парень из службы безопасности, которого
я нанял пару месяцев назад, работает на Сэлинджеров.
— Ну и...
— Это не очень хорошо, не так ли? Я имею в виду, что он знает все о
замках на наших дверях, мониторах в коридорах и сейфах в комнатах.
— Я не понимаю. Ты думаешь, он может проникнуть в наши отели?
— Кто знает? Он очень много знает о нас.
— Клэй, но ведь это не война. У нас нет армий и шпионов. У нас совсем
нет цели уничтожить друг друга.
— Но Феликс может. Или Бен. Что ты знаешь о Бене?
— Бен? У него своя жизнь и своя семья. Я уверена, он очень счастлив.
Мне не верится, что он будет заниматься чем-нибудь, что повредит мне. В
любом случае я убеждена, что он больше не занимается грабежами. Он из
благополучной семьи, зачем ему так рисковать?
— Может, он нуждается в деньгах?..
— Наверняка у него есть столько денег, сколько ему нужно. В любом
случае, если он все еще занимается воровством, то из всего света он не
выберет нас.
— Он выберет, если у него будет информация, облегчающая дело.
— Достаточно! Я не хочу говорить об этом. Бен не ворует. Я просто знаю,
что он не ворует. И у нас никто ни разу не заявил о краже, этого достаточно.
Это просто твоя дурацкая затея. Не стоит так беспокоиться. Кто эта девушка с
тобой?
— Это Розмари. Она считает, что меня следует держать под присмотром.
— Возможно, так и есть.
— Мирна всегда это говорила. Сначала это нравится, но потом становится
чем-то очень привычным, как человек. Без риска, без свободы, без
возбуждения...
Он сурово посмотрел на Лору:
— Если ты считаешь все это таким важным, как могло случиться, что ты не
вышла замуж за Уэса?
— Просто я не люблю Уэса. Если бы любила, то вышла. Я просто уверена,
что семья очень много значит. Это могло бы помочь тебе... — она замолчала.
— Повзрослеть? Ты все считаешь, мне нужно повзрослеть?
— Временами.
Карриер стоял прямо за ее спиной. Взяв ее за локоть, он сказал:
— Ты игнорируешь своих гостей.
На мгновение она почувствовала обиду, но быстро успокоилась:
— Ты прав. Клэй, мы увидимся позднее, а пока отдыхай.
— Непременно, — он широко улыбнулся ей. — Ты устроила
замечательную вечеринку, я люблю тебя. А если ты считаешь, что мне
необходимо позвонить Мирне, я позвоню.
Лора поцеловала его в щеку:
— Я тебя тоже люблю. Мне кажется, тебе следует делать то, что приносит
тебе счастье. На лестнице в сад Карриер произнес:
— Ты избалуешь его.
Она пожала плечами в ответ:
— Как?
— Ты не говоришь ему, что нужно делать. Тебе следует заставить его
больше работать, придерживаться одной линии и наконец остановиться.
— Ты имеешь в виду, мне нужно опекать его больше, чем ребенка?
Они стояли на верхних ступеньках лестницы.
— Ты просто не понимаешь Клэя. Со времени смерти родителей он все время
ищет, кто же будет о нем заботиться. Он привязался к Бену, но Бен потянул
его вниз, и теперь он пришел ко мне. Конечно, я могу сказать ему, что нужно
делать. Он вполне может сделать это. Но это никак не поможет ему вырасти и
взять на себя ответственность за свою собственную жизнь. И кроме того, я
совсем не хочу управлять его жизнью. Мои руки полностью заняты моей
собственной.
— В этом я предлагаю тебе свою помощь.
Оставив предложение без ответа, она толкнула дверь в сад и тут же оказалась
в окружении гостей. Только через пять часов гости разошлись, и они снова
остались вдвоем. Организатор вечера и его помощники были еще на кухне,
занятые мытьем стаканов и десертных тарелок, извлекаемых из самых
неожиданных мест по всему дому. Лора и Карриер сидели в креслах около окна в
гостиной. Все лампы были потушены, кроме одной.
— Чудесный вечер, — начал Карриер. — Ты можешь заставить всех
чувствовать себя как-то особенно.
— Спасибо. — Ее голос был почти неслышным. Спустя мгновение он
произнес:
— С сегодняшнего вечера тебя что-то беспокоит. Ты собираешься
поделиться со мной?
Лора выпрямилась, и на ее лице появились тени.
— Нам больше не стоит быть вместе, я этого не хочу. Он спокойно
посмотрел на нее:
— Я думал, мы договорились быть друзьями, пока живем раздельно.
Лора разочарованно махнула рукой:
— Друзья. Похоже на пароль. Это значит, что мы временами вместе ходим в
гости, временами вместе спим, а сейчас вдруг выясняется, что на моей
вечеринке ты играешь роль хозяина. Это значит, я вовсе не ожидаю, что ты на
мне женишься, но во всех других случаях ты был бы моим мужем. Мы делим с
тобой все, кроме адреса, — усмехнулась она. — Я теперь понимаю,
Уэс, почему ты так удачлив в бизнесе. Ты не бросаешь. Ты продолжаешь давить
на всех до тех пор, пока они не станут такими, как тебе нужно.
Он улыбнулся:
— Ты знаешь об этом уже давно и все это время с удовольствием делила
свою жизнь со мной. Если ты встретила кого-то, я могу понять твой поступок,
но это все равно не означает, что между нами все полностью будет порвано.
— Я не встретила никого. Никого нового, — она поколебалась. —
Несколько недель назад я видела Поля, тебя в это время не было.
От этих слов лицо Карриера сильно изменилось. Он был полностью уверен, что
может совладать с теми оппонентами, которых можно рассмотреть и оценить. Но
все его навыки казались очень слабыми, возможно, просто бесполезными, когда
подобно тени из прошлого Лоры появлялась неизвестная ему фигура.
— Ты собираешься вернуться к нему?
— Конечно, нет, только из-за одной вещи. Он женат...
— Женат? Ты никогда не говорила мне об этом.
Лора загадочно улыбнулась:
— Есть еще множество вещей, о которых я никогда не говорила тебе, Уэс.
Некоторое время они молчали. Только из кухни доносилось приглушенное
позвякивание тарелок и разговоры.
— Но самое важное, что я люблю его. Это просто несправедливо по
отношению к тебе. Это нечестно ни по отношению ко мне, ни к тебе, что я могу
продолжать жить, будто в один день я полюблю тебя. Ведь я не полюблю, Уэс.
Если еще я не полюбила тебя, то не полюблю и потом. Не верю, что ты будешь
всегда с этим мириться. Все это до тех пор, пока ты чувствуешь себя со мной
спокойно. Ты просто не придаешь значение тому, что знаешь. Ты нравишься мне,
мне нравится проводить с тобой время, мне нравится работать с тобой. Но это,
пожалуй, все. И ты вовсе не будешь проводить со мной время, если вдруг
появится кто-то, кто даст тебе все, что ты хочешь.
— Это больше, чем просто чувствовать себя спокойно, — сказал он, и
голос его вздрогнул. — К черту это! Я всегда буду желать тебя. В своей
жизни я достаточно набегался. В доме мне нравится нежность и спокойствие. Ты
даришь мне все это, даже и не любя меня. Это иррационально? Тогда я
иррационален. И сейчас, когда у тебя появился свой дом...
— Ты платишь часть арендной платы за этот дом? — резко оборвала
его Лора.
— Нет. — Одной из самых замечательных способностей Уэса Карриера
было без усилия перескакивать с одной мысли на другую. — Конечно, нет.
Для начала мне следовало бы поинтересоваться у тебя.
Лора слегка покачала головой:
— Спасибо. Тогда какую часть ты возьмешь на себя в моей ренте?
Он издал коротенький смешок:
— Я надеялся ты просто отнесешь это к удаче. Я убедил владельца снизить
цену. Конечно, это очень маленькая услуга. Это, пожалуй, все. Но я не давал
никаких обещаний. Хотя, пожалуй, я дал одно. Я пообещал ему, что ты не
будешь слишком переживать и не порушишь здесь все в ту ночь, когда решишь
бросить любовника.
В его голосе она услышала боль.
— Это было больше маленькой услуги Я очень благодарна тебе, Уэс. Тебе
не кажется забавным, что спустя все эти годы я благодарю тебя? Мне кажется,
пришло время стать на ноги и начать жить самостоятельно. Ты так не считаешь?
— Ты управляешь корпорацией, владеющей четырьмя отелями. Моя дорогая,
ты стоишь на ногах очень крепко.
Лора вздрогнула от желания полюбить его. Ведь это смогло бы так все
упростить.
— То, что я здесь, я сделала для тебя. А ты все еще продолжаешь
поддерживать меня? Так не может продолжаться вечно.
— Почему не может? — Он наклонился вперед. — Лора, я ведь
люблю тебя. Я любил тебя все эти годы, и я привык к этому. — На какое-
то мгновение он остановился. Лора знала, что принять все это было слишком
тяжело для него. — Возвращаясь из поездок, я хочу знать, что снова
возвращаюсь к тебе. Я рассчитываю на твое присутствие здесь, на твое
ожидание, ведь так было долго... хотя к черту все это. Я боюсь потерять
тебя. Ты можешь это понять?
— Уэс, пожалуйста, не надо. Прошу тебя. Ты ведь совсем не это имеешь в
виду.
— К черту! Я имею в виду именно это. Как ты думаешь, скольким людям на
этом свете я говорил такие слова? Тебе следует понять: я привык полагаться
на тебя.
— Нет, — тихо возразила Лора, — ты привык полагаться на то,
что я есть у тебя.
— Это то же самое. Не качай головой. Говорю тебе, это одно и то же:
пять лет мы были вместе. Я приходил сюда, когда ты была нужна мне, и ты
давала мне то, в чем я так нуждался. По своему желанию ты получала от меня
все, что я мог тебе дать. Я рассчитывал на тебя, а ты могла рассчитывать па
меня. Ты можешь рассчитывать и до сих пор.
Он пододвинулся и взял ее руку в свою. Хотя это не вызвало никаких чувств,
он продолжал держать ее руку.
— Послушай. То, что ты испытываешь ко мне — это своего рода любовь. Ты
не могла быть со мной такой, какой была, если бы не чувствовала ничего. Ты
не можешь отрицать это.
Наступила тишина.
— Ты ведь не отрицаешь? Ты же чувствовала что-то!
— Конечно, — ответила Лора очень тихо, но это нельзя назвать...
— Не говори мне, как мы могли бы назвать это. Если я хочу назвать это
любовью, я назову. Но что бы это ни было, ты все еще это чувствуешь. Чувства
не умирают за одну минуту, — он заметил, как меняется ее лицо, —
тебе это слишком хорошо известно. А если ты все еще продолжаешь чувствовать
это, а я все еще хочу заботиться о тебе, мы вполне можем оставить все как
есть. Мы могли...
— Не надо говорить так, — она освободила свою руку. — Ты
просто... Зачем тебе привыкать... Ты заслуживаешь большего. Ты заслужил
любящую женщину и желающую принять твою заботу, даже если это будет
означать, что ты будешь принимать за нее решения. Кто-то будет одаривать
тебя вниманием, когда этого захочется тебе. Зачем тебе оставаться со мной?
Из-за того, что я для тебя неоконченная история? Женщина, не желающая
соответствовать твоему сценарию?
— Потому что я люблю тебя, — торопливо произнес он. — И
потому, что даже если ты не любишь меня или, как ты это называешь, не всегда
подходишь под мой сценарий, ты даешь мне больше, чем любая из любимых мной
когда-то женщин.
— Уэс, что я могу дать тебе? Что в этом такого особенного?
— Господи! Даже сейчас ты не знаешь этого. Я от тебя получаю компанию
независимой женщины с собственными победами, с мыслями о своей жизни, но все-
таки позволяющей мужчине помочь тебе. Ты даже просила меня о помощи. Ты не
была слишком принципиальной. Ты чудесно действовала независимо от того, что
чувствовала. Мы были партнерами в полном смысле этого слова. Я все еще хочу
этого. И мне кажется, ты тоже. Ты не хочешь принимать серьезные решения
одна.
— Почему не хочу? У меня есть партнер.
Он засмеялся:
— Я заслужил эго. Конечно, мы все еще партнеры
— Надеюсь, мы ими и останемся, — сказала она, — Для меня это
единственный способ быть честной.
Она встала и подошла к двери:
— Уезжай, Уэс. Я хочу этого, прошу тебя.
Он застыл на месте:
— Ты живешь воспоминаниями о тени из прошлого. И это можно назвать
честным?
— Я живу сама с собой и не хочу притворяться. Для меня это достаточно
честно. Я не притворяюсь, когда вижу тебя в офисе, когда мы работаем вместе,
мы нравимся и уважаем друг друга. Я предлагаю тебе нежную дружбу. Надеюсь,
тебе будет этого достаточно, мне бы этого хотелось. Уэс, это больше, чем
имеет большинство людей.
В какой-то момент он почувствовал себя пристыженным. Он считал себя более
мудрым и более настойчивым, чем Лора.
Уэс встал и подошел к ней:
— Я позвоню тебе через пару дней. Мы ведь еще не закончили наш
квартальный отчет.
— Ох, — она была немного разочарована его отношением.
Может быть,
мне хотелось, чтобы ты попался еще раз
, — подумалось ей. Нет, ей этого
не хотелось, она была уверена в этом. Она была довольна — по крайней мере,
на эту ночь. Может быть, через неделю, пару недель или месяц, лежа одна в
пустой постели или сидя в полном одиночестве в ресторане, ей больше всего
захочется быть с ним. Но это будет через некоторое время. Сейчас эта мысль
принесла ей облегчение.
— Уэс, дорогой, спокойной ночи. Спасибо тебе за все. Большое спасибо.
Он легонько поцеловал ее в губы:
— Я скоро позвоню.
Он спустился вниз по ступенькам, вышел во двор, прошел по дорожке и
растворился в темноте улицы.
Лора прислушалась к его затихающим шагам. Она повернула голову и наблюдала
за тем, как погружали на тележку остатки еды и дополнительные стулья и
катили их по той ж
...Закладка в соц.сетях
