Жанр: Любовные романы
Властное желание
...у это удалось, но он меня
изменил. Теперь я даже не знаю, какая я на самом деле.
Минна улыбнулась, понимая, чем можно объяснить такое загадочное изменение в
поведении Лолли. Потрясающе, что может любовь хорошего человека сделать с
женщиной.
Минна налила себе чашку чаю и рассказала, что произошло после того, как
Солтер ее увез. Это было настоящее приключение, которое неожиданно
увенчалось триумфом, когда они целовались У входа в заведение. Она
призналась Лолли, что жизнь в борделе заставляет ее чувствовать себя
чертополохом на поле тюльпанов. Однако из всех роскошных разноцветных
бутонов с их тонкими красивыми стеблями Солтер выбрал именно ее.
Лолли хихикнула:
— Прекрасная вещь — иметь близкого человека, правда?
— Хорошего человека, — поправила ее Минна. — Солтер обладает
удивительной способностью видеть то, что другие люди не замечают. И мне
очень хочется узнать, что еще он во мне разглядел. Когда я смотрю на себя
его глазами, мне нравится то, что я вижу. Как будто он каким-то образом
делает меня лучше, чем я есть. Как будто он...
— Изменил тебя, — закончила за нее Лолли.
Минна широко улыбнулась:
— Причем бесповоротно.
Дверь скрипнула, отчего обе девушки вздрогнули. В дверном проеме появилась
мадам Финч, и она выглядела далеко не благожелательной.
— Вот как! Значит, мы изменились?
Сердце Минны замерло. Она чувствовала себя так, словно ее застигли за кражей
драгоценностей мадам. Она тотчас мысленно воспроизвела разговор с Лолли и
представила, как много мадам Финч могла услышать.
— Ты глупая девчонка, Минна. Ты попала в ту же ловушку, в какую
заманивали женщин еще на заре человечества. Тебя сбило с толку желание быть
любимой, и ты добровольно отдала власть над собой мужчине. Полагаю, для
такой невзрачной девушки, как ты, внимание мужчин — большое счастье. Однако
давно известно, что благосклонность мужчин — это лишь средство, с помощью
которого они стремятся получить от женщины все, чего хотят, не прибегая к
принуждению. Твой драгоценный констебль — не исключение. Я вижу по тебе, что
он даже не переспал с тобой. О чем это говорит? Он знает твое сокровенное
желание и пользуется им, подобно тому, как заманивают голодную собаку, держа
перед ее носом кусок мяса.
— А что касается тебя, — продолжила мадам Финч, сердито глядя на
Лолли. — Я очень разочаровалась в тебе. Я думала, что ты умнее. Из всех
моих девушек только у тебя большой опыт в вашей профессии. Я полагала, тебе
хорошо известно, что все мужчины одинаковы. Прекрасный принц существует
только в сказках, и ты должна лучше всех это знать. Ты думаешь, что
влюблена. Даже если это так, он не сможет тебя изменить. У меня работают не
монахини. Ты можешь отдать ему свое сердце, но остальное будет принадлежать
мне.
Мадам Финч скрестила руки на груди.
— Я больше не позволю вам обеим отлучаться. За уход без разрешения вы
лишаетесь прогулок, пока я не изменю свое решение. Я наведу порядок в моем
доме. Лолли, ты должна вернуться к своим обязанностям сегодня вечером. Я
теряю деньги, потому что клиенты вынуждены ждать, когда освободится
очередная девушка, а тебя нет на месте. А ты, — обратилась она к
Минне, — должна подготовить к полудню десять писем и положить их на мой
секретер незапечатанными. Я должна убедиться, что они соответствуют твоему
обычному уровню. Твой принц, вероятно, уже не сможет забрать тебя. Лэмбрик
использовал весь кредит на своем счете, когда держал тебя при себе все эти
дни, и я не хочу его видеть. Мне не хватало только, чтобы полицейские совали
нос в мои дела. Понятно?
Мадам Финч удалилась, оставив девушек в подавленном состоянии после такого
сурового выговора.
Минна сначала была потрясена, затем ее охватило негодование.
— Это низко, оскорбительно, просто невыносимо... — Она замолчала,
увидев опустошенное выражение лица Лолли. — Только не говори мне,
Лолли, что тебя задели слова этой ужасной женщины.
Лолли медленно покачала головой:
— Пусть говорит обо мне все, что хочет.
— Тогда в чем же дело?
— Меня беспокоит сегодняшний вечер, Минна. Как мне поступить сегодня?
Официальная резиденция лорд-мэра, Мэншн-Хаус, была столь же красива, сколь и
внушительна. Ее старинная архитектура и великолепные интерьеры позволяли
представить визитерам из других стран лондонский Сити в элегантном стиле. А
что касается глав не очень дружественных государств, то размеры и
величественность Мэншн-Хауса убеждали их, что Англия, безусловно, самая
могучая и влиятельная страна в мире и об этом не следует забывать.
Солтер снял шляпу и отдал ее дворецкому. Он немного знал Мэншн-Хаус, так как
эта резиденция была единственной, имеющей свой суд. Солтер никогда прежде не
был на верхних этажах, но ему порой приходилось сопровождать арестантов в
одну из расположенных внизу десяти камер для мужчин и изредка — в камеру для
женщин, которую шутливо называли
птичьей клеткой
. Проходя мимо верхних
помещений и окидывая взглядом интерьер, он обнаружил, что это здание гораздо
значительнее по сравнению с тем, что ему рассказывали о нем. Размеры кухни
были настолько велики, что там можно было зажарить целого быка. Рифленые
колонны высотой в пятьдесят футов с коринфскими ордерами украшали просторный
Египетский зал, где лорд-мэр мог устраивать банкеты одновременно для четырех
сотен гостей. Вдоль стен стояли огромные греческие скульптуры, которые
выглядели очень древними.
Личный кабинет лорд-мэра тоже имел внушительный вид. Особое место в комнате
занимал большой письменный стол красного дерева. На высоких полках стояли
ряды томов столетней давности. У одной из стен располагался большой шкаф, в
котором находились все атрибуты власти лорд-мэра: большая государственная
печать, жезл и меч. Драпировки имели примечательный рисунок в виде рядов
сцепленных символов
S
. Нечто подобное Солтер видел на картинах,
изображавших сэра Томаса Мора в соответствующем интерьере. Лорд-мэр встал с
кресла и протянул руку:
— Лэмбрик! Какой сюрприз. Это просто чудо, потому что я думал о вас
весь день.
Солтер пожал его руку.
— Надеюсь, одобрительно, сэр.
— Это зависит от новостей, которые вы принесли. — Лорд Бенсонхерст
указал Солтеру на кресло. — Как продвигается ваше дело? У вас уже есть
подозреваемый?
— Пока нет, сэр. Но я чувствую, что близок к разгадке. — Игнорируя
раздраженный взгляд лорда Бенсонхерста, Солтер полез в карман своего
сюртука. — Позвольте вам кое-что показать.
Он развернул газетную страницу, которую взял из архива редакции, перед тем
как отправиться в Мэншн-Хаус.
— Здесь статья, опубликованная в
Тайме
27 ноября 1812 года. В ней
описан визит в нашу страну эмиссаров короля Сиама. Это был один из ваших
первых официальных государственных приемов.
— Да, я помню это. И что там пишут?
— Эмиссары короля Сиама прибыли с миссией мира, с целью укрепления
отношений между Сиамом и Англией. Король прислал их величествам памятные
подарки своей страны в знак уважения — дюжину породистых жеребцов для короля
Георга и бесценную тиару для королевы Шарлотты.
Тиара несравненной красоты
и ценности, — говорится в статье, — украшена двенадцатью рубинами,
сотней бриллиантов и огромным сапфиром. Эти драгоценные камни символизируют
цвета государственного флага Британии. Особую ценность представляет сапфир.
Этот камень величиной с яйцо малиновки преломляет свет на шесть лучей, и
потому называется Звезда Бангкока
. Он был извлечен из диадемы прабабушки
короля
. Сэр, этот камень находится у меня.
— Только не говорите мне опять эту чепуху о пропаже тиары!
— Послушайте, сэр...
— Нет, — резко сказал лорд Бенсонхерст, сверкая глазами. — Я
предупреждал вас, что не желаю слушать историю этой шлюхи.
— Она не шлюха, сэр, — решительно возразил Сол-тер. — И ее
история звучит довольно правдиво.
— Меня это не интересует! Проводится расследование убийства, и нечего
увлекаться фантазиями по поводу сиамских корон!
Солтер повысил голос:
— Я уверен, что тот, кто убил Родерика Прескотта, сделал это, чтобы
заставить его замолчать по поводу кражи тиары. Кражи, совершенной
Прескоттом. И этот человек...
— Вы глупец, Лэмбрик. Вам следовало бы знать, что эта тиара хранится в
лондонском Тауэре вместе с другими драгоценностями ее величества. Я сам
видел ее там.
— Сэр, отец Минны сделал дубликат этого изделия. Нам следует обратиться
в Тауэр, чтобы убедиться, что подлинная тиара действительно находится там...
— Хватит! Я не желаю подвергать сомнению репутацию моего помощника
такими нелепыми проверками. О Боже, Лэмбрик, неужели вы не понимаете, что
эта женщина вводит вас в заблуждение? Она готова выдумать все, что угодно,
чтобы освободить своего отца, и использует вас, чтобы вы повлияли на меня.
Солтер покачал головой:
— Она не способна на это. Я достаточно хорошо ее знаю.
— Ну, я не так доверчив, как вы, Лэмбрик. — Лорд Бенсонхерст
оперся руками о стол. — И не испытываю сочувствия ни к ней, ни к вам.
Вы явно не справляетесь со своим заданием.
— Сэр, нельзя говорить о неудаче. Просто я пока еще не достиг цели.
— Я не уверен, что вы чего-то добьетесь. И я не могу больше терпеть
вашу некомпетентность и ваше неповиновение. Я освобождаю вас от этого дела и
лишаю соответствующих полномочий. Мне не нужны самоуверенные глупцы. Я
поручу кому-нибудь другому вашу работу. Тому, кто не общается с болтливыми
проститутками!.
Солтер резко поднялся со своего кресла, с трудом сдерживая желание ударить
Бенсонхерста за очередное оскорбление Минны. Почему тот не хотел ей верить?
Если не считать боязни скандала, Бенсонхерст не должен бы мешать его
расследованию. И тем более несправедливо освобождать его от выполнения
своего долга.
Солтер вдруг вспомнил слова Минны:
Если человек так неистово противится,
это обычно означает, что ему есть что скрывать
. Внезапно реакция
Бенсонхерста стала совершенно понятной. Хотя Бенсонхерст прикрывался гневом,
он фактически был охвачен паникой. Солтер хорошо чувствовал это. Загнанный в
угол убийца обычно испытывал страх.
Лорд Бенсонхерст встал, давая понять, что разговор окончен.
— Дальнейшее расследование должно быть прекращено. Я пришел к выводу,
что это убийство не подлежит раскрытию. Вы с самого начала пошли по
неправильному пути, и теперь убийцу невозможно найти. Считайте, что вам
повезло, поскольку я мог бы арестовать вас за соучастие в преступной
деятельности.
— Да, сэр, — ответил Солтер, сдерживая негодование.
Лорд Бенсонхерст выставил раскрытую ладонь:
— Отдайте драгоценности, которые вы нашли в сейфе лорда Прескотта. Они
являются частью его имущества, и я должен быть уверен, что камни перейдут к
его ближайшему родственнику.
Солтер посмотрел на вытянутую руку Бенсонхерста. Она выглядела чистой и
ухоженной, однако на ней были невидимые пятна. Пятна крови.
— Драгоценности не при мне, — солгал он.
— Я пошлю слугу с вами, чтобы вернуть их.
— В этом нет необходимости. Я сам принесу камни, — сказал Солтер
через плечо, поспешно выходя из комнаты.
На лбу его залегла глубокая складка. Он вполне мог изобличить этого
человека, но это не какой-то уличный убийца, не наемный бандит. Это лорд-мэр
Лондона, второй человек в иерархии власти. Как такого человека привлечь к
суду?
Глава 12
Тяжело было видеть Лолли в таком мрачном состоянии. Минну всегда привлекало
в ней сочетание легкости с живостью ума, и тот факт, что Лолли была
подавлена, влиял и на настроение Минны.
Лолли с угрюмым видом ходила по комнате, не решаясь начать одеваться к
вечеру. Ее эффектное сиреневое платье с глубоким вырезом было небрежно
брошено на кровать, а чулки валялись на полу.
— Лолли? Что с тобой? — спросила Минна.
— Я плохо себя чувствую. Я не могу сегодня пойти вниз. Я не хочу
общаться с клиентами. Не могу улыбаться им, выслушивать их проблемы и жалобы
на жен, а потом отдаваться им. Просто не могу.
— Это Чейз просил тебя прекратить заниматься этим делом?
— Нет, — ответила Лолли, вытирая нос. — Если бы он сказал
так, я, вероятно, послала бы его куда-нибудь подальше. Я нравлюсь ему,
Минна. Да, нравлюсь. Он не говорил мне прекратить мое занятие, но он хочет,
чтобы я это сделала. Не ради него, а ради меня самой. Дело в том, —
сказала Лолли, взглянув на Минну, — что я тоже этого хочу. Не смотри на
меня так. Ты думаешь, что я сошла с ума. Может быть.
Она взяла деревянный наперсток с ночного столика и осторожно надела его на
палец.
— Было время, когда я желала лишь крепкого мужика и крепкого спиртного.
Теперь, когда я познакомилась с Чейзом, меня это уже не устраивает.
Минна села на кровать, глядя на Лолли.
— Это очень важное решение. Что ты будешь делать?
Лолли слабо улыбнулась:
— Я задавала Чейзу этот вопрос. Знаешь, что он сказал мне? Он сказал:
делай то, что следует.
Она переступила через одежду на полу, села в кресло и, подтянув колени к
подбородку, обхватила их руками.
— Я должна сама решить, что делать дальше. Ведь я не на многое гожусь.
Может быть, следует помолиться Богу, как ты думаешь? Я не молилась с
тринадцати лет. Я расскажу ему о Чейзе и о том, как люблю его. Клянусь,
Минна, я в душе слышала Божье слово. Он сказал, — начала она и от
волнения перешла на шепот. — Он сказал:
Я рад твоему решению. Я
приберег этого мужчину специально для тебя
.
Минна наблюдала, как Лолли утирала влажные щеки, и ждала, когда та сможет
продолжать. Вскоре подруга сделала глубокий прерывистый вздох и покачала
головой:
— Вот почему я не могу сегодня пойти вниз. И вообще никогда.
За время работы Минны в этом заведении ни одна девушка добровольно не
уходила отсюда, хотя, конечно, были случаи, когда кого-нибудь увольняли по
причине беременности или нехорошей болезни. Девушку могли уволить также,
если она вела себя вызывающе в отношении мадам Финч. Но никто не уходил по
собственной воле.
Здесь хорошо платили, и девушки находились в относительной безопасности,
имея дело с джентльменами определенного класса.
Минну охватила паника.
— Лолли, мадам Финч не позволит тебе оставаться здесь, если ты не
будешь работать. Куда ты пойдешь?
— Пока не знаю. У одного моего старого клиента доходный дом, но даже
если у него и есть свободная квартира, он знает, чем я занимаюсь, и захочет,
чтобы я платила натурой. В Йоркшире у меня есть кузина, но я не хочу
покидать Лондон, оставив здесь Чейза.
— А что ты думаешь относительно его? Может быть, Чейз позволит тебе
остаться с ним?
— Наверняка. Но я уверена, что это будет большой ошибкой. Я слишком
многое испортила в своей жизни и не хочу разрушать оставшееся.
Минна задумалась. Лолли будет нелегко. Для таких девушек, как она, не
имеющих должного образования и воспитания, выбор был невелик. Женщины,
которых знала Минна, были либо замужними, либо проститутками. В любом случае
их тела не принадлежали им. Существовал и третий вариант — пойти служанкой,
как Минна, — но она подозревала, что Лолли не сможет быть достаточно
сдержанной в этой профессии. Кроме того, с ее красотой она в качестве
служанки рискует быть застигнутой хозяином дома где-нибудь на кухне или в
конюшне, и тот вернет ее к тому, от чего она отчаянно старается отказаться
сейчас.
— Поговори с мадам Финч, Лолли. Скажи, что хочешь остаться здесь как
служанка. Или ты можешь работать в баре, а я буду только писать письма.
Думаю, ей понравится такая идея. Это, конечно, не принесет такого дохода, к
которому ты привыкла, однако позволит тебе оставаться в безопасности среди
подруг.
— Полагаешь, она согласится?
У нее был такой удрученный вид, что Минне захотелось как-то подбодрить ее.
— Ты должна попытаться.
Это был чрезвычайно напряженный вечер. Парламент собрался на экстренное
вечернее заседание, и когда оно окончилось, многие мужчины выигравшей
стороны пришли в
Империю страсти
отпраздновать свою победу. Женщин не
хватало на каждого, поэтому мадам Финч устроила импровизированное
представление во внутреннем дворике сразу для всех. Из одного из своих
путешествий она привезла пьесу для кукольного театра теней, разыгрываемую на
фоне обклеенного пергаментной бумагой стеклянного экрана, который
подсвечивался сзади свечами. За этим экраном Тесса и Марго с помощью теней
марионеток показали оригинальный и довольно непристойный спектакль. Изменив
свои голоса, они разыграли сценку, в которой муж приходит домой и застает
жену в постели с трубочистом. Муж гоняется за ним, намереваясь побить его,
но в клубах сажи не может найти трубочиста и вместо него колотит пришедшего
в гости викария. Потом, решив заняться своей ненаглядной женой, муж ошибочно
хватает трубочиста. Эта сценка вызвала бурное веселье среди зрителей, и
многие захотели сами поучаствовать в подобной импровизации.
Минна с тяжелым сердцем разливала напитки для шумной компании. В то время
как вокруг нее раздавался смех, она думала о неминуемой катастрофе, которая
должна постичь ее подругу. Лолли лишь на минуту появилась во дворе, чтобы
привлечь внимание мадам, а затем обе женщины исчезли в доме. Они пробыли там
довольно долго, и с каждой секундой тревога Минны возрастала. Тем не менее
она утешала себя слабой надеждой, что Лолли останется. Мадам Финч прежде
всего была здравомыслящей, деловой женщиной, и увольнение Лолли не в ее
интересах. Подобные случаи были нередкими среди куртизанок. Влюбленность в
клиента какое-то время плохо отражалась на ее работе, но мадам Финч была
убеждена, что такая любовь не может продлиться долго. Если это верно, то
Чейз скоро поймет, какую ошибку допустил, и Лолли вернется к своим
обязанностям более разумной и не склонной предаваться пустым мечтам.
В тот момент, когда два особенно веселых члена парламента фальцетом
приветствовали самый фривольный эпизод спектакля, мадам Финч вернулась во
двор одна. Она взяла свою папку и начала что-то писать.
Минна ждала, когда выйдет Лолли, но та не появлялась. Наконец, не в силах
больше оставаться в неизвестности, Минна решила пойти в дом.
— Куда ты направляешься? — спросила мадам Финч, не отрывая глаз от
бумаги.
— Я хочу взять еще один бочонок пива из погреба.
Глаза мадам Финч гневно сверкнули.
— Ничего подобного. Ты собираешься удовлетворить свое любопытство по
поводу того, что стало с Лолли. Я облегчу твою задачу, чтобы ты могла
сосредоточиться на своих обязанностях. Она уволена.
— Что?
— Я отправила ее собирать свои вещи. Я не намерена держать здесь
бездельниц.
— Но, мадам, может быть, эта любовь скоро пройдет. Лолли образумится
быстрее, чем вы можете представить. Если вы уволите ее сейчас, то потеряете
потенциальный доход.
Выражение лица мадам ничуть не изменилось.
— Да, она хороша. Одна из лучших, несмотря на заурядное происхождение.
Кто знает, может быть, именно поэтому? Однако я больше не нуждаюсь в ее
услугах. Ее можно заменить. Есть сотни таких девушек, как она. Я легко найду
другую Лолли. — Лицо мадам приняло еще более суровое выражение. —
И другую Минну. Возвращайся к своим обязанностям.
Вечер казался бесконечно долгим. Те, кто не свалился пьяным, разбрелись по
комнатам с девушками, которые наспех удовлетворяли их, чтобы освободиться
для других ожидающих мужчин.
Когда мадам отвлеклась, Минна быстро поднялась наверх проведать Лолли. Ее
нигде не было. Одежда и прочие личные вещи также исчезли. Минна заглянула в
свою комнату в надежде найти там записку, но записки тоже не оказалось.
Минна, утратив всякую надежду найти подругу, спустилась в гостиную с
обеспокоенным выражением лица. Она медленно подошла к бару, чтобы взять
дополнительные стаканы и отнести их во двор.
Внезапно входная дверь открылась, и на пороге появилась знакомая фигура.
Солтер.
Паника гигантской волной захлестнула ее. Мадам Финч не должна его увидеть.
После выговора, который она получила этим утром, ее ждет настоящий ад, если
мадам застанет ее разговаривающей с Солтером.
Минна бросилась к нему. Он раскрыл объятия, думая, что она окажется в них,
но она подтолкнула его к двери. Он озадаченно посмотрел на нее.
— Солтер, немедленно уходи! — настоятельно сказала Минна.
— Я только пришел, а ты уже меня гонишь? У меня даже не было времени
как-то обидеть тебя.
— Уходи скорее, пожалуйста! Я не хочу, чтобы ты находился здесь.
Она потянула его к выходу, но он не двинулся с места. Мужчина такой
комплекции мог уйти только по собственному желанию.
— Почему?
Невозможно было объяснить все, так как мадам Финч могла с минуты на минуту
появиться в комнате. Как сказать ему, что ее ближайшее будущее на краю
пропасти и что если ее уволят, она окажется в ней? Она останется без
спасительной крыши над головой и без надежды на другую работу. В отличие от
Лолли у Минны не было ни кузины в Йоркшире, ни сочувствующего клиента,
который мог бы приютить ее. Без работы она окажется беспомощной и бездомной.
Минна быстро сообразила.
— Давай выйдем наружу, где я смогу поцеловать тебя.
Он улыбнулся.
— Это другое дело.
Солтер открыл перед ней дверь, и Минна быстро вышла.
Это был прекрасный вечер, но ее знобило. Казалось, прошла целая вечность с
того момента, когда она видела Солтера последний раз, хотя это было всего
лишь этим утром. Сейчас освободившись от гнетущей обстановки борделя, она
почувствовала необычайную радость.
— Где ты был весь день?
Он слегка улыбнулся:
— Ну, если тебе так хочется знать, я гулял в Гайд-парке, пил чай с
приятелем, а потом играл в лаун-теннис. Что еще тебе хотелось бы услышать?
На самом деле я посетил лорда Бенсонхерста.
— Почему этот визит занял так много времени?
Солтер ухмыльнулся:
— Ты скучала по мне?
— Не говори глупости.
Он взял ее руки в свои.
— Значит, да.
Ее маленькие ручки были целиком поглощены его большими ладонями, от чего
Минну охватило приятное волнение. В этот момент у нее возникло желание
полностью слиться с ним.
.— Я хотела бы уйти с тобой отсюда, — задумчиво сказала она.
— Почему? Что-то случилось?
— Прежде всего расскажи о визите к лорду Бенсонхерсту. Он помог тебе
выяснить, кто мог быть убийцей?
— В общем, да. Я точно знаю, кто убийца. Это сам Бенсонхерст.
— Что?
— Да, это он. Я уверен в этом. Убийство подобно огню. Нельзя играть с
ним, не опалив пальцы.
— Почему ты так уверен, что это именно он?
— Все сходится. Тиара была послана королем Сиама в качестве одного из
подарков, чтобы заручиться расположением обоих наших властителей. В связи с
болезнью короля Георга король и королева не могли непосредственно принять
посланца из Сиама. Я подозреваю, что тот вручил тиару Бенсонхерсту, который
должен был передать ее королеве Шарлотте. Однако Бенсонхерст отдал тиару
своему помощнику Прескотту и поручил ему сначала отнести ее в ювелирный
магазин твоего отца с целью замены драгоценных камней на самоцветы.
Королева, вероятно, не видела этой тиары, но даже если бы увидела, то не
могла предположить, что камни в ней ненастоящие. Прескотт, глубоко погрязший
в долгах, сделал так, как просил Бенсонхерст, но при этом решил извлечь свою
выгоду из сложившейся ситуации. Он придержал драгоценные камни, а потом
сделал то, чего Бенсонхерст никак не ожидал. Прескотт начал шантажировать
своего хозяина, угрожая раскрыть обман. Я подозреваю, что Бенсонхерст
заплатил Прескотту за молчание — отсюда деньги, которые я обнаружил в
сейфе, — но когда он пришел за драгоценностями, Прескотт отказался
выполнить условие сделки со своей стороны. Он решил не возвращать камни,
рассчитывая, что Бенсонхерст будет продолжать ему платить. Бенсонхерст
пришел в ярость, схватил первую попавшуюся под руку вещь — кожаный хлыст
Прескотта — и задушил его.
Минна слушала Солтера, раскрыв рот.
— Ты арестовал лорда Бенсонхерста?
Солтер тяжело вздохнул:
— Хотел бы, но не могу. Проблема в том, что у меня нет прямых
доказательств. К тому же Бенсонхерст меня уволил.
—
...Закладка в соц.сетях
