Жанр: Любовные романы
Рассвет
...о всей
полноте. — Шелестящий голос Аро стал жестким. — И лучше всего,
если мне откроет ее твой одаренный сын. — Аро едва заметным кивком
указал на Эдварда. — Полагаю, без него не обошлось, раз именно к его
новорожденной супруге приникло сейчас дитя.
Конечно Эдвард, кто же еще! Через его мысли Аро выведает, что творится в
головах у остальных. Но не у меня.
Эдвард, отводя взгляд, поцеловал нас с Ренесми в лоб и широким шагом
двинулся по заснеженному полю, на ходу хлопнув Карлайла по плечу. Сзади
раздался тихий всхлип — это Эсми не сумела сдержать ужаса.
Красное зарево вокруг свиты Вольтури заполыхало ярче. Смотреть, как Эдвард в
одиночку пересекает
нейтральную полосу
, было невыносимо, но хоть на шаг
приблизить Ренесми к противнику я тоже не могла. Меня разрывало на части и
сжимало в тисках с такой силой, что, казалось, кости вот-вот затрещат.
Я увидела, как заулыбалась Джейн, когда Эдвард, перешагнув невидимую
границу, оказался ближе к ним, чем к нам.
Ее самодовольная улыбка стала последней каплей. Клокотавшая во мне ярость
достигла предела, захлестнув сильнее, чем жажда крови при мысли о том, что
волки обрекли себя на смерть. Я чувствовала ее вкус во рту, она бурлила во
мне, как пенный прибой. Мышцы непроизвольно сжались, и все остальное
произошло на автомате. Вложив в этот бросок всю мысленную силу, я метнула
свой щит подобно копью через бесконечную снежную полосу (в десять раз шире
моего рекордного расстояния). И коротко выдохнула от натуги.
Щит надулся пузырем чистейшей энергии, грибовидным облаком из жидкой стали.
Он пульсировал, как живой, и я чувствовала его целиком, от макушки до краев.
И понимала, что он уже не схлопнется обратно. Вспышка ярости помогла мне
осознать: на тренировках я сама не давала ему развернуться в полную силу,
тянула обратно, цепляясь за свой невидимый
зонтик
, подсознательно боясь
его лишиться. Теперь же я выпустила его на волю, и щит легко развернулся в
добрых пятидесяти метрах от меня, и я спокойно могла держать его краешком
сознания. Он сокращался, как мышца, подвластная моей воле. Я вытянула его
продолговатым заостренным овалом. Все, что накрыл собой гибкий стальной
пузырь, вдруг стало частью меня — окружающая действительность зарябила
жаркими огоньками и ослепительными искрами жизненной силы. Продвинув край
щита еще чуть дальше в глубь поля, я облегченно вздохнула, когда к этим
огонькам присоединился сияющий блеск Эдварда. Все, пусть так и остается. Я
только чуть сжала новую
мышцу
, подтянув край к Эдварду поближе, возводя
невидимую, но прочную преграду между ним и врагами.
На все это ушло меньше секунды. Эдвард разговаривал с Аро. Никто не заметил
разительной перемены, не почувствовал моего взрыва. Я не удержалась от
нервного смеха, и на меня начали оглядываться. Джейкоб тоже покосился
большим черным глазом, видимо, решив, что я схожу сума.
Эдвард остановился в нескольких шагах от Аро, и я с досадой поняла, что
защиту придется ослабить, поскольку обмен мыслями должен состояться. Мы ведь
к этому и стремились — чтобы Аро выслушал нашу версию случившегося.
Мучительным до боли усилием я заставила себя оттянуть щит, оставляя Эдварда
без прикрытия. Смешливость как рукой сняло. Я не сводила глаз с Эдварда,
готовая при малейшей опасности заслонить его снова.
Надменно вздернув подбородок, Эдвард протянул руку, будто оказывая
величайшую честь. Аро встретил его жест с восторгом, который, впрочем,
разделяли не все. Обеспокоенно затрепетала Рената. Кай сморщился так, что,
казалось, его пергаментная просвечивающая кожа не разгладится никогда.
Малявка Джейн оскалила зубы, а рядом с ней сосредоточенно прищурился Алек,
настроенный, как и я, пустить свой дар в ход по первому сигналу.
Аро, не колеблясь, подошел к Эдварду. Действительно, чего ему бояться? Дюжие
фигуры в светло-серых плащах — мускулистые громилы вроде Феликса — вот они,
в нескольких метрах. Посмей Эдвард сделать хоть один лишний шаг — у Джейн
наготове адский огонь, у Алека — слепота и глухота. И никто, даже Эдвард, не
догадывается, что я могу отразить их своим щитом.
Невозмутимо улыбаясь, Аро взял Эдварда за руку. Веки его моментально
опустились, а плечи поникли под шквалом сведений и фактов.
Все до единой стратегии, догадки, тайные мысли — все, что Эдвард
услышал
в
чужих умах за последний месяц — теперь известно Аро. Дальше, дальше вглубь —
все видения Элис, семейные вечера наедине, каждая
картинка
Ренесми, каждый
поцелуй, каждое наше с Эдвардом прикосновение... От Аро не укроется ничего.
Я зашипела от бессилия, и взбаламученный щит заколыхался, подбираясь по
краям.
— Спокойно, Белла, — шепнула Зафрина.
Я стиснула зубы.
Аро зарывался все дальше в воспоминания Эдварда. Тот опустил голову, и я
видела, как напряглись мышцы у него на шее. Он сейчас проживал все заново,
читая мысли Аро и попутно наблюдая реакцию старейшины на каждую сцену.
Этот неравный обмен затянулся надолго, свита уже начала беспокоиться. В
строю поднялся ропот, оборвавшийся по грозному рявканью Кая. Джейн, будто не
в силах устоять на месте, незаметно подбиралась ближе. У Ренаты свело скулы
от напряженного ожидания. Я призадумалась — раз этот мощный щит трясется от
страха, как осиновый лист, значит, она не воин, хотя ее дар и неоценим для
Аро. Ее дело не сражаться, а прикрывать. Ей неведом азарт битвы. И пусть я
совсем новичок, но в схватке один на один я, без сомнения, ее уничтожу.
Тут Аро наконец выпрямился и, не выпуская руку Эдварда, распахнул глаза, в
которых мелькнуло благоговейное опасение.
Эдвард чуть пошевелился, стряхивая скованность.
— Убедились? — ровным баритоном спросил он.
— Теперь да, — подтвердил Аро. Судя по голосу, происходящее его,
как ни странно, забавляло. — Смею предположить, среди богов и смертных
вряд ли найдутся еще двое, кто мог бы похвастаться такой полнотой и ясностью
картины.
На вышколенных лицах свиты отразилось то же недоверие, что и у меня.
— Ты дал мне много пищи для размышлений, мой юный друг, —
продолжал Аро. — Куда больше, чем я предполагал. — Руку Эдварда он
все еще держал в своей, а Эдвард стоял перед ним в напряженной позе
слушателя.
На слова Аро он ничего не ответил.
— Можно мне с ней познакомиться? — охваченный внезапным порывом
попросил (чуть ли не с мольбой) Аро. — Сколько столетий живу, ни разу
не встречал подобного создания. Эта история войдет в анналы!
— В чем дело, Аро? — взорвался Кай, не дав Эдварду ответить. Я
моментально перехватила висевшую на закорках Ренесми и, оберегая, прижала к
груди.
— Тебе такое и не снилось, мой приземленный друг. Возьми-ка и ты минуту
на размышление. В правосудии, которое мы пришли вершить, нужды больше нет.
Кай с шипением втянул в себя воздух.
— Тише, брат! — предостерегающе успокоил Аро.
Нам бы впору восторжествовать. Ведь именно этого заключения — отмены
приговора, мы добивались, не смея надеяться. Аро услышал правду. Аро
признал, что закон никто не нарушал.
Однако я, буравя Эдварда взглядом, заметила, как снова напряглись мышцы у
него на шее. Прокрутив последние слова Аро еще раз, я уловила подтекст,
который он вкладывал в
минуту на размышление
.
— Так ты познакомишь меня с дочерью? — повторил Аро свою просьбу.
Этот неожиданный поворот встретил шипением не только Кай.
Эдвард неохотно кивнул. Что же... Ренесми уже столько сердец успела
завоевать. Аро — лидер среди старейшин. Если он проникнется к ней, будут ли
остальные настроены по-прежнему враждебно?
Аро, сжимавший руку Эдварда, ответил на вопрос, который, кроме него, никто
не слышал.
— Полагаю, в данном пункте, с учетом всех обстоятельств, компромисс
возможен. Пойдем друг другу навстречу.
Старейшина разжал пальцы. Эдвард повернулся, Аро по-приятельски закинул руку
ему на плечо, — чтобы ни на секунду не терять контакта. Вдвоем они
двинулись по снежному полю в нашу сторону.
Свита качнулась было за ними, но Аро, не глядя, остановил их небрежным
жестом.
— Стойте, друзья мои! На нас никто не покусится, пока мы настроены
решить все миром.
В рядах раздалось протестующее ворчание, шипение и рык, но с места никто не
сошел. Рената, почти слившаяся с плащом Аро, тревожно всхлипнула.
— Господин...
— Нечего опасаться, радость моя. Все хорошо.
— Думаю, стоит пригласить с нами кого-нибудь из вашей свиты, —
предложил Эдвард. — Так им будет спокойнее.
Аро кивнул, как будто сожалея, что сам не додумался до такой мудрой мысли, и
дважды щелкнул пальцами.
— Феликс, Деметрий!
Они выросли рядом с ним как из-под земли, ничуть не изменившиеся с нашей
прошлой встречи. Оба высокие, темноволосые, только Деметрий тверд и
целеустремлен, как стальной клинок, а Феликс грозен и сокрушителен, как
утыканная гвоздями дубина.
Впятером они остановились посреди заснеженного поля.
— Белла! — позвал Эдвард. — Приведи Ренесми... и еще кого-
нибудь возьми.
Я набрала воздуху в легкие. Внутри все сжималось и противилось тому, чтобы
тащить Ренесми прямо в гущу конфликта... Но я верила Эдварду. Если Аро
замыслил какой-то подвох, он бы уже знал.
Аро привел с собой троих, значит, мне для ровного счета положены двое. На раздумья хватило секунды.
— Джейкоб? Эмметт? — вопросительно позвала я. Эмметта, потому что
ему до смерти хочется поучаствовать. Джейкоба, потому что он не вынесет
оставаться в стороне.
Оба кивнули. Эмметт ухмыльнулся.
Я зашагала через поле, ребята следом. Свита снова недовольно заворчала — они
не знали, чего ждать от оборотня. Однако по мановению руки Аро возмущение
прекратилось.
— Интересные у вас приятели, — негромко заметил Деметрий.
Эдвард, к которому он обращался, не ответил, а вот Джейкоб не сдержал
глухого рычания.
Мы остановились в нескольких метрах от Аро. Вывернувшись из-под его руки,
Эдвард встал рядом со мной и сжал мою ладонь.
Какое-то время мы и Вольтури смотрели друг на друга в упор.
Затем молчание нарушил бас Феликса.
— Здравствуй, Белла! — приветствовал он меня с развязной усмешкой,
не переставая краем глаза следить за каждым движением Джейкоба.
Я сухо улыбнулась громадине.
— Привет, Феликс.
— А ты неплохо выглядишь. Бессмертие тебе идет, — хохотнул он.
— Спасибо.
— Не за что. Жаль только...
Феликс не договорил, но я догадалась, чем заканчивалась фраза.
Жаль только, что через секунду мы тебя прикончим
. — А мне как жаль... — пробормотала я.
Феликс подмигнул.
Аро на нас даже внимания не обратил. Склонив голову, он завороженно
вслушивался.
— Какое необычное сердце! — мелодично продекламировал он. — И
какой необычный запах! — Наконец взгляд подернутых пленкой глаз
остановился на мне. — Воистину, Белла, бессмертие тебя чрезвычайно
красит. Ты прямо как создана была для него.
Я кивнула, благодаря за комплимент.
— Вижу, тебе понравился мой подарок? — поинтересовался он, глядя
на подвеску.
— Да, очень красивый и очень, очень щедрый. Спасибо. Я хотела выразить
восхищение в письме.
Аро полыценно рассмеялся.
— Так, пустячок, милая безделушка. Подумал, она оттенит твою новую
красоту, и не ошибся.
Из строя Вольтури донеслось короткое злобное шипение. Я глянула поверх плеча
Аро.
Хм... Кажется, Джейн не в восторге, что Аро шлет мне подарки.
Старейшина кашлянул, привлекая мое внимание.
— Позволишь поприветствовать твою дочь, милейшая Белла? — пропел
он медовым голосом.
Этого мы и хотели, напомнила я себе. Подавляя отчаянное желание схватить
Ренесми в охапку и умчаться прочь, я сделала два медленных шага вперед. Щит
затрепетал за моей спиной, как плащ, укрывающий всех, кроме Ренесми.
Сознавать это было больно и невыносимо.
Аро просиял.
— Очарование! — вполголоса восхитился он. — Просто копия и
тебя, и Эдварда. Привет, Ренесми!
Девочка оглянулась на меня. Я кивнула.
— Здравствуйте, Аро, — вежливо проговорила она высоким звенящим
голосом.
В глазах старейшины мелькнуло изумление.
— Что это? — прошипел Кай у него из-за спины, раздраженный, что
приходится спрашивать.
— Наполовину смертная, наполовину бессмертная, — пояснил Аро ему и
свите, не отрывая завороженного взгляда от Ренесми. — Зачата и выношена
в человеческом теле этой юной вампирши.
— Невозможно! — презрительно бросил Кай.
— По-твоему, брат, меня обманули? — притворно удивился Аро, но Кай
вздрогнул. — А стук сердца, который ты слышишь, — хитроумный
фокус?
От вкрадчивых вопросов Кай стушевался, будто под ударом.
— Спокойнее, брат, и осторожнее, — напомнил Аро, улыбаясь
Ренесми. — Я прекрасно понимаю, как дорого тебе правосудие, однако
судить эту необыкновенную малютку за ее происхождение уже нет нужды. Зато
сколько неузнанного перед нами открывается! Да, ты не разделяешь моей любви
к пополнению анналов, однако прояви терпение, и я впишу новую страницу, о
которой и помыслить доселе не представлялось возможным. Мы шли карать
отступников, скорбя о потере бывших друзей, но посмотри, что мы обрели
взамен! Какие перспективы перед нами открываются, какие знания, какие
возможности!
Он приглашающим жестом подал руку Ренесми, однако ей нужно было не это.
Выгнувшись у меня на руках, она потянулась к лицу старейшины и дотронулась
до его щеки.
Аро, в отличие от большинства предшественников, не подскочил от
неожиданности, когда Ренесми начала
показ
. Как и Эдвард, он давно привык к
потоку чужих мыслей и воспоминаний.
Досмотрев, он удовлетворенно вздохнул, и расплылся в еще более широкой
улыбке.
— Великолепно!
Ренесми с серьезным личиком откинулась обратно.
— Да? Пожалуйста! — попросила она.
Аро ласково улыбнулся.
— Разумеется, я не желаю причинять боль никому из твоих родных, малютка
Ренесми.
На секунду я поверила задушевному успокаивающему тону. Но тут же услышала,
как скрежетнул зубами Эдвард, а далеко за спиной раздалось возмущенное
шипение Мэгги.
— Интересно, — протянул Аро, словно не заметив реакции на свою
предыдущую фразу. Его взгляд неожиданно упал на Джейкоба, и вместо
отвращения, с которым смотрели на огромного волка остальные Вольтури, я
прочитала в нем непонятное любопытство.
— Нет, все происходит не так, — отрезал Эдвард. Вежливая
холодность улетучилась.
— Мысли бродят, — пояснил Аро, в открытую окидывая Джейкоба
оценивающим взглядом, который затем заскользил вдоль двойной шеренги
оборотней. За что-то такое он уцепился в
картинках
Ренесми, раз воспылал
интересом к волкам.
— Мы им не хозяева, Аро. И они не подчиняются командам. Они пришли, потому что сами так решили.
Джейкоб угрожающе зарычал.
— Однако они испытывают привязанность к тебе, — заметил
Аро. — И к твоей юной супруге, и к твоей... семье. Преданность. —
Он ласково покатал это слово на языке.
— Долг велит им защищать человека, Аро. Поэтому с нами они еще могут
существовать бок о бок, а с вами вряд ли. Разве что вы измените свой образ
жизни.
Аро залился веселым смехом.
— Мысли бродят, — повторил он. — Сам знаешь. Над своими
тайными желаниями никто из нас не властен.
Эдвард дернул уголком рта.
— Я-то знаю. И прекрасно вижу разницу между случайной мыслью и мыслью с
дальним прицелом. Не выйдет, Аро!
Джейкоб повернул огромную голову к Эдварду и едва слышно проскулил.
— Тешит себя мыслью о... сторожевых псах, — вполголоса пояснил
Эдвард.
Мертвую тишину разорвало негодующее рычание, донесшееся из глоток всей стаи.
Затем раздался короткий повелительный лай (судя по всему, Сэма, хотя я не
оглядывалась), и ярость сменилась зловещим молчанием.
— Ответ ясен, — смеясь, подвел итог Аро. — Эти уже выбрали,
за кого они.
Эдвард вдруг подался вперед, с шипением втянув воздух сквозь зубы. Я
схватила его за руку, не догадываясь, что в мыслях Аро могло вызвать такую
бурную реакцию. Феликс и Деметрий одновременно напружинились, однако Аро
успокаивающе махнул им рукой. Все, в том числе Эдвард, встали как раньше.
— Столько надо обсудить, — тоном занятого по горло бизнесмена
объявил Аро. — Столько решить. С вашего, дорогие Каллены, позволения —
и позволения вашего косматого защитника — я должен посовещаться с братьями.
37. Ухищрения
Аро не стал возвращаться к свите, дожидающейся у северной кромки поля,
наоборот, взмахом велел им приблизиться.
Эдвард тут же начал отступать, потянув за руку меня и Эмметта. Мы пятились.
Джейкоб шел медленнее всех, вздыбив шерсть на загривке и скалясь на Аро.
Ренесми ухватила его за кончик хвоста, и волк был вынужден пятиться с нами,
как на поводке. До наших мы дошли в тот самый миг, когда Аро со всех сторон
окружили темные плащи.
Теперь нас разделяли жалкие пятьдесят метров — любому вампиру на один
прыжок.
Кай тут же накинулся на Аро.
— Почему ты допускаешь этот позор? Почему мы бездействуем, вместо того
чтобы искоренить вопиющее беззаконие, прикрытое жалкой ложью? —
Когтистые пальцы на плотно прижатых к телу руках скрючились от злобы.
Странно, зачем он кричит вслух? Мог бы просто дотронуться до Аро. Что это,
раскол в рядах старейшин? Неужели нам улыбнулась удача?
— Потому что все правда, — спокойно ответил Аро. — До единого
слова. Сам посмотри, сколько у них свидетелей, готовых подтвердить, что за
короткое время знакомства удивительная малышка успела и подрасти, и многому
научиться. Они все почувствовали тепло крови, бегущей по ее жилам. —
Аро обвел рукой наших друзей от Амона до Шивон.
Несмотря на почти ласковый тон Аро, Кай почему-то едва заметно вздрогнул при
слове
свидетели
. Возмущение исчезло, видно было, как он что-то прикидывает
в уме. Оглянувшись, Кай бросил беглый взгляд на свидетелей Вольтури, и
взгляд этот показался мне каким-то... нервным.
Я последовала его примеру, и моментально заметила, что толпу уже нельзя
назвать разъяренной. Жажда возмездия сменилась растерянностью. Вампиры
перешептывались, пытаясь понять, что происходит.
Кай, нахмурив брови, погрузился в раздумья. Его задумчивость раздула пламя
погасшего было костра моей ярости. Вдруг, повинуясь безмолвному сигналу, как
во время наступления и перестроений, стража ринется в бой? Я с тревогой
проверила щит — вроде бы по-прежнему непробиваемый. Тогда я растянула его
широким приземистым куполом над всем нашим отрядом.
Родные и друзья под ним тянулись ввысь резкими сполохами света — у каждого
свой неповторимый оттенок, который я со временем, наверное, научусь
различать. Эдварда я уже узнавала — он светился ярче всех. Нехорошо, что
вокруг этих сполохов много пустот... Ведь физической преграды у щита нет, и
если кто-то из Вольтури просто войдет под него, уберечь я смогу только себя.
Сосредоточенно наморщив лоб, я осторожно подтянула края щита. Дальше всех
стоял Карлайл, и я сантиметр за сантиметром втягивала упругий
пузырь
, пока
он не облепил Карлайла, как пленка.
Щит, казалось, помогал мне сам. Когда Карлайл переступил с ноги на ногу,
качнувшись чуть ближе к Тане, эластичная
ткань
потянулась следом, будто
прилипнув к его сполоху.
Окрыленная успехом, я продолжала подтягивать хвост за хвостом, окутывая
каждую из разноцветных искр, принадлежавших к нашему стану. Щит легко
повторял их контуры и перемещался вместе с ними.
Прошла всего секунда. Кай по-прежнему медлил.
— Волки, — буркнул он наконец.
Я, к собственному ужасу, осознала, что большая часть волков у меня не
укрыта. И уже хотела дотянуть защиту и до них, когда с удивлением
обнаружила: я вижу их искры. Не понимая, как это, я чуть подвинула один
край, выпустив из-под
колпака
Амона и Кеби, стоящих почти рядом с волками.
Их сполохи моментально пропали, оказавшись по ту сторону, а значит, вне
доступа для моего
шестого чувства
. Однако волки по-прежнему горели яркими
искрами — половина стаи, во всяком случае. Хм... Я снова развернула щит
пошире, и, как только он накрыл Сэма, засверкала и остальная половина.
Вот оно что. Их мысленные узы еще теснее, чем я думала. Если вожак под
защитой, стая защищена в абсолютно равной степени.
— Ах, брат... — с болью в голосе ответил Аро.
— Ты что, и этот союз бросишься оправдывать? — возмутился
Кай. — Дети Луны испокон веков были нашими злейшими врагами. В Европе и
Азии мы их почти извели. А тут Карлайл пригрел под боком громаднейшую стаю.
Спрашивается, зачем, как не ради того, чтобы свергнуть нашу власть. И нести
свою ересь дальше.
Эдвард громко откашлялся, и Кай смерил его злобным взглядом. Аро закрыл лицо
тонкой изящной ладонью, будто стыдясь за слова брата.
— Кай, сейчас полдень, — намекнул Эдвард, жестом указывая на
Джейкоба. — Какие же они дети Луны? Эта стая не имеет ни малейшего
отношения к вашим заклятым врагам.
— Вы тут мутантов разводите! — выпалил Кай.
У Эдварда заходили желваки на скулах, однако он сдержался и ответил, не
повышая голоса:
— Они не вервольфы. Спросите у Аро, если мне не верите.
Вервольфы? Какие вервольфы? Я непонимающе глянула на Джейкоба. Огромные
лопатки приподнялись и опустились — волк пожал плечами.
— Дорогой Кай, — укоризненно проговорил Аро, — если бы ты
потрудился сперва изложить свои мысли мне, я бы предупредил, какой это
скользкий момент. Официально стая считает себя вервольфами, но это название
ошибочно. На самом деле они именно оборотни. Волчий облик, по сути дела,
случайность. Самый первый их предок мог превратиться хоть в медведя, хоть в
ястреба, хоть в пантеру. Так что дети Луны тут действительно ни при чем.
Стая унаследовала свою необычную способность от отцов, и она передается
генетическим путем, а не через укусы, как у подлинных вервольфов.
В обозленном взгляде Кая мелькнуло что-то еще — упрек, обвинение Аро в
предательстве?
— Им известно о нашем существовании, — сдержанно произнес Кай.
Эдвард вскинулся, готовый возразить, но Аро его опередил.
— Они сами принадлежат к миру сверхъестественного, брат. Для них
конспирация значит, по-видимому, еще больше. Так что они нас не выдадут.
Поаккуратнее, Кай. Надуманными обвинениями ничего не добьешься.
Кай кивнул. Старейшины обменялись долгими многозначительными взглядами.
Несмотря на завуалированную формулировку, я догадалась, какой подтекст
вкладывал Аро в свои слова. Ложные обвинения могут насторожить свидетелей,
поэтому Аро намекал, что пора подойти с другого бока. Еще я, кажется, нашла
объяснение возникшему между старейшинами несогласию: Кай упорно не хочет
пообщаться сперва мысленно, потому что его вся эта показуха не очень-то и
заботит. Предстоящая расправа интересует его куда больше, чем необходимость
сохранять репутацию.
— Приведите осведомительницу! Хочу поговорить, — распорядился
вдруг Кай, обращая раздраженный взгляд на Ирину.
Та, пропустив их разговор, все это время с исказившимся лицом смотрела на
сестер в стане обрекших себя на верную смерть. По глазам было видно, что она
давно поняла ошибочность своего доноса.
— Ирина! — рявкнул Кай, недовольный, что приходится звать самому.
Она будто очнулась — и явно испугалась.
Кай щелкнул пальцами.
Нерешительно перебирая ногами, Ирина подошла к Каю.
— Ты, как мы успели понять, поспешила с выводами, — начал он.
Таня и Кейт с тревогой подались вперед.
— Простите... — еле слышно прошелестела Ирина. — Надо было
присмотреться получше. Я и не подозревала... — Она беспомощно махнула
рукой в нашу сторону.
— Дорогой Кай, тут случай редкий и удивительный, неужели ты полагаешь,
она могла сразу найти верное объяснение? — вмешался Аро. — Любой
на ее месте пришел бы к тому же выводу.
Щелчком пальцев Кай заставил Аро умолкнуть.
— Про ошибку нам уж
...Закладка в соц.сетях
