Жанр: Любовные романы
Сумерки
...же ходили
бы сплетни.
- Которые из них Каллены? - спросила я. - Что-то особого
сходства не видно.
- Естественно! Они же все приемные! Доктор Каллен еще молод, ему слегка
за тридцать. Хейлы (они оба блондины) — близнецы, Каллены взяли их на
воспитание.
- Они слишком взрослые, чтобы брать их на воспитание.
- Сейчас — да. Кэри и Розали восемнадцать, они живут у миссис
Каллен уже десять лет. Она их тетя или какая-то дальняя родственница.
- Молодец миссис Каллен! Заботится о приемных детях, хотя сама еще
совсем молода!
- Да, наверное, - нехотя согласилась Джессика, и мне показалось,
что она почему-то недолюбливает доктора и его жену. Судя по тому, как она
смотрит на их приемных детей, дело в элементарной зависти. - По-моему,
миссис Каллен бесплодна...
Слушая девушку, я продолжала смотреть на странную четверку, апатично
разглядывавшую стены.
- Давно они в Форксе? - спросила я, удивляясь, что не видела эту
семью, когда приезжала летом.
- Нет, - проговорила моя соседка таким тоном, будто ответ был очевиден. -
Переехали два года назад с Аляски.
Я почувствовала прилив жалости и какое-то облегчение. Жалость — потому
что, несмотря на красоту, они всегда будут здесь чужими. Значит, я не
единственная новенькая в этой школе и, к счастью, не самая заметная.
Заинтригованная, я продолжала рассматривать их. Самый младший из парней,
очевидно Каллен, снова на меня взглянул. На этот раз он смотрел с интересом,
и, отводя взгляд, я успела заметить в его карих миндалевидных глазах что-то
вроде разочарования.
- Как зовут парня с рыжеватыми волосами? - спросила я, украдкой
наблюдая за красавцем. Он все еще смотрел на меня, но не с любопытством, в
отличие от большинства студентов. Интересно, что его так разочаровало?
- Эдвард. Он, конечно, душка, но можешь не тратить на него время. Этот
гордец ни с кем не встречается. Очевидно, наши девушки для него недостаточно
хороши, - с явной обидой проговорила Джессика. Неужели Каллен успел ее
отшить?
Стараясь спрятать улыбку, я закусила губу и снова посмотрела на Эдварда. Он
отвернулся, но на щеках появились ямочки, будто он тоже улыбался.
Через несколько минут все четверо поднялись из-за стола. Как изящно они
двигаются! Даже высокий
штангист
обладал грацией танцора. Жаль, что они
уходят... Эдвард Каллен даже не обернулся.
Я засиделась с Джессикой и ее подругами и чуть не опоздала на следующий
урок. Неприятности мне ни к чему, особенно в первый день. Одна из моих новых
знакомых, которую звали Анжела, тоже шла на биологию. По дороге мы почти не
разговаривали — девушка очень стеснялась.
Мы вошли в класс, и Анжела села за заднюю парту. К сожалению, сосед у нее
уже был. Оставалось только одно свободное место в среднем ряду. Спутанные
бронзовые волосы, карие глаза — мне предстояло сидеть с Эдвардом
Калленом.
Тайком наблюдая за Эдвардом, я подала формуляр учителю. Когда я проходила
мимо, парень окинул меня ледяным взглядом. Откуда столько злобы? От
неожиданности я споткнулась и чуть не упала. Сидящая рядом девица
захихикала.
Миндалевидные глаза оказались не карими, а черными как уголь.
Мистер Баннер подписал мой формуляр и выдал учебник, не задавая глупых
вопросов. Похоже, с ним мы поладим. Естественно, он предложил мне сесть с
Калленом. Вперив глаза в пол, я подошла к парте, за которой мне предстояло
сидеть рядом с ним.
Глядя прямо перед собой, я положила учебник на парту и села, краем глаза
заметив, что Каллен заерзал. Он двигал стул к самому краю парты, подальше от
меня... морщась, будто от дурного запаха! В полном замешательстве я понюхала
свои волосы; они пахли зеленым яблоком — аромат моего любимого
шампуня. По-моему, со мной все в порядке. Я опустила прядь на самые глаза,
словно темный занавес между мной и Калленом. Что же, буду слушать мистера
Баннера.
К сожалению, лекция была посвящена молекулярной анатомии, которую я уже
изучала. Пришлось слушать и записывать во второй раз.
Удержаться я не смогла и через занавес темных волос нет-нет да посматривала
на своего странного соседа. Он целый урок просидел на краешке стула,
стараясь держаться как можно дальше от меня. Я заметила, что его левая рука
сжалась в кулак, а под бледной кожей проступили жилы. Да, похоже, парень не
из спокойных. Длинные рукава темной рубашки завернуты до локтей, и я
увидела, как играют мускулы. Субтильным Эдвард казался только рядом с
дородным братцем.
Казалось, урок тянется бесконечно. Интересно, это потому что он
предпоследний, или потому что я ждала, пока разожмется страшный кулак? Так и
не дождалась. Каллен словно прирос к краешку стула. В чем дело? Неужели он
всегда так себя ведет? Похоже, Джессика не так уж и не права, что не любит
эту семью. Наверное, дело тут не только в зависти.
Проблема не может быть во мне, ведь Эдвард совсем меня не знает!
Я еще раз взглянула на Каллена и горько об этом пожалела. Черные глаза
полыхнули такой ненавистью, что я невольно сжалась. В тот момент до меня
дошел смысл выражения
убить взглядом
.
Как только прозвенел звонок, Эдвард вскочил и бросился вон из класса.
Оказывается, он на целую голову выше меня!
Я будто приросла к стулу и тупо смотрела вслед Каллену. Ну почему он так со
мной, за что? Словно во сне, я собирала вещи, пытаясь побороть переполнявший
меня гнев. Когда я злюсь, дело всегда кончается слезами, а рыдать в самый
первый день не хотелось.
- Ты Изабелла Свон? - раздался мужской голос. Оглянувшись, я
увидела симпатичного парня, светлые волосы которого с помощью геля были
разделены на мелкие пряди. Судя по дружелюбной улыбке, его мой запах не
смущал.
- Белла, - мягко поправила я.
- Меня зовут Майк.
- Рада познакомиться, Майк.
- Хочешь, помогу найти следующий класс?
- Вообще-то у меня физкультура. Думаю, спортзал я найду.
- Я тоже иду в спортзал! - радостно воскликнул Майк. Наверное, в
такой маленькой школе подобные совпадения случаются довольно часто.
Мы вместе вышли во двор. Парень трещал без умолку, но назойливым не казался.
Он приехал в Форкс из Калифорнии десять лет назад и тоже скучал по солнцу.
Как хорошо, что у нас общий английский, мы сядем вместе! Похоже, Майк
— самый приятный из моих сегодняшних знакомых.
- Слушай, что ты сделала с Эдвардом Калленом? - смеясь, спросил
Майк, когда мы входили в спортзал. - Парень был явно не в себе!
Я вздрогнула. Значит, мне не показалось, и Каллен не со всеми ведет себя так
по-свински. Что же, придется притвориться идиоткой.
- Каллен — это тот парень, с которым я сидела на биологии? - простодушно спросила я.
- Угу, - кивнул Майк. - Как только ты к нему села, у него
будто живот заболел.
- Не знаю, - покачала головой я, - мне он не жаловался.
- Да он точно больной! - Новый знакомый топтался возле меня,
вместо того, чтобы идти в мужскую раздевалку. - Если бы случилось чудо,
и тебя посадили со мной, я бы времени зря не терял!
От его искреннего восхищения мне стало немного легче.
Мистер Клапп, преподаватель физкультуры, подобрал мне форму, но
переодеваться не заставлял — в первый день я могла наблюдать за
занятиями с трибуны. В Финиксе физкультуру в старших классах посещали только
по желанию, а здесь она была обязательной. Да, хуже не придумаешь!
Наблюдая за четырьмя волейбольными партиями одновременно, я вспомнила,
сколько травм получила и сколько подруг потеряла, играя в волейбол, и меня
замутило.
Наконец прозвенел звонок. Облегченно вздохнув, я понесла формуляр в
канцелярию. Дождь кончился, зато подул холодный сильный ветер. Я брела,
опустив капюшон на глаза и втянув руки в рукава.
А войдя в теплый административный корпус, тут же испуганно попятилась к
двери — у стойки администратора стоял Эдвард Каллен. Спутанные
бронзовые волосы я узнала мгновенно. Кажется, он не слышал, как хлопнула
дверь. Я прижалась к стене и вся обратилась в слух.
Низким, очень приятным голосом Каллен спорил с администратором. Понять чего
он добивается, не составило никакого труда — ему хотелось перенести
шестой урок биологии на любой другой день.
Не может быть, что все дело во мне. Наверняка что-то случилось еще до того,
как я вошла в кабинет биологии. Мало ли какие неприятности могут быть у
парня! С чего ему меня ненавидеть?
Входная дверь открылась, и порыв ветра разметал лежащие на стойке бумаги и
мои волосы. Маленькая девочка молча передала администратору какую-то папку и
ушла. Эдвард Каллен медленно повернулся, и черные глаза снова окатили меня
холодной волной ненависти. Даже искаженное гримасой злобы, его лицо,
казалось прекрасным. На долю секунды я почувствовала какой-то животный страх
— в этом парне есть что-то дьявольское! Всепоглощающий ужас отступил,
но мне еще долго было не по себе.
- Что же, ничего не поделаешь! - произнес Каллен низким бархатным
голосом. - Пусть все останется, как есть! Простите, что отнял у вас
столько времени. - Повернувшись на каблуках, он быстро вышел на улицу.
На трясущихся ногах я подошла к стойке и протянула формуляр.
- Как прошел первый день? - спросила сидящая за стойкой женщина.
- Все отлично. - Мой голос дрожал, поэтому ответ прозвучал
неубедительно.
Когда я подошла к пикапу, стоянка уже почти опустела. Как же уютно в кабине!
Похоже, в этой промозглой дыре именно пикап станет мне настоящим домом.
Думая о том, что случилось сегодня, я молча смотрела на лобовое стекло и
довольно скоро замерзла. Все, пора ехать! Мотор взревел, и я поехала к
Чарли, на ходу вытирая слезы.
Глава вторая
ОТКРЫТАЯ КНИГА На следующий день все было гораздо лучше, проще... и одновременно сложнее.
День был лучше, потому что не шел дождь, хотя небо затянули густые облака.
Он оказался проще, потому что я знала, чего ждать. Майк сидел со мной на
английском и проводил меня на следующий урок под гневным взглядом Эрика. Мне
было очень лестно! На меня обращали куда меньше внимания, чем вчера, а на
ленч я пришла с большой компанией, в которой были Майк, Эрик, Джессика и еще
несколько студентов, которых я знала по именам. Отношения потихоньку
налаживались.
Второй день оказался сложнее, потому что я чувствовала себя разбитой —
заснуть под жуткие завывания ветра мне удалось с трудом. Хуже, потому что на
тригонометрии мистер Варнер задал мне вопрос, и я ответила неверно. Пришлось
играть в волейбол, после моей подачи мяч угодил в голову девушке из другой
команды. День был ужасным, потому что Эдвард Каллен не пришел в школу.
Все утро я с тревогой ждала ленча и полных ледяной ненависти взглядов.
Иногда мне даже хотелось подойти к этому красавцу и спросить, в чем дело.
Ночью, лежа без сна, я придумала целую речь. Однако обманывать себя ни к
чему, у меня не хватит смелости заговорить с Калленом первой!
Мы с Джессикой вошли в столовую. Оглядев зал, я увидела странных
родственников, однако Эдварда среди них не было.
Тут нас нагнал Майк и повел к столику, за которым сидели его друзья.
Джессике льстило мужское внимание. Я старательно прислушивалась к общему
разговору, а сама с замиранием сердца ждала появления Эдварда. Может, я все
придумала, и он обычный самовлюбленный павлин? Однако Каллен так и не
пришел, и я нервничала все сильнее.
С тяжелым сердцем я пошла на биологию. Меня провожал Майк, расписывающий
достоинства ретриверов. Затаив дыхание, я открыла дверь — Каллена в
классе не оказалось и я пошла к своему месту. Майк не отставал ни на шаг и
делился планами на летние каникулы, пока не прозвенел звонок. Грустно
улыбнувшись, парень направился к своей парте, за которой сидел вместе с
темнокожей девушкой. Печально, с Майком придется что-то делать. В маленьком
городке нужно вести себя очень осторожно, а я чрезмерным тактом не
отличалась, да и друзей у меня почти не было.
Сидеть за партой в одиночестве очень даже удобно. По крайней мере, я
старалась себя в этом убедить. Однако избавиться от навязчивой мысли, что
Каллен пропустил школу из-за меня, оказалось непросто. Наивно предполагать,
что я произвела на незнакомого парня такое сильное впечатление. Бред какой-
то!
Наконец прозвенел последний звонок; едва оправившись от того, что случилось
на физкультуре, я бросилась в раздевалку и переоделась в джинсы и темно-
синий свитер. К счастью, мне удалось ускользнуть от Майка и лекции о
ретриверах. Я припустила на стоянку, чтобы уехать раньше моих новых
знакомых. Не желая ни с кем общаться, укрылась в кабине и стала рыться в
сумке, проверяя, все ли на месте.
Вчера вечером выяснилось, что из еды Чарли способен приготовить только
яичницу. Я вызвалась ежедневно готовить завтрак и ужин, и отец с радостью
передал мне ключи от кладовки. В доме почти не было продуктов. Я составила
список, взяла деньги из жестяной банки с надписью
На еду
и после школы
решила заехать в супермаркет.
Я повернула ключ зажигания, и мотор тут же огласил стоянку душераздирающим
грохотом. Не обращая внимания на затыкающих уши студентов, я стала
дожидаться своей очереди выехать за школьные ворота. Делая вид, что ужасный
звук издает другая машина, я заметила Калленов и близнецов Хейлов, которые
усаживались в новенький
вольво
. Ну, конечно же! Завороженная дивной
красотой лиц, я не обращала внимания на одежду и только сейчас отметила, что
вещи на них очень простые, но явно дорогие, скорее всего из авторских
коллекций. С такой внешностью и грацией они и в лохмотьях привлекали бы
всеобщее внимание. Деньги и красота — это уже слишком! Хотя такое
встречается сплошь и рядом. Но Калленам и Хейлам это скорее всего лишь
навредило бы.
Нет, проблема здесь не только в Форксе и его нравах. Похоже, Калленам
нравится находиться в изоляции. Трудно представить, что местные жители не
пытались до них достучаться.
Как и все остальные, Каллены покосились на мой пикап. Я смотрела прямо перед
собой и, когда выехала за пределы школы, вздохнула с облегчением.
Супермаркет находился неподалеку, всего через несколько улиц к югу от школы.
Для Форкса он был довольно большим, и здесь я почувствовала себя в своей
тарелке. Есть на что посмотреть, и не слышно набившего оскомину дождя. В
Финиксе именно я покупала продукты, поэтому и тут быстро нашла то, что
нужно.
Приехав к Чарли, я разложила продукты по своему усмотрению. Надеюсь, папа не
будет возражать. Обернув крупные картофелины фольгой, я поставила их в
духовку и замариновала отбивные.
Кажется, все. Я поднялась на второй этаж, переоделась в сухие брюки и
толстовку и собрала влажные волосы в хвост. Пожалуй, проверю электронную
почту, прежде чем приступать к урокам.
В моем ящике было три новых сообщения.
Белла, - писала мама, - пожалуйста, ответь как можно скорее! Как
долетела? Надеюсь, дождь тебе еще не надоел. Я очень скучаю! Вещи для
Флориды почти собрала, но не могу найти розовую кофточку. Куда она
запропастилась? Фил передает привет. Целую, мама
.
Вздохнув, я открыла второе письмо, мать послала его через восемь часов после
первого.
Белла! Почему ты мне не отвечаешь? Мама
.
Последнее было отправлено сегодня утром.
Изабелла! Если до половины шестого не получу ответа, позвоню Чарли
.
Я посмотрела на часы. Половина пятого. Зная мою мать, лучше поспешить.
Мама, успокойся, сейчас напишу обо всем подробно. Прошу, не делай
глупостей! Белла
.
Отправив первое письмо, я тут же принялась за второе.
Мама! У меня все отлично. Дождь льет как из ведра. Школа ничего, только
программа немного отстает от Финикса, и мне придется кое-что повторить. У
меня уже есть друзья, мы вместе ходим на ленч.
Розовая кофточка в химчистке, ее нужно было забрать в пятницу.
Представляешь, Чарли купил мне пикап! Довольно старый, но вполне надежный, а
для меня это главное.
Я тоже соскучилась. Как появятся новости, напишу. Не волнуйся, со мной все в порядке! Целую, Белла
.
По литературе мы проходили
Грозовой перевал
, я решила его перечитать и так
увлеклась, что едва услышала, как пришел Чарли. Я опрометью бросилась на
кухню, достала картофель и положила мясо на противень.
- Белла? - позвал отец, услышав мои шаги на лестнице.
Интересно, а кого еще он ожидал увидеть?
- Привет, папа! С возвращением!
- Спасибо. - Он разулся и отстегнул кобуру, наблюдая, как я ношусь
по кухне. Насколько я знала, на работе ему ни разу не приходилось применять
оружие, но пистолет он постоянно держал наготове. В детстве, когда я
приезжала в гости, отец всегда вынимал патроны, а пистолет прятал. Очевидно,
теперь он считает меня достаточно взрослой, чтобы случайно прострелить себе
голову, и достаточно разумной, чтобы не сделать это нарочно.
- Что на ужин? - осторожно спросил Чарли. Мама любила
экспериментировать, хотя ее шедевры далеко не всегда оказывались съедобными.
Похоже, он не забыл их даже за семнадцать лет!
- Печеный картофель и отбивные, - ответила я, и отец вздохнул с
облегчением.
Наверное, ему было неловко стоять без дела, он прошел в гостиную и включил
телевизор. Пока отбивные подрумянивались, я приготовила салат и накрыла на
стол. Все, можно звать Чарли!
- Пахнет очень вкусно, - с одобрением сказал он.
- Спасибо!
Несколько минут мы ели молча. Тишина не тяготила ни Чарли, ни меня. Думаю,
мы с ним уживемся.
- Как тебе школа? Успела завести друзей? - спросил отец,
расправившись с салатом.
- Ну, на тригонометрии и испанском я сижу с девушкой по имени Джессика,
мы вместе ходим на ленч. А еще мне понравился Майк, такой высокий и
светловолосый. С ним не заскучаешь! Да и остальные студенты тоже ничего, за
одним-единственным исключением.
- Высокий и светловолосый — это, наверное, Майк Ньютон. Славный
парень, и семья хорошая. Его отцу принадлежит магазин спорттоваров в
предместьях Форкса. Дела у него идут неплохо.
- А Калленов ты знаешь? - нерешительно спросила я.
- Доктора Каллена и его семью? Конечно. Доктор — замечательный
человек.
- Боюсь, его дети... э-э... не так популярны. В школе их не любят.
К моему удивлению, Чарли разозлился.
- Чего и следовало ожидать! - пробормотал он. - Доктор Каллен
— великолепный хирург и мог бы работать в любой клинике мира,
зарабатывая в сто раз больше, чем у нас. Нам очень повезло, что он живет
здесь, что его жена захотела поселиться в нашем городе. Для Форкса он
настоящая находка, а его дети прекрасно воспитаны. Когда Каллены приехали, я
боялся, что у них будут проблемы — столько подростков, причем доктор
не скрывал, что все они усыновленные. Однако Каллены оказались порядочнее,
чем многие молодые люди, чьи семьи живут здесь из поколения в поколение.
Естественно, они держатся вместе — они ведь семья, Но в городе Каллены
недавно, а надо же обывателям кого-то обсуждать!
Признаюсь, такой длинной тирады я от Чарли не ожидала. Кажется, его волнует
все, что говорят в городе.
- Каллены довольно милые, - пошла я на попятную, - просто
держатся особняком, вот и все. Странно, они ведь такие симпатичные!
- Ты еще доктора не видела! - рассмеялся отец. - Хорошо, что
он женат. Хотя половина медсестер и так сходит по нему с ума...
Остаток ужина прошел в тишине, а потом Чарли помог мне убрать со стола и
снова сел перед телевизором, а мне пришлось мыть посуду. Вручную!
Посудомоечных машин отец не признавал.
Я нехотя поднялась в свою комнату, где меня ждала домашняя работа по
математике. Кажется, папа тоже не любит точные науки.
Ночь оказалась на удивление тихой, и я быстро уснула.
Остаток недели прошел спокойно. Я привыкла к школе, а к пятнице знала в лицо
почти всех студентов. Девушки из волейбольной команды научились меня
страховать и делали мне пас только в присутствии физрука.
Эдвард Каллен на занятия не приходил.
Каждый день я видела, как его родственники появляются в столовой без него.
Только тогда я могла расслабиться и участвовать в общей беседе. В основном,
обсуждали поездку к океану в Ла-Пуш, которую Майк с друзьями собирались
совершить через две недели. Меня тоже позвали, и я согласилась, скорее из
вежливости, чем из желания куда-то ехать. Надеюсь, на побережье посуше и
потеплее.
В пятницу я шла на биологию, ничего не опасаясь. Похоже, Эдвард окончательно
забросил школу. Думать о нем не хотелось — я до сих пор не могла
избавиться от мысли, что как-то связана с его странным отсутствием.
Первые выходные в Форксе не были богаты событиями. Чарли дежурил, я
убиралась, делала домашнюю работу и написала маме ободряющее письмо. В
субботу съездила в местную библиотеку; она оказалась такой бедной, что я
решила не записываться. За книгами буду ездить в Олимпию или Сиэтл.
Прикинув, сколько уйдет на бензин, я ужаснулась.
Все выходные шел дождь, но несильный, так что я отлично выспалась.
В понедельник утром на стоянке я встретила много знакомых. Все приветливо
улыбались и желали удачной недели. Утро выдалось особенно холодным, зато без
дождя. На английском я как обычно сидела с Майком, писали тест по
Грозовому
перевалу
.
Можно сказать, что пока я привыкала гораздо быстрее, чем надеялась, и
чувствовала себя вполне комфортно.
Когда мы вышли из класса, в воздухе летали белые хлопья. В школьном дворе
царило радостное возбуждение. Чему они радуются? Я чувствовала, как от
холода краснеют уши и нос.
- Bay! - закричал Майк. - Снег идет!
Я растерянно смотрела на танцующие в воздухе хлопья, из которых медленно
росли сугробы.
- Да уж, снег... — Куда пропало хорошее настроение?
- Ты не любишь снег?
- Нет. Снег всегда означает холод. К тому же мне казалось, что сначала
падают снежинки, такие красивые шестилучные, похожие на звезды.
- Ты что, никогда раньше не видела снегопад? - недоверчиво спросил
Майк.
- Почему же, видела, - ответила я. - По телевизору.
Ньютон засмеялся и покачал головой. В тот самый момент большой снежок ударил
его по затылку. Мы оба стали лихорадочно оглядываться по сторонам, пытаясь
определить, кто его швырнул. Я подозревала Эрика, который быстрым шагом шел
прочь, к спортзалу, хотя по расписанию у него тригонометрия. Очевидно, Майк
думал то же самое, потому что, нагнувшись, зачерпнул снега.
- Увидимся за ленчем, хорошо? - спросила я, переминаясь с ноги на
ногу. - Игра в снежки не для меня.
Парень кивнул, не сводя глаз с удаляющейся спины Эрика.
В то утро все только и говорили, что о снеге. Как же, первый снегопад в этом
году... Я сидела, кисло поджав губы. Снег — это конечно здорово, а вот
мокрые ноги — не очень.
После испанского мы с Джессикой бегом бросились в столовую. Воздух бороздили
снежки, и я держала перед собой большую папку, готовая отбиваться. Джессика
не понимала, как можно ненавидеть снег, но кинуть снежок в меня не решалась.
У самого входа нас нагнал Майк. Гель в его волосах замерз, и он стал похож
на ежа. Пока мы стояли за едой, они с Джессикой шумно радовались снегу.
Заскучав, я машинально взглянула в дальний конец зала и буквально приросла к
месту. За столом сидели пятеро.
Джессика дернула меня за рукав.
- Белла, чего ты копаешься?
Неожиданно на глаза навернулись слезы.
Я тут ни при чем, - повторяла я
про себя, - меня это не касается
.
- Что с ней? - спросил у Джессики Майк.
- Ничего особенного, - ответила я. - Пропал аппетит. Пожалуй, я выпью содовой и все.
- Как ты себя чувствуешь? - испуганно спросила Джессика.
- Просто голова кружится, - промямлила я, рассматривая носки
ботинок.
Я подождала, пока Джессика и Майк выберут еду, и, не поднимая глаз, прошла
за ними к столику. Глотнула содовой... по закону подлости немедленно
заурчало в желудке. Майк дважды спросил, все ли со мной в порядке. Я
отнекивалась невпопад, лихорадочно соображая, не пойти ли мне в медпункт,
чтобы отпроситься с биологии.
Абсурд какой-то, зачем мне бежать?
Я решила взглянуть на Калленов один-единственный раз. Если Эдвард буравит
меня взглядом, я пропущу биологию, как последняя трусиха.
Не поднимая головы, я украдкой посмотрела на пятерку из-под опущенных
ресниц. Никаких буравящих взглядов. Немного ободренная, я расправила плечи.
Каллены смеялись. Волосы Эдварда, Эмметта и Кэри были мокры от тающего
снега. Элис и Розали визжали, отворачиваясь от холодных капель. Парни трясли
волосами прямо на них!
Однако дело было не в смехе и игривом настроении; изменилось что-то еще, а
что именно, я понять не могла. Я внимательно посмотрела на Эдварда. Сегодня
он был гораздо румянее, возможно, от игры в снежки. Темные круги под глазами
исчезли почти полностью. Нет, суть перемен не только в цвете лица. Тогда в
чем же дело?
- Белла, на кого ты смотришь? - неожиданно перебил
...Закладка в соц.сетях
