Жанр: Любовные романы
Благородное сердце
...о я хочу выкупаться и одеться. Я присоединюсь к
тебе внизу.
Вспомнив силу его возбуждения, которое она ощутила под покрывалом, Криста
подумала, что он, наверное, прав насчет того, чтобы встать с постели. Он
казался уже достаточно здоровым.
Он здоров. Теперь и она может наконец-то вернуться к работе. Пока он
залечивал раны, она бывала в редакции
От сердца к сердцу
лишь наездами,
каждый раз в сопровождении отца, крепкого кучера мистера Скиннера и двух
лакеев, но слишком тревожилась за Лейфа, чтобы оставаться там надолго.
Она вернулась к себе в комнату, чтобы еще поработать над статьей, которую
готовила для номера этой недели. Статья была посвящена забастовкам,
продолжавшимся на шахтах, заводах и фабриках в знак протеста против снижения
заработной платы и тяжелых условий труда.
Она углубилась в работу, описывая отчаянное положение рабочих, приводя
факты, когда бесконечное разочарование переросло в акты насилия, как вдруг
взглянула на золоченые часы на камине и поняла, что самое время для ленча.
Отложив перо и бумагу, она вышла из спальни и направилась вниз в гостиную,
где должны были накрыть стол.
Услышав из кабинета отца мужские голоса, Криста подошла к открытой двери. За
круглым столом красного дерева сидел Дольф Питерсен — детектив, которого она
наняла, а напротив него — отец и Лейф.
— Криста, — позвал отец, — я как раз хотел послать за тобой.
Мистер Питерсен принес очень хорошие новости.
Она улыбнулась детективу:
— Мистер Питерсен, рада вас видеть. Значит, у вас есть новости?
Она присела на четвертое кресло у стола, ловко подставленное Лейфом. Не
взглянув на него, она смотрела на детектива — высокого темноволосого
человека лет тридцати семи.
— Мы арестовали виновного в нападении на вашу карету.
Питерсен был симпатичным, но не в обычном смысле — черты его лица были
несколько резкими, кожа загорелая и обветренная. В нем чувствовался упрямый,
волевой характер.
— Как вы нашли его? — спросила Криста.
— Я поговорил с владельцем
Белой лошади
. Немного дружелюбного
убеждения, и он вспомнил имя того человека, который оставил деньги и
инструкции для нападения на вашу карету тем вечером.
Она взглянула на отца и снова заговорила с Питерсеном:
— Кто это был?
— Его имя Харли Джейкобс. Он — один из управляющих
Консолидейтед
майнинг
, по крайней мере был им.
— Очевидно, мистер Джейкобс был не согласен с твоей серией статей в
поддержку
Акта о труде на шахтах
, — добавил профессор.
Закон запрещал использовать детей и женщин в работе на шахтах под землей.
Криста чувствовала удовлетворение, что ее статьи каким-то образом помогли
наконец-то принять этот закон.
— В данный момент мистер Джейкобс занимает камеру в Ньюгейтской
тюрьме, — объявил Питерсен. — Думаю, какое-то время он пробудет
там.
— Думаете, это он устроил поджог редакции
От сердца к сердцу
?
— Он отрицает это, но я думаю, такая вероятность есть.
— Что ж, новость обрадовала меня.
Питерсен улыбнулся. Когда он смотрел на нее, его темно-карие глаза казались
теплыми от восхищения. Мужчины редко видели в ней привлекательную женщину,
обращали внимание лишь на ее рост, так что Криста решила, что Дольф Питерсен
очень любезный мужчина.
— Даже устранив Джейкобса, — продолжил он, — думаю, вам стоит
сохранить ночного сторожа, просто ради того, чтобы обезопаситься от новых
проблем.
— Конечно, если вы так считаете.
Он встал, поднялись и все остальные.
— Если я понадоблюсь вам в будущем, вы знаете, где меня искать.
— Мистер Питерсен, спасибо за помощь.
Питерсен склонился над ее рукой, не прикасаясь, однако, губами. В нескольких
шагах от них Лейф прищурился.
Криста смотрела вслед Дольфу Питерсену и испытывала облегчение оттого, что
человек, стоявший за нападением, сидит в тюрьме.
— Что ж, похоже, я могу спокойно вернуться к работе.
— Видимо, так, — заметил отец. — Все же, думаю, Лейф должен
сопровождать тебя, хотя бы некоторое время.
— Но...
— Ах, медовая, ты же знаешь, что тебе хорошо со мной. — Лейф
коснулся ее щеки, она заметила, как нахмурился отец. — Я буду тебя
охранять, но в ответ я прошу об услуге.
Криста выгнула бровь:
— Какой услуге?
— Теперь, когда этого Джейкобса поймали, ты можешь спокойно выходить из
дома по вечерам.
— Продолжайте, — попросила она Лейфа.
— Мне нужно зарабатывать. Я уже и так слишком много задолжал вам — тебе
и профессору. Пришла пора расплатиться.
— Вам платят за работу в газете.
— Это верно, но мне нужно столько, чтобы можно было купить корабль. Мне
нужно изыскать способ купить его, чтобы суметь вернуться домой.
— Что вы предлагаете, Лейф?
— В вашей стране существует нечто, что называется
игра
. Я читал об
этом. Похоже, на этом можно заработать, если хорошо знать игру. Особенно
меня интересует то занятие, которое вы называете
карты
.
— Играть — верный способ потерять деньги, а не заработать.
— Значит, Криста, ты знаешь, как играть?
— Я не играю в азартные игры, но я немного играю в вист.
— На Драугре мы спорим на множество вещей — соревнуемся в силе,
состязаемся в скачках на островных лошадях. Думаю, у вас это нечто иное.
Ваша игра требует определенных знаний. Я практикуюсь в навыках, о которых
прочел, — как запомнить карты, которыми уже сыграли, как оценить шансы,
какая карта выпадет следующей. Мне хотелось бы попробовать сыграть, но мне
нужно, чтобы ты и профессор пошли со мной.
У него и правда была феноменальная память. И все же выиграть в азартной игре
было непросто даже для человека с такой памятью, как у Лейфа.
— Мне понадобится занять у вас немного денег, — продолжал
он, — но лишь столько, сколько хватит на один вечер. В случае проигрыша
я буду работать дольше, чтобы выплатить долг.
До сих пор Лейфу удавалось все, что он пытался делать, так почему бы не
попробовать и это?
— Есть такое место —
Крокфордс
. Я читал, там есть столы для азартных
игр.
Криста взглянула на отца, молча спрашивая, готов ли он выйти в свет.
— Лейф, вы уверены, что хотите этого? — спросил профессор. —
Испытанию подвергнутся ваши манеры, ваша речь — все, чему вы научились за
прошедшие месяцы. Вы считаете, что достаточно хорошо подготовлены к этому?
— Я никогда не стану настоящим джентльменом. Вы ведь должны это знать.
Но я справлюсь. Вы окажете мне услугу, о которой я прошу?
— После всех тех усилий, которые вы приложили к самообразованию, думаю,
вы заслуживаете этого. — Криста улыбнулась. — Кроме того, я
никогда не была в клубе
Крокфордс
. Может быть, это будет забавно.
Получив совет Генри в вопросе выбора костюма, Лейф оделся для вечера в
черный сюртук, жилет цвета бургундского вина и черные брюки. Он зачесал
назад короткие волосы, потом повернулся к зеркалу и поправил белый бант на
шее.
Оглядев себя, Лейф подумал, насколько он не похож на того косматого
человека, каким выглядел в клетке. Сейчас он уже немного привык к нелепой
английской одежде.
Вместо того чтобы направиться вниз, как было задумано, Лейф прошел по
коридору до спальни Кристы. Если бы он постучал, Криста никогда не впустила
бы его, поэтому Лейф просто повернул серебряную ручку и открыл дверь. Он
ожидал услышать что-то от служанки Присциллы Доббс, но Криста оказалась в
комнате совершенно одна.
Лейф усмехнулся. Она была полуодета, как он и надеялся, и на ней были самые
странные вещи, какие он только мог себе вообразить.
— Лейф! Что вы здесь делаете? Сейчас же уходите из моей комнаты.
Он просто подошел к ней.
— Я пришел, чтобы увидеть ту вещь, которую ты носишь под одеждой.
Ее красивое лицо запылало. Лейф подумал, что она прекрасна — гладкая кожа,
высокая полная грудь, золотые волосы, ниспадавшие локонами на плечи. Ее
зеленые глаза напоминали по цвету луг весной. Они вспыхивали, когда Криста
сердилась, а в этот раз так и было.
— Мужчине не полагается видеть то, что находится под одеждой женщины,
если только она не его жена, а вы, сэр, очень плохо себя ведете. Выйдите
сейчас же.
Он пробежал взглядом по одежде из белого хлопка, закрывавшей ее бедра и
нижнюю часть тела. Лейф решил, что это какая-то разновидность белья, женская
разновидность того, что он отказывался носить. А хитрая штука, которая
сжимала ее грудь и впивалась в талию, — корсет, о котором она говорила,
верх которого он видел в тот день, когда целовал ее восхитительную грудь.
— Уходите отсюда, Лейф Драугр, пока Присцилла не вернулась и не застала
вас здесь.
— Повернись, — скомандовал он, встав точно перед Кристой. — Я
хочу видеть, как работает это устройство, которое сжимает тебя.
Она сжала губы, потом выдохнула.
— Вы невыносимы! — Разочарованно вздохнув, девушка повернулась к
Лейфу спиной. — Он зашнуровывается сзади. Чем туже тянут шнурки, тем
меньше кажется моя талия.
— А что придает такую жесткость?
— Корсет сделан из китового уса. Это такие большие рыбы размером с дом,
которые живут в море.
— Я видел их в водах неподалеку от Драугра.
— В некоторых корсетах используются металлические подпорки.
— Похоже, это болезненно.
— К этому привыкаешь.
— Привыкаешь? — Лейфу это казалось изощренным орудием пытки. Он
повернул Кристу лицом к себе. — Что у тебя сверху?
— Лиф-чехол, джентльмену не полагается его видеть.
Он мысленно развязал изящные розовые завязки, сдерживавшие одежду впереди, и
снял ее. Он представил себе, как стягивает хлопковое белье вниз по бедрам,
обнажая нежные светлые завитки на лобке. Рот наполнился слюной, Лейф
вообразил, как целует ее там, ощущает ее вкус.
Он взглянул на Кристу, прикинул, отражаются ли мысли в его взгляде. Протянув
руку, он провел пальцем между нежных полных округлостей ее груди, сжатых
вместе китовым усом. Он ощутил ее дрожь, и ему захотелось распахнуть кружева
и освободить ее от корсета.
Вместо этого Лейф обхватил ее рукой за талию и прижал к груди.
— Лейф, пожалуйста, вы не можете просто войти в будуар леди и...
Он перебил ее поцелуем. От Кристы исходил запах цветов. Интересно, что это
за цветы. На мгновение она замерла и попыталась оттолкнуть его, но Лейф
просто продолжал целовать ее, запустив пальцы в волосы, лаская губы то так,
то этак, пока она не растаяла в его руках. Раздвинув ей губы, Лейф скользнул
языком внутрь, чтобы ощутить сладость, и накрыл руками ягодицы. Там ее
скрывало лишь тонкое белье, он ощущал тепло ее кожи сквозь легкий хлопок.
— Где твоя служанка? — прошептал он у уха.
— Я... я послала ее с поручением, но...
Он завершил речь Кристы новым обжигающим поцелуем, руки его двигались по
ягодицам, нежно сжимая, ощущая полноту, получая удовольствие от ощущения в
руках.
Криста тихо застонала. Он почувствовал ее дрожь, когда поднял ее и прижал к
своему напряженному естеству, дал почувствовать, насколько сильно желает ее.
Лейф услышал, как девушка тихо застонала от удовольствия, и скользнул рукой
между полушариями ягодиц, прикасаясь интимнее, увеличивая ее возбуждение. В
белье оказалась странная прорезь, он сразу же понял, для чего это нужно.
Лейф скользнул пальцами внутрь и обрадовался, ощутив влагу и набухшие
лепестки ее плоти. Криста замерла, испытав потрясение.
— Я доставлю тебе удовольствие, Криста, — прошептал он ей в
ухо. — Больше, чем то, о каком ты мечтала.
Она издала тихий сдавленный звук, когда он снова принялся целовать ее и
нежно ласкать. Криста была влажной и дрожала, от этого Лейф возбудился еще
сильнее. Хотелось довести ее до конца, хотелось удовлетворить ее желание и
проникнуть так глубоко, что она никогда бы больше не подумала о другом
мужчине.
Вместо этого Лейф отступил.
Криста смотрела на него огромными зелеными глазами, полными неуверенности.
— Я никогда не думала... Я не знала, что... что... что будут такие
ощущения.
— Приятные?
Она вспыхнула.
— Когда придет время, я покажу тебе, насколько приятно это может быть.
Лейф сделал шаг назад, стараясь контролировать собственное желание. Он
оглядел Кристу:
— Эта вещь, которую вы называете
корсет
. Мне не нравится, что ты ее
носишь. Как только ты станешь моей, я запрещу ее.
Ее красивый рот удивленно округлился.
— Лейф, пожалуйста, вы не должны говорить такие вещи. Я... я знаю, что
должна была остановить вас. Женщине в высшей степени неприлично позволять
мужчине такие... такие вольности. Могу лишь представить себе, что вы
подумали, но...
— В том, что мы делаем, нет ничего плохого. Скоро ты будешь моей и
больше не будешь чувствовать себя виноватой.
— Этому не бывать, Лейф. Вы знаете это точно так же, как и я. Я никогда
не смогу быть вашей, а вы никогда не сможете стать моим. Через некоторое
время вы вернетесь на Драугр, а я останусь здесь. Ничто не сможет это
изменить.
— Ты не права, Криста. Ты была моей с того самого дня, когда освободила
меня. Боги послали тебя ко мне, и это останется неизменным.
Звук у двери возвестил о прибытии Присциллы. Глаза ее были распахнуты шире,
чем у Кристы.
— О Боже. Прошу прощения, мисс, я не поняла, что вы... что вы...
Криста мрачно взглянула на Лейфа. Для служанки она изобразила улыбку.
— Все в порядке, Присцилла. Мистер Драугр вошел по ошибке не в ту
комнату. — Она схватила трясущимися руками пеньюар и накинула его
поверх пыточного орудия. — Он как раз уходил.
Лейф понял намек.
— Прошу прощения, мисс Харт, — проговорил он, наилучшим образом
изображая английского джентльмена, отвешивая ей надлежащий поклон. — Не
знаю, как я мог ошибиться комнатой.
Губы его были плотно сжаты, когда он закрыл за собой дверь и пошел по
коридору.
Криста его и будет принадлежать ему. Он сделает так, чтобы она изнывала от
желания, сделает так, что она будет умолять его быть с ней. Как только он
погрузится в нее, Криста будет принадлежать ему.
Она будет принадлежать ему телом и душой.
Лейф удивился, осознав, насколько велико его желание, чтобы все было именно
так.
Глава 15
Кристе на подготовку к выходу в свет потребовалось гораздо больше времени,
чем Лейфу.
Присцилла уложила ей волосы щипцами, помогла надеть платье. При этом,
бессознательно подчиняясь рукам горничной, Криста думала о Лейфе, о той
неподобающей власти, которую он обрел над ее душой и телом.
Ведь даже давая слово Мэтью Карлтону, она чувствовала себя не в силах
противостоять мужественному обаянию Лейфа.
Но теперь она уже не была помолвлена с Мэтью, уже не должна была сохранять
ему верность и чистоту. Жизнь ее снова принадлежала ей, и хотя дед скоро
начнет настаивать на том, что она обязана исполнить долг — выйти замуж и
родить наследника, — в данный момент она была свободна.
Она думала о том времени, которое провела в компании Мэтью. Она никогда не
ощущала порывов страсти, когда Мэтью целовал ее. Со временем она будет
вынуждена выйти замуж, но она была уверена, что никогда уже не познает
настоящую страсть. Другого такого мужчины, как Лейф, не существовало.
Криста вздохнула, подняла серебристый ридикюль и вышла из спальни. Лейф
никогда не станет ее мужчиной, а именно этого ей больше всего и хотелось. Он
вернется домой, ее же дом был здесь, в Лондоне.
Неужели было бы так ужасно лишь на мгновение узнать такую жизнь, которую она
никогда не сможет вести? Неужели так уж греховно немного насладиться
запретным плодом?
Криста спустилась вниз, думая только о Лейфе, и замедлила шаг, увидев его в
черном вечернем костюме, ожидающим ее у подножия лестницы. Он был так
красив, что сердце ее сжалось.
Лейф взглянул на нее и произнес низким чарующим голосом:
— Ты такая красивая, медовая...
— Вам не следует так называть меня, Лейф. По крайней мере в обществе.
Это слишком интимно. Люди подумают...
— ...что ты — моя.
— Я сказала вам...
— Идем. Твой отец ожидает нас в карете.
Криста замолчала. Что бы там Лейф ни думал, в конце концов это не будет
иметь ни малейшего значения. Придет время, и он примет правду такой, какая
она есть.
Клуб
Крокфордс
на Керзон-стрит в Мейфэре был основан более десяти лет
назад Уильямом Крокфордсом — торговцем рыбой, который за одну ночь выиграл
значительное состояние за карточным столом. Украшенный люстрами
венецианского стекла и инкрустированный золотом на потолках, клуб
пользовался репутацией самого престижного игорного заведения Лондона.
В платье из бирюзового шелка с заниженным декольте и с накинутой поверх
серебристой кружевной накидкой она вошла под руку с Лейфом, а отец шел
впереди как сопровождающее лицо. Хотя профессор и нахмурился, увидев
изменения, которые внесла в платье Присцилла по указанию Кристы, едва ли оно
было неприличным. В конце концов, Кристе был двадцать один год, она была
современной деловой женщиной, и платье это она посчитала совершенно уместным
для такого случая.
Сопровождая ее, будто истинный джентльмен, каким он казался, поразительно
привлекательный в модной вечерней одежде, Лейф провел их мимо игральных
столов, и они остановились у буфета, где Лейф заказал эль, хотя едва ли он
был в моде. Криста и отец выбрали для себя шампанское.
— По-моему, я вижу знакомого, — объявил профессор. — Прошу
прощения, я ненадолго...
— Конечно, отец, — пробормотала она.
Криста с Лейфом немного побродили мимо элегантно одетых завсегдатаев —
мужчин в вышитых жилетах и причудливо завязанных белых шелковых шейных
платках, женщин в платьях из тафты или шелка с вытканными узорами, имевших
при себе веера — расписные или из перьев, с ободками, украшенными
драгоценными камнями.
Двигаясь к столам зеленого сукна в задней части главного салона, они пошли
туда, где играли в карты. Будучи самой высокой парой, Лейф и Криста
привлекали внимание. В их сторону поворачивались головы, женские глаза
внимательно изучали Лейфа, и изучение завершалось улыбками, что
свидетельствовало о признании.
Потягивая шампанское, Криста удивлялась, насколько сильно ее раздражали эти
соблазняющие взгляды, хотя Лейф, казалось, их вовсе не замечал. Вместо этого
его взгляд снова и снова блуждал по ее груди — там, где тенистая ложбинка
обнаруживалась так явственно, как никогда раньше.
— Мне нравится твое платье, — шепнул он, обдавая теплом дыхания ее
шею. — Только это нравится и каждому мужчине в зале. Они мечтают о
твоей красивой груди, но могут только догадываться, какая она нежная и
полная. Скоро я узнаю, какова она в моих руках.
Под юбкой из бирюзового шелка задрожали колени.
— Р-ради Бога, Лейф, прекратите говорить такие вещи.
Он выгнул золотистую бровь:
— Это еще одно из ваших правил?
Она раскрыла веер, украшенный перьями, и принялась обмахиваться им, чтобы
остудить лицо.
— То, которое вам крайне необходимо выучить.
— Я постараюсь запомнить... — он с намеком взглянул на полные
округлости, поднимавшиеся над корсажем, — если ты постараешься.
Они походили по залу, давая Лейфу возможность привыкнуть к взглядам и
звукам, к тому, как люди двигались и говорили. На другом конце зала Криста
заметила отца, беседовавшего с Филиппом Карлтоном, лордом Аргайлом, старшим
братом Мэтью, и подумала, что профессор, возможно, пытается как-то сгладить
впечатление от разорванной помолвки и спасти ее слегка запятнанную
репутацию.
Решив сегодня не останавливаться на этом, она повернулась к Лейфу и заметила
то, чего не замечала раньше. Всегда, когда она выходила в свет, ее высокий
рост заставлял ее чувствовать себя нескладной и непривлекательной. Теперь же
она стояла рядом с джентльменом гораздо выше себя ростом — блондином с
синими глазами, который и вправду был самым красивым мужчиной в зале.
Это обстоятельство, кажется, изменило ситуацию, и вместо объекта слухов и
сожаления она начала получать точно такие же комплиментарные взгляды от
мужчин, какие Лейф получал от женщин.
— Они завидуют мне, — заметил он. — Эти дураки не осознавали,
какой шанс упустили. Теперь они понимают, что опоздали.
— Вот так сюрприз. — Диана Кормак, виконтесса Уимби, подходила под
руку с симпатичным брюнетом, который, похоже, сопровождал ее.
— Виконтесса. — Криста сделала реверанс. — Рада видеть вас
снова.
— Я тоже, дорогая. — Она взглянула на своего спутника: — Это
Маркус Лэм, близкий друг моего мужа. Мы здесь с лордом и леди Пейсли. Маркус
был так добр, что оказал Артуру любезность сопровождать меня сегодня
вечером.
— Рад познакомиться, мисс Харт. — Джентльмен формально склонился
над ее рукой.
— Позвольте представить Лейфа Драугра, близкого друга моего отца. Он
приехал из Норвегии.
Пронзительные синие глаза Дианы оглядели сильное тело Лейфа, и губы ее
сложились в провокационную усмешку.
— Что ж, ясно, почему ты вдруг решила, что вы с Мэтью не пара.
Криста вспыхнула.
— Криста — женщина, в которой кипят страсти, — сказал Лейф. —
Ей нужен мужчина, который может удовлетворять ее во всех отношениях. Карлтон
— не тот мужчина, который ей нужен.
Диана широко распахнула глаза. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не
нашла слов. Кристе хотелось, чтобы пол разверзся у нее под ногами и поглотил
ее.
Она заставила себя улыбнуться:
— Я... я прошу прощения, миледи. Лейф не знаком с нашими обычаями.
Иногда он неправильно понимает значение некоторых слов или выражается
слишком прямолинейно.
Диана снова оглядела мощную фигуру Лейфа:
— Мне нравятся мужчины, которые говорят то, что думают.
Взгляд Лейфа скользнул по ее соблазнительным округлостям, но не было
заметно, чтобы они произвели на него впечатление. Внимание его вернулось к
Кристе, и та ощутила неожиданное облегчение. Как раз в этот момент она
заметила, что возвращается отец. Представления состоялись, потом Диана и ее
спутник вернулись к развлечениям — игре в кости за столом.
— Мне пора сыграть, — объявил Лейф, смотря в заднюю часть зала.
Криста уже дала ему деньги, которые требовались, чтобы попытать счастья или
испытать умение. Это была относительно скромная сумма, учитывая намерение
Лейфа выиграть столько, чтобы купить корабль.
Криста поняла, что молится, прося о проигрыше для Лейфа.
Лейф не выиграл.
К сожалению, он и не проиграл.
Сидя за столом в кабинете редакции, Криста зевала. Когда они вернулись вчера
из
Крокфордса
, время было позднее. Поиграв некоторое время, Лейф закончил
вечер с несколькими золотыми соверенами, с которых и начал.
И он был полон надежды.
— Теперь я понимаю, что сделал не так, — сказал он, когда карета
катилась по темным улицам. — Игра — нечто большее, чем подсчет карт и
анализ вероятности того, какая выпадет следующей. Не знаю, как это
называется — способ предвидеть следующий ход, который сделает противник. От
этого может зависеть выигрыш или проигрыш.
— Судя по тому немногому, что мне известно, — заметила
Криста, — следует наблюдать за выражением лиц игроков. Если вы
научитесь читать по их лицам, вы сможете отгадывать, какая карта у них на
руках.
— Именно это я и подумал.
— Одно точно, Лейф. Будь это просто, выигрывали бы все.
Он кивнул:
— Я вернусь сегодня один. И буду только наблюдать. Завтра вечером я
сыграю снова.
— Даже если вы очень хорошо разбираетесь в различных аспектах игры, вы
все равно можете не выиграть. Важно еще везение.
Корали Уитмор, одетая в простое элегантное платье из набивного муслина
абрикосового цвета, вошла в кабинет Кристы и вручила ей длинный узкий
конверт:
— Это получено всего несколько минут назад.
Криста подняла голову:
— Еще одна записка с угрозами?
— Не думаю. Такие записки редко прибывают с твоим именем, написанным
каллиграфическим почерком на очень дорогой почтовой бумаге.
Криста сломала восковую печать и начала чит
...Закладка в соц.сетях
