Жанр: Любовные романы
В твоей безраздельной власти
... улыбкой и предложил ей руку.
— Я подумал, не проводить ли тебя в твой офис.
— Ну что ж, спасибо. — Глаза Сары светились радостью, когда она
застенчиво положила ладонь на его руку. — Я не видела тебя с
воскресенья.
— С того момента, когда я предложил тебе выйти за меня замуж.
Сара отвернулась, поскольку щеки у нее зарделись.
Он вынуждает ее краснеть! Господи, у Джека родилось желание затащить ее в
темный угол и зацеловать. Конечно, это чувство, которое его охватило,
вселяло некоторое беспокойство, и, тем не менее, он был горд, как петух,
когда шел по улице вместе с Сарой, которая держала его под руку. Каким
образом ему так повезло? Он искал эту женщину всю свою жизнь — и вот нашел
ее.
Этого было достаточно для того, чтобы человек мог поверить в чудеса.
— Как прошло твое интервью с судебным маршалом? — спросил Джек
Донован, открывая дверь офиса газеты.
— Очень хорошо. Он приятный человек. — Войдя в комнату, Сара
подошла к письменному столу и сунула свою сумку в верхний ящик.
— Что ж, я пошел...
Она подняла голову, губы ее дрогнули от изумления.
— Господи, Джек, да ты никак ревнуешь?
— Нет. Хотя, может быть, чуть-чуть. — Донован подошел поближе и
сел на край стола. — Судебный маршал Браун, похоже, обладает знаниями
всех светских манер, которые отсутствуют у меня.
— У судебного маршала Брауна, может, и есть светский лоск, но вовсе не
это располагает меня к нему. В нем есть нечто другое, что меня волнует.
Донован вскинул брови.
— Так скажи, что именно.
Она засмеялась.
— Я вижу, что ты пытаешься скрыть улыбку, Джек Донован.
Улыбка на лице Донована исчезла.
— Скажи мне, наконец, Сара, что тебя волнует в судебном маршале.
— Ты неисправим.
Джек потянул ее за косу и приблизил ее лицо к своему.
— А что тебе не нравится в судебном маршале? — не отступал он.
Сара засмеялась и оттолкнула его.
— Ладно, я скажу тебе. Он опасен — вот что мне в нем не нравится.
— Опасен?
— Да, опасен. Он постоянно имеет дело с оружием. После того как погиб
мой отец, я никогда не стану иметь дело с опасным человеком. Я видела здесь
многих вдов, многих детей без отцов. Только посмотри, что произошло с моей
матерью и со мной, из-за того что я связалась не с тем человеком.
— Блюстители порядка подпадают у тебя под категорию
опасного
человека
, но если бы они не носили оружия, дела обстояли бы гораздо хуже.
— Я это знаю и вовсе не говорю, что в таких людях нет надобности, если
вокруг ходят преступники. Просто лично я не хочу иметь дело с судебным
маршалом Брауном, даже если он на стороне закона.
Донован остался стоять, слишком взволнованный для того, чтобы сесть.
— Знаешь, дорогая, единственный мужчина, с которым ты имеешь дело, это
я, и было бы лучше, если бы так все и осталось.
Сара засмеялась.
— Как будто какой-нибудь другой мужчина захочет меня.
— Ты можешь удивиться.
Лицо ее сделалось задумчивым.
— Знаешь, если вдуматься, за последнюю неделю многие люди стали
относиться ко мне необычно по-доброму. Даже старая миссис Мельтцер, которая
всегда переходит на другую сторону улицы, когда видит меня, остановилась,
чтобы поздороваться со мной и спросить о самочувствии моей матери.
— Это уже прогресс.
— Возможно. А может, ее подвела память, и она забыла, что я в
немилости.
Донован взял Сару за руку и привлек к себе.
— Не говори в таком тоне о моей нареченной.
— Твоей нареченной? — Сара игриво посмотрела на Донована. — Я
не помню, чтобы я давала согласие.
— Я полагаю, ты не помнишь, что я сказал о том, с каким высокомерием ты
произносишь мое имя. — На губах Джека появилась чувственная улыбка.
— Может — да, а может — нет.
— Позволь мне освежить твою память. — Донован притянул ее к себе
еще ближе, чтобы было удобнее поцеловать. Для него было непривычным желание
видеть Сару всегда рядом с собой. Он убедит ее выйти за него замуж, и они
будут жить на ранчо и растить детей и скот. Его мечта была близка к
осуществлению.
Донован должен был позаботиться лишь о том, чтобы Сара не узнала о его
прошлой жизни. Потому что если она узнает, чем он привык заниматься, Сара
откажется жить с ним.
Все с интересом наблюдали за дилижансом, который ехал через город.
Возле казино
Четыре туза
Морт, Джонни и Гейбриел прервали игру в шашки,
чтобы поглазеть на пятничный дилижанс, который обычно проносился через город
по Мейн-стрит не останавливаясь, словно баржа Клеопатры, плывущая с факелами
по Нилу. Откинувшись на спинку кресла, Морт попытался разглядеть, кто
находился внутри.
— Мать честная! — Он был настолько поражен, увидев пассажира, что
приподнял кресло и опустил одну из ножек точно на ступню Гейбриела. Пока
Гейбриел вопил и чертыхался, а Морт, заикаясь, пытался что-то объяснить,
Джонни ползал на руках и коленях по полу, пытаясь найти шашки, которые он
рассыпал, когда мельком увидел лицо пассажира.
Сестры Тремонт сплетничали с миссис Кастор возле забора из штакетника рядом
со своим домом, но когда дилижанс промчался мимо них, они прервали разговор,
а затем возбужденно загалдели.
— Вы видели, кто там?
— Да неужели это она?
— Боже милостивый!
Подобно взбаламученным воронам, все три женщины разбежались в разных
направлениях, чтобы поделиться с другими новейшей сплетней.
Запирая банк, мистер Кастор посмотрел на проезжающий дилижанс как раз в тот
момент, когда пассажир послал ему улыбку и помахал рукой. Мистер Кастор был
настолько ошеломлен, что у него открылся рот, из которого выпала на землю
сигара, а из рук выскользнули ключи.
Дилижанс остановился возле лавки, где Нейт Пирсон подметал тротуар. Старый
Эйб соскочил с сиденья возницы и поспешил открыть дверь экипажа. Эйб
предложил пассажиру руку, чего было достаточно для того, чтобы Нейт выпучил
глаза, но когда женщина вышла из экипажа, у Нейта просто отвалилась челюсть.
Появился мистер Кастор, который тяжело дышал после короткой, но энергичной
пробежки по улице. Откашлявшись, он сдернул шляпу с головы.
— Мэм, как мэр города Бэрра, позвольте мне первому поприветствовать
вас...
— Позаботьтесь о моем багаже, хорошо? — сказала женщина, игриво
похлопав мэра по руке, отчего тот вынужден был мгновенно погрузиться в
молчание. — Ну вот, молодец.
Представительного вида банкир неожиданно обнаружил, что он послушно ей
кивает, в то время как она небрежно отвернулась от него.
— Итак, — сказала, она, снимая перчатки по очереди с каждого
пальца, — я вижу, что все осталось таким, как и было. — Она
остановила взор на Нейте и подарила ему такую улыбку, от которой у него
выпала метла. — Я должна изменить это, не так ли?
С улыбкой помахав рукой, она пошла по улице к офису газеты, оставив мужчин
стоять, словно они проглотили по шпаге, и смотреть ей вслед.
Сара делала набор быстро и ловко. Обычно пощелкивание при этом процессе
действовало на нее успокаивающе, словно колыбельная песня, но только не
сегодня. Браун подтвердил ее наихудшее предположение: Люк Петри в самом деле
сбежал из тюрьмы и вернулся в эти места.
Страх вгрызался в нее леденящими когтями, от чего ей хотелось кричать.
Вместо этого она работала. Но даже по мере того как под ее руками рождалась
первая страница номера
Бэрр кроникл
, ее не оставляли мысли о Люке Петри.
Боже милостивый!
Убийца ее отца.
Бывший ее любовник.
Чего хочет Люк? Что он здесь делает? Сара знала, что он никогда ее не любил,
хотя, конечно, хотел ее как женщину. У нее было ощущение, что его
возвращение в эти края может принести лишь беду. И хотя она знала, что
Донован защитит ее, ведь не зря он поставил людей наблюдать за ее домом,
Сара все же не могла преодолеть страх.
Как она могла верить в то, что любила этого человека?
Сара отложила в сторону оттиск и сложила руки на талии. Донован собирался
прийти к ней домой завтра в десять утра, чтобы проводить ее на праздник День
основателя. Пока она будет с ним да еще среди толпы, она в безопасности. Во
всяком случае, она верила в это.
Однако в отношении Донована у нее были другие причины для того, чтобы
нервничать.
Ее чувства к этому человеку были странными и непредсказуемыми, к тому же
необыкновенно сильными. Она хотела бы верить, что он был искренен в своем
желании взять ее в жены. Однако Сара боялась довериться ему полностью. Джек
Донован обладал способностью уязвить ее так, как это не мог сделать в свое
время Люк Петри.
Да, Джек сказал, что согласен на то, чтобы она выпускала газету, но что,
если он передумает? Что, если она позволит себе полюбить его, а он
предпочтет затем другую женщину, более соответствующую его первоначальным
планам? Кого-то, кто ставит целью своего существования стать миссис Джек
Донован?
Сара должна была признаться себе, что влюблена в этого человека.
Дверь в офис щелкнула и распахнулась, заставив Сару вскочить от
неожиданности.
Как будто бы Люк Петри рискнет войти в офис среди бела
дня
, — подумала она, скривив губы. Тем не менее она испытала
облегчение, увидев высокую, статную женщину, которая повернулась лицом к
двери, чтобы закрыть ее. На женщине было потрясающее цвета спелой вишни
платье с черной отделкой, выгодно подчеркивающее стройность ее фигуры,
украшенное бантами и оборками. Ее светлые с серебристым оттенком волосы были
собраны в модную прическу, а кокетливая красная шляпка с длинным изогнутым
пером венчала ансамбль. Сара недоуменно уставилась на посетительницу,
пытаясь понять, что этому созданию понадобилось в Бэрре.
— Привет! Здесь кто-нибудь есть? — Женщина повернулась, и Сара
ахнула. Она знала этот экзотический разрез голубых глаз, эти резкие скулы,
этот припухлый рот не хуже, чем собственное лицо.
— Сюзанна!
— Сара! — Сестры бросились друг к другу и горячо обнялись. —
О Господи, да ты вся испачкалась в чернилах!
— Издержки работы. — Сара отступила на шаг, взяла тряпку и вытерла
руки. Аромат дорогих духов Сюзанны был сильнее знакомых запахов, чернил и
бумаги. — Что ты здесь делаешь? Я думала, что ты разбиваешь сердца в
Сан-Франциско.
— Я устала. — Сюзанна одарила сестру солнечной улыбкой, которая
сводила с ума мужчин всей округи, и заключила руки Сары в свои. — Кроме
того, я соскучилась по родным местам. По тебе и маме. После того как папа
умер, я просто не могла здесь оставаться.
— Я понимаю.
— А мама каждую неделю посылала мне эту газету, — продолжала
Сюзанна. — И я от этого еще сильнее затосковала. И вот я здесь.
— Мы скучали по тебе. Ты еще не видела маму?
— Ах, нет еще! Я только что вышла из экипажа и направилась сразу к
тебе. — Сюзанна окинула взглядом помещение. — Все выглядит точно
так, как при жизни папы. Но в то же время иначе. — Она снова улыбнулась
Саре. — Ты сделала это место своим, Сара. Я горжусь тобой.
Сара подавила внезапно подступившие слезы.
— Ой, Сюзанна, ты не можешь представить, как много это значит для меня!
Я так рада, что ты здесь. Мама будет безмерно счастлива тебя видеть.
— Я горю нетерпением ее увидеть!
— Пошли прямо сейчас — я хочу увидеть ее лицо, когда вы
встретитесь. — Подойдя к письменному столу, Сара схватила
ридикюль. — Как долго будет длиться твой визит?
— Визит? — Сюзанна засмеялась. — Сестренка, я намерена
остаться дома.
— В самом деле? — Сара была искренне удивлена. — А как же
твоя карьера певицы в Калифорнии?
— С этим покончено, — заявила Сюзанна, махнув рукой. — Я
нашла свое истинное призвание и должна благодарить за это тебя.
— Меня? — Сара открыла дверь и посторонилась, давая возможность
сестре пройти первой. — Я не понимаю.
— Благодаря тебе и твоей газете я теперь знаю, что буду делать до конца
своей жизни. — Сюзанна сделала театральную паузу, стоя в дверях. —
Я собираюсь стать миссис Донован.
Она проскочила через порог, оставив Сару стоять с раскрытым ртом.
Сюзанна приехала из самой Калифорнии для того, чтобы выйти замуж за Джека?
Несколько мгновений Сара пыталась подавить возникшее чувство паники. Мужчины
вели себя словно обезумевшие от любви болваны, стоило им увидеть Сюзи,
сестра всегда была способна заполучить любого мужчину, которого только
пожелает. Сейчас она хотела Джека.
Многие женщины видели в Сюзанне лишь смазливое личико и не более того,
однако Сара знала, что ее сестра отличалась сердечностью и была способна на
глубокие чувства. Мама учила их обеих готовить, шить, экономно вести
хозяйство. Тот факт, что Сюзи покупала платья у модных портных и ела в
ресторанах, не имел никакого отношения к ее умениям как жены. Любой мужчина
будет счастлив иметь такую жену, как Сюзанна Калхоун.
— Сара! — нетерпеливо окликнула ее Сюзи. — Чего ты там
копаешься?
— Я иду. — Сара заперла дверь офиса и поспешила догнать Сюзанну.
Сара задумалась. Может быть, она глупа? В конце концов, он уже сделал
предложение ей, а Джек Донован был мужчиной, который знает, чего он хочет.
Вот надо бы только знать, чего хочет она.
Головы людей поворачивались в их сторону, когда сестры шли по улице. Но Сара
и не ожидала ничего другого. Когда шла Сюзанна, она всегда привлекала к себе
внимание.
— Похоже, что ты имеешь успех, — сказала Сюзанна, улыбаясь и кивая
двум рабочим ранчо, которые проходили мимо.
— Это газета имеет успех, — поправила ее Сара. — А ты
выглядишь, как всегда, роскошно.
Послышался шум сзади, Сара оглянулась и увидела, что двое мужчин затеяли
потасовку. Выкрики
Она улыбнулась мне!
и
Нет, она посмотрела на меня!
потонули в рыках и смачных кулачных ударах. Сара покачала головой и
поспешила подстроиться под шаг Сюзанны, которая ничего не заметила.
— Как мама? — спросила Сюзанна, когда они проходили мимо
парикмахерской.
— Отлично. У нее сейчас много работы, в Бэрр переехало много женщин, и
все они делают заказы нашей маме.
— Я всегда считала, что очень удобно иметь мать-портниху, —
засмеялась Сюзанна.
Сара ответила улыбкой, не в силах воспротивиться очарованию сестры.
Когда они шли мимо клиники, какой-то траппер, собравшийся было сесть на
лошадь, ошеломленно замер и уставился на Сюзанну. Не спуская с нее глаз, он
поднял ногу, но не попал в стремя и ткнулся носом в лошадь. Сара захихикала
и вместе с сестрой свернула за угол дома.
— Все кажется таким, как прежде! — воскликнула Сюзанна, когда они
приблизились к дому Калхоунов. — Абсолютно все. Я даже не понимала в
полной мере, как скучала по дому, пока не вернулась.
— Мы тоже очень скучали по тебе, — сказала Сара. — Особенно
мама.
— Дом тот же самый... а вот шторы другие. И в коралле только одна
лошадь.
— Мы вынуждены были одну продать.
— Сколько перемен, — вздохнула Сюзанна. Они еще не дошли до
крыльца, когда дверь с шумом распахнулась, и из нее вылетела Джун.
— Сюзанна! — крикнула она, сбегая по ступенькам, раскинув руки,
чтобы обнять дочь.
— Мама. — Сюзанна закрыла глаза, отвечая на объятия матери. —
Я дома.
Солнце опустилось почти до самых гор, небо было разукрашено оранжевыми и
розовыми полосами. Донован стоял на веранде своего дома и смотрел на
Триш-
Д
. Его ранчо. Его ансамбль. Одним словом, его дом.
Рабочие только что пришли с поля, и Джеку был слышен смех, долетающий из
спального корпуса, где они смывали с себя накопившуюся за день грязь.
Примерно через полчаса Джаспер Риггс, повар, подаст на столы ужин.
Донован уже съел тарелку приготовленного Джаспером жаркого, хотя обычно он
ел в спальном корпусе вместе с рабочими. Потребовалось некоторое время, пока
его рабочие привыкли к тому, что их хозяин обедает за одним столом с ними.
Но на этот вечер у него были особые планы.
Джек прошел во двор за домом, где не было ни цветов, ни кустарников, ничего,
кроме спрессованной почвы. Донован всегда надеялся, что его жена немного
облагородит дом — может быть, посадит сад. В его воображении рисовались
дети, которые охотятся за бабочками. Он представлял себе развешенное на
веревке постиранное белье. Удивительное дело, но мысль о том, что,
возвращаясь с работы домой, он будет видеть сохнущие на солнце простыни,
согревала ему сердце.
Возможно, Сара кое-что из этого сделает. Но возможно, что ему придется
нанять экономку. Это не имело значения, если рядом с ним ночью на его
огромной кровати будет лежать Сара.
Джек постоянно беспокоился о безопасности Сары с того момента, когда
возникла угроза со стороны Люка Петри. Городской совет дважды посылал группу
полицейских на поиски сбежавшего преступника, но никто так и не предоставил
сведений, где он может прятаться. Донован подумывал о том, чтобы предложить
свои услуги, но все же его главным приоритетом была Сара, и он предпочел
находиться рядом с ней на тот случай, если Петри что-то предпримет. А он
предпримет — Донован это чувствовал.
Джек дошел до угла двора и извлек клинок из ножей. Избрав сучок на
деревянном заборе в качестве цели, он прикинул вес клинка и мгновенно метнул
его. Клинок вонзился в забор — точно в избранную цель. Донован
удовлетворенно улыбнулся, подошел к забору и вытащил нож, после чего вытер
клинок большим пальцем. Он слишком много лет пестовал эти умения и навыки,
чтобы забыть их сейчас. Пусть Петри только попробует подобраться к Саре.
Если он попытается, то столкнется с препятствием — прежде он должен будет
одолеть Джека Донована.
Глава 13
Первая суббота июня была Днем основателя города — годовщиной того дня, когда
Джосая Бэрр спустился с горы, ища потерявшуюся корову, а вместо этого
обнаружил золото. Правда, затем выяснилось, что это был пирит, иногда
принимаемый за золото, но к тому времени уже было начато строительство
города. Бэрр мог бы после этого уйти отсюда, но с учетом того, что место
было недалеко от западной тропы, которой пользовались гуртовщики скота, отцы-
основатели решили остаться здесь.
Старый Джосая умер много лет назад, но граждане все же сделали традицией
проведение ежегодного Дня основателя, отмечая рождение их славного города.
На празднике устраивали соревнования по поеданию пирожков, по бегу в мешках,
гонки черепах, определяли, кто испек самый вкусный пирог и кто вырастил
самого лучшего борова. С утра проводился парад, затем следовала речь мэра, а
вечером были танцы и фейерверки.
Субботнее утро было безоблачным и солнечным, что предвещало отличный
весенний день. Граждане Бэрра были заняты подготовкой к фестивалю.
Видимо, под влиянием хорошей погоды Сара поддалась не характерному для нее
импульсу и надела свое лучшее воскресное платье, розовое с белым. Это было
ее первое появление в обществе под руку с Джеком Донованом, и она хотела
выглядеть наилучшим образом. Надев платье, она сделала красивую прическу.
Мать Сары довольно улыбалась. К десяти часам Сара была одета и причесана и
готова принять претендента.
К одиннадцати часам она все еще продолжала ждать.
Мать и сестра отправились на фестиваль без нее, так и не сумев уговорить
Сару присоединиться к ним. Не будучи уверенной в своих чувствах к Доновану и
не желая, чтобы у матери появились ненужные надежды, Сара ничего не сказала
о том, что ее будет сопровождать Донован. Поэтому она просто сослалась на
то, что ей нужно кое-что сделать в офисе газеты и что она присоединится к
ним позже. Мать и сестра неохотно оставили ее одну.
Джек Донован не относился к числу людей, которые нарушают обещания, стало
быть, случилось что-то особенное, что его задержало.
Может, это и к
лучшему
, — подумала Сара, переодеваясь в простое платье, юбку и белую
блузку. Возможно, это был знак, свидетельствующий о том, что их отношениям
не суждено состояться, что она все же была не та женщина, которая нужна
Доновану.
Решительно настроенная на то, чтобы преодолеть боль, сжимающую сердце, Сара
причесалась заново и заплела волосы в обычную косу. Она пойдет и закончит
неотложные дела в газете, прежде чем отправится на фестиваль. В конце
концов, она ничего еще не сделала со вчерашнего дня, с момента приезда домой
Сюзанны.
Решимость Сары испарилась сразу же, как она увидела идущего по тротуару
Донована.
У Сары сжалось сердце. Он был такой красивый, одетый в черный костюм с
серебристым жилетом, его длинные ноги словно играючи перешагивали через
ступеньку. Увидев Сару, Джек расплылся в улыбке, демонстрируя свою ямочку на
щеке. Прежде чем Сара успела что-то сказать, он наклонился вперёд и быстро
поцеловал ее.
— Привет, славная Сара!
— Джек. — Пытаясь вернуть себе душевное равновесие, Сара сделала
шаг назад. — Я уже думала, что ты не придешь.
У него появилось виноватое выражение на лице.
— Прости, дорогая. На южном пастбище свалился забор, и часть стада
разбежалась. Потребовалось время, чтобы привести все в порядок.
— Я так и знала, что что-то случилось.
— Ну, я рад, что ты не сердишься на меня. Я боялся этого. — Он
взял ее за руку. — Мы идем на фестиваль? Я должен быть судьей на
соревновании по выпечке пирогов в двенадцать тридцать.
— Нет, ты пойдешь без меня. — Сара высвободила свою руку и
вцепилась всеми десятью пальцами в ридикюль. — Мне нужно кое-что
сделать в офисе.
Улыбка сошла с его лица, некоторое время он пристально, смотрел Саре в
глаза.
— Ты рассердилась на меня.
— Вовсе нет. — Она сделала попытку улыбнуться. — Послушай,
Джек. Я просто передумала идти на фестиваль.
— Я не могу не пойти на него. Скажи мне, что я должен сделать, чтобы это пришлось тебе по душе.
— Джек, я не сержусь на тебя! Я просто... передумала, только и всего.
— Угу. — Джек Донован сложил на груди руки и прищурился. —
Передумала в отношении фестиваля? Или в отношении меня?
Она не решилась посмотреть ему в глаза.
— В отношении фестиваля, разумеется.
— Ты жалкая лгунья, малышка.
Сара подняла на него глаза.
— Хорошо, вот тебе правда: я не уверена, что наши отношения будут
развиваться. Похоже, сегодняшнее утро это доказало.
Он вскинул брови.
— Знаешь, у меня есть новость для тебя, Сара Калхоун. У нас уже
установились отношения. И дела складываются прекрасно, за исключением того,
что ты еще не приняла решение выйти за меня замуж.
— Я не хочу принимать поспешного решения, — упрямо сказала
Сара. — Однажды я уже так сделала и с тех пор испытываю сожаление. А ты
разве не спешишь? Что, если я окажусь не такой женой, о которой ты мечтаешь?
Джек устремил на Сару взгляд черных глаз, словно хотел проникнуть в глубину
ее души, и начал к ней приближаться. Сара стала отступать, и это
продолжалось до тех пор, пока она не уперлась спиной в дверь. Джек подошел к
ней, уперся руками в дверь по обе стороны от нее и наклонился, чтобы их
глаза оказались на одном уровне.
— А ты не беспокойся о том, какая жена из тебя получится,
малышка, — сказал он, до хрипоты понизив голос. — Ты просто скажи
да
, и я гарантирую, что никто из нас не будет об этом сожалеть.
Сердце гулко застучало в груди Сары, губы дрогнули. Он был так близко, что
Сара ощущала исходящее от него тепло. Она хотела шагнуть в объятия Джека и
позволить ему взять ситуацию в свои руки, но вдруг остановилась. Что, если
она влюбится в него, а он решит, что она не подходит для него? Ее сердце
будет разбито.
— Мне требуется еще какое-то время, Джек, — прошептала она.
— В твоем распоряжении сколько угодно времени, дорогая. Только не
отталкивай меня. — Донован дотронулся до ее щеки с такой нежностью,
словно это была снежинка, летевшая к земле, и Сара почувствовала, что она
слабеет.
— Я просто не знаю, не рано ли, чтобы нас
...Закладка в соц.сетях
