Жанр: Любовные романы
Тень и шелк
...ое чувство ориентации и навыки работы с
картами, способность запоминать лица и имена, а также умение понимать и
исполнять приказания.
А еще я могла бы заслужить высшую отметку за непомерно развитую
самодостаточность
, — с иронией размышляла Дэни. Шон избегал ее с тех
пор, как тем вечером проводил домой, поцеловал и чуть не расплавил бетон под
ее ногами.
Дэни старалась не думать о страсти, так неожиданно и бурно вспыхнувшей между
ними.
К несчастью, во время длинного перелета до аэропорта Плесман на острове
Кюрасао Дэни было не о чем думать, кроме об опасности, ждущей их впереди.
Размышлять о Шоне было спокойнее во всех отношениях.
Самолет нырнул в воздухе, как сокол за добычей. Джиллеспи, сидящий в кресле
рядом с пилотом, завозился, подался вперед и кивнул.
Шон не удосужился выглянуть в иллюминатор. Весь полет он просидел
неподвижно, гадая, какого дьявола он попал в такой переплет — согласился
взять Дэни напарницей в скрытых боевых действиях.
Должно быть, всему виной глупость, заключил Шон. Или страсть.
Что, в сущности, одно и то же.
Вертолет
Белл Джетрейнджер
уже ждал на взлетной полосе, как нетерпеливая
оса, когда
Гольфстрим-2
, принадлежащий
Риск лимитед
, приземлился на
соседней дорожке. Джиллеспи открыл люк, едва дождавшись, когда стальная
птица резко затормозила рядом с вертолетом.
Выйдя из самолета и подставив лицо знойному пассату, Джиллеспи блаженно
потянулся. Одетый в шорты цвета хаки и черную рубашку с громадными алыми
цветами, он выглядел заядлым туристом.
— Слава Богу, я дома! — произнес он с широкой улыбкой на лице,
когда Дэни спустилась по трапу. — Правда, здесь дьявольски жарко, но
тем не менее это дом.
— Судя по фамилии, я думала, вы из шотландских лэрдов, — заметила
Дэни.
— Так и есть, но кое-кто из моих предков обитал к югу от тропика Рака.
— Два разных мира, а вы считаете домом и тот, и другой, —
проговорила Дэни. Джиллеспи усмехнулся.
— Пошевеливайся, Джилли, — раздался голос Шона из-за спины
Дэни. — Времени у нас в обрез.
Джиллеспи с плутоватой улыбкой отсалютовал Шону и направился к ждущему
вертолету. Шон последовал за ним по пятам.
Дэни пришлось пробежать несколько шагов, чтобы нагнать нетерпеливого
напарника.
— Насколько я понимаю, нам не придется добираться до Ару бы
вплавь, — сказала она.
— А я думал, вы готовы к приключениям, — пробормотал Шон.
— Я вовсю готовилась к ним последние пять дней, — возразила
Дэни. — Даже Джилли счел, что я готова и заявил:
Валяй!
— Джилли поставил вам
неудовлетворительно
по стрельбе и
удовлетворительно
по самозащите, — не преминул заметить Шон. —
Ни одного агента
Риск лимитед
при таких показателях не отпускают в
одиночку даже в туалет, а тем более в пасть
Гармонии
.
— Зато Джилли поставил мне
отлично
по ориентированию на местности и
очень хорошо
по совместному разрешению проблем, — парировала Дэни.
Шон хмыкнул.
— Если понадобится, я смогу перебить кому-нибудь нос, — продолжала
Дэни, — но намерена предоставить осуществление подобных увечий вам,
пока я решаю более достойные задачи.
— Намерены? — с издевкой переспросил Шон. — О Господи!
Ручаюсь, вы верите и в Санта-Клауса!
— А вы — нет?
Шон метнул в Дэни косой взгляд, который рассек бы камень.
— Старший здесь я, — заявил он. — Я и буду командовать.
— А как же демократия?
— Забудьте о ней. Вас никто не тянул за язык.
— Довольно! — прервал его Джиллеспи, внезапно обернувшись. —
Неужели вы препирались всю дорогу из Тибета?
— Нет, — ответил Шон.
— Да, — одновременно подтвердила Дэни.
Изумленно переглянувшись, они расхохотались.
Джиллеспи втайне вздохнул с облегчением. Они с Кассандрой не раз спорили о
том, разумно ли посылать такого неопытного агента, как Дэни, на столь
опасное задание, особенно когда Шон категорически против.
Но в конце концов выбор был сделан.
Пилот вертолета спрыгнул на полосу, и Джиллеспи зашагал навстречу ему.
Мужчины обменялись рукопожатием, как давние друзья. Голоса заглушал рокот
медленно вращающегося главного пропеллера, перекрывающий оглушительные
выхлопы турбины
Джетрейнджера
.
Джиллеспи обошел вертолет, изучая его так, словно лично участвовал в его
создании.
Дэни с любопытством наблюдала за ним. За несколько дней она научилась видеть
за поразительно привлекательным фасадом душу этого человека. Он был
педантичным, несгибаемым, иногда резким, иногда способным на сочувствие и
неизменно интеллигентным. Он чувствовал себя в своей тарелке среди машин,
оружия и товарищей по оружию.
У Джиллеспи и Шона много общего, решила Дэни, исподволь поглядывая на
стоящего рядом с ней мужчину. У обоих бойцовский характер. Каждый из них
способен быть надежным другом и опасным противником.
Но Шон не разделял пристрастия Джилли к современной технике и легкости в
обращении с ней. Шон пользовался ею, если возникала необходимость, но без
особого восторга. Его требования к технике были просты: она должна быть
исправна и находиться под рукой в нужный момент.
Сквозь опущенные ресницы Дэни разглядывала двух мужчин, решив, что этим их
различия не исчерпываются.
Наконец она поняла, в чем дело: у Шона отсутствовала военная выправка. При
своем мощном телосложении он умел быть незаметным. В нем чувствовалась
сдержанность, он словно... оставался в тени.
Иногда, глядя на Шона, Дэни представляла бурные и глубокие воды. Опасный
поток.
Эти минуты прозрения были завораживающе тревожными, в них сочетались
влечение и предостережение.
— Джилли сам не прочь был отправиться с вами, да? — спросила Дэни
у Шона.
— Да, ему нравится выполнять задания самому, но он нужен Кассандре.
— Странно, что такому человеку, как Джилли, удалось победить
пристрастия.
— Полагаю, только потому, что у него появилось другое пристрастие.
— Кассандра?
Шон пожал плечами.
— Кассандра или
Риск лимитед
— не важно, — ответил он. —
Джилли был легендой особой военно-воздушной службы ее величества. Только
Кассандре удается справляться с ним.
— Судя по вашим словам, это напоминает подневольную службу.
Шон метнул в Дэни косой взгляд.
— Разве тут возможны варианты?
— Конечно, например, партнерство.
Шон издал восклицание, которое могло означать что угодно.
— Я ни разу не слышала, чтобы кто-нибудь из них жаловался, —
добавила Дэни. — А вы?
Он не ответил.
В последний раз оглядев вертолет, Джиллеспй быстрым шагом вернулся к Шону и
Дэни, неся в руках знакомую папку — черную с желтым. Он вручил папку Шону.
— Здесь контракт с агентством проката машин
Герц
, ключи от машины и
пляжного домика в
Хайет-Ридженси
, — объяснил Джиллеспй. —
Машина, синий кабриолет
тойота
, запаркована в пальмовой роще в сотне
метрах от пляжа, где Миллер высадит вас.
Шон кивнул и сунул папку в пластиковый мешок.
Джиллеспй перевел взгляд на Дэни.
— Все, что вам понадобится, вы найдете в доме, — сообщил
он. — И купальники, и одежду для казино. Помните: вы просто двое
счастливых влюбленных на отдыхе.
— Счастливых влюбленных? — с иронией переспросила Дэни, глядя на
Шона. — Вспомните об этом в следующий раз, когда снова решите впасть в
мрачное настроение.
Шон что-то пробормотал себе под нос.
— Будьте старомодной девушкой, — обратился Джиллеспй к
Дэни. — Пусть все тактические решения принимает ваш приятель.
— Из меня никогда не получалось бессловесное украшение общества, —
сообщила Дэни.
— Дьявольщина! — Джиллеспй вздохнул. — Пяти дней было
маловато...
— Нам не хватило бы и пяти лет, — возразил Шон. С досадой взглянув
на него, Джиллеспи повернулся к Дэни и легонько постучал твердым
указательным пальцем по ее лбу.
— У вас отличные мозги, — заявил он, — вот и пользуйтесь ими,
а не языком.
Дэни невольно улыбнулась и быстро обняла Джиллеспй, удивив не только его, но
и себя.
— Спасибо, — произнесла она.
Джиллеспй с улыбкой пожал Шону руку и махнул рукой, отсылая их обоих к
вертолету. Пропеллер начал набирать обороты.
На этот раз пилотом оказался мужчина с седеющими волосами, белыми усами и
без двух пальцев на правой руке. Но очевидно, их отсутствие не стесняло
пилота. Спустя считанные секунды после того, как Шон и Дэни пристегнули
ремни, машина взмыла в воздух.
Следующие сорок минут они просидели на задних сиденьях, почти касаясь друг
друга коленями. Неумолкающий грохот пропеллера заглушал все остальные звуки.
Вот я и вновь в ящике с шумом, — иронически подумала Дэни. —
Только на этот раз мне досталось сиденье поудобнее. Отчасти. В конце концов,
из Шона получился недурной матрас
.
Эта мысль вызвала у нее улыбку.
Шон протянул Дэни наушники, воткнул вилку в розетку и надел свои.
— Повторим пройденное, — заявил он. Из папки он вытащил пачку
фотографий размером восемь на десять и протянул одну Дэни. Дэни чуть не
застонала от недовольства.
— Катя Павлова, — заученной скороговоркой произнесла она. —
Наместница
Гармонии
. Ранее — член советской номенклатуры. Помогала обирать
империю после ее распада. В обмен на грязные деньги с Запада в карманы
итальянской мафии и колумбийского картеля рекой текли рубли. На эти рубли
покупались всевозможные товары — от произведений искусства до расщепляемых
материалов — на русском черном рынке, а потом на законных основаниях
перепродавались на Запад. Результат — доллары чистоганом.
Шон беспокойно зашевелился. Ему было наплевать на подробности Катиной
биографии — он не хотел, чтобы Дэни упустила главное.
— Катя опасна? — коротко спросил Шон.
— Только если повернуться к ней спиной. Или в постели. Или же если вы
бутылка водки из морозильника. Пить, как эта женщина, надо уметь!
Шон едва заметно улыбнулся, доставая из пачки следующий снимок.
— Илья Касатонов, — сообщила Дэни. — Любовник и, вероятно,
деловой партнер Кати. Убийца.
Гармония
для него единственное пристанище.
Устроил афганцам такой же ад, как и они ему. Да, он опасен.
Перед ней легла третья фотография.
— Кодзимура, — ни секунды не медля произнесла Дэни. — Есть
подозрение, что он воздерживается от участия во всех делах
Гармонии
, как и
Тони Ли из Китая. Катя до сих пор ищет способ приучить китайца. К Исиде, еще
одному боссу якудзы, она сумела найти подход.
— Если карены и вправду перевезли шелк, значит, Катя прибрала Ли к
рукам, — заметил Шон. — Тогда остается один Кодзимура. Без его
поддержки
Гармония
окажется в тупике. Якудза обеспечит в ней равновесие
сил.
Появился четвертый снимок, затем пятый и остальные; с языка Дэни срывались
имена: де ла Пена, Спаньолини, Ли, Исида. Длинный список преступлений
наконец перестал ужасать, вызвав оцепенение. Они стали отдельными фактами,
как число персиков в ящике, бутылок в упаковке или трупов в братской могиле.
Утратив ощущение реальности, Дэни смотрела на фотографию Исиды и вспоминала
его конкурента Кодзимуру.
— А как насчет личной жизни Кодзимуры? — спросила она. — Он
занимается чем-нибудь, кроме пьянства, разврата и избиения своей несчастной
жены?
— Он якудза в третьем поколении, — сообщил Шон. — Добивается
не только уважения, но и страха. Помешан на японской культуре. Как и его
покровитель.
— Еще один
посредник
?
Шон пожал плечами:
— Этого мы пока не знаем.
Нахмурившись, Дэни вглядывалась в лицо Кодзимуры на снимке. Подобно
сицилийцам, японцы смирились с присутствием организованной преступности до
такой степени, что на высочайших уровнях существовали
посредники
между
легальным миром бизнеса и нелегальным миром якудзы. Таким человеком был Юкио
Кояма.
— Кто он, этот Кодзимура? Христианин, марксист, буддист, мусульманин,
индуист? — спросила Дэни.
— Скорее всего сатанист.
— В Азии? Вряд ли. У него есть пристрастия, кроме семилетних блондинок?
— Древние японские мечи, — ответил Шон. — Его семья владеет
знаменитой коллекцией. Но в последнее время он перешел на...
Голос Шона оборвался. Изумление промелькнуло на его лице. Да нет, скорее
всего ей показалось.
— На что? — спросила она.
— На шелк, — ответил Шон. — Кодзимура начал коллекционировать
шелк. Подозреваю, его отец и дед собрали все мечи, заслуживающие внимания.
— Какой шелк он собирает — древний или современный?
— И тот, и другой.
— Азиатский или европейский?
— Азиатский.
— Японский, китайский, персидский, индийский?
— Не слишком ли много вопросов?
— Ответьте, и я успокоюсь.
Шон улыбнулся:
— Понятия не имею, на чем специализируется Кодзимура.
— Так выясните!
— Разве это так важно?
— Коллекционеры — загадочные люди, — сообщила Дэни. — Одни
занимаются коллекционированием, чтобы вызвать у других зависть. Другие
прячут от посторонних все, что собрали, и злорадствуют. Третьи поступают и
так, и этак. Некоторые не притрагиваются к вещам, если те не относятся к
определенному периоду истории. Другие же предпочитают только произведения
искусства Японии или Китая. А кое-кто разыскивает вещи, относящиеся к
определенному времени, стране, типу переплетения нитей и...
— Я понял, — Перебил Шон. — Если шелк Будды удовлетворяет
требованиям Кодзимуры, нам незачем беспокоиться о частном аукционе. Катя
использует шелк, чтобы упрочить связь с ним, и Кодзимура упадет, как спелый
персик, прямиком в сети
Гармонии
.
— Я же говорила: коллекционеры — странный народ.
Шон переключил канал наушников, что-то отрывисто сказал пилоту и снова
переключился на Дэни. Не говоря ни слова, он вытащил из папки еще пачку
снимков.
Дэни добросовестно перечисляла имена, национальности и леденящие кровь
биографии гангстеров, собирающихся в поместье Кати Павловой, носящем столь
ироническое название.
Шон молча слушал. Он устроил проверку только для того, чтобы отвлечь молодую
женщину от мрачных мыслей.
Или чтобы отвлечь меня, — мысленно признался Шон. — Клянусь
слезами Будды, как бы я хотел, чтобы она осталась дома!
Но Дэни не осталась. А теперь приближалась минута, когда от Шона будет
зависеть не только его собственная жизнь.
Одно дело — умереть самому, совершив промах, и совсем другое — погубить
другого человека.
Особенно Дэни, мрачно добавил Шон. Ну почему, черт побери, рядом с ним не
оказался кто-нибудь другой?
На расстоянии одиннадцати миль от Арубы пилот снизился и теперь летел на
высоте десяти футов над водой.
Дэни наблюдала, как буро-зеленая клякса суши впереди начинает приобретать
форму. Когда ее переставали расспрашивать о древних шелках, шелкопрядах,
видах нитей, типах переплетения, методах окраски и так далее, она читала
книги об Арубе и изучала карты.
Ее труды не пропали даром: ориентиры, которые Дэни раньше видела
двухмерными, внезапно приобрели объем.
Похоже, место, которое называют Стогом, вон там. Его высота не меньше
пятисот футов. В остальном рельеф острова составляют равнины и песчаные
пляжи. Дэни ожидала увидеть нечто вроде карибской пустыни, но поразительное
сочетание камня, песка и растрепанных ветром деревьев диви-диви привело ее в
замешательство.
Для фантазий о тропическом рае это уж слишком, — решила Дэни. —
Впрочем, место, куда мы направляемся, — вовсе не романтический приют
влюбленных, а скорее самая большая из прачечных мира. Половина грязных денег
мира стекается сюда, а потом растекается во все стороны — чистых, как
здешние песчаные пляжи
.
Уже не первый раз Дэни задумалась о странном совпадении: и
Риск лимитед
, и
Гармония
были обязаны своим рождением одному и тому же мощнейшему сдвигу в
глобальной политике — распаду советской империи. Крушение прежних порядков и
национальных границ стало возможностью, за которую мгновенно ухватились
различные международные преступные организации.
Японская якудза, китайский тон, сицилийская, американская или русская мафия,
колумбийский картель — название не имело значения. Результат был одинаковым:
захват или коррупция существующей гражданской власти.
Легкий холодок прошел по спине Дэни при воспоминании о сведениях, полученных
за последние несколько дней о поместье, известном под обманчивым названием
Гармония
.
Ни один из известных ей фактов не внушал оптимизма.
— Жаль, что международные политики и полицейские не в состоянии
сотрудничать так же успешно, как международные преступники, — заметила
Дэни. — Тогда союз
Гармония
оказался бы мертворожденным.
— Однако он не умер, — возразил Шон, — а живет и процветает.
Аруба — его внутренности. Чрево чудовища в белых и бирюзовых тонах.
— Мы всего лишь беспечные туристы, — напомнила Дэни.
— Да.
— Надеюсь, вы не ошиблись насчет Кати и ее мании величия?
— Водка превращает в маньяков даже самых здравомыслящих людей.
Поскольку
Гармония
разрослась так стремительно и не встретила никакого
сопротивления, Катя сочла себя пуленепробиваемой.
Прикусив губу, Дэни взглянула вдаль, на остров, вспоминая о пулях, Фане и
убийце по фамилии Касатонов.
Вертолет стремительно приближался к цитадели
Гармонии
. На восточном берегу
Арубы пляжи были более каменистыми и узкими, чем на западном, и в меньшей
степени привлекали внимание туристов и местных жителей. Вот почему Джиллеспи
выбрал такой пляж местом высадки.
Пилот развернул громоздкую машину легко, словно она была морской птицей,
поднялся над вереницей пальм, сделал крутой вираж и полетел вдоль узкой
грунтовой дороги на юг. На лице пилота играла воодушевленная улыбка, как у
мальчишки, ведущего мотоцикл. Только у самого места для посадки он наконец
сбросил скорость.
В наушниках Шона и Дэни послышался голос пилота:
— Похоже, кругом ни души.
— Понял, — ответил Шон.
— Откройте дверь, — велел пилот, — я начинаю снижаться над
пляжем. Как только окажетесь на земле, бегите подальше от берега.
— Ясно. Отключаюсь.
Шон снял наушники и расстегнул ремни. Дэни поспешно последовала его примеру,
когда Шон распахнул боковую дверь. В кабину ворвался вихрь.
А сердце Дэни вновь заколотилось от страха.
Я не сплю, — вдруг поняла она. — Господи, во что я ввязалась?
Взглянув на невозмутимое лицо Шона, она с новой силой поразилась сочетанию
его сдержанности и губительной силы. Миг паники миновал.
По крайней мере на этот раз я не одинока, — подумала она, — пусть
даже мой партнер обладает разговорчивостью устрицы
.
Шон заметил синюю машину, спрятанную в зарослях кустарника. Подняв руку, он
подал сигнал пилоту.
Пилот виртуозно выполнил приказ. Вертолет снизился над пляжем и завис на
высоте нескольких футов над песком.
Шон выглянул из кабины, но не разглядел ничего, кроме клубов поднятого
песка. Не оглядываясь, он протянул руку Дэни и высунулся еще дальше.
После секундного колебания Дэни подала ему руку и позволила поставить себя на пороге открытой двери.
Вертолет спустился еще на несколько футов и застыл, как маленький, но
устойчивый смерч. Пилот бросил Дэни небольшую кожаную сумку.
Она машинально ухватилась за ремешок, и в тот же миг Шон потащил ее из
вертолета, легко спрыгнув на песок.
Как только ступни Дэни ударились о песок, Шон обхватил ее обеими руками,
прижал лицом к своей груди и повернулся спиной к вертолету.
Машина немедленно взлетела, оставив Шона и Дэни лицом к лицу с
Гармонией
.
Глава 16
Крепко зажмурив глаза, Дэни зарылась лицом в рубашку Шона, радуясь, что его
крепкое тело отделяет ее от песчаной бури, поднятой улетающим вертолетом.
Прищурившись, Шон наблюдал, как вертолет наискосок пересек пляж и полетел
над волнами, направляясь к аэродрому на Кюрасао. Через пятнадцать секунд шум
машины смешался с плеском волн и свистом ветра.
Одно препятствие благополучно преодолено, мысленно отметил Шон. Попасть на
нужное место — самый опасный этап любого задания.
Но еще опаснее другой этап — выбраться оттуда.
Черт возьми, Дэни, почему ты не осталась дома, в безопасности?
— Шон
негодовал.
Но досадовать на ее настойчивость было уже поздно: теперь Шон нес
ответственность за нее.
Горячее дыхание Дэни, горячее тропического дня, обдавало грудь Шона. Он не
сразу понял, что стоит, как идиот, обнимая ее, в то время как не должен
терять ни минуты.
Она лишает меня всякой сосредоточенности
, — в отчаянии подумал Шон.
Похоже, в монастыре он пробыл слишком долго. Проклятие!
Резко разжав руки, он взял у Дэни сумку и расстегнул пряжку. Внутри
оказалось нечто, обернутое в ткань и перевязанное шпагатом. Шон принялся
возиться с упаковкой.
Из складок ткани появился пистолет. Шон проверил его несколькими привычными
движениями руки; убедившись, что оружие исправно, сунул его обратно в черную
сумку.
— Сойдет, — буркнул он и повернулся к Дэни:
— Стой здесь, пока не позову.
— Куда ты?
— За машиной.
Дэни огляделась. Синий кабриолет был отчетливо виден сверху, но совершенно
незаметен с земли. Очевидно, Шон вычислил местонахождение машины еще в
вертолете.
С быстротой и тщательностью опытного разведчика Шон обследовал пальмовую
рощу. Он не обнаружил никаких признаков чьего-либо пребывания, после того
как машину поставили на место и замели следы.
Шон принялся убирать заросли кустов.
Поняв, что эта растительность — искусственный экран, скрывающий из виду
взятую напрокат машину, Дэни шагнула к ней.
— Стой на месте, черт побери! — выпалил Щон, не оглядываясь.
Дэни застыла, не понимая, откуда он узнал, что она обнаружила машину и
направилась к ней.
Через несколько дней, — думала Дэни, — Шон будет знать меня
лучше, чем мой бывший муж
.
Она не могла решить, что принесла ей эта догадка — успокоение, досаду,
тревогу или все сразу.
Быстро, не прикасаясь к машине, Шон обследовал ее. Под конец он лег на живот
и заглянул за колеса. Удовлетворившись результатами, он встал, поспешно
отряхнул песок и взялся за дверную ручку.
Механизм щелкнул, дверца открылась.
Второй барьер взят, подумал Шон. Только черту известно, сколько еще таких
барьеров им предстоит.
Он открыл дверцу, сел за руль, вставил ключ и повернул.
Машина завелась. Третий барьер.
— Все в порядке, сообщил Шон Дэни. — Можешь подойти.
Пока Дэни бежала к машине, он открыл бардачок и сунул туда кожаную сумку.
— Что все это значит? — спросила Дэни, захлопывая за собой дверцу.
— ОВО №237 по классификации Джилли, — сообщил Шон, выезжая на
шоссе. — Засады вокруг машин.
— Что такое ОВО?
— Ослепляющая вспышка озарения.
Дэни рассмеялась.
— Вспышка озарения, — продолжал Шон, — гораздо лучше взрыва
подложенного в машину секретного устройства. А это уже ОВО №1.
С лица Дэни исчезла улыбка.
— Если ты пытаешься запугать меня, лучше не трудись, — заявила
она.
— Тебе не помешает это знать. Хорошая автомобильная мина взрывается
через секунду после поворота ключа.
— Постараюсь запомнить.
— Уж будь любезна. Я не разделяю естественного подхода Джилли к
подготовке агентов. По-моему, непроизвольные поступки не всегда рождают
безошибочную тактику.
Шины коснулись асфальта. Машина быстро набирала скорость.
Через три минуты после того, как Шон и Дэни покинули вертолет, их было
невозможно отличить от других туристов.
Шон ве
...Закладка в соц.сетях
