Жанр: Любовные романы
Сумерки
...а мои мысли
Джессика.
В этот самый момент я встретилась глазами с младшим из Калленов и тут же
опустила голову, прячась за темной завесой волос. Наши взгляды пересеклись
лишь на секунду, но я была готова поклясться, что в этот раз в его глазах не
было ни лютой ненависти, ни всепоглощающей злобы.
- На тебя смотрит Эдвард Каллен, - прошептала Джессика.
- Надеюсь, он не злится? - не удержавшись, спросила я.
- Нет, - удивленно ответила Джессика. - С чего ему злиться?
- По-моему, я ему не нравлюсь. - Меня замутило, и я закрыла лицо
руками.
- Калленам никто не нравится. Вернее, они всех презирают. А Эдвард по-прежнему на тебя смотрит!
- Перестань на него пялиться! - прошипела я.
Джессика хихикнула, но взгляд отвела, а я подняла глаза, в случае чего
готовая к решительным действиям.
Тут нас перебил Майк, собиравшийся после уроков устроить массовую игру в
снежки. Естественно, мы должны были биться на его стороне!
Джессика с радостью согласилась. Судя по тому, как она смотрит на парня, она
поддержит любое его предложение. Я молчала, с тоской думая, что придется
прятаться в библиотеке.
Остаток ленча я просидела, вперив глаза в пластиковый стол. Уговор дороже
денег, даже если сделка заключена с собственной совестью. Взор Каллена не
был свирепым, значит, я иду на биологию. От перспективы сидеть рядом с ним
мне стало плохо.
Идти по школьному двору с Майком не хотелось — чувствую, он любитель
поиграть в снежки! Однако, подойдя к двери, я услышала, что мои спутники
чуть не рыдают от отчаяния. Пошел дождь, превративший снег в островки серого
льда. Тайно злорадствуя, я надела капюшон. Отлично, после физкультуры я
смогу пойти прямо домой.
Всю дорогу к четвертому корпусу пришлось слушать сетования Ньютона.
Войдя в класс, я увидела, что за моей партой никто не сидит, и вздохнула с
облегчением. Повесив мокрую куртку на крючок, я села на место, достав
учебник и блокнот. Мистер Баннер кружил по классу, раздавая микроскопы и
предметные стекла. До начала урока оставалось еще несколько минут, и
студенты оживленно болтали. Огромным усилием воли я заставила себя не
смотреть на дверь, лениво водя карандашом по обложке блокнота.
Вот скрипнул стул — за мою парту кто-то подсел. Я сделала вид, что
увлечена рисованием.
- Привет, - произнес низкий грудной голос.
Неужели со мной заговорил Каллен?! Не в силах поверить в чудо, я подняла
голову. Как и в прошлый раз, парень сидел на самом краешке парты, но его
стул был повернут в мою сторону. С растрепанных бронзовых волос капала вода,
однако выглядел он так, будто минуту назад снялся в ролике, рекламирующем
шампунь. На ослепительно красивом лице сияла улыбка. Впрочем, глаза
оставались настороженными.
- Меня зовут Эдвард Каллен, - невозмутимо продолжал парень. -
На прошлой неделе я не успел представиться. А ты, наверное, Белла Свон?
У меня голова шла кругом. Может, мне все показалось? Ведь сейчас Эдвард
безукоризненно вежлив. Очевидно, он ждал моего ответа, а я не могла
придумать ничего подходящего.
- Откуда ты знаешь мое имя? - запинаясь, пролепетала я.
Смех Каллена напоминал звон серебряного колокольчика.
- Ну, здесь оно известно каждому. Весь город с замиранием сердца ждал
твоего приезда!
Я поморщилась. Эдвард, конечно, издевается, однако в его словах есть доля
правды.
- Вообще-то, я имела в виду, почему ты назвал меня Беллой? -
продолжала допытываться я.
- Ты предпочитаешь
Изабеллу
? - удивился Каллен.
- Нет, мне больше нравится
Белла
. Просто Чарли, то есть мой отец, за
глаза зовет меня Изабеллой, и на первых порах все называют меня именно так, -
объясняла я, чувствуя себя полной идиоткой.
- Ясно, - только и ответил Каллен.
Крайне раздосадованная собственной глупостью, я отвернулась.
К счастью, в тот момент мистер Баннер начал урок. Я попыталась
сосредоточиться, слушая задания на сегодняшнюю лабораторку. Лежащие в
коробках предметные стекла с клетками корня репчатого лука были спутаны.
Вместе с соседом по парте нам предстояло разложить их по порядку, в
соответствии с фазами митоза, причем без помощи учебника. Через двадцать
минут Баннер проверит, как мы справились.
- Можете приступать! - скомандовал он.
- Леди желает начать? - криво улыбнулся Эдвард.
Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.
- Если хочешь, начну я, - проговорил он уже без тени улыбки,
видимо, приняв меня за слабоумную.
- Нет, нет, все в порядке, - густо покраснев, сказала я.
Если честно, я блефовала. Я уже делала эту лабораторку и знала, что искать.
Не должно возникнуть никаких проблем. Я вставила первый препарат и настроила
микроскоп на сорокакратное увеличение.
- Профаза! - объявила я, мельком взглянув в окуляр.
- Можно посмотреть? - попросил Эдвард, увидев, что я вынимаю
препарат. Пытаясь меня остановить, он легонько коснулся моей руки. Его
пальцы были ледяными, будто всю перемену он держал их в сугробе. Но вовсе не
поэтому я отдернула руку так поспешно. От ледяного прикосновения кожа
вспыхнула, а по всему телу разнеслись электрические импульсы.
- Прости, - пробормотал Эдвард, поспешно убирая руку подальше от
моей. Однако от мысли заглянуть в окуляр микроскопа он так и не отказался.
В полном недоумении я наблюдала, как парень изучает препарат.
- Профаза, - согласился Каллен, аккуратно вписывая это слово в
первую колонку таблицы. Затем вставил второй препарат и рассмотрел его. -
Анафаза, - провозгласил он, тут же заполняя вторую колонку.
- Можно мне? - надменно поинтересовалась я. Ухмыльнувшись, он
придвинул микроскоп ко мне. Заглянув в окуляр, я почувствовала досаду. Черт
побери, он прав!
- Препарат номер три? - попросила я, протягивая руку.
Эдвард осторожно передал мне приборное стекло, стараясь не касаться моей
ладони.
На этот раз я не смотрела в окуляр и секунды.
- Интерфаза!
Каллен еще не успел попросить, а я уже двигала микроскоп к нему. Парень
мельком взглянул на препарат и занес результат в таблицу. Я и сама могла
сделать запись, но почерк у Эдварда оказался настолько изящным, что мне не
хотелось портить страницу своими каракулями.
Мы закончили раньше всех. Я видела, как Майк с соседкой в немом отчаянии
смотрят на коробку с препаратами. Еще одна пара тайком листала учебник.
Всеми силами я старалась не глазеть на Каллена. Тщетно. Он сам смотрел на
меня, причем с тем же необъяснимым разочарованием. Тут я и поняла, что
изменилось в лице парня по сравнению с прошлой неделей.
- У тебя линзы?
- Линзы? Нет! - Мой вопрос явно застал его врасплох.
- В прошлый раз мне показалось, что у тебя глаза другого цвета.
Эдвард только плечами пожал.
И все же цвет изменился! Я отлично запомнила бездонную черноту его глаз,
выливших на меня столько ненависти. Я еще подумала, что такой оттенок
совершенно не сочетается с бледной кожей и рыжеватыми волосами. Сегодня же
радужка была цвета охры с теплыми золотыми крапинками. Разве такое возможно,
если, конечно, он не врет про линзы? Или Форкс с бесконечными дождями сводит
меня с ума?
Опустив взгляд, я увидела, что Каллен снова сжал кулаки.
К нашей парте подошел мистер Баннер, очевидно, обеспокоенный тем, что мы не
работаем. Увидев заполненную таблицу, он удивился и стал проверять ответы.
- Эдвард, кажется, ты не подумал, что Изабелле тоже неплохо бы
поработать с микроскопом? - саркастически спросил учитель.
- Она любит, чтобы ее называли
Белла
, - рассеянно поправил Каллен. -
Я определил только две фазы из пяти.
Мистер Баннер скептически посмотрел на меня.
- Ты уже делала эту лабораторку? - догадался он.
- Да, но не на луковом корне, - робко улыбнулась я. Каллен кивнул,
будто ожидал, такого ответа.
- На сиговой бластуле?
- Да.
- Ну, - задумчиво протянул мистер Баннер, - очень удачно, что
вы сели вместе. - Пробормотав что-то еще, он ушел к своему столу.
- Ты ведь не любишь снег, верно? - спросил Эдвард. Мне показалось,
что он с трудом заставляет себя со мной общаться. Неужели в столовой он
подслушал наш разговор с Джессикой, а теперь прикидывается дурачком?
- Не очень, - честно ответила я.
- И холод тебе не нравится, - это прозвучало как утверждение, а не
как вопрос.
- И сырость тоже, - добавила я.
- Наверное, Форкс не самое лучшее место для тебя, - задумчиво
проговорил Эдвард.
- Очень может быть.
Мои слова удивили Каллена.
- Зачем ты тогда приехала? - не спросил, а скорее потребовал
ответа он.
- Ну, это сложно...
- Попробую понять, - настаивал Эдвард.
Я долго молчала, но потом не выдержала и посмотрела на него. Роковая ошибка
— попав в плен теплых золотых глаз, я начала рассказывать, как на
исповеди.
- Мама снова вышла замуж...
- Ну вот, а ты говоришь, что сложно, - мягко и сочувственно
проговорил Эдвард. - Когда это случилось?
- В сентябре, - грустно сказала я.
- И ты не поладила с новым отчимом? - предположил Каллен.
- Да нет, Фил очень славный. Пожалуй, для мамы слишком молодой, но
славный.
- Почему же ты не осталась с ними?
Я понятия не имела, чем вызвана его настойчивость. Парень смотрел на меня
так, будто его действительно интересовала моя довольно заурядная история.
- Фил много путешествует, он профессиональный бейсболист, -
невесело улыбнулась я.
- Твой отчим — знаменитый бейсболист?
- Да нет, вряд ли ты о нем слышал. Его команда играет во второй лиге.
- И твоя мать послала тебя сюда, чтобы самой путешествовать с молодым
мужем?
- Я сама себя послала, - с вызовом проговорила я. Каллен
нахмурился.
- Не понимаю, - признался он. Казалось, этот факт немало его
раздражал.
Я вздохнула. Зачем, спрашивается, я все это ему рассказываю?
- После свадьбы мама осталась со мной, но она так скучала по Филу...
Вот я и решила перебраться к Чарли.
- А теперь ты несчастна, - сделал вывод Каллен.
- И что с того?
- Это несправедливо, - пожал плечами Эдвард, буравя меня волшебным
золотым взглядом.
Я невесело рассмеялась.
- Жизнь вообще несправедлива, разве ты не знаешь?
- Вроде бы слышал что-то подобное, - сухо проговорил Каллен.
- Вот и вся история, - подвела итог я, недоумевая, почему он не
отводит взгляда.
Теплые глаза с золотыми крапинками смотрели оценивающе.
- Ты здорово держишься, - похвалил он, - но, готов поспорить,
что страдаешь больше, чем хочешь показать.
В ответ я скорчила гримасу и, с трудом поборов желание высунуть язык, как
пятилетняя девчонка, отвернулась.
- Разве я не прав?
Я сделала вид, что не слышала вопроса.
- Уверен, что все именно так, - самодовольно продолжал Каллен.
- Ну а тебе-то что? - раздраженно спросила я, наблюдая, как мистер
Баннер кругами ходит по классу.
- Хороший вопрос, - пробормотал Эдвард тихо, будто обращаясь к
самому себе.
Я вздохнула, хмуро разглядывая доску.
- Не хочешь со мной разговаривать? - удивленно спросил он.
Словно в трансе я заглянула в его глаза... и снова сказала правду:
- Нет, дело не в тебе. Скорее, я злюсь на себя. Мама всегда говорила,
что меня можно читать как открытую книгу. Выходит, она права.
- Наоборот, я тебя читаю с огромным трудом. - Почему-то мне
показалось, что Каллен говорит искренне.
- По-моему, ты весьма проницателен, - заметила я.
- Обычно так и есть, - Эдвард улыбнулся, обнажив ровные,
ослепительно белые зубы.
Тут мистер Баннер попросил внимания, и я с облегчением вздохнула.
Невероятно, я рассказала историю своей отчаянно скучной жизни странному
красавцу, который неизвестно как ко мне относится! Эдвард вроде бы
расспрашивал меня с интересом, но сейчас я заметила, что он снова
отодвинулся, а тонкие пальцы судорожно вцепились в край стола.
Я старалась внимательно слушать мистера Баннера; тот с помощью проекционного
аппарата показывал фазы митоза, которые мы только что видели в микроскопе.
Однако мои мысли витали — далеко от деления клеток.
Едва прозвенел звонок, Эдвард, как и в прошлый понедельник, сорвался с места
и изящным галопом унесся из класса. Как и в прошлый понедельник, я
завороженно смотрела ему вслед.
Ко мне тут же подскочил Майк и стал собирать мои учебники. Да он сам как ретривер, виляющий хвостом!
- Ну и лабораторка! Эти препараты ничем не отличаются! Везет, тебя
посадили с Калленом.
- Я сама справилась, - возразила я, немало уязвленная словами
Майка, и тут же пожалела о своем выпаде. - В Финиксе мы уже делали эту
лабораторку.
- Похоже, Каллен сегодня в отличном настроении, - отметил Майк, когда мы надевали куртки.
- Не понимаю, что с ним было в прошлый понедельник? - с деланным
равнодушием спросила я.
На физкультуре мне стало легче. Сегодня я играла в одной команде с Майком,
который вел себя, как настоящий рыцарь, и играл за двоих. Естественно,
подавать мне приходилось самой, и едва я брала мяч, моя команда бросалась
врассыпную.
Когда я вышла во двор, моросил холодный дождь. Я побежала к пикапу, не
обращая внимания на душераздирающий рев мотора, тут же включила печку и
распустила волосы, чтобы по дороге домой они подсохли.
Приготовившись выезжать, я внимательно огляделась по сторонам и заметила
темную фигуру Эдварда Каллена, склонившуюся над
вольво
. Парень пристально
смотрел на меня, и я тут же отвернулась, но отвлеклась и чуть не задела
ржавую
короллу
. К счастью для
тойоты
, я вовремя нажала на тормоза, иначе
мой пикап превратил бы ее в металлолом. Глубоко вздохнув, я аккуратно
выехала со своего места и, проезжая мимо
вольво
, боковым зрением увидела,
что Каллен улыбается.
Глава третья
ФЕНОМЕН На следующее утро, едва открыв глаза, я поняла: что-то не так.
Изменился свет. Он по-прежнему был серо-зеленым, как пасмурным утром в лесу,
однако чище и прозрачнее, чем обычно. Значит, тумана нет.
Вскочив, я выглянула в окно и застонала.
Тонкий слой снега покрыл двор и выбелил дорогу. Но это еще не самое
страшное. Вчерашний дождь застыл на еловых лапах, а подъездная дорожка
превратилась в каток.
Чарли уехал на работу раньше, чем я спустилась к завтраку. Отец не докучал
мне своим присутствием, но одиночеством я не тяготилась, а наоборот
наслаждалась.
Готовить не хотелось, и я залила хлопья апельсиновым соком. Странно, я с
нетерпением ждала начала занятий. Причем вовсе не потому, что жаждала
получить знания или завести новых друзей. Если быть до конца честной, я
понимала, что рвусь в школу только ради встречи с Эдвардом Калленом. Глупо,
очень глупо.
После вчерашнего разговора мне с ним лучше не встречаться. Полностью я
Каллену не верила; зачем, например, он наврал про линзы? Еще пугала
враждебность, которую он излучал холодными волнами, и ступор, охватывавший
меня, когда я видела его прекрасное лицо. Я отлично понимала, что у нас нет
ничего общего. Значит, нечего о нем и думать!
Никто не знает, сколько сил я потратила, чтобы пройти по подъездной дорожке
к пикапу. Я поскользнулась и разбила бы лицо, если бы не схватилась за
боковое зеркало. Ну и денек!
По дороге в школу я думала о Майке, Эрике и своей
популярности
. Наверное,
все дело в том, что в Форксе я новенькая, а моя застенчивость и неловкость
кажутся не жалкими, а трогательными. Этакая дева в беде!.. Так или иначе,
мне было не по себе от щенячьей преданности Майка и его соперничества с
Эриком. Возможно, удобнее, когда тебя вообще не замечают?
Как ни странно, по льду пикап двигался без особых проблем. Ехала я медленно,
не желая становиться причиной аварии на Главной улице.
Лишь подъехав к школе, я поняла, почему все прошло так гладко. На шинах
мелькнуло что-то серебристое, и, держась за багажник, чтобы не упасть, я
нагнулась над ними. Тонкие защитные цепи пересекали шины крест-накрест.
Чтобы установить их, Чарли поднялся в неизвестно какую рань. Горло судорожно
сжалось.
Я так и стояла, сдерживая непрошеные слезы, когда услышала странный звук.
Визгливый скрип тормозов становился громче с каждой секундой.
События разворачивались быстро, совсем не как в кино. Тем не менее, испытав
прилив адреналина, я воспринимала все до последней детали.
Эдвард Каллен, стоявший за четыре машины от моей, смотрел на меня с
нескрываемым ужасом. Его лицо выделялось из целого моря лиц, искаженных
страхом и отчаянием. Но гораздо важнее в тот момент был темно-синий фургон,
потерявший управление и беспорядочными зигзагами скользивший по парковке. С
угрожающей скоростью он приближался к моему пикапу, у него на пути стояла я!
Я даже глаза закрыть не успею!
Что-то сбило меня с ног раньше, чем я услышала скрежет, с которым фургон
сминал кузов пикапа. Ударившись головой об асфальт, я почувствовала, как кто-
то сильный прижимает меня к земле. Я лежала на асфальте за старой
хондой
,
рядом с которой стоял мой пикап. Больше я ничего не успела заметить, потому
что фургон снова приближался. Смяв кузов пикапа, он сделал огромную петлю и
теперь двигался в мою сторону.
Услышав сдавленное ругательство, я поняла, что не одна под
хондой
и тут же
узнала низкий бархатный голос. Взметнулись сильные руки, защищая меня от
фургона, который, сильно дернувшись, остановился сантиметрах в тридцати от
моего лица. Руки уперлись в боковую поверхность фургона, а потом заработали
быстро, как лопасти пропеллера. Секундой позже меня, словно тряпичную куклу,
перекинули через плечо и поволокли прочь. Раздался удар, затем звон битого
стекла, и я увидела, что фургон застыл там, где совсем недавно были мои
ноги.
Целую минуту стояла гробовая тишина, а потом донеслись истерические крики и
плач. Несколько человек звали меня по имени, но среди всеобщей паники я
расслышала тихий испуганный голос Эдварда.
- Белла, ты в порядке?
- Да, - только и пролепетала я и попыталась сесть. Не тут-то было
— Каллен вцепился в меня железной хваткой.
- Осторожно! - предупредил парень, когда я начала вырываться. -
Кажется, у тебя разбит висок.
Только тут я почувствовала пульсирующую боль над левым ухом.
- Ой! - удивленно воскликнула я.
- Так я и думал! - Как ни странно, в его голосе слышался
сдавленный смех.
- Черт возьми... — начала я, пытаясь собраться с мыслями. -
Каким образом ты так быстро оказался возле меня?
- Я стоял рядом, Белла.
Я снова попыталась сесть, и на этот раз он разжал свои объятия, отодвигаясь
подальше. Заглянув в его лицо, такое испуганное и невинное, я снова
поразилась его красоте. Зачем я задаю все эти вопросы?
Тут подоспела помощь — студенты и учителя с перепуганными заплаканными
лицами кричали что-то друг другу и нам с Эдвардом.
- Не шевелитесь! - велел какой-то мужчина.
- Вытащите Тайлера из машины, - командовал второй.
Заразившись царившей вокруг суматохой, я попыталась подняться, но холодная
рука Эдварда сжала мое плечо.
- Тебе лучше пока не двигаться, - мягко произнес он.
- Холодно, - пожаловалась я. Каллен захихикал, и мне стало легче.
- Ты стоял там, возле своей машины, - неожиданно вспомнила я, и
смех резко оборвался.
- Это не так! - твердо сказал он.
- Я все видела!
Вокруг нас царил хаос. Мужчины пытались освободить Тайлера. Я продолжала
спорить — откуда только взялась настойчивость? Уверенная в своей
правоте, я хотела заставить Каллена признаться.
- Белла, я стоял рядом с тобой, а потом сбил с ног, - медленно и
серьезно проговорил Эдвард. Странные глаза так и буравили меня, будто
стараясь внушить что-то важное.
- Нет! - упрямилась я.
- Белла, пожалуйста!
- Как все произошло? - не желала уступать я.
- Доверься мне, - умолял Эдвард, и я понимала, что больше не могу
сопротивляться.
- Обещаешь потом все объяснить?
- Конечно! - неожиданно резко и раздраженно сказал он.
- Конечно, - с бессильной злобой повторила я.
Шесть санитаров и два учителя — мистер Варнер и мистер Клапп — с
трудом отодвинули фургон и принесли носилки. Эдвард заявил, что в состоянии
идти сам, и я пыталась последовать его примеру. Однако кто-то донес, что я
ударилась головой и, возможно, получила сотрясение мозга. Я была готова
провалиться сквозь землю, когда на меня надели фиксирующий
воротник
.
Казалось, вся школа собралась посмотреть, как меня грузят в машину
скорой
помощи
. А Эдварда просто посадили на переднее сиденье. Разве справедливо?
Машина еще не успела отъехать, и тут, как назло, появилась полиция с шефом
Свопом во главе.
- Белла! - испуганно закричал Чарли, увидев меня на носилках.
- Все в порядке, Чар... папа, - вздохнула я. - Ничего
страшного.
Чарли стал расспрашивать санитаров и врачей, а я, воспользовавшись случаем,
попробовала найти объяснение смутным образам, которые кружились в голове,
словно цветные стекла калейдоскопа.
Вот санитары поднимают меня на носилки, и на бампере
хонды
я вижу вмятину,
по очертаниям напоминающую плечи Эдварда. Будто он прижался к машине с такой
силой, что на металлической раме остался след...
А вот его семья... Они наблюдают за происходящим издалека. Лица перекосились
от ярости и осуждения, в них нет ни капли тревоги за брата!
Наверняка всему этому есть логическое объяснение. Естественно, за
исключением того, что я сошла с ума!
Скорая помощь
с полицейским эскортом примчалась в центральную городскую
больницу. Было страшно неловко, когда меня, как последнюю идиотку, на
носилках выгружали из машины. Тем более что Эдвард грациозно выпорхнул из
кабины и по-хозяйски вошел в здание больницы, словно бывал здесь ежедневно.
Меня привезли в процедурную — длинную комнату с несколькими койками,
окруженными полупрозрачными занавесками-ширмами. Медсестра измерила мне
давление и поставила градусник. Задернуть пластиковый занавес никто не
потрудился, и, разозлившись, я решила, что не стану больше носить идиотский
ошейник
. Медсестра отлучилась, и я тут же расстегнула липучку и бросила
ошейник
под койку.
Медсестры засуетились, и через минуту к соседней койке принесли еще одни
носилки. На них лежал Тайлер Кроули, с окровавленной повязкой на голове.
Выглядел он ужасно, но с беспокойством смотрел на меня.
- Белла, я так виноват!..
- Я-то в порядке, Тайлер, а ты?
Пока мы разговаривали, медсестры снимали повязку, обнажая мириады ссадин на
лбу и левой щеке.
- Я думал, что убью тебя! - причитал Кроули. - Ехал слишком
быстро, а фургон занесло... — Он поморщился, когда сестра начала
промывать ссадины.
- Не беспокойся, меня ты не задел!
- Как ты смогла так быстро уйти с дороги? Ты стояла у пикапа, а через
секунду исчезла.
- Ну, мне помог Эдвард.
- Кто? - Тайлер не верил своим ушам.
- Эдвард Каллен, он стоял рядом. - Я никогда не умела лгать, и на
этот раз все прозвучало не слишком убедительно.
- Каллен? Его я не заметил. Bay, ну и скорость! Как он?
- По-моему, в порядке, хотя тоже в больнице.
Я ведь не сумасшедшая, галлюцинациями не страдаю. Как же все произошло?
Похоже, ответа не найти.
Мне сделали рентген головного мозга. Говорила же я медсестрам, что со мной
все в порядке, так оно и оказалось. Никакого сотрясения. Однако без осмотра
доктора уйти мне не разрешали. Итак, я застряла в процедурной. Если бы еще
Тайлер перестал извиняться!.. Я ему раз сто повторила, что со мной все в
порядке, а он продолжал изводить и себя, и меня. Наконец, я перестала его
слушать и закрыла глаза. Покаяния Тайлера доносились словно издалека.
- Она спит? - произнес низкий бархатный голос, и я тут же открыла
глаза.
У моей койки, самодовольно улыбаясь, стоял Эдвард. Хотелось показать, как
сильно я злюсь, но ничего не вышло, сердиться на Каллена было невозможно.
- Послушай, Эдвард, мне очень жаль... — начал Тайлер.
Каллен жестом попросил его замолчать.
- А где же кровь? - с притворным сожалением спросил он и
рассмеялся, обнажив белоснежные зубы.
Эдвард присел на койку Тайлера, однако повернулся ко мне.
- Каков диагноз? - спросил он.
- Со мной все в порядке, но уйти не разрешают! - пожаловалась я. -
Слушай, а почему у тебя не берут анализы?
- Все дело в связях и личном обаянии! - засмеялся Каллен.
Тут в процедурную вошел доктор, и у меня просто отвисла челюсть. Он был
молод, светловолос и красивее любого манекенщика из всех, кого я видела. И
это несмотря на мертвенную бледность и темные круги под глазами.
- Итак, мисс Свон, как вы себя чувствуете? - спросил докто
...Закладка в соц.сетях
