Жанр: Любовные романы
Сумерки
...ьными жалюзи на окнах. Кто догадался меня
положить на кровать с перилами? Подушки маленькие и очень неудобные, и откуда-
то доносится противный писк. Руки опутали прозрачные трубки, в носу —
непонятная защелка.
Я попыталась вырваться.
- Нет, осторожно! - остановили меня холодные пальцы.
- Эдвард! - Повернув голову, я увидела его необыкновенное лицо
совсем близко от своего. - Прости меня!
- Шшш, - зашипел он. - Все в порядке!
- Что случилось? - Как ни странно, я почти ничего не помнила,
будто мой мозг отказывался восстанавливать недавние события.
- Я чуть тебя не погубил, - с обжигающей болью в голосе
пробормотал он.
- Какая же я дура, поверила Джеймсу! Он сказал, что у него моя мама!
- Он всех нас обманул.
- Нужно позвонить маме и Чарли, - заявила я, борясь со слабостью.
- Элис уже позвонила. Рене здесь, я имею в виду в больнице. Отошла
пообедать.
- Мама здесь? - Я попыталась сесть, но в глазах тут же потемнело,
и Эдвард заставил меня лечь.
- Она скоро вернется. Тебе нужно отдыхать.
- Что ты ей сказал? - запаниковала я. Нужно срочно придумать
объяснение! Не говорить же Рене, что на меня напали вампиры! - Что она
знает?
- Ты поскользнулась на лестнице, пролетела два пролета и упала на битое
стекло, - зачастил Эдвард. - По-моему, такое вполне могло бы случиться! -
Он с трудом подавил улыбку.
Глубоко вздохнув, я отважилась взглянуть на огромную глыбу, в которую
превратилась правая нога.
- Все очень плохо?
- Ну, сломаны правая нога и четыре ребра, плюс трещины в черепной
коробке, синяки по всему телу и значительная кровопотеря. Тебе сделали
несколько переливаний крови! Мне все это не понравилось, ведь чужая кровь на
некоторое время испортила твой запах, - насмешливо заявил Эдвард.
- Да, для тебя это стало тяжелым испытанием!
- Конечно, мне же нравится именно твой запах!
- Как тебе удалось? - тихо спросила я, и Эдвард тут же понял, о
чем речь.
- Сам не знаю. - Он отвернулся от моих любопытных глаз и тихонько
пожал забинтованную руку.
Я с нетерпением ждала объяснения. Эдвард вздохнул и уставился в пол.
- Остановиться было невозможно. Невозможно, понимаешь? Но я выстоял. -
Наконец, он поднял на меня больные глаза и криво улыбнулся. - Выходит,
я тебя люблю!
- Ну и как я на вкус?
- Даже лучше, чем на запах!
- Бедный Эдвард, - пожалела я.
- Ты не за это должна извиняться, - покачал он головой.
- А за что?
- За то, что я чуть тебя не потерял.
- Прости, - тихо сказала я.
- Я все понимаю, - кивнул Эдвард. - Но почему ты не дождалась
меня?
- Ты бы меня никуда не пустил.
- Конечно, нет. Ни за что.
Меня снова начали мучить неприятные воспоминания. Я поморщилась и задрожала.
- Белла, в чем дело?
- Что случилось с Джеймсом?
- Отодрав от тебя, я отдал его Эмметту и Кэри. - В голосе Эдварда
слышалось сожаление.
- Почему-то я их не видела, - смущенно сказала я.
- Пришлось удалить в другую комнату. В классе было слишком много
крови...
- А ты остался.
- Да, остался.
- А Элис и Карлайл? - удивленно переспросила я.
- Они тоже тебя любят, ты же знаешь.
На задворках сознания замелькали образы, и я что-то вспомнила.
- Элис видела кассету?
- Да. - В его голосе горела лютая ненависть.
Я попыталась протянуть здоровую руку, но что-то меня остановило. Капельница!
- Ой! - взвизгнула я.
- Что такое? - обеспокоенно спросил Эдвард, и его лицо немного
смягчилось, хотя глаза смотрели по-прежнему мрачно.
- Иголка, - жалобно пояснила я и поспешно перевела взгляд на
выложенный кафелем потолок. Сломанные ребра болели, так что дышать было
трудно.
- Надо же, иголки боится! - пробормотал Эдвард, обращаясь к самому
себе. - Не жуткого вампира, который превратит ее жизнь в ад, а
капельницы!
Я закатила глаза. Да, без самобичевания никуда! Самое время сменить тему.
- А почему ты здесь?
Эдвард обиженно насупил брови. Такого вопроса он совсем не ожидал!
- Мне уйти?
- Нет! - испуганно возразила я. - Только как объяснить твое
присутствие маме? Нужно что-то придумать, пока она не вернулась.
- Ах, это! - воскликнул он. - Я прибыл в Финикс с благородной
целью образумить тебя и уговорить вернуться в Форкс. - Эдвард говорил
так серьезно и искренне, что я почти поверила. - Ты согласилась со мной
встретиться и поехала в мотель, где остановился мы с Карлайлом и Элис... Но,
поднимаясь в наш номер, ты поскользнулась, и... остальное тебе известно.
Вдаваться в детали совершенно необязательно, тем более что в таком состоянии
небольшие провалы в памяти совершенно естественны.
Я на секунду задумалась.
- В твоей истории не все гладко. Например, разве в мотеле есть разбитые
окна?
- Конечно, есть, - уверенно ответил он. - Элис постаралась!
Если хочешь, можешь подать на мотель в суд!
Я закатила глаза. Хорошо хоть от этого не больно.
- Тебе не о чем беспокоиться, - заявил Эдвард, осторожно гладя
меня по щеке. - Главное, выздоравливай!
Несмотря на боль и действие медикаментов, мое тело моментально откликнулось
на прикосновение. Прибор, выводивший на монитор данные о пульсе, запищал еще
чаще. Наверное, о моих чувствах к Эдварду услышала вся больница.
- Черт побери эти приборы! - раздосадованно бормотала я.
Он усмехнулся и задумчиво на меня посмотрел.
- Хммм, интересно... — пробормотал Эдвард и стал медленно
наклоняться к моим губам.
Приборчик запищал еще громче и чаще, а когда наши губы встретились, писк
прекратился. Эдвард тут же отпрянул и испуганно взглянул на монитор, где
снова проползла кривая моего пульса.
- Похоже, надо быть еще осторожнее, чем обычно, - нахмурился он.
Забыв о боли и шлангах капельницы, я подняла руки и обняла его за шею. Не
отпущу никогда!
Но Эдвард поджал губы и осторожно положил мои покрытые синяками и ссадинами
руки на кровать.
- Идет твоя мама! - хитро улыбнулся он.
- Пожалуйста, не уходи, - поддавшись безотчетному страху,
воскликнула я. А вдруг я больше его не увижу?
Заглянув в мои глаза, Эдвард увидел в них панику и довольно кивнул.
- Никуда я не уйду, - пообещал он и улыбнулся. - Лучше
немного посплю.
Пересев в бирюзовое кресло из искусственной кожи, Эдвард закрыл глаза и
перестал шевелиться.
- Не забывай дышать, - усмехнулась я. Эдвард тут же сделал
глубокий вдох, хотя глаза не открыл.
В коридоре послышались мамины шаги. Она с кем-то разговаривала, скорее
всего, с одной из медсестер и, судя по голосу, была расстроена.
Осторожно приоткрыв дверь, Рене заглянула в комнату.
- Мама! - позвала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Взглянув на якобы заснувшего Эдварда, мама на цыпочках подошла к моей
кровати.
- Он что, ни на шаг от тебя не отходит? - раздосадованно спросила
она.
- Мама, я так рада тебя видеть!
Рене обняла меня за плечи, и я увидела, что она плачет.
- Белла, какой кошмар!
- Прости меня, мама! Со мной все будет в порядке, я поправлюсь.
- Как здорово, что ты открыла глаза! - Мама присела на краешек
кровати.
- Как долго я была без сознания? - Внезапно я поняла, что не знаю,
какой сегодня день.
- Сегодня пятница, милая, ты несколько дней пролежала в коме.
- Пятница? - испуганно переспросила я и попыталась вспомнить,
когда Джеймс... Нет, не могу об этом думать, не желаю!
- Врачи несколько дней кололи тебе обезболивающее... Конечно, столько
переломов!
- Знаю, - отозвалась я. Голова до сих пор как в тумане!
- Тебе повезло, что доктор Каллен оказался рядом. Такой приятный
человек... Такой молодой! Он больше похож на голливудского актера, чем на
доктора.
- Ты видела Карлайла?
- Да, и Элис тоже. Очень славная девушка!
- Очень! - искренне согласилась я.
- А ты не говорила, что завела таких хороших друзей! - Рене
взглянула на Эдварда, с закрытыми глазами полулежавшего в кресле.
Я усмехнулась, но тут же застонала от боли.
- Плохо? - забеспокоилась Рене и повернулась ко мне. Эдвард на
секунду приоткрыл глаза.
- Все в порядке, - прошептала я, обращаясь к обоим. - Просто
нужно поменьше двигаться.
Эдвард снова
заснул
. Воспользовавшись тем, что Рене отвлеклась, я
поспешила сменить тему, чтобы разговор не коснулся моего непредсказуемого
побега из Форкса.
- Где Фил? - быстро спросила я.
- Во Флориде! Белла, ты не поверишь, у нас такие новости!
- Филу предложили контракт?
- Да! Как ты догадалась? С командой
Красные дьяволы
!
- Здорово! - восторженно воскликнула я, совершенно не подозревая,
что за команда эти
Красные дьяволы
.
- Уверена, в Тампе тебе понравится гораздо больше, чем в Милуоки! -
захлебывалась в восторгах Рене. - В Висконсине мне было не по себе от
снега и сырости, а теперь Тампа! Море солнца, и не так влажно. Мы
присмотрели чудесный домик: желтоватый с белой отделкой, а крылечко как в
старых французских фильмах. Перед домом огромный дуб, до океана всего
несколько минут. У тебя будет отдельная ванная...
- Мама, подожди! - перебила я. Эдвард лежал c зарытыми глазами,
однако его лицо было слишком напряженным для спящего. - О чем ты
говоришь? Ни в какую Флориду я не поеду, останусь в Форксе.
- Тебе не обязательно возвращаться в Форкс, глупышка! Фил теперь будет
в разъездах гораздо реже. Мы с ним решили, что нам только полезно пожить
втроем.
- Мама, - снова начала я, призвав на помощь все свое красноречие, -
мне нравится в Форксе, К школе я уже привыкла, у меня есть друзья... —
Рене подозрительно взглянула на Эдварда, и я поспешно перевела разговор в
более безопасное русло. - Я нужна Чарли. Он ведь совсем один и не умеет
готовить.
- Хочешь остаться в Форксе? - не верила своим ушам мама. Ее
настороженные глаза метнулись к Эдварду. - Почему?
- Мама, ты что, не слышала? Из-за школы и Чарли. - Я пожала
плечами — и тут же взвизгнула от боли.
Рене всплеснула руками и, вероятно, хотела потрепать меня по щеке, но не
решилась. Единственным незабинтованным местом на лице был лоб, его-то она и
погладила.
- Белла, детка, ты ведь ненавидишь Форкс!
- Там не так уж и плохо.
Мама нахмурилась, ее взгляд метался от меня к Эдварду.
- Все из-за этого мальчика? - прошептала она.
Я уже открыла рот, чтобы соврать, однако Рене смотрела на меня слишком
внимательно и наверняка заметила бы подвох.
- Ну, отчасти из-за него, - признала я. Надеюсь, мама довольна, а
подробности ей ни к чему. - Ты с Эдвардом уже поговорила?
- Да, - неуверенно ответила Рене. - И нам с тобой есть, что
обсудить.
Так! Вот это уже интересно!
- Что такое?
- Кажется, парень в тебя влюблен! - негромко заявила она, будто в
этом было что-то постыдное.
- По-моему, тоже, - будто по секрету призналась я.
- А ты как к нему относишься? - Мама и не старалась скрыть свое
любопытство.
Тяжело вздохнув, я отвела глаза. Как бы близки мы ни были с мамой,
откровенничать не хотелось.
- Он сводит меня с ума! - Наверное, именно так говорят
семнадцатилетние девушки о своих парнях.
- Кем он хочет стать, когда вырастет? - поинтересовалась Рене.
Я с трудом подавила улыбку.
- Эдвард так умен, что сможет поступить в любой колледж! А больше всего
он любит музыку.
- Он музыкант? - с неподдельным ужасом переспросила мама.
- Не бойся, все не так страшно! Он играет на рояле и сам сочиняет
этюды.
- Правда? - изумленно переспросила Рене.
- Да, видела бы ты его рояль!
- Все это здорово, и он такой красавчик! Но, Белла, ты еще слишком
молода... — не смогла договорить мама. Если не ошибаюсь, в последний
раз она давила на меня родительским авторитетом, когда мне было лет восемь.
С тех пор мы стали подружками и общались на равных.
- Знаю, мама. Не беспокойся, это всего лишь роман!
- Тогда все в порядке, - обрадовалась она. Рене вздохнула и
украдкой взглянула на большие круглые часы на стене.
- Тебе пора? — Она закусила губу.
- Фил должен скоро позвонить... Я же не знала, что ты придешь в себя.
- Все в порядке, мама. - Я постаралась скрыть облегчение. -
Обо мне есть кому позаботиться.
- Скоро вернусь! - пообещала она и гордо добавила: — Знаешь, я ведь здесь ночевала!
- Мама, ну зачем?! Можешь спокойно спать дома, я все равно не замечу
разницы! - От большого количества болеутоляющих мне было трудно
говорить. Я чувствовала себя усталой и измотанной, хотя проспала несколько
суток подряд.
- Мне было страшно, - нехотя призналась Рене. - В нашем
районе совершено преступление, я боюсь оставаться одна.
- Что случилось?
- Кто-то ворвался в балетную студию и спалил ее дотла! А перед
обгоревшим зданием бросили угнанную машину. Милая, помнишь свой танцкласс?
Именно там все и случилось...
- Помню, - ответила я, задрожав.
- Если хочешь, я останусь с тобой! - великодушно предложила мама.
- Нет, лучше иди, отдохни. Со мной ведь Эдвард! — Именно поэтому
она хотела остаться.
- Вечером вернусь, - угрожающе заявила Рене, взглянув на Эдварда.
- Я люблю тебя, мама.
- Я тоже люблю тебя, Белла! Пожалуйста, впредь смотри под ноги, а то я
чуть с ума не сошла от беспокойства.
Эдвард ухмыльнулся, продолжая симулировать сон.
Через секунду в палату вошла медсестра и поправила капельницу. Мама
поцеловала меня в лоб, погладила забинтованную руку и вышла.
Медсестра измерила пульс и давление.
- Белла, тебя что-то беспокоит? Пульс слишком высокий!
- Да нет, все в порядке, - улыбнулась я.
- Пойду скажу старшей медсестре, что ты проснулась. Она придет через
минуту!
Не успела дверь закрыться, как Эдвард уже сидел у моей кровати.
- Это ты украл машину?
- Отличная тачка, очень быстрая! - отозвался он. Причем без
малейших сожалений.
- Как выспался? - поддела я.
Мой вопрос Эдвард пропустил мимо ушей.
- Интересно...
- Что именно?
- Даже удивительно. - Его тигриные глаза сузились. - Флорида,
солнце, тепло, мама рядом... Я думал, именно об этом ты и мечтаешь!
Интересно, к чему это он?
- Во Флориде тебе придется сидеть целыми днями взаперти...
Каллен ухмыльнулся, а потом внезапно помрачнел.
- Белла, я бы остался в Форксе или любом другом городе, лишь бы не причинять тебе неприятности.
Сначала я ничего не поняла и тупо смотрела на его прекрасное лицо. Однако
постепенно слова одно за другим сложились в страшный узор. Я едва слышала
участившийся писк прибора, стало невозможно дышать, и страшно заболели
ребра.
Эдвард подавленно молчал, наверняка понимая, что меня мучает боль, не
имеющая никакого отношения к переломам.
В этот момент в палату вошла старшая медсестра. Эдвард замер у монитора,
делая вид, что следит за кривой пульса.
- Думаю, обезболивающие тебе не помешают, - проговорила женщина,
приготовив новую порцию лекарства.
- Нет, пожалуйста! - заволновалась я. - Давайте попробуем без
них!
Пока не объяснюсь с Эдвардом о сне не может быть и речи.
- Деточка, не стоит геройствовать. Лишние нагрузки твоему организму ни
к чему.
Я упрямо покачала головой, и медсестра нахмурилась.
- Ладно, - вздохнула она. - Если передумаешь, нажми на кнопку
вызова.
Строго посмотрев на Эдварда, женщина вышла из палаты.
Прохладные ладони коснулись моего лица, словно пытаясь укротить бешеный
пульс.
- Шшш, Белла, успокойся.
- Не бросай меня, - обреченно взмолилась я.
- Не брошу, - пообещал он. - А теперь постарайся
расслабиться, не то я позову сестру и скажу, что ты буйствуешь.
Увы, пульс не восстанавливался.
- Белла, я никуда не уезжаю! - В его голосе зазвучала паника. -
Останусь с тобой, пока ты не выздоровеешь!
- Поклянись! - шепотом потребовала я, пытаясь контролировать
дыхание. Сердце так колотилось, что ребра вибрировали.
Заключив мое лицо в ладони, Эдвард заглянул в глаза.
- Клянусь, - серьезно проговорил он.
Он впился в меня взглядом, и постепенно дыхание пришло в норму, тело
расслабилось, прибор запищал в нормальном ритме. Сегодня волшебные глаза
были темными, ближе к черному, чем к золотому.
- Уже лучше?
- Да, - осторожно ответила я.
Эдвард покачал головой и пробормотал что-то неразборчивое. Кажется, я
расслышала слово
гиперчувствительность
- Зачем ты так сказал? - спросила я, стараясь, чтобы голос звучал
ровно. - Устал меня спасать? Хочешь, чтобы я уехала?
- Нет, что ты, не хочу! Белла, опомнись! Как я могу тебя не спасать,
если все твои проблемы из-за меня? Ты и в больницу попала по моей милости!
- Да, именно так, - нахмурилась я. - Я жива только благодаря
тебе.
- Жива! - чуть слышно усмехнулся Каллен. - Если забыть про
гипс, бинты и искореженное тело...
- Я имела в виду более ранние события. Хочешь, напомню? Если бы не ты,
я давно бы покоилась на форкском кладбище!
Эдвард поморщился, в его глазах появилось затравленное выражение.
- А знаешь, когда я сильнее всего испугался? - шепотом спросил он,
будто не слыша моих слов. - Не когда увидел тебя на полу среди битого
стекла... Не когда решил, что уже поздно. Даже не когда услышал, как ты
кричишь от боли... Все эти воспоминания я унесу с собой в вечность. Страшнее
всего мне было, когда я понял, что не могу остановиться... что убью тебя
сам.
- Но ведь ты сдержался.
- С огромным трудом.
Я знала, что волноваться нельзя. Но как реагировать, если Эдвард убеждает
себя, что от меня нужно держаться подальше?
- Обещай мне!
- Что?
- Сам знаешь, что! - разозлилась я. Похоже, он уже все решил!
Услышав в моем голосе металл, Эдвард нахмурился.
- У меня может не хватить сил держаться от тебя подальше, а ты будешь
гнуть свое... даже ценой собственной жизни, - резко добавил он.
- Ну ладно... — протянула я. Обещания Эдвард так и не дал...
Паника и страх в любой момент грозили вырваться из-под контроля. - Как
ты это сделал, я знаю, теперь хочу понять, почему.
- Что почему?
- Почему ты так поступил? Почему не дал яду подействовать? Сейчас бы я уже была одной из вас...
Его глаза стали совсем темными, выдавая ярость и изумление. Значит, Элис
слишком занята собственными переживаниями или в присутствии брата старается
быть особенно осторожной. Тонкие ноздри трепетали, рот превратился в жесткую
полоску.
Отвечать он не собирался.
- У меня никогда раньше не было парня, но почему-то кажется, что в
любых взаимоотношениях должно быть равенство... Мужчине не следует постоянно
доминировать! Мы с тобой можем в равной мере направлять и защищать друг
друга.
Эдвард задумчиво скрестил руки на груди. Судя по выражению лица, ему удалось
совладать с яростью. По крайней мере, он злился не на меня. Надеюсь, мне
удастся предупредить Элис...
- Ты тоже меня спасла, - тихо промолвил он.
- Мне же не хочется постоянно быть жертвой. Девушкам тоже нравится
спасать мир!
- Ты не понимаешь, о чем просишь, - уныло проговорил Эдвард,
внимательно разглядывая мою наволочку.
- Еще как понимаю.
- Нет, даже не спорь! Я стал другим девяносто лет назад и до сих пор не
знаю, как к этому относиться.
- Неужели ты жалеешь, что Карлайл тебя спас?
- Конечно, нет! - после некоторой паузы ответил Эдвард. - Я
же умирал, никакого будущего не было.
- Ты — смысл моей жизни. Если не будет тебя, то жить мне незачем, -
призналась я и тут же почувствовала облегчение. Пусть лучше знает правду.
Эдвард молчал. Значит, он настроен весьма и весьма решительно.
- Я не могу так поступить, Белла. Не могу и не хочу.
- Почему не хочешь? - истерически закричала я, хотя обещала себе
быть спокойной. - Не говори, что это трудно! После того, что случилось,
я готова ко всему!
Эдвард окинул меня гневным взглядом.
- Даже к боли? - саркастически усмехнулся он.
Против собственной воли я побледнела. Наверное, этот ужас будет преследовать
меня до самой смерти: огонь, растекающийся по венам.
- Ничего, - надменно заявила я, - как-нибудь справлюсь.
- Оказывается, храбрость может дойти до абсурда!
- Дело не в этом, - настаивала я. - Потерпеть три дня для
меня не проблема.
Эдвард недовольно поморщился, сообразив, что о процессе перерождения я
осведомлена гораздо лучше, чем ему хотелось бы. С трудом подавив
раздражение, он задумчиво посмотрел мне в глаза.
- А как же Чарли и Рене? — Вопрос застал меня врасплох.
- Естественно, всех правил я не знаю, но, если понадобится, я готова
оставить родителей. В любом случае, через год мне пришлось бы уехать в
колледж, и мы встречались бы только на каникулах. Чарли с Рене понимают, что
я взрослая и вот-вот начну самостоятельную жизнь. Они справятся. - Я
храбрилась, как могла, про себя решив, что время от времени буду навещать
отца. - Я взрослая и сама распоряжаюсь собственной жизнью.
Эдварду мой ответ не понравился.
- Вот именно, - вспылил он, - а со мной ты ничем
распоряжаться не сможешь!
- Если не терпится увидеть меня на смертном одре, то поспешу тебя
обрадовать: я только что там была и, возможно, не в последний раз!
- Ты поправишься, - пообещал Эдвард.
Чтобы успокоиться, я глубоко вдохнула, не обращая внимания на резкую боль в
подреберье. Мы молча буравили друг друга взглядами. Похоже, он не собирается
идти на компромисс.
- Хочу кое в чем признаться... Я умираю. Об этом стало известно задолго
до моего приезда в Форкс.
Эдвард явно ждал продолжения, а на его лице поочередно отражались недоверие,
смущение и... ужас. Он открыл рот, но произнести так ничего и не решился.
- Болезнь неизлечима, - ответила на немой вопрос я.
Потемневшие глаза изучали мое лицо, отчаянно стараясь найти хоть что-то,
указывающее на то, что я лгу или неудачно шучу.
- А Чарли знает?
- Конечно. Просто мы стараемся об этом не думать...
Рот Эдварда снова безвольно приоткрылся, но он тут же взял себя в руки. Его
лицо превратилось в маску.
- И что это за болезнь?
Я наблюдала за ним с благоговейным страхом. Если сказать, что это рак, он не
остановится, пока не найдет лекарство. И найдет наверняка.
- Она называется... смертность, - наконец ответила я.
- Ах! - разъяренно воскликнул Эдвард и выскочил из кресла с такой
силой, что моя кровать заходила ходуном. Он гневно мерил комнату шагами и
старался на меня не смотреть. Из его горла доносилось утробное рычание;
похоже, сейчас с ним лучше не разговаривать.
- Успокойся, - все-таки выдавила я. Мертвенно-бледное лицо
повернулось ко мне.
- Если еще раз попробуешь... — угрожающе начал он.
- Но это правда! Я умираю, а прежде состарюсь!
- Белла, - уже спокойнее начал Эдвард, усаживаясь в кресло.
Длинные тонкие пальцы прижались к вискам. - Белла, все именно так и
должно произойти. Так и случилось бы, если бы не я, а мое вмешательство
противоестественно!
Я презрительно фыркнула.
- Глупость какая-то. Все равно что если человек, выигравший в лотерею,
скажет:
Противоестественно! Такие деньги мне не нужны!
- Жизнь — не призовые деньги!
- Конечно, она намного дороже. — Эдвард закатил глаза и поджал
губы.
- Белла, тут и спорить не о чем! Я не намерен обрекать тебя на такое
существование.
- Ты ошибаешься, если думаешь, что я сдамся. В конце концов, ты не
единственный вампир на свете.
Его глаза потемнели еще сильнее.
- Элис не посмеет!
В тот момент вид у Эдварда был просто свирепый.
Неужели на свете найдется существо, способное противиться его воле?
- У Элис было видение? - догадалась я. - Вот почему она
боялась, что ты расстроишься! Она знает, что однажды я стану такой, как вы.
- Сестренка ошибается. Она видела тебя погибшей, а ты выжила!
- Ну, ставить против Элис я не решусь!
В палате повисла мертвая тишина, которую нарушали только писк приборов, звук
падающих капель и тиканье часов. Наконец его лицо смягчилось.
- Итак, на чем мы остановились?
- Кажется, это называется тупик, - усмехнулся Эдвард.
- Черт побери! - пробормотала я.
- Как ты себя чувствуешь? - поинтересовался он, разглядывая кнопку
вызова медсестры.
- Все в порядке, - соврала я.
- Не верю.
- Спат
...Закладка в соц.сетях
