Жанр: Любовные романы
Ставка на темную лошадку
...ать
ей все блага мира, но нарушил клятву, сжимая в своих объятиях Саманту...
Каллен принес Уитни шампанское, а потом вызвался отвезти Ноэля и Эрин в
аэропорт. Он стремился уйти от веселящихся в свое удовольствие гостей, а еще
ему хотелось укрыться от беспокоящих его глаз Уитни.
— Каллен, ты сегодня какой-то рассеянный, — заметила Эрин, когда
они стояли у ворот терминала среди обычной суеты аэропорта. — О чем
задумался?
Каллен заставил себя собраться.
— Я представил себе, что пожизненно обречен на соседство с
Ноэлем, — попытался пошутить он.
— Мне показалось, Саманта уехала очень рано, — с наивным видом
проговорил Ноэль. — Вы случайно не поссорились?
— Мы действительно немного поспорили, — сверкнул на него глазами
Каллен, проклиная в душе проницательность француза.
— И о чем же? — наседал Ноэль.
— Что еще за спор? — возмутилась Эрин. — И это в день моей
свадьбы! Так поэтому вы вдвоем куда-то пропали так надолго? Знаешь, как это
называется?
— Обещаю в самое ближайшее время помириться с ней.
— Я уверен, что так и будет, — сладко улыбнулся Ноэль.
— Улетел бы ты скорей и дал мне заняться своей жизнью! — не
выдержал Каллен.
— До свидания, братец, желаю удачи, — рассмеялся Ноэль и, взяв под
руку жену, повел ее к самолету.
— Почему это ты так его назвал? — удивилась Эрин.
— Когда будем над Атлантикой, я все тебе объясню, любовь моя, —
пообещал Ноэль.
Каллен вышел из аэропорта мрачнее тучи. Не обращая внимание на гул
самолетов, он с горечью думал о потерянных годах. Он видел перед собой
только живые карие глаза, никогда не лгавшие ему, и волосы, ярким пламенем
горевшие на китайском ковре...
Неожиданно Каллен подумал, что именно о Саманте Ларк писал Скотт в своей
Песне менестреля
. Как прав он был, когда говорил, что
туманных грез
пленительный обман исчезнет без следа
и
лишь любовь одна поможет сердцам
понять друг друга
! Каллен корил себя за то, что не смог оценить мудрость
давно ушедшего поэта. Ему бы не пришлось двенадцать лет подряд жить в плену
пленительного обмана
, и сейчас он не был бы одинок...
Каллен сознавал, что слишком много времени потратил в погоне за призрачным
счастьем. Стремясь завладеть невестой Тига, он не заметил невесту,
предназначенную ему свыше, — и вот теперь пожинает плоды. Женщина,
которая его не любит, готова его принять, а та, которая любит, —
отвергает. Он мог бы от души посмеяться, но слишком больно было об этом
думать.
Как талисман, хранил он воспоминания о ночи, проведенной с Самантой. В ее
объятиях он по-настоящему обрел себя, ему открылись волшебные глубины любви,
его душа узнала покой. Все это стоило той душевной боли, что мучила его
теперь. И он знал: его не остановят преграды, которые Саманта пыталась
воздвигнуть между ними.
Каллен ехал в плотном потоке машин в ярком свете дня и думал, как расчистить
путь к счастью. Он был уверен, что достигнет цели, как бы ни противилась
Саманта. Пусть даже это станет ударом для Уитни.
Он обрел свой дом. У него было любимое дело. Давно настала пора найти в
своей жизни место любимой женщине.
Время близилось к полудню. Саманта соскочила с седла, передала конюху
поводья Ракеты и проследила взглядом, как лошадь уводят в конюшню. Со
вздохом она повернулась и пошла к дому, недоумевая, почему чувствует себя
такой несчастной. Ее дому, ее лошадям, ее земле больше ничто не угрожало. В
отчаянной борьбе за них ей пришлось вынести немало, и все-таки она победила.
Но этого было недостаточно! Они не могли защитить ее от мучительной душевной
боли...
Саманта торопливо смахнула слезы и вошла в дом. Теперь ее рабочий день
продолжался восемь часов, и она даже могла позволить себе двухчасовой
перерыв на обед. Но совершенно неожиданно оказалось, что она не знает, чем
себя занять! Что бы она ни делала — скакала верхом, говорила по телефону с
потенциальными покупателями или отдыхала — все мысли ее были о Каллене.
Воспоминания о близости с ним не оставляли ее ни на минуту.
Она любила его, любила всегда, ей не приходилось притворяться перед Уитни,
когда они с Калленом осуществляли свой Грандиозный План. Двадцать лет она
шутила, что хочет выйти за него замуж, но это было чистейшей правдой. Просто
она не желала признаться в этом даже себе самой. Во всяком случае, так было
до вчерашнего вечера...
Саманта подумала о трех своих бывших любовниках, и ей стало ясно, как
никогда, что они были лишь бледной копией мужчины, с которым ей хотелось
связать свою жизнь. А еще она поняла, что убивала себя работой эти пять лет
не только для того, чтобы вытащить ранчо из долгов. Рядом с ней не было
Каллена — и эту боль она так неистово старалась заглушить.
Но теперь работа не могла больше спасти ее. Жизнь теряла смысл. Она бы с
радостью снова с головой ушла в работу, только бы не терпеть этих душевных
мук. Однако теперь, когда она знала правду о самой себе, это было
бесполезно.
Саманта вошла в дом и остановилась в раздумье.
— Обед готов, — высунула из кухни голову Калида.
— Я сейчас, — ответила Саманта и хотела пройти к себе, но Калида
преградила ей дорогу:
— У вас такой вид, словно вы потеряли ранчо.
— Нет, с ранчо все в порядке.
— Но такой печальной я не видела вас с похорон ваших родителей! —
Калида подошла ближе. — Что случилось?
— Ничего. — Саманта вздохнула и покорно побрела к столу. —
Что на обед?
— На обед у нас сегодня правда. — Калида стояла перед ней,
скрестив руки на груди.
— Не очень сытно, надо сказать, — усмехнулась Саманта.
Однако Калида не собиралась оставлять ее в покое.
— Лучше вам сказать мне, в чем дело, мисс. Я ведь все равно не отстану.
— Черт! — Глаза Саманты наполнились слезами, хотя она запретила
себе плакать. — Я люблю его...
— А вы сказали об этом Каллену?
— Конечно же, нет! — Она умолкла и с ужасом посмотрела на
Калиду. — А как ты догадалась, что это Каллен?
— Я уже много лет знаю правду. — Калида вдруг наклонилась и
погладила ее по щеке. — И что же вы решили делать?
— Ничего, — сказала Саманта, внутренне сжавшись. — Не
забывай: он приехал, чтобы жениться на Уитни.
— На вас это не похоже. Вы же не привыкли сдаваться. Вам нужно бороться
за свою любовь!
— Нет, — покачала головой Саманта. — На это я никогда не
пойду. Совесть не даст мне покоя до конца дней.
Калида сердито нахмурилась:
— Вам вредно много работать — вы перестаете здраво рассуждать. Неужели
вы хотите, чтобы люди, которые вам дороги, соединили свои судьбы без любви?
Неужели вам так хочется принести свое сердце в жертву детской фантазии,
которой давно пора улетучиться?
— Но...
— Если бы вы действительно стояли у нее на пути, Уитни давно
прихлопнула бы вас, как муху.
— Как ты можешь такое говорить?! — возмутилась Саманта, хотя в
душе понимала, что Калида права. — Впрочем, мне, пожалуй, в любом
случае стоит съездить повидаться с Уитни.
Она встала и решительно направилась к двери.
— Вот и молодец, — одобрила Калида. — Пообедать сможете и
потом.
Саманта распахнула входную дверь — и остолбенела: на пороге стояла Уитни.
— Привет. — Саманта совершенно растерялась, весь ее задор
мгновенно улетучился.
— Привет, — ответила Уитни. Красивая, как всегда, в этот раз она
была неестественно бледной, даже яркий костюм в цветочек не оживлял ее
лица. — Можно войти?
— Конечно! — Сэм поспешно отступила в дом. — Я как раз сама к
тебе собиралась.
Уитни прошла в гостиную и села на диван, но тут же встала.
— Мне нужно тебе кое-что сказать. — Лицо ее постепенно становилось
пунцовым, и это окончательно сбило Саманту с толку: ей никогда не
приходилось видеть, чтобы Уитни краснела. — Через несколько часов я
уезжаю в Европу.
У Саманты потемнело в глазах.
— С Калленом? — страшась услышать ответ, спросила она.
— Нет. — Уитни водила пальцем по резному подлокотнику дивана, руки
ее заметно дрожали. — С Мисси...
— С Мисси?!
— Да.
— Но как же Каллен?
— С ним остаются его лошади, — слабо улыбнулась Уитни. — У
него все будет хорошо.
Саманта схватила Уитни за плечи и впилась в нее взглядом, силясь понять, что
происходит.
— Тебе не нужен Каллен?
— Сэм, мне больно! — пожаловалась Уитни.
— Так тебе не нужен Каллен?
— Нет, — подтвердила Уитни, освобождаясь.
— Но...
— Я знаю, ты удивлена, — заговорила Уитни, губы ее дрожали. —
Мне самой трудно в это поверить. Я столько лет думала, что люблю его...
Честное слово, в этом была не только корысть! Но оказалось, что я сама себя
обманывала. Я так поступала всякий раз, когда хотела уйти от реальности,
которая меня не устраивала. Но обо мне ты можешь не беспокоиться. Мисси
обещала дать мне все, о чем я мечтала, и даже больше.
Саманта с минуту молча смотрела на подругу, пока до ее сознания доходил
смысл слов Уитни. Потом она упала в кресло и неожиданно расхохоталась.
— Этого не может быть! — Она задыхалась от смеха. — Так не
бывает...
— Не смей смеяться надо мной!
— Я смеюсь не над тобой, а над собой. Глупее меня нет никого на
свете! — Внезапно она стала серьезной. — Но ты уверена, что будешь
счастлива, Уитни?
— Знаешь, когда мне объяснили, по какой причине я хранила верность
Каллену целых двенадцать лет, для меня это был настоящий удар. Но именно эта
причина не позволяла мне изменить себе и связать жизнь с мужчиной. Сэм, я
ужасно напугана, но тем не менее — счастлива.
— Ты хочешь сказать, что... любишь Мисси Баррисфорд?
Лицо Уитни оставалось бледным, но голос звучал решительно.
— Я никого никогда не любила, кроме Мисси и тебя. Но ты — не в счет.
Саманта тихо ахнула.
— Ну, ты же понимаешь, что я имею в виду, — нахмурилась Уитни.
Саманта снова рассмеялась и уверила подругу, что поняла ее как надо.
Уитни некоторое время мрачно молчала, не сводя глаз с Саманты, потом
выражение ее лица смягчилось.
— Признаться, я боялась другой реакции.
Саманта вскочила с кресла, бросилась к Уитни и так стиснула в объятиях, что та чуть не задохнулась.
— Уитни, неужели ты думала, что я могу не порадоваться за тебя, когда
ты нашла свою истинную любовь? Я очень надеюсь, что ты будешь счастлива.
Только не забывай присылать мне открытки! Передай Мисси привет и скажи, что
я вечно благодарна ей. — Калида! — крикнула она, торопясь к
выходу. — Принеси Уитни бутылку нашего лучшего шампанского!
Саманта пулей вылетела за дверь, сердце ее от счастья готово было выскочить
из груди. У нее было дело, которое не терпело отлагательств.
Она была почти у ворот гаража, когда заметила Мерибет, прогуливающую Несси.
— Мерибет! — не своим голосом крикнула Саманта. — Подожди!
Мерибет остановилась.
— Я беру Несси. — Она выхватила из рук опешившей Мерибет
поводья. — Помоги сесть.
Мерибет молча подставила руки. Саманта пустила Несси галопом, не успев как
следует усесться на ее спине.
— Вперед, моя девочка! — крикнула она.
Только первоклассные тормоза
БМВ
и удивительная способность Несси в нужный
момент останавливаться как вкопанная не дали им столкнуться на повороте лоб
в лоб.
— Сэм, ты что, с ума сошла?! — закричал Каллен, выскакивая из
машины.
— Каллен! — Саманту как ветром сдуло с лошади.
— Ты могла погибнуть! — Он схватил ее за плечи и хорошенько
встряхнул.
— Не преувеличивай. Мы с Несси перескочили бы через машину, если бы это
было нужно. Но сейчас не в этом дело — нам надо поговорить.
— Чур, я первый. Дай мне руку! — Каллен схватил ее за запястье и
надел ей на палец кольцо с тонкой серебряной полоской и маленькой
жемчужиной. — Видишь? Это значит, что мы обручены. Я люблю тебя, Сэм, и
женюсь на тебе, а не на Уитни. И это решено!
— А ты не хотел бы спросить, согласна ли я? — поинтересовалась
Саманта, пряча торжествующую улыбку.
— Только попробуй сказать, что не согласна! — нахмурился Каллен,
но в глазах его мелькнуло беспокойство.
Саманта рассмеялась.
— Я согласна на все! — Она крепко обняла его и пылко поцеловала.
Он не ожидал от нее такого порыва, но не стал вдаваться в расспросы, а
просто целовал ее, пока у Саманты не закружилась голова. Он целовал ее так
долго, что Несси это наскучило, и она побрела через дорогу на луг пощипать
травку.
— Что случилось, не могу понять, — пробормотал Каллен, когда они
наконец смогли оторваться друг от друга.
— Я тебя поцеловала. — Саманта расплылась в блаженной улыбке:
теперь она могла себе позволить не скрывать своих чувств.
— Это я понял. Но сначала ты что-то сказала...
— Я согласилась выйти за тебя замуж.
— Но почему?!
Саманта не знала, смеяться ей или плакать от счастья. Она взяла в ладони
дорогое лицо, смотрела на него и не могла насмотреться. Она была в восторге
от того, что теперь вправе делать это.
— Потому что я люблю тебя, Каллен Маккензи! Потому что ты подходишь
мне, и я постараюсь не разочаровать тебя.
Каллен закрыл глаза и судорожно глотнул.
— Мне нравится, когда я оказываюсь прав. Но как же Уитни? Ты больше не
боишься предать ее доверие? — подозрительно спросил он.
— Как выяснилось, я напрасно переживала. Представь себе, Уитни
обнаружила, что влюблена в Мисси Баррисфорд! И, очевидно, Мисси тоже любит
ее, так что...
— Шутишь! — не поверил Каллен.
— Ничуть.
— Вот это да! — Каллен прислонился к машине, не выпуская из
объятий Саманту. — До меня доходили кое-какие слухи о Мисси, но
такое... Неудивительно, что Уитни вчера выглядела такой испуганной: она,
оказывается, готовилась изменить всю свою жизнь.
— Ты, кажется, не очень расстроился, — заметила Саманта.
— Признаюсь, нет, — улыбнулся он. — А я-то ломал голову, как
смягчить для нее удар!
— Да, жаль, что мы сколько усилий потратили впустую.
— Мне, может быть, все-таки стоит с ней поговорить?
— Позднее. Калида сейчас поит ее шампанским.
— Что ж, шампанское в этом случае не повредит, — одобрил
Каллен. — Ну, теперь давай поговорим о том, что действительно важно. Я
очень долго выбирал это кольцо. Тебе нравится?
Саманта посмотрела на руку и засмеялась от счастья.
— Чудесное! — ответила она.
— Это хорошо, — улыбнулся он в ответ. — Тебе ведь придется
носить его не одну неделю. Как насчет свадьбы в октябре?
— Принято, — ответила она с такой готовностью, что он снова
поцеловал ее.
— Думаю, мама захочет участвовать в подготовке. Ты не против?
— Что ты! Я буду очень рада.
— Поразительно! У меня просто полоса удач. Наверное, стоит подумать об
олимпийской сборной.
Саманта несколько секунд молча смотрела ему в глаза, потом улыбнулась:
— Ты помог мне осуществить мои фантазии — теперь я буду счастлива помочь тебе осуществить твои.
— Я же говорил, что мы с тобой отличная пара!
Каллен крепко прижал ее к себе и начал покрывать поцелуями лицо, шею, плечи.
— Каллен, подожди! — выдохнула Саманта, когда он оторвался от ее
губ.
— Да?
— Я не согласна заниматься с тобой любовью посреди дороги.
Он поднял голову и так посмотрел на нее, что у нее сладко заныло сердце.
— Тогда поедем к тебе. Или ко мне?
— Мне не хотелось бы сейчас никого видеть.
— Пожалуй, ты права. Он на секунду задумался. — Если Несси не
будет возражать против двух седоков, мы могли бы поискать укромное местечко.
Только больше не убегай! — Он шутливо погрозил ей пальцем.
— О, мистер Маккензи, об этом можете не волноваться, — засмеялась
Саманта. — Я приклеюсь к вам не хуже липучки.
— Я согласен.
Саманта положила голову ему на плечо.
— А ведь я двадцать лет твердила тебе, что ты должен на мне жениться!
— Тебе не повезло: именно двадцать лет мне понадобилось, чтобы понять
это. — Он поцеловал ее в шею.
— Ничего, тебя стоило подождать, — улыбнулась Саманта.
Закладка в соц.сетях
