Жанр: Любовные романы
Властное желание
...й на целых два месяца. Иначе я могу тебя забыть.
Мужчина прижался к ней своим бочкообразным животом и просунул руку в ее
панталоны.
— Эта маленькая штучка будет помнить меня.
Он похлопал ее по заду, и Лолли ощутила кожей скомканную купюру.
Она улыбнулась:
— Ты очень добр ко мне, Бартоломью. Я буду хранить до твоего
возвращения одну из бутылочек мадеры, которые ты принес. Я знаю забавную
сексуальную игру и с удовольствием обучу тебя.
Лицо его сморщилось от улыбки.
— В таком случае — до следующего месяца.
Лолли открыла дверь и выглянула наружу. Она увидела подъехавшую к заведению
карету. Дверца открылась, и из кареты вышла Минна.
— О!
— Прости? — удивленно произнес мужчина.
Лолли повернулась к Бартоломью:
— Я сказала
О!
. Мне не нравится, что ты уходишь. Возвращайся скорее.
— Хорошо. — Он поцеловал ее в щеку. — До свидания.
Лолли не отрывала глаз от Минны, которая дала монету кучеру и вошла в дом.
Девушка тихо последовала за подругой, тяжело ступавшей по лестнице.
Через несколько секунд после того, как Минна закрыла дверь своей комнаты на
верхнем этаже, Лолли открыла ее и вошла. Бессмысленно было спрашивать, как
прошла встреча, поэтому Лолли ждала. Минна стянула перчатки, сорвала с себя
шляпу и повалилась на кровать.
— Ненавижу мужчин!
Лолли кивнула и села рядом с Минной на кровать.
— Поздравляю. Теперь ты стала одной из нас.
Минна принялась рассказывать о событиях этого вечера: о том, как лорд
Прескотт превратился в констебля, как настоящий Прескотт оказался мертвым,
как все ее планы провалились.
Лолли коснулась руки Минны:
— Тебе было очень больно?
Минна покачала головой:
— Нет. Мы ничего такого не делали.
— Он бил тебя?
— Нет. Готов был побить, но не сделал этого.
Лолли сдвинула свои изящные брови:
— Тогда почему ты такая сердитая?
Минна фыркнула.
— Потому что...
Ей было стыдно признаться даже Лолли.
— Так почему же?
Минна подыскивала подходящий ответ.
— Потому что я потратила целый вечер, да еще в этом нелепом наряде.
— И?..
— И потому что нисколько не приблизилась к тому, чтобы оправдали моего
отца.
— И?..
— И... — Плечи Минны дрогнули. — И потому что я подумала, что
действительно нравлюсь ему. — Глаза ее наполнились слезами. — На
самом деле он хотел только расспросить меня. О, какая же я дура!
Лолли погладила ее спину:
— Бедняжка. Мы все поначалу совершаем подобную ошибку. Во всем виноваты
наши чувствительные сердца. Но ты должна помнить, что мужчины для нас всего
лишь клиенты, и не более. И это работа. Ты продаешь иллюзию любви, но не
саму любовь. Когда мужчины говорят нежные слова, можно легко поверить, что
они действительно так думают. Но на самом деле это не так. Не надо страдать
из-за этого.
— Я ничего не понимаю. Ты и девушки постарались сделать меня красивой.
Я никогда не выглядела так хорошо, как в этот вечер. Но этого оказалось
недостаточно.
Лолли заглянула в лицо Минны:
— Он действительно тебе нравится?
Минна вытерла мокрые от слез щеки и постаралась взять себя в руки.
— Нет. Я только хотела понравиться ему, вот и все. Я хотела одержать
над ним верх.
— Ну, хорошо. У меня есть чем порадовать тебя. — Лолли показала ей
конверт. — Он доставлен специальным посыльным в карете с гербом на
дверце.
Минна посмотрела на плотную бумагу кремового цвета со сломанной печатью из
красного воска:
— От кого это письмо?
— Читай сама.
Минна развернула лист бумаги.
Дорогая мисс Лолли,
благодарю вас за любезное приглашение. Будучи королевской
подданной, вы имеете право на аудиенцию, чтобы обсудить ваши петиции к
правительству его королевского величества. Я буду рад встретиться с вами в
вашей резиденции завтра в шесть часов вечера. С уважением, Фредерик Страттон, лорд Андервуд. Минна повернулась к Лолли.
— Он придет! — Она почувствовала облегчение. — Отлично,
Лолли. На этот раз мы поступим иначе. Теперь мы не допустим ошибки.
— Вскрой этот чертов ящик наконец! — раздраженно крикнул Солтер.
Известный медвежатник, Мастер Джек, стоя на коленях перед сейфом, поднял
свое морщинистое лицо:
— Потерпите, начальник. Вскрытие сейфов не терпит спешки.
Солтер прошелся по комнате.
— Ты возишься с ним уже четыре часа. Сколько еще потребуется времени?
— Не знаю. Это замок Брамах с подвижными вырезами. Он защищен от
вскрытия и существует уже двадцать пять лет. Еще ни один взломщик в мире не
мог справиться с этим замком. Скорее поднимется тревога и придется уносить
ноги, прежде чем откроешь его. К счастью, то есть, я хотел сказать, к
сожалению, таких замков не много в городе. Они слишком дорогие. Но как
говаривала моя мама, если делаешь что-то, то надо делать это хорошо.
Солтер уселся в кресло за письменным столом.
— Спасибо за наставление. Как долго ты еще будешь с ним возиться?
Мастер Джек вскинул свою седую голову:
— Сколько потребуется, начальник. Иногда удается быстро узнать его
секрет, а иногда — нет.
— Так постарайся быстрее с ним разобраться.
— Хорошо, сэр, — согласился Мастер Джек, прежде чем снова
повернуться к сейфу.
Он, продолжая стоять на коленях, возобновил свою работу, обрабатывая
напильником деревянную шпонку, чтобы придать ей очередную форму ключа.
Солтер потер лоб жестом человека, недовольного тем, что вынужден поступать
вопреки своему убеждению. Использовать уголовника для решения своей проблемы
— не самая лучшая идея.
Большинству людей был известен только дневной Лондон — изысканная
современная столица, где царили закон и порядок. Но с наступлением сумерек
город преображался. Он становился похожим на перевернутый садовый камень с
кишащими на нем мерзкими тварями. Когда добропорядочные люди спят, ночные
обитатели Лондона начинают действовать, удовлетворяя свои потребности.
Солтер жил в этом мире: ел, дышал и работал, находясь среди уголовных
элементов и стараясь не поддаваться пагубному влиянию этой среды. Поймав
очередного нарушителя закона, он испытывал чувство исполненного долга,
сознавая, что сделал этот город немного безопаснее для честных граждан.
Каждое утро, когда ночная пелена, окутывавшая город, спадала, его Лондон
снова становился местом культурной и исторической славы, местом, достойным
присутствия монарха и правительства. Но только до наступления очередных
сумерек.
— Оказывая такую услугу полиции, не вздумай воспользоваться своим
умением для преступных целей. Если я узнаю, что тобой взломан другой сейф,
ты в мгновение ока окажешься в Ньюгейтской тюрьме.
Мастер Джек слабо улыбнулся, обнажив прорехи между зубами.
— Ни в коем случае, начальник. Я теперь слишком стар. Времена, когда я
скрывался от закона, миновали. Мои колени уже не те, и мне трудно
передвигаться.
Он попробовал сунуть самодельный ключ в отверстие замка, затем вытащил его и
еще немного потер наждачной бумагой.
— Эти игры для молодежи. Когда я был молодым парнем, не было сейфа,
который не вскрыл бы Мастер Джек, и все это знали. Но по мере того как мои
коллеги умирали, моя популярность ослабевала. В настоящее время в живых не
осталось ни одного вора тех лет. И я живу теперь только воспоминаниями. То
есть жил до встречи с этим красавцем. Знаете, компания обещала
вознаграждение... две сотни гиней тому, кто откроет их замки. Пока это не
было сделано. Должен сказать, что джентльмен, которому принадлежит этот
сейф, надежно спрятал там свои вещи. Он явно не хотел, чтобы они попали в
чужие руки, что бы там ни хранилось.
— Не надо лишних рассуждений. На них ничего не заработаешь. Но если
вскроешь сейф, ты будешь пользоваться моей благосклонностью. Можешь на это
рассчитывать.
Внезапно раздался громкий щелчок, и Мастер Джек улыбнулся:
— Он все-таки открылся!
Солтер вскочил на ноги.
— Понятно.
Мастер Джек с трудом поднялся, сел на свой старинный морской сундучок и
поморщился, потирая онемевшие колени.
Петли сейфа скрипнули, когда Солтер повернул металлическую ручку дверцы.
Содержимое в нем хранилось в таком же безупречном порядке какой был в
кабинете Прескотта до того, как Солтер начал искать ключи. Он сунул руку
внутрь и, достав стопку бумаг, бегло просмотрел их.
— Это все неоплаченные долговые обязательства.
Его брови взметнулись вверх, когда он обратил внимание на огромные суммы
долгов. Солтер знал, что Прескотт был азартным игроком и что в клубе
Уайте
заключались рекордные джентльменские пари, в которых Прескотт оказывался
проигравшим. Вполне вероятно, что Прескотт был убит одним из тех, кому он
задолжал деньги, но в таком случае непонятно, почему ничего не было
украдено, особенно бумажник, находившийся в кармане убитого.
Нахмурившись, Солтер осмотрел оставшееся содержимое сейфа: красивую коробку
с дуэльными пистолетами, небольшую пачку банкнот и мешочек с золотыми
соверенами. У дальней стенки он обнаружил письмо на плотной бумаге. Он
открыл его и прочитал:
Прескотт,
меня утомляют твои неоднократные попытки связаться со мной. Давай
наконец примем решение относительно нашего незаконченного дела. Встретимся
завтра в шесть часов в моей резиденции. Страттон. Сердце Солтера учащенно забилось, и кровь зашумела в ушах. Его мысли
вернулись к Минне. Она пригласила Страттона в бордель, чтобы выведать у него
необходимые сведения. Солтер приказал ей отменить приглашение, но он
сомневался, что у нее хватит здравого смысла его послушаться. Ее грубые
попытки добыть нужную информацию станут понятны любому умному человеку. Если
станет ясна ее цель, неизвестно, что этот человек может с ней сделать.
Необходимо повидаться с лордом Андервудом прежде, чем с ним встретится
Минна.
Солтер еще раз сунул руку в темный сейф, чтобы убедиться, что достал из него
все. Его скрупулезность была вознаграждена. Пальцы нащупали черный бархатный
мешочек, не замеченный ранее в темноте. Он вытащил его и раскрыл, растянув
стягивающий шнурок. То, что он увидел, поразило его.
Солтер извлек из мешочка огромный драгоценный камень и поднес его к
канделябру. Камень засиял ярким голубым огнем.
— Боже! — воскликнул Мастер Джек, подавшись вперед, чтобы лучше
разглядеть драгоценность сквозь свои небольшие очки. — Какая
потрясающая вещь!
Солтер был ошеломлен крошечными призмами, сверкающими в сердцевине камня.
Трудно сказать, сколько он мог стоить. Вероятно, Минна знала это. Настроение
Солтера улучшилось, когда он подумал о девушке, но он понимал, что лучше
держать ее подальше от этого дела для ее же безопасности. Он почувствовал
сожаление оттого, что вынужден отдалиться от нее, однако быстро справился с
этим чувством. Он всегда старался избавиться ото всего, что отвлекало его от
работы.
— Я знаю человека, который мог бы продать эту вещь для тебя,
начальник, — сказал Мастер Джек. — Дай мне этот камень, и я
позабочусь о нем.
Солтер бросил на него испепеляющий взгляд:
— Единственное, что я могу сделать, — это доставить тебя назад в
Баттерси. Забирай свои вещи, и пойдем.
Оставив Мастера Джека в его запущенной квартирке, Солтер решил нанести визит
лорду Андервуду. Дворедкий сообщил, что лорд Андервуд отсутствует и не
вернется до следующего дня. Солтер подумал, что будет лучше не
представляться констеблем и не спрашивать о местонахождении Андервуда. Но
все же он прокрался к конюшне, чтобы узнать, там ли карета лорда, и
убедиться, что его действительно нет дома. Кареты с гербом не оказалось на
месте. Солтер сокрушенно вздохнул. Нетрудно догадаться, где мог находиться
Андервуд. И он будет очень зол, если Минна встретилась с лордом раньше его.
Очень зол.
Глава 6
Одной из самых популярных достопримечательностей
Империи страсти
была
римская ванна. Мадам Финч решила скопировать минеральный источник в Бате,
установив огромную мраморную ванну в отделанном тиковыми панелями погребе.
Этот бассейн легко вмещал сразу шесть человек, и мужчины могли здесь
выпивать и общаться, после чего выбранные ими женщины растирали их
полотенцем и уводили в комнаты наверху. Привилегия пользования ванной стоила
довольно дорого, так как необходимо было держать двух специальных слуг для
подогрева воды. Мадам установила ванну рядом с кухней так, чтобы было удобно
подливать горячую воду из кипящих котлов. Существовал также и другой, более
оригинальный, способ подогрева воды. Над центром ванны с помощью блока была
подвешена тяжелая медная бадья, которую слуга наполнял горячими углями.
Затем бадью опускали в воду, и клиенты обычно весело приветствовали это
погружение, когда вода начинала шипеть.
Минна принесла поднос с портвейном и поставила его на маленький столик.
Лолли уже раздела лорда Андервуда и сопроводила его в ванну. Это был мужчина
лет пятидесяти с редкими седыми волосами. Его грудь и талия были одинаковой
ширины, а кожа выглядела дряблой. Такая внешность была характерна для многих
богатых избалованных джентльменов, составляющих клиентуру мадам Финч. Тем не
менее его нельзя было назвать непривлекательным мужчиной. Вероятно, в
молодости он был довольно красив, судя по его правильным чертам лица и
проницательным голубым глазам, на которые Минна обратила внимание.
Лолли бросила на Минну многозначительный взгляд.
— О, лорд Андервуд, я так благодарна вам за то, что вы смогли прийти ко
мне сегодня, — сказала она, стараясь скрыть свой акцент. — Я так
ждала вас.
— Не стоит благодарности, дорогая. И зови меня просто Фредерик. Думаю,
мы можем быть хорошими друзьями. Я вижу, какая ты хорошенькая.
— Вы тоже очень милы. Вы напоминаете мне другого джентльмена, который
был здесь не так давно. Его звали Холлидей. Вы знаете его?
Фредерик прислонился к стенке ванны и мечтательно закрыл глаза, наслаждаясь
теплой водой, которая действовала успокаивающе.
— Не думаю.
Лолли опустилась на колени на настил позади него и начала массировать его
виски.
— Жаль. Он очень похож на вас. Можно подумать, что вы братья. Кажется,
он ювелир.
Фредерик удовлетворенно застонал.
— Ювелир, говоришь? О да, кажется, теперь я припоминаю человека с таким
именем. У него небольшой ювелирный магазин на Фулсом-стрит.
Минна, занятая укладкой полотенец, повернулась и посмотрела на Лолли.
Отчаянными жестами она попыталась дать ей понять, чтобы та постаралась
выведать у него больше подробностей. Фредерик продолжал блаженствовать с
закрытыми глазами.
Лолли энергично кивнула в знак согласия.
— Верно. Вам не кажется, что вы похожи на него?
На его лбу обозначалась небольшая морщинка.
— Нет, не кажется.
Лолли хихикнула:
— Ну конечно. Вы гораздо красивее его.
Минна поморщилась, услышав акцент Лолли, но Фредерик, казалось, ничего не
заметил. Минна сделала Лолли знак продолжать.
— Э-э... он давно не появлялся здесь. Вы не знаете, что с ним стало?
Выражение лица Фредерика было расслабленным.
— На самом деле знаю. Он...
Внезапно тиковая дверь открылась, и Минна тихо выругалась, оттого что
разговор был прерван. Она повернулась и увидела сквозь клубы пара Солтера.
Минну охватила буря эмоций, и если бы здесь никого, кроме нее и Солтера, не
было, она, наверное, перепрыгнула бы через ванну и задушила его.
— Так вот где устраиваются особые развлечения, — весело сказал
Солтер.
— Присоединяйтесь, — вежливо предложил Фредерик. — Должен
сказать, это изумительная штука. Горячая вода действует чрезвычайно
успокаивающе.
— Хорошо. Мне тоже необходимо расслабиться после напряженного
дня. — Солтер наклонился и протянул руку: — Майлс Рейни. К вашим
услугам.
Они пожали друг другу руки.
— Фредерик Страттон. Приятно познакомиться. Желаете получить
удовольствие? Вода такая же теплая, как и компания, — сказал он,
подмигнув и кивнув в сторону Лолли.
— В самом деле? — Солтер, снимая куртку, оценивающе посмотрел на
Лолли. — В таком случае я с радостью приму приглашение. Мисс? —
обратился он к Минне.
Минна не знала, что делать. Она была чрезвычайно взволнована, так как
Фредерик уже настолько расслабился, что готов был отвечать на все вопросы,
но в это время вошел Солтер и все испортил.
— Я обращаюсь к вам, мисс.
Повторный призыв отвлек Минну от мрачных мыслей. По-видимому, Солтер имел в
виду ее.
— Помогите мне раздеться.
Она неуверенно взглянула на Лолли. Та жестом дала понять, что надо
удовлетворить просьбу клиента.
— Вам следует взять подходящую женщину для этого, — сказал
Фредерик. — Вы еще не выбрали такую?
Солтер посмотрел на Минну:
— Я имею особое пристрастие к служанкам. Расстегни мой жилет, девушка.
Минна постаралась скрыть свой гнев и подошла к нему. На его губах сияла
насмешливая улыбка, и Минна была готова влепить ему пощечину. Во-первых, он
притворился, что незнаком с ней, а во-вторых — унизил ее своим требованием.
Он стоял перед ней в парчовом жилете, который подчеркивал его широкую грудь
и узкую талию. Его руки свободно свисали по бокам, и широкие рукава рубашки
увеличивали объем мускулистых предплечий. Он был таким высоким, что ее
голова едва доходила ему до плеч. Однако она смотрела ему прямо в лицо,
стараясь выразить свое возмущение. Ее пальцы коснулись первой пуговицы и
расстегнули ее. И это простое прикосновение к теплой ткани каким-то образом
смягчило ее гнев. По мере того как ее пальцы скользили по шелку, становилось
все труднее расстегивать пуговицы.
— Теперь будь любезна развязать галстук.
Она посмотрела ему в лицо — он широко улыбался. Если бы здесь не было лорда
Андервуда, она столкнула бы Солтера в бассейн.
Минна развязала галстук и размотала его, что было непросто сделать, учитывая
рост этого мужчины. Затем она резко дернула материю, надеясь обжечь его шею
трением.
Должно быть, так и случилось, потому что он поморщился.
— Осторожней, девушка. Иначе может пострадать не только моя шея.
Она увидела вызов в его карих глазах.
— Теперь расстегни здесь.
Он потянул ее руку вниз, к пуговицам на своих брюках. Минна заколебалась,
осознав, что должна будет раздеть его догола. Эта мысль ошеломила ее. Она не
могла отрицать, что ей любопытно увидеть его без одежды, но в то же время не
хотела, чтобы это произошло сейчас, когда она не могла позволить себе
отвлечься от своей главной цели.
Минна опустилась на колени, чтобы расстегнуть один из двух рядов пуговиц на
его ширинке. При этом она невольно вспомнила ощущение его твердой мужской
плоти под тканью и то волнение, которое она испытала от сознания, что сумела
возбудить его. В это время он вытащил из брюк рубашку и стянул ее через
голову.
Вид его обнаженного торса вызвал дрожь в ее пальцах. Его голая грудь была
подобна горной гряде с двумя большими гребнями и холмами, спускающимися к
животу. Он существенно отличался от тех мужчин, каких ей приходилось видеть.
Его кожа была гладкой, лишь с небольшой порослью волос вокруг каждого соска.
Внизу живота также была линия волос, которая исчезала за тканью, находящейся
сейчас в ее дрожащих пальцах.
Наконец она расстегнула последнюю пуговицу. Руководствуясь скромностью, ей
следовало бы предложить ему самому снять брюки. Однако, испытывая
любопытство и определенное эротическое волнение, она не постеснялась стянуть
их с его бедер.
Теперь Солтер предстал перед ней во всей красе. Его толстый темный пенис
торчал из гнезда волос между ног. Минна не раз мельком видела обнаженных
мужчин, но ни один из них не выступал так самоуверенно и гордо в своей
наготе. Его бедра были крепкими и гладкими, как у мраморной статуи, и она с
удовольствием украдкой провела по ним ладонями, стягивая брюки. Устыдившись
слишком долго смотреть на его мужское достоинство, находящееся прямо перед
ее лицом, Минна занялась его обувью и чулками.
Фредерик уже почти засыпал.
— Рейни, — пробормотал он, — возьми эту девицу. Она творит
чудеса своими руками.
Солтер опустил ногу в горячую воду и поморщился:
— О, черт возьми!
Фредерик выпрямился:
— Вы впервые в этой ванне?
Солтер кивнул и погрузился в воду по шею:
— О, черт!
Фредерик засмеялся:
— Я тоже здесь впервые. Но мне кажется, это то, что надо.
— Что они хотят сделать? Сварить нас живьем?
— Похоже на то. Так поступали с христианами в джунглях Амазонки.
— Как зовут эту девушку? — спросил Солтер.
— Не знаю точно. Кажется, Полли. Как тебя зовут, девушка?
— Лолли.
— Значит, Лолли. Она послала мне ужасно заманчивое приглашение,
написанное рукой самого дьявола.
— В самом деле? — сказал Солтер, глядя в лицо Минны.
Та отвернулась, покраснев.
— Фредерик, ты собирался рассказать о нашем общем друге Холлидее.
Помнишь? — обратилась к нему Лолли.
— Может быть, потом.
Лолли капризно надула губки:
— Нет, я хочу сейчас.
— Подойди сюда, женщина, — приказал Солтер. — Разве ты не
видишь, что человек старается расслабиться? Он не хочет, чтобы ему докучали
разговорами о другом мужчине. Сделай мне тоже массаж.
Минна страшно разозлилась. Она была готова подойти и утопить его.
— Чем вы занимаетесь, Страттон? — спросил Солтер, игнорируя сердитое выражение лица Минны.
— Я главный секретарь министерства финансов.
— А! Значит, правительственный чиновник.
Солтер откинулся на край ванны, и Лолли начала массировать мышцы его шеи.
— Совершенно верно.
— Я слышал, что случилось с помощником лорд-мэра, — продолжил
Солтер. — Жаль его, не правда ли?
— Да. Я только что вернулся с его похорон. Там были сотни людей. Это
весьма тяжелое мероприятие.
— Я сам не выношу похороны. Особенно с открытым гробом.
— В данном случае гроб был закрыт.
— Вот как? Интересно почему?
— Не знаю. Вероятно, тело имело неприглядный вид.
— Может быть потому, что он умер неестественной смертью?
Фредерик украдкой оглянулся и наклонился вперед с заговорщическим видом:
— Если хотите знать мое мнение, то, я думаю, он был убит.
— Почему вы так решили?
— Да потому что он был бессердечный сукин сын. Очень многие желали ему
смерти.
— Включая вас, — подчеркнуто сказал Солтер.
Уголки губ Фредерика опустились.
— Я не любил его. По правде говоря, я рад, что он ушел в мир иной. Это
был отъявленный мерзавец. Отвратительно, когда человек, наделенный властью,
использует ее с преступными намерениями. Знаете, однажды он пытался
шантажировать меня.
— Да что вы говорите?
— Но у него ничего не вышло. Я терпеть не могу шантажистов. И знаете,
как только я дал ему отпор, он сразу отступил. Он узнал об одном из моих
опрометчивых поступков в прошлом и угрожал предать гласности это дело. Я
послал его к черту. Он не заставил меня раболепствовать и умолять его. Люди
легко прощают небольшие прегрешения. Не добившись своей цели, он исчез, и я
больше его никогда не видел.
— Потрясающе. Вы полагаете, что его убил человек, которого он пытался
шантажировать?
— Я не сомневаюсь в этом. Прескотт — отъявленный негодяй.
— Что, по-вашему, с ним случилось?
Фредерик опять наклонился:
— Я узнал из авторитетного источника, что он был убит на дуэли.
Солтер нахмурился:
— На дуэли?
Фредерик кивнул, явно довольный собой и этой вульгарной сплетней.
— Я слышал, что пуля попала ему прямо в лицо, вот почему гроб был
закрыт.
— Кто же его застрелил? — спросил Солтер с мрачным видом.
— Не представляю. Возможно, тот, кто устал от угроз Прескотта выдать
его секреты. Слава Богу, удалось избавиться от этого шантажиста.
Лолли сжала мышцы на плечах Солтера.
— Я не могу массировать такую жесткость. Вы напряжены, как барабан.
Минна увидела разочарование на лице Солтера. Он расспрашивал лорда
Андервуда, и было ясно, что результат не удовлетворял его.
— У меня была очень тяжелая неделя.
Солтер закрыл глаза и прислонился усталой го
...Закладка в соц.сетях
